the fall of the devil
17 ноября 2023 г., 19:00
Примечания:
Сорри за ошибки и опечатки, пб включена.
Приятного чтения.
С каждым днем становилось все теплее и теплее. Джисон уже ждал июнь, но в тот же момент не хотел, чтобы лето пришло так скоро. За ним также скоро последует и осень, а там опять холода. И выбор. А выбирать ему пока тоже не хотелось. С одной стороны, Джисон всегда хотел экранизировать свою книгу так, как именно он ее видит, но с другой — ему уже абсолютно все равно, какой она выйдет в свет и выйдет ли вообще. Так он пришел к мнению, что обезумел.
Прошла ровно неделя, как Джисону ни разу не пришло на телефон или на почту письмо от Сынмина с новостями о том, что ему делать дальше и какой у него график работы. И думалось, что тот просто дал ему те самые заветные выходные, о которых Джисон так просил, однако странность была в другом. Сынмин даже не звонил и не отвечал на звонки. Сперва Джисон списал все на то, что он просто отключил телефон, как делал это время от времени — ему ведь тоже нужен какой-никакой отдых — но потом пришел к выводу, что Сынмин не мог окончательно пропасть с радаров так и не предупредив.
— Чего раскис? — Минхо сел рядом и протянул кофе.
— Я без работы уже вторую неделю, — грустно вздохнул Джисон и украдкой посмотрел на свой телефон, беря кружку из рук парня.
— Должен радоваться, заодно отдохнул. Зная Сынмина, он сейчас вихрем вернется и снесет тебя с ног новыми завалами, — пошутил он, но их разговор прервал неизвестный номер на экране телефона.
Джисон взглянул на экран, перевел взгляд на ждущего Минхо, прочистил горло и ответил на звонок, поднося телефон к уху. За ним послышалось следующее:
— Хан Джисон?
— Да, я вас слушаю, — голос показался ему знакомым.
— Я Мистер Робертс, генеральный директор, — представился мужчина, и Джисон облегченно выдохнул.
— Да, я вас узнал. Что-то случилось?
— Хотел узнать, не видел ли ты Ким Сынмина? Вы, вроде как, общаетесь, ну и он твой редактор.
Джисон поднял глаза на Минхо и сглотнул, чувствуя, как слюна застревала в горле, не желая идти вниз по пищеводу.
— Он дал мне выходные дни и сам пропал. Так что я, к сожалению, не знаю, где он, — сразу же проговорил Джисон. — А его что… не было все это время на работе?
— Да, на письма и мои поручения он не отвечает. Может, съездишь к нему? Скорее всего он тоже взял выходные, совсем от рук отбился, — посмеялся мужчина, но Джисон так и не поддержал его смех.
— Я тогда прямо сейчас поеду к нему. Позвоню вам, как увижусь с ним.
— Хорошо. Спасибо, Джисон. Буду ждать звонка.
Джисон отложил телефон на стол. Не притронувшись к кружке с кофе, он поднялся со стула и нервно сжал руки в замок. Перед глазами пронеслась непонятная пелена тревоги. Почему Сынмин не выходит на связь? Где он шляется? Неужто решил уйти по-английски, никому ничего не сказав?
— Что случилось? — опешил Минхо.
— Нужно поехать к Сынмину. Его все это время не было на работе. Ты можешь меня отвезти? — попросил Джисон, и Минхо кивнул.
— Конечно, сейчас только переодену футболку и можем выдвигаться.
Джисон, не дождавшись Минхо, вышел на улицу. Солнце слепило глаза так, что голова начинала раскалываться. Впервые захотелось, чтобы оно погасло и больше не светило так ярко. Жаль, что дождливую погоду сегодня не передавали, придется печься под ультрафиолетовыми лучами.
— Возьми же телефон, — прошептал Джисон, набирая еще несколько раз знакомый номер друга, но вместо приветливого голоса ему отвечал автоответчик.
— Поехали, — за спиной возник уже готовый Минхо.
На машине Бруклин виднелся гораздо ближе, нежели идти до него пешком. Джисон нервно постукивал пальцами по окну, желая поскорее увидеть Сынмина. А что, если он слег с температурой? Такой человек, как он, никому не скажет о своей болезни. Будет лежать в гордом одиночестве и лечиться самостоятельно, чем попросит у кого-нибудь помощи.
— Он не мог улететь в Корею? — предположил Минхо.
— Мог, — кивнул Джисон. — Вполне себе мог. Но он никогда не улетал, не предупредив при этом начальство и меня. Поэтому странно, что он игнорирует звонки директора. Работы накопилось, наверное, немерено.
— Ну да, тогда странно. Может, телефон потерял? Всякое может быть, не переживай ты так. Мы почти приехали, — Минхо вырулил влево и надавил на газ посильнее.
— Не волнуюсь. Я просто уже готовлюсь к тому, что он получит у меня по шапке, — фыркнул Джисон. — Мне же пришлось встать с постели на два часа раньше и выйти на улицу.
— Витамин D нам тоже не помешает, — хохотнул Минхо. — Но за недельные выходные отдельное ему спасибо, — он заиграл бровями, и Джисон ударил его легонько в плечо.
— Останови здесь, — попросил он, когда машина пересекла нужную им улицу. — Вот его дом, — Джисон указал пальцем на трехэтажное здание из красного кирпича и вышел из машины.
— А если там никого нет? Вдруг уехал? — Минхо закрыл машину и пошел следом за ним.
— У меня есть ключи, — Джисон достал их из кармана и покрутил на пальце. — Он просто иногда забывал их на работе, поэтому заходил ко мне, чтобы взять запасные.
— О, как выходит, — посмеявшись, Минхо вошел в здание за Джисоном и вместе с ним поднялся по лестнице.
— Ким Сынмин, — проговорил Джисон и постучал в дверь.
— Открой дверь, да и все, — вздохнул Минхо, на что Джисон укоризненно на него посмотрел.
— Не могу. А вдруг он чем-нибудь занят? Тебе бы понравилось, если бы в твою квартиру вломились люди, а ты там, например, в трусах? Или вообще голый?
— Пусть смотрят, я не стесняюсь, — деловито ответил Минхо и улыбнулся.
Джисон закатил глаза и вставил ключ в замочную скважину, когда ответа не последовало. Дверь легко приоткрылась со скрипом, и Джисон понял, что давно уже не был в гостях у друга. Приоткрыв ее получше, чтобы войти, Джисон сделал несколько шагов и поморщился. Воняло чем-то протухшим и до жути тошнотворным, отчего прямо-таки выворачивало всю душу наизнанку.
— Сынмин, у тебя что, собака сдохла? — прошипел Минхо, затыкая нос пальцами.
— Сынмин?! — вскрикнул Джисон, ожидая услышать ответ, но в ответ была лишь оглушающая тишина.
— Джисон, давай быстрее. Мне уже дурно, — честно признался Минхо, так и оставшись стоять на пороге квартиры.
— Стой на месте тогда, я сам посмотрю, — отважно сказал Джисон и пошел дальше, заглядывая в комнаты.
И чем дальше он заходил, тем сильнее шел запах. Подавив в себе рвотные позывы, что так и желали выбраться из него сгустками вчерашней еды, Джисон прикрыл на секунду глаза, стараясь отстраниться хотя бы мысленно от этого запаха, но он как будто бы осел в ноздрях и языке, покрываясь налетом.
— Блять, — прохрипел он, затыкая нос рукой. — Не удивлюсь, что это все продукты в холодильнике стухли, — прошептал он, заходя на кухню.
На удивление здесь царил порядок. В холодильнике пусто, не считая незначительной еды, которая все еще находилась в надлежащем виде и качестве. Джисон отошел от холодильника и убрал руку от носа, теперь уже идя на запах. Даже если его вырвет на пол, он все равно узнает, чем здесь так воняет.
— Джисон, ты скоро? — подозвал его Минхо. — Боюсь, сейчас ты весь начнешь пахнуть этим дерьмом. Я потом с тобой спать не лягу.
— Секунду, — прикрыв глаза и устало их протерев, Джисон подошел к двери ванной комнаты.
Приоткрыв дверцу, он втянул носом воздух и чуть не опорожнил желудок прямо на пол. Пахло гораздо сильнее, чем во всей квартире. Джисон открыл дверь полностью и включил свет. От яркости глаза сначала заслезились, а потом на них отобразился весь спектр эмоций, где главной эмоцией все же был ужас.
— Ми… — изо рта вырвался стон отчаянной боли.
Сынмин, весь мертвенно-бледный, повис на своем ремне прямо над ванной, не подавая никаких жизненных признаков. Его кожа местами вздулась, где-то он был синим, где-то грязно-желтым и опухшим-опухшим, как гнойная бомба, на которую лишь надавить и она лопнет.
— Джисон? Чего замолчал?
Джисон не знал, что сказать. Он продолжал смотреть на своего друга, сглатывая соленые слезы, что ручьем скатывались с его глаз. Он даже не заметил, как они успели самостоятельно выкатиться из уголков, превращаясь в бесконечный ручейный поток.
А зловоние все сильнее проникало в легкие. Джисон издал всхлип и, не удержав поток горькой желчи, выблевал прямо на пол, хватаясь за живот. В глазах задвоилось, и перед ним предстал уже не один мертвый Сынмин, а два. Все таких же болезненно надутых, бледно-синих и… висящих на кожаном ремне.
— Джисон, — голос Минхо донесся прямо из-за его спины. — Твою ж мать, — он отшатнулся и резко развернул Джисона к себе.
— Он… Минхо, он… — Джисон не мог подобрать слов.
— Пойдем отсюда. Нужно срочно вызвать полицию, — Минхо еще раз посмотрел в сторону горящей от света ванны и потянул Джисона за собой на выход из этой квартиры.
Даже когда Джисон оказался на свежем воздухе, гниющий запах все равно стоял перед носом. Он уселся на бордюр и схватился за голову. Где-то на заднем фоне доносился голос такого же ошеломленного Минхо, звонящего во все инстанции, чтобы доложить, что… Сынмина больше нет. Его друга больше нет.
— Мы обнаружили труп, — четко проговаривал Минхо, не обращая внимания на Джисона.
Труп. Они обнаружили труп. Ха-ха. Сынмин, висящий на своем ремне в ванной. Труп.
Труп. Труп. Труп. Труп.
Мертвое тело. Бездыханное тело. Гниющее тело.
Труп.
Джисона вырвало еще раз. Он заплакал. Тихо, чтоб никто не услышал, но так больно, так невыносимо, словно целый мир обернулся против него. Его лучший друг мертв. И, возможно, уже как неделю, раз он начал разлагаться в собственной ванне. Абсолютно один.
— Джисон, посмотри на меня, — прошептал Минхо и присел рядом. — На, возьми, — он протянул свою пачку сигарет, и Джисон взял, словно она может чем-то ему помочь.
Он дрожащими руками подсунул сигарету к губам, Минхо поджег ее с другой стороны и поднялся, звоня в «скорую». Джисон же сделал первый вдох и скривился. Да, сигарета ничем не могла помочь, но хотя бы своим противным вкусом перебила не менее противный вкус гнили во рту, который, казалось, теперь Джисону будет сниться так же, как и мертвое тело его лучшего друга. Эта картинка все еще стояла перед его глазами.
Он ранее никогда не сталкивался с мертвыми телами лицом к лицу, и увидеть нечто подобное сейчас, да еще и в лице своего друга — неописуемо. Все эти пятна, вздутые руки, лицо и живот под футболкой, тошнотворный запах и летающие, как экранные помехи, мухи над головой Сынмина, вызывали тревогу. И очередной приступ рвоты.
— Джисон, — подозвал его Минхо, но он не обернулся. — Сейчас приедет полиция и врачи.
— Он мертв.
— Что? — переспросил Минхо.
— Он уже мертв, — Джисон вытряхнул пепел и посмотрел на Минхо тяжелым взглядом.
Казалось, за секунду он поседел.
— Я… я знаю, — выдохнул Минхо и сел рядом.
— Сынмин мертв, — Джисон повторил, потому что не верил в это.
Это не может быть правдой, ведь так? Как такой парень, как он, мог умереть? Умереть в одиночестве, в ванной комнате?
— Позвони моему директору. Он просил дать ему знать, если я увижу Сынмина. Я увидел, больше не хочу, — Джисон без интереса протянул свой телефон Минхо, продолжая сидеть на бордюре.
— Нужно еще… набрать его родителям, — тихо добавил Минхо.
Точно. Ещё родители. Они, должно быть, первым рейсом прилетят в Нью-Йорк, в котором никогда до этого не были. Просто не успели. Сынмин неоднократно звал их к себе в гости, но вместо этого они предпочитали, чтобы он сам ехал обратно в Сеул. А теперь… они наконец-то встретятся здесь, в Америке, правда, уже по-другому поводу и в другом виде.
Сынмин мёртв.
— Какой-то сюрреализм, — прошептал Джисон, откидывая окурок в сторону, слыша сирену полицейской машины.
И как же Джисон был благодарен тому, что рядом с ним находился Минхо. Он сам встретил мужчин в форме и проводил их до места, где находился Сынмин, пока Джисон все ещё тупил взгляд в землю, иногда переводя их на свои покоцанные кеды. Думалось трудно, вернее, совсем не думалось. В голове царило безумие. Хотелось разорвать волосы на голове, возможно, до самого черепа, срывая скальп.
Джисон наконец посмотрел на небо, где все также светило солнце, но за деревом его не было видно. Если жизнь после смерти и существует, то Джисон очень хотел бы, чтобы Сынмину там было очень хорошо. По крайней мере получше, чем здесь, в этом ущербном мире.
— Джисон, — Минхо снова подозвал его и протянул телефон. — Я поговорил с директором, так что… набери родителей Сынмина, ты… — он запнулся. — Ты должен сказать им сам, я думаю, так будет правильно.
И Джисон кивнул. Да, так будет правильно. Родители Сынмина знали его, поскольку они неоднократно виделись по видеосвязи ещё до того, как Джисон появился на книжных полках. Когда они учились с Сынмином в колледже, их поселили в одну комнату, поэтому они хорошо сдружились и поэтому Джисон знал его родителей, пусть никогда и не видел их вживую.
Джисон поднялся с места и выдохнул, ища в самом низу контакт матери Сынмина. Они созванивались через приложение ещё в годы их студенчества, когда Сынмин мог неделями безвылазно просиживать зад в библиотеке без телефона. Тогда женщина звонила Джисону, чтобы узнать, как там её сын. А сейчас ей придётся узнать, что её сына больше нет.
— Алло, — послышалось на родном корейском языке, и Джисону пришлось секунду помолчать, пытаясь переключиться мысленно на другой язык.
— Здравствуйте, это Джисон. Помните меня? Я друг Сын…
— Ох, да, конечно помню! Давно тебя не слышала, — обрадовалась она. — Не подскажешь, где там Сынмин? Я звонила вчера несколько раз, но ответа так и не последовало.
Джисон приоткрыл рот и закрыл его, затем ещё раз открыл и вздохнул.
— Я как раз звоню вам по этому поводу. Дело в том, что… — он запнулся, когда медики вместе с полицейскими вынесли тело Сынмина в чёрном пакете.
— Что-то случилось? — почувствовала она, и от радости не осталось ни следа.
— Его обнаружили мёртвым в своих апартаментах, — запрограммированно прошептал Джисон, глядя, как чёрный пакет оказывался в бело-красной машине.
—… что? — её голос сел. — Как?..
— Я нашёл его… он… — слезы новой волной хлынули из глаз. — Он повесился.
— Боже, — послышался женский плач. — Как… как давно?
— Не знаю. Жду, что скажет полиция. Но судя по… думаю, несколько дней, как точно. Нужно хоронить или… кремировать?
— Сынмин всегда хотел жить в Нью-Йорке, — прошептала она. — Думаю, нужно похоронить его там. Мы прилетим, как только сможем, но вряд ли… вряд ли он успеет нас дождаться.
— Если что, я буду вас ждать. Здесь, в Нью-Йорке. Сейчас, к сожалению, мне нужно идти, — заметив кивок Минхо, Джисон завершил разговор по телефону и на ватных ногах направился в сторону полицейских.
— Ну, следов борьбы обнаружено не было, так что, скорее всего, это самоубийство, — проговорил мужчина.
— Самоубийство, — повторил Джисон, чувствуя кислый привкус на языке.
Невозможно. Просто не может быть. Сынмин не мог. У него было ради чего и кого жить. Он не выглядел несчастно, да и вроде как никогда не жаловался на жизнь. По сравнению с ним Джисон тот, кто мог первым полезть в петлю, но он все ещё здесь.
— Никаких записок обнаружено не было, так что, похоже, тихий суицид.
— Как давно он… — вырвалось из уст Минхо.
— Судя по разложению, это четвёртый день.
— Боже… — Джисон снова почувствовал, как его сейчас стошнит.
— Что сказали его родители? Его нужно срочно хоронить, вряд ли в морге продержат его больше, чем…
— Мать дала разрешение на похороны. Сами они приедут как смогут, — перебил Джисон Минхо, смотря, как машина с телом друга отдалялась.
— Что ж, тогда я обзвоню всех, нужно подготовить и выбрать день, — Минхо взял Джисона за руку и потянул на себя, обнимая парня.
Джисон стоял и вдыхал аромат Минхо. Он все также пах орехами. Макадамия. И казалось, все плохое улетучивалось, оставалось позади, становилось легко. Легко от того, что можно почувствовать, что кто-то оберегает тебя и поддерживает, помогает в трудную минуту. И от этого становилось больнее на душе.
— Извините, что прерываю, — обратился к ним полицейский. — Вы не замечали ничего странного в поведении Ким Сынмина? Может, какие-то предпосылки к тому, что произойдёт?
