Сын Альфы

      Подавленный после ссоры с Кэти, я как зомби вернулся в столовую и снова плюхнулся на свое место. Тодд и Саймон уже ушли, по пути обронив что-то вроде «извини, приятель» и «очень жаль, брат».       Я поджал губы, глядя на недоеденные блины перед собой. Теперь они кажутся мне кучкой отвратительной каши, поэтому я отодвигаю их как можно дальше.       —Доброе утро, дружище, — слышу я голос Айши, которая подходит к столу с полной тарелкой вафель, — Как дела?       Она замирает, увидев мое выражение лица.       — Все плохо, да? — и садится на стул, где сидела Кэти, ободряюще кладя руку мне на колено, — Что случилось?       — Мы с Кэти поссорились.       — Понятно, — она понимающе кивает, словно я на приëме у психотерапевта, — Не хочешь рассказать, из-за чего?       Ирония в том, что наша ссора была вроде как из-за Айши, а теперь она пытается меня утешить. Но я понимаю, что на самом деле причина была вовсе не в ней. Она скорее стала одним из симптомом этой проблемы. Настоящая же причина каменным грузом висит глубоко во мне.       — Связи, — бормочу я.       — Понятно, — Айша скрещивает ноги, устраиваясь поудобнее, — Она хочет стать твоей парой?       — Думаю, да, — наконец-то признаю я, и всë сразу же становится довольно очевидным.       Теперь я понимаю, почему вчера она так отреагировала, когда я предложил Айше поплавать вместе. Понимаю, почему она была так рада, что мы вместе поедем на наш первый фестиваль. Я был таким слепым и грубым. Но, наверное, я просто не хотел, чтобы что-то изменилось… чтобы дружба закончилась. Я переживаю из-за этого.       — И ты не чувствуешь того же? — медленно спрашивает Айша.       Я качаю головой.       — Связь — это не просто, — вздыхает она, — Да и Голубая Луна со своими бурлящими гормонами тоже не очень-то помогает.       — Это ты верно подметила, — я наконец смог произнести хоть что-то внятное.       — А вот и ты! — улыбнулась она.       Но ее радость все же была поспешной. Я все ещë чувствую себя ужасно. Я не только игнорировал явные знаки, которые подавала мне Кэти, но и был настолько равнодушен к ее чувствам, что она сбежала от меня буквальную куда придется. Откинувшись на стуле, я уже подумываю, не расплакаться ли и мне тоже.       Айша оглядывает меня, морща губы и прищуриваясь:       — Я знаю, что тебя развеселит.       Через пятнадцать минут мы стоим на берегу реки.       — Я не уверен, что это хорошая идея, — говорю я, — Когда я вчера навернулся, вода была просто ледяной.       Сегодня стоял великолепный солнечный день, небо было настолько яркого голубого цвета, будто прямиком из какого-нибудь мультика, с несколькими пухлыми облаками похожими на сахарную вату. Деревья кажутся изумрудными, а вода выглядит восхитительно чистой. И мы стоим у еë кромки в одних купальниках. Но в памяти еще свеж ледяной укус моего неожиданного погружения туда.       — Здесь вода теплее, — говорит Айша, — Она более стоячая.        Ну… Отлично?..       Место для купания — это специально отведенный участок берега недалеко от домиков. Здесь достаточно мелко и немного подальше уже плещутся волки. Некоторые раскачиваются на подвесной шине и прыгают в воду.       Она не может быть такой холодной, если они все в ней купаются.       — Что может быть лучше чем, смыть с себя грусть, — говорит Айша певучим голосом.       Я замираю, глядя вдоль берега. Разноцветные пляжные полотенца усеивают гальку, словно прямоугольные цветы. Сладкий сосновый аромат заполняет мой нос и помогает очистить разум.       Может быть, она права.       — Если вода не поможет тебе сбросить с плеч уныние, то я не знаю, что поможет, — улыбается Айша и шагает к воде.       Она одета в черное бикини, ее спортивное тело блестит в лучах солнца. По сравнению с ней я чувствую себя зефиром, мягким и бледным.       — Кто последний тот — омега, — кричит она через плечо, набирая скорость. Посреди озера стоит деревянный помост, к которому сбоку прикреплена покрытая водорослями лестница. И Айша уже на полпути к ней. Я отказываюсь отставать, хотя мысль о том, что мне придется залазить в ледяную воду, вызывает у меня сильное озноб. tab>Мы с плеском вбегаем на мелководье, и вода заставляет меня проснуться. Ледяная, обрывающая дыхание она доходит мне до пояса, и я делаю огромный глоток воздуха, беря себя в руки. Я ныряю вперед, а выныривая, задыхаясь, настолько она холодная. Точно такая же, как и вчера!       Айша уже гребëт в сторону платформы, рассекая поверхность воды, как самурайский меч. Я отталкиваюсь ногами и пытаюсь вспомнить свой вольный стиль, которому меня учили на уроках плавания в начальной школе. Скорость удаëтся набрать с трудом, дыхание толком не перевести, но в конце концов я нахожу свой ритм и плыву, изо всех сил отталкиваясь ногами, и достигая платформы.       