Преступление карается наказанием

***

Отпив вина из бокала, Осаму взглянул на отца, что активно о чем-то рассказывал, и вдруг почувствовал вибрацию в кармане. Очевидно, Фёдор объявился. Повернувшись, Дазай достал телефон и взглянул на рядом сидящую Танэ. — Я пойду встречу… — тихо предупредил парень мать, на что та кивнула. Вздохнув, шатен вышел из-за стола и взял трубку, чтобы не заставлять Фёдора ждать слишком долго. Тот потратил пару секунд на то, чтобы оповестить о своём приходе, и сбросил трубку. Оглянувшись посреди улицы, брюнет стоял рядом со своим автомобилем. Спустя пару минут после их разговора, послышался хлопок двери и тихие шаги. Зная, что тот на машине, Дазай сразу стал открывать большие ворота. Быстро с этим расправившись, нашёл своего парня глазами среди темноты и улыбнулся. Приехал, значит, как и обещал. — Можешь не верить, но я успел ужасно соскучиться, — подошёл к нему и вздрогнул от порыва ветра. — Ты настоящий дурак, раз вышел на улицу в такую погоду без куртки. Сложно было что-нибудь надеть? — Я хотел тебя увидеть куда сильнее, — с улыбкой приблизился к его лицу и прижался губами к его щеке. — Мне же тебя лечить, — со вздохом стянул с себя куртку и водрузил ее на чужие плечи. — Не проще просто поскорее в дом войти? — поднял бровь, на тот махнул рукой и уселся в машину. — Ладно… Отойдя внутрь двора, Дазай проследил глазами, как автомобиль заехал следом за ним. Поудобнее припарковавшись, Фёдор заглушил машину и достал ключи. Как ни странно, волнения он практически не чувствовал. Ещё утром думал, что будет сложнее решиться. Захлопнув дверь, заблокировал входы и засунул ключи в карман. Тут же показался Осаму, взглянув на него. Пока он стоял во дворе, Фёдор бросил взгляд на обстановку вокруг. Всё выглядит довольно ухоженно, даже несмотря на темноту. — Как прошёл разговор с отцом? — приобнял его за талию и перевёл глаза на входную дверь. — Всё отлично. Решилось без моего участия. — Понятно, — усмехнулся и открыл дверь, пропуская его вперёд себя. — Топай. — Между прочим, ты как раз к ужину подоспел. Мама такую запеканку приготовила. Молись, чтобы тебе оставили. — Охотно верю, — разглядывая интерьер прихожей, кивнул парень и улыбнулся, когда тот уже избавился от верхней одежды и взял его за руку. — На кухню идём, да? — Можешь сходить в ванную, если нужно. — Да, пойду руки помою. Когда они подошли, Достоевский скрылся в ванной, но перед этим включил свет. Дожидаясь парня, Осаму почувствовал приятное волнение в груди и прикусил губу. По сути, его близкие уже встречались и проводили время в обществе друг друга. Вот только теперь Фёдор является для Осаму совсем не тем, кем был раньше. Дазай понимал, что родители уже в курсе и сто раз это обдумали за время, что они не виделись. Но всё равно глубоко в душе было неспокойно. — Домой прикупим такую же штуку для жидкого мыла. Не думал, что это так удобно, — вышел из ванной и слабо улыбнулся, найдя того в глубоких раздумьях. — Всё хорошо? — Да-да, идём. Брюнет спешно догнал его и взял за руку, а как только открылась дверь на кухню, с придыханием взглянул вглубь комнаты. По сравнению со слабо освещенным вестибюлем и коридорами, на кухне было куда светлее. Наверное, из-за приближающейся ночи потушили ненужный свет. Беглым взглядом пройдясь по людям, Фёдор не нашёл младшей сестры и подумал, что та наверное сидит у себя, не желая наблюдать за старшими, когда в собственной комнате есть дела куда интереснее. Дазай нацепил на лицо весёлую улыбку и махнул рукой людям, сидящим за столом. — Вот и мы. — Рад всех видеть, — закрыл за спиной дверь Фёдор и усмехнулся, когда тот потянул его к столу. — Я думала, ты пропал, — улыбнулась Танэ и поднялась с места, подойдя к юношам. — Добро пожаловать, Фёдор. Чувствуй себя как дома. — Это будет не сложно, здесь невероятно уютно, — улыбнулся и отпустил руку Осаму, а после неловко её приобнял. — С днём рождения вас. — Большое спасибо. Мне очень приятно. Пока те приветствовали друг друга, шатен подошёл к столу и стал накладывать новоприбывшему еду. — Тебе повезло, запеканка осталась. — Верно, ещё бы немного и я бы её точно доел. Мори усмехнулся, поднялся со стула, и тоже поздоровался с ним рукопожатием, на что Фёдор выпустил краткий смешок и позволил Дазаю усадить себя за стол. — Уж этого я бы точно не пережил. — Приятного аппетита, — наклонившись, поставил