Один месяц

Рам продолжал смотреть за тем, как Деви мило улыбалась Тиану, что рассказывал какие-то байки о своём прошлом. Но радовало лишь одно — он не касался её так, как касался Рам. Он помнил, как его жёсткие губы целовали такую нежную шею девушки; как руки шарились по её талии, заряжая изнутри. Но как же ревностно было оставаться наедине со своими мыслями и быть гребаным соучастником этого отвращения, что предстало прямо перед ним. «Что же делать с тем гневом, что копится во мне, когда я не дышу одним воздухом с тобой, Деви?». Дождавшись, пока истязающее сердце Рама представление закончилось, он направился прямиком к Видии — доклад об увиденном и услышанном. Дойдя до рабочего кабинета дюжины, Рам чуть слышно постучал, затем, услышав «войди», он нехотя зашёл. На столе стояло вино, виноград и еще какая-то сладость. Неожиданно в кабинете находилась не только Видия, но и сконфуженный Кайрас, чьи глаза гуляли по фигуре парня. — Рассказывай, как поживает наша госпожа. Кайрас опустил голову, сглотнув. — Тиан действительно испытывает чувства к Деви. — Поставил точку, будто даже не для Видии, а для себя. — Но то, что у него действительно есть скрытые умыслы, я не могу подтвердить. Он мог сказать, что он планирует её убить, наврать с целым багажом подробностей, чтобы его убили в этот же вечер, но здравый смысл восторжествовал: если сейчас Тиана не убьют, то и Деви не тронут — так ему казалось. Лицо Кайраса было стеклянным. Он мог представить, что сейчас в голове Видии, но даже на мгновение не мог догадаться, какой будет её следующий шаг. — Интересно, — задумчиво глядела Видия, — очень интересно. Это же, получается, ещё лучше! Бедный влюблённый английский посол будет убит руками своей же невесты. — Перестань звать её невестой, — поднялся на ноги Кайрас. — Она никогда не будет невестой ему подобным. Никогда! Только через… — Через твой труп, солнышко? — Видия шагнула, обольстительно улыбаясь, затем, будто медленно превращаясь в самое ужасное существо, ядовито проговорила: — Если для достижения цели мне нужен будет твой труп, Кайрас, я лично вырву тебе кадык и скормлю собакам. Кайрас молчал. Не сглатывая накопившуюся боязнь таких фраз, не отвечая ей — ничего. — Она не нужна в нашем деле, — вступил Рам. — Деви и правда не нужна. — Ты и имени её не помнил до того, как они приехали сюда, а сейчас ты как шавка дворовая защищаешь её. — Ты забываешься, Басу! — глаза покрылись чёрной плёнкой в виде темени, что принёс Рам. — Ты слишком сильно забываешься, если думаешь, что в очередной раз я смогу вытерпеть твои гнилые комментарии. Если я сказал, что она не нужна в этом деле, значит, не нужна! — Рам, если ты… — Что я? Если я что, Видия? Я не Радж, молчать не буду. Не ожидай от меня таких же подачек, что обычно тебе приносит он — если я и принесу кость в зубах, то только твою. На этих словах молодой парень выбежал из кабинета, снова сдерживая поры сломать каждый предмет, сделанный в этом проклятом месте. В голове перекликались встречи Деви с Тианом, разговор с Видией, власть над дюжиной — всё, но апогеем всего, конечно же, была Деви, что стояла прямо у его покоев. И вся та злость, что накопилась за это время, медленно стало угасать, когда он увидел её в персиковом сари, что подчеркивало фигуру девушки. Она едва хотела постучать, затем снова отдергивала руку. — Долго ты еще будешь мою дверь охранять? — голос Рама эхом отозвался по всей рекреации. Он двигался прямиком на девушку, когда та отошла на шаг назад. — Тебе что-то нужно? — Да. Поговорить. — С Тианом не наговорилась? Деви улыбнулась. — Чёртово собственничество Дубеев, — выдохнула девушка. — Если бы я показывал