Just wanna be yours

      Начался август, а с ним приближался и Обон. И, конечно же, в голову Сатору пришла очередная гениальная идея о поездке в Киото. Оота-сан планировал закрывать кафе на все три дня, так как и он сам, и многие сотрудники планировали поездки. А потому у Сугуру быстро закончились оправдания, чтобы отказаться от этой затеи. Ко всему прочему родители идею единодушно поддержали.       — Можно поехать обычным поездом с пересадками, — заглядывая в экран ноутбука через его плечо, предложил Сатору.       — Это долго, — предупредил Сугуру. — В общей сложности часов восемь выйдет, это если с пересадками повезёт.       — Зато по проездному, — ничуть не расстроился Сатору. — Можно будет погулять по другим городам и посмотреть…       — Синкансэн, — отрезал Сугуру, опустив крышку ноутбука.       — Но почему? — тут же возмутился Сатору. Вероятно, воображение рисовало тому красочное путешествие, и отказываться от приключения он, разумеется, не планировал.       — Потому что с тобой эти восемь часов превратятся в два дня, а у меня только четыре выходных, — вздохнул Сугуру. — Три дня в Киото и один на дорогу туда обратно. Или поезжай один.       — Нет уж! Ты обещал.       — Значит синкансэн и три часа, — резюмировал Сугуру. — Ты ещё спасибо скажешь, вот увидишь. Начнёшь ведь жаловаться уже через час, что долго едем.       — Тогда я сижу у окошка, — выдвинул своё неимоверно важное условие Сатору.       — Да пожалуйста, — согласился Сугуру. По выражению лица Сатору стало ясно, насколько он разочарован, что сторговался на такую мелочь.       — Но фиксированные места брать дорого, так что придётся занимать свободные, — усмехнулся Сугуру. — Побегаешь по вагонам, поищешь себе место у окошка. Вот тебе и квест.       Сатору явно не оценил такое мелочное приключение, как беготня по набитому битком скоростному поезду в поисках сидячих мест, но спорить не стал. Вероятно, осознал уже, что в худшем случае о поездке можно будет забыть.       — Если хочешь, можно будет съездить на озеро Бива, До Сига от Киото всего несколько минут. Можно будет оставить вещи и доехать, покататься на каноэ, например, или…       — Хочу! — не дослушав, выпалил Сатору.       — Тогда съездим на озеро, денёк погуляем по Киото, посмотрим фестиваль и обратно.       На станцию они пришли заранее, но и не слишком рано. Однако Сатору побил все рекорды и заскучал ещё до приезда поезда. Несмотря на будний день, постепенно собирался народ. Похоже, желающих поехать к родственникам или в небольшое путешествие на три выходных дня было немало.       Вскоре на путях показался обтекаемый гладкий белый состав. Сатору тут же оживился и подскочил на ноги. Закинув сумку на плечо, он поспешил к подъезжающему поезду. Сугуру последовал за ним. Скоростной поезд долго стоять не будет, а потому времени на раздумья и возню не оставалось.       Как только поезд затормозил, люди на станции поспешили к вагонам. Стоило двери открыться, как Сатору поймал Сугуру за руку и ломанулся вперёд. Едва успевшие выйти пассажиры вовремя отшатнулись в сторону. Они бежали по вагону так, словно спасались от толпы зомби в разгар апокалипсиса. Игнорируя осуждающие и косые взгляды, Сугуру старался смотреть перед собой, чтобы не налететь на кого-нибудь и не споткнуться об оставленный в проходе багаж. «Подумаешь, словно у самих дети так же не бегают», — мысленно оправдался Сугуру. Над тем же фактом, что они, пожалуй, вдвое старше детей, что обычно бегут занимать место по вагонам, он предпочёл не задумываться.       К счастью, пара свободных мест рядом нашлась уже во втором вагоне, и долго позориться не пришлось. Сатору резко затормозил, сунул свою сумку ему в руки и плюхнулся на сиденье у окна с таким гордым видом, словно только что выиграл соревнование по бегу. Сугуру решил оставить это без комментариев и, пристроив вещи на полке для багажа, опустился на соседнее сиденье.       