перед ним тарелку и подал приборы. — Если что-нибудь нужно будет, не стесняйся, подам. — Не помню, чтобы ты дома был так учтив, — улыбнулся и по привычке коснулся губами уголка его губ. — Спасибо. — Не за что… Парень в смущении, что тот совсем не скрывает чувств даже при родителях, уселся на своё место и уткнулся в тарелку. — Но для начала я бы хотел вручить подарок, — едва дотронувшись до вилки, вспомнил Фёдор и потянулся рукой к карману брюк. — Не буду лгать, вы изумительно выглядите, но с этим будете ещё прекраснее, Тане-сама. — Н-не стоило, правда, — неловко улыбнулась женщина. — Один твой приход уже хороший подарок. — Не обижайте. Темноволосый поставил перед ней небольшую коробку, заинтересовав и Дазая, на что Огай хмыкнул и протянул руку к своему бокалу вина. — Вот же льстец. — Они чудесны, — открыв, стала рассматривать безупречные и аккуратно выполненные серьги. — Разве я могу принять столь дорогой подарок… — Я буду очень рад, если вы наденете их. Брюнет взял вилку в руку и отломил кусочек красиво оформленного блюда. Женщина благодарно кивнула и захлопнула коробку. — Тогда и ты как следует ешь, хватит с тебя разговоров. — Слушаю и повинуюсь, — хмыкнул и принялся за еду, краем глаза наблюдая за доедающим свой салат Дазаем. — Чуя сообщил, что довёз Накахару-старшего в целости и сохранности, — взглянул в экран телефона Огай. — Да уж, перебрал он хорошо, — усмехнулся Осаму и потянулся за салфетками, что лежали далеко от него, но сидящий рядом опередил его и подал сразу пару штук. — Спасибо. — Ведь завтра в командировку уезжает. — С ним Чуя будет, так что не пропадёт, — улыбнулась Танэ. Она пододвинула свой бокал, когда супруг стал наливать всем в опустевшие сосуды бордовую жидкость из бутылки. Дазай доел свой салат и сложил руки на груди. — Этот негодяй не рассказывал мне, что уезжает. Надо же так хорошо дождаться моего приезда и свалить. Танэ заметила, как быстро Фёдор съел всё, что было на блюдце, и обратилась к нему. — Нужно ли добавки? — Всё очень вкусно, но я наелся, спасибо, — помотал головой Фёдор. Он перевёл взгляд на Осаму, что тут же поднялся с места и убрал ненужную посуду со стола. Хозяйка тоже повернулась к нему и мотнула головой. — Я сама помою, Осаму. — Мне несложно, — включив воду, ответил шатен. — День ведь подходит к концу. Тебе лучше пойти отдыхать. — Он прав, не стоит беспокоиться, — кивнул Мори и встал из-за стола. — Я сопровожу тебя в спальню. — Какие сегодня все заботливые, — улыбнулась и позволила взять себя под руку. Не пряча взгляда, Фёдор наблюдал за ними и замер в ожидании, когда старшая чуть наклонилась и протянула к нему руку, проходя мимо. Чёрт, и почему от этого человека веет таким теплом? Та же ласковая улыбка и мягкие глаза, как у Осаму. Глядя в них, невольно хочется раскрыть всю душу наизнанку и поделиться самыми тяжёлыми невзгодами. Рассказать и быть твёрдо уверенным, что тебя выслушают и поддержат. Сейчас же было даже как-то непривычно, ощущая её прикосновения к себе. — Доброй ночи, мальчики, — заправив чёрную прядь тому за ухо, сказала Танэ и погладила чужое плечо. — Располагайся. — Вы очень добры, — слабо улыбнулся Фёдор и развернулся на стуле, когда те подошли к выходу. — Тоже желаю хороших снов. — Взаимно, — кивнул Мори и скрылся за дверью следом за женой. Стоило деревянной двери закрыться, Достоевский хмыкнул и опустил взгляд. Сразу так тихо стало и при этом невероятно спокойно. Что-то в этом доме точно есть. Как только зашёл сюда, в сердце потеплело и чувство безопасности не отпускало. Совсем не так, как у него дома. Конечно, с появлением Осаму стало куда комфортнее, но иногда парень ловил себя на мысли, что ему как-то одиноко среди этих высоких стен. Хотелось бы знать, как это возможно исправить. Как только они остались наедине, Осаму повернулся к нему и выдавил на шероховатую поверхность губки немного моющего средства. — Где ты прятал эти способности обхаживать? — Если бы я их прятал, ты бы не называл сейчас себя моим парнем. Достоевский подошёл к нему со спины и мягко уткнулся носом в затылок. Дазай почувствовал, как обвились чужие руки вокруг талии и вздохнул. — Нет, правда. Не ожидал, если честно. — Огай тоже не ожидал, — хрипло посмеялся рядом с его ухом. — Всё время смотрел на меня, как на конкурента. Можно подумать, не знает, что я интересуюсь только и только тобой… — Это странно, да, — слабо