— Нет, он вёл себя, как обычно, — сказал Джисон, разрывая объятья. — Он дал мне отпуск, сам тоже пошёл отдохнуть, с тех пор мы и не общались по телефону, потому что он не отвечал на звонки. Сегодня решили лично с ним встретиться, поэтому поехали к нему домой и… — зловоние снова ударило в нос.
— Принял, — что-то записав, офицер спрятал ручку. — Мы отправили тело на экспертизу… на всякий случай. Так что, в случае чего, мы вам позвоним.
— Хорошо, — проговорил Минхо и сжал руку Джисона сильнее. — Поехали домой.
— Да, поехали, — прошептал безэмоционально Джисон и поплелся следом за парнем к его машине.
Напоследок он кинул взгляд на дом Сынмина, понимая, что как раньше уже не будет, что сюда он уже больше не вернётся.
666
Джисон стоял в чёрном костюме, рядом, по его правую руку, стоял точно в таком же костюме Минхо. Они только что вышли из прощального зала, где находился закрытый гроб Сынмина и его фотография. Сегодня на его похороны пришли все друзья, коллеги и знакомые. Даже родители успели прилететь, чтобы проститься с сыном. Больнее было смотреть на мать, что чуть дважды не упала в обморок, когда отворила дверцу гроба, желая взглянуть на Сынмина. И как бы ни старались гримеры, кровоподтеки и вздутие скрыть не удалось. Джисон, на собственное удивление, держался стойко. Он выслушал прощальную речь каждого, но сам не смог произнести ни слова. В его горле как будто находилось тысяча игл и лезвий — только язык дернется, и они проткнут и разорвут его гортань в клочья. Это все потому, что в горле стоял ком. Если он вымолвит хоть что-то, то обязательно заплачет. Как плакал до этого несколько часов подряд. — Мой мальчик, — шептала женщина, поглаживая чёрный гроб, который вот-вот закопают под землю. И до чего же странная человеческая жизнь. Вот ты живёшь себе спокойно, ходишь, общаешься, что-то делаешь, а через секунду тебя просто закапывают под землю, и вся твоя история оказывается в небытие. Словно тебя никогда и не существовало. Джисон сжал локоть Минхо, стараясь не рухнуть вниз. Ноги словно свинцом налились и прибились к земле, он не мог их даже согнуть, не говоря уже о передвижении. Он стоял столбом, смотрел на то, как чёрный гроб уходил под землю, и ничего не мог сделать. Ни спасти, ни достать Сынмина оттуда, ни воскресить. Ничего. — Джисон, ты как? — встревоженно прошептал Минхо, придерживая его за талию. — Никак, — в тон ему проговорил Джисон и прикрыл на секунду глаза. Гроб ушёл под землю, и песок плавно начал уходить вслед за ним. Джисон смотрел вниз и до сих пор не мог представить, что его друга больше нет. Тот, кто был с ним рядом с самого начала, так и не дошёл до самого конца, остановившись на пути. И все это так несправедливо. До боли несправедливо! Не должно быть так. Сынмин ещё слишком молод, чтобы уходить вот так, под землю вниз. И только позвольте вернуть время назад, Джисон бы, стирая ноги в кровь, побежал бы к дому Сынмина, чтобы предотвратить этот кошмар. Этот ужас, что теперь безоглядно следовал за ним по пятам. Когда Сынмина закопали под землю, люди начали расходиться. Джисон стоял до последнего и впитывал, словно губка, каждое слово, каждый плач матери, и мысленно плакал вместе с ней. Сейчас уже просто не мог. Голова и без того опухла, тяжесть её несомненно сдавливала и все тело. Лёгкие болели, в них застрял воздух для вопля. Однако Джисон поглощал все в себя, не желая, чтобы кто-то увидел его боль. На зелёной поляне появился ещё один серый камень с инициалами. Подле него возложили много цветов, только они помогали выделиться среди безликости этого пустынного места. Холодного, как эти камни, и мёртвого, как люди под ним. — Джисон, я рядом, — прошептал Минхо, напоминая о себе. — Спасибо, — единственное, что смог спокойно произнести он и медленно подойти к камню, который через время обязательно обрастет травой. — Мой сын часто рассказывал мне о тебе, — проговорила женщина, в глазах которой все ещё светились осколки боли. — Ты был его лучшим другом. А я знаю, каково это — обрести своего человека в другой стране. — И он был моим лучшим другом, — прошептал Джисон и аккуратно положил цветы. — Хотелось бы мне знать, что было у него в голове в тот день, когда он решил оставить нас, — она смахнула слезы, поцеловала камень и встала. — К сожалению, мне нужно уже идти. — Улетаете? — спросил Джисон и получил кивок на свой вопрос. — Не могу здесь оставаться. Слишком больно. Нью-Йорк всегда теперь будет приносить мне только боль. Но… Сынмин любил его, поэтому я решила, что он должен остаться здесь. Держитесь, — она сжала плечо Джисона и, поклонившись, ушла. — Кажется, дождь собирается, — заметил Минхо, и первая капля тут же упала Джисону на нос. Дождь полил так, как никогда не лил в мае. Джисон обессиленно свалился на колени перед камнем, не боясь замарать свои чёрные брюки, и наконец-то позволил слезам политься из глаз и смешаться с дождём. — Прости, — прошептал он, глядя на буквы, складывающиеся в имя «Сынмин». — Прости, что не уберег тебя. Прости. И в этот день Джисон полюбил дождь. Полюбил находиться под ним. Потому что дождь помогал скрыть боль, а главное — её смыть.666
Джисон вернулся на работу. Она помогала забыться и отвлечься, пусть место Сынмина до сих пор пустовало и напоминало ему о произошедшем. Он все также ходил на интервью и охотно рассказывал о книге, а ещё, все-таки, он решился поехать в Лос-Анджелес в конце августа, чтобы принять участие в процессе съёмки фильма. Может, другой штат и люди помогут окончательно забыть увиденное. Покажет время. Джисон заставил себя начать писать вторую книгу. Она не шла также легко и, скорее всего, все написанные листы станут лишь черновиком, но сейчас, считал он, нужно выпустить пар. Хотя бы в текст. Быть может, он чуть позже пересмотрит свое мнение об этой идее и доведёт её до ума. — Эх, везёт тебе, в Лос-Анджелесе будешь, — проговорила Эмили-та-самая-Кларк, которая решила издаться в этом же издательстве, что и Джисон. — Будет время, и ты тоже туда попадёшь, я уверен, — улыбнулся Джисон, отпив кофе. — Ага, осталось только написать что-то толковое. Может, тоже про Дьяволов? Глядишь, стану такой же популярной, как и ты, — пошутила она, печатая что-то на компьютере. — Можешь попытаться, — хохотнул он. — Может, у тебя получается получше, чем у меня. — Издеваешься? Ты продолжаешь находиться в топе лучших книг Америки этого года. И, похоже, даже не собираешься падать вниз, — фыркнула она и протерла свои очки. — Кто ж знал, что так будет, — вздохнул. — Видимо, любовные романы больше не в моде, — стрельнул Джисон, на что Эмили показала язык. — Ещё в моде! Ни один Дьявол не переплюнет подростковую любовь! — отважно проговорила она. — Но выпусти ты эту книгу в 2007 году, я бы посмотрела на то, как ты бы соревновался с книгами «Сумерки». Мне кажется, это было бы интересно. — Я бы тоже на это посмотрел, но, к сожалению, мне тогда было восемь лет, — улыбнулся он и включил компьютер. — Да, только в этом и нюанс. — Зато сейчас вампиры и оборотни не столь популярны. — Конечно, ведь мир заполонили Демоны, — деловито хмыкнула она и вздрогнула, когда её телефон зазвонил. — Алло? — интонация её голоса сразу же изменилась. Джисон старался не вслушиваться в телефонный разговор, пока не услышал тяжёлый вздох. Он метнул глаза на Эмили и заметил стеклянный взгляд, а её нервное «Как?.. Что?..» выбило его из колеи. Джисон опять ощутил всем телом навязчивым страх. Страх потери и боли. — Эмили? — прошептал он, когда она резко встала с кресла, не заметив, как оно завалилось назад, и начала судорожно складывать вещи в сумку. — Что случилось? — Авария. Авария на Пятой-авеню. Авария, — бредила она, и слезы противно капали на белый стол. — Авария? — переспросил Джисон. — Что-то стряслось? — Мой племянник в машине — это все, что я поняла от своей сестры. Мне нужно срочно туда, — прошептала она, ища что-то в телефоне. — Пойдём вместе, может, по пути поймаем такси. Если нет, то пешком отсюда недалеко, — предложил Джисон. — Да… да, так и сделаем. Хорошо, — выдохнув, она взяла себя в руки. — Пойдём. Джисон покинул здание, стараясь поспеть за бегущей Эмили. Он толком не понимал, что произошло и о какой аварии шла речь, но по взгляду девушки было понятно, что произошло нечто страшное. Возможно, у Джисона были такие же глаза, когда он обнаружил Сынмина в ванной. И как хорошо, что он не видел себя в отражении зеркала. Джисон не хотел бы видеть то, насколько же он был разбит в тот момент. — Интересно, что за авария? Что-нибудь известно? — спросил Джисон, чтобы хоть как-то заполнить пустоту. — Не знаю, — выдохнула Эмили. — Но сестра не стала бы мне звонить и реветь навзрыд, если бы ничего не произошло, верно? Джисон кивнул. Верно, значит, похоже, что-то все-таки произошло. Попав на Пятое-авеню, Джисону показалось, что он все же сошел с ума. В центре что-то горело, множество машин столкнулись друг с другом, повсюду звучала сигнализация и сирена пожарных, медиков и полиции. Они словно находились в эпицентре настоящего апокалипсиса, и у Джисона возникло необычайное чувство дежавю, словно он уже проживал этот момент. — Боже, чертовщина, — прошептала Эмили, глядя на развалины вместо машин. — Что здесь произошло? Джисону тоже хотелось бы знать, но вместо этого он увидел, как из машины вышел человек с перекошенной челюстью и выбитым глазом. Он висел и подпрыгивал от каждого движения, а рот оказался разорван, кусок кожи тоже болтался, и Джисон сдержал рвотный рефлекс, глядя на оголенную окровавленную челюсть и зубы, пока человек не упал вниз и не размазал кровь по асфальту. — Божечки! — взвизгнула Эмили и отскочила в сторону, идя быстрее. — Там что-то горит, — решив перевести тему, Джисон указал рукой в центр улицы, где сгустились машины и чёрный дым. — Нужно идти к врачам. Вдруг они знают, что с моим племянником, — Эмили побрела в центр, Джисон последовал за ней, попутно набирая номер Минхо. — Привет, любимый, — послышался медовый голос, и вся тревога как будто сошла на нет. — Минхо, ты дома? — Да, где мне ещё быть? Я тут за компьютером, создаю программу. А что такое? — Ты можешь включить новости? — Джисон обходил толпу пострадавших, стараясь не смотреть на асфальт, где пролилось немало крови. — Да, сейчас, — послышался скрип кресла. — О… ого, — удивлённо вздохнул он. — Авария на Пятой-авеню. Ну ничего себе. Нужно целый район перекрыть. — Что-нибудь говорят о погибших или пострадавших? — Джисон подошёл ближе к машине, где Эмили уже вовсю расспрашивала у врачей про своего племянника. — Не-а, не вижу ничего. Видимо, потом напишут или скажут, — Минхо на секунду затих. — Но началось все в час ноль-пять. Джисон взглянул на время. Прошёл час с этой аварии. Странно, что люди все ещё не получили помощь. Видимо, врачей не хватает. Авария слишком серьёзная. — Я смотрю кадры с вертолёта, там просто со всех сторон машины на машинах, везде огонь. Но больше всего его прямо в центре, — комментировал Минхо. — А ты что, там? Я слышу сирены. — Я с Эмили. Она моя коллега. Говорит, тут её племянник. Пытаемся найти. — Мало тебе приключений на задницу, Джисон, — вздохнул Минхо. — Будь осторожен. Я могу приехать, если… — Нет, работай. Все хорошо, — Джисон смотрел прямо на Эмили и какую-то девушку чуть старше её. — Кажется, мы нашли, кого искали. Так что скоро уйдём отсюда. А ты продолжай работать. Я больше не отвлекаю. — Ладно, — буркнул он. — Буду ждать тебя дома вместе с лазаньей. Люблю, целую. — Пока, — завершив вызов, он подошёл ближе и увидел новый поток слез. — Он… он… — Эмили указала на машину, которая уехала вместе с той девушкой. Джисон увидел ее лишь на секунду. — Что с ним? — больше всего на свете Джисон боялся услышать ответ. — Погиб, — не своим голосом проговорила она и осела на землю. Джисон прикрыл лицо рукой и чертыхнулся. Вторая смерть за месяц, пусть он и не знал племянника, но он видел, как его смерть отражалась болью в глазах смотрящей на него Эмили. Что за череда неудач? Если это все из-за того, что Джисон был недоволен своим колоссальным успехом, то он готов забрать слова обратно. Он очень рад. Он готов работать дальше на благо своей популярности и карьерного роста, лишь бы такое «веселье» в его жизни закончилось. — Пойдём, — он взял Эмили за руку и кое-как поднял её с асфальта, как за спиной послышался взрыв: взорвалась ещё одна горящая машина. — Боже! — вскрикнула Эмили и закрыла уши руками. — Нужно убираться отсюда, пока часть машин не прилетела в нас, — посоветовал Джисон и повёл девушку подальше от Пятой-авеню. Джисону казалось, что он находился в каком-то фильме, где он — главный герой. А ещё до боли припекало в затылке, как будто все это он уже где-то видел, но из-за многообразий мыслей в голове он упускал нечто важное из вида, не понимая, что происходит и с ним, и с этим миром. — Мне нужно быть с сестрой в эту трудную минуту, — прошептала девушка. — Ты знаешь, в какую больницу они поехали? — Скорее всего в «Evan Johnson». Она самая ближайшая к этому району. Но, если там уже много людей, могли и дальше… я не знаю, — из неё вырвался ещё один всхлип. — Позвони сестре, узнай. Мы можем добраться туда пешком. Или, может, если они далеко от Пятой-авеню, то выловим такси, — предложил Джисон, не желая бросать девушку на произвол судьбы. — Я… да, ты прав. Сейчас, — порывшись в сумочке, она набрала номер сестры и принялась ждать ответа. Джисон обернулся, разглядывая, как привычный для него Нью-Йорк превращается в какие-то руины. Благо хоть многоэтажные башни все ещё нерушимо стояли, даже не думая падать. Иначе от этого места ничего бы не осталось. К сожалению, эти здания — домино. Повалится одна, а за ней — все. — Да, они там, — Эмили дёрнула Джисона за плечо и указала рукой в другую сторону. — Пойдём, нужно спешить. Джисон не хотел переживать чужое горе, в то время, пока ещё не отошёл от своего. С похорон Сынмина прошло две недели, но для него все произошло как будто вчера. А сейчас он стал свидетелем ещё одной гибели в дорожной аварии. И, признаться честно, Джисон боялся заходить в больницу, потому что вряд ли там все ограничилось лишь одной смертью племянника. — А твоя сестра в порядке? Ну… Я имею в виду, она не поранилась? — поинтересовался Джисон, идя прямиком к больнице. — Вроде цела. Я не успела её разглядеть. Она просто… держала окровавленную руку своего сына, и это стоит теперь у меня перед глазами, — Эмили съёжилась и покачала головой, словно стряхивала все бурные мысли. — Соболезную, это… ужасно, — Джисон не мог найти слов для сопереживаний, потому что их никогда не будет достаточно, но одно он знал точно — он чувствует и понимает её боль. — Если бы я сегодня не вышла на работу, то я бы сидела в этой машине и ехала по Пятой-авеню, — удрученно прошептала она. — Выходит, работа тебя спасла, — подметил Джисон. — Верно. Наступило неловкое молчание. Джисон не хотел ничего добавлять, а Эмили как будто о чем-то долго и упорно думала. — Знаешь, — вдруг начала Эмили и посмотрела на Джисона, — Я вспомнила, — её взгляд изменился, он стал злее. — Что вспомнила? — не понял Джисон, как неожиданно в его щеку врезалась чужая ладонь, оставляя яркий хлопок, разносящийся с болью. — Это все ты, — выплюнула она. — Все-таки ты… ты потомок Дьявола. Эти писаки были правы насчёт тебя, — теперь в её взгляде виднелась не боль, а презрение и разочарование вперемешку с гневом и желанием убить. Убить его. Только вот что он сделал? — О чем ты говоришь вообще? — не понял он, как она толкнула его в грудь. — Не приближайся ко мне. Никогда. Не смей, — после этих слов она убежала, но Джисон за ней не пошёл. — Совсем спятила? — Джисон так и продолжал стоять на дороге, пытаясь переварить увиденное и услышанное. Щека продолжала зудеть. Возможно, там совсем скоро появится синяк. Спасибо, Эмили, украсила моё и без того избитое жизнью лицо, подумал Джисон, идя обратно домой. Настроения и так не было, но сейчас и вовсе грусть сменилась раздражением. Это же надо было додуматься ударить его и в чем-то обвинить? Как будто он подстроил эту аварию. Но ведь все совершенно не так. Он даже не был до этого на Пятой-авеню. Побродив немного по улицам Нью-Йорка, впитывая краски приходящего лета, Джисон вошёл в дом, в привычный ореховый запах, и на миг стало лучше. Из угла показалась фиолетовая макушка, а затем и сам Минхо. Он смотрел на Джисона с неким беспокойством, идя все ближе и ближе, и Джисон не сдержался: упал в его объятья и снова заплакал. Возможно, по-детски глупо, но именно здесь ему было хорошо. Тёплые руки накрыли его спину и тихий