Паутина и лавандово-черничный чай.

             Реймонд стоял у стеклянных дверей отеля Гранд-Париж и всеми силами старался согреть ладони. Парень не любил зимой носить ни варежки, ни перчатки, поэтому сейчас пальцы от обморожения спасало лишь собственное дыхание.              Первая неделя декабря удивляла парижан двумя сантиметрами снежного покрова. На улице стоял минус один градус, из-за чего почти всё было покрыто инеем, а на дорогах появился небольшой гололёд. Горожане восхищались таким редкими природными явлениями, поэтому большинство, не смотря на нехарактерный для Франции холод, гуляли по красивым улочками, наслаждаясь волшебной атмосферой. В этот год обещали более холодную зиму, чем обычно — вместо привычной средней температуры в плюс четыре градуса по Цельсию прогнозировали нулевой показатель.              После дня рождения Агреста время пролетело как-то незаметно. Концерт, на котором Реймонд должен был отвечать за звуковую аппаратуру, и где должны были выступать Kitty Section, отменили или вообще перенесли на неопределённый срок из-за какого-то форс мажора. Но факт оставался фактом, и Лука рад этому не был. Куффен тогда зарекнулся, что с Бобом Ротом больше никогда дел иметь не будет, но что-то подсказывало, что шоу-бизнес их всё таки столкнёт. Самому звукорежиссёру было плевать. Жалко конечно, что мероприятие сорвалось, но пятьюстами евро больше — пятьюстами меньше. Его материальное благополучие от этого не сильно пострадает. Всё же стабильный заработок и финансовая «подушка» — это замечательно.              Дверь прокрутилась, сопровождаясь характерным звуком, и оповещая парня о вышедшем человеке. Килиан обернулся, встречаясь взглядом с хмурой Буржуа. Реймонд улыбнулся, осознавая, что все его старания происходят не зря.       — Я всё ещё не понимаю, как согласилась на это.       — Тебе напомнить? Ты не смогла устоять перед моим обоян-.       — Да-да! Заткнись. У меня отличная память, — закатила глаза девушка. Хлоя была в шоке от самой себя: согласиться на свидание с Реймондом — целых два часа в компании этого нелепого звукаря! — было последним, что она хотела бы сделать в выходной. Как так вышло? Всему виной алкоголь. Буржуа же знала, что под градусом начинает трескаться её маска уверенности, и девушка становится более мягкой, но всё равно решила, что от пары коктейлей на вечеринке Адриана ничего не будет, но апероль сыграл не последнюю роль для организации этого свидания. Хлоя мысленно пообещала себе больше никогда не пить, уже заранее зная, что это ложь, — Пошли уже.       — О, тебе так не терпится?! — Килиан весь светился. В самом начале ухаживаний за девушкой парень даже не рассчитывал на нормальный диалог, а сейчас пара идёт на свидание. Свидание, чёрт побери! Настоящее чудо. Реймонд даже согласится, если это будет его Рождественским подарком от Санты.       — Ни чуть. Это всё нелепо, но я свои слова сдерживаю. Иначе моя репутация пострадает.              Итак, миссия под названием «Заставь Хлою искренне улыбнуться, или свидание по-Реймондски» начинается. Буржуа бы дала этому всему другое имя — лаконичное «Абсурд».              По их «договору» девушка обязывалась соглашаться на все предложения Килиана — в рамках приличия, конечно же —, а Реймод должен был ровно через два часа и ни секундой позже доставить Хлою обратно в её апартаменты. Буржуа пыталась сбить количество времени до часу или хотя бы полутора, но парень был непреклонен. Похоже, уже тогда у него был какой-то план.       

