Демон желаний

𓍫𓊝𓍫

      Утром все казалось немного иначе. Демоненок вел себя, как обычно. Он работал на корабле и даже не избегал Чонгука, когда тот к нему подходил. Но надо признать, что и Чон не донимал его щепетильными вопросами. Кажется, он понял правила и больше не делал попытки как-то расположить мальчишку к себе.       Полуосьминог был рад, что они оба опустили ночной разговор и сделали вид, что ничего не было. Потому что ему не хотелось поднимать ил со дна. Демон знал, что в конце пути все равно останется один или хуже всего с Немезидой на пару. И он при любом раскладе не хотел тянуть Чона за собой.       ⚬⚬⚬       Через несколько дней галеон наконец достиг порта. Но Чонгук со своим спутником не сразу сошли на берег. Как часть команды, они должны были разгрузить товары. Демоненок тоже поучаствовал в этом деле, хотя Гук ожидал, что тот будет настаивать на том, чтобы его поскорее отпустили. Позже после разгрузки Чон присел на набережное ограждение, чтобы перевести дух. Он правда устал таскать тяжелые деревянные ящики с грузом. Руки и спина ныли, отдаваясь тянущей болью. Полуосьминог стоял рядом оперевшись на какой-то столб с указателем. Он глядел по сторонам, рассматривая прохожих и дома. Крупный город невозможно было сравнить с островным городком. Тут люди шумели, кричали, где-то шло строительство, грузили и разгружали корабли, лавочники торговали различными товарами, а кое-где бегали дети, донимая моряков и приезжих. Чонгук по правде говоря скучал по этой суете и шуму. А еще его сердце рвалось к матери и брату, но также Гук осознавал, что как только он увидит Чонхена, ему придется распрощаться со своим чертенком.       - Ну как тебе на большой земле? - хмыкнул Чон, стирая пот со лба;       - Люди никогда не меняются. Они строят иные дома, надевают другую одежду, делают другие прически, но они все еще остаются людьми. Ничего нового - отозвался тот, слегка поведя голову по ветру.       Только после этого Чонгук осознал, что демоненок чувствует чужие желания. Людей тут действительно было предостаточно. Но в том, что многие имели мирские потребности, не было ничего удивительного. Человек всегда остается человек и первое в чем он нуждается это еда, сон и безопасность, а уже потом все остальное. Все эти потребности можно было закрыть только наличием денег, поэтому даже алчностью это нельзя было назвать. Даже сам Чон стремился жить безбедно и достойно. Самое страшное для него было жить с протянутой рукой.       - Я думал ты хоть немного впечатляешься. Ты вообще хоть раз был в большом городе? - хмыкнул Чонгук.       Тот лишь покачал головой, а потом и вовсе устремился к морской глади. Демон действительно хотел бы проникнуться неизведанным местом. Шумный город с невероятными постройками в несколько этажей, архитектура и уклад, все это выглядело привлекательно, но все, что ощущал полуосьминог, это запах крови. Ненавязчивый, далекий, но тянущийся словно вокруг домов и улиц. И это уже нельзя было списать на предчувствие.       - Не был. Но раньше большими городами называли куда меньшие поселения - размыто ответил полуосьминог, переминаясь с ноги на ногу.       Мимо них пробежала кучка детей, что-то громко выкрикивая. Чонгук отвлекся на них улыбаясь шумной детворе. Его тело все еще ныло от разгрузки галеона, но он поднялся на ноги, чтобы наконец дойти до дома. По брусчатке рядом ехали запряженные повозки, разбрызгивая воду из луж. В городе потихоньку наступала осень. Здесь в отличие от архипелага, который находился куда южнее, уже желтела листва и ходили низкие дождевые тучи.       Одну из груженых повозок занесло на скользкой брусчатке и телегу понесло на тротуар. Все произошло слишком быстро. Чон хотел кинуться в сторону, чтобы хоть как-то уцелеть. Но его оттолкнули дальше. Чонгук даже понять ничего не успел. Крик зевак и визг детей раздался по округе. Гук поднял голову, осматриваясь по сторонам. Тележка валялась на боку, а под ее тяжелым колесом лежал демоненок. Чонгук поспешил к нему. Он знал, что того нельзя убить так просто, но в тот самый момент Гук допустил мысль, что мальчишка не такой уж бессмертный. Подбежав ближе, Чон увидел, что открытых ран нет. Это уже радовало. Вместе с другими прохожими, он поднял повозку, возвращая ее на дорогу. Демоненок сам вылез из под колеса, отряхивая грязную одежду. Люди вокруг копошились и причитали, но тот лишь отмахнулся заверив, что с ним все в порядке.       Полуосьминог действительно был в порядке. На нем все заживало быстрее, чем на собаке. Хотя это определенно был миф, что на собаках раны заживали быстрее. Пострадавшие ребра ещё ныли, но тощий дьявол знал, что к утру они срастутся и будут, как новые.       Чонгук отвел его в сторону, подальше от расходящейся толпы. Кучер повозки уже начал ремонтировать колесо и лишь дети все так же бегали вокруг и что-то визжали.       - Спасибо, что спас - поблагодарил Чон, коснувшись чужого плеча;       - Ты же знаешь, у меня нет выбора, иначе я останусь на привязи у твоего призрака - хихикнул тот, придерживая левый бок;       - Я все же предпочитаю верить в твою порядочность - посмеялся в ответ Гук, осматривая парнишку повнимательнее;       - Давай лучше найдем твоего брата и покончим с этим - сменил тему демон;       - Неужели торопишься распрощаться со мной? Я думал нам с тобой очень весело - подтрунил Чон.       