Хищница

      Квин медлит. Кажется, она впервые потеряна. Будто заблудилась в собственном ночном кошмаре, который сама и создала. Её нижняя губа дрожит, из глаз заметной дорожкой вниз скатываются крупные слёзы. Она не всхлипывает, но внутри явно раздирает. Ей жаль. Жалость первое и последнее, что она может дать.       — Я… Мне…       Я мотаю головой. Поворачиваюсь лицом к хищнице.       Та затравленно сидит в углу, сжимается, боится. И всё это случилось из-за восьмилетки.       Я ухмыляюсь. Подхожу ближе к клетке. Ярость, отчаяние и скорбь плотным кольцом окутывают меня. Давят на грудь, заставляют проснуться, найти в себе силы двигаться дальше. Мне нужно снова сделать это. Создать с ней связь, вернуть доверие. Постараться затоптать боль, которую это вызовет.       — Отдай её мне, — сквозь зубы мямлю я.       — Рэй…       — Это меньшее, что ты можешь сделать, после… всего.       Тяжелый вздох врезается в мою спину.       — Я…       — Миссис, — голос одного из пантер. Он явно мчится к своей хозяйке. — У нас лазутчик.       — Лазутчик? — удивленный голос Квин заставляет меня скривиться.       — Да, девчонка, — отвечает охранник. — Думала, что мы её не заметим. Кажется, шла за нами от города.       Девчонка?       Что-то неприятно кольнуло в груди. Только одна девчонка могла идти за нами и если я верно понимаю, то…       — Это фрик, миссис, — будто прочитав мои мысли, ответил пантера.       Я сжала челюсть до хруста и, поджимая губы, обернулась к Квин.       Её взгляд тут же обрёл ясный вид. Словно минуту назад она не стояла тут, жалея, что совершила слишком давно. Слез больше не было, они высохли. Дельгадо-Рейна была собрана и полна решимости.       — Твоя подруга? — заметив, как я напряглась, спросила Квин. — Та, которую вы пошли искать?       И снова руки за спиной, прямая осанка, высоко поднятая голова.       Ну да, она права, я тут никто.       И как по заказу, в амбар ворвались ещё люди. Пантеры, что вели под руки девчонку подростка. Её лицо украшали всё те же отростки, а синие губы стали темнее, на них запеклась кровь.       Адалана пыхтела, пытаясь вырваться и убежать. Она старалась упереться ногами в землю, интенсивно дергаясь и извиваясь как змея, что попала в капкан и не может уползти.       Пантеры были сильнее. Они силком тащили её дальше, не обращая внимания на попытки фрика.       — Чёрт, — вырвалось из меня.       Квин перевела свой заинтересованный взгляд на девчонку. Она любила смотреть на человека сверху вниз. Оценивала собеседника по одному лишь взгляду или слову. И чаще всего титулованная была права. Обладала какой-то нешутливой формой проницательности, хотя была обычным смертным человеком.       Пантеры остановились недалеко от своей хозяйки.       Адалана поморщилась, когда один из них слишком резко завёл её руку за спину.       — Мне сказали, что ты шла за нами… зачем? — сильный голос титулованной заставил Аду прекратить вырываться и поднять свою голову.       Она молчала, бросая самый злобный взгляд на ту, что могла стать её смертью по одной лишь прихоти.       — Квин, — я делаю шаг вперед и пантеры тут же напрягаются. — Она всего лишь ребенок. Не знала, что делает. Отпусти её домой. К отцу. К матери.       Титулованная слегка повернула голову, но не захотела встречаться со мной прямым взглядом. Ей было достаточно, что я на шаг позади. Она отметила это и тут же отвернулась.       Ровная прямая спина, руки, что застыли поддерживая друг друга, глубокое дыхание, заставляющее потеть. Девушка могла решить всё, что приходит ей на ум. Решить и отдать приказ.       