Осень «Всё хреново» — Лето «Всё хорошо»

Отдельное сердечко некоторым моим любимым книжным мужчинам (вдохновители, фиг ли, страна должна знать своих героев): Казу Бреккеру (и воронам), Николаю Ланцову, Исайе Полатойи, Рафаэлю Леруа (и всем Адским Джентльменам), мужчинам двора Теней (кланяюсь королю Эльфхейма), Перси Джексону, Потерянным мальчикам и Риверу Уитмору, легендам Спарты (Бессо Давыдовичу, Маю, Марату, Роме и Яше). ❤️ — Да, я специально делала похожие словесные и фразовые решения на те, что были у Яси. Нет, вам не кажется, если 1 в 1 — так задумано. У них миндальная связь. — Бисквитные медведи: мишки Барни, Яся ест их ещё с 2 главы. Отсылка, короче. — Да, я фанатка Алёны Швец. Её песни помечены в АШ. — Кровь и соль: отсылка на меня же, тишинские истории, не публиковала, но песня-спонсер Blood runs thicker than water. В тему семьи. — Селёдка на льду: 1 глава, Яся. — Школьные тесты от психолога: 3 глава, Елисей. (и берегите себя, пожалуйста, я тут вам не шутки шучу: это юмор от боли, и оба персонажа стабильно её высмеивают) — Лимонад: новогодняя глава. — В проблемных семьях, парах люди действительно по одной интонации могут почувствовать неладное. — Про паровозик: у меня на работе в ТЦ, прям напротив моего поста "Только бы ничё не украли, так, диагностика пошла, а они чек приносили?" ездит детский поезд. Уатают мелких в определенной зоне, как в Смешариках. Паровозик всегда останавливается))) Тавтологию почищу после выхода 3 части. Яся глубоко засыпает с новым плейлистом и позднее сообщение от Елисея не видит.

***

Но Елисею однозначно есть что ей сказать и по ба-ра-ба-ну. Воспользовался бы немного другой формулировкой с упоминанием первичных половых признаков, однако в отношении Яси, костящей непристойными матами школьной биологички, подобные грязные грубости совершенно неприемлемы, неукоснительно запрещены и абсолютно невозможны. Нет. На Ясю форма его языка "на дне не-джентльменства" никогда не распространяется и распространяться не будет. Точка. Напрашивается ещё одна крайне недопустимая шутка про орган уже ротовой полости, но звучит фразочка в голове Елисея почему-то голосом "жарко-холодно-близко-далеко" Ярославы Олеговны, и эту её раскрепощённую, без тени стеснения (но со стрелками хищничества-саркастично), без начищенной демонстративной хорошести версию (а то вокруг Елисея не одни "хорошие" до скрипа зубов от сахара), её хочется целовать до потери здравого смысла. А он у них вообще имеется? Смысл? Лан, Ясино негативное влияние влияет, потому что Королевич и сам похабных замашек и наглых провокационных заявлений весьма большой поклонник (и дело не в возрасте, эйджисты намалёванные) Ну и её, Снежной королевы, тоже. Преданный фанат! Аж до искр из глаз. Если она бы ещё выступала, на каждое соревнование таскал бы букеты (и подкатывал бы к её партнёру за полюбовными советами и, наверное, был бы неизменно посылаем в пешее без-Яси-эротическое, ведь Бесстужев Стужеву бы никогда и ни за что бы не предал... Елисею больно, что Яся потеряла такого близкого и любимого человека) Да. Ему точно есть что сказать по поводу, по существу, по бизнесу, с-чувством-с-толком-с-расстановкой, как 6 принципов построения ДНК в 3 часа ночи, блять! (а Елисей теперь даже не возмущается, когда беспардонная женщина, подготавливающая его к ЕГЭ по биологии, хладнокровно вкидывает сексисткие замечания о генетической несостоятельности мужиков) Камон, говорить надо словами через мозг. А с Ясей он всегда на кромке ножа и на краешке лезвия конька предельно откровенен. Душа на распашку, сердце на ладони и табличка "Выхода нет" там, где и входа не было изначально, а для неё специально появился. "Лишь бы мы с тобой проснулись в одной постели" — вот через дыру в заборе-сердце Сплином и бисквитными медведями от девочки-расстрел заразился. (Мать