бархатный голос начал о чем-то расспрашивать и одновременно успокаивать, но Джисон не слышал ничего, кроме биения собственного сердца. — Что случилось? Джисон-а, ну тише-тише, — шептал Минхо, зарываясь носом в тёмных волосах. — У Эмили погиб племянник. Мы собирались вместе с ней в больницу, и она вдруг ни с того ни с сего ударила меня по лицу, — Джисон оторвался от груди и показал пальцем на покрасневшую, пульсирующую щеку, на которой сто процентов остался след от руки. — За что это она так? — нахмурился Минхо, аккуратно поглаживая нежную кожу. — Она обвинила во всем меня, но меня даже не было… я не… я не вожу машину, чтобы из-за меня что-то было. — Скорее всего это просто нервный срыв, — подытожил Минхо и обнял его вновь. — Иногда людям жизненно необходимо найти виновного, даже если он не виновен. Так им легче справиться с болью, особенно с утратой близкого человека. — Но я же не стал бить прохожих или ещё кого-нибудь, обвиняя их в смерти Сынмина, — всхлипнул Джисон. — Люди реагируют по-разному, — изрёк Минхо. — Пойдём, сделаю тебе ромашковый чай. — Ты мог бы спокойно работать психологом, а не программистом, — пошутил Джисон, а может, и не совсем пошутил, видя, с какой лёгкостью Минхо мог успокоить его за считанные секунды. — Ну, я уже им подрабатываю, если ты не заметил, — подмигнул он. — А моя зарплата — это твоё хорошее настроение и поцелуй в губы. — Коварный, — Джисон слегка улыбнулся и сел на стул возле стенки, кладя одну руку на стол. — Да, я такой, — Минхо поставил чайник и достал ложку с кружкой, подготавливая все к чаю. — Нужно сходить куда-то или съездить, развеяться, — подумал он, и Джисон вздохнул. — После происшествия на Пятой-авеню, боюсь, я пока не сяду в машину. И вообще хочу понять, как до такой крупной аварии все дошло. Люди что, слепые? — Кто знает. Если бы не ты, я бы вообще о ней не узнал, — хмыкнул Минхо и поставил готовый чай перед Джисоном, садясь на соседний стул. — Узнал бы, если бы зашёл в интернет, — Джисон отпил чай и расправил плечи. — И то верно, но я был занят программой. — И как? — Порядок. Что-то, вроде, получается. Джисон кивнул. Он рад, что Минхо мог спокойно забыться в своих компьютерных программах и провести там несколько дней подряд. Джисон же так не мог. Все мысли всегда возвращались в дом Сынмина, в тот роковой день, и перед глазами вставала та злосчастная картина, от которой хотелось стошнить. Работа, захламляющая разум, возможно, и помогала, но теперь Джисон не знал, стоит ему возвращаться обратно в издательство или нет. Ведь он делил один кабинет с Эмили и, судя по всему, она точно будет не рада его видеть. Об этом ему говорила все еще горящая щека после удара. Надо же. Она действительно ударила его по лицу. И как бы Минхо ни оправдывал это действие, Джисон все равно чувствовал себя неважно. — Интересно, чем была вызвана данная авария, — прошептал Джисон, так как это тоже не укладывалось у него в голове. Люди как будто сошли с ума. Причем массово. — Думаю, напишут, — предположил Минхо. И очень хотелось, чтобы так и было. — Как сценарий, кстати? — напомнил он, и Джисон вздохнул. Он еще к нему не приступил. Почему-то оттягивал это дело. Не хотелось колупаться в тексте, в котором до этого Джисон колупался немало, затрачивая все силы на книгу. А сейчас, вспоминая, как Сынмин помогал ему в этом морально и физически, думалось, что он никогда не приступит к сценарию. Ведь каждая строчка будет напоминать ему о друге. Пожалуй, ему нужно просто переварить этот застрявший кусок в горле, прежде чем перейти к сценарию. — Я займусь им чуточку позже. Хочу отдохнуть. Столько всего навалилось за этот месяц, — Джисон подошел к окну и посмотрел, как несколько скорых поехали в сторону Пятой-авеню. — Видимо, там все серьезнее, чем я думал. — Может, летом нам куда-нибудь съездить? Подальше от Нью-Йорка, — предложил Минхо. И Джисон пожал плечами. С одной стороны, это весьма хорошая идея. Может, новые виды позволят ему забыться и абстрагироваться от всего, что на него навалилось. Но с другой стороны покидать Нью-Йорк не шибко хотелось. Даже если каждая улица приносила ему горькие воспоминания. Он знал, что со временем это пройдет. Обязательно пройдет. Всегда проходило. Просто нужно немного подождать. Месяц или полгода — тут как пойдет. Вернувшись в комнату, Джисон лег на кровать и уставился в потолок. Минхо с кружкой в руках сел за рабочий стол, вздохнул, видимо, посмотрев на него, и продолжил работать: что-то бегло печатать на компьютере. Джисон без всякого интереса включил телевизор, сделав звук потише, чтобы не отвлекать парня от работы, и принялся листать каналы один за другим. Хотелось найти что-то такое, под что можно отключить мозг, погрузившись в сюжет с головой. Или уснуть. Спалось ему в последнее время тоже весьма плохо. Постоянно снились кошмары, из-за которых Джисон подрывался с постели в два-три часа ночи. Благо рядом лежал Минхо, вечно укутывавший его под теплое одеяло и обнимавший за талию, что тоже открывал глаза, желая узнать, как у него дела. А он уже не понимал, как у него дела. Отлично? Хорошо? Или ментально он уже давно умер и похоронил себя под камнем Сынмина? Джисон не знал. Он уже ничего не знал. — Можем посетить Флориду. Там и климат другой и есть на что посмотреть, — вдруг предложил Минхо. Джисон обернулся, глядя в экран монитора. Как оказалось, Минхо печатал не для работы. Он искал красивые места в США, чтобы провести время с Джисоном и позволить ему отвлечься от всех проблем. И Джисон это очень ценил, но пока не чувствовал себя должным образом, чтобы испытывать радость от предстоящей поездки. — Можем, почему бы и нет, — вздохнув, Джисон вернул взор обратно на телевизор. — Хочешь, я поговорю с Эмили? — неожиданно спросил он. — Что? Зачем? — Ну, она не должна была поднимать на тебя руку даже в такой ситуации. Я же вижу, как тебя это пошатнуло, — Минхо присел рядом и обнял Джисона за плечи. — Ей сейчас не лучше, — тихо сказал Джисон и опустил глаза на их сплетенные руки. — Тебе тоже. И это не повод срываться на тебе, — уверял его Минхо. — Я знаю. Думаю, мы сможем поговорить с ней лично через некоторое время, когда она… хоть немного отойдет от потери племянника. — Тоже верно, — согласился он. — Тогда так и сделай. Я буду ждать. А сейчас давай вместе посмотрим фильм. Заказать еду? Джисон посмотрел на парня и мысленно поблагодарил этот мир за то, что он подарил ему Ли Минхо, и улыбнулся, чувствуя на сердце тепло. — Давай.666
Джисон продолжал работать в штатном режиме. Каждое утро, в восемь утра, он покидал свои апартаменты и шел в издательство. Там уже вовсю началась работа над новой книгой. Видимо, он готов горы свернуть, лишь бы не приступать к сценарию, что казалось ему… ужасным. Он подводил целую съемочную команду в Лос-Анджелесе, но ничего не мог с собой сделать. Возвращался он уже ближе к семи вечера. В доме всегда царил уют и покой, а еще запах свежеприготовленной еды. Минхо ждал его за столом, кормил, рассказывал про свой день, а потом расспрашивал с особым интересом о том, как же прошел день Джисона. А дни Джисона уже как неделю превратились в дни сурка. Ничего особо не менялось. Эмили на работе не было видно. Сперва Джисон подумал, что она просто решила сменить кабинет, лишь бы не видеть Джисона, но, как оказалось, она просто взяла небольшой отпуск, чтобы прийти в себя после случившегося. Авария все еще не оставляла никого в покое, ведь очаг возникновения так и не был найден, что казалось очень странным. Джисон следил за этой ситуацией и часто ловил себя на мысли, что показания от людей путались, как и цифры пострадавших. То их было семьдесят, то пятьдесят, а через некоторое время цифра доходила до ста. И нигде не было правдивой информации. Разве это не странно? — Да-да, войдите, — ответил Джисон, когда в дверь постучались. — О, доброе утро, — проговорил мистер Робертс. — Работаем? — Да, — Джисон приветливо улыбнулся. — Что-то случилось? — Хотел посмотреть, не пришла ли Эмили. Но, как вижу, ее все еще нет на рабочем месте, — Робертс вошел в кабинет и закрыл за собой дверь, подходя к ее столу. — Она должна была сегодня выйти? — Она говорила дать ей неделю на отдых. Думал, вернется раньше. Но по крайней мере она ответила на все мои письма и сделала добрую половину работы прямо из дома. Узнав, что Эмили отвечает на письма, Джисон выдохнул. Не хватало ему ездить и проверять еще и ее. — И… как она? — поинтересовался он, отлипая от компьютера. — Более-менее. Я узнал, что она сегодня собирается на встречу в книжный клуб. Если помнишь, ты там уже был и… — О, да, я помню, — перебил его Джисон и поежился. — Такое себе местечко. И странно, что она возвращается туда вновь. — Почему странно? — Потому что из этого крысиного логова мы выходили с ней вместе, и по ней было видно, что она туда больше и шагу не сделает. Поэтому очень странно, что она решила вернуться именно туда, к людям, вытирающим об нее ноги, — Джисон насупился, вспомнив только вид дамы с красными губами. — Хм… тогда действительно странно, — лоб мужчины нахмурился, появилось три больших морщины, придающие Робертсу плюс десять лет к возрасту. — Ну, может, ее снова пригласили. Вряд ли она пошла бы туда просто так. Джисон быстро вернул взор на свой компьютер, закрыл несколько вкладок и нажал на иконку почты, просматривая все полученное за вчера и за сегодня. Ему, благо, никакого электронного приглашения не пришло. Видимо, он все-таки смог оставить после себя сладкое послевкусие, отчего бы они смогли сегодня собраться вместе и продолжить обсуждать его с ног до головы. Но вопрос что там забыла Эмили все еще оставался без ответа. — Что ж, ладно, это не мое дело, — прошептал он и вздохнул. — Быть может, она подружилась там с кем-нибудь. Либо… мне просто показалось такое пренебрежительное отношение к ней, и ее все вполне устраивает. — Либо она там для конкретной цели, — предположил Робертс. — Может, ей нужно что-то узнать или обсудить. — И то верно, — сдался Джисон, не собираясь разгадывать причину ее появления там. — Ты, давай, не засиживайся. Уже домой пора, — мужчина указал пальцем на свои часы, улыбнулся и вышел, закрыв за собой дверь. Джисон протер глаза, откидываясь на спинку кресла, и вздохнул, через секунду возвращаясь к компьютеру. Кропотливо работая над новым текстом, он видел, как невообразимо, страница за страницей, появлялась новая история. В этот раз он решил отойти от триллеров. Иногда нужно писать нечто легкое. Пусть это никуда и не выйдет, зато просто будет у него. Джисон видел, как менялся текст время от времени, завися от его настроения, изможденно прыгая с хорошего настроя на плохой. Становилось похоже на записки сумасшедшего, и Джисон невольно подумал именно так и назвать этот черновой вариант. И всеобъемлющее чувство как будто снизошло до него. Он может это выпустить в тираж. Дописать, проверить, довести до ума. И выпустить. Но не под своим именем, нужно придумать себе псевдоним, чтобы посмотреть, может ли очередная книга обрести такой же успех. Ответ казался очевидным — нет. Нет, не сможет. Имя Джисона не настолько было популярно до выпуска «Книги Дьявола». Ему просто повезло. Но с другой стороны он все равно хотел выпустить эту книгу под псевдонимом. Хотя бы потому, чтобы не спугнуть читателей такой резкой сменой настроения. От триллера к… а что вообще он писал? Он не знал. Даже сути сюжета. Ни начала, ни середины, ни конца. Что-то вырывалось из глубин его сознания, сердца, и появлялось в таком первозданном виде. Вероятно, психолог трактовал это как-то иначе. И скорее всего эта трактовка звучала, как «Выпустить свою боль через текст, нежели продолжать давить на воспалившуюся мозоль». Да, верно. Джисон выпускал все дурное в текст. Так становилось легче. Будто груз какой-то ответственности за все эти чувства, мысли, страдание переходили к кому-то другому. — И чем я занимаюсь? — прошептал он и прикрыл глаза. От часто преследующего его раздражения захотелось садануть по столу, по клавиатуре так, чтобы часть букв выпала на пол, но Джисон просто продолжал смиренно писать-писать-писать-писать. Ну или в крайнем случае он может потом ударить свою подушку в доме и испустить пар через нее. Правда, он никогда еще не бил свою подушку, да и вряд ли рядом находившийся Минхо это оценит. Помимо всего прочего в кабинет заглядывали золотые лучи солнца. Оно еще не собиралось садиться. Стол утопал в сияющем свете, от которого резало глаза. И Джисон сдался, выключая компьютер. На часах уже семь ноль-семь, а он все еще не дома. Минхо, наверное, уже заждался его. Нужно домой, подумал Джисон и, дождавшись полного отключения экрана, он встал из-за стола и вышел из кабинета, закрывая дверь. Изломив брови, Джисон прикрыл глаза, когда лучи солнца попали на его лицо. Хотелось засмеяться как-то по-детски громко. Так, чтобы мимо проходящие люди обратили на него внимание. А еще хотелось, чтобы пошел дождь. И в очередной раз появилась мысль, что с ним явно что-то не так. Возможно, это не так происходило с ним очень давно, но понимать он начал только сейчас. Чем ближе он подходил к дому, тем сильнее становилось желание прижаться к телу Минхо, крепко его обнять и поцеловать. Настроение, впервые за несколько недель, стало более чем хорошим. Не радостным, не счастливым. Хорошим. Может, так влияла на него погода, а может и то, что он нашел, куда изливать всю накопившуюся боль. Он с упоением, чуть ли не вприпрыжку, шел домой, осматривая стоянку. Машина Минхо стояла на месте — это хорошо. Так Джисон понял, что он дома. И только он отвернулся, как резко повернул голову обратно, глядя на соседнюю машину рядом с авто Минхо. Одеревенев, он протер глаза, но и это не помогло. Еще и противная черная птица сидела на черном Форде, глядя как будто прямо ему в глаза. Не может такого быть. Я же… уже видел эту машину. В своей… книге. Вымотано покачав головой, Джисон фыркнул. Мало ли, сколько таких черных Фордов разъезжают по Нью-Йорку, верно? Он прошел мимо, минуя парковку, как услышал за спиной карканье. Что-то талдычило ему обернуться и посмотреть. И Джисон послушался, оборачиваясь назад. Птица сидела на другом месте, ближе к нему, и неустанно смотрела на него своими желтыми глазами. — Так, я понял, — вздохнул Джисон. Чувство любопытства проедало его изнутри. — Треклятая птица, — покачав головой, он сделал шаг назад, становясь ближе к дому, как птица опять закаркала. Джисон озадаченно вскинул брови вверх. Должно быть, ему просто чудится, что птица каркает ему. Кто знает этих животных, они часто сами себе на уме. Но тогда почему внутри появилось непреодолимое желание подойти ближе и посмотреть внутрь? Будто бы я могу там обнаружить безголовый труп. Ха-ха. Чтобы утолить свое любопытство и развеять глупые мысли, Джисон приблизился к Форду с темными от солнца стеклами и вздохнул. Неужели он серьезно будет смотреть, что там в машине? А вдруг там сидит ничего не понимающий владелец авто и так же косо смотрит на Джисона, как и он на эту машину? По-видимому, ему не привыкать выглядеть глупо. — Так, — прошептал он, — ну… если я просто посмотрю, то ничего же не будет? Глупости. Машина как машина, — успокаивал он себя. В окнах отражался он сам, вернее, его не на шутку встревоженное лицо. Птица продолжала сидеть и внимательно смотреть за каждым его действием. И чем ближе Джисон был к машине, тем тише становилось ее противное карканье, пока и вовсе она не заткнулась. — Ты хотела, чтобы я подошел, да? — догадался он и фыркнул. — Ну вот, я здесь, смотри, — он выставил руки перед лицом на манер бинокля и приблизился к окну. Оторвавшись от машины с дивным стоном, Джисон сделал несколько шагов назад и наткнулся на другую стоящую машину на парковке, прикрывая рот рукой. Его сковал неописуемый ужас, он не мог вымолвить ни слова. Там действительно находилось обезглавленное тело, а сама голова лежала на соседнем сиденье и пристально смотрела на него. Весь салон был в крови, а остальное Джисон попросту не успел рассмотреть. Не смог. — Бред. Бред-бред-бред. Чья-то идиотская шутка, — Джисон нервно покачал головой и быстро побежал к себе домой, чтобы удостовериться, что это никак не относится к его книге. — Какая-то чертовщина. Нужно сказать Минхо или… что делать? Вдруг это чья-то шутка? — думал он, заходя в дом. — Минхо, ты здесь? — Джисон вошел на кухню, но там никого не обнаружил, а на его голос никто не пришел. Похлопав себя по карманам джинсов, Джисон достал телефон и быстро набрал нужный номер, подходя к книжной полке, ища глазами свою книгу. — Привет, любимый, — послышался