Нед Старк жив!

«Это ложь», — сказал лорд Петир Бейлиш, стоя перед королем и королевой в зале малого совета. Также присутствовали лорд Варис, великий мейстер Пицель и лорд Янос Слинт, командир Городской стражи. Два золотых плаща окружали Бейлиша с обеих сторон, когда он заявлял о своей невиновности по обвинению в государственной измене. Мизинец выглядел спокойным и был хорошо одет, как обычно. Он не был похож на человека, который провел последние четыре дня в тюрьмах Красного Замка. Варис чуть не вздохнул, но сдержался. Он знал, что Бейлиш виновен в выдвинутых против него обвинениях, в том, что он сказал Старкам, что кинжал, использованный при нападении на Брандона, принадлежал Тириону. Он стоял рядом с ним, когда тот рассказывал эту историю Кейтилин Старк более месяца назад. Клевета на Тириона Ланнистера была незначительным обвинением, насколько можно судить по этому разбирательству. Второе обвинение в государственной измене, конкретно разжигание войны между домами Старков и Ланнистеров, могло стоить Бейлишу головы. Но если они не смогут доказать первое обвинение, то второе ничего не значило. Королева долго смотрела на Бейлиша. Джоффри даже не обращал внимания, выглядел очень скучающим, будто хотел быть где-то в другом месте. Слинт тоже хотел быть подальше, на его лице было смущенное выражение, как будто он сделал что-то не так. Без сомнения, он все еще страдал от трепки королевы, которую она устроила ему после провала у Божьих Ворот, когда Мирцелла и Санса Старк покинули город, подумал Варис. Пицель, однако, казался очень увлеченным происходящим, но это ничуть не заинтриговало Вариса. Пицель был похож на комнатную собачку, идущую по пятам за своим хозяином. Он был человеком Ланнистеров до мозга костей, несмотря на свою служебную клятву, согласно которой он должен служить тому, кто сидит на Железном троне, и не принимать ничью сторону ни в каких династических спорах. Бейлиш продолжил говорить: «Кто смеет выдвигать это обвинение? Я хотел бы встретиться лицом к лицу со своим обвинителем». О, это было здорово. Варис, как и Бейлиш, знал, что его обвинители, Старки, находятся более чем в сотне лиг к северу, далеко отсюда. Теперь заговорила королева, пристально глядя на Бейлиша. «Это обвинение исходит от Эддарда Старка и его жены. Мой отец разговаривал со Старком. Он утверждает, что вы сказали Кейтилин Старк, что кинжал, которым напали на их сына, принадлежал моему брату». «Я никогда не говорил ничего подобного Кейтилин Старк. Я не видел ее много лет, ваша светлость», — ответил Бейлиш, солгав сквозь зубы, Варис знал это. «Я полагаю, что она и ее муж пытаются оправдать похищение вашего брата, возлагая часть вины на меня». Пицель негромко прочистил горло. «Есть ли другие свидетели этого разговора, который, по словам Кейтилин Старк, у нее был с вами?» «Поскольку разговора не состоялось, я не знаю, откуда могут взяться свидетели», — ответил Бейлиш. Теперь королева повернулась к Варису. «Ну, мастер над шептунами, что ты обнаружил в своем расследовании?» Всё, хотел сказать Варис, но не мог, и по той самой причине, что впервые за очень долгое время кто-то перехитрил его в его собственной игре. Этим кем-то был Мизинец, и это бесконечно раздражало Вариса. Королева приказала арестовать Бейлиша и поместить его в черные камеры, как только она получила ворона от своего отца. Лорд Тайвин предоставил ей самой разбираться с этим, и она уже все испортила с самого начала. Вместо того, чтобы позвать Вариса и сообщить ему эту новость, она немедленно арестовала Бейлиша, а все его бумаги и бухгалтерские книги, касающиеся финансов королевства, были конфискованы. Услышав эту новость, Варис понял, что это была неудачная работа. Как бы он ни презирал Бейлиша, он знал, что королевство нуждается в нем, хотя бы еще немного. Бейлиш находил золото, словно из воздуха, а королевству требовалось золото для грядущей войны. Мало кто обладал таким мастерством, как Мизинец, и как бы это ни огорчало Вариса, он знал, что, арестовав Бейлиша, королева сделала все только хуже. Его смерть не принесла бы ничего, кроме умиротворения гнева Неда Старка и Тириона Ланнистера. Война началась, и даже если Мизинец сыграл какую-то роль в ее возникновении, как Варис теперь подозревал с уверенностью, арест или смерть Бейлиша никак не могли остановить ее. Когда Варис услышал об этом, он поспешил к королеве, чтобы попросить ее освободить Бейлиша или, по крайней мере, посадить его под домашний арест, пока он не начнет полноценное