Сын Альфы

      — Макс, ты спишь? Ты опоздаешь...       Голос Кэти возвращает меня в реальность. Я моргаю, выныривая из глубокого сна.       Во рту сухо и горько, голова пульсирует. Солнце светит так ярко, будто я смотрю прямиком в прожектор. Кажется, я еще никогда не был так пьян. Кто-то помнит, где я вообще в итоге свалился?       К моему удивлению, я нахожусь в своей кровати. На мне все ещë вчерашняя одежда, правда кроссовок нет.       — Доброе утро, - говорит Кэти, вставая на цыпочки и заглядывая ко мне, - Ты пропустил завтрак. Но я принесла тебе кофе и пирожное.       — Спасибо, - я сажусь и тру лицо.       Кэти протягивает мне кофе, я делаю глоток. Вкусно: белый, с пятью ложками сахара, как раз такой, как я люблю. Она протягивает мне пирожное, но мне сейчас кусок в горло не залезит.       — Что случилось ночью?       —Я не помню точно, мы оба были довольно пьяны. Я думала, ты заблудился. Но похоже, ты вернулся к себе, при том целым и невредимым.       Я пытаюсь вспомнить, что произошло, но все как в тумане. Потом что-то начало проясняться... В голове замелькали знакомые лица и...       — О нет, кажется, я сделал нечто ужасное.       — Насколько ужасное?- спросила она.       — Как если бы, мне теперь нужно уйти в лес и больше никогда не возвращаться.       Кэти кривит рот в неловкой улыбке:       —Я уверена, что это просто похмелье...       — Нет, я...       И я начинаю рассказывать Кэти о том, что произошло с Джаспером, но она прерывает меня.       — Подожди, расскажешь всë по пути. Все уже ушли на большой захват флага.       Я кривлю губы. Мысль о том, чтобы бегать под жарким солнцем с кучей потных волков, способна вызвать тошноту у кого угодно, не говоря уже о подростке, страдающем от самого тяжелого похмелья в своей жизни.       —Это звучит просто кошмарно.       — Это обязательно, - говорит Кэти без малейшей доли иронии, - Это что-то вроде знакомства, чтобы разбить лед перед брачным забегом.       — Могу я просто притвориться, что плохо себя чувствую?       — Я уже сказала Элеоноре, что прослежу, чтобы ты был там. Когда ты пропустил завтрак, она выглядела так, будто у нее вот-вот лопнет глаз.       Я опускаю голову и смотрю на Кэти. Это было полное и абсолютное предательство.       —Ну пойдем, будет весело, - говорит она, мягко стаскивая меня с кровати.       Я нехотя перекидываю ноги через бортик и замечаю, что мои кроссовки аккуратно поставлены у края кровати. Кто это сделал? В пьяном виде я бы точно не стал так заморачиваться.       — Уф, тебе определенно стоит переодеться и, возможно, почистить зубы, - говорит Кэти, махая рукой у носа, - От тебя пахнет пивом.       Я слегка принюхиваюсь, и она права. От меня воняет!       — Итак, последнее, что ты помнишь, это как Джаспер поднимал тебя с земли, - говорит Кэти.       После супербыстрого душа мы покинули лагерь и пошли по тропе в лес, следуя за указателями к "месту встречи".       — Типо того, - говорю я.       Моя горячая кровь видимо, притягивает ко мне всех насекомых округи. Приходится постоянно отмахиваться, пока мы идем.       — Значит, это он уложил тебя в постель?       Я чуть не лопаюсь от смеха, представляя Джаспера, снимающего с меня обувь и укладываюшего спать. Джаспера, который с первой нашей встречи ни разу не переставал вести себя со мной, как придурок.       Но потом я вдруг останавливаюсь и думаю: если это был не он, то кто же тогда?       — Нет, этого не может быть. Этот придурок ни за что не сделал бы ничего хорошего, - фыркнул я.       Когда в поле нашего зрения появились остальные волки, я уже вспотел и запыхался, будучи в абсолютно ужасной форме.       Деревья раздвинулись, огибая толпу одетых в спортивную одежду волков, образовывали поляну. Все затихли, наблюдая, как Джаспер и Оливия карабкаются к вершине валуна высотой этажа в три.       Значит Оливия тоже ведет эту игру. На ней серые леггинсы с графическим рисунком в виде бледно-желтых цветовых блоков и подходящий к ним топ с длинным рукавом. Она выглядит так, будто готова к завоеванию золота на Олимпийских играх.       Джаспер, напротив, всë с тем же равнодушным выражением лица, с которым он был и вчера вечером. Как и Оливия, он одет в беговое трико, только черное, заканчивающееся чуть выше лодыжек. На нем черная майка, и его руки полностью открыты.       