Сын Альфы

      — Все, - говорю я, - Всë кончено.       — Макс, ты уверен? - спрашивает Кэти на том конце телефона.       Я зарываю ноги в одеяло и прижимаюсь затылком к стене. Сегодня понедельник, но мне удалось убедить родителей, что я плохо себя чувствую, и они разрешили мне остаться дома. На самом деле я не болен, хотя и не здоров. С тех пор как вчера я вернулся домой, то не выходил из своей комнаты и врядли когда-нибудь вообще захочу. Все, что я хочу, - это сидеть на кровати и делать вид, что ничего вокруг не существует. Я написал Кэти что-то в этом же роде, и она сразу позвонила. И сейчас она сидит в туалетной кабинке, хотя должна была сидеть на биологии.       — Да. Я уверен. Джаспер ясно дал понять, что ему все равно, что я ещë могу?       — Но вы связаны. Разве это уже не повод побороться за него?       — Ты же меня знаешь, Кэти. С каких это пор меня волнуют связи?       Наступила долгая пауза. И мне кажется, я даже могу услышать на том конце провода, как она краснеет.       — Ну... с тех пор, как ты встретил Джаспера, - говорит Кэти тихим голосом.       Она права. Связь всегда казалась мне такой штукой, из-за которой все почему-то сходят с ума, пока я сам не нашëл свою пару. И то чувство, которое мы испытали той ночью в лесу, трудно забыть. Очень трудно.       Но если Джаспер может сделать это так легко, то и я смогу:       — Неважно. Он выберет кого-нибудь другого. Я ему не нужен.       — Ты уверен? Что, если отец заставляет его? Ты сказал, что Альфа был довольно жесток с ним.       Я усмехаюсь. Жесток - это мягко сказано. Ближе к истине - жестокость, граничащая с насилием.       — Даже если так, за что мне бороться, если даже он уже сдался?       — Просто я думаю, стоит попытаться последний раз, - говорит Кэти и затем делает паузу.       Я смутно слышу, как где-то рядом с ней открывается дверь.       — Ты тут?       — Да, извини. Я подумала, что кто-то заходит. Так вот, все, что я хочу сказать... Ну, вы видели, как мне было тяжело с Тоддом и Саймоном. Я настолько безнадежна, что даже не могу выбрать, с кем из них я хочу быть.       — Да, и у тебя будут проблемы, если они узнают об этом.       — Я знаю, не напоминай мне. Но дело не в этом. Дело в том, что Джаспер находится в такой же ситуации, только ему приходится выбирать между своей парой и миром, в котором он родился. Ему придется пожертвовать всем. Звучит тяжело, правда?       — Может быть, - пробормотал я.       — Я просто думаю, что если ты чего-то хочешь - а я знаю, что ты этого хочешь, - ты должен за это бороться.       — Я просто не уверен, что...       — Ой нет, Макс, мне срочно нужно идти...       Я мельком слышу чей-то взрослый голос - учитель? - спрашивающий Кэти, что она делает, и затем линия обрывается.       Я хмыкаю и швыряю телефон на кровать, сползая по стене, пока полностью не ложусь, сворачиваясь в клубок. Даже при задернутых шторах мне недостаточно темно. Я хочу, чтобы мир исчез. Я хочу провалиться в матрас и никогда больше не вставать.       Возможно, Кэти права. Может, Джаспер и попал в сложную ситуацию, но почему тогда именно я должен делать всю самую сложню работу?       Почему я один должен бороться?       Ненавижу, что я настолько нуждаюсь в нëм. Ненавижу, что я превратился в сплошной клубок беспокойства. Меня никогда не волновало все это, а теперь это единственное, что занимает мои мысли       Почему так?       А ведь я думал, что не такой, как все.       Я закрываю глаза и пытаюсь заснуть, но раздается звонок в дверь. И он кажется сейчас громче обычного, как будто мир зовет меня обратно, не желая отпускать. Я зажмуриваюсь и жду, надеясь, что кто бы это ни был, он просто уйдет. Но он все звонит и звонит. Черт, мир настойчив. Наконец, я застонал и скатился с кровати.       — Иду! - кричу я, сбегая по лестнице.       А он все еще звонит и звонит, даже когда я уже открываю дверь.       Айша стоит на пороге, а ее палец завис над кнопкой звонка:       — Ты выглядишь как дерьмо.       — Что ты здесь делаешь? - спрашиваю я.       — Подумала, что тебе не помешает свежий воздух.       — Айша, я не хо...       — Иди натягивай штаны, я тебя подожду.       — У меня не было возможности сказать тебе спасибо, - говорит она, когда мы отходим от дома, - За то, что спас меня.       Я веду Айшу к реке. Солнце светит сквозь изумрудный полог, а в лесу щебечут птицы. Если бы я не был в таком дурацком настроении, день мог бы быть просто прекрасным. Но Айша права - свежий воздух немного улучшает мое самочувствие. По крайней мере, мне уже не хочется плакать всю оставшуюся жизнь.       — Да ничего особенного.       — Нет, Макс, не надо. Не преуменьшай того удивительного поступка, который ты совершил. Ты побежал в гнездо изгоев, хотя это было опасно, только чтобы спасти меня. То, что ты сделал, потрясающе.       — Хорошо, - я покраснел, - Обращайся.       — Вы с Джаспером были отличной командой, - она ухмыляется и смотрит на меня.       — Так ему и скажи, - моя улыбка кривится, - Держу пари, ты приглашена на вечеринку "Луна урожая" или как еë там.       — Да, - она кивает, - Моя семья посещает его каждый год.       — Тогда тебя там ждет настоящее шоу.       — Это точно, - говорит она, - И в нëм у меня могла бы быть главная роль.       — Что?       Айша вздыхает и останавливается, наклоняясь к ветке неподалеку и срывая листок.       — Джаспер попросил меня, - она, разрывает его пополам, - Стать его Луной.       У меня мгновенно закружилась голова.       — Не волнуйся, - говорит она, бросая обрывки листьев и протягивая руку, чтобы поддержать меня, - Я сказала "нет". Конечно, я так сказала.       — О, хорошо, - мой центр тяжести немного выравнивается.       — И сказала ему, всë что думаю.       Мы снова идëм дальше.       — Правда?       — Да, черт возьми. Он не имел права просить меня стать его парой, когда я прекрасно знаю, что у него она уже есть. И он знает, что я влюблена в Троя. Я изводила его добрых полчаса.       — Значит, он еще не нашел себе новую пару?       — Я не знаю. Есть же ещë люди, которых он может спросить.       Внезапно этот прекрасный день кажется мне одним сплошным оскорблением. Я с усмешкой смотрю на жëлтые лучи света, пробивающиеся сквозь листву. А от журчания речки начинает сводить зубы. Как этот мир смеет так радоваться, хотя в нем нет ничего хорошего.       — Но Макс, ты должен знать, что это не его решение. Отец заставляет его выбирать.       — Вот этого я и не понимаю, - говорю я, когда мы доходим до озера.        Я иду на свое привычное место и сажусь на камень, смахивая с него опавшие листья:       — Почему его отец так сильно хочет, чтобы вы были вместе?       — У Альфы Джерико высокие требования к Джасперу, - Айша присаживается рядом со мной, и мы смотрим на бурлящие потоки воды, - По его мнению, будущий Альфа должен быть уже связан. Ему самому было шестнадцать, когда был организован его союз.       — Подожди, связь Джерико была организована?       — Это обычное дело. В высокопоставленных семьях связи по договоренности - довольно распространенное явление. Они предпочитают сохранять чистоту родословной как можно дольше. Так что для Джерико даже то, что он позволяет ему самому выбрать кого-то - это уже весьма прогрессивно.       — Это варварство.*       — Может быть. Но мы говорим о столетиях, нет, тысячелетиях соблюдения традиций. Альфе нужна подруга для продолжения рода. И все существование Джаспера - это подготовка к тому, чтобы он взял на себя эту роль. Это просто следующий шаг.       — Это отстой.       — Я знаю, - она успокаивающе положила руку мне на колено, - Мне жаль.       На ветку неподалеку приземляется маленькая пухленькая малиновка. На секунду мне становится жаль, что эта малышка тоже одинока. Но тут же прилетает ещë одна и садится рядом. Глупые птицы.       — Насколько хорошо ты знаешь Альфу? - спрашиваю я.       — Я знаю его всю свою жизнь, - говорит Айша, - Но он не очень разговорчив. А что?       — Я видел его машину возле склада, в котором тебя держали изгои.       — Ты видел его... что?       — Я узнал его машину, когда был в доме Джаспера. Та же самая, с теми же самыми тонироваными окнами. Она была припаркована у склада. Мне стало интересно... Как ты думаешь, Альфа может быть как-то связан с твоим похищением?       Айша обхватывает руками ноги и смотрит на мох у своих ботинок:       — Все время, пока я была у них, они говорили о том, сколько им заплатят. Обсуждали, стою ли я этих денег. К счастью для меня, я думаю, что стою. Иначе, я уверена, они бы меня убили или... еще чего похуже.       — Мне жаль, что тебе пришлось пройти через все это.       — Была одна вещь, которая бросилась в глаза. То, как они говорили о том, кто их нанял. Не было похоже, что они полностью им доверяли. Я просто подумала, что у них паранойя, потому что они часто имеют дело с преступниками. Но, может быть, это было потому, что кто бы ни был их "Босс", он не был вхож в их круги.       — То есть не был изгоем?       — Именно. А это значит, что это был кто-то из стаи.       — Как ты думаешь, Джерико мог бы...       Я замолчал, видя, как слеза, стекает по еë щеке:       — Мы не будем говорить об этом, если тебе тяжело.       — Нет, все в порядке, - говорит она, вытирая лицо, - Я знала, что это не просто случайное нападение. Им было наплевать на меня, они просто делали это ради денег. Но я все равно не понимаю, зачем кому-то понадобилось меня похищать. Особенно Альфе.       Айша вытягивает ноги перед собой.       — Я рассказала все это Джерико. Он обещал разобраться, но пока...       — Ничего?       — Ничего.       — Может он скрывает это?       — Возможно, - она пожимает плечами.       Я знаю, что она не хочет верить в то, что ее Альфа - тот, который должен защищать ее и заботиться, - может быть тем, кто заплатил за ее похищение. Но, насколько я могу судить, других подозреваемых больше нет.       — Но зачем? - спрашивает она.       — Может быть... - начал я, но замолчал и сглотнул.       — Все в порядке, Макс. Просто скажи это.       — Может быть, ему не понравилось, что ты встречаешься с человеком.       — Может быть, но зачем было похищать меня? Почему бы тогда просто не убить Троя?       Мы оба смотрим на реку. Бурный поток никогда не стоит на месте, в отличии от наших размышлений, которые зашли в тупик. Зачем Альфе похищать лучшую подругу своего сына? Это не имеет смысла. Но его машина была на том складе. К сожалению, нам не к кому обратиться с этой информацией. Все службы безопасности стаи подчиняются Альфе. Человеческие детективы здесь были бы бесполезны. А Джаспер будет на стороне своего отца, что бы мы ему ни говорили.       — Почему бы тебе не пойти со мной? - наконец спросила Айша, - На праздник Луны и Урожая? Я могу взять с собой кого-нибудь.       — Не думаю, что это хорошая идея.       — Мы могли бы поспрашивать там кого-нибудь, может быть, даже поговорить с Джерико.       — Ты серьезно? Ты забыла? Джаспер собирается объявить там о своей новой паре.       — Я не забыла, Макс. Поэтому я и спрашиваю, не хочешь ли ты прийти.       Я почти смеюсь:       — Думаешь, я хочу смотреть на это?       Айша поворачивается, оказываясь напротив меня:       — Как только Джаспер объявит о своей новой паре, он пометит ее на глазах у всех.       — Пометить ее? То есть...?       — В общем, укусит ее за шею. И когда он это сделает, связь между вами будет разорвана. А когда она разорвется, ее уже нельзя будет восстановить.       — И что? Мне пойти попращаться?       — Может быть. Или ты мог бы пойти и сразиться, как ты сражался с изгоями ради меня - только на этот раз ради него.       Я закатил глаза:       — Не думаю, что он нуждается в спасении.       — Тогда сделай это для себя, - она шлепает меня по руке, - Или ты хочешь прожить остаток своей жизни, думая о том, что бы было, всë же появись ты там?       В последний раз, когда я появился, Джаспер высказал мне всë, что он думает.       — Я все понимаю. Но Джаспер ясно дал понять, что не хочет иметь со мной ничего общего. Идти туда - было бы просто какой-то извращенной формой издевательства.       — У тебя ещë есть время, - говорит Айша, - Просто подумай об этом, хорошо?       Я вздыхаю:       — Хорошо.       — Мне, наверное, пора возвращаться.       Мы молча идем к дому. Земля под ногами кажется более зыбкой, чем обычно, как будто вся страна разом накренилась. Оказывается, в этом мире все не так, как говорят. Альфы не всегда заслуживают доверия, а связь иногда подводит. Интересно, чувствует ли Айша то же самое?       — Заходи, - говорю я, открывая ей заднюю дверь, - Хочешь выпить чего-нибудь перед уходом? Думаю, мама запаслась Ла Круа.       — Я в порядке, дружище. Спасибо.       Мы выходим в коридор, и Айша поворачивается ко мне:       — Не думай, что ты не сможешь что-то изменить, хорошо, Макс? Для меня ты уже многое поменял.       Мы обнимаемся, и, положив голову мне на плечо, Айша спрашивает:        — А что это за письмо?       На полу перед дверью лежит знакомый конверт.       — Похоже на...       Последний раз подобный я видел от королевского секретаря, и это было моë приглашение на фестиваль Голубой Луны. Я беру его и разрываю знакомую красную печать на обороте.       — Это приглашение, - говорю я, читая размашистый почерк, - На праздник Луны и Урожая в доме Альфы. Но мою семью никогда не приглашают на важные мероприятия стаи...       Айша смотрит на меня, ее глаза такие круглые и светятся надеждой.       — Что? - спрашиваю я.       — Он, должно быть, пригласил тебя, - говорит она, перебирая в уме варианты, - Он хочет, чтобы ты был там.       — Чтобы я был там... но почему?       Айша делает шаг вперед и берет обе мои руки так крепко, что приглашение комкается между пальцами:       — Может быть, это знак того, что он тоже готов сражаться.       — Может быть, это какая-то ошибка.       — Макс, Джаспер не часто протягивает руку помощи. Это оливковая ветвь. Не упускай ее из виду.       Я уставился на приглашение. Это Джаспер пригласил меня? Это тот самый знак, которого я ждал? Должен ли я просто проигнорировать его, также как он игнорировал меня столько раз?       — Я не знаю, что делать, - говорю я.       Айша качает головой, как будто не может поверить в то, что я говорю.       — Все просто, - говорит она, - Ты должен пойти.