Едва они устроились, как поезд тронулся. На станции тот пробыл не больше двух-трёх минут. Почти весь первый час к радости Сугуру Сатору просидел спокойно, рассматривая пейзажи за окном. К сожалению, на дольше его не хватило. Трижды подряд тот просил пить, когда же Сугуру отдал ему бутылку, устав убирать и доставать ту обратно, тут же потерял к ней интерес. Потом Сатору вытянул ноги и со скучающим видом принялся несильно толкать ногой спинку сиденья напротив. Пассажир, что ехал на месте перед ними, то ли не чувствовал толчков, то ли обладал терпеливостью святого, но за полчаса тот так и не обернулся сделать им замечания.       Через полчаса Сатору наскучило и это, и тот достал наушники и телефон. Не обращая внимания на то, что Сугуру пытается читать, Сатору затолкнул один из наушников ему в ухо и привалился к его плечу, устраиваясь удобнее, чтобы провод не натягивался. Тот уже вновь успел превратиться в вязь из петелек и узелков, а потому длина порядочно сократилась. Под плавные ритмы нью-эйджа Сатору быстро задремал. Сугуру же, решив, что затёкшее плечо и онемевшая рука не дороже нервов, не будил того до конца поездки.       От станции прибытия они пошли пешком по живописным улочкам в окружении невысоких деревянных домов. Сугуру снял на три дня комнату им на двоих. Отели были забиты, да и номера там стоили порядочно, а потому он написал и договорился с хозяйкой одного из таких старых домиков. Похоже, женщина постоянно сдавала комнату туристам или приезжим на небольшой срок. Предложение оказалось весьма выгодным. Хозяйкой была пожилая вежливая женщина. Встретив их на крыльце, та показала им комнату, попросила соблюдать чистоту и, взяв предоплату, удалилась.       Комната оказалась небольшой, но весьма опрятной. Дав себе несколько минут отдыха, Сугуру достал бэнто, что планировал съесть ещё в поезде. Так как Сатору уснул, а будить это стихийное бедствие ему не хотелось, обед они пропустили. Пока тот жевал свою порцию, Сугуру наслаждался тишиной и заодно изучил маршруты до префектуры Сига. Когда он убедился, что добраться до озера Бива не составит труда, а уж там нехватки развлечений для туристов не предполагалось, обнаружил, что от его порции осталась половина. Сатору же с повышенным вниманием изучал в окно сад за домом.       Чтобы добраться до озера Бива, у них ушло не больше получаса. Посовещавшись, решили снять палатку в кемпинге, взять напрокат каноэ и взглянуть на озеро поближе. Сатору, уверявший, что будет грести за двоих, забросил это занятие уже полчаса спустя. Он с интересом глазел по сторонам, словно впервые в жизни оказался в лодке на озере. Сугуру понимал, что пожалеет об этой затее, ещё когда они брали в аренду каноэ, а потому теперь молча грёб за двоих.       На озере у воды было ощутимо прохладнее, чем в городе. Погода в Киото и Сиге стояла нежаркая. Когда они только приехали, было довольно пасмурно, но ко второй половине дня выглянуло солнце. Яркие блики отражались от подёрнутой рябью поверхности воды. Вскоре Сугуру стало жарко. Они не сильно удалились от берега, и тот хорошо различался за ровной водной гладью. Разрешив себе небольшой перерыв, Сугуру пристроил весло на коленях и запрокинул голову. Яркое небо было почти безоблачным.       Лениво наблюдая за одиноким тающим на глазах облачком, медленно ползущим к горизонту, Сугуру краем глаза заметил движение в воде рядом с каноэ. Когда же он опустил глаза, то убедился, что это не крупная рыба, что осмелилась подплыть близко, а упущенное весло.       — Сатору, тебе хоть что-нибудь можно поручить? — возмутился Сугуру, в последний момент поймав уплывающее весло за кончик ручки. Ответа не последовало.       — Сатору? — позвал он снова и, пристроив оба весла на дне лодки, поднял взгляд. Сатору держался на край каноэ обеими руками и, опасно наклонившись, пристально всматривался в воду.       — Что там? — поинтересовался Сугуру. — Какая-нибудь необычная рыба?       Но вместо ответа Сатору внезапно оттолкнулся руками и вскочил на ноги, широко распахнув глаза. Зацепившись ногой о сиденье, тот взмахнул руками, тщетно пытаясь сохранить равновесие.       — Осторожно! — Сугуру вскочил и попытался поймать того за руку, не сообразив, чем это грозит.       