расследование. Она зарычала на него в гневе и спросила, какой заговор они с Бейлишем готовят сейчас. Когда Серсея успокоилась, она сказала ему навести справки, но оставить Бейлиша гнить в черных камерах на три-четыре дня, и, возможно, тогда он сознается в своих преступлениях. Три или четыре часа было бы слишком долго, чтобы оставлять Бейлиша в тюрьме без присмотра, но три или четыре дня были целой жизнью для такого человека, чтобы делать то, что у него получалось лучше всего, привлекать людей на свою сторону волшебным звоном монет. Варис не мог отправиться к Бейлишу под видом Рюгена, потому что он не хотел, чтобы об этом кто-то еще знал. Нед Старк знал, и этого уже было слишком много. Он пытался проникнуть внутрь без маскировки, но охранники настаивали на том, что королева приказала никого не пускать к Бейлишу. Конечно, к тому времени, когда ему с разрешения королевы удалось повидаться с Бейлишем, его уже не было в черных камерах. Он находился на верхнем уровне, где в камерах были зарешеченные окна. Его камера была большой, рассчитанной примерно на двадцать человек, но там было пусто, так как отряд Ночного дозора забрал почти всех заключенных. Когда Варис вошел, Мизинец сидел за столом, наслаждаясь жареной говядиной, вареным картофелем и морковью, стол был накрыт тонкой скатертью, тарелка и приборы были хорошими, а рядом с наполовину полным хрустальным бокалом для вина стояла бутылка арборского золотого. Он был хорошо одет и, как обычно, носил брошь с птицей-пересмешницей. Камера была хорошо освещена фонарем и несколькими свечами. В углу стояла кровать с матрасом и красивый фарфоровый ночной горшок, а не ведро, которое обычно оставляют для заключенных. «А, лорд Варис», — сказал он с улыбкой. «Пожалуйста, присаживайся». Варис сел напротив него, когда тюремщики ушли и заперли дверь. «Я должен сказать, дорогой Петир, ты сделал свою жизнь довольно комфортной, пока был заключенным». «Да», — сказал Бейлиш со своей обычной ухмылкой. «И потребовалось всего двадцать минут намеков моим охранникам, что жизнь для всех нас была бы намного лучше, если бы я не гнил в черной камере». «Несомненно, намеки на золото». «Без сомнения. Деньги уже выплачены, и в будущем их будет еще больше, если мое пребывание здесь продлится». «А если королева узнает об этой договоренности?» — спросил Варис, оглядывая комнату. «Я думаю, нескольким тюремщикам отрубят головы». «Мужчины должны рисковать, чтобы чего-то добиться в жизни», — ответил Бейлиш. «Как и во многих других случаях». Бейлиш улыбнулся, откинулся на спинку стула и сделал глоток вина. «Арборское золотое», — сказал он с глубоким вздохом. «Я бы предложил тебе немного, но другого бокала нет». «Не стоит. Я предпочитаю держать себя в руках, когда имею дело с предателями», — ответил Варис. Бейлиш поставил свой бокал на стол. «Итак, мы подошли к этому. Каковы обвинения?» «Королева услышала ужасную историю о тебе и Кейтилин Старк. Кажется, ты сказал ей и ее мужу, что кинжал, которым в Винтерфелле пытались убить Брандона Старка, принадлежал некоему Тириону Ланнистеру, брату королевы». Бейлиш выглядел удивленным, но не по-настоящему. Он ждал этого. «Правда? И как королева узнала об этой истории?» «От своего отца, который услышал это от самого Неда Старка в Харренхолле. Или от Тириона, который услышал это от Неда, или от них обоих. Подробностей я точно не знаю». «Странно, что такая история циркулирует, когда я никогда ее не рассказывал», — сказал Бейлиш. Это было уже слишком, и Варис только усмехнулся. «Да ладно, Петир, ты переигываешь, ты же знаешь, я был там. Ты же знаешь, я все слышал. Я даже порезал свой бедный палец об этот смертоносный кинжал». Теперь глаза Бейлиша опасно сверкнули. «Правда? Возможно, ты ошибаешься. Возможно, ты был где-то еще в тот день. Возможно, ты был с другим человеком, вёл другой разговор, порезал палец о другой кинжал». Это заставило Вариса задуматься. Он поднял брови. «О? Пожалуйста, скажи мне, где я был, когда ты швырнул кинжал из валирийской стали в стену и сказал Кейтилин Старк, что Тирион выиграл у тебя такой же кинжал, когда сир Лорас выбил из седла сира Джейме на турнире в честь именин Джоффри год назад?» «Кажется, я припоминаю, что видел тебя с твоим иностранным другом». Варис уставился на него. «Продолжай». Он встретил друга-иностранца не в тот день, о котором упоминал Бейлиш, а в другой, примерно неделю спустя, и ему показалось, что тот был каким-то сдержанным. «Этот иностранный друг из-за Узкого моря. Вы