Вселенная - это мы

Самые страшные преступления всегда совершаются при свете дня, за закрытыми дверями внешне благополучных жилищ. По крайней мере, так считал Гарри, сидя на одной из крыш однотипных, словно картонных, домишек, наблюдая очередную сцену через распахнутое окно дома напротив. Такая банальность - вернувшийся в полдень муж, с амбре дешевых духов и виски, набросился с кулаками на беременную жену, что прождала его целых три дня. Тонкий тюль тихонько гладил разномастные цветы на подоконнике, а на заднем плане пьяный мужик наказывал женщину за испортившуюся фигуру. - Эй, ты правда уверен? - Пирс Полкиннс, та еще крыса по жизни, опасливо вытянул и без того тощую и длинную шею, лишая себя даже намека на подбородок. Гарри поморщился, ощутив неприятный запах из чужого рта и кислящее отвращение, но и выгнать его из банды тоже не мог, слишком уж полезен был сын председательницы совета домохозяек в плане слухов и сплетен. - Ну, я просто к тому... Это же преступление? - Разве месть за маму нашего друга можно назвать преступлением? - Полные восхищения глаза пай-мальчика, чьи родители и выясняли сейчас отношения, немного смирили главаря с реальностью. Как-никак, а этот домашний зайчик не побоялся прогулять школу и найти его, чтобы попросить помощи, таких наивных должников было грех не принять под свое крыло. - И в любом случае ты подельник, Пирс. Если нас повяжут, то и тебя тоже. Только представь, как будет опозорена твоя дорогая мамочка, сколько слухов будет про нее ходить не только по Литтл Уингингу, но и по всему графству. Как она сможет жить с таким позором? - Я не трус! - Голос Пирса дал петуха, он же сам опасливо огляделся. К счастью, время было подобрано правильно, мужчины были на работе, а женщины... Будь тут кто-то рядом из любопытных, крыса был бы первым, кто бы узнал про гуляющего мужа-пьяньчугу. - Я просто... ну, мы же дети? А он взрослый... - Он уставший, не спавший несколько суток, с плохим зрением и пропитыми мозгами. - Гарри понизил голос, стараясь сделать его чуть грубее и опаснее, как у главного злодея в одном из фильмов, что он мельком видел по телевизору. - Мы быстрые, незаметные и на нас никто не подумает. Вот ты бы решил, что Томми, отличник и просто послушный мальчик, придет посреди учебного дня и сожжет свой дом? - И как я сюда попал... - нервно дернув щекой, Пирс посмотрел прямо на яркое солнце, прищурившись на цветные пятна в глазах. Если бы не Дадли, с чего-то ставший на цыпочках ходить перед очкариком, стал бы он так прогибаться под этого замухрыша? - Гарри? Все чисто, миссис Вильямс ушла на рынок! - Бойко прижав ладонь к лохматому виску, отрапортовал скрывающийся до этого в соседних кустах мальчишка, широко улыбаясь во все свои двенадцать зубов. Получив в ответ одобрительный кивок, он расцвел еще больше, надув щуплую грудь колесом от осознания своей важности. - Начнем. - Под восторженные вдохи глава просто упал с крыши головой вниз, успев в самый последний момент сделать кувырок и встать на ноги - пусть эти навыки он получил, убегая от Дадли и его прихлебателей, но сейчас они неплохо ему помогали. - Том, дверь. Тони, Сэм, на вас задний выход, Джон, твой чердак. Пирс, доверяю тебе старушку Афродиту. Весь план был заучен лучше, чем домашнее задание у строгой математички, каждый знал свою роль и честно старался - кто ради одобрения, чтобы быть среди крутых, на которых даже старшаки не лезут, а кто-то в благодарность за помощь. В тощем пацане с огромными из-за очков глазами было сложно распознать зачинщика, особенно когда он оправдывался сам или вытаскивал других, да и учителя больше верили в то, что его кузен Дадли колотит и издевается над более слабыми, в любом конфликте становясь на сторону очевидных жертв. Признаться даже самому себе, что сердце колотиться и дыхание перехватывает, было глупо, хотя даже старшие говорили, странно ухмыляясь, что первый раз всегда страшно. Вот только они могли проявить слабину в своей компании, Гарри же на это и не надеялся, по первой он даже прятал синяки и ссадины от побоев за длинными рукавами и застегнутыми воротниками, сейчас же майка гордо демонстрировала их даже в холодные дни. Уверенного в себе лидера так легко не сдадут. - Мама, мамочка, пошли быстрее, там такое! - Том послушно затарабанил в дверь, отыгрывая свое. Распахнувшая дверь женщина, заплаканная и