Адалана же не сворачивала. Продолжала долгим мучительным взглядом смотреть на свою судьбу в лице Квин. Возможно, она ждала вердикт, а может хотела дать понять, что она не слабачка и легко даст отпор. Только вот этого было мало. Адалана всего лишь подросток, который только учится жить. Которая только смирилась со своей мутацией.       — А если она последует за нами? — серьезный тон Квин заставлял съёжиться.       Я понимала, что так или иначе этот исход зависит всего лишь от одного человека. Знала, что с ней можно договориться, но если Ада будет вести себя тихо и не мешать, чего конечно же, точно не произойдёт.       Я приблизилась к титулованной ещё ближе и один из пантер резко преградил мне дорогу.       — Не нужно, — ответила Квин.       Её охранник не препирался, отошёл в сторону, но руки крепко держали оружие, которое в любую секунду могло сбить меня с ног.       Ещё шаг к девушке. Расстояние сократилось быстро. Быстрее, чем я могла бы придумать план у себя в голове.       Кажется, Адалана заметила меня только сейчас. Её уничижительный взгляд преобразовался в яркий холст. Цвет глаз разгладился, оставляя после себя чистый изумруд. Лицо расслабилось. Для неё было достаточно, что я тут. Я чувствовала это. Ощущала, как её гнев плавился, превращаясь в желание жить.       Моё дыхание обожгло затылок Квин.       Она не дёрнулась, но едва заметно ссутулилась. Расслабилась или наоборот, хотела показать, что не боится?       Я смотрела на Аду, маленького беззащитного ребенка, которого здесь вообще не должно быть. Пыталась дать ей уверенность, некое подобие защиты.       — Она ничего тебе не сделает, — я понизила голос и мой шепот настиг титулованную. — Всего лишь ребенок, дитя, которое хочет жить. Отпусти её Квин, прошу тебя. Верни дочь отцу.       — Он тебя предал, а ты хочешь вернуть ему дочь?       В ней сквозило желание понять. Удивление вперемешку с непониманием. Конечно, у Дельгадо-Рейна всё было проще. Глаз за глаз. Зуб за зуб. Жизнь за жизнь. Месть, вот чему учили титулованных. Не отдавать своё, но отдав, отомстить.       — Она здесь не при чем. Просто не понимает, что творит.       — Я всё понимаю, — выдавила Адалана. — Я шла за вами, чтобы помочь Рэй. Освободить её.       — Ада…       — Освободить? — голос Квин преобразовался. Теперь, в нём слышалась некая усмешка. — В тебе больше необдуманной храбрости, чем ума. Уведите её.       — Что? Нет!       Моя рука легла на плечо титулованной, пока вторая сомкнулась на её горле.       — Назад!       Я стояла ровно за Квин, пока пантеры предупредительно взвели оружие и направили на нас.       — Рэй, ты понимаешь, что девчонка умрёт, стоит тебе убить меня. Да и ты умрёшь, — ответила она, чуть хрипя. Её ладонь легла поверх моей, зацепившись за собственную шею. — Успокойся. Они отведут её не на казнь, просто будут охранять. А нам нужно обсудить моё предложение.       Я чётко слышала Квин. Внимала каждому слову. Глотала собственную слюну, что вставала комом в горле. Руки тряслись и титулованная это чувствовала. Сердце билось отдавая в спину девушке. Страх клубился внизу живота, заменяя панику на реальность.       Она была права, стоит мне убить Квин, я пойду следом. Аду они тоже не пожалеют. И кто в выигрыше?       Дельгадо-Рейна вытянула руку, приказывая пантерам убрать оружие.       Адалану всё также удерживали.       — Просто не трогай девчонку, — прошептала я.       Квин кивнула и я отпустила её.       Она не трогала своё горло, лишь указала пантерам на выход и те послушно удалились.       Мы остались вдвоём.       Хищница больше не рисковала собой, она удобно устроилась в углу клетки и наблюдала за нашими действиями. Казалось, для неё это было интереснее, чем пытаться нас убить.       