радостный голос. — Привет, а ты где? — В магазин вышел. В холодильнике совсем пусто, а мне нужно размять спину и ноги. Целый день за компьютером провел, надо бы и солнце увидеть, — ответил Минхо. — А ты что, уже дома? — Да, только пришел с работы, — Джисон положил книгу на стол. — Тогда… буду ждать тебя, — завершив вызов, он положил телефон рядом и начал листать книгу. Он бегло считывал абзац за абзацем, ища нужные строки, пока не дошел до двадцатой страницы. Он обессиленно сел на кресло и читал строку за строкой. А затем многократно перечитывал то, что когда-то ранее написал, пытаясь понять, как он мог забыть это. «Он обнаружил своего лучшего друга повешенным в ванной комнате. Казалось, все тучи сгустились над его головой, и весь мир заплакал, провожая его в последний путь. Эш не мог в это поверить. Стив, всегда жизнерадостный, не мог покончить жизнь самоубийством. Пазл не складывался в картинку, а мысли не укладывались в голове.» — Что за… — прошептал Джисон, доходя до страницы с аварией. — Авария на Пятой-авеню, — Джисон взял телефон в руки и набрал номер того, кто ранее ударил его по лицу. — Эмили? — проговорил он, когда гудки сменились оглушающей пустотой. — Что тебе нужно? — недовольно прошипела она, явно куда-то спеша. — Как звали твоего племянника? — Ты смеешь еще звонить мне по этому поводу? — взъерепенилась она. — Прошу, дай мне ответ. — Ох… ты знаешь ответ. Джисон прочел несколько раз абзац и покачал головой. Нет, этого не может быть. Сплошная череда совпадений. — Эндрю, Джисон. Его звали Эндрю. Джисон прикрыл глаза и чуть не засмеялся от того, насколько у него поехала крыша. Поехала ведь, правда? Что за чертовщина. — И судя по тому, что будет дальше, я иду спасать жизни других людей, — отчеканила она. — Что? О чем ты говоришь? — но вместо ответа Джисон услышал гудки. — Бред. Пролистнув книгу до момента с машиной, он прочитал ровно до момента, когда Эш приблизился и испуганно отпрянул от окна, завидев там всякое. Джисон поморщил нос, потому что видел в Форде то же самое. Но не это смутило его больше всего, а слова Эша после того, как он увидел обезглавленное тело и просто ушел. Ушел так же, как это сделал Джисон, так никому и не сообщив. «— Бред. Бред-бред-бред. Чья-то идиотская шутка, — отшатнувшись, Эш ошпарено отошел от Форда и быстро ретировался куда подальше, предпочтя забыть этот ужас.» — Если это все-таки не череда совпадений, то… — Джисон пролистал книгу дальше, впитывая абзац за абзацем. Джисон захлопнул ее, взял телефон и выбежал из дома, несясь на всех парах к зданию, где сегодня, возможно, прямо сейчас, проходило собрание книжного клуба. И как бы он ни хотел туда заявляться, как бы ни относился к тем людям, он знал одно: если жизнь следует по книге, то им осталось не так много. Возможно, совсем ничего перед тем, как они все умрут. Умрут мучительной смертью. — Бред, это все бред, — шептал Джисон, чувствуя, как саднят легкие от бега. Он пытался успеть, но почему-то подкожно понимал, что это невозможно. Что-то смеялось в его голове и твердило «Ты опоздал». Однако он не хотел в это верить. Не хотел верить и в то, что его книга стала реальностью. Его реальностью. Потому что тогда ему придется признать, что это он во всем виноват. Это он убил друга. Он создал аварию на Пятой-авеню, из-за которой погиб племянник Эмили. Он обезглавил чье-то тело и утрамбовал его в черный Форд. И он… — Нет! — вскрикнул он, когда прямо на его глазах макушка здания взорвалась и сам небоскреб начал полыхать, как горящая спичка. Люди столпились вокруг. Кто-то плакал, кто-то снимал происходящее на телефон, один лишь Джисон пробирался сквозь толпу, понимая, что это он. Это все он. И только он. Но как? Как такое возможно? Многие пишут свои книги, да даже истории похлеще, чем то, что написал Джисон. Тогда почему именно его история превратилась в его реальность? — Боже! Смотрите! — прокричал кто-то, побуждая всех поднять головы вверх. Джисон нахмурился, потому что ничего не видел, пока в синем небе не появилась черная точка. И чем ближе она была, тем сильнее Джисон понимал, что это никакая не точка. Это человек. Летящий человек вниз, который, по-видимому, спрыгнул с горящих апартаментов вниз, желая спастись. Только вот он не учел одного. Спастись, спрыгнув с семидесятого этажа — нереально. Тело в прямом смысле шмякнулось вниз, разбрызгивая все кровавым месивом из мозгов. Джисон рвано выдохнул, признав в ней Эмили. На ней было узорчатое платье в цветочек, в котором она неоднократно приходила на работу. Сейчас оно слегка обгорело, местами виднелись алые пятна, а подол платья вздернулся вверх от падения, открывая вид на голые ноги, торчавшие в разные стороны под неестественным углом. Джисон без слов вышел из толпы и медленно побрел к дому. В голове полная неразбериха. Неужели он… он написал свое будущее? Да и не только свое. Будущее всего Нью-Йорка? Он не мог назвать себя ясновидящим. Никогда ничего подобного с ним не происходило, еще и удача чаще всего была не на его стороне. Так что все происходящее… казалось весьма странным. Войдя в дом, Джисон услышал тихое пение, доносящееся из кухни, и увидел желтый луч света, протискивающийся меж приоткрытой двери. Он стянул с себя кеды и побрел в комнату, желая прочесть книгу и понять, что будет дальше. Потому что сомнений больше не было: все шло по готовому сценарию. Его собственному сценарию. Однако книги на столе не было. — Где она? — испуганно прошептал он, подлетая к столу. — Ты книгу ищешь? — послышалось сзади, и Джисон испуганно дернулся, оборачиваясь. — Что с тобой? — нахмурился Минхо, подходя ближе. — На тебе лица нет. Не стоит ему говорить о произошедшем сегодня. Он точно подумает, что я спятил. — Я начал работу над сценарием, — соврал Джисон. — Ага… — Минхо изогнул бровь в вопросе. — Ты, кстати, где был? Говорил же, что дома. — Я пошел за Эмили. Она хотела встретиться со мной, — сглотнув, Джисон невольно вспомнил мертвое тело. Она умерла из-за него. Они все умерли из-за него. Но она единственная, кто понял сразу, что происходит в этом чертовом мире. Джисон был поглощен болью утраты, он не мог смотреть через строки, чтобы понять истину. Поскольку истины для него как таковой не было. Но сейчас… что ему делать сейчас? — И как она? Извинилась за пощечину? — Минхо сложил руки перед грудью и оперся о косяк двери. — А-а… да, она сожалеет, — кратко ответил он. — Так где… книга? — На полке. Я положил ее обратно. Ужинать будешь? Я приготовил пасту карбонару. Джисон кивнул. На самом деле есть не хотелось. Не после увиденного за сегодня, но нельзя подавать виду, что что-то не так. Он не хотел тревожить Минхо своими проблемами и… кошмарами, что превратились в его реальность. — Я завтра буду до восьми на работе, — оповестил его Джисон, садясь за стол. — Много работы? — Да. Я начал работу над следующей книгой. И наконец нашел в себе силы поработать над сценарием, — поведал Джисон и вкусил сладость карбонары, что таяла во рту. — Надо же. Я рад это слышать. Ты возвращаешься в прежнее рабочее русло. Смотри, не забудь про меня, — подмигнув, Минхо накрутил спагетти на вилку и отправил их в рот. — И не собирался, — улыбнулся Джисон, но почему-то все еще продолжал ощущать некую тревожность, висящую в воздухе. Быть может, ему просто так казалось. А может, он видел свою реальность, которую хотел избегать до этого момента. Но во взгляде Минхо как будто поселился холод и отчужденное подозрение, словно он считывал Джисона, как открытую книгу. Его книгу. И заведомо знал всю правду. — А ты чем займешься? Как дела на работе? — спросил как ни в чем не бывало Джисон. — Ну, не могу сказать, что меня повысили, но я хотя бы теперь больше не стажер. Программу, над которой я работал весь месяц, наконец запустили. Она исправно работает и, вроде, делает это как надо. Так что меня переведут в новый отдел. Продолжу работать над системными программами «Google». Впрочем, я на это и метил. — Ого, ты молодец, — улыбнулся Джисон, кладя одну из своих рук на ладонь Минхо. — Ты тоже, — Минхо сжал его руку и облизал губы. — Как долго ты будешь еще молчать? Вопрос громыхнул резко и неожиданно, как молния в небе. Джисон дернулся и испуганно разул глаза, глядя на Минхо. — Ты о чем? — Я видел новости, Джисон. Думаю, их все уже видели. Здание, где проходило собрание книжного клуба, загорелось. Пожар потушили, а тела удалось опознать по пригласительным билетам. Там была и Эмили Кларк. Джисон внутренне сжался, чувствуя себя, как на допросе, пока над головой не щелкнула лампочка. Его глаза вновь расширились, когда до его дурной головы дошел весь сюжет его книги. И если судить по тому, что уже произошло, то это не конец. Это только начало. — Я не хотел говорить об этом, чтобы не испортить тебе настро… — Зачем тебе книга, Джисон? Ты же не хотел брать ее в руки. Не хотел ее даже читать, потому что она напоминает тебе Сынмина. Ты так быстро забыл, как выглядит его труп? — Что? — Джисон резко отдернул руку и поднялся со стула. — Да что ты несешь? Я писал сценарий! Эмили позвонила и сказала, что хочет сказать мне нечто что-то… очень важное. Но не успела, — на глазах появилась влага, и Минхо выдохнул с неким облегчением и поднялся с места, кладя свои руки на плечи Джисона. — Прости, — прошептал он. — Я не знаю, что на меня нашло. Я просто боюсь… — он запнулся. — Боюсь, что ты снова можешь впасть в то самое состояние, когда, кроме как плача, ничего издавать больше не можешь. А точно ли ты боишься этого, Ли Минхо? — Все нормально. Пойдем спать, я слишком устал. Джисон покинул кухню, возвращаясь обратно в спальню. Он посмотрел на книгу, спокойно стоявшую на полке, но не решался к ней подойти. Он прекрасно помнил, что вторым главным героем был Шон. Одержимый Дьяволом. И если переносить книжный формат в реальную жизнь, то Одержимым вполне себе мог быть… Нет, это невозможно. В книге Одержимый давно себя проявил и показал свою сущность. Минхо же... все еще был Минхо. Или никогда им не был. Джисон боялся. Это можно невольно ощутить, только прикоснувшись к нему. Он лег в кровать, накрылся одеялом и отвернулся к стене, слыша приближающиеся к комнате шаги. Ему нужно делать вид, что все нормально. Что все, как всегда. Ничего не изменилось. Совершенно точно не изменилось. Не говоря о том, что только за вечер Джисон успел увидеть мертвое тело дважды. А так вполне себе обычный вечер, не так ли? — Спокойной ночи, — прошептал Минхо и выключил свет. — Спокойной ночи, — повторил Джисон, зная, что ночь, как и следующий день, уже не будет спокойной.666
Джисон долго тупил взгляд в стену, когда подорвался от кошмарного сна в шесть утра. Минхо сопел рядом, и, казалось, ничего не слышал. Как хорошо, что он не мог слышать мысли, иначе давно бы поднялся с кровати, так как голова Джисона вот-вот лопнет. Мыслей настолько много, что думалось плохо. Он аккуратно встал, ступив ногами на холодный пол, и побрел на кухню, чтобы испить воды. Она вряд ли поможет, но хоть смочит пересохшее горло. А Джисон заодно подумает, что же ему делать дальше. Ведь до финала осталось не так много, а эпичных сцен еще с ладонь. Нужно срочно изучить каждое событие и попытаться что-то изменить или понять, как пережить финал. — Бред, — все это не поддавалось логике. Почему произошло именно так и именно с ним? Напиши он книгу про нечто хорошее, нереалистичное и, как «Книга Дьявола», иррациональное, ничего бы не произошло. Его жизнь не перевернулась бы на сто восемьдесят градусов, как сделала это сейчас. Хотя Джисон что-то не помнил, чтобы делал Эша весьма богатым и успешным персонажем, кем, по сути, и стал Джисон после выпуска своей книги. Значит, отличия все же есть? Если Минхо именно тот, то Джисону нужно держать дистанцию, чтобы придумать, как действовать дальше. Но разве не будет странным просто уйти, ничего не сказав? Нужно что-то придумать такое, во что бы Минхо точно поверил. И первым пришло в голову соврать о работе. Быть может, у мистера Робертса появится для него ночная работенка? Командировка? Или что-то, что вполне могло занять его работой на несколько дней, а у Минхо не вызвать подозрений. — Ты почему не спишь? Резкий голос заставил Джисона вздрогнуть. Стеклянный стакан выпал из рук и разбился с лязгом о пол. Джисон испуганно отпрыгнул назад, чтобы осколки не задели его голых ног, и приземлился на плотную грудь Минхо, успевшего схватить его за талию и притянуть к себе. — Боже! Ты испугал меня! — взвизгнул Джисон и шлепнул его по плечу. — Теперь осколки убирать, — отойдя от Минхо, он сел на корточки и осторожно приступил к собиранию осколков. — Я помогу, — Минхо вынул урну из нижнего шкафчика и присел рядом, собирая осколки туда. — Так почему ты не спишь? — Да… просто с директором общался, — нервно начал Джисон. — Мне нужно будет съездить в командировку на неделю. — Что-то случилось? Или это в Лос-Анджелес? Спасибо, что напомнил мне! — Ах, да-да, в Лос-Анджелес. Хотят, чтобы я оценил обстановку и, может, так у меня быстрее пойдет работа над сценарием, — Джисон поднялся с места, оглядывая еще раз внимательно пол, чтобы не смотреть в глаза Минхо, который то и дело изучал его взглядом. — И когда тебе вылетать? — Сегодня… сегодня ночью, после работы. Так что я оттуда сразу в аэропорт. Не стоит меня провожать, я же только на неделю, да и тебе работать надо, — пролепетал он. — Боже… я так нервничаю, на самом деле, — Джисон постарался сгладить углы, чтобы не выглядеть подозрительно. — Тебе нечего волноваться. Я знаю, что у тебя все получится. Ты напишешь классный сценарий и твой фильм будет иметь успех, — успокоил его Минхо, ставя урну на место. — Значит, я тогда приготовлю тебе завтрак, а ты пока… сумку собрать не желаешь? — странно покосился он в его сторону. — Ну… так как я на неделю, мне, думаю, много не надо. Могу просто взять свой рюкзак или… — Постарайся взять хотя бы несколько сменных вещей, не стоит ехать туда в одной футболке, Джисон, — насупился Минхо, ставя чайник. — Да, точно, так и сделаю, — чмокнув Минхо в щеку, Джисон быстро пошел обратно в спальню. Открыв комод, он ознакомился с содержимым и, взяв свой рюкзак, выкинул все ненужное на кровать, собирая одежду. На самом деле он даже не знал, где будет находиться эту неделю. Деньги на съем жилья у него есть, но само жилье найти не так-то просто. Если ему повезет, то он сможет пробыть несколько дней в своем кабинете так, чтобы этого никто не заметил. Вряд ли Робертс будет рад услышать, что Джисон собирается жить в кабинете издательства просто… просто потому что. Он взял с собой лишь самое необходимое и, подойдя к книжным полкам, собирался взять еще и книгу, но ее там не оказалось. Джисон рвано выдохнул. Минхо точно положил ее туда, когда Джисон пришел домой и не обнаружил ее на столе. Тогда… где она сейчас? — Ты уже готов? — снова послышалось сзади. — Ага, вроде как, — решив не акцентировать внимание на книге, Джисон подумал, что просто прочтет все, что ему нужно, в электронном варианте, он обернулся и указал рукой на полный рюкзак. — Так… ты только на неделю? Тебя не оставят там на месяц или целое лето? — Минхо притянул его к себе за талию и прижался носом к чувствительной шее. — Если они постараются меня задержать, я… — Джисон прикрыл глаза, чувствуя теплые губы на своей коже. — Я сбегу обратно к тебе. — Обещаешь? — хмыкнул Минхо, оставляя легкие укусы. — Д-да, конечно. Что мне еще там делать? — просипел Джисон и сжал в руках его плечи, чувствуя, как кружится голова. — Можно, я?.. — спросил Минхо, и Джисон сразу понял, чего он хочет. — Можно, — как загипнотизированный прошептал он, и Минхо оставил яркую отметину на коже. — Теперь я могу тебя отпустить, — хмыкнул он и оторвался, напоследок чмокнув Джисона в губы. — Пойдем, покормлю тебя. Джисон раньше никогда не ел по утрам. Его организм не хотел, да и он был рад не тратить время на приготовление завтрака и на поедание его в принципе, ведь это говорило о том, что ему бы пришлось вставать раньше на целый час, который он с радостью мог проспать. А ужившись вместе с Минхо, у Джисона уже вошло в привычку что-нибудь закинуть в рот с утра и побежать на работу, потому что сам Минхо мог провести за плитой целый день, приготавливая несколько блюд сразу. — Без тебя будет грустно в пустом доме. Так что возвращайся скорее, — Минхо поставил ему тарелку с оладьями, приготовленными им еще вчера, и Джисон кивнул. Думаю, ты найдешь, чем заняться. — Я постараюсь. Минхо не вел себя странно. Ничуть. Джисон поймал себя на мысли, когда сам начал коситься на него в