      ***

             — Долго ещё? Мне холодно, — на самом деле, нисколько. Но серьёзно? Они всё время будут просто…идти?! Не царское Нелепое это дело — ходить пешком. И Килиану совсем необязательно знать, что Хлоя обожает гулять. Просто мэрской дочке не характерно питать слабость к пешим прогулкам по обычным улочкам Парижа, поэтому Буржуа никогда не выходит на улицу без надобности. Это попросту непозволительно для представителя высшего класса населения.       — Нет, мы почти пришли. От туда закажу такси. Дать тебе свою куртку?       — Не нужна мне твоя дурацкая куртка, — Буржуа закатила глаза, всем своим видом показывая недовольство, про себя отмечая, что без неё этот придурок попросту превратится в сосульку. Ледяную фигуру почти двухметрового парня Хлоя тащить не планировала.              Килиан раздражал. Бесил до кончиков её великолепных блондинистых волос своей адекватностью и непредвзятым отношением к девушке, что было увесистым плюсом в пользу Реймонда, и это раздражало ещё больше. Как правило, Хлоя либо сразу отвергала потенциальных ухажеров, и те сдавали свои позиции, либо использовала до поры до времени. Килиан же стал исключением. Парень никак не отлипал от Буржуа, сколько бы ужасных слов она не сказала и как бы отвратительно к нему не относилась, и это сильно выбивалось из устоявшегося поведения кавалеров Хлои.              Реймонд не обманул. Буквально через пару минут пара стояла перед входом в сад Тюильри. Здесь уже начали открываться Рождественские лавочки с пряниками, яблоками в карамели и прочей праздничной атрибутикой. Огромное количество света и гирлянд на деревьях и торговых домиках завораживало, заставляло думать, что ты попал в настоящую сказку, а под ногами хрустел снега, лаская слух и делая атмосферу ещё волшебнее. Колесо обозрения вдали подсвечивалось прожекторами, превращая аттракцион в уличное украшение. Вокруг суетились люди, словно муравьи, нашедшие полезные материалы для лабиринтов муравейника. Улица жила и приглашала в свои Рождественские объятия любого желающего почувствовать праздничное настроение.              Губы Буржуа, намазанные малиновым блеском, приоткрылись в немом удивлении. Серо-голубые глаза блестели от восхищения, пока девушка рассматривала сию волшебную картину. Килиан же любовался другим прекрасным зрелищем в жёлтой куртке, стоящим по левую руку от него.              Хлоя, завороженная цветными лампочками гирлянд, шагнула вперёд, желая окунуться в эту атмосферу приближающегося Рождества, но её тёплые черные ботильоны на среднем каблуке подвели девушку в своей устойчивости. В следующую секунду Буржуа понимала, что через пару мгновений её шикарная причёска испортится, дублёнка замарается на пару с черными джинсами, а вечер закончится, не успев начаться. Вся жизнь начала проноситься перед глазами, но паника резко спала, когда Хлоя поняла, что поцелуй с землёй всё таки не состоится. На талии и плече Буржуа поместились мужские руки, крепко удерживающие девушку от свободного падения и спасающие причёску от снега.              Реймон её поймал.              Только осознав это, Хлоя смогла резко выдохнуть, сгоняя панику окончательно, и встать на ноги более устойчиво.       — Порядок?       — Да.       — Может будешь держаться за меня? — Килиан, как настоящий джентльмен, согнул левую руку в локте, предлагая надёжную опору.       — Ни в жизни, — её голос был пропитан раздражением. Она — самостоятельная девушка! Ей никто для поддержки не нужен. Но глубоко в душе Буржуа понимала, что будь на месте Реймонда кто-нибудь другой — кто угодно! —, то девушка бы согласилась на предложение. Хлоя, балансируя на скользкой дорожке, двинулась в сторону ближайшего торгового домика, а Килиан поспешил за ней, дабы убедиться, что её голова и она сама останется невредимой. Но спустя ещё парочку несовершившихся падений, Буржуа всё же приняла предложенную в очередной раз Реймондом опору.       