Квин выдохнула, опустила голову, сделала глубокий вдох.       — Такая самоотверженность. Риск, который оправдывает… а что он оправдывает? — Титулованная развернулась. Невидящим взглядом уставилась куда-то под мои ноги. — Сколько вы знакомы с этой девчонкой?       Я не стала отвечать. Да и Квин это было не нужно. Она вела к другому.       — Не думаю, что больше чем с Кэт, да?       — Ближе к сути, — сухо выпалила я.       Её глаза наконец нашли мои. Сколько раз за сегодня я смотрела в них? Видела разные чувства и эмоции. Понимала, как собственные. Мы не так уж и отличались. Внешне — да, внутренне — нет. В какие-то моменты и Квин знала это. Пыталась тянуться, раскрыться. А я даже не поняла, что это она та маленькая девочка, которая уже встречалась мне однажды. Которая, как оказалась, раскрошила мою жизнь.       — Хорошо, — согласилась она. Больше не было жалости, хаоса или смятения. Теперь, Квин смотрела на меня, как на чужого. И я знала в связи с чем это было. — Я предлагаю тебе забрать хищницу, забрать и вернуться вместе со мной к брату.       Волоски на моём теле встали дыбом от этих слов. Всё моё нутро говорило мне бежать, снова скрываться, жить свободной. Я поклялась, что не вернусь туда, не после того, что сделала… Она заставляла меня согласиться на это, понимая, что будет, когда Холдон увидит меня. Он не просто так искал, не просто так назначил награду.       — Ты знаешь, что тогда будет.       — А ты знаешь, что происходит сейчас, — утверждая, промолвила Квин.       Я не знала, но догадывалась. Сама сделала всё для этого.       «Ты желала это сделать. Знала, что будет только хуже, но выбрала».       Голова кипела от рассуждений. Что со мной будет? А что, если я не соглашусь? Она меня убьёт? Отпустит? А другие? Все они будут страдать?       — У тебя будет хищница, ты можешь выходить с ней на арену, не думаю, что кто-то будет возражать.       Не этого ли я хотела? Найти мою тварь, снова создать с ней связь. Сражаться. Дышать одним воздухом. Любить.       Я сглатываю, крепко сжимая кулаки. Не уверенна, что у меня найдётся столько сил.       — Рэй, я не буду тебя уговаривать. Если ты не вернёшься, точнее, если вернётся лишь твоя отрубленная голова, страдания других не прекратятся. А я не могу… не могу им помочь. — Квин горько усмехнулась. — Можешь помочь лишь ты.       — Да, могу. — Я соглашалась с ней. — Могу снова терпеть всё это, подставлять своё лицо, отдавать разум, быть униженной, в страхе пытаться убежать, давать твоему брату всё, что он хочет. Разрушить себя. Я могу, Квин. Ты хочешь этого?       Она нахмурилась. Зажала губу зубами, словно заглушая свой крик. Не веря в происходящее. Вспоминая то, что было и в том числе между нами. То малое, незначительное, которое мы оставили там в прошлом. Она глушила в себе это, заставляя себя быть трезвой. Жить в нормальном реальном мире. Быть женой такого же титулованного. Подчиняться правилам. Шарахаться от меня как от тени, после того, что случилось.       Сейчас, передо мной, твёрдая скорлупа Квин лопалась. Растворялась. Она тоже не хотела этого, но не могла по-другому. Холдон и ей кое-что пообещал, я уверенна. У её брата всё схвачено. Иначе, она бы не полезла сюда, не стало бы меня искать.       — Разве я должна? Должна что-то кому-то, просто потому что по-другому никто и не хочет мыслить? Я должна, Квин?       В моей душе затягивалась петля. Та, что сожмёт все человечное и оставит лишь мутаген. Она не проделает дыру и не убьёт. Заставит жить, значительно сокращая остатки свободы. Того, кем я могу быть. Разве это справедливо? Бросать меня в пасть льву и смотреть, как он обгладывает мясо, оставляя лишь голую кость.       