стопудово вынесет мозг за пристрастие к сладкому. Ну да, конечно, будет он её мнения спрашивать, чем ему питаться. Пусть к чёрту катиться со своей тупой поддельной заботой, блять, пустышкой и, увы, не соской, та хоть детям полезна, а Елисею пиздец какая вовлечённая (нет) родительница абсолютно бесполезна, дешёвая версия с производства на коленях!!!... И нет, Елисей не хочет думать, как его родители на свет производили, нахуй часть про колени, бэд-трип ёбаный!) Все руки в крови, ведь он режется-режется-режется! до мяса, до костей, когда упёрто старается их с Ясей душевную близость продлить — и по времени, и по глубине правды. Когда Яся не отрицает. Когда не врёт ни себе, ни ему. Не играет в недотрогу ("Ух, и съездила бы она мне сейчас по лицу за такой гнилой нефильтр") Когда Яся с ним, она ведь его по факту (тьфу за собственничество), просто не-его, и что с этим запутанным делом делать, Елисей не знает. Пока. Сдвиги же наблюдаются. Ну с кровавыми лужами и долбанным запахом, от которого блевать хочется перманентно — железо и соль, маты и слёзы (а тут можно в очередной раз недобрым словом помянуть семью? не, ну злость куда-то девать надо же) Однако не тупиково, не беспантово, "переживём-перезимуем". Однако повреждения нахуй в бинты и уверенный шаг к бою. ("Если моя жизнь одно поломанное, карикатурное танго, я ноги на паркет класть не собираюсь, не дождутся. Умирать пафоснее стоя") Обнять (стрелочка) вправить мозги (стрелочка) упасть перед ней на колени. А как по-другому? По-другому было в феврале. В наступающем марте хочется активно действовать, а не подыхающей селёдкой на льду сидеть-лежать не вдалеке с глазами-сердечками и тупо ничего не делать: Яся — кремень, а Елисей голо спать с ней не стал бы ни при каких обстоятельствах. Не с ней. Они не бездушные. Они не про про базовое тело. "Если мои мысли кто-нибудь — не дай фигурокатательные боги, пресвятые твиззлы! — диагностирует, то диагностирует и клиническую ёбнутость, ведь у меня в голове забродивший компот, куда налили прокисший борщ, а сверху ещё тухлым соусом-песто и маслом от заплесневевшей рыбы щедро "украсили". Да потому что мысли — "всё и сразу, СДВГ и истерия-психиатрия отдыхают".... Зато не пустое пространство в черепе, тоже хорошо. Мне типа ответственным и самостоятельным взрослым быть надо" Елисей бракованный и дефектный, а Яся на его стороне. Елисей недостаточный, а Ясе его достаточно! Нормально. Прикольно. С уважением и "с уважением, ваше высочество, что соизволили почтить нас своим монаршим присутствием" (не кланяется, ибо "я кружевным бельём перед вами, сперматоксикозными, светить не собираюсь" — зачёт ответочка, чё... она вся зачётная-бомбическая-космическая). Её претензии не вызывают у Елисея железного и солёного желания в стиле "Опять долбанные тесты на суицид. Потребность выйти в окно явно ж блять не то, что кто-то будет афишировать!" Не, а селфхарм —занятие интересное, только не рядом с вредной валькирией Елисей о нём вспоминает. С ней жить хочется, смеяться, развиваться, расти. Травма или травмат? Рас-стрел и песни девушки с гитарой. А он узнает от матери, что Яся его защищала! "Яся, блять... Не любишь, да? и защищаешь из жалости, да же? Благодетельница, блин, радетельница за права и свободы. В какой там твоей любимой песне поётся "Я тебя спасла, а ты влюбился в другую"? Хрена с два, Ярослава Олеговна. Меня спасать не надо, уяснила? И других нет и не будет. Сдавайся, Стужева. Это моё спасибо. Я курить опять начну — забирай свой приз. А мать мою вразумлять без эффекта, Ясь, она же не такая, как ты, хорошая". Что ещё высказывает Ясе разъярённый Королевич? Когда эмоции сносят способность мозга функционировать и штатно и не штатно, на развалившемся шасси и на горящем двигателе вывозить происходящее. Когда трясёт от гнева, от