Семейный переполох

      На улице уже стемнело, когда я добрался до дома. Признаться, я особо и не торопился. Мне надо было проветрить голову, развеять мысли, что блуждали в ней. День, что мы провели с Хенджин вместе, несколько облегчил все те эмоции, которые мы испытывали. Но избавить нас от них, вероятно, ничто не в силах.       Я вошел в квартиру, разулся и прошел в гостиную. Дома было, на удивление, тихо. А затем я заметил темную макушку головы своей жены, что расположилась на кресле. Подойдя ближе, передо мной предстала такая картина: Ли Ноу сидела на кресле, склонив голову к плечу, а на руках у нее мирно спала Енбок, прижавшись к маминой груди.       Не знаю, что мной движило в тот момент, но, опустившись на корточки перед ними, я еще некоторое время молча наблюдал за своей маленькой семьей, которая находилась в шаге от разрушения. Моя рука потянулась к Ли Ноу и убрала прядь длинных волос, что опадала на ее лицо. Забавно, что только в такие моменты между нами не возникало ссор.       «Вы когда-нибудь питали чувства друг к другу? Если не она, то..?» - эхом отдались в голове слова Хенджин.       Если и питал, то какая теперь разница? Это было слишком давно, чтобы хоть какие-то чувства могли сохраниться с тех пор. Я всегда понимал, что Ли Ноу не испытывает ко мне того, что можно назвать любовью. А с годами нашего брака все стало только хуже. Может, в глубине души я и верил, что все может быть иначе, но одна ссора накладывалась на другую. Те стали накапливаться, расти и становиться хуже предыдущих.       Когда оказалось, что моя жена беременна, я полагал, что это может стать нашим новым началом. Тем, в котором мы все же сумеем быть нормальной семьей. Но был ли в том толк, если нет любви и привязанности, свойственных парам, которые долгое время находятся в браке?       Я взял осторожно дочь на руки и шагнул к ее комнате. Уложив малышку в постель, коротко коснулся губами ее лба и вышел из детской, прикрыв за собой дверь.       Ли Ноу продолжала спокойно спать, не заметившая ни моего возвращения, ни исчезновения из ее объятий дочери. Невольно в голове возникла мысль о том, насколько же она сильно устала прошлой ночью, раз теперь столь крепко спит. Но разве я имел право быть недовольным этой ситуацией? Хранят верность тому человеку, к которому испытывают либо сильное чувство, либо уважение. Но Ли Ноу не питала ко мне ни того, ни другого.       Мы были слишком разными, но в начале пути построения семьи это не так бросалось в глаза, как сейчас. Многие говорят, что я не склонен к тому, чтобы говорить о своих мыслях, выражать прямо то, о чем думаю. Наверное, я могу согласиться с этим. Мне никогда не казалось это чем-то важным, требующим огласки. Все же куда проще жить, скрывая то, что таится внутри.       Ли Ноу же совсем другая. За годы, что мы провели бок о бок, я могу рассказать о ней все, что только возможно, поскольку свои размышления она не скрывает. Она прямолинейна и тверда характером. Единственное, что она предпочитает прятать – это свои слабости. Я помню все те разы, когда проходил среди ночи мимо гостиной, а она стояла на балконе, держась дрожащими пальцами за голову. Видел таблетки в столешнице на кухне, которые она принимала от мигреней. Мне не было нужды говорить ей об этом, поскольку Ли Ноу не доверяет мне настолько, чтобы открыть свою слабую сторону.       Но, признаю, что и сам не без греха. Ведь свои размышления могу поведать мало кому. И, к величайшему сожалению, жена в этот круг не входит. Я разговариваю со своим адвокатом по разводам лишь потому, что знаю – он нейтральное лицо, которое выслушает все, забудет и не примет в свою жизнь, как что-то важное. Могу поговорить, ничего не скрывая, с Хенджин, потому что мы похожи, и я чувствовал это уже давно, едва ли не с первой встречи, когда Джисон представил нас друг другу.       С Ли Ноу же мы встретились в то время, когда подрабатывали в одном месте. Оба были одиноки, но в душе понимали, что в одиночку жить гораздо тяжелее. Поэтому как-то стали общаться. И поначалу даже казалось, что у нас может что-то сложиться. Она была сильна духом, красива и уверенна в себе. Я совру, если скажу, что мое сердце тогда не дрогнуло. Может, простая симпатия, но она была.       Вскоре все привело к нашему браку. Я познакомил Ли Ноу с семьей, объявил своей будущей женой. Но встречи где-то в нейтральном месте это совершенно не тоже самое, что совместный быт. Тогда легкие перебранки, которые могли возникнуть в период наших отношений, стали перерастать в полноценные ссоры. Интервалы между ними сокращались, а время, что мы находились в них, все больше увеличивалось.       Я опустил взгляд на обручальное кольцо на пальце девушки. Ее маленькие ручки, которые я держал в своих руках в день нашей свадьбы. Я был неимоверным глупцом. Мои пальцы коснулись ладони Ли Ноу, огладили запястье, заползая под рукав ее кардигана. Она даже не переоделась с тех пор, как вернулась от Джисона.       - Сынмин? Что ты делаешь? – послышался голос над головой. Я поднял взгляд и увидел, что Ли Ноу проснулась.       - Ничего, - коротко бросил я в ответ, выпуская ее руку из своей. – Не спи здесь.       - А где же мне спать? – усмехнувшись, спросила девушка. – Нам уже давно пора было поставить в гостиной кровать, если учесть, как часто в последнее время мы спим раздельно.       Она поднялась на ноги, стянула с волос резинку, распуская их, и те заструились по ее плечам. Ли Ноу зевнула, прошла к комнате Енбок и, убедившись, что дочка спит, тихонько прикрыла дверь. Жена скинула кардиган с себя, отбросив его на спинку дивана, оставшись в своем летнем легком платье, и взглянула на меня, пока я продолжал стоять на том же месте, что и прежде.       - Чего застыл? Ты какой-то странный сегодня, - недоверчиво обогнула она меня глазами. – Иди спать. Я схожу в душ и разложу диван в гостиной. Не хочу тесниться с тобой в спальне.       Оставшись в гостиной в одиночестве, я коснулся пальцами ее кардигана, который все еще сохранял тепло девушки. Кажется, будто целая вечность прошла с тех пор, как она в последний раз наряжалась для наших встреч. Прошло много лет, но помню, как сердце дрогнуло, когда в первый раз увидел ее не в рабочей одежде. Ли Ноу действительно красивая девушка, и пусть у нас не сошлись характеры, я был ее мужем.       Я сжал в ладонях кардиган жены, приблизил к лицу и вдохнул его запах. Не знаю, чего я ожидал. Какая разница, если и без того знаю, где и с кем она была прошлой ночью? Но почему-то аромат одеколона брата, исходящий от одежды Ли Ноу, ударил по самолюбию. Окруженная его запахом, она чувствовала себя в безопасности? Испытала удовольствие, которое не ощущала в нашей постели?       Из ванной комнаты послышался звук воды, стекающей на кафельный пол, пока жена принимала душ. Я шагнул к двери в комнату и прислушался. Когда в один момент до уха дошел вздох Ли Ноу, я поджал губы и повернул ручку. Дверь чуть приоткрылась.       Что я делаю? Это выглядит жалко. Обыкновенное собственничество от осознания того, что моя жена была в объятиях другого мужчины. Я говорил, что мне плевать, когда Ли Ноу пыталась вывести меня на эмоции. Может, так и есть. Так и есть, но…       Я прошел в ванную, прикрыв за собой дверь. Девушка стояла под душем, подставив лицо под струи воды. Мой взгляд скользнул по изгибам ее оголенного тела. Нежная светлая кожа, тонкие руки, красивые ноги. Без единого изъяна. Мы длительное время не были близки, от того я и забыл, что она и правда красива.       - Что ты здесь забыл? – спросила Ли Ноу недовольно, когда наконец обнаружила мое присутствие.       Я просто стоял, там же у выхода из комнаты, не решившись сразу пройти дальше. Хотя и сам не мог дать себе ответ на вопрос, зачем это делал. Шагнув ближе к девушке, я смог лишь тяжело выдохнуть и посмотреть в ее глаза. В них не было страха, скорее, негодование и раздражение, столь свойственные Ли Ноу, когда она смотрела на меня.       - Ты же понимаешь, как это выглядит сейчас? – не сводя с меня глаз, спросила девушка. – Я провела ночь с кем-то другим. И этот кто-то твой брат. Тебе должно быть противно смотреть на мое тело теперь.       - Это ведь то, чего ты так хотела от меня добиться, - протянув к ней руку и коснувшись щеки, проговорил я. – Эмоции. Ты же по этой причине никогда меня не любила?       - Будто ты когда-то испытывал ко мне симпатию, - почему-то тише парировала Ли Ноу. Капли воды стекали по ее лицу, касались губ, скользили ниже по шее, ключицам и терялись на ее теле. Моя же одежда липла к телу, неприятно садилась на кожу, но это казалось чем-то далеким и не столь важным.       - Конечно, я ведь кусок льда, - прошептал я и, будто повинуясь зову своего тела, прижал ее к стенке и поцеловал.       Ее губы были влажные и первое мгновение неподвижные. Но уже спустя пару секунд я ощутил, как Ли Ноу подалась вперед, отвечая на поцелуй, как ее руки легли мне на плечи, а мои собственные, словно чем-то ведомые, коснулись ее оголенной кожи, стиснув пальцами изгибы талии. А после скользнули выше, опускаясь на вздымавшуюся грудь. Голос девушки, который прозвучал с тихим стоном, сорвал голову с моих плеч бесповоротно.       - Так хочешь поиметь распутную жену? – отстранившись от меня, спросила Ли Ноу, пока ее рука проложила дорожку вниз и не накрыла бугорок в районе ширинки. – Давай. В последний раз сделай так, чтобы я хоть на долю секунды почувствовала, что потратила годы своей жизни на тебя не напрасно.       Она была горячей. Такой, какой я ее не помнил никогда. Жена тянулась ко мне, стягивала мокрую одежду, которая падала со шлепком на пол, а спустя каких-то пару минут ванная наполнилась другими звуками. Стоны Ли Ноу, ее тело в моих руках. Казалось, что никогда прежде между нами не было чего-то подобного.       Она хваталась за меня своими руками столь цепко, словно выискивая во мне, в человеке, который был ей ненавистен, опору, чтобы зацепиться и не провалиться, не исчезнуть. Я прижался губами к ее шее, вдыхая запах Ли Ноу. И что-то во мне удовлетворенно щелкнуло, когда я почувствовал лишь привычный за годы аромат ее кожи, вперемешку с гелем для душа, которым она всегда пользовалась.       Девушка запустила пальцы в мои влажные волосы и чуть стянула их, не больно, но довольно ощутимо. От этого жеста я отстранился от ее шеи. Ли Ноу прижала меня к себе, выдыхая прямо в ухо, заставляя мурашки бегать по телу. А после, намеренно громче, простонала то, чем поставила между нами точку:       - Джисон!..