Нед Старк жив!

Мейстер Лювин каждое утро приходил на воронятню, чтобы проверить, не прилетел ли какой-нибудь ворон ранним утром. Вороны не летают по ночам, поэтому иногда они оказывались поблизости и останавливались на ночь, чтобы отдохнуть, а затем продолжали свой путь, как только начинало светать. Действительно, один ворон сидел на своем маленьком насесте, к его лапке был прикреплен плотно свернутый и запечатанный кусок пергамента. Быстрый взгляд подсказал ему, что ворон был из Риверрана. Его послание было адресовано Брану, но обязанностью мейстера Лювина было вскрывать все послания и давать мудрые советы своим лордам. Он быстро открыл его, сгорая от нетерпения узнать новости о войне и Старках. Это было от леди Кейтилин. Дорогие Бран и Рикон, у меня есть как радостные, так и печальные новости. Ваши сестры Арья и Санса находятся в Харренхолле с вашим отцом и скоро будут свободны. Мы произведем обмен через два дня, а затем скоро будем дома. К сожалению, ваш дедушка, мой отец, лорд Хостер Талли скончался вчера во сне. Сегодня мы проведем обряд его похорон. Меня огорчает, что вы никогда не встречались с ним. Он был хорошим отцом и мудрым лордом. Пусть вы оба вырастете такими же хорошими людьми, каким был он. Скоро увидимся, мои дорогие. С любовью, мама. Действительно, радостные и печальные новости, подумал мейстер, перечитывая сообщение. Арья и Санса были в Харренхолле. Как это произошло? Последнее, что он слышал, что Санса все еще была пленницей в Королевской гавани, и никто не знал, где Арья. Он слышал, что лорд Эддард был освобожден из тюрьмы после того, как его заставили провозгласить Джоффри истинным королем, а затем принудили присоединиться к Ночному Дозору. Он надеялся, что довольно скоро все они окажутся дома, откуда им никогда не следовало уезжать. Смерть отца леди Кейтилин была ужасной новостью, но не неожиданной. Он слышал, что лорд Хостер болел изнуряющей болезнью. Ужасная участь для любого человека. Наконец-то он обрел покой. Лювин встречался с Хостером Талли всего несколько раз, в последний раз много лет назад, когда тот приехал в Винтерфелл навестить свою дочь и ее растущих детей. Это было вскоре после окончания прошлой зимы, сразу после рождения Арьи и до начала восстания Грейджоя. Вскоре семья Старков должна была воссоединиться. «Обмен» означал обмен на Цареубийцу, сира Джейме Ланнистера. Пока мейстер Лювин размышлял над этим, его разум вернулся к тому, что Бран сказал ему больше недели назад. Когда юный Клей Сервин пришел на праздник урожая, он сообщил Брану, что Джоффри бастард и не имеет права на Железный трон и что на него претендует Станнис Баратеон. Мейстер Лювин уже слышал эту новость, так как у него был ворон из Драконьего Камня. Так, по-видимому, было во многих других домах на севере, и эта история была на устах у всех, кто собрался на праздник урожая. Но эта история была не для ушей восьмилетнего мальчика, и Лювин держал ее при себе и рассказал только сиру Родрику Касселю, когда тот вернулся на север, попрощавшись с леди Кейтилин в Белой гавани. Бран пришел к нему на следующий день, чтобы спросить, правда ли это. «Да», — сказал ему Лювин, когда они сидели в его кабинете. Огромный конюх Ходор стоял позади Брана, готовый отвести его туда, куда он захочет пойти дальше. «Станнис Баратеон утверждает, что Джоффри, Мирцелла и Томмен не дети короля Роберта. Что это он законный король как следующий брат Роберта». «Как Цареубийца может быть их отцом? Он брат королевы». Мейстер Лювин пристально посмотрел на него и тщательно обдумал свои слова, прежде чем заговорить. «Бран, мужчины и женщины не всегда верны законам богов и людей. Они нарушают свои клятвы, они отказываются от своих обетов и причиняют зло богам. Хотя я не знаю все об этой истории, вполне возможно, что это правда». «У него золотые волосы, не так ли?» — следующим спросил Бран со странным выражением лица. «У сира Джейме? Да, у всех Ланнистеров золотистые волосы. Почему ты спрашиваешь?» Бран выглядел так, словно собирался что-то сказать, но потом пожал плечами. «Пытаюсь вспомнить, как он выглядел. Он был здесь, с королем Робертом, когда я пострадал». «Да, он, королева и их брат Тирион Ланнистер все были здесь». «Я знаю это», — сказал Бран тоном, который говорил «я не дурак». «Бес дал мне схему моего седла». «Да, верно. Это было хорошо с его стороны». Бран немного заерзал. «Почему моя мать взяла его в плен?» «Она верила, что он заплатил человеку, который напал на тебя». «Я думаю, это был не он», — заявил Бран. «Он был очень добр ко мне. Зачем ему было приказывать кому-то убить меня?» «Я не знаю», — ответил ему мейстер Лювин, и правда заключалась в том, что он действительно не знал. Здесь, в Винтерфелле, перед тем как отправиться на юг, леди Кейтилин предположила, что Джейме Ланнистер каким-то образом причастен ко всему, что случилось с Браном. Затем в Королевской гавани она узнала, что кинжал принадлежал Тириону Ланнистеру. По крайней мере, так ей сказал Петир Бейлиш. После этих слов последовало все остальное. Когда сир Родрик вернулся и рассказал обо всем, что произошло с того момента, как леди Кейтилин схватила Тириона Ланнистера в гостинице, он уже знал, что это было безумием. У них не было никаких доказательств, кроме слов одного человека. Как только что сказал Бран, действия