улыбнулся Осаму. Другой ненавязчиво прижал его к краю раковины и спустился руками к бёдрам, медленно оглаживая выступающие косточки таза, на что Дазай лишь прикусил губу и опустил взгляд. — Что ты делаешь… — Я ведь заметил, как ты взглянул на ту коробку. Фёдор прижался к нему пахом и положил подбородок на плечо, на что Осаму поставил руки по краям от себя и терпеливо прикрыл глаза. Спустя пару секунд кожу на плече одарили мягким прикосновением губ, что стали подниматься к шее, отчего по спине Дазая пробежались мурашки и дыхание стало немного тяжелее. — Ну да, меня она заинтересовала. Чистое любопытство, что там мой Фёдор принёс… — Ты хочешь кольцо? — Н-не вижу в нём смысла. У нас ведь, итак, есть парные украшения, да и ты мне уже дарил одно… — Обручальное, солнце, — выдохнул рядом с ухом и, наслаждаясь близостью, прикрыл глаза. — Бросим здесь всё, уедем куда-нибудь и там поженимся… — Ты слишком торопишься, — ласково улыбнулся и взял тарелку в руки. — Для начала мне нужно помыть посуду. Достоевский засмеялся на эти слова, неторопливо отпустил его и осмотрелся. — Так вот что мешает нашему счастью. Тогда закончим с этим побыстрее. Совсем скоро в помещении снова начала шуметь вода, так что перед тем, как начать говорить, парень сделал свой голос погромче. — Я думал, тебя здесь всё устраивает. Отчего появились мысли об переезде? Ещё и сразу после того, как куда-то съездил… Сказав последнее, шатен призадумался и взглянул на парня, что стал собирать грязную посуду со стола и складывать её в раковину. Может ли предложение быть как-то связано с его делами? Нахмурившись, он ополоснул приборы и положил на полотенце рядом. — Фёдор, только давай без уклонения от вопроса. У тебя появились проблемы какие-то? Фёдор будто знал, что тот наконец-то спросит его об этом, но его спокойствие это никак не пошатнуло и он даже долго думать над ответом не стал. — Хочу, чтобы ты знал — если бросать какое-то тёмное дело, то лучше потом оттуда слиться, чтобы не оставить следов и не дать возможность потом кому-то копаться в твоём прошлом. Твой отец, например, решил иначе и теперь вынужден всегда держаться на стороже. Не проще ли будет просто уехать и начать всё сначала? — Не понимаю… Тебе кто-то угрожает? Он решил оставить вопрос про отца на потом, не понимая, что тот имеет в виду, а Фёдор отрицательно помотал головой и подошёл к нему, чтобы внимательно взглянуть в карие глаза. — Я счастлив с тобой и больше не хочу заниматься тем, чем раньше. Если продолжу, буду и дальше подвергать себя опасности. Одно дело бегать мне одному, а другое заставлять переживать и тебя. Хочу спокойной жизни без нужды скрываться. — Так ты просто решил всё закончить, — выдохнул парень. — Но для этого нужно… — Нам нужно будет уехать, да подальше отсюда. Сколько же времени есть? — Год или больше. Достоевский пожал плечами и почувствовал прикосновение чужого пальца к своим губам. Осаму заметил, как тот напрягся, и улыбнулся, чтобы хоть чуть-чуть подбодрить посеревшего парня. — Тогда у нас будет достаточно, чтобы решить, куда именно. Всегда мечтал попутешествовать. — Думал, ты не захочешь оставлять всё, что смог обрести здесь. — Я не нашёл здесь своё место, — вздохнул и обнял его, сцепив руки за спиной. — Если есть возможность променять этот город на любой другой, лишь бы быть с тобой, не стану и начинать думать. Фёдор не стал анализировать чужие слова, поэтому, как только они сошли с чужих губ, вдруг ощутил себя самым счастливым человеком и, усмехнувшись от собственных накрывших эмоций, как можно крепче прижал его к груди. — Обожаю тебя. За что мне такое сокровище досталось… Осаму чуть смущённо посмеялся, бесспорно разделяя его мысли, ведь и он совершенно благодарен небу за появление этого парня в своей жизни, а потому только с удовольствием отдался теплу их объятий, пока спустя минуту не понял, что хватка на талии не собиралась ослабевать. — Так, посуду дашь домыть? — Я домою, ты лучше со стола прибери. Фёдор неохотно отстранился и похлопал ему по бедру. Кареглазый кивнул, отошёл от раковины и стал убирать недоеденные салаты и другие тарелки в холодильник. Спустя какое-то время с приборкой было покончено. Как только они привели кухню в подобающий вид, Дазай взялся за его руку и повёл за собой в собственную спальню. Как ни странно, было ощущение, что они вновь у себя дома. Та же лестница, те