Трещины прошлого

Ночь была холодной. Ливень. Вокруг темнота. Лампочка, которая должна была освещать окружение, была на грани отключения, но всё ещё горела из последних сил. Однако это была не слишком большая проблема, поскольку в небе частенько вспыхивали молнии, ненадолго озаряя место, где она находилась. Вокруг было несколько мусорных пакетов, на кирпичной стене висело много насквозь промокших объявлений. Она сидела на задворках, совсем рядом со ступеньками, ведущими к чёрному ходу какого-то здания. Она обернулась, посмотрев назад. Сзади неё висело три плаката. На двух из них был какой-то текст, похожий на чей-то контракт. Невозможно было прочесть его, поскольку из-за дождя все буквы размылись. Она повернулась обратно и продолжила рассматривать место. Оно было ей хорошо знакомо, но сложно было понять, что это правда оно... Она была здесь не одна... Напротив неё, запрокинув голову вверх, будто ртом ловя капли, тоже кто-то сидел. Кто это? Он ей очень сильно кого-то напоминал, но при таком освещении сложно было понять, кем он является. При очередной вспышке молнии она смогла увидеть, что рядом с ним сидит ещё кто-то. Живой. Второй силуэт будто дремал, положив голову на плечо первого. Вот здесь, на грязных задворках, в ливень; наверное, оно слишком устало, отчего ему было уже всё равно, где располагаться. Она подозревала, что их тут больше, чем трое. Неприятно было сидеть тут, без крыши над головой. Она посмотрела в другую сторону. Там была крыша, но под ней уже кто-то расположился, прислонившись головой к мусорному баку. Сзади него тоже были плакаты, но они её мало чем заинтересовали. Силуэт... Он был ей очень знаком. Немного он напоминал ей тот жёлтый костюм, валяющийся в тайной комнате, но даже свет молний не помогал хорошо разглядеть незнакомца. Она попыталась встать и подойти к нему, как вдруг дверь чёрного хода открылась. Она быстро присела обратно и замерла, притворившись, что до этого вообще не двигалась. На стене напротив появился жёлтый свет с тенью в проходе. – Генри... Вот он. Что с ним делать? – спросил первый голос, довольно знакомый ей. – Забери его. – сказал второй голос, очевидно, принадлежащий Генри. – Но ты же сам его выкинул много лет назад. Какой смысл его забирать обратно? – Очевидно, он смог встретиться с теми, кто пришёл сюда не просто так. И теперь нам нельзя его тут бросать. – Ладно. Поможешь мне тогда его занести? Тень пришла в движение. Тот человек вышел на улицу с ещё кем-то и взял "костюм". Вдвоём они занесли его в здание, часто вдыхая, будто он был очень тяжёлым. После они закрыли дверь, погрузив задворки в прежнюю темноту.

***

Утро стояло раннее для прихода гостей, но явно не для подготовки к их приходу. Элизабет надувала воздушные шарики и декорировала зал для вечеринок. Сон никак не хотел вылетать из её головы. Постоянно перед глазами всплывало это странное место. Она пыталась сконцентрироваться на деталях, чтобы точно убедиться, что она там уже была. Плакаты, баки... И только потом она вспомнила, что должна бежать к Уильяму. Привязав последний шарик к стулу, Элизабет поспешила в мастерскую. Уильям, как и вчера, разбирал игровой автомат и проверял его работу. – Опять без стука? – спросил он. – Заходи, Элизабет. Можешь пока подождать пару минут? Мне тут кое-что закончить надо. – он взял со стола гаечный ключ. – Угу. – Элизабет придвинула стул к столу и присела. Возле себя она заметила пучки проводов, которые так никуда и не сдвинулись со вчерашнего дня. Да и к тому же уже успели покрыться пылью. Взяв несколько кабелей и почистив их от пыли, девочка решила из них что-то сделать, чтобы не было так скучно, пока она ждёт Уильяма. Да и вдобавок, это помогло бы ей отвлечься от воспоминаний о сне. Всё равно Уильяму они не нужны... Через некоторое время у неё получилось сделать что-то похожее на бантик. Чтобы он выглядел более красивым, Элизабет решила украсить его жёлтым датчиком, тоже слегка запылённым. Теперь декорация немного напоминала корону. Девочка решила завязать поделку на голове в виде заколки, распустив свои ленты. – Хм... – Уильям задумчиво