Забытая Мелодия

Отложив поздравительный конверт в сторону, я попытался сосредоточиться на плане, но что-то мешало. В груди разливалось неожиданное тепло, словно отголосок уюта, который я давно не ощущал. Усталость и холод с недавней ночной прогулки будто начали сдавать позиции. Мой взгляд всё больше расплывался, превращая чёткие линии стола в размытые пятна. Веки, словно оберегающие стражи, всё чаще опускались, стремясь укрыть меня от этого хаоса. Казалось, само тело протестовало, требуя передышки. Но я не мог позволить себе остановиться, не сейчас. Я медленно поднялся со стула, ноги будто налились свинцом. Сделав несколько шагов, я оказался в ванной комнате. Яркий свет лампочки будто ослепил меня, но этого было мало, чтобы я пробудился. Повернув кран, я подставил ладони под ледяную струю. Вода наполняла их, покалывая кожу, прежде чем упасть в раковину. Я резким движением плеснул её на лицо, чувствуя, как холод оживляет мои мысли. Ещё раз, и ещё. Каждая капля словно вымывала из меня усталость, оставляя лишь напряжённую ясность. Я закрыл кран, стряхивая воду с рук, и снова взглянул в зеркало. — Соберись, — тихо произнёс я. — У тебя ещё есть время. Выключив свет, я вышел из ванной. Вернувшись к столу, я снова уселся, решив окончательно сосредоточиться на разработке плана. Но для ясности нужна была одна важная деталь — время. Я взял телефон, который едва успел зарядиться, и нажал кнопку включения. Экран ожил, вспыхнув ослепительно ярким светом, заставив меня прищуриться. Когда глаза привыкли, я наконец смог различить белые цифры на экране: 6:31. Впереди было больше времени, чем я ожидал, и это внезапно придало мне уверенности. — Отлично, — пробормотал я себе под нос. — Значит, всё ещё возможно. Рисуя на листе разные формы простым карандашом, я начал шепотом проговаривать свои мысли, словно они могли материализоваться быстрее, если я их озвучу: — К одиннадцати утра Сайори должна уже проснуться… Можно будет сходить в ресторан. Мы же это обдумывали? Сегодня или… Вчера. Точно, вчера. Линии на листе становились всё плавнее, а слова стекали одно за другим, превращаясь в нить: — После ресторана прогуляемся до моря. Да, давно я не трогал морскую воду… Не обязательно купаться, просто прикоснуться к ней. Моя рука сделала паузу, а затем я продолжил: — Потом можно заглянуть в магазин. У меня осталось немного денег, хватит на мороженое. Купим и пойдём ко мне смотреть фильмы. Ты согласна, Сайори? Линия на листе резко дрогнула. В комнате стало слишком тихо. Я замер, глядя на пустое место напротив. — Какая к чёрту Сайори? — пробормотал я, ощущая, как холодное осознание возвращает меня в реальность. — Её здесь нет. Это просто план… Тишина сгущалась, а карандаш в руке стал казаться тяжелее. Всё, что оставалось, — вернуться к тому, ради чего я сидел за этим столом. Если так подумать, план вышел неплохой. Но времени ещё навалом, и слишком детализировать всё смысла нет. Всё равно многое придётся решать на месте, импровизируя, особенно если Сайори вдруг решит отказаться от какой-то из затей. Я откинул карандаш в сторону и, сложив руки за головой, уставился в потолок. — А может, сосредоточиться на завтрашнем дне? — пробормотал я. Этот день — один из самых важных. Завтра я должен сделать что-то действительно значимое, что не оставит места сомнениям. Но даже продуманный план не гарантирует успеха, если я просто уйду домой, оставив её одну со своими мыслями. Ночь это самое опасное время суток. Именно тогда всё, что её гложет, становится громче, сильнее, невыносимее. — Нет, — твёрдо сказал я себе. — Завтра я точно должен остаться с Сайори. У неё или у меня — неважно. Главное, быть рядом. Я встал со стула и подошёл к окну. Улица всё ещё дышала холодом, но уже было довольно светло. — Всё получится, — сказал я, стараясь убедить не только себя, но и этот новый день, который уже начинал своё движение. Времени еще вагон и маленькая тележка… Чем же заняться? Наверное, я мог бы вздремнуть, часа 3-4, но вряд ли меня даже землетрясение разбудит. — Может, выйти? — сказал я