2000

      — Детектив! Детектив Поттер!       Гарри остановился и обернулся. В потоке людей он не сразу понял, откуда доносился голос, но, повертев головой, заметил двух девушек, машущих ему со стойки регистрации. Обе стройные, веселые, длинноволосые и улыбчивые — кому-то этого сходства хватило бы, чтобы издалека принять их за сестер.       — Сюда, детектив! — повторила та из девочек, что была пониже. Она же активнее всего размахивала руками, без стеснения вытягиваясь как можно выше над толпой.       Гарри знал их обеих: ту, что активно его зазывала, звали Миртл Уоррен, а ее подругу, стоявшую рядом с более застенчивым видом, — Сьюзен Боунс. Обе были совсем еще неопытными (по меркам Гарри, во всяком случае (а опытных, по, опять же, его меркам, во всем участке было раз, два да и все)) вчерашними выпускницами Полицейской Академии. Там Гарри в общем-то с ними и познакомился, в тот первый и последний раз, когда старик Грюм уговорил его побыть ассистентом во время проведения очередного курса молодого бойца по-Аластеровски.       Воспоминание заставило его передернуться.       Поттер не пересекался с девушками несколько месяцев и, чем ближе подходил, тем больше изменений замечал в каждой.       Миртл больше не носила очки, либо перейдя на линзы, либо наконец решившись на коррекцию, о которой много говорила еще в Академии. Ее волосы стали чуть длиннее, чем он помнил, опускаясь, насколько Гарри мог рассмотреть, чуть ниже лопаток, и были теперь не распущены, а заплетены в две косы, перевязанные красными лентами.       Массивные брекеты, однако, никуда не исчезли и продолжали то и дело задорно мелькать в ее улыбках. Из-за них губы девушки чуть выступали вперед, делая ее рот более капризным и по-детски припухлым, отчего незнающий человек мог решить, что Миртл вечно дулась. Эта черта даже заработала ей прозвище Плаксы во времена учебы.       Сьюзен же обзавелась челкой, красиво обрамляющей ее округлое миловидное лицо. Гарри показалось, что девушка стала чуть стройнее, слегка вытянулась и расправила немного сутулые до этого плечи, так что теперь небольшая разница подруг в росте в пользу Сьюзен стала более весомой.       Хоть девочки в Академии и были неразлучны, Поттер в целом общался с Боунс куда меньше, чем с Уоррен, — просто в силу большей разговорчивости Миртл почти всегда вела беседу за них обеих.       — Миртл, Сьюзен, — вполне искренне улыбнулся им Гарри. Поттер редко сходился с кем-то из коллег в последние годы, и никто не ожидал от него особой терпимости к курсантам, но девочки в свое время прилежно учились, а Поттеру тогда очень понравилось учить. — Или мне следует теперь обращаться к вам мисс Уоррен и мисс Боунс?       Подружки захихикали, сразу же отнекиваясь. Поттеру оказалось настолько приятно видеть их радостные свежие лица в этом совсем унылом в последние недели месте, что он почувствовал секундный укол сожаления от того, что много месяцев назад без раздумий отклонил предложение о постоянной работе в инструкторском составе.       — Мы слышали, недавно у вас было сложное дело, детектив? — затараторила Миртл, покручивая в руках косичку. — Как вы сейчас? Наконец в строю?       Гарри добродушно усмехнулся:       — Верно говорят — что знает один, то знает ресепшионист, — он прислонился к стойке. По холлу вокруг них продолжало сновать безумное количество людей, и Гарри никак не мог понять, просто ли он отвык от коллег или за время его отсутствия штат расширился втрое. — Из-за травмы меня временно отстранили от всего хоть сколько-то интересного, так что дела чуть хуже, чем могли быть.       Если признаться честно, он лукавил и работать ему не особо-то и хотелось. Подобно приходу аппетита во время еды, Гарри все готовился к приступу трудоголизма в любую рабочую минуту, но долгожданный рецидив так и не наступил. Они с Томом работали все больше, пересекались все меньше, и Поттер все чаще думал о том, что на самом деле предпочел бы Скотланд-Ярду дом.       — Но вы живы, и это прекрасно! — ляпнула Уоррен в своей обычной непосредственной манере. Боунс, ужаснувшись от неосторожной реплики, с резким «Миртл!» и вежливым «Извините ее, детектив Поттер» слегка толкнула ту боком.       Миртл Уоррен частенько не хватало такта, и косые взгляды сначала от сокурсников, затем от коллег не были для эксцентричной девушки чем-то непривычным. Гарри и самому порой было сложно ее понять. За время знакомства он даже не смог до конца определиться, считал ли ее образ мысли чересчур позитивным или, наоборот, негативным. Скорее, первое?.. Он не был уверен.       Сьюзен же в противовес своей подруге всегда напоминала открытую книгу, будучи легкой в общении и до смешного хорошо считывающей чужие настроения и намеки… Конечно, только в те редчайшие, заранее определенные лунным календарем и бубнами шаманов дни, когда Боунс, просыпаясь утром, решала выбрать социализацию.       — Да, с этим сложно поспорить… — ответил он ей.       — Но! — перебила Миртл, облокотившись на стойку со своей стороны и выставив вперед указательный палец. — Из нас ресепшионист только Сьюзен, а я уже как третью неделю стажируюсь в вашем отделе, детектив!       От таких новостей он немного опешил.       — Вау, — красноречиво, однако.       Уоррен, снисходительно кивнула ему так, будто точно знала, какие эмоции и в какой последовательности вызвала новость.       (Удивление, гордость, волнение, ужас, раздражение, недоумение, веселье.)       — Да, — глаза ее зажглись восторгом, — мы с вами пока не пересекались — вас сначала не было, а потом меня по поручению Тонкс отправили в… Ладно, не суть. Главное, что мне начали поручать кое-какие самостоятельные выезды. Разве не круто?!       — Круто, — послушно кивнул Гарри, все еще переваривая, что неопытная выпускница теперь была не такой уж и неопытной и довольно продолжительное время уже как и не выпускницей. Для его-то восприятия курсант однажды — значит навсегда детсадовец.       Интересно, для Грюма тогда что, весь коллектив такой? Как воспитателю ясельная группа? Потому он, наверное, и вышел в отставку.       Миртл продолжала:       — Слышала, что большие команды будут собираться на рейды как раз по вашему делу, детектив Поттер, — от энтузиазма девушку разве что не трясло, и Гарри проглотил рвущееся изо рта душное «Это больше не мое расследование». — Я подала заявку на отбор! Я знаю, вы вряд ли будете с нами в поле, но вдруг!       В словах Уоррен действительно чувствовалась… надежда. Что Гарри одновременно льстило и смущало. Глаза Миртл и сами по себе были слишком открытыми и выражали эмоции, от которых он уже отвык за долгие месяцы отчуждения от основной части напарников и коллег — одобрение, восхищение, желание поддерживать и равняться.       Примерно такими же глазами Гарри смотрел на Сириуса, когда был помладше.       — Что ж, замечательно слышать о твоих успехах, Миртл, — Поттер смягчился и кивнул. — Вы обе отлично проявили себя в Академии и здесь, я уверен, покажете еще большие успехи. И я не только про Миртл, я и про тебя, Сьюзен.       Боунс казалась удивленной внезапной похвалой. Она слегка покраснела, но твердо кивнула с негромким ровным «Спасибо, детектив». Иного он от нее и не ждал.       Они еще немного поболтали, злоупотребляя отведенным им перерывом, но в итоге с неохотой вернулись к работе, направившись, как казалось Поттеру, каждый в свою сторону. Только парой совместно пройденных коридоров и лестничным пролетом позже, Гарри вспомнил, что им с Миртл было вообще-то по пути. Все-таки видеть Уоррен в числе своих непосредственных коллег было для него странно. Не неприятно, но в высшей степени необычно.       