      ***

             — То есть… ты хочешь сказать… — Килиан пытался переварить только что сказанную девушкой информацию, — что божьи коровки могу убирать за собой еду? — в голове появилась картинка, как красный жучок в черную крапинку сидит за обеденным столом, держа в своих верхних лапках столовые приборы, а в тарелке осталось пара маленьких тлей. Яркое насекомое, отодвинув стул, берет керамическое блюдце и скидывает остатки в дымящуюся кастрюлю, что стоит на плите. Вся эта сцена в голове Реймонда изображается как какой-то детский плохо нарисованных мультик, и парень всеми силами старается сдержать хохот, который вырывается из недр горла.       — Именно, — подтвердила Хлоя, отпивая свой какао. Кофе на ночь пить не хотелось, а согреться стоило бы.       — А самый агрессивный вид паукообразных называется «паук-банан»? — продолжая давиться смехом, спросил Реймонд. Теперь в голове возник банан с восемью лапками.       — Странствующий банановый паук, — поправила Буржуа, после чего по улице всё же разносится звонкий смех, привлекая внимание окружающих. Килиану плевать, что на него посмотрят косо, плевать, что могу посчитать психом или идиотом. Реймонду хотелось смеяться, просто улыбаться каждому встречному и чуть ли не бегать по цветочному лугу, как какая-нибудь героиня из сопливых мелодрам. Килиан гоготал, местами срываясь на истерический смех, положив правую руку на сердце. Парень так согнулся в спине назад, что, казалось, вот-вот и она сломается.       — Ой-ха-ха.. Убила просто, ха-а, — Реймонд выпрямился, вытирая взмокшие глаза. Парень продолжал улыбаться так сильно, что у самой Хлои уголки губ расплывались по щекам, пока тот всё повторял что-то про божьих коровок, бананов и пауков.              К паре подъехало такси. Прошло около половины свидания, за которые Буржуа лишь раз пожалела о своём решении — когда только вышла из отеля. Но всё это время девушка упорно делала вид, что хочет поскорее вернуться в свои апартаменты.              С Килианом было легко. Парень относился к девушке уважительно и с симпатией не потому, что у её папочки огромный кошелёк, а потому что действительно так чувствовал, не смотря на все её капризы. А для Хлои это многое значит. Так де, девушка начала подмечать некоторые мелочь в его мимике и поведении. Например, глаза Реймонда блестели, когда тот говорил о том, что ему нравится. Если быть точнее, то о физике или математике — да-да, Килиан оказался тем ещё заучкой! Казалось бы, как технарь смог найти себе в музыкальной профессии?       — Мой папа любит играть на гитаре, а мама — петь. Они не занимаются этим профессионально, но в нашем дома всегда звучала музыка, — рассказывал парень, держа в руках горячий киш в ожидании, пока пирог подостынет, — Так что у меня с самого детства есть чувство ритма и музыкальный слух. Сведение звука у меня получается не плохо, поэтому пока зарабатываю на этом. Отвращения не вызывает и ладно.       — То есть у тебя нет целей на жизнь?       — Почему же? Есть. Хочу не о чём не сожалеть, когда буду лежать на смертном одре, — такой ответ удивил блондинку. Реймонд казался поверхностным парнем, у которого жизнь состоит лишь из удовольствий, но «желание умереть без сожалений» — это глубоко. Настолько, что на миг Хлоя сама загрузилась от вновь возникших философских мыслей в голове, но во время опомнилась, чтобы не оставлять гнетущую тишину.       — Какой позитивный настрой.              