Лодка под их ногами опасно покачнулась и накренилась. В следующую минуту оба оказались в воде. Сугуру вдохнул, уже оказавшись под водой, а потому закашлялся, как только вынырнул. Лёгкие неприятно жгло, горло саднило. Одной рукой он всё ещё держал за запястье Сатору, который отчаянно трепыхался рядом.       — Ты что, плавать не умеешь? — запоздало догадался Сугуру, подтянув того ближе.       — Нет, — признался Сатору, вцепившись в него обеими руками и обняв ногами за пояс.       — Зашибись, — устало вздохнул Сугуру и огляделся, оценивая ситуацию.       Их перевёрнутое каноэ покачивалось на воде поблизости. До берега было не так уж и далеко. Вполне можно доплыть даже с грузом. Рассудив, что им вряд ли удастся забраться обратно в лодку, даже если получится ту перевернуть, Сугуру решил не тратить силы попусту.       — Если мы утонем, нас сожрут рыбы? — внезапно поинтересовался Сатору, выдыхая ему в ухо.       Вода в озере была достаточно холодной. В начале августа температура в Сиге, как и в Киото, редко поднималась выше двадцати градусов, а в последние дни было пасмурно.       — Если хочешь, чтобы тебя съели рыбы, отцепись от меня, — посоветовал Сугуру. Пальцы на руках неприятно немели. Долго оставаться в воде — явно плохой вариант.       — Не хочу, — заверил Сатору, вцепившись в него ещё крепче. — Так что нам теперь делать?       — Плыть к берегу, — Сугуру бросил прощальный взгляд на каноэ, прикидывая в уме, какой штраф придётся заплатить, если лодка уцелела, но осталась на озере.       — Но я не умею плавать и…       — Так держись и не болтай, воды наглотаешься, — перебил Сугуру и погрёб к берегу.       К счастью, расстояние до того оказалось даже меньше, чем он предполагал. Заметив в воде людей, несколько человек из кемпинга поспешили им на помощь. Сугуру рассказал, что их лодка перевернулась, опустив подробности. Туристы из кемпинга заверили, что такое случается нередко, и большого штрафа платить не придётся.       Промокшая одежда липла к телу, после холодной воды на берегу сильно теплее не стало. Крупная дрожь блуждала по телу. Им одолжили два больших полотенца и посоветовали погреться в палатке, пока одежда просохнет.       Отблагодарив отзывчивых туристов, они направились сообщить о потере каноэ.       — Прости, — нарушил тишину всё это время молчавший Сатору, какое-то время спустя.       — Не страшно.       Сугуру слишком устал, чтобы ругать того за неосторожность, и за то, что не предупредил, что не умеет плавать. Сейчас ему лишь хотелось переодеться во что-нибудь сухое и немного отдохнуть, может даже вздремнуть. К сожалению, сменной одежды они с собой не взяли.       Штраф и впрямь оказался небольшим. Заплатив, они вернулись к кемпингу и отыскали свою палатку, в которую даже не заглянули перед тем, как отправиться на озеро. Неожиданно в той нашлась и сменная одежда — пара лёгких удобных юкат и небольшой надувной матрас с ручным насосом.       — Сатору, ты боишься открытой воды? — спросил Сугуру, когда молчание вновь затянулось. — Стоило сказать об этом, когда мы брали каноэ в аренду. Можно ведь было и по берегу прогуляться.       — Нет, тут другое, — поспешил заверить тот.       — Другое?       — Я увидел, мне показалось, что в воде что-то… — Сатору замялся, — что-то жуткое.       — Например? — уточнил Сугуру.       Но тот лишь покачал головой и отвёл взгляд. Сатору явно не хотел обсуждать произошедшее по какой-то причине, что было редкостью. Сугуру не стал настаивать. Если задуматься, наверняка произошедшее напугало Сатору куда больше, с учётом того, что он рисковал утонуть, не умея плавать.       — Наверное, это была большая рыба. Здесь водится много необычных, — предположил Сугуру и забрался в палатку. — Не сиди снаружи, простынешь, — велел он, поправив на плечах так и норовящее свалиться полотенце. — И волосы вытри.       Сатору послушно забрался в палатку, обернул голову мокрым полотенцем и завалился рядом. Одежду они оставили сохнуть снаружи на натянутой между палаткой и ближайшим деревом верёвке. Температура держалась выше двадцати, дул несильный ветерок, а потому много времени это не должно было занять.       — Сугуру, — негромко позвал Сатору, спустя несколько минут.       — Ммм?       — Ты сердишься?       — Нет, — ответил Сугуру, приоткрыв глаза.       — Точно? — уточнил Сатору, подкатился к нему под бок и выглянул из-за подсохшей и топорщащейся чёлки.       — Точно, — со вздохом подтвердил он.       — Смотри, — с этими словами Сатору протянул ему телефон.       На экране было несколько фотографий старого двухэтажного здания. Доски пола в длинных коридорах потемнели от времени. Стёкла в окнах отсутствовали, местами их заменял тонкий слой бумаги. Двери так же наблюдались не везде. В кабинетах, как догадался Сугуру, беспорядочно стояла или была свалена в кучу сломанная негодная мебель.       — И что это? — спросил он, предчувствуя, что ответ ему не понравится.       — Старая заброшенная школа в Киото, — с энтузиазмом отозвался Сатору. — Её хотели отреставрировать, но последняя экспертиза здания показала, что это невозможно, и то определили под снос. Ходят слухи, что там кто-то покончил с собой, и пропало несколько человек.       — Не говори только, что ты всю поездку затеял, чтобы посмотреть на старое разваливающееся здание.       — Я хочу посмотреть на старое жуткое разваливающееся здание с призраками ночью, — поправил Сатору.       — Не интересует, — сказал Сугуру и вернул ему телефон.       — Что? Почему? — возмутился тот. — Когда ещё появится такая возможность? Там же наверняка водятся всякие жуткие создания, духи или призраки. И вообще место атмосферное.       — Я ехал фестиваль посмотреть, и не хочу слоняться по заброшкам, — отрезал Сугуру. — Хочешь, иди один.       — Но это не честно, — тут же обиделся тот, демонстративно отвернувшись к краю палатки. — Ты выбирал поехать на озеро, теперь моя очередь выбирать, — заявил он. На мгновение Сугуру потерял дар речи от такой наглости. Сатору же в своей обычной манере вывернул это себе на пользу.       — Молчание — знак согласия, — заявил тот, пока он не успел возразить. С минуту Сугуру молчал, переваривая услышанное и поражаясь беспредельной наглости друга.       — Хорошо, — наконец, сдался он. — Только не сегодня. Мы и без того вернёмся к вечеру. Если же потревожим хозяйку ночью в первый же день постоя, того и гляди, она нас выгонит, и на фестиваль мы уже точно не попадём, так как ночевать на улице два дня в мои планы совершенно точно не входит.       — Ок, — быстро согласился Сатору.       Погода испортилась с раннего утра: небо затянули тучи, и пошёл мелкий затяжной дождь. Температура заметно упала, и на улице быстро образовались небольшие лужи. Дожди в августе для Киото — обычное явление. Но хоть изменения в погоде и были ожидаемыми, всё же самую малость расстраивали. Оставалось надеяться, что хотя бы в день фестиваля дождь не зарядить на целый день.       За завтраком они посовещались и решили сегодня прогуляться до храма Фусими Инари Тайся. Пройтись под «тысячей» торий, попросить удачи у богини Инари, получить предсказание и попробовать лисьи лакомства. Хозяйка, слышавшая их разговор краем уха, выбор оценила и даже предложила старый бумажный зонт.       Хоть тот и был слегка потрёпан временем: промасленная бумага чуть потемнела, а рисунок бамбука на ней поистёрся, но оставался крепким. Покрытая лаком деревянная ручка — гладкой и удобной. Да и сам зонт оказался довольно большим. Они без проблем уместились под тем вдвоём.       Толкая друг друга плечами, чтобы не попадать под холодные капли, срывающиеся со спиц зонта, они обходили и перепрыгивали лужи по пути к храму. Сатору без продыху болтал, Сугуру, как обычно слушал в пол-уха.       Дорога, украшенная яркими оранжевыми воротами-тории, представляла собой величественное зрелище. Те располагались так плотно, что образовывали протяжённые коридоры. На каждых имелись дата и имя дарителя: от современных до древних. Сама дорога до храма насчитывала четыре километра подъёма в гору. И хоть они и делали небольшие перерывы во время подъёма, чтобы отдохнуть и взглянуть на другие мелкие святилища, что расположились вдоль подъёма, всё равно порядком устали и потратили не меньше трёх часов.       