Они с Миртл уже подошли к своему отделу, когда нужная им автоматическая дверь с шипением распахнулась, выпуская в коридор Тома.       Андроид — по-деловому серьезный, сосредоточенный, с иголочки одетый — едва ли не вытягивался по струнке. Они с Томом практически не встречались на работе, и Поттер, давно не видевший так прельщающее его лицо настолько формальным и пустым, опешил. На секунду оно даже показалось ему незнакомым.       Под ложечкой неприятно засосало.       На пару секунд они все просто замерли в проходе, и Гарри невольно задержал пытливый взгляд на фигуре андроида дольше положенного. Том же, по ощущениям, не делал ничего и никак вообще не реагировал на действительность. Невыразительные глаза, пресловутая нашивка с номером модели…       Поттеру захотелось карикатурно ущипнуть себя, протереть глаза и проверить под одеждой еще не до конца сошедшие с талии и бедер следы нечеловечески жестких рук, оставленные его андроидом несколько дней назад, мол, а точно ли они там были, действительно ли он себе их не придумал?       Пауза затягивалась. Гарри нашел в себе силы на кивок:       — Том.       — Детектив Поттер, — ровно, статично.       Не удостаивая их более своим вниманием, андроид протиснулся сначала мимо Гарри, — лишь кое-как расходясь с ним и едва не сталкиваясь плечами в узости коридора, — потом мимо Миртл, следовавшей сразу за Поттером.       Жуть.       Под безразличным взглядом во всем его теле поднялся тревожный жар. Гарри был почти готов кинуться за андроидом, затащить его в первую же уборную и потребовать стиснуть, укусить, всосать — прервать только что увиденный фарс и оставить на нем любое свежее клеймо.       Он чувствовал себя ненормальным.       На Миртл встреча, видимо, произвела не менее сильное впечатление. Девушка зависла в проходе, как и Гарри обернувшись андроиду вслед.       — Миртл?       — Да, — медленно отозвалась та, не двигаясь, впрочем, и продолжая впиваться цепкими глазами в коридор перед собой, пока Том совсем не ушел. — Это был андроид, детектив?       Вспышка удивления погасла, стоило ему осознать, что Миртл физически не могла пересечься с Томом ранее, раз, как она сказала, была на задании и не появлялась все это время в отделе.       — Э, да, это Том, — он потер затылок и замолчал. Поттер не знал, что должен был сказать. Если так подумать, на месте Уоррен Гарри тоже был бы выбит из равновесия. Не так часто встречаешь сверхразумную машину, неотличимую от человека, которая, к тому же, шире тебя в два раза, выше почти на две головы и смотрит так, будто трепанирует душу. — Он не такой страшный, как выглядит. И вообще не переживай, он точно не твоя забота, так что…       Поттер возобновил шаг. Миртл поравнялась с ним. Заступив в департамент, Поттер кинул на притихшую девушку косой взгляд, но удивился, не заметив там и части того потрясения, на которое рассчитывал. Вместо него на лице у Уоррен было лишь легкое удивление, задумчивость и почти что… мечтательность?       Поймав его взгляд, Миртл неуверенно, изумленно пролепетала:       — Он так… прекрасен?       Застигнутый врасплох, Гарри снова остановился.       — Ты… — пауза. — Не боишься?       — Боюсь? — воззрилась на него Уоррен. В больших глазах застыл вопрос. Выглядела она при этом крайне наивно и почти по-детски. — Нет, что вы, и не подумала бы.       Он еще не встречал никого, так слепо очарованного андроидом при первой встрече. Похожая реакция была разве что у Чарли, но тот смотрел на вещи совершенно с другой точки зрения. Как безумный ученый. Как искушенный ценитель искусства.       Остаток дня Гарри не мог периодически не возвращаться мыслями к Уоррен и ее лицу. Приподнятые брови, расслабленная, слегка опущенная челюсть, сверкающие распахнутые глаза, легкий румянец.       