с ним шептались на нижних уровнях. Вы что-то обсуждали, я не знаю всех подробностей. Но я услышал два слова, которые вызвали у меня наибольший интерес». «Два слова? И это все?» «Да. На самом деле два имени. Оба они имена Таргариенов. Дейнерис и Эйгон». «И что с того?» — спокойно спросил Варис. Бейлиш не мог этого знать, это было невозможно. «С чего бы тебе обсуждать Таргариенов с иностранцем?» «Возможно, я рассказывал историю наших Семи королевств. Я не совсем помню разговор». «Это не твои Семь королевств, лорд Варис. Ты из Вольных городов, не так ли?» Варис улыбнулся. «Все важные люди знают это. Например, лорд Тайвин, королева, и даже Джоффри, я уверен. Если тебе есть, что сказать, пожалуйста, говори». Бейлиш улыбнулся. «Тебя никогда не было в той комнате. Ты ничего не слышал. Кейтилин Старк, конечно, была в Королевской гавани. Другие видели ее и ее спутника сира Родрика, так что этого нельзя полностью отрицать. Но я ее не видел, как и ты. Она спрашивала о кинжале, она встретилась с Недом, и все». Так вот в чем его игра. «А если я скажу королеве правду? Ты утверждал, что кинжал принадлежал Тириону, ты помог Старкам поверить, что Ланнистеры имеют какое-то отношение к нападению на их сына, которое окольным путем развязало войну. Что тогда со мной будет?» «Прежде чем они навсегда запрут дверь моей камеры или прежде чем падет меч сира Илина Пейна, я скажу им, что ты вовлечен в заговор с целью вернуть Таргариенов на трон». Варис уставился на него, и очень долго ни один из них не произнес ни слова. Наконец Варис заговорил: «Твои доказательства? Несколько шепотов в темноте, услышанных не твоими ушами?» Теперь Бейлиш улыбнулся. «Нескольких шепотов для ушей Серсеи достаточно. Ты знаешь, какая она. Ты был рядом с ней почти пятнадцать лет. Сначала она думала, что ты ее друг, рассказывающий ей все самые пикантные сплетни королевства и двора. Но теперь она знает тебя таким, какой ты есть, и презирает. Она жаждет власти, мстительна и, прежде всего, параноидальна. Она видит заговоры за каждой дверью. Ей не потребуется много усилий, чтобы поверить мне. Она уже знает, что у тебя есть контакты по ту сторону Узкого моря, контакты, которые много лет пристально следили за братом и сестрой Рейгара. Она прокрутит это в уме и задастся вопросом, не обманывал ли лорд Варис ее и ее покойного мужа все эти годы. Тогда она раздавит тебя». «Она может раздавить меня в любое время, когда захочет. В конце концов, она королева». «Вообще-то, королева-регент сейчас. Но ты ей еще нужен. Однако, если она подумает, что ты планируешь отстранить ее любимого Джоффри и ее саму от власти, что ж, я не думаю, что ты ей еще долго будешь нужен». Варис тяжело вздохнул. «Дорогой Петир, мне больно, что мы дошли до этого». «Ну, мой дорогой Варис, ты всегда знал, что мы это сделаем. Ты играешь в свою игру, я в свою, и мы знали, что однажды они станут одним целым и мы столкнемся». «В «игре престолов» игроки всегда конфликтуют перед концом», — сказал Варис, вставая. «Важно, кто выживет в конце. И у меня есть навязчивая идея, что Нед Старк, несмотря на совершенные им ошибки, в конце будет одним из тех, кто крепко стоит на ногах. Он тебе не друг. И Старки в чем-то похожи на Ланнистеров, несмотря на их ненависть друг к другу. В конце концов, они тоже склонны платить свои долги». Бейлиш коротко рассмеялся. «Если ты думаешь, что Тайвин Ланнистер позволит Неду Старку добраться до Винтерфелла, то ты действительно не знаешь всех игроков». «Возможно. Но я бы пока не стал выводить дорогого старину Неда из игры. О, боже, время летит. Мне, конечно, нравится болтать с тобой, но сейчас заседание совета». И так Варис оставил его. Лицо Бейлиша улыбалось, а его слова все еще звучали в ушах Вариса. Он был прав, конечно. Королева в мгновение ока отправила бы его в камеру пыток, если бы до нее дошли такие слухи. И Варис знал, что он никогда не выдержит пыток. Самых нежных частей его тела уже не было, но они все ещё могли причинить ему много боли, а он никогда не был другом боли. Ему пришлось бы покончить с собой, если бы за ним пришли, иначе его язык выдал бы все планы, которые вынашивались столько лет. На следующий день Мизинец предстал перед советом и заявил о своей невиновности. Теперь вопрос королевы Варису повис в воздухе, и он знал, что может с легкостью сокрушить Мизинца. Но он также знал, что Мизинец может сделать с ним то же самое. Наконец Варис сказал: «Я узнал, что Кейтилин Старк действительно была в Королевской