По дороге им попалось множество разного размера статуй кицунэ. Те восседали на постаментах в разных позах, но с неизменными красными ёдарэкакэ. В пастях лисы держали драгоценные камни или ключи, украшенные кисточками, реже — свитки или снопы риса. Иногда драгоценный камень располагался под лапой лисицы. Статуи располагались чаще парами, но встречались и одиночные, покрупнее и поменьше.       Сатору останавливался возле каждой и с неподдельным интересом рассматривал. Сугуру тоже подметил, что хоть они встретили немало статуй по дороге, им не попалось ни одной одинаковой. Хоть все они и были схожи, но каждая обязательно имела свои отличительные черты. Возле некоторых люди оставляли подношения: рис, саке и жареный тофу.       Когда они, наконец, почти добрались до храма, то, не сговариваясь, направились к одному из небольших ресторанчиков и перекусили предлагаемыми там лисьими лакомствами — суши инари и удон кицунэ. Подкрепившись и передохнув, они посетили сам храм, помолились богине Инари, попросив удачи, и купили печенье с предсказаниями. Сатору разломил печенье, и едва успел прочесть предсказание, как тут же сунул бумажку ему под нос:       — Вот, смотри, сама богиня намекает, что нам нужно сходить в ту заброшенную школу! Предсказание гласило: «Немедленно реализуйте ваш секретный план, если он у вас есть!» «Вот же подстава!»       — По-моему, ты притягиваешь за уши, — вслух заметил Сугуру.       — А у тебя что? — спросил Сатору.       — Стандартное, — ответил он, протянув тому бумажку с предсказанием. «Кто-то прямо сейчас рассчитывает на твою поддержку. Не отказывай».        — Вот же! — стащив вместе с бумажной и половинку печенья, просиял Сатору. — Тебе тоже прямым текстом говорят, что ты должен со мной пойти.       — Ты явно притягиваешь за уши.       Слушать Сатору, конечно же, не стал, лишь больше уверившись в своей затее. Нагулявшись по территории храма, полюбовавшись видами на город с вершины, они спустились и пошли искать заброшенную школу. Нашлась та довольно быстро. Здание не было огорожено, и никто то не охранял. Лишь у дороги стояла табличка с предупреждением о ветхости здания с припиской о том, что оно готовится под снос.       За растительностью на территории явно давно не следили: дорожки поросли высокой травой, деревья нависали ветвями над крышей с местами обсыпавшейся и поколотой черепицей, разросся кустарник. От забора сохранились колышки и небольшие пролёты. Как и на фотографиях, здание снаружи выглядело довольно потрёпанным и обветшалым. В окнах отсутствовали стёкла, лишь некоторые были прикрыты бумагой, да и та свисала клочками из рам. Ступени крыльца потемнели от времени и влаги. Дверь покосилась и была приоткрыта.       — Выглядит совсем не жутко, — разочарованно протянул Сатору, окинув школу взглядом.       — Вот именно, обычная заброшка, нечего тут делать, — тут же предпринял попытку воззвать к голосу разума Сугуру.       — Не-е-ет уж, ночью тут точно будет жутко, всё дело в освещении! — не сдавался Сатору. — Помнишь? Даже в нашей школе ночью было жутко! Сугуру помнил, как они, словно два идиота, бегали от охранника, а не что-то жуткое, а потому предпочёл промолчать, не разделяя энтузиазма.       — Надо будет телефон зарядить, — заметил он по пути назад.       Дождь уже закончился, и Сугуру нёс зонтик, закинув на плечо, осторожно придерживая, чтобы не повредить. Старенький бумажный зонт оказался весьма массивным и тяжёлым по сравнению с современным.       — Фонариков-то у нас с собой нет, — пояснил он, заметив вопросительный взгляд Сатору. — В темноте недолго и ноги переломать. Вдруг там где-то полы провалились.       — Можно почитать о призывах разных, — тут же выдал очередную «гениальную» идею Сатору. — Если не найдём местных призраков, всегда можно позвать кого-нибудь самим! Сугуру лишь вздохнул. «Если настолько увлекаться всякой паранормальной и мистической ерундой, то и не удивительно, что может примерещиться всякая жуть в глубине озера».