с наливающимся синяком на скуле, бережно поддерживала тяжелый живот одной рукой, другой автоматически гладя сына по голове. Гарри поморщился, затыкая дрожащего, испуганного мальчишку в голове, которым раньше был, волной чистой ярости. Кем бы он вырос, продолжи быть такой нюней? Спился бы, так же бил покорную мужу женщину, ненавидел весь мир и презирал себя за ничтожность? Все сомнения и жалость исчезли вместе с испугом на лице мамы Тома. - Прям в школе, представляешь? Я так испугался, что побежал домой, а вдруг меня теперь исключат? - Проклятые кошки! - Старушка Афродита, в своем преклонном возрасте питавшая глубокую любовь к тяжелому макияжу и духам, отчего все местные так ее и называли, выскочила на центральную улицу, как всегда, при полном параде - в бархатном тяжелом платье и кокетливой шапочке на голове. - Ирма, милая, тут не пробегала стая этих ведьмовских тварей? О, Том, что-то ты рано вернулся. - Дамы, что-то случилось? - Миссис Вильямс, по которой вполне можно было сверять часы, недоуменно застыла с бумажным пакетом в руках, из которого жизнерадостно торчал настоящий французский багет. Идти до своего дома ей было еще минут десять, да и находился он по другой стороне, но она никогда не проходила мимо розовых кустов, растущих только здесь, чтобы поднять себе настроение. - Что за собрание? - Эти шерстяные отродья ада не дали мне лечь на дневной сон! - Старушка ударила кулачком по бедру, вставая в эффектную позу. - А я ведь только дослушала Шопена, ах, что за гений! Вы слышали его творения? - Том, милый? - Опуститься на корточки ей не позволил огромный живот, но она все же наклонилась поближе, внимательно заглядывая в глаза сына. - В школе это... кто-то туалет взорвал. Я испугался и убежал, а сейчас история, а ты же знаешь, какой учитель строгий, а если я... - Ирма, думаю, тебе стоит пойти с сыном. - Афродита чопорно поджала тонкие губы, щедро разукрашенные красной помадой. Как ярая блюстительница всех внешних приличий, она даже и мысли не могла допустить, что сына ее соседки прозовут хулиганом, прогуливающим школу. - Мистер Дуглас же еще не вернулся с командировки? - К сожалению, я его еще не видела. - Ирма нервно рассмеялась, прикладывая ладонь к горящей скуле. - Иначе бы я точно не полезла сама на верхнюю полку и не уронила бы на себя кастрюлю. - Понимаю, беременность любую грациозную леди превращает в неловкого ребенка, - поддакнула Вильямс, умиленно улыбнувшись. Все вопросы и подозрения, что только имели место быть, разбились об смущенную улыбку уважаемой миссис Дуглас. Уважаемым был еще ее отец, да и дед, владелец небольшой швейной фабрики, зарекомендовали себя как благородные джентльмены, знавшие и про честь, и про приличия. Разве может быть в такой семье что-то иначе? - Но как жаль, что вашему мужу приходится так надолго отлучаться из дома, он же может так пропустить и рождение второго ребенка! Когда он обычно возвращается, успеет ли? - Обычно он... сюрпризом. Каждый раз неожиданно, да... - Ирма невольно стиснула плечико сына, бросив нервный взгляд на дверь. Там, на супружеском ложе, развалился ее муж, храпя на всю спальню. - Ну знаете же, как бывает? Поезда по-разному ходят, из разных мест, бывает, и ночью возвращается. Любимая работа стоит того. - О, как романтично! Напоминает роман одного молодого писателя, как же... Дорн? Дрейк? - Афродита прижала руки к груди, патетично вздохнув. - Ах, молодость! Ну, не будем вас задерживать, а то так не перед одним учителем объясняться придется. Идите-идите! - Да, конечно. Приятно было с вами поболтать, до свидания! Том, попрощайся. - Ребенок прошептал что-то вежливо-прощальное, растеряв весь боевой настрой, только напоследок бросил странный взгляд на дом. Гарри тяжело вздохнул - сейчас была его очередь. По сути, это был его экзамен на то, может ли он быть, а не казаться. Главарь банды, вокруг которого собралась столь разношерстная компания, держащий свое слово и отвечающий за свои действия, или же жертва, смешно оскалившая молочные клыки на врагов? Перелезть через оконную раму было легко, он даже не помял ни единого цветочка, а дальше и идти недалеко, вперед по лестнице и направо - типичная проблема типовых домов, вор всегда знает, где что находится. Или же, в его случае, мститель. Робин гуд? Тот вроде как раз воровал. Захватить что-то на память? Лишние следы. Нельзя