подозрении, но он единственный, кто вел себя странно. А что, если Минхо не одержим или не будет одержим в конце… в конце чего? Все это звучало, как бред. А что, если Джисон действительно сошел с ума и все это его сон? Он не удивится, если откроет глаза и увидит себя в белом халате. Но все равно хотелось побыть одному и обо всем подумать. Отрицать то, что произошло — нельзя. Все-таки уж очень сильно это походило на сюжет его книги. Смерть Сынмина, авария на Пятой-авеню, черный Форд и пожар в башне Нью-Йорка. Осталось только настоящих Дьяволов пригласить с ним на ужин для полноты всей картины и умереть. Ладно, возможно, сейчас нет места сарказму. Нужно что-то придумать и как можно скорее. А еще понять, будут происходить дальше события из книги или же нет. Потому что то, что Джисон уезжает в командировку (пусть и выдуманную) уже шло не по плану. Не по книжному плану. Там никаких командировок не было. Эш и Шон продолжали жить вместе. Эш все понял, но уже ближе к концу, ближе к смерти. Он ничего не успел сделать. Хотя на подкорке его мозга что-то не раз твердило ему, что Шон опасен, но Эш попросту не слушал эти знаки судьбы. А Джисон? Возможно, если бы не Эмили, он бы и не заметил эти знаки судьбы. Он бы продолжал жить как дальше, читать ужасающие новости, охать и продолжать жить. Жить с тем, кто, по сюжету книги, должен его убить. Но это не точно, думал Джисон. Он всякий раз повторял это, когда мозг невольно обвинял Минхо в убийстве. — Мне уже пора, — прошептал он, допив кофе. — Давай, — Минхо поднялся с места и поцеловал его в щеку. — Если что, звони-пиши, я буду на связи. И сам будь на связи. — Хорошо, обязательно, — вернувшись в спальню и взяв рюкзак, Джисон вышел в коридор, обул кеды и на прощанье обнял Минхо, стараясь игнорировать свое бешено бьющееся сердце. И стало легче. Наверное, страх мешал ясно мыслить. А сейчас, покинув дом, думалось и дышалось намного лучше. Джисон бросил взгляд на стоянку, но черного Форда там не оказалось. Разве он мог уехать с обезглавленным водителем? Или здесь была полиция? Тогда почему Джисон ничего не слышал и даже не видел из окон своей спальни? — Бред, — прошептал он в который раз, минуя свою улицу. — Кто-то или что-то хочет, чтобы я поверил в это. Чтобы я свихнулся и боялся, — он чувствовал, как за ним следили, но всячески это отрицал. Сейчас начались игры разума. Мозг играл с ним в злую шутку, а Джисон спокойно позволял ему это. Но и он не так прост. Он не позволит страху проникнуть дальше. Поэтому, зайдя на работу, он поздоровался с коллегами и закрылся в кабинете, включая в телефоне электронную библиотеку. Было бы странно снова искать книгу, вызывая лишние подозрения у Минхо. Пусть думает, что все нормально. Все просто замечательно. Если не считать того, что Джисон, похоже, собственноручно убил всех, кого он знал. Но это не точно! — Да, это не точно, — согласился он с самим собой и сел в кресло. Осталось всего лишь каких-то две сотни страниц, чтобы понять, что будет дальше. Джисон отчетливо помнил, что сделал несколько глобальных проблем, навредивших самому Нью-Йорку, а не только Эшу. И он помнил, какие это проблемы, но их последовательность расплывалась перед глазами. — Вообще нужно найти причину возникновения этого дерьма. Это нужно искоренить, а не стараться изменить сюжет в реальной жизни. Это все равно ничем хорошим не кончится, — и вроде бы мысль была понятна и проста, но привести ее в действие не давалось возможным. Он не знал, почему события из книги оживают в его реальности. Они должны оставаться только на страницах, внутри твердой обложки. И все это походило на какой-то вымысел. Ему бы никто не поверил, скажи он кому-нибудь о том, что дурацкие сцены сюжета оживают наяву. А наяву они уже не дурацкие, а весьма опасные и даже смертельные. — Доброе утро, — в кабинет вошел парень двадцати лет. — Мистер Робертс сказал, что я могу занять соседний стол. Джисон рассмотрел парня и молча кивнул. Он провел его взглядом до стола, отмечая, что ранее не видел его в этом месте. Скорее всего это новый автор, решивший попробовать свои силы в таком крупном издательстве. — Меня зовут Джэйкоб Майерс, — представился он, поправляя пальцем своим причудливые очки в круглой оправе. — Можно просто Джэй. — Хан Джисон, — улыбнулся он. — Ты новенький? — Ага. Подписал контракт на серию книг в жанре фэнтези, — поведал он. — А про тебя я очень наслышан. Классная книга, приятель. Особенно конец. Ага, особенно конец. — Спасибо, — но от комплимента в сердце не стало тепло. Все также было тревожно. — Слышал, ты работаешь сейчас над сценарием и над еще одной книгой. Похвально. Надеюсь, мне тоже когда-нибудь выпадет шанс экранизировать свою книгу, — Майерс мечтательно прикрыл глаза и вздохнул. — Но мне бы сейчас написать все то, что я запланировал. — Много писать? — поинтересовался Джисон, чтобы хоть как-то поддержать диалог. — В одной книге около тысячи страниц. — Ого, — непроизвольно удивился Джисон. — Да-да, фэнтези всегда объемные книги, потому что там свой мир и персонажи. И чем лучше ты это распишешь, тем лучше читатель будет ощущать себя в твоем придуманном мире. А это главное. Интересно, найдется хоть один безумец, который представлял себя на месте Эша, когда читал его книгу? Навряд ли. Никто бы не захотел быть мертвым. А быть в мире, в котором Нью-Йорк превращался в руины — такая себе перспектива. — А ты? Над чем работаешь? Что за книга? Тоже триллер? — посыпались вопросы. Джисон взглянул на иконку своей будущей книги и пожал плечами. Там, вроде, никто не умрет, а ужасов и противных сцен не предвиделось. Джисону хватило увидеть нечто такое в реальной жизни. — Честно, пока не знаю, — ответил он. — Просто что-то пишется. Может, к середине мне станет видней. — Наверное, тебе тяжело, — догадался Джэй. — Тяжело? — Ну… придумать нечто такое, что переплюнет «Книгу Дьявола» или хотя бы станет с ним наравне, — дополнил парень, и Джисон покачал головой. — Я не гонюсь за этим. Мне, впрочем, все равно на все эти топы и чарты. Я просто пишу, что хочу или что могу написать. Так сказать, оставить после себя хоть какой-нибудь след, — прозвучало до боли грустно. — Наверное, когда доходишь до высокого уровня, понимаешь, что за этим ничего нет, поэтому больше не обращаешь внимания. Но для начинающих авторов это важно — показать себя и свои книги в свет. — Верно, — согласился Джисон. — Я себя показал, поэтому больше мне этого не нужно. Все это внимание… от него иногда устаешь. — Но ты ведь рад, что написал эту книгу? — насупился Джэй. А рад ли он? Если из-за меня умер мой лучший друг, Эндрю и Эмили… и много других людей… могу ли я радоваться? — Я рад, что мне выпала такая возможность: написать книгу и издать ее. Но я не рад, что сделал это именно с этой книгой, хотя ранее она казалась мне… хорошей, — поделился своими мыслями Джисон, и парень напротив удивился. — Но она и сейчас хороша, разве нет? — Ты же читал ее, верно? — Джисон посмотрел на Джэйкоба и нахмурился. — Ну да, а что? — обеспокоенно спросил он, отрываясь от своего монитора. — Тебе не кажется странным, что действия из книги очень похожи на… то, что происходит сейчас в реальной жизни? — чуть тише спросил он. Парень похлопал глазами, явно переваривая услышанное. Да, наверное, он сейчас понял, что я сошел с ума, подумал Джисон и уже собирался добавить, чтобы Джэй просто не обращал на него внимание, как тот проговорил: — Ты про аварию на Пятой-авеню? — Да. — Ну… я думаю, что это может быть простым совпадением, — хмыкнул он. Нет, не может. Слишком много совпадений, о которых тебе лучше не знать. — Тогда, должно быть, и теракт в метро нас тоже ждет, верно? — улыбнулся он и продолжил работать. Джисон расширил глаза и вернулся к собственному тексту. Черта с два! Еще же теракт в метро! Как он мог забыть о том, что должно произойти совсем скоро. Ну или, по крайней мере, как раз после пожара в небоскребе. Это все предвестники апокалипсиса, предвестники того, что среди нас уже есть Дьявол, решивший посеять в мир хаос. И Эш не разглядел эти звонки, но в каждом из них принимал участие, как сторонний наблюдатель. В тексте виднелись образы персонажей, но ничего толкового Джисон так и не нашел, продолжая листать электронный формат книги дальше. Пролистнув пару десятков страниц, он все-таки добрался до метро. Видимо, он желал написать глобальность ужасающей катастрофы, но, если переносить это на реальную жизнь, Джисон боялся даже представить, что может произойти, если все-таки метро вспыхнет. «На Таймс-сквер находилось около сотни тысяч людей. Их лица украшала улыбка и яркие вспышки от камер. Они не замечали, как над ними уже давно сгустились облака и собирался полить дождь. А вместе с ним на свободу вышел и сам Дьявол, желающий вкусить человеческую плоть, забирая за собой каждую из невинных душ. Дождь обрушился внезапно, побуждая каждого спрятаться в скромных магазинчиках или торговых центрах. Кого-то и вовсе не волновала погода, они продолжали бродить дальше, невзирая на погодные условия. А становилось заметно холодно. Так не должно быть в мае. С погодой творилось нечто невероятное, но многие ошибочно спихивали все на дождь. А этот холод — не погодное явление, это приближающаяся смерть. Однако Дьявол смотрел лишь в одну сторону, где эпицентр мокрых людей был выше. Метро, куда все сбегались, в попытках укрыться от дождя. Дождь не так страшен, как собственная смерть, и люди должны это понять. И Дьявол, спустившись вниз, сейчас им это покажет.» — Метро на Таймс-сквер, — прошептал Джисон и дернулся, когда по окну ударила первая капля дождя. — Что? — переспросил Майерс, отвлекаясь от своей работы. Джисон подорвался с кресла и подошел к окну, вглядываясь в небо. На нем черными пятнами сгустились облака, покрывая весь мир в мрак. Джисон покачал головой и несколько раз ударил себя по лицу, пытаясь прийти в себя. Джэй подбежал к нему и с изумленным воплем попытался остановить Джисона продолжать наносить себе удары раз за разом. И он перестал. Он взглянул на парня и чуть не заплакал, показывая пальцем в сторону окна. — Ты тоже это видишь? — прошептал Джисон, надеясь, что он все же сходит с ума. — Дождь? Тучи? Что? — не понимал Майерс. — Дождь, — прошептал Джисон и рассмеялся. Так громко, с клокотом, срывая горло, отчего и правда казалось, что он окончательно свихнулся. — Дождь не передавали, — отметил парень, игнорируя странное поведение Джисона. — Метро. — Что? — Ты говорил, что следующим должно быть метро. Пойдем на Таймс-сквер, я докажу тебе, что все произошедшее в книге переплетается с реальностью, — он схватил Джэя за руку и вместе с ним вылетел из кабинета. — Постой, я же работал! — возмущенно прокричал Майерс, но Джисон продолжал нестись с ним прямо под дождем, когда они покинули здание издательства. Дождь молотил с такой силой, что хотелось прикрыть лицо руками. Прошло только пять минут, как они бежали на центральную площадь, чтобы образумить людей и попросить их покинуть метро в целях собственной безопасности, как Джисон мог почувствовать, что его одежда неприятно прилипла к телу и ее можно уже выжимать над ванной. Это не погода испортилась. Это Джисон ее испортил, когда написал, что сегодня, в обычный пятничный день, полил дождь, и Дьявол вышел на охоту, чтобы полакомиться людьми. И его нужно остановить, а именно не позволить людям зайти в метро. Хотя, они и без того уже заполнили подземные станции, но их нужно в срочном порядке оттуда вывести. Один он, разумеется, не справится, однако сейчас за ним бежал еще один парень. Да, бежал против воли и не имел понятия, куда и зачем, но все еще бежал. — Джэй, просто поверь мне. Нам нужно срочно попросить людей выйти из метро, — проговорил Джисон, приближаясь к Таймс-сквер. — Ты думаешь, мы сможем вывести десятки тысяч людей из теплого места обратно в этот морозильник? — его зубы стучали от холода, а сам он сжался. — Нужно попытаться, — прошептал Джисон. — Зачем? Зачем тебе вообще это надо? — встрепенулся парень, не собираясь выгонять тысячи людей под дождь. — Потому что они все умрут! — вскрикнул Джисон, размахивая руками по сторонам. — Они все умрут. Метро взорвется, как ты не понимаешь? — Откуда ты… откуда ты вообще это взял? — Я это написал, — напомнил он и покачал головой, смахивая капли дождя. — К сожалению, я это написал, — добавил он. — По книге у Эша умер друг. У меня умер лучший друг. Потом авария на Пятой-авеню. У нас тоже была авария. А еще… знаешь книжный клуб? — Ну, — кивнул Джэй и его глаза расширились. Он понял. — Башня загорелась. В книге тоже. И все умерли. — Разве такое возможно? — нахмурился Джэй, продолжая следовать за ним в сторону подземного метро. — Я сам в это до сих пор не верю, но если мы не попытаемся помочь людям, то они, возможно, сегодня умрут, — Джисон подошел к спуску вниз и вздохнул. — Иди до другого выхода и агитируй людей покинуть метро. — А что мне им сказать? — испуганно спросил Джэй, спускаясь вниз. — Правду. Скажи им правду. В метро произойдет теракт, — голос Джисона казался безжизненным и холодным, словно его тело давно покинула жизнь. Быть может, это и так. Потому что он действительно чувствовал себя мертвым. Мертвым внутри. — Увидимся? — Джэй вздохнул, прорываясь дальше через толпу. — Очень на это надеюсь, — прошептал Джисон ему вслед и вздохнул, оглядывая всех вокруг. В метро все кишело людьми, делая эту картину поистине неправдоподобной. В подземное метро спускались редко и то не желали там задерживаться из-за обезумевших бездомных и огромных двухметровых крыс. Джисон тоже не любил. В последний раз он спускался вниз несколько лет назад, когда еще учился в колледже. Сейчас старался передвигаться на такси, машине Минхо или пешком. — Слушайте все! — прокричал Джисон полной грудью. — Вам всем немедленно нужно покинуть метро! Здесь заложена бомба, произойдет теракт! Люди покосились в его сторону. Кто-то пошел по направлению выхода, унося с собой маленьких детей, а кто-то продолжал стоять на месте и игнорировать его просьбу. Джисон повторял вновь и вновь, даже дергал людей в наушниках, чтобы они обратили на него внимание. Он шел дальше по станции, направляя людей в сторону выхода. Вероятно, для них он выглядел безумно, но он правда хотел им помочь, их спасти. Заметив на другом конце Джэя, Джисон остановился, глядя на то, как парень объяснял полицейским, чем он здесь занимается. Как он мог забыть, что можно попросить их проговорить все в рупор! Может, так люди послушаются и выйдут отсюда? Но с другой стороны офицеры просто так не сделают этого, пока сами не поймут, что метро вот-вот взорвется. В кармане завибрировал телефон. Джисон аккуратно достал его из мокрых джинсов и поежился, чувствуя, как мокрые капли побежали по его спине. Он выглядел со стороны так, словно только что вылез из речки, а не пришел из улицы. И в этом виноват он сам. Минхо. Ему звонил Минхо. Джисон помедлил. Посмотрев еще раз на Джэя, что украдкой поглядывал на него, продолжая спорить с сотрудниками правопорядка, Джисон вернул взгляд на экран и вздохнул. Нельзя вызывать подозрений. Придется ответить на звонок и продолжить выставлять из себя полного влюбленного дурака. — Алло? — ответил он, но ответа не последовало. — Алло, Минхо? — Обернись. Джисон поднял глаза на Джэя и сглотнул. Ледяной голос Минхо ничего хорошего не предвещал. Тяжело вздохнув, он медленно обернулся, намертво сжимая телефон в руке, который в одну секунду захотелось разбить о пол, лишь бы никто больше не смог до него дозвониться. — Как дела? — Минхо продолжал говорить в телефон, находясь в двадцати метрах от него. Джисон смотрел в глаза парня и не видел в них Минхо. Там находилось нечто. Нечто ранее придуманное им самим. И теперь он понимал, что как никогда был прав. Перед ним Одержимый. Перед ним его Смерть. — Я знаю. Я все знаю, — прошептал Джисон. — Я знаю, — кратко повторил он и на его лице появилась улыбка, подобная оскалу. — Сюжет набирает новые, непредвиденные нам ранее обороты, верно? — Чего ты хочешь? — Джисон вздрогнул, когда горячая капля слезы скатилась по его щеке. — Ты прекрасно знаешь, чего я хочу, Джисон, — медовым голосом проговорил он. — И ты ничего с этим не сможешь сделать. Жалкие попытки предотвратить катастрофу все равно приведут к ней. — Не смей. Не смей убивать людей. Они ничего не сделали для этого. — Я знаю, — Минхо наклонил голову вбок и улыбнулся. — И ты это прекрасно знаешь. Так, позволь же спросить, зачем ты убил их? А, Джисон? Или это не ты написал книгу? — Я… — Джисон в неверии покачал головой. — Я написал