Тириона Ланнистера не походили на действия человека, виновного в подобном преступлении. Его не было здесь, когда на Брана напали, и он уехал из Винтерфелла после того, как Бран упал. Как мальчик ни пытался вспомнить, у него все еще не было воспоминаний о том дне. По крайней мере, так он сказал. Глупо было обвинять Ланнистеров без доказательств, и события подтвердили его правоту: лорд Старк и Санса были взяты в плен в Королевской гавани, Арья пропала без вести, а все их домочадцы погибли. Когда новость дошла до севера, там царили шок и возмущение, Робб созвал знамена, и северяне во всей своей ярости двинулись на юг. Разбираться в запутанных деталях того, что происходило в Королевской гавани, было поручено мейстеру Лювину. Он написал великому мейстеру Пицелю, прося сообщить имена убитых и взятых в плен. Он написал, несмотря на то, что не доверял Пицелю, зная, что тот слишком долго был великим мейстером Семи королевств для слишком многих королей, на самом деле являясь скорее слугой Ланнистеров, чем королевства. Мейстер должен был служить, независимо от того, кто отвечал за замок, дом или даже королевство, и был связан клятвой не принимать ничью сторону. Но история изобиловала мейстерами, которые забывали эту простейшую из клятв, и Пицеля он причислял к их числу. Новости, которые он получил в ответ, были кратким сообщением, в котором говорилось, что лорд Старк был предателем, который пытался свергнуть нового короля и будет судим соответствующим образом. Там также был список всех тех, кого они считали мертвыми. Пленных не было. Это была ложь, поскольку в то время Сансу и лорда Старка все еще удерживали против их воли. И в списке отсутствовало несколько имен, включая Джейни Пуль, хотя ее отец числился среди убитых при «сопротивлении аресту», как выразился Пицель. Это был комедийный фарс. Мейстер Лювин в глубине души знал, что они убили их всех безжалостно, даже старую септу Мордейн, которая и мухи не обидела бы. Затем мейстеру Лювину пришлось ходить от семьи к семье в Винтерфелле, чтобы сообщить им эту ужасную новость о сыновьях, мужьях и других близких, которые теперь были мертвы. Тогда было много слез и еще больше гнева, и он ничего не мог сделать, кроме как сказать им утешительные слова. Он знал, что в ближайшие месяцы подобных новостей будет еще больше, поскольку списки погибших в битвах в Речных землях будут добавлены к тем, кто пал в Королевской гавани. Мейстер Лювин опасался худшего, когда юный Робб отправился на юг во главе своей армии. Тайвин Ланнистер был выдающимся военным полководцем в Семи Королевствах, а его сын — одним из лучших мечников. Но Робб потряс их всех, победил и пленил Цареубийцу и перехитрил Тайвина Ланнистера. Теперь лорд Старк и его семья вскоре должны были объединиться и вернуться домой. Он нашел Брана и Рикона в большом зале, они завтракали вместе с сиром Родриком, двумя мальчиками Фреев, которых обоих звали Уолдерами, и детьми Хауленда Рида, Мирой и Жойеном. Мальчики Фреев Брану не нравились, и мейстер Лювин знал почему. Они были полны чванства и самомнения, зная, что к ним должны относиться как к почетным гостям. Дети Рида были полной противоположностью Фреям, вежливыми, дружелюбными ко всем и уважительными. Бран и Рикон сразу прониклись к ним симпатией. «Простите меня», — сказал мейстер Лювин, подойдя к столу. «Мне нужно поговорить с Браном и Риконом. Оставайтесь и вы, сир Родрик». Дети Рида немедленно встали и поклонились, но тот, кого они называли Малый Уолдер, который был младше, но крупнее, продолжал жевать бекон, в то время как другой, которого звали Большой Уолдер и который на самом деле был ниже, хотя и старше своего кузена, оторвал кусок хлеба от буханки и откусил. «Он имеет в виду, что вы должны уйти», — резко сказал Бран мальчикам Фреям, как будто они были глухими или глупыми. «Я еще не закончил есть», — сказал Малый Уолдер дерзким тоном. «Ты можешь закончить позже», — сказал сир Родрик, стараясь говорить спокойным тоном. «А теперь идите во двор и возьмите себе тренировочные мечи, и мы попрактикуемся, когда я здесь закончу». Глаза Большого Уолдера загорелись, и он встал, схватив немного бекона. «Теперь тебе достанется», — сказал он кузену. Малый Уолдер рассмеялся. «Я больше тебя». «Я в два раза быстрее, и ты это знаешь». Дети Рида, вежливо попрощавшись, уже ушли, и вскоре эти двое затопали прочь с руками, полными бекона и хлеба. «Я ненавижу их», — тихо сказал Бран. «Они забавные», — сказал Рикон с усмешкой. «Они глупые», — возразил Бран. Мейстер Лювин знал, почему Бран их ненавидел, а Рикону они нравились. Им нравилось играть, бегать и веселиться, и Рикон присоединялся к их играм. Бран не мог присоединиться, так как его изломанное тело больше не позволяло ему веселиться. Его ненависть была частично вызвана их наглостью, а частично — его завистью из-за того, что он не мог поступать так, как они. «Выбросьте их пока из головы», — сказал им мейстер Лювин. «У меня новости от вашей матери. Боюсь, и хорошие, и плохие новости». Бран выглядел испуганным. «Что случилось? Это отец?» «Нет», — быстро ответил мейстер Лювин, затем тяжело вздохнул и сообщил им плохие новости. «Ваш дедушка, лорд Хостер Талли, умер». «О», — удивленно сказал Бран, а затем заговорил Рикон. «Кто он?» «Наш дедушка, глупый», — сказал Бран своему младшему брату, и