посмотрел на этот бантик, словно на что-то опасное. – Тебе идёт. – Спасибо... – пробормотала Элизабет, не понимая, почему Уильям так беспокоится. – Ладно. – отмахнулся он и немного улыбнулся, будто ничего странного сейчас не было. – Теперь я готов тебя выслушать. Я вчера всё обдумал и решил, что лучше буду сам за вами наблюдать. Это поможет выяснить, что происходит. – Понятно... – ответила Элизабет, хотя почти ничего не поняла. – Не хочешь мне что-то рассказать? – Хочу! И она начала в подробностях рассказывать о своём странном сне. Вдруг он имеет какое-то отношение ко всему, что творится вокруг? Она рассказала про улицу, ливень, незнакомцев на улице, двух людей, забравших с улицы "костюм". – Тот костюм... – закончила она. – Он был очень похож на то, что лежало в тайной комнате. Я не знаю, почему они забрали его себе, а меня и остальных, кто там был ещё, оставили мокнуть под дождём. – Мда... – протянул Уильям. – А ты случайно не знаешь, как выглядела во сне ты? – Нет. – задумалась Элизабет; она с трудом других рассмотрела, не говоря уже о том, чтобы пытаться как-то взглянуть на саму себя. – А это разве важно? – Ну. Смотри. Есть теория, что твоё небольшое изменение во внешности и этот сон как-то связаны. Но это лишь теория, так что не надо её воспринимать всерьёз. – Ладно... – Кстати, а что с остальными? – Ой! – вдруг спохватилась Элизабет, прижав кулачок ко рту. – Я про них совсем забыла. У меня не было времени. – Ясно. – кивнул Уильям, ничуть не расстроившись. – Возвращайся к подготовке. Шоу вот-вот начнётся. – Конечно. – кивнула Элизабет. До открытия оставалось чуть больше получаса, в то время, как праздник был назначен на одиннадцать. Ребята были заняты своими делами: Фёдор наигрывал аккорды на синтезаторе, Лёва открывал входы, а Чарли раскладывала игрушки в призовом уголке. С такими длинными рукавами это было делать проблематично, так что девочка их закатала. На её правой руке заблестел зелёный браслет, которого до этого не было. – Красивое украшение... – Элизабет подошла к Чарли. – Спасибо. И у тебя заколка чудная!.. Слушай, а ты Сэмми не видела? – Кто такой Сэмми? – Я... – Чарли застыла с приоткрытым ртом, после чего заметно погрустнела, опустив голову вниз. – Я не помню... Но для меня это очень важно. Я хочу его найти. – М-мы найдём его, не волнуйся! – Элизабет попыталась подбодрить подругу. – С тобой точно всё в порядке? – Да, я в порядке. Спасибо за твою отзывчивость. – кивнула Чарли. – А где Генри, ты, часом, не знаешь? – Генри?.. Стоп! Элизабет вновь вспомнила свой сон. "Генри, вот он... Что с ним делать?" Откуда взялся этот Генри? Кто он такой, и зачем он нужен Чарли? – Что-то не так? – обеспокоенно спросила Чарли. – Да нет. – соврала Элизабет. – Всё нормально. Девочка ушла в сторону кухни, чтобы разобраться с готовкой. После ухода Сьюзи, её обязанности перешли Элизабет. Благо, требовалось только составить заказы, поскольку готовкой занималась машина, получая задание от компьютера в другой комнате. Правда, что конкретно нужно заказать, Элизабет не знала. На глаза ей попался синий телефон, лежащий возле компьютера. У Сьюзи единственной был свой собственный телефон, поскольку все звонки по поводу заказов она принимала сама, а уже потом задавала программу компьютеру. Взяв трубку, Элизабет набрала номер Сьюзи, закреплённый на самоклеящейся бумажке над панелью с цифрами на телефоне с надписью "Если меня нет на кухне, но я срочно нужна". Она стала ждать ответа... Один гудок... Второй гудок... Третий... Сьюзи так и не поднимала трубку. Гудки резко прервались шипением, после чего послышались вновь, монотонные и быстрые. Элизабет повесила трубку, затем вновь подняла и перезвонила... О чудо! Сьюзи взяла трубку! Лучше бы она этого не делала... Из трубки послышался её голос, но такой искажённый, звучавший как-то волнообразно. Голос сопровождался вибрациями и прерываниями, что практически не давало возможности понять, что она хочет сказать. Элизабет не на шутку испугалась. Что могло случиться со Сьюзи после того, как та вместе с остальными ушла из пиццерии? Но потом Лиззи решила