Хотя в его шуточном вопросе была слишком огромная доля правды.       - Ты запланировал провести мне обзор по городу? Уговор ведь был иной, помнишь? - гнул свое дьявол, поднимаясь на ноги;       - Я все отлично помню, но я бы вначале перед матерью показался. Новость о том, что галеон прибыл в город наверняка уже разошлась, мама будет ждать меня - немного неуверенно произнес Чон.       Он знал, что его слова звучат, как отговорка, но ничего не мог с собой поделать. Не хотелось ему расставаться вот так скоро и нелепо.       - Ладно. Иди к своей матери. Встретимся вечером у причала, где галеон пришвартован, и пойдем к твоему брату - отозвался демоненок, натягивая рукава теперь уже грязной рубашки на ладони;       - Почему не хочешь идти ко мне в дом? - поинтересовался Чон, удивленный чужими словами;       - А ты правда хочешь привести меня к матери? Забыл? Это благодаря моим стараниям ее старший сын оказался в тюрьме, а младший сломя голову отправился в плаванье чуть ли не в один конец - припомнил демон.       На самом деле ему было абсолютно плевать на то, что Чонгук кривил душой и делал поблажки в сторону полуосьминога. Ещё в ту ночь на корабле, когда они оба ощутили притяжение, стало понятно, что Гук так или иначе пойдет на поводу у своих чувств. Он это делал постоянно, даже взять в пример историю с его братом. Какой нормальный человек рискнет всем, ради не слишком достижимой цели. Но Чонгук рискнул. И волей случая демоненок стал частью этой истории, в которую Гук продолжал втягивать его все глубже и глубже       - Просто пойдем уже. Не начинай эту песню.. - устало произнес Чонгук.       Парень понимал к чему тот клонит. Демон был прав, абсолютно в всем. Но вопреки здравому смыслу Чон делал все наоборот. И пока что, надо сказать, эта тактика его не подводила.       - Глупец - лишь фыркнул дьяволенок, поднимая небольшую сумку с вещами с земли, он все ещё не хотел идти в чужой дом;       - Не ерепенься. Иначе заставлю - пригрозил Чонгук, забирая у него поклажу.       - Клянусь, если Немезида однажды смилуется надо мной, я сам нацеплю на тебя подобный ошейник - проворчал тот, придерживая себя за ноющие ребра.       Чонгук лишь посмеялся над его реакцией на этот ультиматум. Они двинулись вдоль по улицам. Поначалу Гук хотел взять экипаж, но потом решил, что пешая прогулка им не повредит. Демоненок шел чуть позади него. Он разглядывал дома и улицы, будто пытаясь что-то уловить. Чон решил не донимать его вопросами по поводу странного поведения. Наверное полуосьминог просто ощущал чужие желания и не мог сосредоточиться. А демон действительно ощущал, но не только желания. Странный металлический запах крови так и следовал за ними, словно окутывая все дома и улицы вокруг.       Спустя четверть часа мужчины пришли к месту, где жил Чонгук. На пороге они сразу встретили его мать. Женщина похоже сама недавно вернулась домой, так как была одета в уличную одежду. Она тут же кинулась на шею к сыну, когда увидела его в дверях.       Демоненок стоял чуть позади, позволяя семье воссоединиться. Он исподтишка наблюдал за ними не испытывая при этом ничего. Хотя возможно где-то в глубине души, полуосьминог хотел бы оказаться в объятиях того, кто его любит. Но поддаваться подобным позывам не было смысла. Пока дьявол был проклят ни одни объятия не смогут согреть его по настоящему.       Позже, когда приветствия были закончены, мама Чонгука велела прислуге приготовить сытный обед.       Чон, конечно же не забыл представить матери своего попутчика, заведомо солгав о его настоящей личности. Женщина вряд ли бы поверила в истинную сущность мальчишки. Но надо отдать должное, приняла она незнакомца вполне гостеприимно. Возможно на ее лояльность повлиял рассказ Гука о том, что недавно демоненок спас Чона от повозки.       Пока прислуга собирала на стол, Чонгук решил переодеться в другую одежду. Из-за истории с повозкой они оба с парнишкой неплохо извалялись в грязи и не могли сесть за стол в подобном виде. Горничная вскипятила для них два чана с водой и развела камин в ванной комнате. По правде говоря Гук был безумно рад оказаться в настоящей ванной. В странствиях ему не везде удавалось помыться, да и при себе был лишь один кусок мыла без вехотки. Этим мылом Чон и мылся и одежду отстирывал, чтобы поддерживать хоть какую-то гигиену.       Чтобы попасть в ванную им необходимо было пройти через гостиную на первом этаже. Демоненок послушно шел за ним, сжимая в руках полотенце и одежду, которую ему выдала служанка. Он слегка застопорился у картины, висевшей на стене. Чужое лицо было ему знакомо, но мальчишка не спешил озвучивать свое обнаружение.       - Это мой отец. Он был капитаном, но погиб в море.. - пояснил Чонгук, когда заметил, что парень не следует за ним по пятам, а стоит у картины;       - Аврора.. ты знала кого целовать.. Черт возьми ты все знала - еле слышно пробубнил себе под нос полуосьминог;       - Что? - переспросил Гук, не разобрав чужих слов;       - Говорю, ты очень похож на отца. Я.. Я сожалею, что он погиб - более громко произнес демоненок, всматриваясь в портрет повнимательнее, боясь, что собственные глаза соврали ему.       Чонгук слегка нахмурился от его слов. Полуосьминог звучал действительно сожалеюще, но Чон не мог понять с чего бы вдруг тому стало настолько жаль. Неужели он увидел в парне сироту и его проклятое сердце дрогнуло.       - Я уже пережил эту утрату, так что все в порядке - отозвался Гук, тоже разглядывая лицо отца на портрете.       Полуосьминог лишь кивнул, наконец отходя от картины. Чонгук двинулся к ванной, жестом показывая пареньку заходить внутрь. В помещении было теплее, чем в остальных комнатах из-за разведенного камина, в котором кипятился чайник на крюке, на случай если кому-то не хватит горячей воды из чана. У витражного окна находилась тяжелая ванная на ножках. Рядом на тумбе стояли кувшины для воды, мочалки и душистое мыло. Чон отложил свою одежду и полотенца на специальную софу. Демоненок последовал его примеру. Парнишка понимал зачем они пришли сюда, но по правде говоря, он не разу не пользовался подобными ванными комнатами.       - Раздевайся и залазь в ванну - попросил Чон, снимая кипящий чайник с крюка над камином;       - Нам обязательно делать это вместе? - немного помедлив, спросил демоненок.       Парнишка не стеснялся Чона, но догадывался, чем все может закончиться, если они останутся обнаженными один на один в небольшом помещении;       - Я ходил в общественные бани, так что вряд ли я увижу что-то новое под твоей одеждой, к тому же, я уже видел тебя голым - отозвался Гук, пододвигая чан с водой ближе к ванне.       Демоненок лишь хмыкнул про себя. Он скинул рубашку, которая была нещадно испачкана в придорожной грязи. Следом пошли брюки и исподнее белье. Босыми ногами парень проследовал к ванне, ощущая холодный мрамор, который едва нагрелся от камина. Он забрался в ванну, как ему и велели, слегка подтягивая ноги к груди. Чонгук не особо рассматривал мальчишку, он был занят тем, что подготавливал воду, смешивая горячую и холодную. Наполнив кувшин, он занес его над парнем, но поразмыслив отодвинул.       - Вытяни ладони вперед - попросил Гук.       Демоненок подставил руки, понимая, что Чон хочет налить воду ему в ладони. Через мгновенье из кувшина побежала струйка воды, растекаясь до локтя.       - Сделать потеплее? - уточнил Чонгук;       - Нормально - коротко ответил тот;       - Наклони голову вперед, волосы тоже нужно вымыть - попросил Чон, выливая на него воду из кувшина.       Демоненок не стал сопротивляться его просьбам. Конечно, он и сам мог помыться, но так было удобнее и быстрее. Отложив кувшин Гук протянул ему мочалку и мыло. Полуосьминог перехватил предметы и слегка потер мыло в руках, чтобы появилась пена. Он старался закончить с этим побыстрее, чтобы не чувствовать себя странно. Чонгук тем временем перехватил другой кусок мыла, чтобы намылить чужие волосы. Он присел на табурет для прислуги, чтобы было удобнее.       - Какой грязнуля, сто лет не мылся - посмеялся Гук, наблюдая, как пена стекает по спине демоненка;       - Где я тебе на дне морском ванну найду - фыркнул мальчишка протирая кожу намыленной мочалкой;       - Дай-ка вехотку, а то на спине пропустил - попросил Чон, перехватывая мочало.       На самом деле демоненок не был таким уж грязным. Хотя валяния в луже под телегой дали о себе знать. Чонгук аккуратно прошелся по спине, наблюдая, как под кожей перекатываются косточки позвоночника.       - Если ты думаешь, что я буду так же намыливать и тебя, то ошибаешься - буркнул полуосьминог, ощущая, как Гук спускается мочалкой ниже талии к ягодицам;       - Я уже понял, благодарность это не твой конек - мягко рассмеялся Чон;       - Может мне стоит тебе рот намылить в знак благодарности - огрызнулся мальчишка, поведя лопатками;       - Лучше все таки спинку потри - забавно отозвался Гук, убирая мыло в сторону;       - Смейся-смейся, если бы не чертова лента, я бы тебя утопил - проворчал демоненок, оборачиваясь назад.       Чонгук по прежнему сидел позади него на небольшом табурете для прислуги. Он закатал рукава рубахи по локоть, хотя это не спасло его от пены, которая все таки растеклась и намочила одежду. Гук не мог сдержать улыбки, потому что мальчишка выглядел достаточно забавно в мыле и пене.       - Ладно.. Наклонись немного, смою с тебя пену, а то выглядишь, как кошка, упавшая в канаву - попросил Чон, наполняя кувшин водой из чана.       Полуосьминог лишь вздохнул, но вновь послушался. Теплая вода полилась ему на макушку, растекаясь по оставшемуся телу. Он запустил пальцы в волосы чтобы промыть их от пены. Было странно ощутить себя настолько чистым и благоухающим. Это была такая забытая банальность, но даже подобных мирских потребностей Немезида лишила его, обрекая на подводные скитания. В обличии осьминога он не мог, не то что в купальню сходить, ему даже на берег выйти не удавалось.       От раздумий его отвлек Чонгук. Он принес ему полотенце и опустил на плечи, позволяя укутаться и обтереться. Демоненок поспешил выбраться из ванны. Его мокрые ступни шлепали по мрамору, пока он переминался с ноги на ногу, чтобы лучше обтереться. Гук тем временем скинул с себя одежду, чтобы залезть в освободившуюся ванную. После чужих купаний тут было уже не так холодно, а мыло из-за влаги стало сильнее источать аромат трав и масляной отдушки. На удивление демоненок без просьб помог ему с кувшином, ополаскивая Чону руки и голову. Вода была не такой горячей, но все еще приемлемой для купания. Гук перехватил мыло и мочалку и принялся тоже оттирать грязь. Мальчишка все это время сидела на бортике, так как табурет для прислуги был слишком низок для него. Он как и обещал, даже не пытался потереть чужую спину. Чонгук кинул на него короткий взгляд. В тонкой исподней рубахе, парнишка выглядел совсем бледно. Сейчас было трудно поверить самому себе, что этого дьяволенка он так рьяно пытался уничтожить.       - Чего так уставился? - бросил полуосьминог, когда заметил, что Гук вместо того чтобы мыться, неотрывно разглядывает его;       - Да вот смотрю, что вымытый ты гораздо красивее - посмеялся Чон, смахивая свои раздумья;       - Кто тебя учил комплименты делать? Такой бестолковый - бросил парень, плеская в Чона оставшейся водой в кувшине;       - Обычно все ведутся на мое милое личико - хихикнул Гук, стирая капли в лица;       - Оно и видно - хмыкнул демоненок;       - А сам то. Напомнить, что твои любовные похождения закончились на Немезиде - огрызнулся Чонгук, слегка нахохлившись;       - Твоя взяла, тут конечно не поспоришь - кивнул полуосьминог, зачерпывая кувшином чистую воду, чтобы помочь Чону окончательно сполоснуться;       - Хотя я могу её понять. Порой мне кажется, что если я разделю с тобой ложе, то потом захочу.. Потом тоже захочу пленить тебя - запинаясь сознался Чонгук, опуская руку на чужое колено.       Демоненок все еще сидел на краю ванны. Кувшин из его рук чуть не выскользнул после чужих слов. Это заявление было слишком откровенным. Похоже Чонгук все же умел обескураживать не только лицом и слаженным телом, но и словам.       Мальчишка посмотрел в глаза Чона. Чужой взгляд был прямым и открытым. Гук ждал ответа на свои откровения, но демон не мог ничего сказать. Он был слишком обескуражен и в какой-то степени загнан в капкан.       - Я хочу чтобы ты остался со мной.. - вновь подал голос Чон, после затяжного молчания;       - Не говори глупости - резко произнес парнишка выливая разом всю воду из кувшина прямо Чонгуку на голову.       Гук встрепенулся от таких проделок, стараясь промыть глаза от пены. Он бы посмеялся, но был слишком раздражен тем, что на его признание отреагировали так по дурацки. Проморгавшись, он опрокинул мальчишку в ванну, вынимая из его рук кувшин.       - Глупости?! Моя душа не на месте из-за тебя. Разве похоже на то, что я дурачусь?! Думаешь мне льстит изводиться по такому, как ты? - немного резко произнес Чон, сжимая чужую талию.       - Тише ты. За дверью кто-то есть - предупредил демоненок, слегка поведя носом.       Он прикрыл рот Чонгука своей ладонью, что бы тот не наговорил лишнего. Вряд ли мать Гука обрадуется, когда узнает, что ее сын развлекается в ванной с беспризорником.       - Это всего лишь прислуга - прошептал Гук, убирая чужую руку от своего лица;       - У твоей прислуги странные желания.. - расплывчато отозвался демоненок, ощущая, как чужие руки ползут под его рубашку, оглаживая бедра и ягодицы;       - Что ты почувствовал? - полюбопытствовал Чон, бросая взгляд на дверь, словно тоже мог что-то понять или увидеть;       - Она хочет искупать тебя и одеть в женское платье, завязав перед этим кружевные подвязки на широких бедрах - произнес демон, прикрывая глаза и словно пропуская через себя чужое желание;       - И правда странные - хихикнул Чонгук, он не ожидал подобного от служанки;       - А еще она хочет, чтобы замочная скважина была пошире, так как ей видно только чан с водой и софу с полотенцами - произнес парнишка.       Он четко ощущал, как служанке неудобно стоять на коленях и заглядывать в небольшую скважину. Возможно она делала так и раньше, но каждый раз ее бесило неудобство и твердость полов.       - Бедняга, как же тяжело ей - наигранно посочувствовал Чон.       Ему правда не было жаль колени девушки, так как той определенно не стоило подглядывать за хозяином;       - Черт. Она хочет что-то сделать со своим телом. Удовлетворить лоно руками. Грязные желания - отозвался демоненок четко ощущая чужую похоть.       Чонгук лишь усмехнулся. Возможно, если бы не поцелуй Авроры, демоненок ощущал бы подобные желания от самого Чона. Потому что тяжесть чужого тела на собственных бедрах, заставляла молодой организм реагировать очень ярко.       - А как насчет тебя? Не хочешь предаться подобным желаниям? - произнес Гук, рассматривая, как влажная рубашка липнет к телу мальчишки;       - Я абсолютно точно не хочу наряжать тебя в платья и кружева - мягко рассмеялся демоненок.       На самом деле он был готов сделать что угодно, лишь бы не возвращаться к обсуждению чужого отчаянного признания. Хорошо что у двери были уши. По крайней мере Чонгук не заговорит о чем-то щепетильном, пока за стеной стояла похотливая служанка. Но через пару мгновений послышались голоса и топот шагов. Очевидно девушке пришлось уйти и бросить свое озабоченное занятие. Тишина оглушила ванную комнату. Лишь звуки догорающих дров в камине разбавляли беззвучное помещение. Чонгук слегка приподнялся, чтобы дотянуться до чужого лица. Он больше не мог сдерживать свои позывы. Его грешные мысли одолевали его с того момента, как демоненок обнажился. Чужие формы притягивали. У Гука не было типажа, но мальчишка полностью удовлетворял все предпочтения юноши.       