благодарности, восхищения. То-таль-но. Насмерть и вусмерть. Когда колени подгибаются, когда руки трясутся как у эпилептика, телефон лежит на раковине, а с чёлки сбегают капли воды. "Ей не надо ничего говорить — ты мне скажи, королева моя. Мне! ... Давай танцевать вместе". Довысказывался. Трясёт-трясёт-трясёт. Мелкой дрожью. Истерика подкатывает к горлу спазмами. И больше ничего. Нет других слов. Ничего. Последнее предложение еле выговорил. С грудью, где пуля на вылет. Елисей будто в бреду, с привкусом соли (выворачивает) во рту и на разодранной коже, не чувствуя под собой пола, буквально сваливается мешком в ванную. В одежде. Босой. Не видя словно за пеленой перед глазами ("какое там умное словечко? термин! дереализация? диссоциация?" — ну да, Елисей и правда ощущает себя диссоцирующим хлоридом натрия и под сладенькими таблеточками, под "до свидания" из мира осязаемого). Не попадая по крану, не с первого раза он врубает мощный поток навороченного душа сверху. Холодно. Холодно и мокро, минус вайб как гречка, рассыпанная по кафелю, по всему телу. Какой же это лютый пиздец, что та, которой на него типа наплевать, отчитывает его мать, которой на него по идее не наплевать. По идее. А можно помедленнее на поворотах? Хрен поймёшь, какую реакцию, какой режим психики включать, на какие кнопки жать судорожно. Это русская рулетка с дулом пистолета у виска или аттракцион-тошниловка? А может, словить паничку — неплохой способ заставить родителей по-настоящему "не наплевать"? Не, не рабочий варик, ещё в психушку упекут ("да, Яся, я знаю, что не нужно гнать на людей с расстройствами"), и поминай как звали. Не мужик же, позор семьи. Не-нормаль-ный. Мальчики не плачут. ("по-хую мешает", — где-то проскальзывает на задворках тот самый сарказм, только в ином формате, неосознанно проскальзывает) Мальчики вытирают воду с лица, выбираются из ледяной ванной, молча и бесстрастно раздеваются и засовывают мокрые вещи в стиралку, а затем всерьёз размышляют, как бы съехать от родаков. Живёшь отдельно — живёшь по своим правилам. И вопрос не в том, что никто не указ, —вопрос в том, что на их территории единственно верное решение игнора и личностной свободы не осуществимо. Юношеский максимализм подростковым психозом, но вот не зря ж умные люди про сепарацию говорят! Причём! Яся отлично скрыла, что знает всю правду, всю гнилую неложь, мерзкую, гадкую, уродливую, горькую, болотно-склизкую, пропахшую алкоголем и пьяными рассказами в каких позах и куда (вот интересно, это что, отдельный вид эксгибиционизма? А, ну конечно, прозевали поинт, базара ноль: у матери Елисея нет настоящих подруг (удивительно), а женщины с женщинами же обсуждают во всех бурных красках телеса своих любовников, всё сходится. Ну сын вместо подруги, не проблема же. А вот Яся говорила, что это бред в упаковке из бреда и с ленточкой сверху из резины известной аптечной марки!) Яся не предаёт доверие Елисея. Ни на сантиметр этой дрянной истории, жалкого полотна, у которого (ну опять) нитки лезут во все стороны и стразы отваливаются с вонючего клея. Подранный-поюзанный-потерянный. Выебоны все завязаны на клее (хоть не на смазке, и на том спасибо, а ещё по чьим-то дофига важным мнениям именно подростки озабоченные) Семьи не клеятся. (семьи строятся) "Вот как её меньше любить?" Как меньше уважать? Как ей меньше восхищаться? Никак. И на Ясе сосредотачиваться гораздо лучше, чем впустую-в-холостую безрезультатно бороться с — увы, блять! — не холостыми родителями. Результат тут "Всё проёбано, брак на производстве, отмена, сотрудница ЗАГСа, отмена, печать поставьте!" Уж лучше бы развелись и давным-давно забыли друг о друге. И у Елисея хотя бы отец остался. А Королёву он ещё в дом приведёт, обязательно, успеет. Это 12-й этап укрощения строптивой. Как у анонимных, но они не совсем анонимные — палятся