Я не могу удержаться и не поглазеть на его очень рельефные мышцы. Готов поспорить, что тренируйся я хоть тысячу лет, все равно не достиг бы такого же тела. В горле вдруг встал ком. Должно быть, жара действительно плохо на меня влияет.       — Волки! - говорит Оливия, так громко, чтобы еë мы могли слышать даже далеко позади. Она звучит как Бейонсе, командующая своим прайдом в Короле Льве, - Сегодня вы пройдете жаркое испытание по пересеченной местности. Чтобы победить, вы должны быть на высоте. Покажите всю вашу силу, ловкость и скорость!       — Я думал, мы играем в захват флага? - панически шепчу я на ухо Кэти.       — Так они сказали за завтраком, - шепчет она в ответ, - Может быть, это что-то вроде волчьей версии.       — Правила таковы, - продолжает Оливия, - Вы будете разделены на две команды. Мы с Джаспером будем капитанами. Зеленая команда будет со мной, а фиолетовая - с Джаспером.       Не знаю, что было бы хуже. Быть в команде Джаспера или играть против него.       — Перекидывания запрещены. Вы должны оставаться в своей человеческой форме на протяжении всей игры. Если вас коснуться, вы должны покинуть поле и вернуться сюда. Элеонора великодушно предложила остаться тут с водой и закусками для всех выбывших.       Я замечаю Элеонору, стоящую у подножия валуна с пакетом, полным батончиков, и выглядящую чрезвычайно довольной собой.       — Игра закончится, когда одна из команд успешно захватит флаг другой команды и вернет его на свою базу. Безопасной зоны не существует. Вы можете быть поймаными в любом месте игрового поля.       —Каковы границы? - спрашивает какой-то парень спереди.       Оливия усмехается, приподнимая бровь, и поднимает обе руки вверх, указывая на деревья.       — Ты смотришь на них.       По группе прокатывается симфония из "вау" и "хихи".       — Весь лес в игре, - заканчивает Оливия, - Игра начнется, когда вы услышите этот звук.       Она достает тонкий блестящий свисток, висящий на цепочке у нее на шее, и дует в него. Птицы вспархивают с деревьев, услышав гулкий, высокий писк, от которого голова снова начинает нещадно ныть.       — Всем все понятно? - спрашивает она, передавая свисток Элеоноре, которая, я уверен, точно знает, когда и как дуть в эту адову штуку. Все кивают, игриво ухмыляясь своим соседям.       — Хорошо! - говорит Оливия, - Все, у кого домик с нечетным номером, вы в моей команде, с четным - в команде Джаспера.       По толпе проносится ропот: каждый пытается вспомнить номер своего домика       — Так, - говорит Джаспер, выходя вперед, - Фиолетовая команда со мной, мы идем на восток.       Он спрыгивает с валуна. Все люди с четными номерами следуют за своим великим лидером на восток.       — Остальные за мной, - говорит Оливия, направляясь в противоположную сторону.       Мы с Кэти поворачиваемся и смотрим друг на друга.       — Вот облом, мы в разных командах, - говорит она.       — Ага, я, наверное, сразу вылечу, так что если станет скучно, я буду тусоваться здесь.       — Ты должен хотя бы попытаться развлечься, - она упирает руки в бедра.       — Ну ладно! - стону я, - Увидимся позже.       Мы расходимся по своим командам. Моя идет на запад, под постоянным уклоном, пока я не начинаю всерьез волноваться, что у меня отвалятся ноги. По крайней мере, к тому моменту, когда мы добрираемся до базы, моë похмелье почти проходит.       Притаившись за удачно расположенными валунами, Оливия снова обращается к команде. Она начинает излагать какой-то план, который, я уверен, невероятно умный и очень стратегический, но я не успеваю уловить ни одного предложения. И не успеваю я опомниться, как она хлопает в ладоши и говорит: — Ну что, все поняли, что делать?       Конечно. — Поднимим руки.       Все члены команды, включая меня, опускают руки, образовывая большой круг, и на счет "три" мы все произносим боевой клич и вскидываем их вверх. Затем раздается свисток. Команда мгновенно расходится, растворяясь в окрестности.       — Ну, что случилось, чико?! Не стой здесь! - кричит мне Оливия, скрываясь среди деревьев.       Я вдруг оказываюсь совершенно один в лесу, кручусь на месте и, выбрав направление, пускаюсь бежать. Чëрт, а эти стайные волки умеют прятаться. Я замечаю поваленное на бок дерево. В воздухе торчат искореженные корни, а в земле на месте дерева - яма. Идеальное укрытие. Я прыгаю и карабкаюсь вниз, уютно устраиваясь на земле.       