Мне не нужно было ответа от титулованной. Я и так знала, что она скажет. Все боролись за что-то своё. Так почему, когда я сбежала, они не могли понять за что боролась я?       — Должна, — прошептала Квин.       Её голос был другим. Боль смешалась с преданностью. Она знала на чью сторону встаёт. С самого начала делала это. Но тогда ещё не знала, что будет потом. Не могла знать. А сейчас… Ей плевать. Что-то, что пообещал ей брат важнее. Не мне её винить.       Глаза окрасились в бледно-синий. Оттенок, который я раньше не видела. Нечто новое в глазах титулованной. Но такое естественное. Хрупкое, не устойчивое. То, что Квин не позволяла видеть ни кому. Слезы, страх, добро, любовь, нет, всё не то. Это было другое. Глубже, возможно, так глубоко, что и она сама не могла понять. Она смотрела прямо, бесстыдно ныряя в омут моих глаз. Исследуя то, что было в моей голове. Хотела знать. Услышать. Но не изменить самой себе. Семья была превыше всего, род был превыше всего. Так почему ты так смотришь? Стараешься что-то найти. Или уже нашла?       — Прими. Моё. Предложение, — отделяя каждое слово, ответила Квин. — Помоги другим.       Мои пальцы сжали переносицу. В висках пульсировало. Она давила, поглощая мой выбор. Или так. Или моя голова полетит с плеч. В любом случае, она доставит меня брату.       — А девчонка?       — Она может быть свободна. Пусть выбирает сама.       Я задрала голову наверх. Прошлась языком по зубам. Отдала последнее дыхание свободы. Блаженно прикрыла глаза.       «Прими правильное решение. Отдай».       Минутная заминка позволила Квин подойти ближе. Её ладонь ласково прошлась по моему подбородку. Кончики пальцев остановились прямо посередине, пропуская сквозь себя острые иголки, что впивались прямо в гортань. Она надавила и моё лицо оказалось напротив её. Тот же бледно-синий оттенок. Не менее красивый, чем титулованная.       Квин приблизилась, коснулась своим носом моего. Легко и невесомо дунула на губы.       Мой рот приоткрылся и её улыбка заставила расслабиться. Кончики губ весело плясали, пока она исследовала. Знала, что не прикоснётся. Не сделает этот шаг. Может быть, ей нравилось травить нас обеих?       Язык Квин прошелся по нижней губе, пальцы коснулись чужой щеки, полуприкрытые веки дрожали под натиском глазных яблок. Ограниченное пространство, что осталось возле наших лиц лихорадочно вибрировало. Спокойствием тут и не пахло. Она изводила обеих. Решалась, но не решилась.       — Я согласна, — прозвучало настолько жалко, насколько я себя чувствовала.       Квин не отстранилась, едва заметная морщинка пролегла между бровей, а пальцы ласково дёрнулись навстречу к моим губам. Её манипуляции отлично играли на руку, но лишь тому, кто на них вёлся.       Я перехватила её руку, отвела от своего лица.       Она открыла глаза не сразу, словно не могла понять, почему я так поступаю. А когда открыла в них плескалось слишком много чувств.       Титулованная поспешно опустила взгляд вниз и сделала шаг назад.       Неужели, сама не поняла, как заигралась?       — Ты уверенна? — прочистив горло, спросила девушка.       — Издеваешься? — засмеялась я, будто в приступе истерики.       — Рэй, я…       — Хватит, — беспечно бросила я, обогнув Квин и, остановившись возле клетки.       Она приняла. Не стала вмешиваться.       Я чувствовала её живой взгляд. Знала, что она смотрит в спину. Размышляет. Подчиняется внутреннему порядку. То, что заложила в ней семья. Дала прорости.       — Мы погрузим хищницу в грузовик, следом поедем на другой машине, — оповестила она меня.       