отвлекаться. Двуспальная кровать с веселеньким, в яркий цветочек бельем, резко контрастировала с грязным мужиком на ней. Гарри поморщился от резкого запаха - эта пьянь еще и обмочилась. Надел перчатки. Достал из кармана зажигалку. Все или ничего. Об его странностях сначала начали говорить родственники, сам Гарри ничего такого и не замечал за собой. После же очередного наказания, казалось бы, ни за что, он начал проговаривать про себя все, что происходило вокруг. Лопнула лампочка, когда он злился - наказание. Скачок напряжения? Сильным порывом сквозняка от резко распахнувшейся входной двери снесло напольную вазу в коридоре - наказание. Дадличек подскользнулся и упал - наказание. В первое время все казалось лишь придирками взрывающихся на ровном месте дядюшки и тетушки. Но дальше становилось интереснее. Сменившие цвет волосы вредной училки, отросшие за ночь его собственные, вспыхнувшие салфетки в урне. Тетя тогда назвала его отродьем и что он весь в мать - впервые Гарри услышал что-то о маме кроме того, что она наркоманка. Но раз это наследственное, что мешает такому же "отродству" проявиться у других родственников? Например, раз уж с тетей не вылезло... с Дадли. Маленький поросеночек ведь тоже заслужил наказания. По-началу было непросто, чтобы вызвать что-то невероятное, нужны были нужные эмоции в нужное время, часто даже мысли роли не играли. Сколько раз он пыжился, искренне ненавидя огромный колючий свитер и желая ему сгореть? Проклятая вещь даже не полысела, зато занавески поменяли цвет. Нет, чтобы подставить Дадлика, нужно было быть умнее и не полагаться лишь на свой странный дар и переменчивые, мало контролируемые чувства. Слишком непредсказуемый результат. Он зашел с другой стороны. Ножи, что обычно как декор висели на специальных крючках над разделочным столом, теперь крепились лишь на тоненькую леску, что так легко было перерезать одним движением перочинного ножичка. Привычная истерика Дадлички за завтраком и вот они летят вниз, едва не втыкаясь острейшими лезвиями в тонкие руки тети Петуньи, что спокойно резала салат. Сам Гарри в тот момент с волнением, легко читаемом на испуганном лице - он действительно боялся, что прозрачно-невидимую леску заметят, первым бросился на помощь, собирая опасные железки. Наказали в этот раз опять его и довольно сильно, спина горела полосами от ремня еще неделю и спал он только на животе... Но начало было положено, тетушка стала нервно вздрагивать при очередных истериках сына. Первый раз она действительно могла списать на племянника, но как объяснить издерганной женщине, почему перегорел свет в прихожей от отказа ее сынули одеть другие кроссовки? Типичная домохозяйка-англичанка и думать не могла, что с этим как-то связан щиток, находящийся в чулане, где Гарри и был заперт на неделю. Картины на стене с подрезанными ниточками подозрительно падали именно тогда, когда недовольный свинюшка топал по лестнице вниз, ворча из-за необходимости идти в школу, да орал так, что штукатурка в чулане ссыпалась на кровать. Впрочем, иногда получалось подгадить и способностями, последний, самый удачливый раз был всего пару месяцев назад, когда Гарри случайно услышал, как дядя Вернон отчитывает на кухне сынулю за свой порванный пиджак, нужный именно сегодня на совещании. Он как раз с самого субботнего утра находился в саду, уничтожая сорняки, и дядя, вернувшийся, чтобы переодеться, его не заметил. Как свалить на племянника пиджак, сгоревший за секунду до пепла, когда этого самого племянника даже дома нет, а сын вот стоит, прячет за спиной ножницы, которыми и кромсал несчастную одежду. Зачем и почему, было уже не важно, главное, что сам факт ненормальности еще и Дадлика прочно засел в крошечных мозгах родственничков. Это была главная победа над детскими страхами. Обожать Гарри они не стали, но трудотерапия теперь включала и облизываемого раньше со всех сторон кузена. Рассказывать, что же произошло между ними и четой Поттеров никто не собирался, но этот животный страх, что сквозил в каждом неловком движении и взгляде, будоражил. Даже его способности стали работать более четко и оформлено, а если надо было подставить Дадличку, то и довольно быстро. Как же грело то, что вместо очередной новой игрушки Дурсль-младший отмывал дом жопой кверху, постоянно ноя от усталости и боли в мышцах, неприспособленных