себе, хотя идея казалась сомнительной. Улица всегда предлагала слишком много лишнего. Но остаться внутри означало снова застрять в собственной голове. — Ладно, — решил я наконец. — Побегу. Может, это поможет. Я быстро натянул кроссовки и схватил с вешалки куртку. Улица встречала меня прохладным воздухом и влажностью, оставшейся от растаявшего снега. Всё вокруг было слишком спокойным, слишком нормальным для того, что творилось у меня внутри. Сделав несколько шагов, я начал ускоряться. Мои ноги, сначала будто неохотно подчиняясь, постепенно вошли в ритм. Я бежал не слишком быстро, скорее просто шёл вперёд, отдаваясь движению. Каждый шаг отдавался тяжёлым эхом в груди, будто выстукивал незримый ритм моих мыслей. Это было странное ощущение, с одной стороны, движение помогало избавиться от хаоса в голове, но с другой, пустота, которую оно оставляло, начинала тянуть вниз. Я продолжал бежать, будто пытаясь обогнать нечто невидимое, что преследовало меня в глубине сознания. Каждый шаг был тяжёлым, но в этом было что-то успокаивающее. Я мог контролировать хотя бы это движение, вперёд, снова и снова. Прохладный воздух обжигал лёгкие, а влажный асфальт под ногами заставлял быть осторожным, чтобы не поскользнуться. Город медленно оживал: где-то вдалеке гудел первый утренний транспорт, кто-то спешил на работу или возвращался домой после ночной смены. Фонари больше не горели, их свет уступил место сероватому утру, а редкие прохожие смотрели куда-то мимо, не замечая меня. Или, может быть, просто не хотели замечать. Это было даже лучше, я не был в настроении для разговоров. Мои мысли всё ещё кружились, словно растрёпанные листья на ветру. Но бег помогал. Помогал заглушить их хотя бы на время. Медленным, почти ленивым темпом я возвращался домой, оставляя за спиной улицы, которые стали частью моего маршрута. Знакомые и незнакомые дома мелькали мимо, но я не обращал на них особого внимания, пока не добрался до района, который видел каждое утро, направляясь в школу. Мои шаги замедлились у одного из домов. Знакомого дома. Это был дом Нацуки. Свет в её комнате горел, пробиваясь сквозь шторы и создавая мягкое свечение на холодных оконных стеклах. Я остановился, машинально делая вид, что завязываю шнурок, хотя на самом деле просто пытался собраться с мыслями. Интересно, как её встретил отец после того, как она ночевала у Сайори? — Всё нормально у тебя там, Нацуки? — тихо пробормотал я, хотя знал, что ответа не услышу. Свет в её комнате внезапно погас, и я почувствовал странное ощущение — смесь облегчения и беспокойства. Пора было двигаться дальше, но что-то удерживало меня на месте ещё несколько мгновений. Я не могу объяснить, почему я решил подойти к её дому ближе. Я протянул руку к входной двери её дома и постучал. Секунды ожидания растянулись в вечность. Я внезапно почувствовал, как холод пробирается под куртку, пока я стоял, глядя на массивную дверь передо мной. Что я собираюсь сказать, если кто-то откроет? Её отец? Нацуки? Зачем я здесь? Внутри дома послышались шаги. Они были неспешными, но уверенными. Дыхание сбилось, ладони стали холодными. Дверь медленно приоткрылась, и передо мной появилась знакомая, массивная фигура. — Ох… Это же ты, Малец! — сказал отец Нацуки, добродушно улыбаясь и протягивая руку для рукопожатия. Жест был неожиданным, но я всё же решил его принять. Мы пожали руки, его хватка оказалась крепкой, почти обжигающей на фоне прохладного утра. — Здравствуйте, — выдавил я, всё ещё немного озадаченный. — Честно говоря, я думал, что Вы будете не рады меня видеть. Отец Нацуки задумчиво почесал подбородок и слегка прищурился, словно обдумывая мои слова. — С чего бы это, Малец? — произнёс он, слегка наклонив голову. — Ты же привёл её вовремя, как и договаривались. А то, что было дальше, — это уже её дело. Его голос был ровным, но в нём сквозило что-то странное, будто он говорил не всё. — Слово держишь, — добавил он, кивая, как будто оценивал меня. — Это уже хорошо. Мужчина должен быть таким. Я кивнул, чувствуя лёгкое напряжение. Внутри всё ещё не