книгу, никак не основываясь на своей реальности. Это просто жалкая выдумка. Тебя тоже не должно быть здесь, — прошептал он, слыша, как позади приближался поезд метро. — Да, не должно. Но именно ты призвал меня сюда, разве не так? — клацнув зубами, он рассмеялся. — Сейчас тебе лучше бежать, потому что время твоей смерти еще не наступило, — и после ответа последовали гудки. Джисон покачал головой, препятствуя теракту. Раз время его смерти еще не наступило, то Минхо же не позволит ему умереть, да? Или он уже не следует сюжету книги? Потому что Джисон — да. Он перемешал ему все пазлы, не давая нормально собрать картину воедино. Тогда почему Минхо не может начать с другого угла и не убить его сразу? — Парень, тебе лучше выйти отсюда, — послышалось сзади. Джисон повернул голову, увидел полицейских и нервно поджал губы. Развернувшись обратно, чтобы посмотреть на Минхо укоризненным взглядом, он больше никого не увидел. А люди начали заполнять вагоны метро, толпиться и толкать друг друга. Хотелось выхватить рупор и продолжить кричать, даже если потом он будет иметь проблемы с законом. Он хотя бы попытался спасти кому-нибудь жизнь. — Нам применить силу? — спросили еще раз, и Джисон покачал головой, выходя вместе с ними из метро. Джэйкоб ходил из стороны в сторону, когда Джисон наконец заметил его. Он стоял у самого выхода метро и с грустью смотрел на него. Джисон понял, что его тоже вывели, так и не поверив в то, что в метро находится бомба. — Я пытался их убедить, но они… — Ты не виноват, — Джисон знал, чьих это рук дело. — У нас бы все равно ничего не вышло, — он сделал несколько шагов вперед, отходя на добрых пять метров от входа в метро, как послышались крики и что-то громыхнуло так, что земля под ногами задрожала. И время словно остановилось. Джисон обернулся под испуганный взгляд парня и заметил, как клубки дыма выходили из ведущей вниз лестницы, а за ними и окровавленные люди, что только что встретились со Смертью лицом к лицу. Полицейские, стоявшие все это время у выхода, ринулись вниз, но Джисон за ними не пошел. Ему больше нечего там делать. — Так значит, ты говорил все время правду, — прошептал Джэй. — Я подумал, что ты спятил. — Я до сих пор так думаю, — вздохнул Джисон и вновь достал звонящий телефон из кармана. — Что тебе надо, ублюдок? — Ох, а как же наша любовь? — хохотнул Минхо. — Признаться честно, мне нравилось питаться твоими эмоциями. — Пошел нахер, — Джисон сжал руку в кулак и прикрыл глаза. — Ты злишься на меня, сладкий? М-м… а должен злиться только на себя. Ведь без тебя всего этого бы не было, — его сладкий до тошноты голос начинал раздражать. — Я жду тебя дома, любимый. Потому что я знаю, что у тебя нет никакой командировки в Лос-Анджелесе. — Я не приду. — Правда? Что ж… тогда я найду любые способы, чтобы тебя достать. Люблю, целую, не скучай. Джисон посмотрел еще раз на экран своего телефона и фыркнул, все еще имея желание разбить его, но сдерживал порыв эмоций. Ему срочно нужно что-то предпринять. Что-то такое, что могло бы избавить его и весь мир от Дьявола. А домой ему точно никак нельзя. Там он будет поджидать его. Возможно, он не убьет его, пока действительно не превратит Нью-Йорк в руины, но все может всегда измениться. — С кем ты говорил? — спросил Джэй. — С тем, кто это устроил, — вздохнул Джисон, оборачиваясь к парню. — Значит… Одержимый все-таки тоже… существует в нашем мире? — Да. И это… это мой парень, — такое заявление заставило Майерса расширить глаза. — То есть, ты хочешь сказать, что… — По сюжету он меня и убьет, да, — закончил за него Джисон. — Но мы не дадим ему этого сделать. — Как? Ты знаешь, как противостоять самому… Дьяволу? Джисон покачал головой. Конечно, он не мог этого знать. Но он ведь автор этой книги. Он обязательно найдет что-то там, где искал всю информацию до этого — в старых книгах. Найдет и уничтожит его к чертовой матери, избавляя Нью-Йорк от проблем, которые в скором времени могут на него навалиться. — Еще не знаю, но постараюсь выяснить. Ты мне поможешь? Майерс вздохнул. — Видел Бог, я не хотел вляпываться во всякое дерьмо, — прошептал он и посмотрел на небо, а потом на Джисона. — Я в деле.666
Белки глаз значительно покраснели от недосыпа. Джисон прочел всю книгу до конца, помечая какие-то незначительные моменты, которые могли бы ему помочь. Он практически слился сперва с книгой, потом и с ноутбуком Майерса. Тот искал все через свой компьютер, успевал между делом заказать доставку с едой и запихнуть пару чизбургеров в Джисонов рот. А он даже и не заметил. Джисон искал в интернете всю информацию про секты девятнадцатого века и их последователей. Многие верили в нечисть и желали связать свою жизнь с оккультизмом. Кто-то предпочитал верить Богу, а кто-то самому Дьяволу. И Джисон копался во всем этом сраме, откуда он и черпал информацию для своей книги. Разве тут не должны говорить о том, как люди потом избавлялись от самого Дьявола? Или они не успевали это сделать? — Нашел что-нибудь? — спросил Джэй, вероятно, надеясь на чужой успех. — Ничего. Просто старая байка для того, чтобы напугать детей. Не более, — отрезал он и расправил устало плечи. Прошло за немалым три дня, как он поселился в крохотной комнатушке в другой части Манхэттена. И невзирая на крошечные апартаменты, у Майерса хотя бы были права и собственная машина, что шла ему только в плюс. Джисону тоже бы обзавестись правами и машиной, но об этом он хорошо подумает после конца света и собственной смерти. — Я прочел на разных сайтах и… возможно, нам понадобится помощь Бога, — промолвил Майерс, и Джисон обернулся, хлопая глазами. — Это как? — Нужно в церковь, — объяснил парень. — Церковь. Б-р-р, я давно там не был, — вздохнул Джисон. — Почему? Не веришь в Бога? — получив утвердительный кивок, Джэй фыркнул. — А вот я верю. — Какой безумец вообще верит в Бога? — прыснул Джисон от смеха. — А какой безумец воскрешает своей книгой настоящего Дьявола? — в ответ стрельнул Майерс, и Джисон рассмеялся. — Ладно, один-один, — Джисон обернулся обратно на ноутбук и свернул все ненужные ему больше вкладки. — Так… что за церковь нам нужна? Для кого это покажется особым случаем, а для кого простым сумасшествием? — Что ты имеешь в виду? — не совсем понял Джэй. Джисон развернулся и наклонил голову вбок. Возможно, верующий в Бога мальчик не знал, как часто люди пользовались такими, как он. В своих прихотях. И прихоти эти менялись время от времени. — Раньше священники агитировали верить в Бога, чтобы держать людей в узде. Это я сейчас про тех, кто самолично не верил в Бога, но заставлял верить в него других. Так они подчиняли себе неокрепшие умы и могли спокойно ими руководить. Сейчас иное время, но и без этого не обходится. Только, может, священникам уже все равно: будешь ты им подчиняться или нет. Главное, чтобы ты отдавал хорошие деньги. Глядишь, они обзаведутся хорошей машиной или квартиркой в центре Манхэттена, — улыбнулся Джисон. — И я это к тому, что нам нужно попасть в нормальную церковь, где священник… действительно верит в Бога и все такое. Потому что, если мы сейчас подойдем к любому и скажем, что на землю спустился Бес, нам, разумеется, никто не поверит. — Ну да, это имеет смысл, — почесав затылок, Джэй взглянул на компьютер. — Есть одна церковь в Бруклине. Прямо рядом с Бруклинским мостом. Я там часто бывал. — Что за она? — Джисон поднялся с кресла и простонал, когда в спине что-то хрустнуло. — «St. Ann & The Holy Trinity». На правом повороте. Можем поехать туда и… возьми с полки свою книгу. Покажем для правдоподобности твой сюжет и новости в интернете, произошедшие в Нью-Йорке за пару недель. Джисон метнул взгляд на небольшую полочку, где стояло несколько книг Шекспира, Остина, Стокера и Лондона. А меж ними, каким-то боком, поселилась и книга Джисона. Ну и вкус, подумал он и хохотнул, беря свою книгу. Пролистав страницы, Джисон хмыкнул, заметив кучу закладок-заметок и легкие линии карандаша по тексту. Видимо, Майерс читал его книгу с особым интересом, что не могло не радовать. Взяв новую рубашку, переданную ему Джэем, Джисон благодарно кивнул головой и быстро переоделся. Сам он забыл свой рюкзак со сменной одеждой на работе, а туда сейчас лучше не возвращаться. Минхо мог поджидать его и там, так как издательство находилось близко к его дому. А Джисон сейчас остерегался своего дома и ближайших от него мест, как огня. Ему нужно продержаться, как можно дольше. Пока следующая волна разрухи и гибели не легла тенью на муравейный Нью-Йорк. Джисон и не заметил из-за всех событий, как май уже сменился теплым июнем. Время разгара для самой смерти, хотел пошутить Джисон, но понял, что эта шутка будет смешной только для него и то в нервном контексте. Ведь осталось всего ничего, прежде чем Минхо придет по его душу. Интересно, ну убьет он его, а дальше что? Джисон не писал продолжение (и, если Бог все-таки есть: СПАСИБО БОГУ!), но что-то навязчиво его просило написать вторую книгу о Дьяволе. И сейчас сомнений не оставалось: просил его об этом сам Дьявол. Садясь в машину, Джисон нервно пристегивался и озирался по сторонам, рассматривая каждого из прохожих. Нигде не виднелось фиолетовой макушки. К счастью, что фиолетовой. Будь Минхо таким же черноволосым, как большая часть населения, Джисон бы по макушке не определил, где есть Дьявол, а где его нет. — Волнуешься? — заметил Джэй и завел машину. — Следи за дорогой. Этот урод может сделать все что угодно прямо на ней. Не хватало нам второй аварии на Пятой-Авеню, — прошептал Джисон и внутренне сжался. — Если тебе станет легче, то мы не поедем через Пятое-авеню, — улыбнулся парень и включил ненавязчивую песню по радио. — Мне правда стало от этого легче, — фыркнул Джисон и закатил глаза. — Я все равно буду следить в оба. Джэй хорошо вел машину, поглядывая в навигатор, подсказывавший ему, в каких областях Манхэттена сейчас пробки. Он бегло менял направление, сворачивая то влево, то вправо, и давил на газ, не прекращая ехать так быстро, как мог. Джисон поглядывал по сторонам, чаще смотрел назад, нет ли за ними хвоста, но там машины сменялись другими. Ничего странного обнаружено не было. Неужели Минхо собирает силы для следующей атаки? Он ведь прекрасно знает, что Джисон просто так к нему не придет. Не придет на собственную смерть. — Мост, — кивнул Джэй прямо, и Джисон вздохнул, поглядывая на красивый вид. Именно там Минхо и встретил меня глубокой ночью, подумал Джисон, и на душе стало грустно. А был ли Минхо с ним когда-нибудь, как Минхо? Или там всегда находился Дьявол, ждавший все это время начало сюжета? Думать об этом не хотелось, потому что крупицы слез предательски выкатывались в уголки глаз, и Джисон прилагал много усилий, чтобы ни одна из них так и не оказалась на его щеке. Хотелось думать лишь об одном — о своей жизни. Или о том, как ее спасти. Как спасти весь мир. Такое его книге явно и не снилось. Будь вместо него Эш, интересно, он бы смог спасти себя и мир от разрухи? Быть может, да. Однако Джисон не дал ему этого сделать, собственноручно оборвав ему жизнь буквами. — Приехали, — остановив машину, Джэй посмотрел в его сторону и кивнул. — Ты как? — Порядок, если не знать, что мне скоро придется умереть, — улыбнулся Джисон. — Пойдем? — Пойдем. Покинув автомобиль и захлопнув дверцу с легким стуком, Джисон посмотрел на свою книгу в руках и перевел взгляд на красивую церковь. Она находилась среди деревьев и пестрила зелеными красками. На мгновение все тревоги как будто отпустили его тело, стало легко. Джисон давненько не выбирался туда, где находилась большая растительность в виде травы или деревьев. На бетонных улицах редко такое встретишь, а если и встретишь, то ветхое и не шибко зеленое. — А если нас пошлют куда подальше? — прошептал Джисон, заходя в церковь, что внутри выглядела просто огромной. — Нас не могут послать. Мы пришли просить помощь у Бога, — воспротивился Майерс, и Джисон сделал все, чтобы не фыркнуть в ответ. Помощь у Бога, как же. С такими запросами уже можно смело отправляться в психиатрическую клинику. Может, у Джисона просто помутился рассудок, а все те, кто находился рядом с ним, тоже сходили с ума? Вот, Минхо например стал Дьяволом. А Майерс какой-то последователь Бога. Еще чуть-чуть и так до Архангела недалеко. Было бы славно. Прихожане сидели на лавочках, смотрели куда-то на иконы и, похоже, молились. Так подумал Джисон, заметив, как их тонкие сухие губы дергались от шепота. Если Джисона тоже попросят помолиться, то он не сможет сказать ни слова, поскольку никаких молитв он не знал. И ему нисколько не стыдно! Лучше признать сразу, что не веришь в Бога, чем нагло врать. Но тем не менее, несмотря на его не веру, он почему-то находился в месте Всех Святых и искал помощи. Фантастика, да и только! — Святой Йулиан, не уделите нам время? — спросил Джэй у мужчины в черной мантии. Он внимательно посмотрел на него, перевел взгляд на позади стоящего Джисона и кивнул, без слов показывая рукой в правую сторону. Майерс обернулся и прошептал шипяще «Пойдем», и ничего не оставалось, как пойти следом, чтобы узнать, что же будет дальше. Смогут им помочь или можно уже готовиться к своей смерти. Джисон закрыл за ними дверь, оказываясь в маленькой комнатушке. Здесь не было окон, вместо него светил желтый, противный до ряби в глазах, свет от маленькой лампочки. Посреди комнаты стоял стол с огромной, увесистой библией. А у стены находился шкаф, заполненный святыми книгами. А пахло… каким-то дурманом. Джисону не нравился запах ладана, он как будто бы поднимал тревожность. Хотя, казалось бы, должно быть вовсе наоборот. — Зачем пожаловали? — добродушно ответил мужчина. — Нам нужна ваша помощь, — Майерс отступил в сторону и кивнул Джисону. — Расскажи. Джисон в это же мгновение почувствовал себя полным придурком, рассказывающим про Дьяволов и всякую нечисть, но выбирать не приходилось. Пришлось рассказывать. — Я написал эту книгу, — Джисон протянул ее Святому Йулиану. — И спустя полгода начал замечать, что события из книги повторяются в реальной жизни. Авария на Пятой-авеню, горящий небоскреб, теракт в метро — все это есть в моей книге. Но это не все ключевые моменты. Я… я как будто бы проживаю жизнь главного героя. А главный герой в конце должен умереть, — повисла пауза. — Должен умереть от рук своего возлюбленного, в ком покоится сам Дьявол. Святой Йулиан посмотрел на книгу, пролистал несколько страниц и тяжело вздохнул на той, где другим шрифтом был выделен текст на непонятном никому языке. Помолчав еще с минуту, он закрыл книгу и начал рассматривать узоры на обложке, и Джисон поспешил дополнить: — Я просто хотел написать историю об Одержимом. Я не сторонник Сатаны и никогда не занимался оккультизмом. — Это и понятно, — прошептал мужчина. — Потому что тот, кто занимается оккультизмом, никогда бы не навлек проклятие на себя, мистер… — он опустил глаза на обложку книги. — Мистер Хан. — И что нам теперь делать? События действительно повторяются, и мы не в силах их изменить, — спросил Джэй. Йулиан помолчал. Развернувшись, он подошел к шкафу и начал пальцами проводить по корешкам книг, считывая каждое название, написанное каким-то ветвистым шрифтом, из-за чего понять, что там за буквы, оказалось достаточно трудно. Джисон дышал через силу, забывая набирать в легкие воздух. Да и желание дышать ладаном как такового не было. Почему бы им просто не выйти на свежий воздух? — Вы нашли Одержимого? — спросил Святой Йулиан. — Да, я все это время жил с ним в одном доме, — просипел Джисон и откашлялся. — Я не экзорцист. Поэтому вряд ли помогу изгнать Дьявола из человека, но могу только подсказать, как это сделать, — он положил на стол толстую пыльную книгу поверх библии и закатал рукава. — Что нам нужно сделать? — Джэй встал по другую сторону, внимательно разглядывая книгу. — Уничтожить его. Не будет сосуда, не будет и Дьявола, — Йулиан открыл с одного разворота нужную ему страницу и указал пальцем на абзац. — Уничтожить? — не поверил своим ушам Джисон. — Но… разве нельзя как-то изгнать? — Бесов можно, но вот Дьявола, — Йулиан вздохнул, смотря на Джисона. — Вы сами отдали ему сосуд в виде тела. И раз он все еще здесь и все еще творит злодеяния, то, видимо, вы отдали ему действительно хороший сосуд. К тому же, если он начал действовать только сейчас, но находился в вашем возлюбленном полгода, то, думаю, он просто питался за счет вашей энергии. И сейчас его сила способна снести весь Нью-Йорк. — Прямо как в твоей книге, — удивился Джэй. — Да, но мы сейчас в церкви, а значит мы уже не следуем