же длинные коридоры. Удивительно, как совпали интересы Фёдора и Огая. Дазаю же посчастливилось прожить практически всю жизнь до девятнадцати в большом доме, уехать, а через три года снова вернуться в почти такой же. Сам по себе Осаму предпочитает небольшие жилища. Если они действительно переедут, он обязательно уговорит Фёдора о скромном, но комфортном доме или квартире с хорошим видом. Открыв дверь в свою комнату, пропустил гостя вперёд себя и тоже прошёл внутрь. — Уютненько, — осмотрелся и уселся на кровати. — Я здесь вырос всё-таки — улыбнулся и подошёл к нему. — Один раз комната ремонт разве что переживала, чтобы детские обои поменять на что-то нейтральное, и прочее… — Очень приятно здесь быть. Парень протянул руку к его лицу и наклонил к себе, чтобы мягко поцеловать. Осаму же разместился на кровати рядом с ним и ненадолго разорвал поцелуй. — Хотел бы и я побольше узнать, каким был ты, и как раньше жил. Фёдор слабо, едва заметно улыбнулся искреннему интересу в чужом голосе, а Осаму выжидающе улёгся на спину на кровати. — Это не милые фотографии, уютные комнатки, так что я даже не знаю… — Всё же, ты ведь можешь однажды показать мне, где родился и вырос? — неудовлетворённо вздохнул, а к нему пододвинулись и поудобнее уселись между разведённых ног. — Если ты так этого хочешь. Фёдор погладил ладонями бёдра, ненавязчиво сжимающие его в районе талии, и наклонился к лицу, чтобы вновь дотронуться губами до светлой шеи. Осаму прикрыл глаза и совершенно расслабился, ощущая медленные поглаживания на бёдрах и вместе с этим игривые укусы на коже. — Тогда я ещё больше согласен отправиться с тобой куда угодно. Фёдор хмыкнул, напоследок поцеловал его в висок, чтобы подняться на постели, и взглянул в карие глаза. — Мне бы переодеться. Где вещи лежат? — В чемодане, у стены, — юноша приподнялся, а тот аккуратно переступил через его ногу и слез с кровати. — Заодно достань мой ноутбук, пожалуйста. Другой кивнул и сразу после того, как открыл чемодан, наткнулся на гаджет, что лежал сверху на вещах. Он поставил его на стол, а после принялся аккуратно перебирать их вещи, чтобы выбрать себе что-то удобное и подходящее для сна. — Надеюсь, ты не собираешься всю ночь просидеть за переводами? — Только почту проверю, — улыбнулся Осаму и поспешил усесться за стол. — Потом спать, — стянул с себя верх и дальше стал переодеваться молча. Быстрыми движениями пальцев переходя по ссылкам и проверяя их на наличие заказов, Осаму краем глаза заметил, как тот улёгся на кровать и взял телефон в руки. Время было не такое уж и позднее, но шатен подумал, что Фёдор утомился во время дороги, поэтому так тянулся к тому, чтобы отдохнуть. Да и сам шатен тоже был бы не против завалиться спать. Ответив на последнее сообщение, он выключил ноутбук и поднялся с места. Аметистовые глаза, что не сходили с экрана, вдруг прошлись по парню и задержались на потолке. Дазай усмехнулся, стянул с себя лишнюю одежду, решив спать в открытом виде, и аккуратно забрался к нему. Незамедлительно забрал у него уже заблокированный телефон из рук и положил рядом с подушкой, а после довольно хмыкнул и улёгся. — Видишь, как и обещал. — Верно, — перевернулся на бок, чтобы было удобнее, и встретился с ним взглядом. — Как тебе здесь? Не устал по дороге? Парень пододвинулся ближе, теперь практически касаясь кончиком носа другого, пока его бедро собственнически и безумно привычно расположилось на бедре парня. Фёдор тепло улыбнулся, погладил оголённую ногу, ладонью проник под тонкую ткань чужого белья и так же собственнически сжал пальцы на мягкой ягодице. — Всё прекрасно. Я рад, что ты пригласил меня сюда. — Я не мог тебя не пригласить. Дазай со странным удовольствием ощущал прикосновения и тепло от его руки в столь интимном месте. Однако сам лишь коснулся чужой талии, пробрался под свободную футболку и сжал пальцы на коже. Ровно, как и брюнет, испытывал теперь жуткую сонливость, а потому уткнулся в тёплую шею и тихо выдохнул. — Заодно отдохнёшь от работы и поездок недельку. — Поэтому я постарался закончить большинство дел сегодня… — Молодец. Теперь же засыпай и отдыхай, — ласково улыбнулся и прижался ближе. — Сладких снов. — И тебе. Достоевский судорожно выдохнул от переизбытка чужой заботы, приятного тепла тела и успокающего запаха чужих волос, и, практически одновременно с другим, постепенно погрузился в сон.

