Выстрел за двоих

      Здание прокуратуры выделялось своей массивностью и значимостью среди соседних сооружений. Ступеньки припорошил влажный снежок, тающий под ногами прохожих, а небо оставалось таким, будто ещё не до конца было решено кем-то свыше, должно оно быть хмурым или уже ясным. Пак Суён рисовала карикатурные смайлики на запотевшем окне, пока Ким Су Хёк занимался бумагами. Когда он вышел из здания и подошёл к машине, кое-что привлекло его внимание. Прокурор Ким остановился, положив ладонь на крышу.       Неподалёку, под крупной елью, стоял прокурор Ян. Он общался по телефону, постукивая подошвой ботинка и казался нервным. В красном пальто и красном костюме, он был заметным пятном. В какой-то момент прокурор Ян переложил мобильный в другую руку и, повернув голову, заметил наблюдателя. Усмехнувшись, Ян Мин Сонг поднял руку и помахал.       Пак Суён была уверена, что этот жест не давал покоя Ким Су Хёку всю дорогу. Он сильнее стискивал руль и вёл себя чуть более дёргано, чем обычно. Суён догадывалась, в чём причина. Этот неприятный вечно скалившийся тип вызывал у неё зуд под кожей.       К месту последнего преступления они доехали в напряжённом молчании, но перед тем, как выйти из машины, Ким Су Хёк глубоко вздохнул и пристально посмотрел на девушку. Суён ответила на этот взгляд точно таким же и вдруг поняла, что этот момент, который они переживали, станет переломным, что бы это ни означало для каждого из них.       Заключённого привезли в полицейской машине. Пак Суён оставалась на расстоянии, когда Сон У Гиля, закованного в наручники, вытащили на улицу. Он безошибочно посмотрел прямо туда, где был найден последний труп и, проследив за его взглядом, прокурор Ким, утвердился в убеждённости его вины. Его потянули вперёд и Сон У Гиль поплёлся за офицерами, перебирая ногами, словно с неохотой и, проходя мимо Пак Суён, он слабо шевельнул губами, будто хотел что-то сказать.       Суён поняла, в какой смертельной опасности находилась всё это время… Убийца был так близко, смотрел на неё каждый день, возможно, думал о том, как хотел бы убить и её, представлял…       — Прости меня. — донеслось до острого слуха девушки.       Суён отвернулась и услышала звуки борьбы. Сон У Гиль начал вырываться, сдирая запястья, скованные наручниками, в кровь и всё повторял в разных тональностях: — Прости меня, прости меня.       То кричал, то шептал, и пытался прорваться к ней.       Пак Суён слышала, как его потащили прочь, чтобы начать следственный эксперимент. Девушка почувствовала ноющую тупую боль… как от предательства.       Когда прокурор Ким вернулся, сопроводив предупредительным взглядом Сон У Гиля, которого сажали в машину, Суён успела надышаться свежим холодным воздухом и построить теорию. Она видела, как Сон У Гиль рассказывал о жертве и о том, что и как сделал с ней. В его рассказе не было эмоций, он словно докладывал о проделанной работе. Единственное, что вызывало в нём хоть какой-то живой отклик — это сама Пак Суён. Его глаза наполнялись жизнью и горьким сожалением, когда он бросал на неё взгляды. Она точно знала, что если Сон У Гиль и убивал, то однозначно есть тот, кто вложил в его руки оружие и нашептал эту роковую идею.       — Суён. — прокурор Ким тронул её волосы, привлекая внимание девушки, которая, как прикованная смотрела на место обнаружения жертвы. Услышав его бархатный голос, она встрепенулась, перевела взгляд на мужчину.       — Мне не по себе. — честно призналась она, скривившись от неприятных предчувствий. — Сердце… оно будто в огне горит. Су Хёк… что это?       Он сделал лучшее из того что мог. Просто обнял. Крепко и надёжно прижал к себе. Одной рукой обхватил напряжённую спину, согревая своим теплом, а другую ладонь опустил на её макушку, поглаживая мягкие локоны. Суён перевела прерывистое дыхание, чувствуя острую потребность прижаться ещё ближе, впитать биение его сердца, его запах, его взгляд. Здесь было тепло и хорошо, как никогда прежде. Безопасно.       Со вздохом Ким Су Хёк оторвался от девушки, однако, ладонь на её спине оставил и Пак Суён казалось, что от неё исходит блаженное тепло и исцеление.       — Надо нужно ехать, да?       — Времени нет. Но, если ты продолжишь так смотреть, мы ещё не скоро сдвинемся с места.       — Просто невероятно! — Суён успешно замаскировала смущение за иронией. — Я смотрю, у тебя такое хорошее настроение. Как всегда, невозмутим.       — Невозмутим? Ты видела меня в ярости.       Суён улыбчиво посмотрела на него и, немного подумав, нежно произнесла: — А ты меня — ещё нет.       Обратный путь был приятнее и светлее, будто тёмная пелена наконец-то пала. Суён чувствовала себя намного лучше и радовалась тому, как непринуждённо вёл себя Ким Су Хёк, изредка поворачивая свободную ладонь внутренней стороной и протягивал ей, тогда Пак Суён с удовольствием вкладывала в неё свою собственную и смаковала этот момент — когда их пальцы скреплялись в замок.       Это казалось таким… правильным.       Пак Суён прикрывала глаза, чтобы прожить эти мгновения всеми частичками души и тела.       Та же сама дорога, по которой они ехали пару часов назад, теперь словно выглядела иначе. Суён замечала красоту даже там, где никогда бы и не думала её искать. Даже отсутствие солнца больше не удручало.       Они ехали на небольшом расстоянии от полицейского авто и Пак Суён с чувством глубокого удовлетворения предвкушала, как Сон У Гиль расскажет обо всём, сделает признание и тогда имя её отца будет очищено от грязного клейма позора.       — Что будет дальше? — она ощутила прохладу и скользкое одиночество, когда су Хёк мягко высвободил руку, чтобы переключить передачу. — Я растерянна… — признаваться в том, что делает тебя в чьих-то глазах более слабой, особенно в глазах того, перед кем хочется всегда быть сильной, было не так уж и просто. — Ты понимаешь, что случится потом, когда мы вернёмся в город?       — Расследование продолжится. — поделился прокурор Ким, внимательно следя за дорогой и за скоростным режимом, его пристальный взгляд зацепился за фуру, которая неслась на огромной скорости по прилегающей дороге.       Пак Суён облизала губы, пребывая в состоянии неловкости, но всё-таки спросила с осторожным трепетом: — А что будет с нами?       Всего на миг оторвав взор от дороги, Су Хёк взглянул в её пронзительные глаза и ей показалось, что весь мир как-то неестественно схлопнулся в этот восхитительный чувственный миг; она ждала, что он скажет то, о чём подумал, что клубилось на дне его завораживающих глаз.       — Что за…? Чёрт! — Су Хёк резко затормозил и Суён встряхнуло так сильно, что не будь она пристёгнута, впечаталась бы в лобовое стекло. Машина остановилась и прямо на их изумлённых глазах, в нескольких десятках метрах, та самая фура выскочила на главную дорогу и протаранила полицейское авто, выталкивая смятую груду металла на край обочины, ближе к обрыву.       Грохот. Столб дыма и пыли. А затем тишина. Пугающая тишина.       Суён смотрела с ужасом на то, что осталось от протараненной машины, не доверяя собственным глазам.       Придя в себя от шока, Ким Су Хёк выскочил из машины и погнался за водителем фуры, который оказался в состоянии предпринять попытку бегства после такой страшной аварии.       «Ведь он въехал не случайно…» — Пак Суён дрожащими руками отстегнула ремень и побежала к пострадавшей машине. Отыскивая телефон в сумке, она с ужасом заметила, что в машине много крови. Никто не пытался выбраться или позвать на помощь. Никто.       Вызвав службу спасения, девушка нашла глазами Ким Су Хёка, который наставил пистолет на убегающего виновника и, выстрелив предварительно в воздух, приказал тому остановиться. Обратно он вёл его уже в наручниках. Не теряя времени, Суён стала пытаться открыть хоть одну покорёженную дверь. Вдруг те, кто были внутри, ещё оставались живы. Разбитая машина балансировала на краю и скрежет металла резал нервы, как плоть острым ножом.       — Ну давай же… — в какой-то момент ей показалось, что дверца щёлкнула, но в следующий миг автомобиль накренился набок и с жутким оглушающим грохотом свалился вниз, превращаясь в груду неясной формы.       Суён стояла на месте. Её волосы разметал ветер, а мелкие снежные хлопья безмолвно накрыли землю под её ногами и кровь, вытекающую из салона разрушенной машины.