Послышался стук шагов. Квин отдалялась.       — Ничего, Лоли, мы справимся.       Тварь лениво подняла свою голову, обращая на меня взгляд голубых глаз и тут же опуская её обратно.       Я развернулась, чтобы выйти следом за Квин.       На улице стало холоднее. Ветер уже не завывал так громко, но всё ещё заставлял поёжиться. Рядом с амбаром уже стояли две машины. Для транспортировки хищницы и перевозки тварей поменьше.       Квин переговаривалась с кем-то из пантер, когда вокруг моей талии сжалось что-то тёплое.       — Ада, — выдохнула я. — Ты почему ещё здесь? Уходи.       Но она словно не слушала. Вжималась так сильно, словно боялась упустить.       — Всё готово, — послышался голос титулованной.       Она как-то странно посмотрела на наш «союз» и скрестила руки на груди.       — Тебя отпустили, ты можешь возвращаться домой.       — Нет! — громко ответила Адалана, выпуская меня из объятий на которые я не ответила.       Уголок губ Квин слегка натянулся. Она радушно встретила упрямый взгляд ребенка, слегка покачав головой.       Адалана встала передо мной, будто готовилась защищать меня от всех противников.       — Ада, она права. Иди домой.       Но девчонка не слушала. Упрямо таращилась на Квин, напрягаясь всем телом, готовясь к прыжку.       — Они тебя убьют. Нет. Я ни куда не пойду, — решительно заявила Адалана.       — Рэ-э-й, — протянула Квин, смотря на ребенка с озорством.       — Чёрт. — Я схватила Адалану за руку и повела в другом направление.       — Нет. Рэй, нет. Я не уйду! — настаивала она, пока пыталась вырвать руку из мёртвой хватки.       — Твой отец тебя потерял, ты должна вернуться. — Мы остановились чуть дальше амбара, впереди было поле через которое меня вели. — Послушай, это не игрушки. Меня не убьют, мне пообещали. Я должна вернуться в центр Риджштауна с этой девушкой. У меня там… дела.       Адалана внимательно слушала. Но хмурость ни куда не пропадала. Она не верила не единому моему слову. Скрестила руки на груди, также как и Квин и в этот момент мне показалось, что они очень похожи. Обе ненормальные, упрямые и любят тварей. Угораздило же меня…       — Тогда, я поеду с тобой.       — Чего? Нет. Ты идёшь домой, — я подтолкнула девчонку в сторону города.       — А я говорю, что поеду с тобой. Там же тварь, да? Она твоя?       Вот ведь маленькая догадливая заноза.       — Ада…       — Нет. Я не пойду домой. Отец меня больше не выпустит. Я хочу с тобой, — она умоляла, пытаясь надавить на меня своими жалостливыми глазками. — Я буду тебе помогать. Ты сказала, что из меня может получиться отличный мастер. Я буду им. Стану им. Пожалуйста.       — Твою… — я проглотила ругательство. — Адалана…       — Решено. Я отправлю отцу письмо по прибытию в центр. Обещаю, — заявила она и быстрее, чем я что-то поняла, отправилась обратно к машинам.       — Да чтоб тебя.       Хищницу грузили в грузовик. Она металась по всей клетке, стараясь препятствовать пантерам делать своё дело. Каждый раз удар тока отрезвлял её, но забывался, стоило качнуть клетку чуть сильнее. И снова удар током.       — Осторожнее, — гаркнула я.       — Не волнуйся, дома есть капсула, мы поместим её туда, — успокаивала Квин.       Она видела, как я напряжена и знала, что значит для меня эта тварь.       — Мы едем?       — Что? Ты почему ещё здесь? Рэй?       Я неоднозначно закатила глаза.       — А ты попробуй убедить её остаться.       — Легко.       Квин подняла руку и двое из пантер тут же подошли к ней.       — Не надо, — мягко посоветовала я ей. — Пусть едет. Не пройдёт и недели, как она захочет вернуться.       