всё списать на ошибки связи или проблему чьего-то телефона. В месте, где находилась девочка, был не очень хороший сигнал. – Сьюзи? – Да-а-а? Концовка каждой её фразы, каждой последней сказанной буквы, прерывистым эхом раздавалась из трубки. – Сьюзи, ты как? Какое-то время она молчала. – За-аче-ем ты-ы мне-е позво-они-ила-а? – её сообщение звучало будто в замедленном темпе. – Заказ! Просто скажи заказ, и я отстану! – Ка-ако-ой за-ка-аз? – На сегодня, третье мая, одиннадцать часов! – быстро проговорила Элизабет, очень переживая за состояние Сьюзи. – Я-я о-оста-ави-ила-а его-о в бо-ойле-ерно-ой... – она не закончила свою фразу. – Ме-еня-я на-ашли-и! – её голос внезапно стал испуганным. – Бе-ери-иги-и се-ебя-я, Э-эли-иза-абе-ет! Послышался удар трубки обо что-то тяжёлое, после чего раздались глухие шаги. – Сьюзи? Нет ответа. – Сьюзи?! – вскрикнула Элизабет каким-то другим голосом. Связь прервалась. Сьюзи больше не ответит. Лиззи стояла в ступоре, слушая протяжное шипение и быстрые гудки. По телу пробежала дрожь. Положив телефон на место, девочка глубоко вздохнула, чтобы успокоиться. – Так, ладно! – к Элизабет вернулся её голос. – В бойлерной. Она вышла из кухни и направилась в сторону коридора с техническими помещениями. "Что случилось со Сьюзи?.. И кто за меня выкрикнул её имя?" – она задумалась. Не доходя до подвала, девочка открыла первую дверь и вошла в бойлерную. В углу под котлом сидел Лёва, держась руками за голову и неотрывно глядя на стену. – Вы все сговорились что ли?! – воскликнула Элизабет. – Я должен был её защитить... – прошептал Лёва. – Какого чёрта?! – Я не должен был её отпускать! Я слишком поздно её вернул... – Да о чём ты! Лёва поднял глаза, посмотрев на Элизабет. Ей показалось, что его взгляд был направлен не прямо на неё, будто он смотрел насквозь. – Ш-ш-ш... Тут есть место ещё для одного! – Лёва! – испуганно вскричала Элизабет. – Очнись! Какое место?! Нам работать надо! Это сработало. Мальчик дёрнулся, будто оторвался от своих зацикленных мыслей, ударившись головой об котёл. Поморщившись от боли, тот начал потирать затылок, после чего поднял глаза. – Элизабет? – спросил он, наконец, обратив внимание на девочку. – Что ты здесь делаешь? – Могу задать тебе аналогичный вопрос... – растерянно пробормотала она. – Я... Я не помню, как сюда пришёл... Но тут тихо и прохладно. – Как ты мог забыть, что делал минуту назад? – Я не знаю. Как-то из головы вылетело. – он встал, потерев голову за ушком. – Так. А ты тут почему? – А, ой. Долгая история... Сьюзи оставила здесь список заказов на сегодняшний день. – Ты смогла с ней связаться? – удивился Лёва. – Да. – Где она? Что с ней? – Она... Она говорила очень странным голосом. А потом сказала, что её нашли, и в буквальном смысле бросила трубку... Я надеюсь, она успела убежать. Надеюсь, что с ней и остальными всё хорошо. Лёва тупо уставился на Элизабет, о чём-то задумавшись. – Я тоже на это надеюсь... Довольно странно, что она и впрямь оставила записки. Выходит, она знала, что уйдёт, и ей нужно было обеспечить нас информацией в ближайшие дни, пока её не будет... Ладно, давай найдём эту записку и пойдём делать заказы. Элизабет кивнула. Найдя записку, приколотую на дверь, она вместе с Лёвой покинула бойлерную. Тот всё ещё продолжал задумчиво разглядывать пол, пытаясь вспомнить, зачем пришёл сюда. Заказы были сделаны, столы накрыты, а все нужные комнаты украшены. Пиццерия была готова к приходу гостей. А вот аниматоры... – Фёдор, что у тебя за спиной? Чарли стояла за Фёдором и дёргала его длинные металлические кабели, выходившие явно не из его костюма. Мальчик недоумённо смотрел то на провода, то на Чарли, играющую с ними, как котёнок с клубком ниток, запутывая их на руку и распутывая, иногда связывая их в узел или бантик, или просто подкидывая вверх. – Может, хватит уже?! – одним желанием Фёдора его странные тентакли распутались и застыли. Чарли вздрогнула и отошла. – И как ты в таком виде будешь выступать на шоу? – спросил Уильям, показав рукой на Фёдора. – Уильям, а что у тебя с ухом? – Элизабет указала на оторванную часть от правого