собственничество, — взяв девушку за руку, они мигом оказалась во внутренней стороне комнаты, — то я бы не допустил подобного. — Неужели так нравится смотреть на то, как твоя игрушка занята другим? — издевательски, совершенно не думая, что может последовать за такими словами, проговорила Деви. — Переста-а-нь, — потянул Рам, плюхнувшись на кровать, — ты… уж точно не игрушка. — Поднявшись на локтях, он посмотрел на скромно стоящую Деви в проходе. — А чего пришла-то? Девушка опустила глаза. Её рука поднялась, сделала вид, будто включила вымышленный тумблер, затем она сказала: — Режим «Незнакомцы». Почему-то так с тобой проще разговаривать. — Да? — с усмешкой спросил он. — Разговаривать? Почему-то мне казалось, что мы не разговариваем, когда у нас этот «режим». Деви смутилась, присев на стоящее около входа кресло — не смела подходить ближе, было боязно оказаться рядом с ним. — И всё же, — вернулся к диалогу Рам, — что тебя привело в покои младшего Дубея? Ожидаешь повторения, маленькая Шарма? Деви подошла ближе, будто вспомнив, из-за чего она пришла. Глаза горели синим пламенем, а грудь вздымалась с каждым вдохом. — Не переходи границы, Рам. То, что произошло в комнате… Должно остаться в тайне. В тайне, знаешь значение этого слова? «Конечно, знаю», — саркастичный голос в голове не давал покоя, будто мысленно продолжая насмехаться над самой ситуацией. — Не дерзи, — чуть громче. — Я не разрешала касаться меня, Дубей, — подняла голову, выставляя свою гордыню. — Ты могла бы ударить меня, избить, оскорбить, но думаешь, я слепой, раз не увидел, как ты горела рядом со мной? — накричав, он подошёл ближе. — Как твоя кожа от моих касаний плавилась, подобно сливочному маслу. Я видел. Я чувствовал. И я дичайше сдерживался, чтобы не показать тебе всю Дубейскую мощь, которая у нас есть. Его взгляд был диким. — Так что не делай меня виноватым в том, что ты боишься признаться своей внутренней маленькой Шарме, что хотела бы испытать чуть больше, чем было там. Признай, что тебе так же, как и мне, тяжело приходиться иногда ночами видеть эти кровожадные сны, где мы занимаемся… — Рам! — крикнула она. — Хочешь сказать, я не прав? Никогда не было такого, что ты представляла меня? — он выводил, давил, но ошибка была в том, что и возбуждал. — А я скажу, что за последние сутки я чертовски сильно подсел на тебя. Подсел на то, как ты меня раздражаешь, но от этого становилось так… горячо, что я хотел поставить тебя на место. — Ты сказал, что не полюбишь меня, — резко ответила Деви. — Думаешь, я так легко достанусь тому, что не знает значения этого слова? — Не знаю, весь мозг занят значением «тайна», — с усмешкой ответил он. Оказавшись рядом с Деви буквально в два шага, Рам не на шутку разозлился. Его в принципе злило то, с каким тоном и в какой интонации она разговаривала с ним, с Дубеем, но её миловидное лицо и такие же сладкие губы, что проговаривали все эти колкости, будто были самым слабым местом Рама. И он, не на шутку обеспокоенный таким итогом, на мгновение задумался. «Действительно то, что я чувствую, является истинным? Действительно то, что я так хочу от неё сейчас получить, это обоюдное решение?». — Не приближайся, — шипела она, но тело, что будто стояло выше собственных страхов, так и тянулось к нему, повелевая лишь об одном — «коснись, коснись, коснись». — Я не могу, — размеренные шаги достигли своей точки. Он стоял около неё, попутно касаясь её волос, её шеи, но девушка не смела отстраниться. Думала, мысленно представляла, как сейчас оттолкнёт его, как выскажет ему всё, что накопилось за все эти сутки, а в ответ она лишь глубоко дышала, желая, чтобы эта пытка быстрее