      ***

             Таксист остановился у достаточно известного для Парижа клуба. Хлоя проезжала мимо него пару раз, но желанием посетить это место не горела. Неоновая вывеска «Duc Lombards» и приятная мелодия саксофона зазывала гостей в уютное музыкальное пространство, где можно было отлично расслабиться.       — Не понимаю джаз, — проворчала Буржуа, входя в помещение. Пару сразу окружила ритмичная непринуждённая музыка, полностью окутывая их своей спокойной и искренней атмосферой.       — Не понимаешь джаз?       — Не-а.       — А неважно понимаешь ты или нет. Важно то, что чувствуешь, когда слышишь его, — пара сдала верхнюю одежду в гардероб, и милая стройная брюнетка — хостес — провела их к ранее забронированному Килианом столику, — Вот что важно.              Рядом материализовался молоденький официант с блокнотом и ручкой в руках.       — О, месье Реймонд. Давно не заходили к нам, рады вас снова здесь видеть. Вам как обычно?       — Здравствуй, Артур. Нет, сегодня обойдусь бокалом красного.       — А ваша спутница?       — Хлоя, будешь что-нибудь? — поинтересовался Килиан, — Могу посоветовать отличное белое вино.       — Не пью вино. Скажи этому нелепому официанту, чтобы принёс Проссеко, — колкость далась Буржуа странно тяжело. Было неприятно её произносить, не смотря на то, что раньше девушка использовала это слово чаще остальных оскорблений и грубостей.       — Тогда бокал красного и бокал Проссеко. И шоколадное ассорти, — Килиану даже не нужно было открывать меню, чтобы выбирать. Ему нравилось это место, да и владелец — его давний знакомый, так что Реймонд был здесь завсегдатай. Артур повторил заказ и, пожелав хорошего отдыха, удалился в сторону бара.               Пространство заполонила очередная песня, распространяя по помещению очередную дозу чувств и эмоций. Ещё при входе в нос моментально ударил слабый, но от этого не менее пьянящий аромат дерева, смесь дорогих женских и мужских духов и чего-то ещё. Чего-то терпкого, но не вызывающего неприязнь, наоборот. Пахло джазом. Как сексом, только джазом. Хотелось раствориться в этой какофонии звуков рояля, трубы, контрабаса и барабанов. Пропустить каждую ноту через себя, наслаждаясь гармонией этой неординарной и страстной мелодией.              На правом краю сцены высокая женщина лет сорока сексуально, но без пошлого подтекста, обхватывала стойку с прямоугольным микрофоном и исполняла очередную песню, посылая волны от своих бёдер к плечам. Её стройное тело обтягивало длинное чёрное плате с квадратным вырезом, а на рельефных ключицах рассыпалось жемчужное ожерелье. Женский глубокий голос, казалось, доставал до самых мелких фибр души, заставляя отключить разум и полностью отдаться джазу.              — Я пытаюсь понять слова песни или мелодию, или хоть что нибудь. Но мне кажется это всё глупее с каждой секундой, — похоже Буржуа не разделяла того удовольствия, что испытывал Реймонд. По её мнению, здесь было слишком много людей, слишком душно, слишком… не так, как она привыкла. Если открыть её плейлист, то можно было встретить каких-то рэп-исполнителей и исполнительниц и попсу. Ни джаз, ни другие жанры девушка не слушала.              Появился официант с подносом, ставя перед парой два напитка и тарелку с красиво разложенным шоколадом. Артур пожелал отличного вечера и исчез, сливаясь с остальными работниками клуба.       — Не нужно понимать, Хлоя. Эта музыка не пытается тебя унести куда-то, а наоборот, пытается отыскать себя, суть самой себя.              Суть самой себя?              Буржуа перевела взгляд на музыкантов, которые с искренностью наслаждались своим же исполнением. За роялем сидел мужчина в недорогом, но приличном, на взгляд Хлои, смокинге, и перебирал своими быстро бегающими пальцами белые и черные клавиши. Наблюдая за пианистом, язык не поворачивался сказать, что тот просто играет на большом инструменте. Нет, точно не играет. Мужчина слушает, слышит гармонию звуков и вливается в неё. Импровизирует, наполняя своё тело музыкой, становясь этой самой музыкой.              Блондинка прикрыла глаза, прекращая попытки понять ритмичную мелодию. Может, стоит прислушаться к Реймонду и попробовать почувствовать джаз?              Суть самой себя.              Хлоя последние пару лет, чувствует странное давящее чувство в груди. Складывалось ощущение, что внутри не было ничего и абсолютно всё одновременно. Казалось, что хрупкое тело девушки не выдержит давления этой переполненной пустоты и просто лопнет, разрывая на части кожу, кости, лёгкие и сердце. Это чувство иногда чуть затухало, потом снова возвращалось, зачастую с удвоенной силой, но было всегда, вне зависимо от того, что Буржуа делает: насмехается над очередными не исключительными, на её взгляд, людьми, лежит на массажном столе, расслабляясь под несколькими парами рук мастеров или же умирает от собственных мыслей, растёкшись на своей огромной кровати и всматриваясь в пустоту опущенных век, прикрытых ночной маской.              Кто она?              Что из себя представляет Хлоя Буржуа?              На этот вопрос есть несколько ответов, но девушка не уверена, что все они верны.              Может, Хлоя Буржуа — это ребёнок с золотой ложкой, красавица с удивительно большим количеством поклонников с её-то характером, но вечно вешающаяся на своего лучшего друга Агреста и медийная личность со звёздной болезнью?              Может, Хлоя Буржуа — студентка колледжа Дюпон, стерва, считающая себя королевой этого места, хотя, по факту, многим было плевать на неё с высокой колокольни, в чём девушка была уверена?              Или Хлоя Буржуа — это девушка, которая ни в чём и ни в ком не нуждается, постоянно перечащая всем и вся, пишущая свои собственные правила с помощью мягкотелого отца, который всего лишь любит свою дочь?              Всё и ничего из этого.       

