2000

      Уже третий раз Гарри скосил глаза на часы. Уже третий раз циферблат сообщил ему неизменные без пяти.       Пока ждали своей очереди у переговорной, Рон прислонился спиной к стенке, закрыл глаза и, Поттер был готов поклясться, тихонько всхрапнул.       Замученный работой Уизли выглядел ничуть не лучше тех жмуриков, из-за которых сорвался к шести утра на окраину Лондона. Гарри, все еще корпящий над бумажной работой, мог только посочувствовать, воочию наблюдая, как только предполагаемое утром двойное убийство к обеду постепенно превращалось в подтвержденное тройное.       Разглядывая едва стоящего на ногах друга, Поттер надеялся, что до конца смены Рона никакие новые улики по произошедшей поножовщине всплыть не успеют.       Ни фигурально, ни буквально.       Двери разъехались (не ранее, чем Поттер в очередной — пятый? шестой? — раз проверил циферблат), и из переговорной повалила одна из групп захвата.       — Детектив Поттер! Добрый день.       — Добрый, Миртл! — Гарри вежливо улыбнулся подошедшей девушке одними губами; Уоррен зацепилась взглядом за его рот, мазнула им по уставшим, безучастным глазам… Поттер растянул губы пошире. Сухой уголок больно треснул. — Что за группа сейчас была?       — «Бета», детектив, — сказала она и обернулась.       Большая часть ее коллег уже ушла дальше, кое-как просочившись мимо них по узкому коридору. Миртл поколебалась, но осталась рядом, чуть тревожно поглядывая за спину и скручивая концы своих кос в нервные жгуты и узлы.       В тонких руках среди волос мелькали красные ленты — они огибали костяшки, вились по фалангам, скользили между пальцев.       Лоснились, как змеи.       Их группа уже начала заходить. Гарри вздохнул и ткнул Рона локтем под ребра. Пока друг испуганно промаргивался и растирал лицо, Поттер кивнул Миртл на уходящую толпу:       — Тебя все-таки взяли?       — Да! — она больше не оглядывалась и теперь радостно смотрела исключительно на Гарри. Под ее взглядом — хуже, чем под софитами. Лучше, чем под софитами. — Правда в резерв, на оцепление периметра. Но для начала тоже неплохо. У нас будет инструктаж и отработка элементов на полигоне с…       — Дружище, — отлепившийся от стены и от души прозевавшийся Рон похлопал Гарри по плечу, — там уже все зашли.       Гарри кивнул. Обернулся к замершей Уоррен.       — Нам пора. И тебе тоже, — напоследок он аккуратно сжал тонкое запястье, прекращая истязание девушки над волосами, и снова попытался выдавить улыбку. Вышло еще более устало. — Все будет хорошо, Миртл. Удачи.       Поттер так и не научился ни утешать, ни подбадривать. Настроение у него было крайне дерьмовое, энтузиазм отсутствовал напрочь. Интонация больше напоминала безжизненный, отрывисто плюющийся слогами голосовой помощник из навигатора.       Но Уоррен — святая простота — удовлетворилась и этим. Плечи ее расслабились, лицо совсем-совсем посветлело.       — Конечно! Спасибо! — Поттер отпустил ее руку. Миртл погладила свое запястье, повторяя касание Гарри, отступила на шаг и выдохнула, сверкнув на секунду брекетами: — Удачи, детектив!       Он не успел ответить — Уоррен ускакала от них едва ли не вприпрыжку, а Рон, которому надоело молча слушать чужой разговор и подозрительно коситься на незнакомку, сцапал Гарри за локоть и наконец затащил в переговорную.       Искрящаяся килотоннами энергии Миртл вытянула из Гарри последние силы. Как лампочка в примерочной, девушка своим пятиминутным присутствием подсветила все его недостатки: всю черствость, грубость, разбитость, усталость…       Была ли это старость? Выгорание? Это ли то, о чем Поттера так настойчиво все предупреждали?       Планерка предстояла долгая, нудная и серьезная. Последними прошмыгнув на свободные места в углу и словив несколько хмурых взглядов, Гарри и Рон смиренно замерли, выпрямляя спины и внимательно вслушиваясь в речь руководства.       Малый зал для брифингов, который им выделили, Поттер мог охарактеризовать только словом «каморка». Для пяти человек такой комнатушки с несколькими столами, небольшой интерактивной доской, парой мобильных терминалов и комплектом стульев было бы достаточно, но для двадцати — нет.       Гарри мысленно благодарил тех, кто позаботился оставить в зале высокую стопку сложенных друг в друга пластиковых табуреток.       — …на экране! Каждому из присутствующих дубль схемы поступит в папку на втором сервере. Обратите внимание — три этажа, восемь основных помещений, два выхода и пожарная лестница, — вещал Робардс, указывая лазером на соответствующие элементы схемы.       Свет после приветствий приглушили, и изображения на экране было видно более, чем четко. Фото и схемы здания со всех сторон. Вид сверху, сбоку, в разрезе. Реконструированные кадры изнутри. Тепловые и реверсивные карты.       Дроны разве что прямой скан не сделали — разведчики и техники обсмотрели сооружение с каждого возможного угла снаружи и невозможного — внутри. Причем раз -дцать.       