***

Открыв глаза, Достоевский несколько раз поморгал и осмотрелся вокруг. Рядом уже никого не было, так что парень приподнялся на локтях, чтобы обозначить чужое присутствие в комнате. Как и предполагал, Осаму сидел за своим столом и активно печатал, только пальцы успевали мелькать по клавиатуре. Когда он зевнул, взгляд карих глаз на пару секунд прошёлся по полуспящему парню, после поспешив вернуться к монитору. — Доброе утро, — подал голос Осаму, пробегая по строчке на наличие ошибок. — Доброе. Достоевский упал обратно на кровать, обозначив у себя до глубины души божественное ощущение восполненности энергии. Он лениво потянулся, чтобы почувствовать, как точечно и приятно просыпается его организм, и так же медленно уселся на кровати. — Который час? — Девять только, — снова отвлёкся и хмыкнул. — Ванная — прямо по коридору, вторая дверь от моей. — Благодарю. Давно ты сидишь? — Часа два, — пожал плечами, не отрываясь от экрана. — Понятно, — спустил ноги с кровати и, пройдя через комнату, подошёл к нему со спины. — Сделай перерыв ненадолго хотя бы. — Я скоро закончу. — Знаю я твоё «скоро». Шатен повернулся и позволил завести себя в долгий поцелуй, на какое-то время остановив движения рук. Фёдор напоследок прикусил его губу и перед тем как окончательно отстраниться, взъерошил его волосы на макушке. — Пойду умоюсь. — Давай, — кивнул и вернулся к работе. Для того, чтобы привести себя в порядок, парень потратил не слишком много времени. Как только вернулся в комнату, стал собираться к завтраку, перед этим оповестив Осаму, чтобы тот тоже прервался для приёма пищи, но снова получил отказ. Спорить с ним желания не было, так что Фёдор вздохнул и сам спустился на первый этаж. К чёрту, как захочет, так освободится. Достоевский открыл дверь и, найдя на кухне Танэ в прекрасном расположении духа и Элис, что скучающе сидела за столом, мягко улыбнулся. — Всем доброго утра. — Доброе-доброе. Ты очень вовремя, завтрак на подходе, — поприветствовала его женщина и кивнула в сторону стола. — Где же Осаму? — Задержится ненадолго, — махнул рукой и взглянул на девочку. — Здравствуй. — Здравствуйте, — тише ответила Элис. Она перевела взгляд на свои руки, как вдруг раздался телефонный звонок. — Это мой, — подала голос Танэ. Шатенка собиралась перевернуть блинчик, чтобы не сгорело, и взглянула на телефон на столе. Фёдор, чтобы та спокойно ответила на звонок, подошёл и взял у неё из рук лопатку. — Давайте я. — Спасибо, — улыбнулась и, подойдя к источнику шума, и взяла трубку, а брюнет перевернул полуготовое изделие. Как понял Фёдор, звонили с работы, потому что та сразу стала серьёзнее и отошла к окну. Пусть так, он вполне сможет заменить её. Спустя время теста в чашке стало немного, а стопка возле плиты чуть увеличилась. Вдруг дверь открылась и на кухню вошёл Мори. — Как не стыдно, на весь этаж пахнет, — улыбнулся мужчина и взглянул на людей внутри. — Всем доброго утра. — Взаимно, — подошла к нему супруга и кратко поцеловала в щеку. — Не видел Осаму по дороге? — Нет, — помотал головой тот и взглянул на Фёдора. — Зато у тебя появился чудесный помощник. — Точно, — улыбнулась та и подошла к нему. — Спасибо, что выручил. Давай, я закончу. — Уже почти всё, я уже сам допеку, — помотал головой и перевернул очередной блин. — Что с тобой поделаешь... Танэ приобняла себя руками, но вспомнила, что стоит сделать ещё какие-то приготовления к завтраку. Мори уселся за стол рядом с Элис и перевёл блуждающий взгляд на Фёдора. — По части помощника, Чуя должен заскочить. — Он разве не уезжает? — развернулся Достоевский и поднял бровь. — Забыл у нас свой телефон, неряха. Заодно позавтракает, а то взял привычку с утра до вечера с делами бегать. Так и организм угробить можно. — Осаму как раз этим в комнате занимается, — усмехнулся Фёдор и вылил на раскалённую поверхность последнюю часть