перед незнакомцами. Ну, там, где-то через адекватное время, чтобы по-адекватному—по-взрослому и Яся от него никуда не сбежала. А Яся может! И у кого потом вымаливать её местоположение? Её не сдадут, а общих у них нет. Елисей лежит один, в кромешной темноте и при закрытых окнах, лежит хоть не на полу, а на кровати ничком и вцепившись со всей дури в большое одеяло... В детстве оно было... Чувствовалось иначе! "Кондиционером для белья пахнет" Ну да, дети обнимают вещи, это взрослые пытаются удержаться на плаву до крови и не уйти под ядовитую воду к морским чудовищам. "Как будто земных мало", с закатыванием глаз и демонстративно-горько-язвительно. Костями, мышцами, связками и ногтями, а могли бы — и когти бы вонзили прямо в пух. Только так. Наоборот захлебнёшься сразу же. Без шансов. Жаль, что Елисею подобные отношения с жизнью не-бабл-гам знакомы прекрасно и достаточно давно, и Елисею для сего громкого, фе-ер-ичного, с хлопушками-чаштушками, с салютами, с обязательной ссорой или дракой на свадьбе (традиционные ценности!), вот для такого не-политкорректный-зефировый-Дисней знакомства с реальностью больших людей даже взрослеть не пришлось. За 4 года привычно-привыкаемо. И вот надо было.... До одеяла! Хоть прячь, раз злое "Не лезь" не понимается, не воспринимается и за человеческое, блять, не считается! Герои любовных романов на бедных, впечатлительных барышень так не рычат, как Елисей на дорогую сердцу родительницу (а жаль, что дорогую!) За-продвинутые-технологии двинутая головой, моралью и чужими яхтами матушка взяла и купила другой ополаскиватель и развела в доме свои, мать его, порядки. 2 месяца тоже не считаются! Она здесь постоянного присутствия не имеет, так и? Не то чтобы Елисею прям критически важно наличие именно того средства для стирки — ну блажь же, истерика на ровном месте, собрался-хлопчик, — средства, которое год с лишним выбирал он (батя в таком нихрена не смыслит, вы чего, бабское это занятие бутылками с розовыми цветами на кассе самообслуживания светить, засмеют же, опустят!)... Но серьёзно!? Где и когда женщина с гордым названием "мать" на огромной табличке, повешенной на грудь — чтобы видели, графа в первичном документе из роддома же мелкая для её эго, — успела приобрести права́ распоряжаться хоть чем-то в этом доме? В его спальне! В его вещах! Где?! Елисей с удовольствием разнесёт шарашкину контору без лицензий и претензий, потому что у него претензии есть. И законные, раз тут все козырями щеголяют, только козырные карты у них — не от лукавого, а от шулера. Дешёвка. Звонкие и убогие побрякушки, один гонор на блядстве с "я лучше _глагол_" на занавесных сборках в наркострипушнике ("да, Яся, я прям кожей чувствую, как ты мои крамольные мысли слышишь") Одеяло — драгоценный, бесценный кусочек детства с бабушкой и дедушкой. Не "с-жиру-бесится", не "блажь". Детства. Светлого, сокровенного, справедливого, счастливого. (таких подарков уже не делают за получением паспорта, не за выслугу лет, конечно) Наполненного тем, чему трудно дать имя, когда оно давно присыпано кладбищенской землёй, но за неумением лучшего слова "близость". Когда за водительское маленький Елисей садился только с дедом "порулить" в гараже на старой Волге. Когда вместо айфонов, популярности и пьяных фильтров сторис (мерзость и мрак, мрак и софиты, секс-дно и шот "не-существую" — умные понты) были глубокая речка, яркое солнце, клубника прямо с грядки и догонялки всем селом. А зимой сани, коньки и пыльные ступени погреба, когда набегался по сугробам до упаду, весь мокрый от снежков. Не мыльные пузыри из пакетиков и отчаянья. "Драаааама. Аж тошнит" Качели вверх до упора и до упора отжиматься вместе с мальчиками и девочками на спор за двойное эскимо (да, никаких даббл-эспрессо тогда и в помине не было в их крошечном мирке пост-90-х) Ноу