Рикон ударил Брана по руке. «Не называй меня глупым!» «Хватит!» — прорычал сир Родрик. «Ведите себя как маленькие лорды, которыми вы должны быть, а не как два идиота Фрея. Слушайте мейстера». «Он долго болел», — объяснил мейстер Лювин. «Теперь он с богами». «Мы никогда с ним не встречались», — сказал Бран печальным голосом. «Нет, действительно», — сказал мейстер Лювин. «Он был хорошим человеком и всеми любим. Теперь… есть и хорошие новости. Арья найдена, и они с Сансой находятся в Харренхолле с вашим отцом». «Дааааааа!» — обрадовался Рикон. «Арья!» «И Санса тоже?» — спросил Бран с улыбкой. «Да», — сказал им мейстер Лювин. «Их скоро обменяют на Джейме Ланнистера». «Да будут милостивы боги», — сказал сир Родрик. «Они в Харренхолле?» — Бран озадаченно спросил. «Что Арья там делала?» Рикон заговорил прежде, чем мейстер смог ответить на вопрос Брана. «Они возвращаются домой?» Мейстер Лювин кивнул. «Скоро они все будут дома. Что касается Арьи, я не знаю подробностей. Вот письмо вашей матери». Он протянул Брану маленький кусочек пергамента. «Прочти это вслух!» — Рикон громко попросил, и Бран подчинился. После того, как он закончил, они поговорили о том, когда они смогут вернуться домой, и о других вещах, и Лювин тоже немного поел. После этого сир Родрик и Рикон вышли во двор, чтобы потренироваться с мальчиками Фреев. Ходор нес Брана, когда они с мейстером Лювином отправились навестить нового управляющего Винтерфелла. Они просидели час и пересмотрели все запасы урожая и то, сколько вина, эля и дров у них было на складах. «Боюсь, зима будет долгой», — сказал мейстер Лювин после того, как они оставили управляющего и вышли во двор посмотреть, как тренируются остальные. Ходор усадил Брана на стул за маленьким столиком, стоявшим неподалеку, и мейстер Лювин сел рядом. Дети Рида тоже были здесь, тренировались во дворе с мальчиками Фреями и Риконом, используя оружие своего народа, сеть и трезубец, и не раз Бран смеялся, когда Мира ловила одного из мальчиков Фреев или Рикона в свою сеть, и они падали на землю. Мейстер Лювин посмотрел на детей Хауленда Рида и в очередной раз задался вопросом, зачем они на самом деле здесь. Они сказали, что пришли засвидетельствовать почтение своего отца и заверить Старков в его преданности в эти смутные времена. Но Хауленд Рид на протяжении многих лет мало общался со Старками, несмотря на то, что был близким соратником лорда Эддарда во время восстания Роберта. Северяне всегда с подозрением относились к кранногменам, несмотря на их клятвы верности. Кранногмены, конечно, отличались от высоких северян более низким ростом, и их часто презирали за то, как они сражались, используя яд и прячась в своих болотах, чтобы нанести внезапный удар. Перешеек был местом, куда путешественники боялись заходить, они считали, что их окружают змеи и львоящеры, а в болотах прятались кранногмены. Но, насколько знал мейстер Лювин, все это было ерундой. Жители Перешейка никогда не беспокоили путешественников и часто помогали тем, кто заболевал или чьи повозки ломались на дамбе через болота. За много лет он ни разу не слышал, чтобы они на самом деле на кого-нибудь нападали. «Хватит ли у нас еды на долгую зиму?» — спросил Бран, и мейстер Лювин очнулся от своих мыслей и улыбнулся. Хорошо, что он начал задавать такие вопросы. Когда-нибудь ему понадобится знать такие вещи, если он хочет хорошо служить своему отцу или брату. «Еды хватит на пятилетнюю зиму», — ответил мейстер Лювин. «Но этого может оказаться недостаточно, если зима продлится дольше». «Дольше, чем пять лет!» — недоверчиво сказал Бран. «Этого не может быть». «Это лето длилось более девяти лет, самое долгое на памяти живущих. Почему зима не может длиться пять лет или больше?» «Я не знаю», — ответил Бран слегка угрюмым голосом, который у него бывал, когда он не знал ответа на что-то. «Ты мейстер. Ты скажи мне, почему каждый сезон такой разный». Мейстер Лювин издал задумчивый звук, прежде чем заговорить: «Мой орден долго думал над этим вопросом. Многие простые люди, лорды и леди говорят, что такова воля богов, чтобы испытать нашу волю в трудную минуту. Один из моих братьев, который много лет изучал звезды, утверждал, что это связано с нашим положением на небесах. Он сказал, что и солнце, и мир движутся, и временами мы бываем ближе к солнцу, а иногда и дальше от него. Так что тепло, которое мы получаем, не всегда одинаковое. Отсюда лето и зима». «Звучит правильно», — сразу же согласился Бран. «Дни уже становятся короче, а солнце опускается ниже над горизонтом». «Умный парень», — сказал мейстер. «Это правда. Дни становятся короче, а солнце опускается все ниже. Скоро дневного света будет всего пять или шесть часов в сутки, а затем пойдут завывающие снега». «Хватит ли еды?» «У нас много зерна, пшеницы, овса и кукурузы. Соленой рыбы, говядины, свинины и баранины много бочонков. Также копченых колбас и ветчины. Много вина, эля и пива. Чего нам будет не хватать, так это свежих продуктов. У нас есть стеклянные сады, чтобы выращивать свежие овощи еще какое-то время, но когда наступят настоящие холода и солнце будет очень слабым, даже стеклянные сады ничего не смогут вырастить. Тогда овощи долго не сохранятся, как и фрукты. Поэтому мы должны замариновать как можно больше овощей, сохранить как можно больше фруктов. Для