Изъян в плане

Из-за того, что церемонию бракосочетания пришлось организовывать на скорую руку, она, по выражению родителей Джеймса, получилась очень скромной. — Если это считается скромным, — пробормотала Джесси, моргая от удивления, — боюсь представить, как они развернутся на всю катушку. Ущипните меня! — Как скажешь, — с готовностью ухмыльнулся Мяут и выпустил когти. Джесси подскочила. — Что ты делаешь, глупый кот? Мне же больно! — Но ты сама просила… — Мало ли что я просила? Я выразилась фигурально! Гроули, высунув язык, радостно осклабился. Эта невеста хозяина нравилась ему куда больше предыдущей. Мать Джеймса, уже в вечернем платье и с новой причёской, прервала разгорающуюся перепалку невестки с говорящим покемоном. — Вижу, ты наконец подружилась с Гроули, дорогая Джессибель. Это прекрасно, поскольку мы хотели запереть его, чтобы он тебе не навредил. — Да-да, мама, мы отлично поладили. Джесси погладила покемона по голове. Гроули благодарно заурчал. По крайней мере, в одном они точно сходились — оба на дух не выносили Джессибель. Гостиная за час переменилась до неузнаваемости и теперь представляла собой нечто среднее между церковью, гигантской оранжереей и залом для торжественных приёмов. Слуги расставили стулья, чтобы именитые гости, уставшие держаться на ногах, могли отдохнуть. Красная ковровая дорожка, простираясь от порога, вела к алтарю, где уже чинно ожидал пожилой священник в белой сутане. Слева за небольшим письменным столом, приготовив папку с документами, восседал семейный нотариус. В углу рассаживались музыканты. Дирижёр листал партитуру, делая в ней какие-то пометки. Всё остальное пространство утопало в букетах роз всех расцветок и сортов, их тяжёлый запах кружил голову. Джесси подумала, что не грех затребовать процент у торговцев цветами — благодаря команде Ракета они сегодня сделали месячную выручку. Джеймс и Мяут переглянулись. — Как это всё тут помещается, мяу? — Может, папа с мамой приказали снести соседнюю стену? Или овладели секретом расширения пространства? Мяут потянул носом. — Хотел бы я скорее перейти в банкетный зал! Джеймс печально вздохнул. — Пока что нам придётся перейти к обязанностям. Гордитесь, друзья мои, сегодня мы эпатируем высшее общество Синно! У Джесси захватило дух от открывшихся перспектив. К особняку один за другим съезжались автомобили. Джесси и Джеймс в компании Мяута и Гроули стояли на верхней площадке лестницы, встречая гостей. Родители Джессибель, по счастью, отдыхали на горячих источниках Лаваридж-Тауна и не успевали на церемонию, ограничившись поздравлениями по телефону. Джесси едва не взвизгнула от радости, когда мама Джеймса передала ей пожелания счастья, но тут же опомнилась и кротко заявила, что всегда сможет навестить родителей в Канто. Всё складывалось как нельзя более удачно. Джесси окончательно освоилась с положением великосветской особы. Что касалось Джеймса, то годы странствий вдали от дома не искоренили в нём манеры, усвоенные в детстве, но свою роль он отыгрывал без энтузиазма. Он и раньше не любил пышные церемонии, теперь же вдобавок пытался справиться с целой гаммой переживаний. Во второй раз девушка сама целовала его и, надо признать, целоваться с Джесси оказалось куда приятнее, чем с Джессибель. Колени дрожат и по всему телу разливается жар, словно съел ягоду Тамато. Джеймс украдкой провёл пальцем по губам. Нет, он не был бесчувственным чурбаном. Работа в одной команде с Джесси постепенно пробуждала в нём смутное волнение, чему способствовали совместные переодевания и вынужденные ночёвки в одной постели. Но он не спешил проявлять инициативу. Джесси определённо воспринимала его только как друга, а сегодняшний поцелуй лишь часть спектакля, не надо тешиться иллюзиями. Да и с Джессибель, как ни крути, он поступил подло. Она долго отравляла ему существование, но и любила его. Выходит, когда тебе причиняют боль, не считаются с твоим мнением — это и есть любовь? В таком случае, он вдоволь испытал её и не только от Джессибель. «Ты ищешь в ней меня…» Эти слова не шли из его головы. А Джесси наслаждалась вниманием. Она приветствовала