теста. — Вот и нет, — открыв дверь, вошёл внутрь Дазай. — Ничего себе у вас пахнет. — Раз все в сборе, садитесь за стол. Танэ улыбнулась и, благодарно кивнув Фёдору за помощь, поставила вторую тарелку с угощением на стол. — Садись, я позже помою сковороду. — Как скажете, — кивнул Фёдор и улыбнулся, когда к нему подошёл Осаму. — Надеюсь, ты не вернёшься к работе сразу после завтрака? — Ну, я выполнил заказ и отправил, — взял его за руку и повёл в сторону стола. — Вечером ещё один остался, разве что. — Это радует, — кивнул и уселся на стул рядом с ним. — Вот и он, — получив сообщение от подчинённого, сказал Мори и убрал телефон. — Кто-то ещё должен прийти? Осаму поднял вопросительный взгляд, а Фёдор пододвинул к нему его чай, протянул руку к блинчику, ловко его сложил треугольником и приподнёс к приоткрытому рту парня. — Чуя. Не болтай и ешь. — Уже спросить нельзя… — капризно взял у него из рук еду, откусил немного, а потом повернулся к Танэ, что только уселась за стол. — Как всегда, безупречно, мам. — Я рада, — улыбнулась та и тоже принялась завтракать. Спустя пару минут после слов Огая на кухне появился ещё один человек. Хоть Накахара и отказывался, его усадили за стол, говоря о том, что поездка всё равно будет ближе к обеду. Усевшись между Фёдором и Элис, рыжеволосый почувствовал себя немного странно, тем не менее вынудил себя поздороваться с ним и выйти на слабый и короткий диалог перед тем, как начать есть. Необычно видеть его здесь, однако в людях вокруг он не видел непринятия его доме. Будто тот всегда имел тут место быть. Особенно прослеживалась какая-то связь между матерью Осаму и Фёдором. Они часто переговаривались между собой, даже когда другие говорили о чём-то другом. Чуя и не думал, что его настолько радушно примут здесь. Однако парень заставил себя перевести мысли с этого человека на разговоры с Мори и Дазаем, теперь спокойно поедая завтрак и запивая угощения чаем. Наблюдая за тем, как тот увлечённо разговаривает со старшими, Элис поняла, что окончательно наелась, и вздохнула. — Братец Чуя, ты ведь обещал мне помочь с той игрой! — Элис, разве ты не видишь, что он занят? — вздохнула Танэ и протянула ей небольшую конфету. — Иди пока к себе. Элис расстроенно отвела взгляд и вдруг встретилась с аметистовыми глазами. Сегодня они подозрительно часто ловят друг друга на том, что наблюдают друг за другом. Наверное, их просто объединяло ощущение неуместности себя в этом помещении. Сразу отвернувшись, девочка услышала, как тот усмехнулся, и сложила руки на груди. Федор дождался, когда Накахара закончит что-то говорить, и тише обратился к нему. — Там что-то серьёзное? — Н-нет, не особо, — Чуя не смог скрыть удивление, что того заинтересовала чужая просьба. — Просто сбой в настройках её приставки, дело пяти минут. — Но при этом ты отказываешься мне помогать, — нахмурилась та, о ком они разговаривают, когда случайно подслушала. Достоевский заметил, как Накахара сдержанно вздохнул, и, так как он уже успел наесться, пожал плечом. — Идём, я займусь этим. — В-вы? Но разве… Она не ожидала от брюнета помощи, но не могла препятствовать, потому что тот встал из-за стола и расположил руки на бёдрах. Федор же нашёл для себя это занятие наиболее интересным, чем просто наблюдать за обсуждениями, не касающихся его самого. — Показывай, где твоя комната. — Ты куда? — заметив движение краем глаза, повернулся Осаму. — Пойду развлекусь, — наклонился к нему темноволосый и кратко поцеловал в висок. — Не скучай. Наблюдая за тем, как Фёдор и младшая сестра устремились к выходу из кухни, Осаму пожал плечами и продолжил есть. Достоевский не мог упустить, как сдержанно та себя вела в его обществе. Впрочем, это не удивительно. Это их первый раз, когда они остались наедине друг с другом. Парень почувствовал в себе желание добиться доверия этой девчушки, поэтому решил