этого хороши глиняные горшки, но стеклянные банки лучше. Но нам не хватает стеклянных банок. Я пытался заказать еще в Белой гавани, но они говорят, что груз из Мира был утерян пиратами или штормом. Он так и не прибыл. А из-за войны на юге в эти дни на Королевском тракте небезопасно». «Мы должны сделать наши собственные стеклянные банки», — заявил Бран. Мейстер Лювин кивнул. «Я много раз говорил это твоему отцу. Нам следует нанять мастера-стеклодува из Мира, чтобы он обучал здесь нескольких мальчиков. Но Стекольные гильдии Мира очень строго хранят свои секреты и редко разрешают своим мастерам проходить службу за пределами Мира. В Королевской гавани есть мастер, который служит королевской семье, но он единственный, кого я знаю за пределами Вольных городов». «Это неправильно», — решительно сказал Бран. «Они должны поделиться секретом». «Многие мужчины согласились бы, но если бы ты знал, как сделать что-то особенное, и это сделало бы тебя богатым и могущественным, ты бы поделился секретом?» Бран надолго задумался над этим. «Нет. Кажется, я понимаю». «Хорошо. Теперь, что касается еды, свежих и консервированных фруктов и овощей не хватит на долгую зиму. В конце мы будем есть черствый хлеб и соленое мясо и, возможно, даже пить просто воду. Боюсь, животные тоже могут пропасть, если зима будет слишком долгой. Нам придется держать их всех внутри, и корм для них будет трудно достать». «А как насчет Лето и Лохматика?» — внезапно спросил Бран. «У нас найдется для них еда?» Два лютоволка были заперты в богороще после того, как Лохматик укусил одного из мальчиков Фреев, когда он ударил Рикона палкой во время игры. Вой лютоволков по ночам много дней нервировал весь замок, но теперь они, казалось, успокоились. «Я верю, что мы найдём», — ответил мейстер Лювин на вопрос Брана, но он знал, что зимой от лютоволков будут проблемы. Если зима продлится долго, а еды не хватит, они умрут с голоду и даже могут сами оказаться в котле. Он скажет Брану и Рикону освободить их до того, как это произойдет, и, он надеялся, лютоволки смогут самостоятельно выжить в дикой природе до конца зимы. В последнее время мейстер Лювин часто думал о лютоволках. Бран продолжал говорить, что они ему снятся, и Рикон сказал это по крайней мере один раз. У них обоих была неестественная привязанность к лютоволкам. Он задавался вопросом, были ли другие дети Старков также привязаны к своим питомцам. Призрак был с Джоном на Стене, а Серый Ветер был рядом с Роббом в Речных землях. Он слышал об ужасной вещи, которая произошла на Королевском тракте, когда лорд Эддард и его дочери путешествовали на юг. Нимерия укусила Джоффри, чтобы защитить Арью, а затем убежала, и лорд Эддард был вынужден убить Леди, чтобы успокоить королеву. Он знал, что такая защита детей не была чем-то необычным для собак, которые готовы умереть, защищая своего хозяина. Но лютоволки ведь не собаки, а дикие животные. Нимерия бросилась на помощь Арье, а Лето спас жизнь Брану от разбойника с кинжалом. Лохматик прыгнул на мальчика Фрея, как только тот ударил Рикона. Также нужно принять к сведению то, как Лето выл все то время, пока Бран был без сознания, и все они боялись, что он умрет. Пока он размышлял над этим, со двора донесся громкий вопль, и Мира снова поймала в свои сети одного из Фреев, Малого Уолдера. Когда она распутывала его, он поставил ей подножку, в гневе набросился на нее и собирался ударить кулаками, когда Бран закричал: «Прекрати это!» Сир Родрик схватил Малого Уолдера своими большими руками и оттащил его от Миры, которая мгновенно вскочила на ноги, выставив копье перед собой и впившись глазами в Фрея. «Если ты не можешь тренироваться, не разозлившись, тебе вообще не стоит тренироваться», — сказала она Малому Уолдеру. «Ты сжульничала!» — крикнул он в ответ. «Только трусы используют сети в драке!» Сир Родрик развернул его и пристально посмотрел. «Любой может использовать любое оружие в любое время, так что тебе лучше быть готовым ко всему, если хочешь жить. Ты понял, мальчик?» «Да», — сказал он смущенным тоном. «Она все еще жульничала». «Ладно, идите», — сказал сир Родрик. «Все вы. На сегодня достаточно. Вымойтесь, а после обеда у вас будут уроки с мейстером». «Я ненавижу изучать книги», — сказал Большой Уолдер, когда они уходили. «Это потому, что ты глупый», — пробормотал Бран себе под нос. Через тридцать минут после обеда мейстер Лювин собрал всех шестерых детей в своей башне, чтобы изучать с ними математику и убедиться, что они научились считать и всему остальному. Мира и Жойен сначала не принимали участия в этих ежедневных уроках, но, похоже, им было довольно скучно, и мейстер Лювин пригласил их присоединиться к занятиям. Он знал, что в Сероводном Дозоре, их плавучем доме на болотах, нет ни мейстера, ни септы. Они сказали, что их родители научили их всему, что они знали. Мира и ее брат были старше Брана, Рикона и Фреев, и мейстер Лювин вскоре понял, что они намного опережают остальных в математике, поэтому задавал им более сложные задачи для решения. Бран был ровесником Уолдеров, но тоже опережал их, и мейстер Лювин, покачав головой, поинтересовался, как они получают образование в Близнецах. Рикон быстро учился, и ему довольно скоро наскучило просто выполнять сложение и вычитание, поэтому мейстер теперь учил его еще и умножению и