покидало ощущение, что этот разговор вот-вот примет какой-то неожиданный оборот. — Тогда я мог бы пройтись с Нацуки? — осторожно спросил я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, хотя внутри всё сжималось. Отец Нацуки посмотрел на меня чуть дольше, чем мне бы хотелось. Его взгляд будто сверлил насквозь, оценивая каждое слово и движение. — Хм, — он скрестил руки на груди и слегка наклонил голову. — Нацуки сейчас наверху. Если хочешь с ней поговорить, подожди здесь, я её позову. — Спасибо, — кивнул я, стараясь не выдать облегчения. Он развернулся и скрылся за дверным проёмом, оставив меня стоять у порога. Я слышал, как его шаги постепенно поднимались по лестнице. Мгновение спустя до меня донёсся приглушённый разговор. Голос Нацуки звучал придавлено и тихо. Но, судя по шуму, она всё же собиралась спуститься. Дверь снова приоткрылась, и из-за неё показалась Нацуки. Её лицо выглядело чуть уставшим, но в глазах всё ещё горел привычный для неё огонёк упрямства. — Ты чего здесь делаешь? — спросила она, скрестив руки на груди, словно обороняясь. — Я тут… Мне тут до магазина дойти нужно, муку выбрать, а ты в этом разбираешься лучше всего. — Быстро сообразил я. Нацуки посмотрела на меня так, будто пыталась разгадать, что за фокусы я очередной раз придумал. Её губы сжались в узкую линию, а глаза защурились. — В муке? Ты серьёзно? Из всех причин придумать эту? Мог бы хотя что-нибудь покреативнее сказать, — заметила она, слегка вздернув бровь. Я поправил куртку и сосредоточенно кивнул. — Я просто хотел тебя вытащить на улицу. Ты же не против прогулки? Нацуки вытянула губы, как если бы готовилась обрушить на меня целую трактату о том, как она не хочет никуда идти. Но в итоге лишь потянулась и вздохнула. — Ладно, только не мучай меня своими непонятными рассуждениями, — сказала она, запихивая руки в карманы. — Подожди секунду, я только куртку возьму. Она быстро заскочила обратно в дом, а я вытянул телефон и быстро проверил время. Было ещё рано, но день определённо уже задал темп. Когда Нацуки вышла, она сообщила без всяких пристрастий: — Кстати, мы точно будем тратить время на муку, или это было просто отговорка? Я улыбнулся. — А что, тебе не интересно? Нацуки фыркнула, скрестив руки на груди. — Как будто у меня нет дел поважнее, чем обсуждать с тобой сорта муки, — пробормотала она, но я заметил, как её губы дрогнули, будто она сдерживала усмешку. Мы двинулись по тротуару, и, как только вышли на главную улицу, Нацуки первой нарушила молчание: — Если ты так хотел меня вытащить, мог бы придумать что-то получше. Хотя… ладно, признаю, ты хотя бы постарался. — Это значит, что тебе понравилось? — прищурился я, бросая на неё хитрый взгляд. — Пфф, как будто! — тут же отмахнулась она, но щёки едва заметно порозовели. — Просто… иногда приятно выйти на улицу, вот и всё. Я усмехнулся, но ничего не сказал. В такие моменты с Нацуки лучше не спорить. Когда мы добрались до магазина, я специально остановился у полки с мукой и задумчиво почесал подбородок. — Так… Мне нужна самая лучшая мука. Какую берём, эксперт? Нацуки закатила глаза, но подошла ближе, пробежав взглядом по упаковкам. — Вот эту, — сказала она, указав на одну из пачек. — Она лучше для выпечки. Я взял пачку и покрутил в руках. — Отлично, теперь ты несёшь её, — ухмыльнулся я, протягивая ей пакет. — Эй! — возмутилась Нацуки, но, увидев мою довольную ухмылку, только раздражённо вздохнула и забрала его. — Ты просто хочешь, чтобы я несла твои покупки, да? — Я просто доверяю тебе важные задачи, — невинно пожал я плечами. Она недовольно посмотрела на меня, но в итоге лишь покачала головой и пошла к кассе. Я последовал за ней, с трудом сдерживая улыбку. После того как мы расплатились и вышли из магазина, Нацуки вдруг замедлила шаг. Я посмотрел на неё, и она неожиданно спросила: — А ты правда хотел просто купить муку? Или у тебя была другая причина? Я на секунду задумался, но затем пожал плечами. — Может, просто захотел провести с тобой время? Она резко отвернулась, но я успел заметить, как уголки её губ чуть приподнялись. — Дурак, — пробормотала она, но голос её звучал мягче, чем обычно. Я только улыбнулся, продолжая идти рядом. — Так что теперь? — спросила она, бросив на меня взгляд. — Ты же не собираешься просто идти домой с этой пачкой муки? — Ну, вообще-то я планировал угостить тебя чем-нибудь вкусным. Как насчёт кофе? Нацуки задумчиво склонила голову. — Хм… если ты не собираешься заставлять меня нести ещё что-то, то, пожалуй, соглашусь. Я усмехнулся. — Обещаю, никаких дополнительных грузов. Только кофе и, может быть, что-то сладкое. Она прищурилась, но в итоге кивнула. — Ладно. Но если ты будешь вести себя как-то странно, легким испугом не отделаешься. — Принято, — рассмеялся я. — Тогда идём. Мы направились в сторону ближайшего кафе, и по пути я поймал себя на мысли, что это утро стало намного приятнее, чем я ожидал. Позвать Нацуки было моей лучшей идеей сегодня: так я скоротаю время, мои мысли не сожрут меня, немного подниму настроение Нацуки — в общем, всё очень даже хорошо. Вот же… Только мне и вправду пришлось купить муку, а тут я вякнул, что угощу кофе и чем-нибудь еще, а у меня и так немного денег оставалось, надеюсь все же хватит на мороженное для Сайори, как я и хотел по плану… Через пару сотен шагов мы оказались на месте. Кафе находилось на углу улицы, его было бы трудно не заметить. Стеклянные двери кафе блестели от лучей выходящего из-под туч утреннего солнца. Отварив дверцу и пропустив Нацуки вперёд, нас сопроводил колокольчик над дверью. Каждый посетитель осмотрел и поприветствовал нас взглядом. Нацуки уже шла выбирать себе место по душе и комфорту, а я неторопливо шёл за ней. Она изредка резко меняла направление своего шага из стороны в сторону, пытаясь поскорее определиться, что ей нравится больше. В итоге мы уселись за столом у окна. Нацуки поспешила усесться, а я, стараясь напитаться атмосферой утреннего кафе, сел напротив розоволосой девушки. Где-то за стойкой находилась колонка или проигрыватель. Стараясь уловить нотки музыки сквозь гул посетителей, шума тарелок и изредка проезжающих машин за окном, я осознал, что это джаз. Поняв, что я чересчур отвлекся от своей утренней спутницы, я начал искать меню на столе глазами. — Ага, — сказал я, взяв в руки меню. — Думаю, буду только кофе. А ты? Нацуки незамедлительно выхватила у меня меню и начала яростно изучать его. Пролистав до страниц с десертами, она ткнула в мороженое, нарисованное на лакированном листе. Это было на удивление не клубничное мороженое, простой пломбир с вставленными двумя шоколадными палочками. — Значит, мороженое? Не вредно ли с самого утра будет?, — поинтересовался я со смешком. Нацуки раскрыла рот в явном возмущении, но как только она захотела начать спорить о том, что в этом ничего вредного нет и неужели я назвал её «толстой», меня спас официант. Это был парень, одет он был в ту форму, которая сразу представляется при слове «официант». Видимо, он сообразил издалека, что мы перестали изучать меню, и подошёл к нам поинтересоваться готовностью нашего ответа. — Чего желаете?, — спросил он вежливо, но с некой сонливостью. Видимо, не все ещё окончательно проснулись. Я кратко посмотрел на Нацуки и, заметив её лёгкий, адресованный мне кивок, озвучил наш ранее выбранный заказ. - В скором времени будет сделано!, - эта фраза была пропитана большим энтузиазмом, видимо она давно доведена до автоматизма. =========================================================== Может когда-нибудь я закрою этот гештальт, но не сейчас. Опубликовал, то что есть, то - что писалось почти год. Сейчас занимаюсь разными делами, начал ходить на тренировки уже 5-ый месяц, проблемы в личной жизни решаются, учеба идёт своим чередом, пишу сценарий для мода по ддлк дальше, который раз переписываю его с нуля. А этот фанфик, даже читать стыдно. Хорошая была история, но я начал уводить всё в какую то клоаку, и да уж... Сейчас 13.12.2025 18:33 Всем хорошего дня, вечера, утра, ночи и с наступающим новым годом! 18.12.2025 Lerono: История и правда была хорошей) С наступающим тех кто это увидит