Издалека он украдкой наблюдал за девушкой, то и дело бросая в ее сторону задумчивые взгляды поверх своего терминала. Уоррен часто смотрела на двери, но в остальном не делала ничего необычного, однако брошенная ранее фраза все равно продолжала прокручиваться в голове детектива на повторе.       «Он и вправду прекрасен», — закономерно стало первым, что подумал Гарри, переступив тем вечером порог дома и увидев Тома.       Андроид сидел за столом, полубоком к Гарри, и над чем-то работал, склонившись над какой-то грудой. Тусклая лампа подсвечивала его сосредоточенный недвижимый профиль и аккуратные методичные движения рук, держащих на весу прибор, похожий по форме на паяльник.       — Хм? Что это? — настороженно спросил Гарри, подойдя поближе и заглядывая на стол поверх плеча Тома.       Рука с прибором замерла над тем, что, как Поттер мог теперь разглядеть, было продолговатой платой. На кончике не-паяльника вспыхнули и погасли три точки цвета газовой горелки.       Помимо платы на столешнице лежало много и другого хлама: трубы и пластины, провода и светодиоды, клеммы и крепежи, сломанные микросхемы и неопознаваемые с первого взгляда кристаллы…       — Зачем тебе это? — снова повторил вопрос Гарри, медленно беря в руки явно очень старые, уже ржавеющие плоскогубцы.       Рядом с ними лежали такие же кусачки, какой-то странный набор дверных ручек и довольно современно выглядящий куб с циферблатом, в котором чуть погодя Поттер опознал бесконтактный мультиметр.       — Провожу небольшое исследование, — наконец отозвался Том, откладывая свой не-паяльник и берясь за одну из тех самых дверных ручек.       Ручка с шипением завертелась, вспыхнула красным и выпустила несколько тонких лазерных лучей. Закрепив прибор на плате, андроид повернулся и заглянул в глаза Поттеру. Безэмоциональное выражение на его лице напомнило Гарри то, с которым тот пришел мимо в Ярде тем же днем, и заставило нахмуриться.       Их с Томом общая рутина, к которой Поттер прикипел, неожиданно резко сломалась сразу же после возвращения детектива в полицейское управление. Тома привлекали все к большему числу расследований, Гарри все сильнее закапывался в бумажной работе.       Частенько Поттер засиживался в участке допоздна, но даже так всегда оставался первым, кто из них двоих оказывался дома. Уставший, он стал засыпать один, больше не дожидаясь Тома, и иногда по ночам чувствовал, как тот по возвращении забирался к нему в постель. А иногда нет.       Было непривычно видеть его в квартире так рано.       — Это все какие-то запчасти? — уточнил Поттер, возвращая плоскогубцы на место. Том все еще не двигался, изучая лицо напротив. Гарри перевел взгляд на свисавшие со стола тонкие трубки, подобные тем тириумным, которые торчали из груди Тома при пересборке. — Откуда все это у тебя?       — Взял в Скотланд-Ярде, — мягко признался Том.       Ни уже знакомого пожатия плечами, ни едва уловимого наклона головы. В тот день он был молчалив и неподвижен, как бессознательная рыба или как хищник перед прыжком. Или как манекен.       Гарри чувствовал кожей и наблюдал краем глаза, как андроид продолжал сверлить стеклянным взглядом его лицо. Что-то было не так, но Поттер, в последнее время много что делавший и чувствовавший впервые, предпочел задвинуть инстинкты назад. Тоже впервые.       — В Ярде? Откуда в Ярде… Стой, — от догадки у Поттера вырвался смешок, — это что, вещдоки? Это запчасти Фенрира?       Том не отреагировал, что было воспринято согласием.       У Гарри не было ни малейшей идеи о том, как столько вещей вообще можно было незаметно вынести за пределы участка. Сделал ли андроид что-то с камерами, сколько времени все планировал, как долго реализовывал…       Наверное, с точки зрения другого андроида это должно было бы показаться ему еще более странным? По сути, для него ведь подобное как ворошить чьи-то потроха? К тому же, краденные.       — Том, ты…       Подхватив за воротник рубашки, Том нагнул Гарри вниз, притягивая к губам. Встретив открытый рот своим, Гарри, раздраженный попыткой отвлечь себя, грубо вцепился руками андроиду в волосы, зачесывая передние пряди со лба с такой силой, что тому пришлось запрокинуть голову.       Том терпеливо принимал чужой напор, безропотно позволяя Гарри делать все, что нравилось. Он всегда был в достаточной мере чутким и чувственным, но никогда — настолько податливым. Практически безвольным.       Доверчиво и трогательно распахнув губы, Том позволял кусать и вылизывать себя, расслабленно и немного лениво вторя приникшему к его рту языку. В то же время бедром Гарри ощущал робкое касание ладони — большой палец андроида принялся выводить мелкие круги на тазовой косточке. Несмело, нерешительно.       «Что ты делаешь?»       «Даю то, что тебе нужно».       Застонав, Гарри отодвинулся — разомлевшие, согретые дыханием силиконовые губы последовали за ним, настойчиво, но тщетно пытаясь втянуть обратно в поцелуй, — и взглянул на Тома. Тот посмотрел на него снизу вверх, слегка опустив веки и приподняв легким домиком брови. Открытый лоб — Поттер все еще придерживал его передние пряди, не давая им упасть обратно на лицо, — молодил Тома, придавал выражению невинности и искренности.       Если подумать, все, чем они теперь занимались при их нечастых встречах, — это секс. Они едва говорили.       — Давай, — выдох Гарри дрогнул, — не будем сегодня, ладно? Я не в настроении.       Он погладил андроида по виску — второму, без диода, — наконец отпуская. Тот ничего не сказал, просто слегка сощурился и кивнул, убирая ладони с бедер Поттера и позволяя ему лечь в постель. К моменту, когда Том погасил свет, Гарри уже спал.       — Слушай, Рон, — дернул он друга за рукав, останавливая того посреди коридора и не давая перейти порог департамента.       За три успевших пройти с их предыдущей встречи дня Поттер больше Тома так и не видел: ни на работе, ни дома. Время тянулось бесконечно, задачи поступали одна скучнее другой, и Гарри практически в каждый свободный момент обнаруживал себя в компании Уизли.       — Что такое?       — А, ну, Чарли случайно не оставил у вас в Норе чего-то? Какие-нибудь запчасти? Детали? Штуки, может, на андроидов разные.       — В чем дело? Я думал, Тома технически обеспечивают, разве нет?       — Нет-нет, с ним все в порядке вроде, это, — Гарри растерялся и почувствовал себя глупо. Он ведь и сам не знал, для чего это. — Просто небольшой эксперимент? Что-то типа того. Если есть ненужный больше Чарли механический хлам, то я бы забрал.       — Ну, — Рон задумался. — Папа что-то брал для своей машины, но вроде большая часть ему не была нужна. Я гляну в гараже сегодня.       — Спасибо! Но… машина? Ты про ту допотопную?       — Ну да, — тот усмехнулся, — он все пытается реанимировать эту рухлядь. От нее, по-моему, одна копоть. Что ни делай: что ни меняй, где ни смазывай — не заводится и все тут…       — Надеюсь, ты это о себе, Уизли?       Парни обернулись, чтобы увидеть в десяти футах от себя Малфоя, с недовольной миной идущего в их сторону. Был самый разгар рабочего дня, и коридор, за исключением болтавших Рона и Гарри, пустовал, но судмедэксперт, даже не потрудившийся оставить свой халат внизу, все равно явно чувствовал себя не в своей тарелке и нервно одергивал подол каждые два шага.       — Ха-ха, уморительно, — сухо хохотнул Рон и замер без следа улыбки. — Что ты здесь делаешь?       Малфой, прошедший мимо всех остальных дверей в их закутке, остановился в паре шагов и покосился на автоматические двери в их отдел, пытаясь сквозь полупрозрачный слой матового покрытия подглядеть внутрь.       Предсказуемо ничего не увидев, Драко, игнорируя Рона, повернулся к неугодным дверям спиной и уставился на Гарри:       — Что, Потти, — делая еще один шаг и становясь вплотную, Малфой закинул свою руку Поттеру на плечо, заставая обоих детективов врасплох, — уже выпустили, м? Подлечили психоз?       — Пошел ты, — огрызнулся Гарри и взбрыкнул из-под наглой руки, вызывая у белобрысого неприятную ухмылку.       — Плохо, твоего дружка лучше выдрессировали. Стал как шелковый, — Гарри посмотрел недоуменно. Драко цокнул и снизошел до уточнения: — Да, ты все понял, я про нашего робокопа.       «Он прекрасен», — сказала тогда про Тома Миртл. В ее круглых глазах — чистый трепет напополам с изумлением.       В прищуренных глазах Драко — болезненное любопытство и смутная брезгливость.       — Малфой, — Рон встал между ними, заставляя судмедэксперта отступить. Рыжий затылок закрыл Поттеру обзор. — Оставь его. Что тебе здесь, черт возьми, надо?       Тот в ответ грубо впечатал рукой в грудь Уизли фолдер с бумагами.       — Забирай, кто-то из ваших просил отчеты.       — Кто? — Рон перехватил папку. Открыл. Пролистал. — Ты смеешься надо мной? Забери обратно и переделай.       Под стать Малфою, Уизли с не меньшим пренебрежением сунул папку обратно в руки Драко. Тот заершился, отказываясь брать.       — Они не мои! Гойл составлял.       — Гойл? Серьезно? — от удивления Рон забыл добавить в голос ярости. — И ты заделался его посыльным?       Малфой открыл рот. Закрыл. Начал покрываться красными пятнами.       — У меня было дело! — в итоге рявкнул он. — К вашему искусственному мальчику. Где он вообще шляется, когда нужен?! Поттер, твой мерзкий жестяной урод…       Гарри оттеснил Рона в сторону и всем корпусом жестко врезался в Малфоя, выставленным перед собой предплечьем впечатывая того в стену. Приблизившись почти нос к носу, Поттер вгляделся в испуганные растерянные глаза Драко и зло просипел:       — Он прекрасен! Он прекрасен, а ты просто жалкий, мелочный…       — Эй! — на плечо легла уверенная рука. — Полегче с ним, дружище.       — …трусливый хорек, — закончил Гарри и отстранился.       Лицо Малфоя горело оттенком свеклы. Крысиные лохмы растрепались. Щеки раздулись так, будто чуть-чуть — и лопнут под давлением сдерживаемых гадостей. Казалось, что он либо пустит пар из носа, либо задохнется, и Гарри почти всерьез надеялся на второе.       Чувствуя себя грязным, он скорчил гримасу и вошел в департамент, абстрагируясь от отголосков ругани.       (Что-то про бешенство, жалобу и нездоровую агрессию. Смешно.)       Через пару дней в небольшой прихожей Поттера без лишнего шума появилась пыльная тяжелая коробка с разными приборами, штифтами, клапанами… Гарри не всматривался туда — все равно технические штуки не были его коньком. Но он надеялся, что Том…       Честно говоря, он даже не знал, на что надеялся. Вероятно, ему просто хотелось сделать для андроида что-то приятное? Полезное? Было ли полезное для того приятным?       Они все так же не виделись, но Поттер точно знал, что к вещам прикасались. Несколько приборов из коробки перекочевали на стол в общую груду железа.       — Гарри?       Поттер встрепенулся и поднял глаза вверх. Над его терминалом зависло недовольное лицо Уизли.       — Да, Рон?       — Все нормально? Ты выглядишь рассеянным.       — Да, все отлично, я просто пишу отчет, — он откинулся назад и скрестил руки, — а ты прекрасно знаешь, как они меня усыпляют.       Уизли покачал головой, но не стал указывать на очевидную ложь. Вместо этого протянул ему папку, и стоило глазам Гарри сфокусироваться на ней, как все посторонние мысли разом вылетели из его головы.       — Это же дело близняшек?       — Ну, технически это теперь отдельное дело, но да, твое бывшее расследование. Том что-то рассказывал о нем? У него не было разрешения, но, зная вас двоих…       — Нет, — прервал Гарри. — Мы… не особо много разговариваем в последнее время. Честно говоря, я стал редко с ним видеться.       — В смысле? — Рон озадаченно склонил голову. — Разве он не живет с тобой?       — Живет, — так же растерянно ответил Гарри, — но он сейчас почти не бывает дома. Я думал, что он все время в Ярде. Разве вы не работали над делом сверхурочно? — Поттер кивнул подбородком на протянутую папку.       — Я, — подчеркнул Рон, — работал, да. Хуже, чем папа Карло, клянусь. Но Том? Не знаю. Если он и работает дополнительно еще над чем-то, то явно не со мной. И не с кем-то из нашей команды. Звучит как очередные происки МИ-5. И эта коробка, которую ты у меня просил…       — Коробка ни при чем, — уверил Рона Гарри, — это было для меня. Ты о чем-то хотел сказать? Зачем ты показываешь дело?       — А, ну, мы наконец нашли кое-что полезное и, — при виде торжествующего лица Рона Поттер замер. — И планируется рейд на предполагаемое место дислокации группировки. Сейчас как раз собирают группу оперативников для этого. Том будет в команде захвата, понятное дело, а нам с тобой я выбил разрешение присутствовать в координаторской. Будем помогать поддержке.       — Что? И я тоже?       — Да, — Рон практически светился, — считай это поощрением за твое хорошее поведение. Почти две недели как ты молча перебираешь бумажки и не издаешь ни звука. Кингсли в кои-то веки тобой доволен.       — Очень смешно, — безрадостно усмехнулся Гарри. — Спасибо, Рон.       Несмотря на слова благодарности, внутри было до неприятного пусто, и Поттер никак не мог вспомнить тех ощущений, которые раньше острыми требовательными шпорами гнали его от расследования к расследованию.       Фокус все еще был сломан.       И что-то в их отношениях с Томом тоже теперь было сломано.       — Хей, что это?       Они стояли в кухонной зоне, у столешницы, почти вплотную друг к другу. Их случайная утренняя встреча до работы — первая за несколько дней, если не считать мимолетных взглядов на расстоянии и холодных кивков в Ярде, и Гарри не мог не смотреть на Тома. Теперь это было роскошью.       Наблюдая за Томом, стоящим у плиты в одной только расстегнутой рубашке и брюках и готовящим ему завтрак, Гарри просто освежал в памяти знакомые наизусть черты. Запомнить их не было сложно — идеальная кожа, идеальные скулы, идеальные пропорции, идеальная осанка, идеальные руки.       Идеальные руки…       Заставляя опустить сковороду обратно на огонь, Поттер положил свою ладонь на запястье андроида. Оголил его предплечье, оттягивая вверх расстегнутую манжету форменной длинной рубашки. Уставился на кривой вертикальный рубец, складками стянувший кожу на манер неумелого шва.       — Это… — Гарри с недоумением прикоснулся к полоске, очертив грубую бугристую поверхность.       Все, что человек только мог представить при слове «идеально», — вот, чем должен был быть Том.       Андроид опустил рукав обратно, заставляя Поттера разжать пальцы. Фактурный морщинистый след тянулся от его запястья и нырял под одежду, к локтю, повторяя аналогичный шрам на предплечье Гарри всем, кроме отсутствия хирургической аккуратности.       Он был прекрасен.       — Целью было получить доступ ко внутренней панели на этом участке корпуса, — скучающе пояснил андроид, застегивая манжеты. Фоном шкворчала яичница. Шипел на минимальной громкости новостной канал. Из открытого окна гудели автомобили. — И эстетической составляющей пришлось пожертвовать.       — Пожертвовать? — тупо переспросил Гарри. — Почему? Разве такое не могут починить в службе безопасности?..       Том встретил его взгляд, и не знай Гарри наверняка обратного, то подумал бы, что глаза того были отлиты из металла.       — Меня не надо чинить, Гарри, — ровно и безжизненно. Если бы не взгляд. — И рассказывать кому-то об этом тоже нет необходимости. Пусть личное остается личным, согласен?       Том подцепил пальцами поврежденной руки его подбородок. Приподнял. Не встретив сопротивления, потянул ближе…       В ту ночь они вновь лежали в постели вдвоем, и все было в порядке.