делению. В первый день, когда Риды присоединились к ним, Фреи разозлились, когда увидели Миру. «Девочки не учатся у мейстера», — сказал Большой Уолдер. «Они учатся у септы, музыке, шитью и другим глупостям, которые нужно знать женщинам». «Заткнись», — тут же сказал ему Бран. «Наши сестры учились и у мейстера Лювина, и у септы Мордейн». «Будь повежливее, Бран», — предостерег мейстер Лювин. «Не во всех домах все делается одинаково». Он повернулся к Уолдерам. «Мира — наша гостья, как и вы, и поскольку у нас сейчас нет септы, она будет учиться с нами». «Мне почти шестнадцать», — сказала Мира с явным гневом, поднимаясь из-за стола. «Я уже многое знаю. Мне не нужно учиться». «Сядь», — сказал ей мейстер Лювин. «Ты всегда можешь научиться большему». Она сделала, как он просил, и вскоре поняла, что знает не все. Ее младший брат поначалу мало что говорил, но мейстер Лювин вскоре понял, что у него острый ум и он быстро понимает многие вещи. После окончания уроков он отправил их играть или делать то, что они хотели, предупредив не драться. Бран взял книгу о звездах из коллекции мейстера Лювина и отправился читать. Чтобы лучше понять лето и зиму, сказал он, и мейстер Лювин усмехнулся и похлопал его по спине. У мейстера появилось немного свободного времени, и он решил заняться неприятной задачей, над которой размышлял с тех пор, как получил сообщение леди Кейтилин этим утром. Ему нужно было поговорить с одичалой Ошей. Он нашел ее на кухне, помогающей повару нарезать овощи. Лювин не знал, разумно ли было давать ей доступ к ножу или нет, но за эти последние несколько месяцев она доказала, что благодарна за то, что ее не убили, и хорошо служила, хотя и неохотно. Мейстеру Лювину предстояло принять решение, и как только он принял его, он должен был поговорить с ней наедине. «Оша, когда освободишься, приходи в мою башню», — сказал он одичалой. Час спустя она была в комнате у мейстера. «Что не так?» — спросила она сразу, прежде чем он успел что-либо сказать. «Сядь», — сказал Лювин, и она послушалась, с подозрением оглядываясь по сторонам. Она не доверяет ни мне, ни кому-либо еще здесь, подумал он. Что ж, в конце концов, она была одичалой, так что этого следовало ожидать. «Мне нужно поговорить с тобой о нескольких вещах», — сказал он. «Во-первых, лорд и леди Старк скоро вернутся в Винтерфелл». «Война закончилась?» — спросила Оша. «По крайней мере, для севера скоро закончится». Она фыркнула. «Не обманывай себя, старик. Война здесь еще даже не началась». Мейстер Лювин пристально посмотрел на нее. «Если ты имеешь в виду Иных …» «Да», — быстро сказала она. «И такие, как я. Они придут, чтобы убежать от голубоглазых. Вот почему я пришла на юг, ты это знаешь». «Сколько таких, как ты?» «Точно не знаю», — сказала ему Оша. «Думаю, десятки тысяч. Манс собирал весь свободный народ, но я и те, кого вы убили, решили отправиться на юг так далеко, как только могли». «Винтерфелл не так уж далеко на юге». Она пожала плечами. «Может быть, я еще не закончила убегать». «Может быть, ты пожалеешь, что не продолжила. Когда лорд и леди Старк вернутся, они спросят о тебе. Я уверен, что к настоящему времени Робб рассказал им, что произошло. Ты напала на их сына, мальчика-калеку. Они этого не забудут и не простят». «Ты собираешься снова заковать меня в цепи?» — спросила она, фыркнув. «Чтобы твои хозяева освежевали меня заживо?» «Нет, лорд Старк не сделал бы ничего подобного. Но он может быть достаточно зол, чтобы убить тебя. Это была бы быстрая смерть». «Зачем ты мне это рассказываешь? Ты дурак, старик. Ты меня отпустил, как думаешь, что Старк с тобой сделает?» «Я просто предупреждаю тебя о том, что может случиться. Однако, если ты захочешь уйти, никто тебя не остановит. Ты больше не пленник», — ответил мейстер. Оша задумалась над этим, и он мог видеть, что она пытается понять, нет ли какого-то подвоха в том, что он сказал. «Может быть, я останусь еще ненадолго», — наконец сказала она. «Здесь тепло, и у вас достаточно еды для еще одного рта». «Учитывая недавний урожай, да, это так. Так что будь по-твоему. Я предупредил тебя о том, что может случиться». «Да. Если это все …» «Нет, это ещё не все. Я хочу спросить тебя еще кое о чем», — быстро ответил Лювин. «О чем?» — спросила одичалая, подняв брови. «Расскажи мне все, что знаешь об Иных». Она сразу посерьёзнела. «Все, что я знаю, это то, что мой отец сказал мне, а его отец сказал ему». «Возможно, это больше, чем знаю я». Оша подняла брови. «Ты образованный человек и все такое, и ты спрашиваешь меня о вещах, о которых не знаешь. Разве это не забавно?» «Я готов учиться, если ты научишь меня». «Хорошо. Мой отец сказал, что первым делом нужно сжечь мертвых», — сказала она. «Когда усиливаются холодные ветры, это означает, что они приближаются. Так что сжигайте всех своих мертвецов. Животных тоже». «Почему сжигать?» «Я не спрашивала его, старик», — сказала она. «Я просто слушала. Тебе тоже следует. Сожгите своих мертвецов». «Когда усиливаются холодные ветры. Что это значит?» «Ты уверен, что ты образованный человек?» — спросила Оша с подозрением в глазах. «Это значит когда холодно. Зимой». «Но у нас были сотни зим, а Иных мы не видели тысячи лет. Большинство людей думают, что это миф». «Они не миф, старик. И их никто не видел, потому что они спали подо льдом и снегом