Полуосьминог положил свои руки на чужие плечи, чтобы сохранить равновесие. Сидеть в ванной в такой позе было не слишком удобно. Колени упирались в твердое дно, а чужие руки так и норовили раздвинуть ноги чертенка пошире. Но хуже всего было то, что тело демона реагировало вполне отзывчиво на чужие касания. Полуосьминог поддался и сам поцеловал Чона. Поцелуй был смазанным, но страстным. Дыхание сбилось у обоих. Чонгук под ладонями ощущался теплым и влажным из-за купаний. От него пахло мылом и чистотой. Дьяволенок позволил ему спуститься поцелуями к собственной шее и ключицам. Чужие руки блуждали по телу, поглаживая кожу под тонкой рубашкой.       - Немного аккуратнее. Ушиб от повозки еще не прошел до конца - попросил демоненок, ощущая, как чужие пальцы плотно скользят по талии.       Чонгук тут же сбавил обороты, касаясь чуть мягче. Ворот чужой рубашки сполз с костлявого плеча, оголяя кожу. Чон осыпал его влажными поцелуями и потерся носом. Тело мальчишки казалось таким хрупким по сравнению с мускулами Чонгука. Даже цвет их кожи контрастировал слишком ярко, но и эта деталь пленила.       - Погоди.. Возьми масло для ванн - попросил полуосьминог, чувствуя, как Гук пробирается к его промежности и глубже;       - Как ты хочешь? Положение.. - уточнил Чон, перехватывая пузырек и откупоривая пробковую затычку.       Это было обычное оливковое масло с выжимкой жасмина, но аромат тут же распространился по ванной комнате, окутывая все вокруг легким цветочным запахом.       - Я уже не помню о том, когда и как я этим занимался - честно сознался мальчик поглаживая чужие мускулистые руки;       - Доверишься мне? - уточнил Гук;       - Только в этом вопросе - посмеялся демоненок, слегка задирая рубашку.       Он понимал, как хочет Чонгук, ему даже не нужно было ощущать его желания, все и так читалось по лицу. Чон кивнул на его ответ и вылил масло себе на руки. Юноша пробрался рукой к чужим половинкам и раздвинул их, мягко поглаживая отверстие. Он был аккуратным и слишком нежным. Полуосьминог слегка вздрогнул, ощутив, как мало помалу его растягивают. Чтобы скрыть стон, парнишка потянулся к губам Чона, утягивая того в долгий влажный поцелуй. Становилось жарко и душно из-за их вздохов и воды, которая все еще испарялась из горячего чана. Демоненок почувствовал, как член упирается в его промежность. Он и сам был возбужден не меньше. Чужие ладони совершали с ним ужасно приятные вещи. Давно позабытые ощущения словно поднимались со дна, накрывая с головой. Их тихие стоны и дыхание сливались воедино. Дьяволенок становился чуть смелее и грубее. Он прикрыл глаза, когда Чонгук начал медленно входить в него. Это было не так, как с пальцами, но вполне терпимо. Чон слегка задержался, давая время ему привыкнуть.       - Ты в порядке? Так сильно дрожишь - поинтересовался Гук, сцеловывая мурашки, пробежавшие по чужой груди.       Он добрался к одному из сосков прикусывая его через ткань и надавливая языком. Мальчишка тут же зарылся рукой в его пряди, слегка сжимая в кулаке.       - В порядке.. ты жуткий искуситель - прохныкал демоненок, разбитый чужой страстью.       Чонгук улыбнулся на его похвалу. Эти слова сильно польстили ему, заставив продолжить свою страстную пытку. Он начал с плавных движений, придерживая парнишку за талию. Их тела сталкивались при каждом толчке. Колени демоненка немного ныли от того, что он слишком долго упирался ими в дно ванны, но парень игнорировал это, отдаваясь во власть Чона. Полуосьминог старался сдерживать свои стоны, но похоже Гуку нравилось слышать их, поэтому Чон продолжал горячо целовать его и играться с сосками, толкая мальчишку на край удовольствия.       - Я скоро. Позволь излиться внутрь - попросил Гук, зацеловываю чужую шею вдоль черной ленты;       - Хорошо.. давай.. - пробормотал тощий дьявол, слегка сжимаясь на чужом члене.       Он прикрыл глаза, представляя, как его скоро заполнят изнутри. Чонгук пробрался влажной ладонью к его паху и коснулся чужого члена, совершая рывки в такт своим толчкам. Демоненок знал, что он и сам на грани того, чтобы прийти к концу. Его худые пальцы уцепились за Гука. Он видел цветные пятна под закрытыми веками. В груди что-то распускалось, но опознать эти ощущения не было возможности. Что-то знакомое, но такое далекое. Какие-то смазанные картинки пронеслись в голове. Словно они с Чонгуком бегут вдоль поля, парень поднимает его на руки и кружит. Его заливистый смех похож на звон маленького колокольчика. На их головах глупые венки из маленьких белых цветов. Чон зовет его по имени, но слов не разобрать. Это видение было не стабильное и нечеткое и смахивало на давно забытое прошлое. Такое далекое и словно несуществующее. Демон в этом видении целуется с парнем, оседая на мягкую траву. Вдвоем они так молоды и горячи, что могут своей страстью зажечь все рисовое поле. Чужое лицо так близко, но слишком смазано. Возможно это и не Чонгук вовсе, но он так ласково зовет его по имени, которое совсем не разобрать.       Видения быстро растворяются, когда полуосьминог ощущает чужое разливающееся семя внутри себя. Горячо и немного некомфортно. Собственное тело тоже поддается, изливаясь прямо на чужой живот и ладонь. Шумное дыхание заполняет ванную комнату. Странный осадок от видений заставляет забыть про собственный оргазм, смазывая его в небольшие судороги и дрожь.       - Как ты назвал меня? - спросил демоненок, зажмуриваясь и стараясь вновь увидеть мутные воспоминания;       - Что? - переспросил Гук, ощущая послеоргазменную расслабленость;       - Ты позвал меня по имени - пробормотал мальчишка;       - Я просто шептал комплименты и различные ласковые слова. Думал это будет уместно. Тебя это смутило?.. - слегка озадаченно отозвался Чонгук, вспоминая, как называл демоненка красивым и чарующим;       - Нет. Мне просто показалось, что ты назвал меня по имени - сознался полуосьминог, немного поерзав на коленях;       - Ты вспомнил свое имя? - удивился Гук;       - Нет.. - отрицательно покачал головой парень;       - Тогда почему решил, что я зову тебя по имени? - все так же озадаченно переспросил Чон;       - Наверное показалось.. - отстраненно проговорил демоненок, мысленно цепляясь за ускользнувшее воспоминание;       - Ты точно в порядке? Больно не было? - уточнил Чонгук, погладив его по плечу;       - Все в порядке.. давай закончим с этим - кивнул мальчишка, слегка приподнимаясь с чужих бедер.       Гук лишь кивнул, решив не допытывать парня. Все же это был его первый сексуальный опыт после стольких лет скитаний. Возможно демоненок пока не мог справиться с тем, что испытал. Но Чонгук надеялся, что тому было так же хорошо, как и Чону и он насладился моментом.       Еще раз сполоснувшись и смыв со своих тел прочие жидкости, они наконец покинули ванную. Позже их пригласили к столу. Мать не могла нарадоваться тому, что ее сын снова дома. Женщина с благодарностью приняла подарки, которые Гук привез ей из плавания, припоминая, что отец делал точно так же. В какой-то момент разговор зашел о Чонхене. Мать сообщила, что старшего брата выпустили из тюрьмы, так как в честь дня рождения короля была объявлена амнистия для ста заключенных. В эту сотню попал и Чонхен. После ее фразы демоненок не спускал глаз с Чонгука. Слова матери были подтверждением того, что полуосьминог выполнил свою часть сделки и пора бы Гуку выполнить свою. Безусловно никто из них не стал поднимать эту тему за столом, но как только ужин закончился, морской дьявол припер Чона к стенке.       - Твой брат на свободе. Он жив, здоров, и как сообщила твоя матушка, Чонхен даже работает на чайной фабрике, желая остаток жизни провести в скуке и однообразии - процедил мальчишка, смотря на Чона хмурыми глазами;       - Я вообще-то тоже был за столом и все это слышал - фыркнул Гук;       - Тогда что тебе еще нужно? Отдай мне ключ и отпусти меня! - с нажимом произнес тот.       Он выглядел грозно, но из-за низкого роста и худобы Чонгук не мог воспринимать его угрозы всерьез.       - Ты знаешь, что мне на самом деле от тебя нужно - отозвался Чон, опуская ладонь на его плечо, но руку быстро стряхнули не дав к себе прикоснуться;       - Этому не бывать. Отпусти меня, не иди по стопам Немезиды - произнес мальчишка, видимо решив сменить тактику;       - У нас с тобой все иначе. Ты же тоже. Ты… то, что случилось между нами в ванной, это ведь было взаимно. Прошу останься. Я обязательно найду способ разобраться с твоим проклятьем - мягко произнес Гук, стараясь унять свое сердце;       - В ванной я просто поддался, чтобы укротить твою похоть, которая не давала тебе покоя с ночи на корабле - бросил дьяволенок.       Он смотрел прямо и говорил так, будто это было правдой. Словно только у Чонгука были чувства. Но Чон знал, что тот просто боится довериться.       - Ладно, я отпущу тебя, но проведи со мной один день. Прошу, всего один день от рассвета и до заката, и если ты не захочешь остаться, то я тебя отпущу - сдался Гук, решая, дать себе последний шанс;       - Хорошо. Сутки и ты отдаешь мне ключ! - пригрозил демоненок, тыкнув в чужую грудь пальцем;       - Если захочешь, то уйдешь - кивнул Чонгук, перехватывая его костлявую руку;       - Лучше бы тебе смириться и не тянуть с неизбежным - устало произнес демон, стараясь не реагировать на то, как мягко держат его ладонь, переплетая пальцы;       - У тебя есть вся вечность, а ты так бузишь из-за одного короткого дня со мной - хихикнул Чон.       Его слова были правдой. До недавних времен демон даже течение суток перестал замечать. На дне моря солнце не всходило и иногда он даже пропускал смену сезонов.       - Отсчет этого дня уже пошел? - прищурившись, спросил демон.       Гук понял, что тот хочет пойти на хитрость. Солнце уже клонилось к закату и хотя по факту они провели время бок о бок от рассвета до заката, это не было тем, что планировал Чонгук. Парень хотел отыскать ту цыганку, которая помогла ему с картой. Чон надеялся, что если он приведет к ней демоненка, то та подскажет, как им быть с проклятьем. Но на ночь глядя идти искать чертовку не было смысла, поэтому Гук планировал заняться этим завтра.       - Нет этот день не прошел, начинай считать с завтрашнего восхода солнца - заявил Чон, наблюдая, как мрачнеет чужое лицо;       - И что прикажешь делать оставшуюся ночь? - фыркнул тот, отнимая свою ладонь и складывая руки на груди;       - Побудь здесь. Я навещу Чонхена, а потом вернусь за тобой - попросил Гук;       - Ладно.. Но.. Будь осторожен. Твоя мать за столом говорила, что в городе были совершены несколько убийств и по почерку это один и тот же убийца, которого давно не могу поймать. Ты же помнишь, что я могу остаться в рабстве у твоего глупого призрака - предупредил мальчишка, вновь тыкая пальцем в его грудь.       