к таким движениям! А если добросердечная мамочка устраивала выходной, то "Дадличка" тут же на радостях сносил посуду или срывал краны. Дядя еще в три года, когда впервые впихнул тряпку в руки Гарри, заявил, что именно труд и голод выбьет из него все ненормальное, а если не поможет, он добавит ремнем. Горькое лекарство не могло быть сладким для другого. Тогда наступила вторая часть плана. Подойти к заламывающей руки Петунье, что сама была на грани нервного срыва, и тихонько рассказать, что он, именно он и никто больше, может успокоить эти странности, что ему от этого больно, но один раз уже получилось... Тогда тетушка и выплюнула заветное "магический выброс", полными надежды глазами глядя на племянника, которого даже умудрилась обнять. Надрессировать их оказалось так же легко, как и бульдогов тетушки Мардж, даже схема была похожая - если Гарри был сытый и отдохнувший, у него были силы "поглотить" такой болючий выброс кузена. Если же нет, то привет очередная взорванная вещь вместе с истерикой всего семейства Дурслей. У него появилась еда, одежда и спокойствие, а так же подопытный раб, на котором можно было оттачивать свою магию и который защищал его в школе. Втемяшить братцу простую истину, что побоями за пределами дома он не улучшит свою жизнь, оказалось несколько сложнее, но со временем логическая цепочка "бью Поттера - дома заставляют работать и не дают еды" смогла просочиться новой извилиной в свином мозгу. - Люди такие лживые существа, знаешь? - Облокотившись на тумбочку, Гарри защелкал зажигалкой, внимательно вглядываясь в мутные глаза едва проснувшегося мистера Дугласа. - Одни из-за малейших подозрений начинают бояться и ненавидеть собственного ребенка, которого едва ли не в жопу целовали за каждый пук, другие мстят родным за собственные грехи. Что нужно совершить такое, за что родной сын захочет сжечь живьем? - Пацан, что ты здесь делаешь... Ты сын ее любовника, да? - Прохрипел мужчина, вытягивая дрожащую руку в сторону явно причудившегося мальчика. - Или я допился уже так? - Клялся ей в любви, обещал на руках носить, а сам предал. - Словно и не слыша пьяных возмущений, Поттер галантно протянул пачку сигарет, намекающе щелкнув зажигалкой рядом с собственным лицом. Огонек жизнерадостно отразился в линзах очков, уже не так весело заплясав на дне черных зрачков, но пьянчуга этого даже не заметил, потянувшись к предлагаемому куреву. - Как можно доверять кому-то, если в любой момент тебя могут предать? От страха, ради выпивки или денег, просто ради развлечения... Скажи мне, существуют ли в этом мире хоть кто-то, кому можно доверять? - Пить! - Воскликнул мистер Дуглас, вслед за сигаретами выхватывая и открытую бутылку с дешевым виски, что так же любезно передал ему мальчик. - Я тоже думаю, что нет. Скажу по секрету, я даже своей банде никогда не доверюсь. - Протянул так задумчиво, словно только размышлял об этом, хотя принял такое, единственно верное решение намного раньше. Еще с тех пор, как понял, что никакая кровная связь не позволит тете его полюбить, наглядно, на примере собственного сына показавшей, чего стоят человеческие отношения - рано или поздно отвернуться все из-за малейшей ерунды. - Ты думаешь, они нужны здесь и сейчас? О нет, спирт я бы разлил и сам, и выходы бы закрыл. Да живых кошек было бы найти легче, чем научить Пирса правдоподобно мяукать! К слову, у него так и не получилось, совсем бесталанный... Но только так они будут молчать, ведь все боятся наказаний. - Черт! - Бутылка выпала из нетвердой руки, выплеснув содержимое на полураскрытую грудь, покатилась по мягкому ковру. Заросший кадык пару раз дернулся, словно его обладатель все еще хлебал свое пойло, а заплывшие глазки, наконец, сфокусировались на странном посетителе. - Ты вообще кто? - Да никто, в общем. Еще сигаретку? - Дружелюбно улыбнувшись, Гарри вновь протянул пачку, бросив быстрый взгляд на часы. Почти три. Затлевшая сигарета, минуя протянутую руку, упала на кровать. Вспыхнуло быстро и жарко, его ребята хорошо постарались, успев за такое короткое время облить практически всю мебель в спальне. Чистейший медицинский спирт, что так любезно предоставила малышка Люси, единственная девчонка в их компании и дочка заведующего моргом, горел красивым синим огнем, постепенно переходя в обычный, пожирая комнату. Женатый на работе патологоанатом даже