      ***

             За окном машины холодная улица. Нет ни снега, ни дождя, но и без этого зимний Париж по прежнему прекрасен. Почему они уехали из того клуба так рано? Ах да, ограничение во времени. Вот уже показался особняк Агрестов, значит они почти приехали к отелю. Проезжая по мосту, Буржуа рассматривала вечерний, уже ночной пейзаж. Никогда не замерзающая на зиму Сена неслась куда-то вдаль, но не дойдя до горизонта, сворачивала слево.              Таксист остановился, оповещая пассажиров о прибытии к месту назначения. Реймонд моментально выскочил и, обойдя машину сзади, галантно открыл дверцу, помогая девушка аккуратно выйти. Такси уезжает, чуть буксуя задними колёсами. Видимо парень расплатился заранее. Хлоя этого даже не заметила.              Снова это давящее чувство. Оно уже настолько осточертело, что Буржуа пару раз задумывалась вспороть себе грудь, лишь бы стало легче. Но до суицида дело не дошло. Да и вряд ли дойдёт.              Гранд-Париж восхищал своей помпезностью. Каждое окно, каждый балкон были подсвечены, от чего казалось, что стены отеля сделаны из золота. Самый верхний этаж с открытой террасой — там, где жила Буржуа — тоже представлял собой маяк. Великолепные апартаменты с дорогой отделкой — мечта любого среднестатистического человека. Но не Хлои. Прожив в этих огромных комнатах восемнадцать лет, это место так и не стало ей домом. Да, она ночевала здесь, имела огромную гардеробную и личный бассейн, но не чувствовала здесь как дома. Есть ли у неё дом в принципе? Если и есть, то точно не этот чёртов отель.              — Вы доставлены в ваш замок, — Реймонд, широко улыбаясь, чуть наклонился, как дворецкий, и, выпрямившись, посмотрел прямо в серо-голубые глаза. Буржуа лишь невесело и чуть надменно усмехнулась.       — Сегодня было не так уж нелепо, — чёрт, да сегодня было не просто не нелепо. Было хорошо, даже очень! Буржуа оценивающе посмотрела на Килиана, замечая его горящие глаза и что-то решая у себя в голове. Снова хмыкнула и, развернувшись на пятках, двинулась в сторону входа.       — Даже не поцелуешь на прощание? — в голосе слышалась весёлость, плохо прикрытая наигранным разочарованием.       — И не мечтай, — не оборачиваясь, ответила блондинка.        — Тогда можно я позвоню тебе?! — но этот вопрос остался витать в холодном воздухе, хотя Реймонд уверен, что Хлоя его услышала.       