гавани». «Когда?» — потребовал ответа Джоффри, прежде чем он смог заговорить снова. «Прошло больше оборота луны, ваша светлость», — сказал ему Варис. «Возможно, за неделю до того, как ваш дядя Тирион был взят в плен в гостинице. Это была случайная встреча. Судя по имеющимся у меня данным, это …» «Забудь о гостинице», — отрезала Серсея. «Что она делала в Королевской гавани?» «Наводила справки о кинжале», — сказал Варис и, произнося это, посмотрел на Джоффри, а не на королеву. В тот день, когда они согласились позволить Неду Старку надеть черное, Джоффри был недоволен разговорами о нападении на Брандона Старка. Теперь, когда Варис упомянул, что Кейтилин Старк была здесь и спрашивала о кинжале, Джоффри отвернулся от его взгляда и потеребил золотую брошь, удерживающую его плащ. Заговорила Серсея, и Варис обернулся к ней. «Как она попала в город? Кого она видела?» «Она приплыла на корабле и высадилась в доках на Черноводной, переодевшись обычной путешественницей. С ней пришел ее кастелян, сир Родрик Кассел. Он навел справки о кинжале у вашего мастера над оружием, но ничего не узнал. Затем она встретилась со своим мужем, по крайней мере, один раз. После этого она покинула город». «Встречалась ли она с лордом Бейлишем?» — быстро спросила его Серсея. «Есть ли другие свидетели?» «Ничего такого, что я смог найти. Нет никаких доказательств, что она когда-либо встречалась с лордом Бейлишем», — сказал Варис и посмотрел на Мизинца, который ничего не сказал и сохранял невозмутимость, но Варис мог видеть триумф в его глазах. Теперь Серсея повернулась и пристально посмотрела на Бейлиша. «Ты встречался с Кейтилин Старк или нет?» «Нет, ваша светлость». Серсея долго смотрела на него, а затем снова перевела взгляд на Вариса. «Я должна оторвать вам обоим головы», — прорычала она. Джоффри внезапно снова заинтересовался происходящим. «Вы думаете, Кейтилин Старк взяла бы Тириона в заложники без веской причины? Вы думаете, этот комедийный фарс, в который вы двое играете, может обмануть меня? Я хочу правды!» — прокричала она. «Правда, ваша светлость», — спокойно начал Бейлиш. «Правда в том, что Кейтилин Старк неуравновешенна. Все Талли немного тронуты. Вы помните Лизу Аррен? У ее сестры та же кровь и темперамент. На сына Кейтилин напали, она была ранена, согласно тому, что мы слышали. Мать сделала бы все, чтобы защитить своих детей, ваша светлость, я уверен, вы знаете. Возможно, когда она увидела своего мужа, он внушил ей мысль о вине лорда Тириона. С таким обезумевшим разумом потребовалось бы всего несколько произнесенных шепотом слов, чтобы заставить ее поверить в это. Она всегда была очень доверчивой к людям, даже слишком. Как и её муж». Поэтому они поверили тебе, подумал Варис. Потом ты предал Неда. Ты сделал это, потому что любил ту, которой никогда не смог бы обладать? Теперь заговорила Серсея, и она удивила Вариса: «Когда Старк лежал со сломанной ногой, он сказал Роберту и мне, что он приказал Кейтилин схватить Тириона. Приказал своей жене поднять руку на мою кровь!» Варис чуть не застонал и задался вопросом, кого же на самом деле здесь обвиняют. А Серсея ведь не любила Тириона. Варис знал, что она втайне желала, чтобы он погиб в Долине. Бейлиш ухватился за ее комментарий: «Без сомнения, это было сделано в качестве прелюдии к его попытке захватить Железный трон». При этих словах Джоффри ожил: «Все Старки — предатели!» Теперь впервые заговорил Слинт, горячо поддержав слова Джоффри. «Они действительно отвратительная компания, эти Старки». «Да», — сказал Пицель, тоже присоединяясь. «Обвинение лорда Тириона было частью заговора Старков с целью развязать войну, чтобы они могли свергнуть вашу светлость с трона и забрать его себе. К счастью, мы сорвали этот заговор». Варис ничего не сказал и подумал, не сошли ли они все с ума. Старк не хотел трона. Он просто хотел защитить Роберта, а потом, когда понял, что Роберта уже не спасти, он просто захотел вернуться домой. Если бы они хотя бы посмотрели на последовательность событий с точки зрения логики, то увидели бы Бейлиша насквозь. Но люди, которые боялись своих врагов, никогда особо не пользовались логикой. Пицель был подхалимом, и это не изменится. Слинт пытался восстановить часть своего уважения, утраченного во время беспорядков. А Джоффри… он был совсем другим человеком, но о чем он думал, Варис пока не знал. Серсея с отвращением покачала головой. «Это ни к чему нас не приведет». Она посмотрела на Мизинца. «Я думаю, у нас нет выбора, кроме как задержать