далеко на севере. Старая мудрая женщина из нашей деревни сказала, что скоро наступит зима, не похожая ни на какую другую, зима настолько холодная, что Стена расколется надвое, и Иные уйдут на юг, как они делали в прошлом». «Стена была построена, чтобы остановить Иных». «Да, сначала. Конечно, вы оставили мой народ на другой стороне и забыли, что мы такие же мужчины, женщины и дети, как и вы. Вы называете нас одичалыми и думаете, что Стена была возведена, чтобы отгородиться от нас. Вы все ошибаетесь. Мы оказались в ловушке на другой стороне, и у нас нет шанса убежать. И тысячи лет вы удерживаете нас там, а Стена становится все выше». «Возможно», — сказал мейстер Лювин. Её слова имели смысл, но у неё не было доказательств. А ему нужны были доказательства, чтобы это стало реальностью для него. «Но, конечно, если Иные существуют и …» «Если? Старик, для вас, южан, это могут быть просто истории и мифы, но подумай вот о чем. У всех мифов есть какое-то начало, не так ли? Бран Строитель может быть мифом, но в далеком прошлом кто-то построил эту Стену. Ты веришь в него, ты знаешь, что Стена существует, тогда нетрудно понять, что кого-то нужно было держать по другую сторону этой Стены. Конечно, эти кто-то — Иные, не мой же народ, в конце концов». «Тогда как Иные перейдут Стену на этот раз?» Она пожала плечами. «Не знаю. Может, они и не перейдут. Но Манс это сделает». «Что ты имеешь в виду?» — обеспокоенно спросил он. Оша покачала головой. «Что я тебе говорила? Ты думаешь, свободный народ просто будет сидеть тихо и позволит Иным убить себя? Нет, они собираются идти на юг, либо над Стеной, либо под ней, через ворота». «Осталось только трое ворот». «Да», — сказала она. «Трое ворот. Каждый из моего народа знает это». «Когда они нападут?» «Чем скорее, тем лучше». «Ночной Дозор остановит их». «Они не помешали мне и тем, кого вы убили, взобраться на Стену. Их недостаточно». «Ночному Дозору сейчас не хватает людей. Они просят поддержки, но южные лорды присылают им только отбросов из своих тюрем, и даже этого недостаточно» — с сожалением сказал мейстер. «Ты мог бы сказать им, что за Мансом по пятам идут Иные, и они пришлют еще людей». Мейстер Лювин покачал головой. «Я сомневаюсь в этом. Они не верят в Иных». «Они должны поверить. Потому что они придут». «Может быть. Много месяцев назад один человек дезертировал из Ночного Дозора. Он бормотал о том, что видел Иных, вплоть до того момента, когда лорд Эддард отрубил ему голову. Но ему никто не поверил». «Они должны были». «Возможно. Итак, что еще ты можешь рассказать о них?» «Мой отец говорил, что давным-давно черные вороны знали, как их убивать». «Как?» «С огнем. Они боятся огня». «Приятно это знать. Огонь всегда враг льда и холода» — кивнул мейстер Лювин. «Да. Он также сказал, что были истории о том, что у черных воронов были особые мечи, копья и кинжалы. Они могли убивать Иных». «Что особенного было в этом оружии?» «Точно не знаю. Вроде бы лезвие». «Это интересно. Мне нужно провести дополнительные исследования по этому поводу. Я думаю, это все, о чем нам нужно было поговорить». Но вместо того, чтобы уйти, она снова заговорила. «Мне нужно спросить тебя кое о чем», — сказала Оша к его удивлению. «Маленькому лорду снятся все новые волчьи сны, не так ли?» Мейстер Лювин пристально посмотрел на нее и кивнул. «Он сказал тебе?» «Весь замок слышит, когда он просыпается с криком». Мейстер Лювин вздохнул. «Да. Он говорит, что во сне он бывает волком. Точнее, его лютоволком». «Варг», — сказала она в благоговейном страхе. Мейстер Лювин не был удивлен. Он тоже думал об этом, но все еще считал это всего лишь мифом. «Нет, это чушь, варги… нет, этого не может быть. Это просто сон». «Почему этого не может быть, старик? Варг, меняющий облик. Вот кто он такой». «Никому ничего не говори об этом», — быстро сказал мейстер Лювин. «Они бы не поняли. Они бы боялись его». «Я ничего не скажу», — ответила Оша и вскоре вернулась к своей работе, оставив мейстера Лювина со множеством тем для размышлений. Проблема с армией одичалых Манса и пришествием Иных заключалась в том, что те, у кого есть власть что-то с ними сделать, не поверят, пока не станет слишком поздно. Что касается варгов, это было кое-что еще, над чем ему нужно было провести дополнительные исследования. Но внезапно у него не осталось на это времени. Следующие несколько дней были наполнены плохими новостями и бесконечной активностью. Незаконнорожденный сын Русе Болтона Рамси Сноу похитил овдовевшую леди Хорнвуд по дороге домой с праздника урожая и заставил ее выйти за него замуж и завещать ему замок и земли. Теперь она была пленницей в Дредфорте. Мандерли из Белой гавани сочли это оскорблением для своей семьи, поскольку леди Хорнвуд была Мандерли по рождению, кузиной лорда Белой гавани. Они захватили замок Хорнвуд и земли раньше, чем это удалось бастарду, и теперь между Дредфортом и Белой гаванью шла небольшая гражданская война. Сир Родрик считал своим долгом отправиться с большим отрядом людей, чтобы положить конец безумию и заставить Рамси Сноу освободить леди Хорнвуд и вернуть все на круги своя. Мейстер Лювин неохотно согласился с ним, а затем пожелал, чтобы лорд Эддард и армия северян поспешили домой как можно быстрее. Вскоре после этого пришло известие о набеге железных людей на Каменный