      ***

             Первым делом душ, а затем всё остальное.              Горячая вода всегда расслабляет, приятно обжигая кожу, поэтому Буржуа в ванной проводит добрый час. Выйдя в комнату в халате и влеча за собой клубы пара, девушка приводит волосы в порядок, нанося какие-то уходовые средства, а после налепляет под глаза вечерние патчи. Скоро Жан-Как-Его-Там должен принести ужин прямо в номер, поэтому Хлоя падает на диван, включая на плазме какой-то сериал, который девушка даже не смотрит, но ей нужно, чтобы на фоне что-то звучало, и открывает на телефоне свой аккаунт соцсети. Цифра подписчиков немного увеличилась, как и количество лайков под последней публикацией.              К слову о постах. Нужно что-то выложить.              Весь вечер Буржуа архивировала всё, что считала хоть чуточку красивым. У неё сложилось такое правило: «Фоткай всё, не нужное удалишь!», поэтому в галереи девушки было около двух сотен изображений, где была красивая улица, красивая она, снова красивая улица на фоне стаканчика из кофейни, ещё пару десятков фоток из джазового клуба: музыканты, барная стойка, люди, изящная кисть её самой с бокалом игристого, снова музыканты.              Девушка листала фотографии, попутно удаляя неудачные кадры и добавляя в «Избранное» особенно хорошие.              Её рука замерла на очередном изображении из клуба. Буржуа не знала, что делать с этой фотографией. С одной стороны, кадр хорошо передавал атмосферу того места и эстетику джаза, с другой, на ней был изображён Килиан. Палец дёрнулся в низ экрана, но Хлоя, ещё позалипая на фотографию, решая, что же всё таки с ней делать, листнула дальше. Ничего она не будет делать. Кадр слишком хорош, чтобы отправиться в корзину, но из-за Реймонда в избранный альбом не попадал. Хотя, возможно, причина была в другом.              В дверь постучались. Буржуа прогнала дворецкого в своей манере после того, как тот всё расставил на стол перед ней, и приступила к приёму пищи. Хоть время и перевалило за девять вечера, девушка смело отмела мысль «Не есть после шести», потому что одним Проссеко и шоколадом не наешься.              Обычно в это время у Буржуа проходит видеоконференция с месье Агрестом Младшим — по правде же, друзья просто созванивались и обсуждали прошедший день, последние сплетни и новости —, и как правило, первым всегда звонит Адриан, но похоже, что сегодня Габриэль не давал продыху своему сыну, и блондин уже спал без задних ног. Хлоя слишком хорошо знала своего друга, чтобы быть уверенной, что всё было именно так.               На самом деле, все эти публичные обнимашки и поцелуйчики по отношению к Агресту были наигранными. Хлоя никак не могла представить себе Адриана в роли своего парня, тем более уж мужа. Они с блондином росли с самого детства вместе и стали друг для друга семьёй. О Буржуа и Агресте можно сказать, что они абсолютно разные, но и сходства всё равно есть. Уже не говоря о их внешности, оба из богатой семьи, мамы ушли ещё в детстве, поэтому Хлоя и Адриан держались друг за друга чуть ли не как за последнюю соломинку. Они помогли друг другу пережить горечь утраты и навсегда связали себя узами крепкой дружбы.              Хлоя любила Адриана. Искренне любила и была убеждена, что дружба — самая честная любовь. Поэтому к её восемнадцатилетию в её жизненном опыте хранился лишь один единственный опыт отношений, которые не протянулись дольше полугода. Тот парень, имя которого девушка уже не помнит, оказался мелочным и жадным мудаком, который достаточно долго смог скрывать свои истинные намерения, не смотря на врождённую способность Буржуа легко читать людей.              Реймонд отличался на фоне остальных, только чем, Хлоя понять пока не могла. С таким она ещё не сталкивалась. Словно помимо простой открытости и нескрываемой симпатии было что-то ещё. Что-то будоражащее, освежающее. Что-то неизведанное.              Последним перед тем, как провалиться в сон, была мысль, искренняя вера в то, что время расставит всё по местам, и что Килиан не доставит слишком много хлопот.