Изъян в плане

Персонал и посетители салона мобильной связи наблюдали интересную картину: девушка в белой униформе с буквой R на груди и говорящий Мяут вели наступление на парня. Тот пятился от них, пока не упёрся спиной в стену. Тогда он беспомощно завертел головой, но бежать было некуда. Мяут сердито надул щёки. — В чём дело, Джимми? Мы уже битый час тебя уговариваем. Просто позвони и скажи ей, как мы запланировали. — Будто всё так легко! Меня тошнит, стоит только подумать о ней, — огрызнулся Джеймс. Голос его дрожал. Казалось, Джеймса действительно вот-вот стошнит. Девушка-оператор вежливо улыбнулась. — Так вы будете заказывать видеозвонок? — Одну минуту, мисс, у нас возникла небольшая заминка, — улыбнулась в ответ Джесси. Всё шло хорошо, пока они не явились сюда, чтобы потратить последние деньги на этот проклятый звонок. Надо было догадаться, что Джеймс вдруг заупрямится. А ведь им предстояло выполнить далеко не самую сложную часть плана! Из-за какого-то пустяка затея Мяута рушилась, как карточный домик. Дурацкая затея. И зачем вообще она согласилась в ней участвовать? Лучше бы опять попытались выследить болванов с Пикачу. Джесси захотелось накричать на напарника, но злость пришлось подавить — иначе сделаешь только хуже. Да и Джеймс всё равно не в том состоянии, чтобы обмануть Джессибель. — Успокойся, Джеймс, возьми себя в руки, — прошептала она и подмигнула. — Тебе не придётся сейчас, — она сделала ударение на слове «сейчас», — общаться с Джессибель. Мяут открыл было рот, чтобы возразить, но Джесси быстро наступила ему на лапу. — Правда? — выдохнул Джеймс, заметно успокоившись. — О да. И я знаю, как нам всё устроить. Поверь, я знаю. Простите, мисс, — обратилась она к оператору, — можем ли мы отправить заказное письмо в регион Канто? — Да, конечно, — кивнула девушка и указала на эмблему с изображением Стараптора на своей униформе. — Наша компания гарантирует быструю и надёжную доставку. Уже завтра утром адресат получит ваше письмо. — Значит, уже послезавтра Джессибель, а если повезёт, то и мои родители примчатся в Синно, — проворчал Джеймс. — Тем лучше, Джимми, — махнул лапой Мяут. — Не придётся тратиться на дорогу, мяу. — И заодно сэкономим на звонке, — подвела общий итог Джесси, довольная, что дело наконец сдвинулось с мёртвой точки. Раздался щелчок раскрывшегося покебола и перед друзьями предстал Воббаффет. — Вобба-Воббаффет! — произнёс он, гордо выпятив грудь.

***

Компания действительно знала своё дело. Утром следующего дня горничная в накрахмаленном переднике предстала перед хозяйкой с серебряным подносом в руках. — Почта, леди Джессибель, — учтиво склонилась она. Джессибель, двумя пальцами держа чашку кофе, другой рукой лениво перебирала корреспонденцию. — Свежая газета, счёт за новое платье, открытка от тётушки, приглашение на благотворительный вечер, приглашение на презентацию… А это что? Рука невольно дрогнула, плеснув кофе прямо на газету. Поставив чашку на блюдце, Джессибель недоверчиво повертела перед глазами конверт с эмблемой в виде расправившего крылья Стараптора. — Леди Джессибель лично в руки… Не может быть! Я знаю этот почерк! От волнения она даже вышла из образа благовоспитанной леди, при любых обстоятельствах не теряющей сдержанности. Схватив нож для бумаги, Джессибель разрезала конверт и торопливо развернула письмо. «Дорогая Джессибель!» — торжествующе прочла она. — «Я был несправедлив по отношению к тебе, в чём горько раскаиваюсь. Нам нужно о многом поговорить. Надеюсь, ты не откажешься уделить мне немного своего драгоценного времени. Прошу о свидании в Синно, где я нахожусь сейчас. Предложение руки и сердца с моей стороны всё ещё в силе. Навеки твой Джеймс». — Вот как! Интересно… Не выпуская письма, Джессибель подошла к секретеру, отомкнула потайной ящик и извлекла из него сундучок, на вид самый обычный, в каких дети хранят важные для них вещицы. На донышке ещё можно было разглядеть полустёршегося нарисованного ребёнком Гроулита. Слугам пришлось прочесать всю округу, пока они наконец не отыскали эту безделушку, стоившую целого состояния. — Откройся, Фанпи! — велела Джессибель. Раздался тихий металлический лязг. Крышка сундука откинулась. Джессибель извлекла хранившееся в нём письмо и сличила с сегодняшним посланием от Джеймса. Почерк поменялся за годы, но в том, что оба письма написал один и тот же человек, сомнений не возникало. Губы Джессибель сложились в хищную улыбку. Зелёные глаза холодно сверкнули. — Я знала, что рано или поздно ты образумишься и вернёшься ко мне, мой дорогой Джеймс! Конечно, ты по горло сыт командой Ракета и невоспитанной девицей, имеющей наглость походить на меня. Я прибуду в Синно раньше, чем ты успеешь произнести «Мамочка!»