вас до суда, лорд Бейлиш, поскольку вы не признаетесь в своих преступлениях, и я не знаю, внушили ли вы Старкам, что этот кинжал принадлежал Тириону. Похоже, мы должны дождаться возвращения моего брата в столицу, чтобы выяснить правду обо всем этом». «Есть другой способ», — сказал Джоффри, и выражение его лица не понравилось Варису. Серсея поколебалась, затем посмотрела на своего сына. «Да?» Джоффри ухмыльнулся. «Я слышал, что в недрах замка есть камеры пыток. Давайте позволим лорду Бейлишу ненадолго посетить их. Тогда мы узнаем правду». Серсея выглядела так, словно была почти готова согласиться, но Варис не мог этого допустить. Правда, которую они услышали бы от Петира, слишком сильно угрожала собственной безопасности Вариса. «Ваша светлость», — заговорил Варис. «Правда, которую говорят страдающие заключенные, часто является правдой, которую палач хочет услышать, а не настоящей правдой». «Совершенно верно», — сказал Пицель, и Варис застыл от шока. Пицель идет против короля! Наверняка, впервые. Джоффри выглядел сердитым, а это всегда было опасно, но потом он просто усмехнулся. «Мне все равно. Я не понимаю, почему мы все еще бесконечно обсуждаем, что случилось с отродьем предателя». Серсея вздохнула. «Мы должны обсудить это, сын мой, потому что нам нужно знать, есть ли среди нас еще один предатель». Она снова посмотрела на Бейлиша. «Вы будете заперты в своих комнатах до тех пор, пока не будет организован судебный процесс». «Ваша светлость, я с нетерпением жду суда, который докажет мою невиновность», — сказал Бейлиш, и Варис уловил нотку облегчения в его тоне. «Тем временем, кто будет мастером над монетами? Я с удовольствием покажу им все тонкости управления книгами королевства». На лице Серсеи отразилась нерешительность, и Варис понял, что она не продумала все так далеко вперед. В королевстве идет война, как она могла не продумать? «Кого вы предлагаете?» — спросила королева Бейлиша. Как бы ему ни было неприятно это делать, Варис знал, что должен сказать что-нибудь еще, иначе все они наверняка рухнут, Станнис и Ренли победят и все они вскоре будут мертвы. «Я думаю, что лорд Бейлиш может возобновить свои обязанности, не выходя за пределы своих комнат, конечно. Мы не должны доверять финансы королевства в столь нестабильное время кому-либо другому». «Хорошо», — неохотно сказала королева, взглянув на Бейлиша. «Ты вернешься к своим обязанностям, находясь в пределах своих комнат. И не в одном из своих публичных домов. Ты останешься здесь, в Красном Замке. У тебя будет доступ к твоим книгам и к тому, кто тебе понадобится. Я думаю, нет необходимости говорить, что если что-то пойдет не так с финансами королевства, пока вы ожидаете суда, это плохо скажется на вас». «Я уверен, что справлюсь с этой работой, ваша светлость», — ответил Мизинец, а затем двое золотых плащей вывели его из комнаты. «Он предатель», — сказал Джоффри, как только Бейлиш ушел. «Он лжец и предатель. Мы должны пытать его. Он все это начал. Он сказал Старкам, что это мой дядя. Иначе зачем бы им обвинять его в том, чего он не совершал? Он солгал нам!» Возможно, Джоффри был не так глуп, как думал Варис. Или, может быть, он знал что-то еще. Может быть, он знал, кто на самом деле заплатил человеку, напавшему на мальчика Старка. «Возможно», — сказала Серсея. «Но пока Мизинцу есть чем заняться. И мы всегда сможем пытками вытянуть из него правду позже. Теперь, милорды, я полагаю, нам нужно обсудить другие вопросы». Она посмотрела на Вариса, а Варис обратился непосредственно к Джоффри. «Замечательные новости из-за Узкого моря, ваша светлость. Кхал Дрого мертв». Джоффри широко улыбнулся и стукнул кулаком по столу. «Отлично! Как он умер? Надеюсь, это было кроваво и больно!» «Подробностей я не знаю», — сказал Варис. «Но как только он умер, большинство его людей бросили его жену и близких сторонников. Дотракийцы сейчас в смятении, и появилось несколько лидеров, которые оспаривают место Кхала Дрого. В ближайшее время нам нечего бояться дотракийцев». «А как же девушка Таргариен, его жена?» — немедленно спросил Пицель. «О ней не было слов», — ответил Варис. «Согласно дотракийской традиции, после смерти ее мужа она должна была вернуться в их столицу и носить траур до конца своей жизни вместе с другими женщинами, потерявшими своих мужей-кхалов. Но она не дотракийка, и я сомневаюсь, что она смирилась бы с такой жизнью». «Постарайтесь узнать как можно больше, лорд Варис», — приказала королева, и он склонил голову в знак