Мёртвый голубь

Зимняя буря уже началась. Люди разбредаются по хибарам и гостиницам на суровых равнинах, чтобы переждать месяц, другой непогоду. Ближе к горам это состояние природы практически несменяемо. Буря немного спадёт с весной. Все существа тогда начнут выходить из убежищ. Эту пору нужно дождаться. В гостиницу, которая построена на горе, выстраивается очередь ещё летом. Тэхён записался чисто из любопытства. В прошлом году было как-то скучновато днём работать, ночью стоять под бурей и спать, а потом снова продолжать работу. Изо дня в день. Может, присутствие существ как-то скрасит будни. — Комната... не нужна? — уточняет Чонгук, хлопая глазами. Он поднимает взгляд на посетителя. На него смотрит прозрачным взглядом ледяная скульптура мужчины. Он стоит голый. Всё тело состоит изо льда. Чонгук удивлённо осматривает его, открыв рот. — Ладно. Я вынесу на улицу лежанку. Если что, — говорит он, задумчиво хмуря брови. Смотрит потом на кивающего мужчину, выдыхая. — А какую еду предпочитаешь? — Воду. — Хорошо, — Чонгук хмурится, рассчитывая расход воды в месяц. — С тебя три медных. Ему протягивают серебряную монету. — Сдачи не надо. Чонгук удивлённо смотрит на последовавшего к выходу Тэхёна, забирая серебряную монету. Он заинтересованно щурится вслед. Днём Тэхёну выносят лежанку. К обеду Чонгук выносит ему из окна поднос с графином воды. Поднимающиеся на гору по очереди знакомятся с ним, узнавая, что представитель эци делает в перевалочном пункте. Здесь так много существ. У горы, на которой они стоят, много особенностей. Руда наружу. Влияние солнца другое. Существа не зря поднимаются сюда каждый сезон. Тэхён сам здесь работает, добывая вид органического хрусталя и элементы для укрепления тела. И каких бы существ здесь ни встречал Тэхён, он всё равно думает: Люди — самые странные существа. — Господин Эци, — Чонгук выглядывает. Он в большой шубке. Подходит к нему неуклюжими шагами. — Я принёс воды, — и протягивает кружку. — Что случилось? — Тэхён насторожен таким интересом. — Да... ничего... — Чонгук мешкает. — Подумал, что прятаться от солнца в тени одиноко. Особенно снаружи. Чонгук выдыхает. — Я перерабатываю хрусталь, а не прячусь. — О, — Чонгук хлопает глазами. — Ладно. — Я могу себя воссоздать в мгновение ока. Чонгук на это икает. — Звучит... хорошо, — он медленно кивает. Тэхён даже не моргает. Он принимает человеческую форму только в такие моменты, когда нужно взаимодействовать с кем-то. И тем не менее, ему кажется таким странным, что Чонгук интересуется им. Выходит с водой. Желает доброго утра, хорошего дня и спокойной ночи. Иногда он выносит какие-то вещи, говоря, что прилипающий к ледяному телу снег — тоже неприятное последствие. Надо одеваться. Хоть иногда. Странно. Суровый Тэхён воспринимает это как-то неоднозначно. — А зачем собирать хрусталь в таких количествах? — Чонгук сидит, укутавшись в одеяло. Он держит кружку с какао. Окно гостиницы открыто. Тэхён как раз вбирает в себя элементы собранного хрусталя. — Это поможет мне затвердеть. И управлять вполне крепким телом, — Тэхён объясняет. Он показывает собранную материю на руке. Всего палец за все эти годы. Но как он блестит сейчас. Настоящее тело, не тающее, не умирающее в тепле. — Много времени нужно. Чонгук восхищённо смотрит на огранённый палец. Похож на драгоценность. — Красота, — шепчет Чонгук, пригубив немного какао. — Ты очень целеустремлённый. — Для этого и живут эци, — Тэхён звучит холодно. — Для эволюции. — Прекрасно, — Чонгук улыбается. — Я возложу свою эволюцию на следующие поколения, — смеётся. Тэхён смотрит на него, подмечая, сколь он доволен нынешним положением. Люди — самые слабые существа в их мире. Никаких дополнительных сил, никаких особенностей. Обычный цикл жизни, и даже смерть на первой сотне. Как можно быть довольным таким малым количеством достатка? Тэхён не понимает. — Уборку устроил, — замечает Тэхён. Чонгук сидит с открытой дверью гостиницы, проветривая. На улице пятьдесят девять градусов по Фаренгейту. — Все ушли проверять перевал. Переночуют у охотника. Вернутся потом, — Чонгук выдыхает. Он обнимает голые плечи, вставая. — Мы совсем одни на горе, — и улыбается. Что бы это значило? Тэхён не понимает. Под ночь Чонгук раздевается у себя. Тэхён, который обходит территорию вместо гнома, останавливается у окна в его комнату, рассматривая. Красивое тело. С тонкой талией и широкими плечами. Мышцы такие чёткие. Чонгук собирает отросшие волосы в хвост, сжимая зубами ленту. Он поворачивает голову к источнику нависшей тени, взглянув на Тэхёна. Лицо пылает. Он краснеет, быстро подходя к окну, чтобы задёрнуть шторы. Тэхён хмурится, продолжая работу. И будто бы всё нормально. Он обходит все пункты, ставит ловушки, собирает хрусталь и возвращается к своей лежанке. Чонгук привычно ночью открывает окно, чтобы поболтать. Тэхён обыденно отвечает на все его вопросы. Эци впервые в тот день чувствует тепло человеческого тела. Чонгук, высунувшись из окна, касается его губ своими. Он лижет лёд, довольно улыбаясь. Зачёрпывает часть Тэхёна, выпивая холодную воду. Чонгук слишком тёплый. Тэхён тает из-за его прикосновений. Ощущение неуютное, но любопытное. Эци не знает, что делает этот человек, но ему... приятно смотреть на то, как любит Чонгук его ледяную форму. Он так касается его. Гладит руки, ноги, торс. Постоянно. Сминает губы чаще, жрёт лёд на лице, хрустя расколотыми частями. Он смеётся, когда смотрит на разрушенную частичку Тэхёна. Эци приходится возвращать её, высасывая из Чонгука. Наверное, последнее заставило его больше полюбить взаимодействие. Чонгук попросил его создать для себя член. Тэхён не видит смысла в мужских половых органах, но он выполняет прихоть, создавая, рассматривая у Чонгука прототип подобия отростка на себе. Выглядит негармонично. Но Чонгуку нравится. Он довольно насаживается задницей на этот отросток, громко простонав. Стык порога гостиницы помогает Тэхёну не таять, но от внутреннего тепла Чонгука холод не спасает. В этом человеке так тепло. Слишком. Он стонет, продолжая натираться на прозрачном члене, шмыгая носом. Вода скатывается по телу. Член тает прямо внутри Чонгука. Он довольно стонет, сжимая косяк двери. И отстраняется кончая. Мокрый, красный и довольный. Наверное, ему было хорошо. Тэхён с любопытством осматривает его. И тянет всю воду своего тела из Чонгука. Кончает человек на этих манипуляциях дважды. Милое чувство, когда кто-то отдаёт столько внимания твоему существованию, разговаривает, не боится и даже готов познавать прелести секса с тобой. Тэхёну незнакомо такое взаимодействие, но ему нравится быть участником подобных отношений. Чонгуку так мало отведено в его жизни. Но он готов посвятить Тэхёну намного дольше парочки месяцев. — Чонгук, ты скоро там? — спрашивает гном, взглянув в сторону двери. — Да-да, — Чонгук улыбается. Он стоял на месте, держа ледяной член в себе. Стенки сжимаются вокруг тающего основания. Тэхён удивлённо смотрит на то, как Чонгук отламывает его член, и с ним в себе машет напоследок, поднимая штаны. Частичка Тэхёна внутри него продолжает таять. Чонгук с красным лицом идёт обслуживать ожидающих весну клиентов. Такой довольный. Тэхён в это время думает, что всё-таки люди — самые странные существа.