уха Уильяма. – Подожди ты! – отмахнулся Уильям. – И вообще, почему ты мне ничего не сказала о том, что у Фёдора проблемы? – Она заказы делала. – заступился Лёва. – Давайте лучше узнаем, как Фёдор выступать сможет? – Как-нибудь смогу! Спрячу их, и дело с концом! – грубо отозвался Фёдор. – Да? И как же ты это сделаешь? – спросила Элизабет. – Да возьму и надену свой плащ! И ничего сверхъестественного. Фёдор зашёл в свою комнату и принялся искать мантию. Достаточно быстро найдя её, он вернулся к остальным. Плащ и впрямь хорошо справлялся со своей задачей, скрывая провода. – Есть претензии? – он посмотрел на каждого, задержав свой взгляд на Элизабет. – Ну вот и отлично. – после недолгого молчания ему так никто и не ответил. Развернувшись, Фёдор поднялся на сцену и занял своё место, начав проверять динамики. – Чего вы стоите? Шоу должно начаться вовремя! – презрительно фыркнул он. Ребята переглянулись, после чего каждый вернулся к своим обязанностям. До прихода гостей оставалось совсем немного времени...

***

Элизабет проводила последнего ребёнка. В этот раз она их считала, чтобы не возникло новых недоразумений. Двадцать детей пришло на вечернюю программу, двадцать детей учавствовало в праздничном событии и, наконец, двадцатый ребёнок только что покинул заведение. Облегчённо вздохнув, Элизабет со спокойной душой закрыла дверь пиццерии, после чего вернулась в зал для вечеринок. Лёва спал, положив голову на стол, Фёдор пробовал своими проводами-тентаклями брать небольшие предметы, вроде пластикового стакана, и переставлять их с места на место, а Уильям просто наблюдал за происходящим, стоя возле стены. Единственная только Чарли учавствовала в процессе уборки. Лиззи решила помочь ей. взяв из кладовки веник и совок, она принялась подметать полы, выбрасывая бумажки и прочий мусор в чёрные пакеты. В этот раз на уборку ушло больше времени, из-за того, что мальчики не участвовали в ней. – Элизабет, можешь, пожалуйста, заменить перегоревшие лампочки*. – попросила Чарли, поставив коробку с лампочками на один из столов. – Я просто не достаю. – Подожди ты! Я же не могу разделиться и делать несколько дел одновременно! – рассердилась Элизабет, собирая керамические тарелки. – А как же пол? – Я не успеваю! – Была бы ты быстрее, на уборку тогда ушло бы намного меньше времени. – иронично подметила Чарли. – Хочешь сказать, что я медленная?! Если ты не видишь, уборкой занимаемся только мы! А все остальные прохлаждаются. – Я не прохлаждаюсь, я наблюдаю. – отозвался Уильям. – Ладно... – сказала Чарли. – В принципе, лампочки можно и потом заменить. Мусор хотя бы поможешь выкинуть? – Помогу. – ответила Элизабет, поставив тарелки стопкой на краю. Взяв по два мешка, девочки вышли на улицу через чёрный ход. Лиззи ненадолго замерла, вспомнив свой сон. "Да, это оно... То самое место. Что же я делала тут в ливень?" – задумалась она, разглядывая плакаты. – О, смотри! – воскликнула Элизабет, поставив мешки возле серого мусорного бака. – Что? Где? – Чарли подошла к ней. Элизабет ушла на противоположную сторону задворок, показав на тумбочку. Обычно на этой тумбочке оставляли ненужные или потерянные вещи, в надежде, что их подберут. В этот раз на тумбочке лежала чья-то пожелтевшая тетрадка с газетными вырезками, несколько денежных купюр, плюшевая игрушка мишки и старые ролики. Элизабет больше всего заинтересовали ролики. – Ну?.. И? – Чарли недоумённо посмотрела на подругу. – Ты же говорила мне, чтобы я была быстрее? Почему бы не использовать эти ролики? – Ты хоть кататься на них умеешь? – Вроде да... Не попробуем — не поймём. – Да как тут можно пробовать? Они же сломаны. – Не беда. Уильяму отнесу, пусть починит. – Ясно... Но давай хотя бы уже весь мусор выкинем? Элизабет кивнула и, надеясь, что эти ролики никто не заберёт, вернулась в пиццерию вместе с Чарли. Выбросить мусор не составило особого труда. Положив последний пакет в бак, Элизабет подобрала ролики с тумбочки и побежала обратно в заведение. Уильям решил, что наблюдать за Лёвой и Фёдором не так интересно, и вернулся к своему автомату в мастерскую. Элизабет