по сюжету моей книги, — воспротивился Джисон и вновь посмотрел на Йулиана. — Что нам нужно делать? — Вам поможет священная вода, соль и кресты. Желательно много крестов. Все это просто сожжет сосуд и заставит его покинуть тело. — Сжечь Минхо? — Джисон прикрыл лицо руками. — Нет-нет-нет, из-за меня умрет еще один человек. — Скажите, есть еще какой-нибудь способ? — спросил Джэй. Джисон больше ничего не слышал. В ушах пульсировала кровь. Он не сможет убить того, кого… кого он любил. Того, кому отдал свое сердце еще осенью, на первом свидании. Того, кто обнимал его холодными ночами, кормил его и всячески ласкал. В нем не было Дьявола. На тот момент точно не было. Не могло быть. Дьявол бы давно себя проявил. И убить его означало убить себя изнутри. Полоснуть острым лезвием по сердцу, заставить его кровоточить и медленно-медленно замедлить свое биение до оглушающей пустоты. Разве Минхо заслужил смерти? Он ни в чем не виноват. В нем изначально не должно быть Дьявола. Единственный, кто заслужил ее — это Джисон. И он наконец-то это понял. И Эш тоже заслужил. Он тоже допустил ошибку, за которую ему пришлось поплатиться. Так значит, таков его конец? — Есть еще кое-что, — вдруг изрек Йулиан, листая книгу Джисона. — Но не знаю, понравится ли вам этот способ. — Нам выбирать не приходится. Говорите, — поторопил его Майерс. — Смотрите, — он указал на руны. — У вас есть сюжет, у вас есть руны. Можно попробовать переписать другой конец, поставить внизу страницы руну жизни и запечатать ее внутри книги. — Так… чего мы стоим? Мы сейчас можем это сделать! — обрадовался Джэй, но мужчина покачал головой. — Нам нужна первая книга, появившаяся в этот свет. Именно в ней и заковано все зло. Остальные — это лишь копии, не несущие в себе ничего путного. Джисон расширил глаза. — Она у меня дома, — прошептал он не своим голосом. — Отлично, тогда вы можете принести ее сюда. Я приготовлю священный пергамент и… ох, да, вам придется писать все своей кровью. Джисона не пугало писать что-то своей кровью. Да хоть всю книгу ей перепишет, лишь бы никого не убить. Только вот проблема все еще оставалось проблемой — его книга не у него. — Моя книга находится там, где есть Одержимый, — вздохнул Джисон. — Вот почему он так боялся всякий раз, когда я к ней прикасался. — Это плохо. Значит он может знать о возможности изгнать его при помощи книги. И это может стоить вам жизни, — отметил Йулиан. — Я знаю. Но… если таким образом я смогу спасти Минхо и Нью-Йорк, то я готов рискнуть самим собой. Мы сейчас же поедем ко мне домой, — отчеканил Джисон и посмотрел на Майерса. — Ты спятил? Мы прятались от него не для того, чтобы сейчас к нему прийти! — У нас нет выбора. Я не стану убивать Минхо, — Джисон покачал головой. — Я буду ждать вас. Постарайтесь приехать сюда как можно скорее, здесь он вас не тронет. Это священное место. А я приготовлю все к вашему приходу. Джисон пулей вылетел из церкви, слыша бормотание за спиной. Он знал, что идея такая себе, знал, что Майерсу это не понравится, но… не ему же потом жить с такой ношей? Из-за него умерли невинные люди. И все из-за того, что он просто вставил какие-то руны и сатанистские приставки меж текстом. Молодец, хорошо постарался, подумал Джисон и остановился возле авто. — Ты правда собираешься поехать к себе домой? — возмущался Джэй. — Ты слышал. Выбора нет. — Есть. Например, просто убить его и… — Ты бы убил того, кого любишь? — резко спросил Джисон, и Майерс вздохнул. — Если бы в нем жило нечто, что могло бы меня убить или уничтожить весь мир, то я бы убил без промедлений, — выпалил он. — А я так не могу, — голос осел на конце. — И я не собираюсь заходить в дом, пока там есть он. Естественно, это самоубийство. Я просто подожду, когда он выйдет или… не знаю, будем следить за ним. Я знаю, что драться с ним не вариант. — Хоть какое-то благоразумие осталось в твоей голове, — обрадовался Джэй и сел в машину. — Ладно, проследим за ним. Джисон прижался лбом к холодному окну и рассматривал пролетавшие мимо здания, пока они не сменились речкой. Вот если бы не невероятные события, которые с ним приключились, он бы, может, сейчас отдыхал с Минхо в каком-нибудь красивом месте и не знал бы бед. Например, в Аризоне. Но сейчас ему, как какому-то супергерою, нужно предотвратить настоящую катастрофу. Возможно, и целый конец света. И об его геройских подвигах не напишут в газетах, не расскажут крупные телеканалы страны, потому что никто не знает, что это все не случайность. Это все он сам. В книге он уничтожил Нью-Йорк, а сейчас, в реальности, приходилось разгребать все это и спасать мир. Спасать Нью-Йорк. И даже к счастью, что об этом не напишут в газетах, ведь, по сути, все началось из-за него, все им и закончится. Только еще неизвестно — спасением или смертью. — Если вдруг он будет дома, то что будем делать? Ждать целый день? Дни? — вдруг поинтересовался Джэй. Джисон вздохнул. Не хотелось думать об этом. Будет он дома или нет — разве есть разница? Книга нужна любой ценой. Пусть цена и была слишком высока. — Поживем — увидим. Все равно дальше нет сюжета, а значит Дьяволу здесь нечего делать. И он будет оттягивать мою смерть. Потому что… он бы давно меня убил, — догадался Джисон. — Но он для чего-то все еще держит меня. — Или просто сам боится неизведанности после твоей смерти, — дополнил Джэй. — Может, он и не искал тебя вовсе. — Тогда это он должен меня бояться, не так ли? — улыбнулся Джисон. Вернее, попытался это сделать. — И то верно. Пусть боится нас, поскольку мы знаем то, чего не знает он сам, — Джэй притормозил вдали от парковки возле дома Джисона и повернулся к нему. — Ну, что будем делать дальше? Джисон осмотрел стоянку, но машины Минхо нигде не было. Невероятно, его здесь нет, подумал Джисон и повернулся к Майерсу, кивая головой. Он порыскал по карманам и сразу же нашел связку ключей. Нужно быстро войти внутрь и найти книгу. Только вот где она? Куда Минхо мог ее положить и есть ли она вообще в их доме? Может, Дьявол тоже знает о такой возможности, как переписать книгу, и уже давно ее спрятал? — Я пойду, — прошептал Джисон, сжимая ключи. — Постой, — Джэй стянул с себя крестик. — Держи. — Зачем он мне? — удивился Джисон. — Ты что, не слышал, что сказал Йулиан? Крестом можно сжечь его, — Джэй посмотрел на свой маленький крест и вздохнул, кивая головой. — Да, таким навряд ли можно сжечь Дьявола, но оставить ожог же можно? Так что держи для защиты. — Ладно, возьму, не бубни, — сдался Джисон, беря крестик в руки. Джисон взял не только крестик, но и себя в руки. Не то чтобы он был храбрым человеком, но, когда на кону стоит жизнь многих людей, ему приходится быть таковым. Он шел прямиком к себе домой и еще раз внимательно оглядел все машины, потом людей, потом и окна своей квартиры. Свет в них не горел, да и не должен был, поскольку сейчас только час дня. Солнце палило практически как в Лос-Анджелесе, если не также. Стук сердца отдавался набатом в ушах. Джисон поднимался по лестнице вверх, затаив дыхание. А у самой двери он и вовсе прижался к ней ухом, вслушиваясь в шум. Может, Минхо находился на кухне, тогда бы отчетливо послышался лязг ложки о кружку. Если же он сидел в спальне, то оттуда бы доносилось его недовольное бубнение. Однако Джисон точно не знал, что в таком случае, в полном одиночестве, сделал бы Дьявол. Вряд ли он стал бы заваривать себе кофе и разговаривать с кем-то по телефону. — Нужно забрать книгу, — прошептал Джисон, аккуратно поворачивая ключи в замочной скважине. Дверь спокойно поддалась напору. Джисон помедлил, вглядываясь в коридор. Ботинок Минхо обнаружено не было. Значит его и вправду нет дома. Выдохнув, он проскользнул внутрь и медленно побрел в спальню. Высунув голову из-за двери, Джисон оглядел каждый угол, но никого так и не увидел. Не став заострять на этой комнате внимание, он пошел на кухню. Там тоже оказалось пусто. Проверив туалет с ванной, Джисон направился обратно в спальню, когда понял, что он здесь один. Времени крайне мало. Нужно срочно найти книгу и уходить отсюда, пока Минхо неожиданно не вернулся домой. — Где может быть книга? — прошептал он, осторожно убирая все книги с полки на стол. — Куда он ее дел? — гнев накатывал незаметно. Опустошив все полки, Джисон схватился за голову, сканируя взглядом комнату. Ему пришлось перевернуть весь шкаф с одеждой и даже свой комод, вытряхивая одежду за одеждой. Однако и эти попытки найти свою книгу не увенчались успехом. Он сел на кровать, стараясь проанализировать возможные места в доме. Как таковых потайных мест не наблюдалось. Но их всегда можно сделать. А стал бы Минхо делать что-то такое? Джисон не мог проникнуть в его голову, чтобы это понять. Он лишь устало откинулся на кровать и прошипел от боли в затылке. Перевернувшись, Джисон развернул одеяло и откинул подушку Минхо в сторону, замечая под ней свою книгу. — Идиот, — улыбнулся Джисон, почесывая затылок. — Я нашел ее, — схватив книгу в руки, Джисон перепрыгнул кровать, подбегая к выходу из комнаты, как прямо перед его носом дверь захлопнулась. — Так кто там идиот, не расскажешь? — послышался голос сзади. Джисон медленно обернулся, замечая восседающего Минхо на кресле. Его волосы, все такие же фиолетовые, были слегка растрепаны в разные стороны, кожа казалась мертвенно-бледной, а под глазами вздулись черные вены, придавая Минхо более болезненный вид. — Как ты тут оказался? — прошептал Джисон, пряча книгу за своей спиной. — Оу, — он улыбнулся. — Я ждал тебя. Говорил же тебе по телефону, разве нет? Только ты убегаешь от проблем, Хан Джисон. Я же сижу на месте и хочу их решить, — Минхо поднялся с места и медленно направился к нему. — Стой где стоишь, — Джисон вытянул руку, препятствуя приближению, но Минхо продолжал идти. — Ты не скучал по мне? — наигранно надулся Минхо. — Не скучал по моим рукам и моим губам? А я вот по тебе очень, сладкий. Джисон оказался впечатан в дверь. Его рука коснулась плотной груди, Минхо становился все ближе и ближе, и самообладание почему-то сходило на нет. Этот медовый голос проникал в разум, оседал там липкой сладостью, не давая шестеренкам двигаться для мозговой активности. — Я так скучал по тебе, — прошептал Минхо, очерчивая рукой его подбородок. — К чему эти игры в кошки-мышки? Ведь мы все это время могли быть вместе. — Отойди, — прошептал Джисон, отворачиваясь в сторону, как хватка на его подбородке усилилась и прямо-таки заставила повернуться обратно. — Не хочу, — хохотнул Минхо. — Знаешь, чего я на самом деле хочу? — Мне не интересно. — Поцеловать тебя. Джисон сглотнул, смотря на его губы. Даже не думай, Джисон, не смей. Но проблема была в том, что он уже думал. Думал о теплых губах, касающихся его кожи, думал о гортанном рыке Минхо и его крепких руках. И только он прикрыл глаза, как осознал, что это реальность. Минхо оставлял поцелуй за поцелуем на его щеке, подбородке, уходя к шее. Джисон сильнее сжал книгу, чувствуя, как пробегали мурашки по коже. Он точно сходил с ума. Не из-за себя. Из-за Минхо. — Ты пахнешь безумием, — прошептал Минхо, втягивая носом его аромат. — И я чувствую, что ты тоже скучал по мне, — он отстранился, заглядывая прямо в глаза. Джисон приоткрыл рот, собираясь сказать, что это отнюдь не так, как Минхо грубо впился в его губы, сжимая волосы на его затылке. Джисон промычал то ли от боли, то ли от неожиданности, не поспевая за диким напором. Чужой язык проник в рот и начал наводить там свой порядок. Рассудок Джисона помутился. Ноги согнулись в коленях, и он чувствовал, как теряет связь с реальностью, будто бы Минхо высасывал из него всю душу через поцелуй. И когда осознание молотом ударило в голову, размозжая череп на куски, Джисон наконец пришел в себя. Потянувшись одной рукой в карман, он ответил на поцелуй как ни в чем не бывало и даже простонал для правдоподобности, а затем резко ударил Минхо по щеке, припечатывая к коже крест. Тот с криком отлетел в сторону и схватился за щеку. И теперь перед Джисоном предстал тот, кого он и собирался уничтожить. На него больше не смотрели шоколадные глаза парня. Вся радужка глаза и белок превратились в сгусток тьмы. Черные глаза, со вздутыми венами такого же цвета, по-настоящему вселяли страх. Нет, целый ужас. На его щеке остался крестообразный след. Он кровоточил, вздувался и бугрился под кожей, кровь медленно стекала по лицу, но через секунду, когда Минхо прикрыл глаза и вдохнул воздух, рана исчезла, словно ее никогда и не было. Джисон понял, что сейчас самое время бежать. Открыв дверь, он быстро выбежал в коридор и, чуть не полетев кубарем вниз по лестнице, вылетел из квартиры, оставляя некое зло позади. Оказавшись на улице, его больше не встречали солнечные лучи и пекло. Снова стало холодно, на небе сгустились тучи. Он разозлил Дьявола, поэтому погода реагировала именно так. — Быстрее! Заводи машину, нам нужно сматываться! — прокричал Джисон, садясь в авто. — Он был там? — поспешно спросил Джэй, выруливая в другую сторону. Джисон показал пальцем на Минхо, что стоял возле дома и целенаправленно смотрел на них, а в следующую секунду испарился в воздухе, оставляя после себя черную дымку. — Нихера себе, он что, еще и так может?! — взвизгнул Джэй. — Я… не знаю, — ошеломленно прошептал Джисон. — Следи за дорогой. Он нас так просто не оставит. — Если я умру, я тебя из того света достану, — насупился парень, давя на газ. — Если ты умрешь, то я… Блять, смотри! — Джисон резко вырулил вправо, минуя вставшего посреди дороги Минхо, который в ту же секунду исчез. — Что ты делаешь?! — выровняв машину, прокричал Джэй. — Никогда не смей лезть под руль водителя. Это прямая дорога на кладбище. — Там был Минхо! — Да насрать! Нам его простой машиной не убить, ты что, так еще этого и не понял? — вздохнул Майерс. — Держись лучше крепче, потому что сейчас нам надо каким-то образом миновать Бруклинский мост. Джисон обернулся назад, видя, что Нью-Йорк все-таки превращался в руины. Темное облако мешало машинам, они врезались друг в друга, улицы поглощали крики, кровь и огонь. Джисон вздохнул, когда окна небоскреба посыпались и осколки частично попадали на их машину. Майерс ловко объехал несколько машин и стекло, оберегая колеса от проколов. — Что было в доме? — спросил Джэй. — Я кое-как нашел книгу. В этот момент Минхо появился в доме и пытался меня поцеловать. У него это вышло, но я сразу же ударил его по лицу крестом. И, да, ты прав, оно оставило ожог, но тот быстро зарос. — Поцеловал тебя, говоришь? — Майерс кинул вопросительный взгляд. — Скорее всего таким образом он подпитывался твоей энергией. Как думаешь, почему все эти дни было тихо, а сейчас весь Нью-Йорк снова в дерьме? — Да там и поцелуя как такового не было! — в свое оправдание ответил Джисон. — Ну да, я вижу, — Джэй кивнул назад, слыша очередной взрыв. Нью-Йорк полыхал. Здания разрушались друг за другом. Машины на дорогах сходили с ума. Становилось опасней с каждой минутой. Джисон выдохнул, когда рядом с ними не оказалось небоскребов, лишь дорога, ведущая к Бруклинскому мосту, где пестрило немалое количество машин. Оставалось не так много — это радовало. Они почти у церкви. Почти спасли весь Нью-Йорк. Может, немного опоздали, ведь штат уже был в огне, но тем не менее Джисон сделает все, чтобы предотвратить дальнейшие погромы. — Благо на мосту нет зданий, — вздохнул Джисон, как что-то сзади снова громыхнуло, заставив мост под ними задрожать. Они одновременно вместе с Майерсом повернулись лицом друг к другу, затем перевели взгляд назад, видя, как черное густое облако мельтешило меж падающими машинами. Падающими машинами в реку из-за обрушившегося сзади них моста, что с каждой секундой пропадал ближе к их машине. — Дави на газ! — прокричал Джисон. Мост становился все меньше и меньше. Джисон опасливо поглядывал назад, наблюдая за тем, как они находились впереди от своей смерти на несколько метров. И если мост начнет разрушаться быстрее, он обязательно их нагонит, и Джисон вместе с Майерсом утонут в Ист-Ривер. Такая перспектива их не устраивала. — Да, детка! Не зря играл в гонки на компе, — хохотнул Джэй, покидая мост, который в одно мгновение обрушился вниз. — Пиздец, — единственное, что смог вымолвить Джисон. Машина со свистом остановилась возле церкви. Джисон и Джэй покинули ее, не закрыв дверцы, и вбежали в церковь, закрывая за собой дверь. Расслабленно выдохнув, Джисон обернулся на зал, где удивленные прихожане покосились в их сторону, и с самого конца зала их подозвал Святой Йулиан: — Вы принесли? — Да, — Джисон поднял книгу вверх и пошел в его