баббл-ти, ноу даббл-пэйн (не, а кто виноват, что Елисей швыряется тамблеровскими словечками? мода. субкультура изысканной молодёжи) Тепло. Безопасно. Защищённо. Тогда и там не только он любил, но и его любили. Елисей знает, что отец всегда и тоже, но от этого не легче. Отстранённость и холодность, безучастность, невовлечённость, отдалённость — лимон слаще не становится, насыпь сверху плесени. Ярость всё та же на языке. И во рту, и по понятиям, терминологическим оговоркам (Фрейда). Отец живёт несчастливо, и оттого сам страдает — заставляет от недолюбленности сына мучиться. "Я ему не мозгоправ, блять! И я его не заставлю, хоть костьми ляг, пока не дойдёт до него" И что? Ну и, блять? Елисей понимает, что настолько жаден до Ясиного внимания, потому что у него нет внимания (понимания) в семье — мёртвые мертвы, живые или не умеют любить, или не умеют показывать, если любят. Отчасти, естественно, жаден в данном контексте, но, когда всё остальное внутри него кричит до красной глотки об уважении к ней, о ценности её чувств, не оставлять Ясе из-за этого, из-за своей незакрытой потребности в привязанности, выбор не оставлять из-за себя неправильно. Елисей отлично понимает: ТАК не здоро́во, не честно, не зрело и не должно. И он по максимуму старается не путать в воспалённом восприятии воспитательные фигуры и романтическую любовь. Ради Яси. Ради себя. Ясина поддержка? Суть не в ласковых словах и крепких выражениях (Ярослава Олеговна с Елисеем пить что-то крепче того самого смешного лимонада, детского шампанского, наотрез отказывается. Ну курила. И даже не одну на двоих, зараза! "Подъездная романтика, пфф, а мы с тобой, Королёв, в разных тысячелетиях родились для общих обшарпанных стен и тесного общения губами в темноте") Суть в том, что Яся его не использует. Никогда. Ни разу. Не использует его доверие, его откровенность, его открытость, его уязвимость ради того, чтобы взвалить на него гору собственных моё-важнее проблем. Яся? Яся та, которая даже не позволит влезть за неё в драку с уникальным индивидом мужского пола килограмм на 30 больше неё, уразумившим нахрапом ругаться с женщиной, потому что ну хули она за руль села, коза? Для справки: Елисея тогда рядом тупо не оказалось, а узнал он, увидев некрасиво сломанные ногти у Яси на худых руках. Лицо бы расхреначил уроду со вкусом, а потом бы уж пусть её величество Стужева ключи в горло ему засовывала, её право, Елисей на шухере с довольной лыбой постоял бы. Яся? Она всегда старается быть в формате "я делюсь, потому что ты делишься, потому что мы негласно договорились делиться, а не потому что я хочу тебя вместо психотерапевта поюзать, ты ж бесплатный и доступен в любой момент, влюблённый простофиля", Яся смотрит на Елисея как на равного, хоть и младшего, но не разглядывает его свысока в качестве золотой-рыбки-клинического-идиота. Яся давит на опыт. Давит. По количеству и качеству. Подъёбывает, конечно. Зумеры, миллениалы, единичка старше двойки в возрастном двоичном коде от рождества Христова нынешнего витка развития Хомо Сапиенс. (Предложение невменяемое и не читаемое) Но Яся никогда не ведёт с ним с позиции "Ты не окей, зверёныш, ну-ка иди назад в клетку, рано тебе ещё тявкать, глупенький, взрослые без тебя разберутся". (хотя Яся дарит ему на 25 февраля — "чтобы грустно не было, когда у всех подарки, и у всех носки" — плюшевого лиса ручной работы в качестве милой игрушки на полрюкзака, как его брелок на ключах от тачки; но это единичный, персональный и небанальный, продуманный подарок, а не едкая, лицедейская троллинг-насмешка) С родителями у Королевича так, увы, нихуя не работает. Ничего не работает. Удобно называть сына ребёнком, если хочется контроля занюхнуть дорожку-другую, а удобно называть его взрослым, если его взрослым нужен собственный взрослый. Альфа-мужик, глава