Я буду ждать здесь, пока всë не закончится.       Некоторое время ничего не происходит. Я сижу под корнями дерева, а прохладная земля успокаивает мое похмелье. Примерно через час игры мимо пробегает пара моих товарищей, но я стараясь не высовываться, и они меня не замечают.       Проходит еще один спокойный час, и я думаю, не закончилась ли уже игра, и не ушли ли все домой без меня, но вдруг раздаются крики. Вдалеке начинают слышаться голоса. Я не могу понять, откуда они точно доносятся.       Потом я слышу шаги. Кто-то бежит в этом направлении. Они бегут быстро... очень быстро. Земля начинает вибрировать подо мной. Я высовываю голову из своего укрытия, чтобы осмотреться.       Прорываясь сквозь джунгли, из-за деревьев выныривает Джаспер, словно какой-то гепард. Он перепрыгивает через корень и огибает валун. Чтобы пересечь ручей, он хватается за низко свисающую ветку и перемахивает через нее, как чертов современный Тарзан. Его лицо сурово и решительно. Его мышцы напряжены, а движения точны. Он - волк, полностью сконцентрированный на цели. И тут я понимаю... Он держит наш флаг. Пурпурное полотнище развевается на ветру.       Кажется, он заметил меня и немного свернул с пути, но продолжил нестись дальше всë с той же грацией и скоростью газели.       — Дурак, что ты делаешь? Беги за ним!       Мимо меня проносится, Оливия, которая бежит по пятам Джаспера с десятисекундным отставанием. Я замираю. Она ведь не думает, что я смогу его догнать? У неë явно больше шансов.       Вот только она отвлекается и не смотрит под ноги. Еë левый носок цепляется за вывороченный корень, и она летит вперед, падая. Я выпрыгиваю из своей норы и бегу к ней. Она сжимает лодыжку, морщится от боли и смотрит на меня темными, полными ярости глазами.       — На что ты уставился! Марш за ним!       Я киваю и, не успев опомниться, припускаю вслед за Джаспером. Мгновенно мои легкие начинают гореть, а мышцы на ногах затекают, но я продолжаю бежать. Не знаю почему, но с каждым шагом я разгоняюсь все сильнее. Наверное, я не хочу, чтобы Оливия проиграла из-за того, что я ее отвлек. А может быть, я просто не хочу, чтобы Джаспер выиграл.       Каким-то образом я инстинктивно знаю, в какую сторону идти. Я чувствую его впереди себя. Время от времени я улавливаю его запах. Цветы вишни... И каждый раз я заставляю себя бежать дальше.       Солнце светит прямо в лицо, и мне начинает казатся, что я его догоняю. Джаспер, должно быть, понял, что Оливия отстала, и немного сбавил темп. А может, я все же быстрее, чем думаю! В любом случае, запах Джаспера становится сильнее, он уже прямо впереди.       Если Джаспер был гепардом, то я - носорог, тараном продирающийся сквозь заросли и ветки. Я оказываясь на поляне, Джаспер на другой еë стороне останавливается и поворачивается. Я тоже останавливаюсь.       Он смотрит на меня в замешательстве, как будто я был последним, кого он ожидал увидеть. От удивления его брови подскакивают, но в следующую секунду привычный решительный, жесткий взгляд вновь возвращается, и он снова убегает.       В легких уже не осталось воздуха, сердце вот-вот разорвется, ноги сводит от боли. На руках царапины от колючих веток. Я весь мокрый от пота. Но я должен победить. Выживу или умру. Проигрывать больше нельзя. Каким-то образом мне удается догнать его.       Я так близко, что протягиваю руку, но он ускоряется, и я не достаю. Я тоже ускоряюсь всë сильнее и сильнее, даже не предпологая, что вообще так могу, и мне удается снова его нагнать. Джаспер оглядывается и кивает головой куда-то в сторону, но я не понимаю, что он хочет сказать. И вдруг он прыгает, оказываясь над землей не менее чем футов в двадцати. Но зачем он...? Это ведь только замедлит его. Но потом я понимаю, почему.       Вслед за ним я мчусь к огромной чертовой дыре в земле. Этот длинный овраг, из которого доносится шум бурного, стремительного потока, внезапно разрезает ровный ландшафт леса.       Джаспер изящно приземляется на другой его стороне. И нет, я ни за что не смогу повторить это! Но я разогнался уже слишком сильно, чтобы так просто остановиться. Хотя я стараюсь затормозить изо всех сил, край оврага оказывается слишком близко. И земля подо мной исчезает.