согласия. Бейлиш был прав, он все еще был нужен ей. «Теперь война, милорды», — сказала Серсея и повернулась к Слинту. «Как обстоят дела с обороной города?» «Оборона становится сильнее, ваша светлость», — ответил он. «Сейчас у меня на службе почти шесть тысяч человек, но их качество не самое лучшее. Многие из них — молодые парни, которые нуждаются в деньгах и еде, но прошли небольшую подготовку. Я боюсь, что от них будет мало пользы, когда придет время битвы. У нас много катапульт и других осадных орудий, а также множество стрел и другого оружия. Чего нам не хватает, так это обученных людей. У нас есть небольшое количество рыцарей и несколько сотен оставшихся у вас домашних охранников, но этого недостаточно, чтобы что-то изменить». «Армия моего отца скоро будет здесь», — сказала им Серсея. «Он готовится подписать мирный договор с Роббом Старком. Где сейчас армия Ренли?» «На расстоянии в двадцать лиг», — сказал Варис. «Два или три дня быстрого марша, и он будет у ворот. Однако наши разведчики сообщают, что он не двигался уже два дня. Кажется, что-то остановило его движение». «Это хорошо», — сказал Пицель. «Возможно, лорд Тайвин сможет сокрушить его, не подвергая город осаде». «Пусть Ренли придет!» — Джоффри зарычал. «Я бы с удовольствием сразился с ним или со Станнисом один на один!» Серсея улыбнулась, еле-еле и без теплоты. «Да, это довольно быстро решило бы все». Она снова повернулась к Варису. «А Станнис? Какие новости о нем?» «Согласно последним сообщениям, все еще на Драконьем камне. Но, ваша светлость, эти сообщения почти четырехдневной давности». Ее глаза вспыхнули. «Значит, он мог плыть вверх по Черноводному, пока мы разговариваем?» — огрызнулась она. «Нет, ваша светлость», — сказал Слинт. «У нас много маленьких лодок в заливе. Они поднимут тревогу, если приблизится флот Станниса». «А что с нашим флотом?» Спросил Джоффри. «Где он сейчас?» «На якоре в реке Черноводной», — сказал Варис. «В ожидании битвы, которая обязательно состоится. Мы будем в меньшинстве, но капитаны считают, что лучшая стратегия — заманить Станниса в Черноводную и уничтожить его флот по частям». «Что, если Станнис этого не сделает?» — спросила Серсея. «Что, если они высадятся под Красным Замком и по суше возьмут штурмом одни из ворот?» «Все ворота готовы к битве, ваша светлость», — сказал ей Слинт. «Там много масла, камней и стрел. Нам просто нужно больше людей». «Да, ты продолжаешь это повторять, и …» Затем вошел мужчина, один из помощников Пицеля, он поспешно извинился за вторжение и протянул Пицелю маленький свиток от ворона. Великий мейстер поблагодарил своего человека и затем развернул письмо. «От вашего отца», — сказал он королеве. «Грегор Клиган и две тысячи человек сейчас едут в город». «Это только начало», — сказала Серсея, улыбаясь. «А остальная армия?» «Ни слова, ваша светлость», — сказал ей Пицель. «Ваш отец также упоминает, что лорд Тирион вскоре покидает Харренхолл, чтобы приступить к исполнению обязанностей Десницы короля». Джоффри нахмурился, когда Пицель передал письмо Серсее. «Две тысячи человек и карлик? Что в этом хорошего? Я приказал своему деду привести сюда всю его армию!» «Сир Грегор — грозный воин, ваша светлость», — сказал Слинт. «Ему и его людям будут очень рады». «Возможно, у лорда Тириона будет больше новостей о планах лорда Тайвина, когда он прибудет», — добавил Пицель. «Возможно», — сказала Серсея, закончив читать письмо. «Что ж, по крайней мере, у нас скоро будет больше информации о Бейлише и кинжале. Это все, милорды. Пожалуйста, займитесь своими обязанностями. Мы снова встретимся завтра в то же время». Все попрощались, и вскоре Варис вернулся в свои комнаты. Он выпил большой глоток лимонной воды и начал готовиться получать отчеты, которые вскоре должны были прийти к нему. На встрече совета Серсея избегала говорить о нехватке продовольствия. Конечно, в Красном Замке не было нехватки. Количество простого народа за городскими стенами становилось все меньше. Некоторые умерли, как он знал, от голода. Другие вернулись на свои фермы, когда до них начали доходить слухи, что в Речных землях наступил мир. Слухи, которые люди Вариса распространяли в лагерях. Третьи бежали в страхе, поскольку люди Вариса распространяли новые слухи о приближении Ренли и Станниса. Ну, это были не совсем слухи. Несколько часов спустя, когда Варис ужинал в одиночестве, к нему прилетела одна из его маленьких птичек и сказала, что Бейлиш в своих комнатах и у него нескончаемый поток