резко открыла дверь, едва не выбив её. От внезапности Уильям выронил гаечный ключ. – Чего тебе надо? – спросил он, поднимая инструмент. – Не пугай так в следующий раз, иначе этот ключ тебе в лоб влетит. – Прости. Починишь ролики, пожалуйста! – Элизабет положила их на стол. – Какие, к чёрту, ролики?! – Уильям отвлёкся от автомата и посмотрел на Элизабет. – И где ты их нашла? – Это не имеет значения. Починишь, пожалуйста? Это были белые ролики с четырьмя красными колёсиками, расположенными по бокам, как у квадов. Хотя обувь выглядела довольно странно, чтобы её можно было назвать роликами, но ей можно было придать более целый и красивый вид. Уильям недоумённо уставился на них. – Небось ты их с мусорки подобрала, да? – холодно отозвался он. – Эй! Вообще-то с бюро находок! – обиделась девочка, уперев руки в бока. – Неважно... Сам факт, что их выкинули... – Кто? – поинтересовалась она. – Ты его не знаешь... Проехали. – Уильям придвинул ролики к себе. – Ну и что ты с ними будешь делать? – Кататься, что же ещё? – пожала плечами Элизабет. – Ага... Прям в самый раз кататься на роликах по пиццерии! – с сарказмом усмехнулся Уильям. – Ладно... Посмотрим, что тут можно сделать. – Спасибо, Уильям! Ты лучший! – Элизабет подбежала к нему и обняла. – Э... Пожалуйста... Я, конечно, понимаю твою благодарность мне, но ты мешаешь работать. – Ой... Прости... – Элизабет отошла к двери. – Не буду мешать. Она присела на стул и принялась ждать, наблюдая за работой Уильяма. Разумеется, у него не было нужных деталей, поэтому на починку шло всё, начиная от проводов и кабелей для шнуровки и заканчивая датчиками в виде звёздочек для декорации. Чтобы провода не натирали ногу, было принято решение сделать что-то в виде гетр. А чтобы они были такими же белыми, как и ролики, в дело пошла старая скатерть. Наконец, ролики были готовы. Элизабет убежала пробовать их в зал для вечеринок. Вместе с ней пошёл и Уильям. Переобувшись и натянув на себя красные наколенники на всякий случай, Элизабет встала и решила проехать от одного конца комнаты до другого. – Сумеешь? – спросил Уильям. – Попробую. – шёпотом проговорила Элизабет. Чарли оторвалась от рисования и посмотрел на подругу. – Давай! У тебя всё получится! – подбодрила она. Элизабет кивнула и оттолкнулась от стены. Сначала было не так легко восстановить равновесие, но потом она спокойно прокатилась, чуть врезавшись в другую стенку, но не ударившись, подставив руки вперёд для подстраховки. С удивлением она поняла, что умеет кататься, просто не помнит этого. Девочка попробовала проехаться ещё несколько раз, и с каждым у неё получалось всё лучше и лучше. – Неплохо. – заметил Уильям, когда она довольная подъехала к нему. – Только я всё ещё не понимаю, для чего они тебе нужны. – Быстрее двигаться буду. – улыбнулась Элизабет. – Ладно. – вздохнул Уильям, всё ещё ничего не понимая. Элизабет вновь продолжила кататься по залу для вечеринок, маневрируя между столами и стульями. Взяв в руки веник, она легко и быстро смогла убрать оставшиеся бумажки, валяющиеся возле сцены. Теперь с уверенностью можно было сказать, что уборка закончена... Чарли попросила Уильяма поменять лампочки, ведь он был намного выше остальных. Фёдор разбудил Лёву и теперь вместе с ним играл в карты. Только ближе к двенадцати ребята, наконец, разошлись по своим комнатам. На сцене остались только Лёва, перемешивающий карты для завтрашних фокусов, и Элизабет, расставляющая стулья по местам. – Меня беспокоит, что с Фёдором что-то не так. – прошептал Лёва, когда Элизабет близко подъехала к нему. – Меня тоже... И ещё эта ситуация со Сьюзи... Мне вообще кажется, что со всеми нами происходит что-то странное. Лёва кивнул. – Я надеюсь, что Сьюзи смогла сбежать. – сказал он. – Надеюсь, что они все скоро вернуться. Мне сложно выступать. Я не могу в одно время и на гитаре играть, и фокусы показывать. – Да... Нам вообще всем сейчас нелегко... Как думаешь, что с ними? – Не знаю... Но после того, как ты рассказала, что случилось со Сьюзи, я не думаю, что у них всё хорошо. – Будем надеяться на лучшее. – проговорила Элизабет.