прайда, блять. (прайдами правят львицы, а Елисей всегда питал слабость к кошкам... вон одна пуфффыстая есть у него в жизни, радость злющая, если не угодили) А, погодите-ка, стопэ-стопэ-стопэ! Резкий поворот налево и сразу ниже по шоссе, "ваш звонок очень важен для нас, участник дорожного движения под названием "Как, вашу ж мать, вбить людям в головы хотя бы мизерный минимум адекватности, не применяя к ним насилие?" (А иногда безумно и бездумно хочется, аж руки адски чешутся с дуру и дури прописать на морде тому же отцу и как следует встряхнуть (его) до звёздочек перед глазами и в горле. До хрипов от шелестящей золотой фольги прямо на голосовых связках) Остановитесь-ка на секундочку. Елисей, что, заикнулся о хорошем отношении к женщинам? О базово адекватном поведении в адрес половины грёбаного человечества? Не, он реальный пацан, за ним призывов к равенству полов и доминированию баб и каблуков никогда не-водилось-не-наблюдалось. Нет, ну а что, эту же хуйню несёт его отец, когда они с Елисеем до пены с уст спорят, пропагандирует младшему-Королёву он на серьёзных основаниях, блин. Очень активно! Отец, который явно проецирует свой разъедающий кости стыд в его системе альфаческих, истинно мужицких координат, (как раз) на собственного сына и на всех не под руку, но вовремя попавшихся мужчин на свете (блин, неудачно подвернулись, вот и получили отдельную, щедрую порцию хейта, ведь других грязью поливать, пусть даже неприкрыто презрительным взглядом — не заготовленными фразами, легче во стократ, чем через боль признать, что сам прощаешь каждое предательство, тотальное и бессовестное использование и по факту ещё одну форму тупого абьюза на словах и на поступках от своей жены, которая как бы есть, но которой уже четыре года нет. Одно лишь эхо от ненавистного имени и еле уловимый запах любимых (ею) духов, а до него, намертво засевшего в памяти аромата роз, не угнаться, его не схватить за кончик шлейфа в последний момент) Потому что, блять, не нужно ничего хватать и спасать! Уберите громкие лозунги о любви нахуй! А чё отец Елисея хочет? По объективно существующей действительности? Тут хоти-не-хоти, результат тот же (он лох) В его больном, деструктивном, жестоком к самому же себе, (Ясина ученица, Кира, сказала бы) дискриминирующем и серно-кислотно токсичном мировоззрении, мировосприятии нет места сочувствию, только трёшка аля Москоу-Сити-апартаменты лично для отменных стыда и вины, поющих и пьющих в одно соло и один коньяк без лимона и закуски. Если Королёв-старший наконец! признается ну хотя бы внутри, в душе, лишь в собственной голове, что издевается над собой, позволяя бывшей-не-бывшей жене такое с ним творить! (измены на чистом берегу и у всех на виду без наигранного, сквозь фальшивого до глянца, лоска и тошноты раскаяния (угу, не заморачивалась нисколько, лоск у неё в бьюти-процедурах); уходы-приходы в неизвестном направлении и повтор одной и той же уродливой, жутко фонящей холодом пластинки; угрозы, шантаж, давление, словно на дно Мариинской впадины она его топит!!! всяческие извращённые манипуляции, припадки-обмороки по субботам точно по расписанию, возложение (креста) вины и перекладывание ответственности за и против холки, он же ручной питомец) Мда, если признается, прогнозы весьма неутешительны, ведь разрушаться будет в разы больше, чем сегодня, и нет, как сейчас, тоже лучше не станет — путь в ничего, в никуда полей асфоделий, ментальная, моральная (хорошо, если не физическая) смерть в 38 лет, когда бы жить и радоваться, блять! А без признания, констатации болючих фактов, у отца Елисея шанс отсутствует и не заявится на порог, как его недожёнушка, внезапно и за просто так. За шанс надо бороться, землю грызть. Через боль — и на повторе бесячей тавтологией (выше). То, что между его родителями —нелюбовь, а