сторону, как по цветному окну что-то ударило. Джисон остановился, глядя на Минхо. Он сидел сверху, на одной из крыш церкви, и с безумной улыбкой смотрел на него, отрицательно качая головой. — Так, все быстро в подвальное помещение, — проговорил Йулиан, прогоняя прихожан вниз. — А вы — быстро за мной. У нас мало времени. — В каком смысле? — не понял Джисон. — Я не думал, что он настолько силен. Церковь долго не продержится. Быстрее, — он взял Джисона за руку и потянул обратно в небольшую комнатку. Джисон заметил свечи на полу, стекло, небольшую баночку с пером и пергамент, заведенный все под здоровенный круг из соли. Он вскинул брови вверх. Это ему здесь придется сидеть и писать другой конец книги? А какой конец? Он даже не подумал об этом. — Он не тронет тебя в этом круге. Но тебе все равно стоит поспешить. Он может воздействовать на твой мозг, манипулировать или уговаривать тебя покинуть круг. Не смей. Ни в коем случае не смей покидать круг, иначе он убьет тебя, — проговорил Йулиан. — Проще простого, — фыркнул Джисон и переступил через толстый слой соли. — Почему круг такой большой? — Чтобы ты случайно не задел его или не вышел за него, — поведал мужчина. — Не тяни время. Пиши конец своей книги. Не забудь в конце добавить руну жизни и запечатать пергамент. — Понял я, понял, — единственное, чего не понял Джисон, так это какой конец ему написать. Он сел на пол и открыл свою книгу в самом конце. Вопросительно взглянув на Йулиана, Джисон вырвал последний лист и скомкал его, откладывая рядом с собой на пол. Нащупав священный пергамент, он вздохнул. Очевидно, что нужно написать хороший конец для Эша и Шона. Но как сделать это грамотно? Грамотно и желательно быстро. — Давай же, не нужно много думать. Просто пиши то, что ты бы хотел в реальной жизни, — подгонял его Майерс. — Забудь уже о сюжете книги. Важен конец. — Важен конец, — повторил Джисон и кивнул. Дверь в комнату резко отворилась. Святой Йулиан обернулся, как неожиданно оказался прижатым к настенному шкафу. Джэй забежал в круг из соли, держа в руках большой деревянный крест. И где он только успел его взять? Джисон поднялся с колен, заметив заходящего в комнату Минхо. Он сжал поднятую руку, и Йулиан прокряхтел, дергая руками и ногами в воздухе. — Не смей! — вскрикнул Джисон, ступая вперед, как Майерс резко потянул его назад, не давая выйти за круг. — Не сметь — что? — Минхо медленно повернулся в его сторону, и Джисон снова узрел его черные, как смоль, глаза. — Ох, мне не убивать его? — он хмыкнул, и его рука дернулась. Послышался хруст. Голова Йулиана свернулась под неестественным углом, и дряхлое тело старика упало замертво на пол. Минхо улыбнулся, приблизился к уже мертвому телу и прямо на глазах отсек ему одним движением руки голову. Брызнула кровь. Джисон поморщился и сделал шаг назад, когда Минхо направился к кругу из соли, начиная обходить ее с разных сторон. Он ухмылялся, облизывая губы и делая резкие выпады вперед, пугая то Джисона, то Джэя. Невидимая стена, служащая преградой, не давала Минхо проникнуть внутрь. — Скучно, — цокнул он. — Вы как мыши в ловушке. Не собираетесь выходить? — он оглядел все приспособления на полу и нахмурился. — Что вы собрались делать? — спросил. Теперь пришла очередь улыбаться Джисона. Он снова сел на пол, взял стекло и с животной страстью, глядя Минхо прямо в глаза, полоснул им по руке. Полилась теплая кровь. На секунду стало больно, но эта боль ни с чем не сравнится. Особенно с тем, что происходило сейчас. — Я собираюсь переписать другой конец книги. Конец, где умрешь теперь ты, — ухмыльнулся Джисон, выдавливая всю кровь в баночку. — Думаешь, это тебе поможет? — Минхо сел на корточки напротив его лица. — Должно сработать, — ответил Майерс. — Так что тебе недолго осталось. — Правда? — Минхо выпятил губу. — Вы так в этом уверены? — Попытка не пытка. Лучше я попробую и умру, нежели умру и не попробую, — Джисон окунул кончик пера в кровь и поставил красную точку на пергаменте. Минхо внезапно подорвался с места и с неким ужасом уставился на листок в руке Джисона. Это побудило его продолжить выводить своей кровью имя Шона, слыша шипение. Неужели это работало? Дьявол явно что-то чувствовал, раз так бурно реагировал и продолжал молотить руками по невидимой преграде. Джисон собирал мысли в кучу, никак не реагируя больше на Минхо. Он ему пока не опасен. Зато с ним охотно вел диалог Майерс. Он, скаля зубы, многократно повторял Минхо, что его конец слишком близок. И тот стих. Он спокойно сел обратно на пол, но уже возле Джэя, и продолжил вести себя непринужденно, выводя парня на диалог. — Разве тебе не хочется поговорить с Бэкки и узнать, как она там? — улыбнулся Минхо. — Откуда ты знаешь о ней? — встрепенулся Майерс. — Я знаю о тебе все, Джэк-и, — протянул он. — И еще я знаю, что если ты не выйдешь оттуда вместе с Джисоном, то ей недолго осталось. Я в мгновение ока окажусь рядом с ней и перережу ей горло. Хочешь? — Не слушай его, — прошептал Джисон, продолжая выводить букву за буквой, выстраивая слова в предложения. — Из-за тебя и без того много кто умер, Джисон. Разве ты дашь ему убить и твою дорогую Бэкки? — теперь обратился он к Майерсу. — Ты лжешь, — хмыкнул Джэй. — Это не по твоему сценарию, ублюдок. — В моем сценарии есть крах всего Нью-Йорка. Как думаешь, милый домик Бэкки относится к этому или же нет? — Минхо заиграл бровями. — Поэтому не думай, что я шучу. Выйди из круга, и я, так уж и быть, оставлю ее в живых. — Я… — Тридцать девятая улица. Восьмой этаж. Она сейчас на балконе, пьет вино с подругами, даже не догадываясь, что другая часть Манхэттена полыхает. А еще она очень рассержена на тебя, ведь ты игнорируешь ее сообщения уже четвертый день, — перебил его Минхо. — Ну как? Я звучу слишком убедительно? Майерс обернулся к Джисону, и он наконец поднял взгляд, пытаясь понять, что тот задумал. К сожалению, в часть бессмысленного диалога он просто не вслушивался, пытаясь прописать конец. Хороший конец. — Прости, Джисон, — прошептал Джэй и поднялся с места. — Ты куда собрался? С ума сошел? — Джисон потянул его за рукав рубашки. — Он же блефует! — Я? — хохотнул Минхо. — Это вряд ли. Подумай об этом сам, Джэй. Мне подвластно все, — продолжал давить он. Джисон отложил пергамент, закрыл книгу и встал вслед за обезумевшим Майерсом, что почти подошел к краю круга, собираясь его переступить. Улыбка на лице Минхо становилась с каждым шагом все шире и шире. Он просто с ними игрался, лишал рассудка, зная, что страх убивает разум. Но не разум Джисона. — Прости, — прошептал Джисон и со всего размаху ударил Майерса книгой по голове. Он отшатнулся и едва не завалился вперед, но Джисон успел потянуть его тело на себя и сесть с ним обратно на пол. Проверив его голову и пульс, он вздохнул. Джэй жив, просто вырубился на некоторое время. Ничего страшного, успокаивал себя Джисон, слыша едкий смешок Минхо. — Молодец, Джисон, кого еще грохнешь? — ухмыльнулся он, скользя взглядом. — Ты знаешь, кого, — улыбнулся Джисон, беря пергамент с пером. — А ты, видимо, не до конца осознаешь, — Минхо разочарованно вздохнул. — Убьешь меня, значит убьешь и Минхо. — Нет. Я прекрасно знаю, что я делаю, — Джисон вывел еще одно слово и продолжил писать. — А кто говорит, что ты убьешь Минхо так, как убивают обычно людей? — прорезался голос Дьявола. — Ты уничтожишь вместе с ним и всю память о тебе. Он забудет абсолютно все, что вас когда-либо связывало. Он станет чистым листом. Листом, недоступным для тебя, — он облизал губы, привлекая Джисонов взгляд. — Хорошо, — рвано выдохнул Джисон. — Пусть будет так. Зато он хотя бы не умрет. — Но и его память о тебе тоже может остаться целой. Всего лишь нужно выпустить из руки перо и сраный пергамент. Зачем что-то менять, когда все предрешено? Джисон, милый, а что, если мы изменим сюжет вместе? Думаешь, мне хочется тебя убивать? В тебе столько эмоций: злобы, ненависти, импульсивности, страсти и возбуждения… я мог бы питаться лишь тобой целую вечность. Мы могли бы стать одним целым. И весь мир может принадлежать только нам, — Минхо подполз еще ближе. — Я люблю тебя, Джисон. Поэтому я оттягивал время, я не искал тебя, хотя по засосу на твоей шее прекрасно знал, что ты сидел в доме у Майерса. — Что?.. — Джисон оторвался от письма. — Да, мой сладкий. Я могу не следовать сценарию. Я могу бродить сам по себе. Следовал я ему лишь для того, чтобы ты наконец прозрел, кто ты, а кто я. — И кто я? — прошептал Джисон. — Как кто? Мой освободитель. Ты выпустил меня в этот свет. И я тебе очень благодарен. Мне казалось, я хорошо это показывал. Например, тогда в ванной или… — Перестань, — съежившись, Джисон сжал перо. — Ты тоже любишь меня. — Я люблю Минхо, — отрезал Джисон. — Я и есть Минхо, глупый. Мы уже одно целое, — Минхо улыбнулся, и его глаза приобрели шоколадный оттенок, а белки снова стали белыми. — Нет, — Джисон вздохнул, когда одна из слез скатилась по его щеке. — Ну почему нет? А как же свадьба и дети? Как же обычная размеренная жизнь в центре Манхэттена? Разве ты не хочешь вернуть все обратно? — он склонил голову. — Мы могли бы все вернуть. Вместе. Джисон сглотнул. Он посмотрел на Минхо и перевел взгляд на пергамент, где уже была написана половина текста. Не став долго думать, Джисон записывал все то, что происходило сейчас, заменяя имена на Эша и Шона. Осталось немного и можно поставить точку, но Джисон все еще думал. Нужно ли ставить точку? — Милый, — прошептал Минхо. — Можно, я коснусь твоей щеки? Джисон поджал губы. — Ты же знаешь, как я не люблю, когда ты плачешь, — сладкий голос звучал до омерзения хорошо. — Но, к сожалению, именно ты заставляешь меня плакать, — прошипел Джисон и продолжил писать. Минхо подорвался с пола и одним махом руки раскидал все книги по комнате. Из его рта доносился утробный рык, но он нисколько не испугал Джисона. Он сконцентрировал все свое внимание на книге, доводя дело до своего конца. Поставив жирную точку, он поднял взгляд на черные, бездонные глаза мечущегося по сторонам Минхо. Он чувствовал свой конец. — Не смей. Я разорву тебя на куски, мелкий ошметок собачьего дерьма! — прорычал он с пеной у рта. — И я тебя люблю, — нарисовав руну посередине страницы, он взял книгу и аккуратно вложил пергамент в конец. — Прощай, — захлопнув ее, Джисон прикрыл глаза, слыша невыносимый крик боли. Взгляд Минхо опустел. Он безвольно, как камень, упал прямо на пол, задергался в конвульсиях, а затем из его рта вылетело черное облако. Джисон готов поклясться, он смог разглядеть в нем человеческое лицо. Оно прокричало, оглушая на несколько секунд, и улетело в сторону выхода. Джисон поднялся и побежал за ним следом, видя, как густое облако разбило окно и улетело куда-то ввысь. Он выдохнул и даже заплакал от переизбытка эмоций, возвращаясь обратно в комнатку, где посреди лежал Минхо. Джисон сел рядом, положил его голову к себе на колени и заплакал, поглаживая его по волосам. Он дышал, что радовало. Он жив. И Джисон жив. И Майерс, что заерзал на полу и приоткрыл в недоумении глаза. — Что произошло? — прошептал он, держась за голову. — Мы… уничтожили его, — прошептал Джисон, но вовсе не чувствовал вкуса победы. Минхо дернулся и закашлял. Его густые брови нахмурились, и больше всего на свете Джисон боялся, что сейчас не узнает цвет его глаз. Но нет, на него посмотрели две бусины цвета шоколада. И Джисон нервно улыбнулся, вспоминая слова Дьявола. Быть может, я теперь для него никто. — Джисон? Где мы? — прошептал он. И Джисон заплакал. Прижал его к себе, поцеловал в нос и горько заплакал, как, казалось, не плакал еще никогда в своей жизни.666
Джисон прижался ухом к дверям палаты и, тихонько ее приоткрыв, заглянул внутрь, встречаясь с теплым взглядом Минхо. Он сидел на больничной койке и ел яблоко, махая недостающими до пола ногами. Джисон улыбнулся и вошел, закрыв за собой дверь. — Привет, как спалось? — спросил он, ставя пакет с одеждой и сладостями на кровать парня. — Дома лучше, — хохотнул он. — Без тебя тут совсем нечего делать. — Тебя скоро выпишут, потерпи, — Джисон приоткрыл окно, вдыхая свежий воздух. Как оказалось, Минхо ничего не забыл. Просто во время того, как Дьявол оккупировал его тело, Минхо не мог отдавать отчет своим действиям, но он предельно внимательно все видел. Он старался сопротивляться, но, к сожалению, кто он против настоящего Дьявола? — Как Джэй? — поинтересовался он, отпивая воды. — Я сильно приложил его книгой тогда, — оба хохотнули. — Но он в порядке. Помирился со своей девушкой и ни на шаг от нее не отходит. — Прямо, как и ты, — игриво облизнувшись, Минхо притянул его к себе за руки. — Обними меня, давай же. Джисон сел к нему на колени и прижался носом в шелковистые волосы, вдыхая ореховый аромат. Даже не верилось, что весь тот ужас остался позади. Правда, если не вспоминать, что тот самый ужас успел натворить с Нью-Йорком и с его жизнью. Мертвых-то людей уже не вернуть. — Тебе же можно на часик за пределы больницы? — спросил Джисон, и Минхо кивнул. — Да, а что? — Нужно съездить кое-куда. Дав время Минхо собраться, Джисон вместе с ним вышел на улицу. Он украдкой посматривал на Минхо, ловя взглядом каждый его вздох и эмоцию на лице. Тот приятно улыбнулся, вдыхая аромат цветов. И на мгновение на душе стало тепло. Джисон сглотнул и отвел взгляд в сторону, как почувствовал на своей руке чужую теплую ладонь. — Поехали, куда ты там хотел. Минхо не особо удивился, когда их машина остановилась на пустынном кладбище. Джисон вышел из машины и прямо направился к камню Сынмина. Он думал, что больше сюда никогда не придет. Во-первых, смерть друга остро отражалась в его сердце. Во-вторых, он все еще чувствовал вину за его смерть. Пусть он и не знал, что своей книгой вызовет настоящего Дьявола, это все равно не меняло сути. Многие люди погибли по его вине. И ему теперь с этим жить. — Сегодня прошел месяц, как его не стало, — прошептал Джисон и сел рядом с камнем. — Ты помнишь, как это было? — Я помню все. И, наверное, это ужасно, потому что я бы предпочел все забыть, — прошептал Минхо. — Он манипулировал им, находясь в моем теле. И Сынмин не мог ничего сделать. Мне жаль. — Все… не могу сказать, что в порядке. Но ты в этом не виноват. — Я уверен, Сынмин тоже, как и я, считает, что ты не виноват. — Мы уже никогда не узнаем, что там считает Сынмин, но мне хотелось бы верить, что он не держит на меня зла, — Джисон поднялся с места, как его сразу же заключили в объятия. — Давай переедем? Я знаю, ты не хотел никуда переезжать, но может… мы смогли бы сменить обстановку на некоторое время? — предложил Минхо, поглаживая его по спине. — Давай. Может, это поможет забыться и, может, начать жизнь с чистого листа, — улыбнулся Джисон. — А что будет с книгой? С издательством? — Я попросил мистера Робертса больше не делать копии, а все то, что в магазине, снять с продажи. Также я отказал кинокомпании. Мне не нужен фильм по книге, приносящей смерть, — проговорил Джисон и вздохнул. — Кстати, Майерс звал нас к себе на пикник, когда ты выпишешься, пойдем? — Конечно, пойдем, — улыбнулся Минхо и чмокнул его в нос. — Готов хоть сейчас покинуть заунылые стены этого здания. Джисон хохотнул и посмотрел на камень Сынмина. — Мы о тебе не забудем, мой друг. Пусть меня больше не будет в Нью-Йорке, но он всегда будет в тебе. А к тебе я готов возвращаться, — проведя рукой по камню, Джисон повернулся обратно к Минхо и вместе с ним пошагал к машине. — Так… может, ну его, эту больницу? — улыбнулся Минхо, садясь внутрь. — Даже не думай сбегать, — прыснул Джисон, на что Минхо прижал его к себе и поцеловал в губы. — А так? — ухмыльнулся он. — А так я подумаю. Лучше давай решим, куда поедем. Может, в Аризону? — Так хочется в Аризону? — заведя машину, Минхо тронулся с места. — Там такая Долина Монументов! — оживленно ответил Джисон, размахивая руками. — Джэй тоже хотел туда поехать в свой отпуск! — Ладно-ладно, я тебя понял! Включив музыку погромче, Джисон посмотрел в окно. Там уже вовсю отстраивали обратно часть Манхэттена. Он вздохнул и прикрыл глаза. Возможно, когда-нибудь он вернется к писательству — покажет время. И в следующий раз он обязательно поработает над содержимым так, чтобы это потом не вызвало проблем. В будущем. Хмыкнув, Джисон приоткрыл глаза, посмотрел на небо и ухмыльнулся увиденному. Черный клубок дыма витал в воздухе и искал того, кто напишет новую книгу.Новую Книгу Дьявола.
Примечания:
Перед тем, как оставить свой комментарий, попрошу обращаться ко мне как «автор», либо вовсе без обращений. Ни по имени, ни по нику.
Спасибо.