берег. Местные лорды говорили, что это были просто обычные рейды, но у мейстера Лювина было плохое предчувствие. Он отправил воронов и в Риверран, и к Близнецам с новостями о беспорядках на севере и попросил их передать его сообщение Старкам со всей возможной поспешностью. Учитывая все это, а также его обязанности мейстера, а теперь и кастеляна после ухода сира Родрика, прошло несколько дней, прежде чем мейстер Лювин понял, что в замке происходит что-то еще. Первым признаком неприятностей стало то, что шестеро охранников насильно затащили другого охранника по имени Элбелли в баню, потому что он долгое время не мылся. Когда Элбелли спросили об этом, он крикнул, что мальчик Рид сказал, что он утонет, если подойдет близко к воде. Поздно вечером мейстер Лювин спросил Брана, что происходит. «Мне сказали, что Жойен видит вещие зелёные сны», — начал Бран. «Он сказал, что они всегда сбываются. В одном из своих снов он увидел Винтерфелл, покрытый водой, что море пришло и затопило замок. Многие люди утонули». «Это всего лишь сон», — сказал мейстер Лювин. «Теперь Элбелли неправильно понял и испугался». Они долго говорили о том, что такое зелёные сны, о магии, детях леса и других подобных историях. Наконец они добрались до снов Брана о лютоволке. «Жойен назвал меня варгом», — сказал ему Бран. Снова это слово. «Ты знаешь, что это значит?» — спросил мейстер. «Это значит, что я могу войти внутрь Лета и стать его частью». Мейстер Лювин кивнул. «Так и есть, согласно легендам. Ты можешь это сделать?» Ему нужна была правда об этом. «Думаю да. Возможно. Я не знаю. Мои сны кажутся такими реальными. Но потом… Потом происходит кое-что ещё». «Ещё? Что ещё происходит в твоих снах?» — спросил мейстер. Затем Бран сменил тему разговора. «Цареубийца все еще пленник Робба?» «Да… Но я не уверен. Возможно, обмен уже состоялся. А теперь о твоих снах. Ты…» Но Бран перебил его: «И мы не можем вернуть Арью, Сансу и отца, не обменяв на них Цареубийцу?» «Нет». «Другого пути нет?» «Боюсь, что нет», — сказал ему мейстер Лювин. «Бран, какое отношение Джейме Ланнистер имеет к твоим снам?» Мальчик колебался, и Лювин понял, что он напуган. «Ну же, скажи мне. Ты можешь доверять мне. Я помог тебе родиться и заботился о тебе всю твою жизнь. К сожалению, я не смог вылечить твою сломанную спину. Думаю, никакая сила в мире не сможет этого сделать». «Жойен говорит, что я полечу, когда откроется мой третий глаз». Он чем это он? «Твой третий глаз?» «Во снах всегда есть трехглазый ворон. Он летит ко мне, и иногда клюет меня в голову. Жойен сказал, что ворон пытается заставить меня видеть моим третьим глазом, видеть весь мир моим сердцем, а не только глазами». «Возможно, это так», — сказал мейстер. «Если бы все люди видели больше, чем было у них перед глазами, они могли бы увидеть гораздо больше о мире». «Нет», — сказал Бран, разозлившись. «Это не то. Он имеет в виду, что у меня будет особая сила. Как и у него». Мейстер Лювин вздохнул. «Я объяснил тебе все, что я знаю о магии, о том, как я когда-то изучал ее в Цитадели. Возможно, эти зелёные сны- разновидность магии. Но, может быть, это просто сон Жойена. Моря находятся далеко от Винтерфелла, Бран. Как они могут затопить замок и его жителей?» Бран кивнул. «Я знаю. Именно так я ему и сказал. Море не может подойти к Винтерфеллу». «Что ж, я рад, что мы все уладили». «Я не закончил». «О?» Мальчик на мгновение замолчал, и мейстер Лювин терпеливо ждал, когда он заговорит снова. «В моих снах… Я всегда падаю». «Так вот почему ты просыпаешься, дрожа и крича?» Он выглядел пристыженным и пробормотал тихим голосом: «Да». «Ты вспоминаешь, как ты упал с башни замка, вот и все. Это пройдет со временем». «Я не упал! Я никогда не падал!» — сказал Бран со злостью. «Бран, нет ничего постыдного в том, чтобы сказать, что ты упал. Это случилось, и мы ничего не можем с этим поделать». «Да, ты прав», — ответил он, и его трясло, мейстер Лювин положил руки ему на плечи и почувствовал страх мальчика. Затем Бран обеспокоенно прошептал: «Сейчас уже слишком поздно. Я должен был сказать раньше. Они собираются отпустить его. Может быть, они уже освободили его». «Кого?» «Цареубийцу». Мейстер Лювин был сбит с толку. «Что?..» И тогда он понял. В конце концов, леди Кейтилин была права. Лювин обнял его за плечи и заглянул глубоко в глаза. «Скажи мне, Бран. Тебя столкнули с той башни?» Из глаз Брана потекли слезы, и он кивнул. «Да», — выдохнул он. «В моих снах мужчина с золотыми волосами сталкивает меня с башни. Почти каждую ночь». «Только во снах?» Это все ещё ни о чем не говорило. «Нет… Теперь я вспомнил. Теперь у меня открылся третий глаз. Немного. В тот день, когда пришел Клей и рассказал о письме Станниса. Я вспомнил, я знал это уже тогда. Он столкнул меня, потому что я их увидел. Я увидел, как они делали то, что делают мужчины и женщины». Это было больше двух недель назад. Почему он так долго ждал? Он был напуган. «Ты уверен?» «Да». «Кого ты видел?» «Я видел королеву и ее брата, сира Джейме. Они были… как женатые мужчина и женщина». Мейстер Лювин почувствовал, как его сердце забилось быстрее, и сделал несколько глубоких вдохов. «И что произошло потом?» Теперь Бран всхлипывал, и его слова вырывались между вздохами. «Цареубийца… Он… толкнул меня… из окна. И почти каждую ночь он делает это