Айша, опередившая меня на целую милю, за руку помогает подняться по склизкой лестнице. Холодная вода капает с меня, стекая с плавок. Мы усаживаемся на деревянном настиле, оглядывая все еще плещущихся неподолеку волков, и позволяем солнцу согревать нас. Мы оказались дальше, чем я думал. Мне кажется, что мы так далеко, что зарычи я со всей силы, никто бы не услышал.       — Чувствуешь себя лучше? — спрашивает Айша.       — Голова стала яснее, — отвечаю я.       И это правда. Наше небольшое плавание помогло мне понять, что мир не разрушился. Теперь я знаю, что у нас с Кэти все будет хорошо. Мы лучшие друзья и всегда ими будем. Одна дурацкая ссора на дурацком фестивале не сможет этого изменить.       — Видишь ли, небольшая физическая нагрузка всегда помогает избавиться от грусти.       —Абсолютно.       — Хочешь поговорить об этом?       Айша выглядит полностью готовой выслушать меня. Я поражаюсь. Мы познакомились только вчера, и я, в общем-то, вовсю был фанатичным придурком. Я бы не удивился, если бы она подумала, что я полный псих. Но ее большие глаза, как у настоящей принцессы, были полны искренней заботы, и я чувствовал, что она правда хочет помочь.       — Наверное, я всегда воспринимал Кэти скорее как подругу… лучшую подругу.       — Ну, ты так чувствуешь, и это абсолютно нормально.       — Но я должен был понять, что она чувствует по другому. Или я должен был дать ей понять, что она может сказать мне об этом.       — Конечно, но о чувствах говорить трудно. Даже с теми, кого любишь больше всего. Черт, иногда это даже еще труднее.       — Просто… ну, она так одержима связью.       — Конечно, одержима, она же волк-подросток.       — Я не думаю, что если ты волк, ты обязан верить во все эти узы.       — Это так, но чего еще от нее ожидать? Нас учат, что это важно. Оглянись вокруг. Все здесь только ради этого, и они искренни надеются найти свою пару.       — Конечно.       Все на пляже улыбаются и веселяться, но тут и я замечаю кое что. Ветер несет в себе запах. Смесь пота, соленого и острого, и чего-то более сладкого, как полевые цветы, терпкое и манящее. Волчьи феромоны! Все на пляже, да и, вероятно, все волки в лагере, немного испускают свой запах, предназначенный для привлечения пары.       — Наверное, я не такой, как все, — говорю я, вздыхая и упираясь подбородком в колени.       — Может быть. Но тогда это не только твоя вина, — говорит Аиша, сталкиваясь со мной плечами, — Если Кэти знает тебя так же хорошо, как ты знаешь ее, то, возможно, ей следовало бы понять тебя, и не толкать тебя во всю эту историю с парами.       — Может быть.       Айша в чем-то права. Но этого недостаточно, чтобы я перестал чувствовать себя последним мудаком.       Волны бьются о край нашей платформы, закатывая воду на настил. Эта прохлада приятно холодит ноги, облегчая жар бьющего в спину солнца. Айша перекрещивает свои лодыжки, и откидывается на руки.       — Значит, тебе действительно не нравится всë это? — спрашивает она, косясь на меня сбоку.       — Нет, — отвечаю я и тоже откидываюсь назад так, что наши плечи соприкасаются, — Я просто не понимаю. Мне всего шестнадцать. Есть ещë куча вещей, которые я хочу сделать, прежде чем навсегда связать свою жизнь с кем-то.       — Вполне логично, — говорит она, одобрительно кивая.       — А ты? — спрашиваю я, — Не волнуештся, что вдруг найдешь свою пару?       — Я же сказал, что я уже связана с танцами.       — Но как насчет сегодняшнего вечера? Ты вполне можешь встретить какого-нибудь парня во время забега.       — Нет, ведь я не собираюсь бежать, — говорит она.       Элеонора говорила, что это не является обязательным. Волки могут отказаться от участия, если захотят. Я полагал, что большинство приходят сюда только для этого. Наверное, Айша тоже не такая, как большинство.       — Ты не собираешься участвовать в брачном забеге?       — Нет, — говорит она.       — Почему?       Аиша наклоняет голову ко мне, щурясь от солнечных бликов:       —Никому об этом не говори, хорошо? — я киваю, — Я не хочу искать себе пару, потому что у меня уже есть парень. Человек.       — Что…?       Но мой рот словно онемел.       — Тебя это пугает? — спросила она, — Я знаю, что многие считают смешение видов странным, отвратительным, или предательством, или еще чем-то…       — Нет! Вовсе нет! Я думаю, это здорово.       