посетителей. Большинство из них были мужчинами, некоторые женщинами, и все заходили к нему ненадолго, а затем уходили. О чем они говорили, маленькая птичка не знала, так как не могла подойти достаточно близко. Варис заплатил своему шпиону, а затем откинулся на спинку стула и задумался над этим. Бейлиш отдавал приказы своим людям. Насчёт своих многочисленных заведений, конечно. И насчёт всего остального, чем он занимался. Вариса все еще раздражало, что Бейлиш перехитрил его в его собственной игре. Возможно, пришло время приложить более согласованные усилия, чтобы раскрыть, что на самом деле задумал Мизинец. Пока Варис размышлял над этим, раздался стук в дверь, и вошел один из его подкупленных охранников в золотых плащах. «Милорд», — начал мужчина с коротким поклоном. «Ваш человек с юга находится за Грязевыми воротами. Хочет поговорить». «Очень хорошо», — ответил Варис. «Скажи ему через час». Тридцать минут спустя Варис покинул Красный Замок через один из ее многочисленных секретных туннелей, в одной из своих многочисленных личин, на этот раз в виде рыбака. Его одежда была грубой, сшитой из шерсти и тюленьих шкур, ботинки — из китовой кожи, на поясе висел кинжал с рукояткой из зуба кита. От него пахло рыбьими потрохами. Его лицо было покрыто жесткой черной бородой, лысую голову прикрывала рыбацкая шапка из тюленьей шкуры. Местом встречи была таверна у причалов возле Грязевых ворот, и мужчина уже занял угловой столик в темном углу заведения. Варис сел напротив него и заказал эля у служанки таверны. В заведении было шумно и полно народу, поэтому никто не мог их подслушать. Мужчина тоже был одет как рыбак, у него был смуглый цвет лица, черные усы, густые черные волосы и кустистые брови. Многие думали, что он дорниец, но Варис знал, что он из Простора. «Как дела на юге?» — спросил Варис, допивая слабый эль и заставляя себя не морщиться от его отвратительного вкуса. «Армия Ренли неспешно прогуливается по дороге Роз, как вы уже знаете», — тихо сказал мужчина. «Они остановились и не двигаются уже два дня». «Совершенно верно», — сказал мужчина. «Он боится, что его брат трахнет его сзади, не то чтобы он сильно возражал против этого». Варис проигнорировал шутку и поднял брови. «О? Последнее, что я слышал, Станнис все еще на Драконьем камне». «Он отплыл много дней назад с более чем половиной своих кораблей, если подсчет верен». Варис кивнул и сдержал свое удивление. «И откуда ты это знаешь?» «Так случилось, что я был на страже у крепости, где Ренли провел ночь, когда к воротам подъехал всадник и сообщил, что его брат Станнис плывет в Штормовой предел. У них был ворон из Тарта. На следующий день флот Станниса прибыл в Штормовой Предел и высадил на берег значительные силы. Не так много, как у Ренли, но достаточно, чтобы начать осаду. Ренли с конницей отправились его останавливать. Пехота осталась на дороге Роз и ждет дальнейших событий». «Сколько конницы? Сколько пеших?» «Может быть, десять тысяч всадников, более чем достаточно, чтобы справиться с тем, что Станнис высадил на берег, если сообщения верны. Пеших, может быть, шестьдесят тысяч или больше». «Неплохое сборище», — сказал Варис. Они еще поговорили о мелких деталях, а затем Варис под столом передал мешок с серебром, и мужчина сказал, что отправится на юг, как только сможет. Варис знал, что эта новость не может ждать, и когда он умылся и переоделся в свою небесно-голубую мантию, он отправился в покои Серсеи. Двое охранников у дверей остановили его. «Королева отдыхает», — сказал один из них. «У меня есть новости, которые она должна услышать». Он колебался. Охранники знали, кто он такой, а затем другой кивнул и постучал. Варис клялся, что слышал звук женского смеха. От Серсеи? Дверь приоткрылась, и на пороге появился Лансель Ланнистер. «Королева не желает… Лорд Варис?» «Да, Лансель. Как ваши дела в этот прекрасный вечер?» Прежде чем он успел ответить, Серсея сердито крикнула: «Кто это?» «Лорд Варис», — ответил Лансель, и на его лице отразилось чувство вины. О, я уже знаю, сказал себе Варис, не нужно выглядеть таким виноватым. Я знаю, что ты трахал ее еще до смерти Роберта. Я знаю, что ты напоил короля крепким вином, которое помогло ему умереть. «Впусти его», — сказала Серсея. Она знала, что Варис не стал бы беспокоить ее без веской причины. Он вошел в ее покои и увидел, что прервал небольшую вечеринку. На маленьком столике рядом с бутылкой вина стоял поднос с сыром, хлебом и фруктами. На стуле лежала деревянная арфа, а Серсея держала