***

Она открыла глаза, но после вообще не двигалась, будто её тело онемело. Или так и должно быть? Теперь она была в небольшой комнате, тускло освещаемой настольной лампой. Перед ней был стол, а на противоположной его стороне кто-то сидел. Тот человек имел при себе только ручку, пару листочков бумаги, кассету в аппарате и какую-то кнопку красного цвета с жёлтой молнией. Она на допросе? Но что она сделала? Она чувствовала, что кто-то ещё ходит вокруг неё, вытирая причёску и рукава костюма от капель дождя. – Генри, я готов. – сказал незнакомец, сидящий перед ней. – Секунду... – Генри поправил что-то на её голове и отошёл. – Всё, можешь начинать. – Ну что же... – вздохнул незнакомец. – Ты уже третья за неделю, кого мы подбираем с улицы. Я не знаю, какого чёрта вы все там собираетесь, но раз вы сюда пришли, вам явно что-то нужно... Мы посмотрели твою историю, она почти во всех аспектах совпадает с историей тех, кого мы подбирали ранее. Он перестал читать текст с первой бумажки и посмотрел на неё, вероятно, ожидая реакции. Однако она молчала, продолжая смотреть на стол. Лучше пока не двигаться; кто знает, как они отреагируют на это? – Я бы не был бы в этом таком уверен. – вновь послышался голос Генри. – Каждый, кто здесь сидел, по-своему уникален. Каждый пришёл сюда со своей целью. – Да? Я просто читаю то, что ты просил меня читать... Ну и зачем она сюда пришла? – Не отвлекайся. У нас не так много времени. – Ладно... В общем, мы посчитали, что если вы там собираетесь, вы хотите вернуться сюда. Логично? Логично... Итак, мы можем дать вам второй шанс, но есть некоторые условия. Вы обязаны пройти, так сказать, проверку на психологическую устойчивость, чтобы мы могли вас принять. Если ты её не пройдёшь, будь добра покинуть это место и не возвращаться! И мне всё равно, что сейчас там ливень и вот-вот начнётся наводнение... Я тебя предупредил, а теперь приступим! Он замолчал, нажав на кнопку на кассетном аппарате. С записи начали проигрываться странные, очень неприятные звуки... Но она понимала, что обязана терпеть. – Запиши результаты. – попросил Генри. – Вторая запись начнётся через три... два... один... – послышался голос с аппарата. Сколько там этих записей? Две? Три? А может пять? Она не двигалась, но желала как можно скорее уйти. Да, уйти в ливень, куда угодно, лишь бы не слышать этот ад из царапания и скрипов. Иногда казалось, что в записи звучало завывание сирены. А ещё постоянно повторятся высокочастотный звук, каждый раз становлясь выше, громче и невыносимее. Он нарастал так, что создавалось впечатление, что когда он закончится, что-то произойдёт... – Третья запись начнётся через три... два... один... Эта запись, как назло, длилась очень долго. Однако среди всех этих звуков она смогла различить голоса детей. Она представила себя среди них... Она вспомнила, для чего пришла сюда... Но разве это совершишь, пока на тебя пялятся?! Вооружены ли Генри и незнакомец? Сможет ли она быстро выскочить и куда-то убежать? И если да, то насколько далеко, прежде чем её поймают? – Четвёртая запись начнётся через три... – Два... Один... – нетерпеливо закончила она, перебив человека с кассеты. Она подняла глаза, посмотрев на незнакомца. Теперь она узнала его! Но она его увидела всего лишь на секунду, после чего послышался треск, и комнату залил яркий белый свет. Элизабет проснулась...