Чон улыбнулся на его заявление. Ему хотелось думать, что дьяволенок все же беспокоиться за него, а не только ищет свою выгоду.       - Он убивает только девушек и женщин. Так что не волнуйся за меня - отмахнулся Чон;       - Ну а вдруг убийца решит переключиться с девушек на парней - настаивал на своем демон.       Он действительно волновался. Потому что еще на набережной полуосьминог почувствовал запах крови. А когда мать Чона заговорила об убийствах, которые возобновляются каждый год по осени, то морской демон понял откуда веет это металлическое зловоние. Некий маньяк, которого никак не могут поймать, вновь взялся за свое темное дело. Пару лет назад конвоиры арестовывали одного мужчину, но убийства вновь начали совершаться. Было непонятно то ли у маньяка появились последователи, то ли орудовала целая банда или секта. Девушек и женщин убивали с особой жестокостью. Церковники поговаривали, что это промышляли сатанисты и чернокнижники, которые собирались на кладбище в склепе какого-то старого помещика. Но кто бы это ни был факт оставался фактом. К осени девушек кто-то убивал, поэтому местные уже знали, что вечером лучше не отпускать своих жен и дочерей без надобности.       Возможно демоненок смог бы вычислить этого человека, если бы оказался рядом. Жажду крови он ощущал сильнее всего среди желаний людей. Но в густонаселенном городе это было сродни тому, что искать иголку в стоге сена.       В итоге, оставив демоненка в доме, Чонгук ушел, пропустив мимо ушей все наказы. Он обещал вернуться ближе к ночи, на что мать лишь посмеялась, сказав, что братья наверняка сегодня обойдут ни один кабак, а к утру просто уснут.       Дьяволенок естественно остался в доме Чонов, как ему и велели. Хотя если бы он решил выйти прогуляться, вряд ли бы кто-то стал его удерживать. Но надо отдать должное маме Чона. Женщина решила немного развлечь оставшегося гостя. Или возможно ей самой было скучно, поэтому она пригласила парня в гостиную на беседу за чашкой вечернего чая с травами и каким-то джемом из ягод.       Сохранив правила приличия, полуосьминог составил компанию хозяйке дома. Поначалу было неловко, ведь этикету его никто не учил, да и не знал дьявол о чем можно поговорить с дамой. Он лишь слегка повел носом, пытаясь уловить чужие желания. Но женщина не имела особых прихотей. Она была спокойна и счастлива от того, что оба ее сына живы и здоровы. Возможно у нее было маленькое желание избавиться от частых мигреней, а ещё заменить ставни на окнах, но на этом все. Если честно демоненок редко встречал таких людей. В глубине души каждый мечтал о чем-то более масштабном, но мать Чонгука видимо была удовлетворена своим нынешним положением. Безусловно она тосковала по погибшему мужу, но похоже утрата перестала причинять ей сильную боль.       - Не волнуйся. Я ещё за столом поняла, что от этикета ты далек. Но в этом нет ничего зазорного. К тому же ты сирота, наверняка некому было просветить тебя в каких-то тонкостях - подала голос женщина, убирая свою чашку на круглый столик;       - Верно. Вы тоже можете не волноваться, завтра я покину ваш дом и перестану надоедать. Я и сегодня не рассчитывал оставаться, но Чонгук попросил меня об одном одолжении - отозвался дьяволенок, не слишком элегантно отхлебывая чай с травами из изящной чашечки;       - Мой сын прикипел к тебе. Думаю он очень не хочет, чтобы бы ты покидал нас так скоро - произнесла дама, рассматривая в упор худого мальчишку;       - Плавание было нелёгким. Не зря говорят морская стихия сильно объединяет людей. Мы действительно сплотились - кивнул демоненок.       Мысленно он вернулся к тому, чем они занимались в ванной. Сплотились это точно было не то слово, которым стоило обозначить их взаимоотношения.       - Ты понял о чем я - с нажимом произнесла мать Чона;       - Боюсь, что нет.. - решил сыграть в дурачка демон, сжимая ручку от чашки;       - Чонгук не заинтересован в девушках. Я это давно поняла, когда к двадцати пяти годам он даже не заикался о женитьбе. Но он мое порождение, и я принимаю его даже таким. И видит Бог, я живу по справедливости, но если мой сын счастлив, деля ложе с другим мужчиной, я сама помолюсь за этот грех - произнесла та, придерживая нательный крест на груди;       - Ваш сын хороший человек. Он действительно заслуживает обрести счастье, но я не тот, кто сможет идти с ним рука об руку - отозвался демоненок.       Он не слишком удивился тому, что женщина знала об увлечениях Гука юношами, а не девушками. Все же она была его матерью. Но дьяволенок чувствовал себя загнано из-за того, что ему будто сватали Чона.       - Понимаю, подобные связи постыдны, но в городе есть район, где мужчины живут парами. Я дам добро Гуку, если он захочет осесть там… После потери мужа и той истории с Чонхеном, я не хочу чтобы мой младший сын страдал или думал, что я его не приму - заговорила женщина, отпуская крестик и принимая более непринужденную позу;       - Нет, вы не понимаете. У нас с Чонгуком нет той связи про которую вы говорите. Мы просто помогли друг другу в достижении собственных целей, но не более - попытался переубедить ее демоненок;       - Если бы стены нашей ванной могли говорить, они бы сейчас сказали, что вы врёте - хмыкнула мать Чона.       Это был слишком жирный намек на то, что их уединение в ванной не был таким уж приватным. Но демон не умел краснеть и стыдиться, по крайней мере не из-за таких поступков.       - Всего лишь момент слабости перед обнаженными телами друг друга. Мы ведь молоды, вот немного увлеклись, с кем не бывает - пожал плечами полуосьминог, решив, что его слова не сочтут за дерзость, ведь они давно опустили рамки приличия, когда заговорили о соитии;       - Вы либо действительно не добрали ума, либо хорошо притворяетесь - раздраженно бросила дама;       - Что вы хотите этим сказать? - вздохнул демоненок потупив взгляд;       - Мой сын очарован вами и если вы не собираетесь ответить ему взаимностью, то не водите за нос! - резко произнесла женщина;       - Я уже дал ему свой ответ, но он просил уделить ему время до завтра. Думает за день что-то действительно измениться - мягко произнес полуосьминог, не желая разводить конфликт;       - Чонгук всегда был безнадежным романтиком, как и Чонхен. Наверное сказалось отсутствие отцовской руки. Даже когда мой муж был жив, он слишком часто уходил в море. Детьми занималась я, вот они с братом и выросли мягкотелыми - посетовала та;       - Не стоит так отчаиваться. Чонгук ещё встретит настоящую любовь - подбодрил ее демон, ощущая ее желание устроить личную жизнь сына.       - Конечно.. Я молюсь об этом каждый день - кивнула женщина.       Она больше не пыталась своеобразно сосватать сына, чему демоненок был очень рад. Мать Чона допила чай и удалилась в свою комнату, оставляя гостя одного. Полуосьминог тяжело вздохнул. Парень оглядел гостиную, в которой теперь было слишком тихо. Портрет хозяина дома смотрел на него словно с осуждением. Дьяволенок тяжело вздохнул и тоже покинул помещение. Он поднялся в комнату Чонгука, намереваясь скоротать там время. Спальня Гука была хорошо обставлена, как и весь дом. Хотя это было вполне ожидаемо. Жалование капитана на корабле было очень приличным, да и ателье матери приносило неплохой доход. Чоны были вполне состоятельными и могли позволить себе прислугу, но баснословным богатством тут не пахло.       Полуосьминог прошелся по комнате и раздвинул тяжелые шторы. Вечернее солнце понемногу клонилось к водной глади. Небольшой кусок моря можно было увидеть со второго этажа чужой спальни. На сердце было неспокойно. Хотя ему самому бояться было определенно нечего. Даже с двумя ногами умереть он так просто не мог. Да и не хотел он умирать. Внезапное появление Чонгука в его жизни, показало демону, чего он действительно лишился. Ему уже было несколько веков, но он так и не прожил свою нормальную жизнь.       Все те девятнадцать лет до встречи с Немезидой давно стерлись из памяти. Хотя сегодняшние видения во время секса с Чоном, подсказали ему, что где-то глубоко внутри, он все еще помнит свое прошлое. Демон догадывался, что проклятая богиня возмездия и здесь приложила руку. Потому что полуосьминог помнил каждое мгновение с ней. То, как он поддался на женские чары в свои восемнадцать. Немезида тогда выглядела иначе. Она пришла в облике молодой невинной девушки, такой же, какой сейчас была Аврора. Дьяволёнок был пленен, ведь она позволяла ему делать то, что не позволяли другие девушки в поселении. Мальчишка тогда пытался сохранить благочестие юной красавицы. Он знал, как девушки дорожили своей невинностью до замужества, поэтому не склонял ни к чему такому. Но Немезида рассказала ему, что к лону можно прикоснуться ртом. Демон помнил ее стоны и как колыхалась пышная грудь, когда девушка кончила от его ласк. Но позже эти игры надоели парнишке и он не стал приходить, оповестив девушку об этом. Конечно юноша понимал, что поступает не слишком благородно с девицей, но и обманывать больше её не мог. А через пару месяцев, полуосьминог встретил своего юношу. Тогда то парень и осознал, что такое любовь и настоящие чувства. Но Немезиду такой расклад не устроил. Она убила чужого возлюбленного и отняла у мальчишки все воспоминания о нем. К сожалению или к счастью, но даже тот роковой вечер почти стерся из памяти. Демон лишь помнил, как рыдал, держа в руках бездыханное тело возлюбленного, а потом собственное тело отдалось такой неимоверной болью. Вместо ног появились черные щупальца. Гнев Немезиды был неумолим, обрекая юношу на жизнь в уродстве и скитании.       Сейчас он уже не испытывал боли. Хотя подобная жизнь порой вводила в отчаяние и злобу. Но ни разу за все время не возникало мысли, чтобы пойти на поклон к бывшей богине и попросить снять проклятье. Без того было понятно, что цена за подобное удовольствие будет слишком высока. Но сейчас история своеобразно повторялась. Безусловно, второй раз его не проклянут, а вот Чонгук, как очередной любовник, пострадать вполне может. Меньше всего полуосьминог хотел бы для него такой участи, поэтому стоило предпринять жесткие меры и оградить от себя паренька. Он хоть и не был его любовью, как тот юноша из прошлого, но вряд ли Немезида будет разбираться.       В итоге ночь наступила слишком быстро. Гук так и не вернулся домой, хоть и обещал. Демоненок вполне понимал его. Это было первое долгое плаванье парня за всю его жизнь. К тому же такое специфическое. Должно быть вернуться в родные края было слишком опьянительно в прямом и переносном смысле этого слова. По правде говоря парнишка даже не ждал его возвращения. Ему просто хотелось, чтобы утро поскорее наступило, и можно было покончить с тем, что так не давало покоя им обоим.

𓊝