Третий лишний

В целом на пике Цинзин оказалось довольно спокойно. В том смысле, что жизнь там текла неспешно, даже несмотря на то, что на меня канонно навесили множество обязанностей. При этом, что забавно, никто не лез меня задирать. Это, говоря откровенно, стало большой неожиданностью. Я-то, помня приключения ребёнка на улице, ожидал очень тёплого приёма с тяжкими телесными. Но нет. Кажется, без чайного дождичка от Шэнь Цинцю, вышла какая-то очень лайтовая версия. В целом, меня не напрягала работа как таковая. Как минимум, у меня всё равно было в разы больше свободного времени, чем до того, как я пришёл на пик. Конечно, я видел, что остальные подобным не занимались, видимо, дружно скинув на меня все обязанности. Ну, что ж. Я уже решил показать Мин Фаню, что он для меня авторитет. А потому со всеми вопросами был намерен ходить к нему. У бедного парня от оклика «шисюн» в моём исполнении, кажется, скоро глаз дёргаться начнёт. — Шисюн Мин, здравствуйте, — я отловил его сразу после завтрака и склонился в приветственном поклоне, — Этот шиди хочет попросить помощи с тем пособием, которое шисюн дал ему. На самом деле это был далеко не первый раз, когда я приходил к нему с этой темой. Бедный парнишка наверняка уже десять раз пожалел, что втюхал мне непонятную подделку и теперь вынужден каждый раз придумывать новую историю, чтобы я не пошёл со своими вопросами к кому-то ещё. — Шиди, — криво улыбнулся Мин Фань, краем глаза ища пути отступления, — Я сейчас занят, подойди ко мне вечером. — Но ведь вечером у уважаемого шисюна личное время, свободное от обязанностей старшего ученика, — мягко напомнил я, — Этот знает, что у шисюна много дел и не хочет занимать его драгоценное личное время. Этот лишь покажет, что он делает, чтобы шисюн посмотрел, верно ли идёт ци. Это займёт лишь пару минут. Благо, оригинал ясно дал понять: своему совершенствованию я не наврежу, даже занимаясь по подделке. Лишь замедлю процесс. Но вот припугнуть старшенького тем, что он может стать причиной чужого искажения ци вполне можно. Ведь все видели и не раз, как я подхожу именно к нему за помощью практически через день. Сначала при всех отказывать было неловко, а теперь, если что, они смогут свидетельствовать против него. Разве мало найдётся желающих присвоить себе роль старшего ученика? Думаю, Мин Фань и сам это отлично понимал. — Ладно, — откровенно нехотя согласился юноша, берясь за ту часть руки, где в моё время щупали пульс, и готовясь смотреть. Уж я расстарался пускать ци ровно по тому руководству, несмотря на все возмущения, которые подобный способ вызывал в меридианах, заставляя их скрипеть, будто ржавый механизм. Мне было немного любопытно, сколько старший ученик сможет это наблюдать, прежде чем вмешается. Хотя бы из опасений за свою репутацию и боязни наказания. Как выяснилось, просто хорошим отношением мне его пронять не удалось, угодив в те самые 30%, так что пришлось идти другим путём. Что ж, оказалось, что ему хватило всего один раз побыть свидетелем чужого саморазрушения, а потом посмотреть в глаза человека, который откровенно полагался на него, чтобы нервы сдали. — Нет, шиди, — поморщился Мин Фань, отдёрнув руку, будто от ядовитой змеи, — У тебя не получается. Пойдём… выдам тебе руководство попроще. Кажется, я тебя переоценил. Бинго. — Поздравляем, получен предмет «Правильное руководство по самосовешенствованию»! ╰(▔∀▔)╯ — радостно подтвердила Система результаты моих услилий, — Пользователю начислено 100 баллов за изменение сюжета и 100 баллов крутости! ヽ(>∀<☆)ノСпасибо, что пользуетесь этой Системой! — Люблю тебя. — («ಡωಡ») С Нин Инъин было труднее. Мне всегда нравились светлые, непосредственные дети, потому её компания была приятной. Вот только она сулила проблемы. Как сплавить этого милого непоседливого ребёнка? Я пробовал быть скучным, но всё равно заработал ласковое А-Ло. Пришлось постараться, чтобы откатиться обратно до «шиди». — Знает ли дорогая шидзё Нин, — мягко начал я чуть заговорщическим тоном, — что для этого Бинхэ самое дорогое на свете? Конечно, это её мновенно зацепило. Девчушка аж запрыгала на месте, переполненная любопытством. — Что? Что? Скажи, А-Ло, скажи же скорее! — почти восторженно воскликнула она, сжимая кулаки в предвкушении. — Семья этого недостойного. У этого нет никого, родного по крови. Поэтому с поступлением на пик, семья этого стала ещё больше. «А-Ло» звучит мило. Но «шиди Ло» для меня звучит так, будто шидзе и правда сестра этого. Этот может попросить шидзе всегда-всегда называть его шиди? Шидзе согласна стать сестрой этому? — проникновенно вещал я, глядя в эти сияющие глаза, а в конце потупил взгляд, — Этот… поймёт, если дорогая шидзе откажется. В конце концов, кто он, чтобы просить о подобном. Я был готов, что это может не сработать, если мне не удастся тронуть малышку Нин Инъин до глубины души. Но мне удалось. Девчушка со слезами на глазах заверила меня, что хочет быть моей сестрой и вообще будет дорожить этой ролью сильно-сильно. Её особенного отношения это не изменило. Только теперь она с «шиди» порой сбивалась на «диди». И это стало для меня отличной зацепкой для разговора с Мин Фанем. Когда он заставал нас с шидзе, он всегда злился и даже моя показная радость от встречи не могла полностью убрать его гнев. И вот, когда «диди» уже достаточно примелькалось, я аккуратно попросил у старшего ученика разговор с глазу на глаз. — Шисюну Мин ведь нравится шидзе Нин, — спокойно констатировал прямо в лоб я, — Этот недостойный не может постичь, почему в таком случае шисюн предпочитает наказывать своего шиди, а не проводить время со своей шимей? Бедолага аж опешил от такой прямоты и тут же надулся. — Не твоего ума дело. И вообще, это ты постоянно вертишься рядом с ней так, что не подойти, — буркнул парнишка, начиная заводиться. — Этот просит прощения, что создал такое впечатление. Дело в том, что этому одиноко без своей семьи, потому он попросил уважаемую шидзе быть ему старшей сестрой, — начал я его осторожно подводить к нужному выводу, — Шидзе Нин согласилась и даже зовёт этого «диди». Потому этот Бинхэ хочет спросить: какая девушка будет засматриваться на своего младшего брата? Мин Фань всё ещё выглядел не слишком впечатлённым, но хотя бы до того плотно сжатые челюсти с играющими желваками расслабились. Я же ковал железо, пока горячо. — Этот шиди очень уважает своего шисюна и благодарен за всё, что тот для него сделал, — открыто посмотрел я прямо в глаза собеседника, — Этот очень хочет отплатить за всё. Шисюн желает, чтобы этот шиди помог своей шидзе разглядеть, какой шисюн замечательный? Бедолага аж поперхнулся. Но эта перспектива заставила его забыть ненадолго о мнимой конкуренции. Мы пустились в обсуждение, как конкретно стоит действовать, хотя было видно, что с каждым словом Мин Фань чувствует себя всё более неловко. Конечно, теперь, перейдя из роли соперника в роль купидона, я получил значительные послабления в своём режиме дня.