Титулованная коротко кивнула, опуская руку.       Адалана уже запрыгнула на переднее пассажирское сиденье.       — Идём, займём место сзади.       Я выдохнула, снова закатила глаза, но направилась за ней.       Когда мы уместились и пантера нажал на газ, Ада, улыбаясь во весь рот, заглянула назад.       — И как давно вы вместе? — с озорной улыбкой спросила она.       Квин чуть не задохнулась от возмущения, открыв при этом рот.       — Мы не вместе. И вообще развернись или пойдёшь пешком, — отрезала я, пока титулованная пыталась прийти в себя.       Адалана развернулась, громко хохотнув.       — Такую химию я чувствовала только у родителей, — продолжила девчонка, открывая окно и вытаскивая руку наружу. — Ну, прежде чем мама немного сошла с ума.       — Адалана, — предупреждающе начала я.       Квин отвернулась к окну. Надеялась, что никто не увидит, как она покраснела.       — Ладно-ладно, — горестно согласилась девчонка. — Просто далеко не всех фриков с плакатов «разыскивается» везут таким способом. Да ещё…       — Прекрати, — медленно повторила я.       Она махнула рукой, но всё же замолкла.       Квин сидела неподвижно. Вся вытянутая как струна. Перебирала пальцами кольца на своих руках, изредка снимая какое-то и снова натягивая на палец.       «- Может ты его снимешь?».       «- Не могу».       «- Твой муж…».       «- Да, Рэй и я его люблю».       «- Поэтому, никогда не снимешь».       «- Его клятва на моём пальце, даже когда его рядом нет, он со мной. Он мой».       Я усмехнулась, вспоминая прошлое.       «- Зачем же ты здесь?».       «- Чтобы помочь с ранами».       Моя рука движется к бедру. Накрывает его в том месте, где остался шрам. Не такой ужасный как мои мутации, но достаточно заметный.       «- Ты не можешь».       «- Ты сама этого хочешь».       "- Я хочу своего мужа, а не фрика».       Затылок касается спинки кресла. Взгляд становится жестким и мутным. Мы были так далеко, но так близко. И это всё запрещено. Титулованные не связываются с фриками. А такая как Квин и подавно.       «- Это случайность. Мне просто… одиноко».       «- Пошла ты нахрен, титулованная».       Краешком сознания я улавливаю какое-то движение. Что-то сладко теплое прикасается ко мне. И сейчас я точно не хочу знать зачем это. Просто… позволить.       Нежная кожа согревает холодный мрамор. Держит уверенно, даёт понять, что хотя бы сейчас может поддержать. До того, как всё снова перемешается. И я не сопротивляюсь. Позволяю. И этим самым заставляю себя вспомнить то, что пообещала забыть…       Квин аккуратно держит меня за руку и я благодарна ей хотя бы за это.                     ---       Когда машина останавливается возле огромного дома Дельгадо-Рейна, я невольно замечаю мужскую фигуру на втором этаже. Она за шторами, но явно наблюдает. Возможно, хищно улыбается, обнажая оскал.       — Забери Адалану с собой, — прошу я Квин.       — Хорошо, — соглашается она не в силах бороться. — Он хотел тебя видеть именно здесь.       Я слышу, как она тяжело сглатывает.       Я проверяю девчонку. Она спит. Равномерное дыхание и умеренный пульс подсказывают мне, что она не проснётся еще несколько часов.       — Когда проснётся, скажи, пусть помогает хищнице, это моё задание. — Я всё ещё таращусь в окно. Фигура заметно качается из стороны в сторону, будто на заднем фоне играет музыка. — Кэт и Саймон?       — Они должны быть в отеле. Я сразу туда.       Я справляюсь с приступом спазма и открываю заднюю дверцу машины.       — Рэй, — Квин цепляется за мой рукав.       — Не надо, — не оборачиваясь, я стряхиваю её руку и ещё шире открываю дверь. — Проследи за девчонкой.       