завершилась. — Не могу, Деви, не могу. Как бы ни пытался, мои руки по-прежнему хотят тебя коснуться. — Ты же знаешь, что это не сможет долго продолжаться? Я пришла к тебе, чтобы завершить начатое, но ты, — она подняла на него глаза, всматриваясь в улыбку, в его губы, что так и норовили коснуться её, — ты не даёшь мне оттолкнуть тебя. — Ты меня толкаешь ежесекундно, Деви, ежесекундно, но почему-то именно это и даёт мне тот самый огонь, что ты вспыхиваешь во мне. Они давно потеряли нить, с которой начался их диалог. Давно потеряли себя в друг друге, сбегая от мыслей, что вызывал каждый из них. — Мы и сейчас незнакомцы или ты всё-таки решил открыть мне душу, Рам Дубей? — вопрос, соскользнувший с её губ, был похож на призыв к действую. — Второе. И он этого призыв понял. Обхватив голову девушки, он жадно впился в её губы, смакуя каждый поцелуй, каждое касание языков, что приносило удовольствия больше, чем самый чувствительный секс. Он целовал, едва дышал, боясь не насытиться той близостью, что у них сейчас есть. Он боялся, что прямо сейчас он откроет глаза, а это будет глупый сон, отравляющий его сознание. — Что же мы творим… — в губы простонала Деви, не думая даже останавливаться. Прижатая к стене девушка дышала осторожно, чуть слышно, чтобы не привлечь внимания других людей, так как боялась, что об их вольности могут узнать и другие люди. Она не хотела прямо сейчас думать о ком-то другом, кроме как он, о его руках, сжимающих её волосы. — Ты можешь остановиться, — улыбнулся в губы. Знал ведь, что не остановится. — Могу ли? Рам потянул девушку на себя, обнимая. Его губы продолжали выцеловывать сантиметр за сантиметром, только голова переставала осознавать действительность. Руки медленно переходили ниже, к голой пояснице, с которой спадала ткань. Агрессивно откинув кусок мешающей ткани назад, он уже был готов покрыть все её тело поцелуями и сделать приятно настолько, насколько ей никогда не было. — Подожди, посто… — остановила его Деви. — Я пока… — Я всё понимаю. Тогда останавливай меня, иначе я не смогу за себя отвечать. Ты выглядишь как самая желанная мечта. С его слов сорвалось сладкое признание, которое стало шокирующим. Рам опустился на кровать, прижимаясь лицом к её животу. Он слышал, как бьётся сердце, слышал загнанное дыхание, с которым девушка пыталась справиться, и от этого ему сносило крышу. — Что нового узнал о нашей встрече с Тианом? «Его имя на его губах звучит как самое отвратительное оскорбление на свете». — Ничего, — выдохнул он, похлопав рядом с собой в знак приглашения. Деви осторожно присела, боясь самой сорваться и поцеловать его снова. — Он не представляет угрозы. — Да? По твоим ревностным взглядам я могла бы понять другое. Рам повернулся к ней. — По моим ревностным взглядам понять можно многое, начиная от того, что я не делюсь с кем-то своей женщиной, а также и то, что я могу убить, если потребуется, — отчеканив каждое слово, он продолжил. — Но и ты, маленькая, тоже та ещё змея. — Я? — удивлённо посмотрела Деви. — Это с какой стати? — Думаешь, я не вижу твоих взглядов в сторону Рати? Она милая девушка, но… — его взгляд опять упал на губы Деви, что были слегка влажны и приоткрыты. «Хочется провести языком по всем тем укусам на её губах, что я оставил», — было в мыслях Рама, пока Дивия не посмотрела на него вопросительно. — Но? — Но не ты. Он видел, как с каждой минутой она всё больше превращалась в одно сплошное пунцовое пятно. Рам не смог терпеть: чуть приблизившись, он обхвати её лицо руками, затем нагло, дерзко и страстно поцеловал, прикусывая губы. Желанное мгновение друг с другом приносило столько удовольствия, но так ли будет дальше?