взаимный, созависимый садизм, пусть его отцу достаётся гнойными рубцами на сердце до отравленной крови в жилах в энной кратности содержательнее и сильнее. "Если не любишь, научись прощаться", — думает Елисей скорее печально, чем зло, ведь на отца ему в чём-то вдруг сложно выливать всю его ярость. Отец не любит, а застрял в отношениях-пиздеце. За отца душа, тем не менее, болит и требует вмешаться. Но вмешиваться нельзя: их развод — их ответственность. И, судя по их ныне не-расставанию, длинная дорога в суд. Между ними не любовь — между ними насилие, и через несколько дней нежданно-негаданно в подобном положении семьи возникают колебания на уровне интонаций в светской утренней беседе. (Уже не семьи, давайте честно, январские радужные иллюзии Елисею нафиг не сдались ни платно, ни за красивые пункты договора на рабство: всё до того ясно, что изменения определяются по интонациям, твою ж) Нет, почему они не могут- У Елисея же есть ответ! "Альфачество- демонстративное-мудачество. Обоюдное, причём, мудачество. Оно вне гендера, зато в рамках чьей-то охуевшей совести", — мелькает в его разодранных мыслях-раздрай, когда Королевич бесстрастно показывает средний палец челу, в наглую подрезавшему его немаленькую машину на узкой дороге. Как сказала бы пьяная Яся ("Ой, ладно тебе, золотой мальчик, это же вселенская мериловка членами, сам же прекрасно понимаешь"), токсичная маскулинность, которая за кой-то хер нужна эволюции, но явно для того, чтобы отсеять слабые гены. А лучше бы сохраняла "мутации" — резерв генетической информации в популяции, потому что "Если на небе зажигаются звёзды, это кому-то нужно, Королёв! Все признаки важны, все признаки нужны. Лаааадно, опусти брови, мальчик-зайчик, я тоже не знаю, зачем в нынешних экологических условиях мериться отростками, которые являются перерождением клитора. Рэсёрч тебе сделаю персональный". И речь чисто в метафарах и метафарами же занудно построенная. Да. Вот за это в том числе Елисей её и любит: шпрехать о науке с похабными матюками и поучениями в стиле бабки с лавки у подъезда — то, что у Ярославы Олеговны получается на 5 с плюсом, хоть пьяной, хоть трезвой. Хотя она бы не кричала на проходящих мимо красивых девушек "проститутка", однозначно бы даже не хмыкнула презрительно. Званием проститутки от чистого старческого сердца наградили бы саму Ясю. И Елисей каждого и каждую бы жёстко за такой беспредел заткнул. Отец Королевича же топорно-упорно, но по гневной привычке, из стыда, который ему знатными пощёчинами, отлично затыкает рты тем, кто открыто и нравоучительно порицает его гулящую (пропащую) жену, из больного благородства, но и из вросшего мазохизма в том числе защищает когда-то любимую и родную. Форма сэлфхарма, не слышали? Оригинальненько зато, обождите, скоро новый писк моды и на обложках всех шершавых журналов. Елисей ничего не будет с этим делать, пока его родители хоть чуть-чуть не поймут. Один — важность любви к себе и на-похуй отношения к гендерным требованиям больного общества, вторая — необходимость отпустить того, кого не любишь если не из здравой морали, так из здравого ума! Нельзя спасти тех, кто не хочет быть спасённым, да и тебя в подобном случае утопят. Елисей задолбался тонуть и захлёбываться. Это не его забота и не его ответственность. И Елисей может сравнивать и делать выводы, между прочим: они с Ясей даже не вместе, но никогда так паршиво друг с другом не поступают. А что остаётся у него в последние ледяные февральские дни? Похоже, мартовские будут такими же, кстати, да и плевать, что жизнь не стол заказов и чужим хотелкам ничто во вселенной подчиняться не обязано. На самом деле, Елисей за своими семейными дрязгами и разносторонними, мать его, разборками мало что видит. Ну играет Королевич роль богатенького идиота на стиле, только теперь очень