первым нарушить молчание. — Сколько тебе лет? — спросил брюнет и взглянул на неё. — Тринадцать… — тихо ответила та. — Вам, наверное, столько же, сколько и братику? — Не совсем, я старше на два года, — помотал головой юноша. — Не просто, как мне кажется, быть младшей сестрой такого оболтуса, да? — Почему сразу оболтуса? — Он бывает очень вредным и непослушным. Брюнет хмыкнул и заметил, как та слабо улыбнулась после его слов. Когда они стали подниматься по лестнице, Элис неловко повернулась в его сторону. — Отчего же вы до сих пор с ним общаетесь? — Потому что люблю его, — пожал плечами парень и провёл рукой по перилам. На это младшая опустила взгляд и призадумалась. Какой же странный этот Фёдор… Она заметила это, ещё когда они приезжали к Дазаю. Вроде бы спокойный и молчаливый, но одним взглядом такую мрачную атмосферу вокруг себя иногда создаёт, что мурашки по коже. Почему-то было чувство, что человек он не плохой. Даже сейчас решил ей помочь, хотя они совершенно чужие люди. — Вам… — преодолела неловкость после его слов девочка. — Нравится у меня дома? — Да, здесь очень комфортно, — кивнул Достоевский. — Угу, а ещё он большой и красивый, — развела руки та и оступилась, но не упала, вдруг почувствовав чужую руку на плече. — У меня тоже очень большой дом, — убедившись, что ей больше не угрожает ничего, убрал конечность парень. — Больше, чем этот? — Если хочешь, когда-нибудь сама убедишься, насколько, — улыбнулся и оказался теперь в коридоре. — Наверное… Элис пожала плечами, когда они подходили к её комнате, а Фёдор чуть обогнал её и попридержал ей дверь, чтобы она вошла первая. — Разве там есть что-то интересное для меня? — Смотря чем ты любишь заниматься, — хмыкнул Достоевский. — Читать, например, — светловолосая прошла внутрь и стала выискивать глазами нужную коробку. — Большая библиотека тебя заинтересует? Разглядывая обстановку, Фёдор удивился обилию игрушек в её комнате, заметив при этом, что они весьма необычные и очень дорогие на вид, оттого и абсолютно все ухоженные. Взять даже одну из кукол на её полке, которую Фёдор поместил в свои руки. Волосы идеально уложены, платье элегантно выглядит. При этом в каждом углу помещения можно проследить аккуратное обращение девочки к тому, что её окружает. На полу не было и соринки, а каждый предмет был на своём месте. — Тебе так понравилась Элизабет? — усевшись на полу перед небольшим телевизором с коробкой в руках, улыбнулась та. — Она на тебя очень похожа, так что меня это заинтересовало, — посадив её на место, повернулся к ней парень. — Понятно. Девочка аккуратно достала устройство из коробки, пока старший подошёл к полке с книгами. Их количество действительно поражало, и множество книг были очень знакомы Фёдору. Некоторые даже не совсем подходили ей по возрасту. Раз она уже интересуется подобными вещами, отчего так старательно делает вид, будто она совсем глупый ребёнок? Если это лишь маска, для кого та была создана, и почему Мори-младшая стала так спокойна лишь наедине с ним? Побывав тут около минуты, Фёдор почувствовал обилие вопросов в своей голове, которые он наверняка не решится задать. — Вот, здесь получается, а дальше уже какие-то непонятные символы и слова, — когда загорелся экран с настройками, привлекла она внимание парня. — Язык программирования, только и всего. Брюнет уселся рядом с ней и протянул руку, чтобы та отдала ему пульт. — В любом случае, я его не знаю, — буркнула и отвернулась. — Смотри и запоминай, чтобы в следующий раз сама справилась. — Ладно, — не ожидав, что он захочет что-то объяснять, подсела ближе и вздохнула. — Так периодически случается, но чтобы разрешить, сначала даёшь согласие, нажав на вот эту кнопку, а после… — заговорил Фёдор, перенимая внимание девочки на себя. Последняя полностью влилась в процесс и стала запоминать шаг за шагом и, когда в игре восстановился