не заметил пропажи нескольких бочонков, а жаждущая его внимания дочурка успешно взрывала туалеты, наводя суматоху в школе и создавая им прикрытие. Считала ли она, что за такое внимание это приемлемая цена? Женщины странные даже в таком возрасте. Мистер Дуглас горел тоже быстро, но совсем некрасиво, что-то булькая обожженной глоткой и царапая себе грудь - сам виноват, что так неудачно пролил вискарь. Оплавившаяся синтетика впаивалась в плоть, воняющую жжеными волосами, смотреть на это было мерзко, но такую цену Гарри назначил себе сам. Как говорил местный церковник, это его крест и нести его он должен до конца, а после он ответит и перед Богом, и перед Сатаной на последнем суде, и, как настоящий мужчина, будет нести ответ за свои действия. Он стоял до тех пор, пока языки пламени вплотную не подошли к ботинкам, едва ли не облизывая их, после чего зажмурился и очень-очень сильно захотел оказаться в безопасности, иначе, без этого страха, ничего бы не получилось. На миг даже мелькнула предательская мысль остаться здесь и сгореть вместе с этим его первым трупом, но разве может великий главарь маленькой банды так позорно умереть, да еще и вместе с этой пародией на человека? - Первым? Я говорю, как серийный маньяк! - Выкашливая гарь из легких, он засмеялся, оказавшись на привычной крыше гаража. Сюда он попал случайно, убегая от Дадлика, и с тех пор это место стало на вершину списка самых безопасных. Конечно, был и запасной план - вылезти через чердачное окно, но так он мог оставить какие-то следы, а проверять, уничтожит их огонь или нет, было страшно. Так безопаснее... И до школы недалеко и совершенно с другой стороны, чем если бы он бежал на своих двоих от дома. - С какого количества становятся великими? Подошел он ровно в три, о чем пробили школьные часы на небольшой башенке, застав настоящее представление. Малышку Люси отчитывал отец, даже не снявший свой фартук и нарукавники, суровый и весь седой, зато сама девочка сияла, как солнышко - ее папа пришел сюда ради нее! Даже директор, видя эту картину, лишь понимающе нахмурил брови, уже и не мечтая разогнать детей со школьного двора по классам. Тут собралась и вся его банда, что, заметив появление своего предводителя, потихоньку, за спинами других, подкрались к нему, неверяще заглядывая в лицо. Согласно плану, они убежали раньше, стоило только Гарри пробраться в дом, поэтому и не видели всего происходящего. Кивнув в ответ побледневшим ребятам, он огляделся вокруг, невольно присвистнув про себя - девчонка-то огонь, одним жалким унитазом не ограничилась, и теперь из всех уборных на улицу текли настоящие ручьи, даже со второго этажа капало! И это зрелище было куда приятнее, чем жаркое из мистера Дугласа, всплывающее в памяти. - Поттер, эй! Вот ты где! - Под негодующими взглядами учителей Дурсль-младший схватил кузена за предплечье, на что сам Гарри, как и положено, выдал вскрик, хоть и не почувствовал боли, привлекая к себе еще больше внимания. Дрессировка никогда не должна прекращаться, так что пусть видят, что его все так же обижают и что он все это время находился в школе. Время будет уже неважно, если бобби начнут опрашивать всех взрослых подряд, то его лицо вспомнят наравне с другими учениками. - Дело есть! Извиняющееся улыбнувшись своим подопечным и напоследок успокаивающе махнув классной, что все нормально и помощь не нужна, Гарри послушно поплелся за кузеном до ближайшего поворота, смаргивая накатившие от гари слезы. Впрочем, стоило им войти в пустой коридор, как ситуация изменилась, рука была вырвана из захвата, а сам мальчик уселся на подоконник, чтобы не быть ниже своего родственничка. - Поттер, это... не говори родителям! Это все я! - Трясущийся Дурсль, то еще зрелище, надолго убирает желание есть желе. - Мне Дерек сказал, что я слабак, и вообще на моржа похож, я его только ударить хотел, честное слово! - Чего? - Странные мысли, смесь пережитого убийства и феерии взорванных унитазов, вырвались смешком, переросшим в хохот: - Я тебе труп не буду помогать прятать! - Это я туалеты затопил! - Выпалил Дадли, с выпученными глазами. - Если они узнают, что я опять делаю эти странные вещи... - Хорошо, морженок. Ты помнишь уговор, да? - Сверкнув стеклами очков, Поттер расслабился, откидываясь на холодное стекло. - Я тебя прикрываю, а ты отдаешь свои карманные целый месяц. Сделка?