гостей, как давних знакомых, щебеча дежурные фразы, выслушивала комплименты своей красоте. Щёки её раскраснелись, глаза упоённо блестели. Теперь Джесси жалела об отказе переменить платье на более экстравагантное. Она опасалась раскрыть маскировку, но сейчас видела, как убого её скромный наряд смотрится рядом с платьями богатых дам. И всё-таки она была королевой праздника. Джесси даже поверила, что комплименты, цветы, всеобщее преклонение предназначены именно ей, что это её саму, а не Джессибель чествует цвет общества Синно, что жених действительно её любит, а не помышляет, сцепив зубы, как бы скорее улизнуть. — Жених, — дошло до неё. — Я же сейчас собираюсь выйти замуж за Джеймса. Иллюзия развеялась. Джесси вернулась в действительность. И как раз вовремя: к ним рука об руку приближались родители. — Священник и нотариус ждут, — сообщил отец строго. — Джеймс, тебе пора исполнить свой сыновний и фамильный долг. — Джессибель, мы с нетерпением ждём, когда ты официально станешь частью нашей семьи и наставишь Джеймса на путь истинный, — добавила мать. Оба взирали на сына свысока, словно на низшее существо, лишённое воли, неспособное на мало-мальски осмысленные поступки. Гроули ободряюще потёрся ухом о ногу хозяина. — Я… Я готова, маменька и папенька, — пролепетала Джесси, заикаясь от волнения. Отец галантно предложил ей руку. — Поскольку твой отец не может приехать, дорогая Джессибель, позволь мне отвести тебя под венец. Джесси замешкалась, не зная, соглашаться или нет, как оно вообще принято у богачей, а Джеймс неожиданно выступил вперёд, заслонив собою невесту. — Ну уж нет, папа! Я сам в состоянии позаботиться о возлюбленной. Отец пожал плечами, всем своим видом показывая, как недоволен очередной выходкой сына, однако позволил ему немного нарушить ход церемонии. Мать постаралась сгладить неловкость, пустившись в рассуждения о пылкой любви. Две пары — младшее поколение впереди и старшее позади — чинно проследовали в преображённую гостиную. За ними нерешительно плелись Мяут и Гроули. Оказавшись в зале, покемоны, не сговариваясь, быстро нырнули в толпу. Путаясь в ногах и пышных подолах платьев, они пробирались поближе к центру событий. Все были так поглощены происходящим, что не обращали на них внимания. Гости встретили появление молодых рукоплесканиями, некоторые не удержались от умильных возгласов: — Какая гармоничная пара! — Идеальная! — Они созданы друг для друга! Джеймс, склонившись к напарнице, прошептал: — Что бы они сказали, узнав, кто мы на самом деле! — Мы заслужили звание короля и королевы преступного мира, — так же тихо ответила она. Со стороны совещание выглядело как обмен любезностями, что подогрело ажиотаж публики. Невероятно, но молодой господин Джеймс, этот заблудший Марип, действительно остепенился. Нотариус учтиво обратился к священнику: — Уступаю вам очередь, святой отец. — Подойдите, дети мои, — мягко позвал священник. Дирижёр взмахнул палочкой, оркестр грянул свадебный марш. Звуки вознеслись под потолок, ударялись о стены, заполняя всё помещение и заставляя тревожно биться сердца. Джесси и Джеймс, почти оглушённые, приблизились к алтарю. Музыка умолкла. Священник, благословив молодых, приступил к венчанию. — Сын мой, — ласково обратился он к Джеймсу, — согласен ли ты взять в жёны эту женщину? В горле у Джеймса как будто застрял колючий ком, бедняга тщетно пытался проглотить его. Священник терпеливо ждал. — С-согласен, святой отец, — прохрипел Джеймс, кое-как справившись с оторопью. — А ты, дочь моя, согласна ли взять в мужья этого мужчину? — Согласна, святой отец, — голос Джесси звучал необычайно кротко. — Является ли ваше решение осознанным и добровольным? — Да, святой отец, — вместе подтвердили молодые. Мяут, предвкушая приближение банкета, довольно потёр лапы. Священник пытливо обвёл взглядом присутствующих. — У кого-нибудь имеются возражения? В полной тишине грянул звонкий девичий крик: — Я возражаю! Все головы, как по команде, повернулись к дверям. Там стояла разъярённая Джессибель в свадебном платье. За её спиной маячила офицер Дженни, державшая на поводке полицейского Гроулита.