***

Джесси, Джеймс и Мяут, сидя рядом на дереве, вели наблюдение за особняком, походившим на средневековый замок. Можно было до бесконечности разглядывать резные карнизы, шпили, башенки и бойницы, созданные талантом архитектора. В саду шумел фонтан. Все окна ярко светились, сообщая о присутствии хозяев, мелькали силуэты суетящейся прислуги. Солнце клонилось к закату, заострённые тени, всё удлиняясь, ползли по земле. Ветер доносил из столовой аппетитные ароматы, заставляя урчать желудки, сегодня довольствовавшиеся одними яблоками. — Какая красота! — восхищённо выдохнули Джесси и Мяут. — Загородный коттедж семейства Джессибель. Она отдыхает здесь летом, — равнодушно прокомментировал Джеймс, наблюдая в бинокль, как Вайлплум прогуливается по клумбе. Мяут недоверчиво покосился на него. — Шутишь? Если этот дворец — летняя дача, то какое у неё фамильное поместье? — В нём, наверное, сотня комнат, — завистливо буркнула Джесси. — Сто пять по последним подсчётам, — машинально отозвался Джеймс. Джесси почувствовала, как он напряжён, и усомнилась, что Джеймс справится. Он обещал, конечно, обуздать страх ради общего дела, но… Уж если его кидает в дрожь при упоминании о невесте, что с ним случится при личной встрече? Джесси с досадой прикусила губу. Следовало лучше продумать план. Не надо было вызывать сюда Джессибель. Что, если эта коварная ведьма подстроила им ловушку, а вокруг дома дежурит батальон телохранителей? Или в саду притаились полицейские во главе с офицером Дженни? Да и вообще всё как-то… неправильно. Ни она, ни Мяут не вправе заставлять Джеймса идти против воли. Неизвестно, какие муки он сейчас испытывает. Хотя с чего её стали так волновать переживания Джеймса? — Я не вижу её. Вдруг она не приехала? — забеспокоился Мяут, лихорадочно одно за другим осматривая окна особняка. Джеймс развеял его сомнения, указав на копошившегося в клумбе Вайлплума. — Как же! Скорее Матори станет нашей начальницей, чем Джессибель откажется от идеи заполучить меня. Если Вайлплум здесь, значит, она где-то поблизости. Словно в подтверждение его слов на увитый плющом балкон вышла Джессибель. Грациозно обмахиваясь веером, она любовалась на закат. Джессибель не могла заметить надёжно замаскированную команду Ракета, но всё же друзьям сделалось не по себе. Джесси подумала, что настал самый благоприятный момент для объяснений. Сцена на балконе, романтичная обстановка — всё как в той пьесе про двух влюблённых. Воббаффет, по-видимому, был с ней солидарен, поскольку, издав фирменный клич, выбрался из покебола. Ветка не выдержала дополнительного веса и переломилась. Команда Ракета с шумом свалилась в куст. — Кто там? — спокойно окликнула Джессибель. Мяут и Джеймс мгновенно залегли, как в засаде. Джесси, проклиная всё на свете, искала в траве укатившийся покебол Воббаффета. Воббаффет, не переставая голосить, неуклюже возился среди ветвей. Мяут пихнул Джеймса локтем в бок. — Это я, милая Джессибель, — приторным голосом пропел Джеймс, входя в роль. При этом он скорчил такую физиономию, будто вдохнул запах Глума. — Я ждала тебя, мой дорогой Джимми, — без тени удивления произнесла Джессибель. Веер замахал быстрее. Джеймс учащённо задышал. — Ты позволишь мне… Проклятье, Джесси, да уберёшь ты сегодня эту синюю балду?! — Что?! — вздёрнула брови Джессибель. Мяут прыснул, зажав лапами рот. Джесси удалось наконец совладать с Воббаффетом. Джеймс, сообразив, что прятаться не имеет смысла, обречённо поднялся в полный рост. — Я… Я хотел сказать — ты согласна на свидание? — О, разумеется, Джимми, — просияла Джессибель. — Всё что угодно для тебя, мой милый. Я сию минуту велю слугам открыть ворота.