в руке кубок вина и уже казалась навеселе. «Лорд Варис!» — громко позвала она, сидя в мягком кресле. «Вино?» «Я вынужден отказаться, ваша светлость. Я принес вести о войне». Она внезапно казалась более трезвой. «Лансель, мой дорогой кузен, спасибо тебе за помощь в этом маленьком деле. Я скоро позову тебя». Лансель выглядел так, словно хотел возразить, но затем просто слегка поклонился. «Да, ваша светлость. Спокойной ночи». После того, как он ушел, Серсея выпила еще немного, а затем уставилась на Вариса. «Ну, какие вести?» «Станнис отплыл в Штормовой предел». «Когда?» — мгновенно вскочив на ноги, спросила она с горящими глазами. «По-видимому, много дней назад. Он уже прибыл и высадил войска за пределами замка. Ренли разделил свои силы, выведя навстречу ему почти всю свою кавалерию. Пехота осталась на дороге Роз». «Боги!» — воскликнула она, допила вино одним глотком и быстро налила еще один кубок, обращаясь к нему. «Лорд Варис, если бы вы все ещё были мужчиной, я бы поцеловала вас и уложила в постель сию же минуту». «Это было бы довольно трудно осуществить, ваша светлость». «Вполне», — сказала она с понимающей усмешкой. «Они сражаются друг с другом! О, это слишком хорошо, чтобы быть правдой». Затем она посмотрела на него с подозрением. «Кто тебе это сказал?» «Хорошо оплачиваемый шпион, который работает на меня много лет. Я доверяю ему». «Хорошо», — сказала она. «Но мы должны подтвердить это. Как?» «Наши разведчики должны подобраться как можно ближе к пехоте на дороге Роз. Если они не увидят большое количество кавалеристов, я думаю, это должно подтвердить новости». «Я немедленно отдам приказы. Вы отправляйтесь к Пицелю. Расскажите ему новости. Пошлите моему отцу ворона. Это та возможность, которую мы ждали. Они сражаются друг с другом. Ренли разделен. Теперь мой отец должен прийти! Он должен нанести удар!» «Да, ваша светлость. Немедленно. Должен ли я сказать королю?» Она рассмеялась и выпила еще. «Король? Мой сын, великий воин, собирается сразиться с Ренли и Станнисом один на один? Возможно, тогда мы увидим, действительно ли он сын своего отца». Она имела в виду Роберта или Джейме? Они оба были великими воинами. Королева пристально посмотрела на Вариса, как будто знала, о чем он думает. «Садись», — внезапно сказала она, и это была не просьба, а приказ. Варис сел, а она села напротив него на мягкое широкое кресло, поджав под себя ноги, когда шелковые юбки обернулись вокруг ее ног. Серсея внимательно посмотрела на него. «Ты знаешь, какие слухи распространяет Станнис?» «Да, ваша светлость. Я не был бы вам особенно полезен, если бы не знал о такой лжи». Она слегка улыбнулась. «А что говорит простой народ? Они тоже думают, что Станнис лжет?» «Нет, ваша светлость. Они готовы поверить всему, что касается высокорожденных, если это выставляет их слабыми или глупыми». Она рассердилась на это. «Они все равно идиоты. Но Нед Старк в это поверил». «Я знаю». «Почему он в это поверил?» «Он прочитал историю дома Баратеонов. Все дети по мужской линии черноволосые и голубоглазые на протяжении многих поколений. И он увидел внебрачного сына Роберта, который очень похож на него. Джон Аррен и Станнис тоже видели его. Все они умные люди. Им не потребовалось много времени, чтобы прийти к выводу, что ваши дети не от Роберта». Она только фыркнула. «Вывод, который служит их собственным целям по узурпации власти Джоффри». «Без сомнения». Серсея вздохнула, посмотрела на свой бокал с вином, отпила немного. «Джоффри слышал. Он спросил меня. Конечно, я сказала ему, что все это ложь». «Конечно». Почему она говорила со мной обо всем этом, подумал Варис. Собирается ли она признаться в том, что я годами считал правдой? Нет, этому не суждено было сбыться. Серсея снова выпила и улыбнулась. «Скоро Джейме будет свободен. Тогда они с отцом сокрушат Станниса и Ренли. Пришло время покончить со всей этой чепухой и отправить братьев Баратеонов присоединиться к Роберту в могиле». Затем она кивнула на дверь. «Проследите за письмом моему отцу». Варис встал, поклонился и ушел. Пока он шел, он задавался вопросом, получится ли все так, как она ожидала. Приедет ли ее отец так быстро, как она надеялась? Победил бы Ренли Станниса или произошло бы наоборот? И кто присоединился бы к бедному Роберту в холодной земле? Что бы ни случилось, Варис должен был убедиться, что это будет не он, иначе все планы, заложенные много лет назад, пойдут прахом, и у истинного короля Семи Королевств не будет шансов вернуть трон своей семьи.