Мои родители воспитали меня в убеждении, что все равны. Мама постоянно твердит о том, что в стаях слишком много альфа-самцов, а папа всегда отстаивает права людей среди своих коллег.       — Извини, не то чтобы я шокирован, просто я никогда раньше не видел никого, кто встречается с человеком.       — Это большая редкость.       — Хотя может быть, я просто в целом мало с кем вижусь, — улыбаюсь, и Айша улыбается в ответ.       Я рад, что ей со мной так комфортно, что она поделилась своим секретом. Может быть, это просто волшебное действие нашего личного островка в озере, но я все равно немного чувствую себя каким-то особенным, что она вот так впустила меня в свою жизнь.       — Какой он? — спрашиваю я.       — Его зовут Трой, он учится в Колумбийском университете, изучает молекулярную биологию или что-то такое научное. Мы познакомились пару лет назад в Нью-Йорке, и с тех пор он приходил на все мои выступления.       Я на мгновение вспомнил тот вечер на балете, когда впервые увидел, как танцует Аиша. Я помню, как парень в первом ряду вручал ей цветы. Возможно, это был Трой.       — Это очень мило, — говорю я.       — Он самый лучший.       Прохладный ветер обдувает мои плечи, я делаю вдох и откидываюсь на спину:       — Все в лагере так растроятся.       — Почему?       — Все думают, что ты будешь парой Джаспера.       Айша резко садится, и смех вырывается из нее, как извержение комедийного вулкана.       — Я… и… Джаспер…? Это безумие!       Я начинаю хихикать, а потом тоже срываюсь на смех, и вот уже мы гогочем вместе, полностью развеивая напряжение. Когда мы немного успокоились, на небе уже начали появляться облака, заслоняющие солнце, и по телу прокатилась волна дрожи.       — Значит, ты не думаешь, что вы с Джаспером можете стать хорошей парой? - спрашиваю я.       — Нет, мы немного похожи на тебя и Кэти. Просто хорошие друзья. Кроме того, не знаю, заметил ли ты, но он немного заносчив.       — О мои Лунные Боги, я знаю! Мне жаль ту бедную волчицу, с которой он будет связан.       Айша хихикает, но сразу останавливает себя:       — Мы не должны быть слишком строги к нему.       — Почему?       — Джаспер — будущий альфа всей нашей стаи. Самой большой стаи на восточном побережье. На него оказывается большое давление. А его отец… ух! Он крут.       — Ты про альфу Джерико? Ты, должно быть, знаешь его лично?       — Да, я встречалась с ним несколько раз. Но он не задерживается где-то надолго, если ты понимаешь, о чем я. Не очень-то разговорчив. Я знаю только то, что он возлагает на Джаспера большие надежды и не любит разочарований.       Джаспер всегда выглядит таким уверенным и непоколебимым. Он всегда кажется таким рассудительным и суровым. Но я никогда не задумывался над тем, почему он такой.       — Помяни черта, - говорит Айша, вглядываясь в даль, - Дважды.       Джаспер вернулся на берег. Они с Оливией бродят по гальке. У меня в горле встает ком, когда я смотрю на него. На нем черные плавки, черные туфли-лодочки и солнцезащитные очки Wayfarer. Его загорелая грудь кажется шире, чем когда он в одежде, а каждый кубик пресса пожалуй достоин иметь свой собственный почтовый индекс — настолько они выделяются.       Что, если он заметит нас с Айшей здесь? Поплывет ли к нам навстречу? От одной мысли, что он увидит меня во всей моей пастообразной, зефирной красе, мне хочется нырнуть на дно озера и остаться там.       — Нравится то, что видишь? - спрашивает Айша.       Я поворачиваюсь и вижу, как она лукаво смотрит на меня, отчего я чуть не падаю с платформы.       — Что…? Нет… я…       — Эй, успокойся. Я просто пошутила.       — Я отвлекся только потому, что он меня слишком бесит, — вру я, - Честно говоря, я не понимаю, как ты можешь дружить с ним.       — Как я уже говорила, не будь слишком строг к нему. У Джаспера много чего происходит.       В этот момент, мужчина и женщина, одетые в камуфляжные штаны и зеленые футболки цвета хаки, трусцой бегут по пляжу к Джасперу. Я наблюдаю, как они окликают его и начинают, очевидно, тихий, но очень срочный разговор.       Спустя ещë мгновение над озером раздается голос Джаспера:       — Всем выйти из воды! Экстренное совещание в амфитеатре через десять минут! Это не учения. Всем немедленно выйти из воды!       Я бросаю взгляд на Айшу, и паника пробегает по всему моему телу.       — Это плохо, — говорит она, уже вставая на ноги и протягивая руку.       Солнце полностью скрылось за облаками, ветер усилился. Волки выбегают из воды, как в сцене из фильма «Челюсти». Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не нырнуть обратно в озеро. Сейчас я слишком напуган, чтобы даже заметить насколько сильно вдруг похолодало.