прежний порядок, даже слегка улыбнулась. — Значит, я могу и другие изменения вносить… — При желании, — кивнул и отдал ей пульт. — Надеюсь, ты всё запомнила? — Да, большое спасибо. Младшая подумала убирать игру обратно, а Фёдор откинулся назад и опёрся о свои руки. — Разве Чуя тебе не объяснял, как поступать в таких ситуациях? — Нет, просто приводил в норму и уходил. — Наверное, потому что не решалась попросить тебя научить и вместо этого ребячески отмахивалась, а после была вынуждена звать из раза в раз, — озвучил мысль Достоевский, в конце подумав, что зря сказал это. — Может, мне просто хотелось, чтобы кто-то обратил внимание на меня… — тихо пробурчала та и перестала скручивать провода. — Поэтому и ребячилась… — Ты умна в своих действиях, — слабо улыбнулся, обозначив для себя правоту в своих теориях о ней. — Почему же при мне так серьёзна? — Разве ты ведёшь со мной себя, как с ребёнком? Младшая повернулась к нему и встретилась с заинтересованным взглядом аметистовых глаз. — Я ведь не слепа и вижу, что недолюбливаешь меня, поэтому удивилась, когда ты решил помочь. — Дело не в тебе, я в принципе детей не переношу, — усмехнулся от резкого поворота в их разговоре. — Но ты ведь не избалованная сопля, которую так пытаешься из себя строить. Просто человек, который смертельно жаждет внимания и любви своих родителей и старшего бра… — Это уже не твоё дело, — грубо перебила его и сжала пальцы на джойстике. — Я сама разберусь… — Я понимаю тебя и твои чувства. Больше, чем кто-либо в этом доме. Фёдор вздохнул и прикрыл глаза, не собираясь спорить и как-то давить на неё своими словами. — Тебе, скорее всего, неприятно сейчас разговаривать с каким-то незнакомцем, когда могла бы дурачиться с Чуей или с любимым братом. Элис пропустила мимо ушей последнее и перевела взгляд в его сторону. — В каком плане понимаешь? — Наверное, нет ничего хуже, чем не получать любовь родителей, когда они есть, а не когда их вовсе нет, — сказал Фёдор и почему-то почувствовал, как в груди неприятно кольнуло, а в комнате настала тишина. — Лучше бы со мной действительно братец Чуя пошёл… — тихо проговорила та и отвернулась, заставив того прикусить губу, как только послышался тихий всхлип. — Прости… Темноволосый с сожалением в голосе вздохнул и уселся на ковре. — Мне его позвать? — Не понимаю, кого мне жалко больше, себя или тебя… Она не сдержала слезу и поспешила вытереть её рукавом платья, а Фёдор повернулся к ней и дотронулся до плеча, вынудив развернуться. — Никого. — Почему? — нехотя взглянула в его глаза и шмыгнула носом. — Потому что в этом нет никакого смысла, — вытер очередную каплю с её щеки и с серьёзностью на неё посмотрел. — Если не хочешь утонуть в разочаровании, перестань вести себя как глупый ребёнок, ведь ты им не являешься, и взгляни на вещи взросло. Не смогу обещать, что так ты получишь внимание Танэ-самы или Огая, зато на душе станет легче, а потом и жить спокойнее. — Откуда ты можешь знать, что у меня получится? Девочка дотронулась до его руки и опустила, а Достоевский чуть отстранился и вздохнул, собираясь встать. — Мой дядя тоже не был до конца уверен, что это сработает, но его совет, как видишь, засел глубоко в душе. Да и в конце концов, начинай говорить прямо, чего ты хочешь. Мало кто понимает твои намёки, оттуда и обиды. — Тогда… — прикусила губу, когда парень встал в полный рост. — Останься здесь и сыграй со мной, пожалуйста. Фёдор хмыкнул, не ожидав, что разговор так сблизит их, и уселся обратно, как будто не имея другого выбора. — Хорошо. Только игру выбираю я. — Я во всех тебя сделаю. — Это мы ещё посмотрим. Элис усмехнулась и вытерла напоследок лицо от влаги. Фёдор сиюминутно перенял её сопернический настрой и стал выбирать, когда экран загрузился. — Вот эту. — Моя любимая, — улыбнулась блондинка и глубоко вздохнула перед началом серьёзного поединка.