Слышится невнятное «угу».       Я выхожу, закрываю дверь как можно тише, чтобы не разбудить Аду и следую к главному входу.       Пантеры открывают передо мной двери и я попадаю туда, откуда так старательно бежала.       Огромный ком страха встаёт поперёк горла. Я убираю руки в карманы, чтобы не показывать насколько меня трясет. Вдыхаю запах. Мужской, терпкий, слегка солоноватый. Всё здесь пропитано им. Это его дом. Он здесь хозяин.       — Женушка, — радостный властный голос чуть не заставляет меня сделать шаг назад.       Холдон в шортах и расстёгнутой рубашке спускался с лестницы. Его руки были широко разведены в стороны, словно он торопился подарить мне свои объятия.       — Как я рад, что ты вернулась, — его руки сжались вокруг моего тела. Он стал ещё сильнее. Это видно. Мускулы так и играли на голом торсе. — Мне не хватало тебя.       Внезапный шепот у самого основания шеи заставил прикрыть глаза.       Грубые пальцы аккуратно убрали волосы с моего плеча. Скользкий развязный язык прошелся от края уха до подбородка.       — М-м, всё такая же вкусная, — удовлетворился Холдон. — Похудела. Сколько шрамов ещё прибавилось к твоему невероятному телу?       Он потянулся к моему плащу. Ловко стянул его. Посмотрел на рваную кофту, которую я так и не удосужилась поменять. Хмыкнул. Облизнул пухлые губы.       — Сначала ванная, потом спальня.       Я потянулась к своему тряпью, когда Холдон заставил меня остановиться. Взял мои руки в свои, будто хотел согреть.       Его судорожный вздох и похоть, что разливалась в янтарных глазах, заставляли усомниться, что я дойду сегодня до ванной.       — Погоди, я так соскучился.       Он растягивал один только ему известный момент.       — Холдон.       Позади выросла фигура. Не такая, как я запомнила. Совершенно иная. Бледная, костлявая, с короткими волосами уложенными под подобие прически. В классическом костюме с глубоким вырезом на груди и разрезом юбки от колена до нижнего белья. Её фиолетовые глаза напоролись на меня. Что-то надломилось, вытянулось. Синяки под глазами, разбитый нос из которого шла кровь. Подтеки на шее. Торчащие ключицы из-под блузки были желто-синими. Следы побоев, издёвок и бессонных дней.       Она покачнулась. Схватилась за перилла. Ядовитый взгляд сменился едва заметным облегчением.       — Рэй, — прошептала Кэт, ещё не до конца веря своим глазам.       Она едва стояла на ногах и всё, что могла, это держаться как можно крепче, чтобы не полететь лицом вниз.       Ты не должна быть здесь. Квин сказала, что ты в безопасности. Что он тебя отпустил.       — Рэй, это ты…       — Ты свободна, Кэти, — ухмылка на лице Холдона заставила сжаться. — Моя женушка вернулась.       Кэт не могла оторвать свои ноги от лестницы. Весь спектр эмоций пролетел на её лице, пока Холдон жадно рассматривал меня.       «Уходи», — одними губами прошептала я.       Лишь бы ты увидела, что мне жаль. Лишь бы поняла, что я не хотела такого. Пожалуйста, Кэт, уходи, беги как можно дальше. Ты не должна быть здесь.       — Итак, ванна, — радостно воскликнул титулованный. — Идём.       Он схватил меня под локоть и потащил в другую сторону.       Оставил Кэт целой, хотя бы сохранил ей жизнь.       Что-то противное, чужое, горячее зашипело в голове. Завибрировало так сильно, что я чуть не потеряла сознание.       Схватилась за край чугунной ванны, царапая ногтями поверхность. Услышала, как закрывается дверь. Мужское тело оказалось позади. Его дыхание заставило сжать зубы. Руки помогли избавиться от одежды. Бинт, обмотанный вокруг груди слетел вниз.       — Добро пожаловать домой, дорогая.       «Добро пожаловать в ад».