популярного в соцсетях и записавшего один трек аж на двух языках (Яся идею подогнала найти человека для качественного перевода на английский, а Елисей благодаря матушкиному нарциссизму с инглишом на твёрдое "ты" (лаааадно, достопочтенная Ярослава Олеговна, естественно, знает гораздо больше матов, но давайте сделаем ему скидку за длительность лет напрашивающейся на звание пенсионерки)) Играет? Ну и раньше играл, не новость, свайп влево, дальше, тупо провести пальцем по экрану восприятия мира 2D. Прочерк. Елисей с музыкой решает особо не светиться в ближайшее время? пока что? уже сам жалеет из-за лишнего внимания и онлайн, и в школе офлайн? (бля, ну учителя это, конечно, отдельный тип кринжа отборного качества, аж зубы крошатся от нажима и кусок в горло не лезет пихай-не-пихай) Да, решает, и? И не светится по возможности (а с Ясей ему как беспалевно беседовать прикажете? она назло в руки не даётся, но, явно смирившись, хоть разговорам сильно не препятствует). Елисей не гонится за славой от слова ноль, от знака пустого множества — он заебался в край и просто хочет место, где безопасно быть уязвимым, где его не заставят быть "нормальным": вот уж приторная ложь, кристалликами сахара скрипит на резцах... гадость! Тошнотворная и липкая, тягучая в послевкусии. И сейчас такое место защищённости лишь рядом с Ясей. Оттого он тянется настолько (к ней) на лёд и к танцевальным залам: интересно, и как только в тот раз Яся своего ученика представила Кире и Тёме (внезапно его поклонникам, но прикольным и умным юниорам). Ученика ученикам. Ровесника ровесникам плюс-минус. мдааа, ну и плевать, не проблема ничуть Один раз они с Ясей коряво танцевали танго, под чутким руководством вдруг вздумавшей творить эксперименты Киры (её партнёр лежал на полу с тяжёлым утомлением и выражением "рука-лицо"). Было... Весело? Спокойно? Радостно? Яся ругалась, естественно, что её подопечная нагло раскомандовалась, забив на всякую субординацию огромный клин, однако улыбалась, ворча, невероятная Стужева. Всё вместе, печать, роспись, прочерк. Радостно, бля(ы)ть! Соцсети... Эм, они есть... Продукт технического прогресса и красиво продаваемого лицемерия (эпик-бум вранья и хайпа) ... Елисей туда практически не заходит, и пародийного, уродливого цирка хит-парад подросткового и старше категории долбаебизма он не смотрит. Ни секунды. Зачем? Круг же, фигура общества не изменилась. Интернет — поистине замечательная, великая вещь, да и соцсети могут использоваться людям на огромное добро. А Елисей не строит из себя преисполневшегося, подышавшего маткой и познавшего дзен в малоимущие душевно пятьдесят пять лет. Или восемнадцать. Он тоже не пафосного толка человек, чтобы свою самооценку делать на благочестивой оскорблённости и барском высокомерии. Но блага цифровой цивилизации доступно вкушать с жёстко настроенными фильтрами. На сообщения тех, кому зашла его музыка, Елисей отвечает, разумеется. Про свой опыт обучения в музыкальной школе рассказывает. Но не больше. На-ху-я? Козе баян, а Елисею лишний социальный шум, блестящие фантики, фантики, винтики, картинки, картонки, галочки, леденцы, глянцики! Не, никаких новых форм- Да это даже селфхармом, когда исчезнуть хочется и от себя избавиться, вымыться, утечь в слив ванной, самовредительством не назовёшь, потому что сплошной галимый мазохизм, нахрен! (А... это не про одно и то же? Два одинаковые слова?) Соцсети, сердечки, пальчики, строчки, смайлики — мишура, вешаться и висеть на которой нет желания ни капли, только яркостью и тоской давиться. Сверстников критиковать? В другой раз, надо срочно продумывать план под кодовым именем "Начать жить отдельно ото всех!". И Елисей не ханжа. Пусть куролесят вдоволь, просто кому-то банально не до того. Прочерк, пройдено, новый паровозик в парке-аттракционов, гайд не нужен. Март.