снова». Затем он разразился рыданиями, и мейстер Лювин крепко обнял его и успокоил, а позже дал ему сонное вино и попросил Ходора отнести его в постель. Глубокой ночью Лювин сидел в своей башне и размышлял, что делать. Он понял, что пока ничего не может сделать, не ставя под угрозу свободу Сансы, Арьи и лорда Эддарда. Цареубийца выйдет на свободу. Вероятно, он уже вышел, если обмен был завершен. Мейстер Лювин не был очень благочестивым человеком, но он молился, чтобы какой-нибудь меч вскоре сразил Джейме Ланнистера. И чтобы боги отправили его в какой-нибудь ад, где его каждую ночь сбрасывали с башни, чтобы он ломал ноги и спину и лежал в агонии. Мейстер знал, что у него должна быть запись того, что сказал Бран. Он написал длинный отчет об их разговоре, а затем туго свернул пергамент, запечатал его черным воском, написал снаружи имя лорда Эддарда и положил его среди своих важных бумаг. На следующее утро Бран проснулся и сказал, что ему вообще ничего не снилось. Сначала мейстер Лювин подумал, что он солгал, но потом понял, что это не так. Он не слышал криков ночью, и охранники мальчика сказали, что он не издал ни звука за всю ночь. Впервые за несколько дней почувствовав себя хорошо, мейстер Лювин отправился на лежбище и увидел там ворона с сообщением. Он сидел на насесте, которым почти не пользовались. Это был ворон из Рва Кейлин. Дрожащими пальцами мейстер Лювин развязал свиток и открыл послание. Под атакой. Железные люди. Пришлите помощь! Вот и все, написано торопливым почерком, чернила растеклись пятнами, будто не было времени дать им высохнуть. Ров Кейлин под ударом. Ужасные новости. Железные люди сделали свой выбор. Они решили вступить в войну и нанесли удар по самой стратегически важной точке на всем севере. Если Ров Кейлин падет, армии северян придется пробиваться домой с боем. Мейстер Лювин снова написал сообщения Старкам и отправил воронов в Риверран и к Близнецам. Теперь, что делать. Сир Родрик все еще отсутствовал, и он понятия не имел, где он и чем занимается. Ров Кейлин находился на северной части Перешейка. Это были земли лорда Хауленда Рида. Но никакие вороны их не нашли бы. Ни один мейстер не служил в Сероводье. Тем не менее, у них были двое кранногменов. Он позвал детей Рида в свою башню. «Как скоро вы будете готовы отправиться домой?» «Мы не можем вернуться домой», — сказал Жойен серьёзным тоном. «Мы должны остаться здесь с Браном, пока он не будет готов полететь». Его сестра гневно посмотрела на него. «Не говори об этом. Он все равно нам не поверит». «Бран рассказал мне кое-что об этом», — сказал им Лювин. «Но сейчас у нас нет на это времени. Железные люди атакуют Ров Кейлин. Возможно, он уже пал». «Это ужасные новости», — ахнула Мира. «Вы хотите, чтобы мы пошли к нашему отцу и попросили его о помощи?» «Да». «В этом нет необходимости», — сказала она. «Наш отец скоро узнает, возможно, уже знает. Мы не используем воронов, но водные пути наших земель помогают нам двигаться быстро. Возможно, он уже собирает силы, чтобы отправиться ко Рву Кейлин». «Хватит ли у него людей, чтобы вернуть крепость обратно?» «Нет», — сказал ее брат. «Он не стал бы нападать. Ров Кейлин очень силен. Мы потеряли бы слишком много наших людей». «Это прискорбно», — ответил мейстер. Он знал, что кранногмены не будут сражаться в открытом бою. Они наверняка проиграли бы железным людям в любом серьезном сражении. «Лорд Робб Старк и его войско окажутся в ловушке на юге, если не смогут вернуть Ров Кейлин. Неужели ваш отец ничего не может сделать?» Мира улыбнулась. «Он может перекрыть им поставки и преследовать их. Железные люди не увидят наших людей, но будут знать, что мы там. Лорд Старк и его люди смогут напасть на них, когда они будут слабы». «Я это уже видел», — сказал Жойен. «Три башни в грязи, из них вылетает множество стрел. Но черепаха выбралась из болота, подошла к двери одной башни и выбила ее головой. Вскоре рухнули и другие башни». «Зелёные сны?» — спросил его мейстер Лювин. «Да», — ответил мальчик. «Ни одна черепаха не сможет выбить дверь башни». «Иногда сны не такие, какими кажутся», — объяснила Мира. «Как сон о том, что Винтерфелл утонул в море?» Теперь мальчик пристально смотрел на мейстера Лювина. «Винтерфелл утонет в море. Но теперь я думаю, что сон не такой, каким я увидел его впервые. Теперь я думаю, что волк вернется в Винтерфелл. Когда волк выступит против моря, море отступит и вернется туда, откуда пришло». «Что это значит?» — спросил Лювин расстроенно. «Кто такой волк? Лорд Эддард? Его сын?» «Может быть. А может и нет», — сказала Мира. Мейстер Лювин разочарованно вздохнул. «Хорошо. Спасибо за ваш совет». Они ушли от него, и мейстер долго думал над тем, что они сказали. Черепаха поднимется, волк вернется, море отступит. От всего этого у него разболелась голова. Ему нужен был совет, разъяснение того, что происходит и что должно было произойти дальше. Он знал только одного человека в Семи Королевствах, который мог дать ему совет. Долгое время он тщательно составлял свое послание. Когда оно было готово, он привязал его к ворону для Черного замка и отправил. Возможно, мейстер Эймон знает больше об этих зеленых снах и что они на самом деле значат. Лювин добавил также предупреждения Оши о Мансе Налетчике, одичалых и Иных. Он только надеялся, что еще не слишком поздно.