Гарри тихо хмыкнул. Гавейн Робардс, ответственный за всю операцию и заодно непосредственно за блок разведки, свое дело знал. Тем более за плечом у него то и дело маячил Грюм, вращая своим нелепым устаревшим глазным протезом.       Чем-то из ряда вон его присутствие не было: тот, пусть и редко, но все-таки соглашался иногда консультировать операции на подготовительном этапе. Правда делал он это исключительно по настроению — обычно тогда в нем говорила скука. Или извращенная метеозависимость.       Пока слушали про планировку, риски, основные точки вхождения и схемы оцепления, Поттер праздно разглядывал коллег. Он хорошо знал руководство, но из основного состава — почти никого: в поддержку привлекались обычно аналитики, техники и связисты, с которыми при обычных обстоятельствах Гарри пересекаться не приходилось.       Смутно знакомой оказалась лишь пара лиц. По имени же он мог назвать одну только Эммелину Вэнс, сидящую впереди, наискосок от него и внимательно разглядывающую — нет, не слайды и не капитана, а — ножной протез Аластора.       — Итак, — Гарри вернул взгляд на Робардса, реагируя на смену тона: тот заговорил живее, сбрасывая с себя и подчиненных скуку. — Основные блоки: захват, поддержка, наблюдатели и медики. Технически еще и разведка, но к ним имеют отношение только ваши руководители.       Он махнул рукой к стене, где кучковались те самые руководители.       — Руфус Скримджер отвечает за всех штурмовиков, и под его началом будут три группы: «Альфа», «Бета» и «Гамма». Соответствующие ведущие сотрудники: Подмор, Тонкс и Джонс. С кем из них каждый из вас будет взаимодействовать плотнее, вы узнаете через терминал, когда обновите сервер. Вместе со схемами каждый получит детализированные функциональные инструкции и планы передвижений захвата с отметками на определенной группе, которую вы опекаете.       При виде Скримджера Гарри невольно скривился. Поттер Руфуса не любил, и чувство это было сильным и давно взаимным — помимо излишней сучности и, как Гарри считал, недостаточной компетентности для столь высокой должности, тот обладал еще и таким страшным качеством, как непреодолимое желание подсидеть ближнего своего, что в свое время активно и продемонстрировал на инспекторе Кингсли.        — Поддержка, ваш позывной — «Дельта», — продолжал Робардс, — а командующим назначен Долиш.       Джона Долиша Гарри знал тоже, но заметил далеко не сразу — лишь когда того назвали по имени, и он выступил из-за шкафа в противоположном от остальных углу.       — Группа «Эпсилон», — экран мигнул и перешел на расширенную схему участка с видом сверху. Несколько мест вокруг здания были закрашены штриховкой. От них к прямоугольнику в центре карты тянулись пунктирные линии разной степени жирности. — Будет оснащена снайперским вооружением и распределена по периметру в указанных точках. На контакт с ними выходят исключительно ваши…       Гарри помассировал виски и откинулся затылком на стену.       Обсуждали функции групп, системы внутренней коммуникации, основные варианты отклонений от плана и то, где каждый мог с ними ознакомиться. Говорили об оборудовании. Технике безопасности. Должностных инструкциях.       Роль Гарри и Рона сводилась к ситуационному консультированию в случае необходимости и — в любом случае — документированию операции.       Внутренне Поттер застонал, но все в общем-то было вполне логично. Зачем еще они с Роном могли понадобиться в поддержке? Явно не для наладки оборудования. И не для шифрования связи, уж тем более.       Чем дольше шла планерка, тем сильнее Гарри недоумевал, каким вообще образом их с Уизли утвердили в группу.       Поттер косился на Рона, но Уизли сидел неподвижно, смотрел только перед собой и сосредоточенно щурился. Гарри подозревал, что тот спал с открытыми глазами.       «Лишь бы снова не захрапел».       — Прошу прощения, капитан, — воодушевленный Робардс прервался. Все повернули головы к Тонкс. — Что касается андроида?       Если кто и был в Ярде более нетерпеливый и прямолинейный, чем Гарри, то это точно была Нимфадора. Хоть и Тонкс, и Поттер слыли любимчиками самого Грозного Глаза, постоянную Грюмовскую бдительность им обоим заменяли вечные слабоумие и отвага.       Противоположности, видимо, и правда притягиваются.       Робардс только усмехнулся.       — Да, к операции и впрямь привлечен андроид модели RT с аналогичным позывным. Данный специальный… сотрудник будет введен в состав группы «Бета». Более подробные инструкции поступят позднее на сервер…       По окончании Гарри не стал задерживаться, ни чтобы позлословить с Гестией, ни чтобы перекинуться приветствием с Гавейном. В той же степени, в которой он желал поболтать с ними, он боялся пересечься с Тонкс или Скримджером. Да и Подмор, если быть честным, вызывал у Поттера далеко не самые теплые чувства.       — Тонкс? — переспросил с сомнением Рон в ответ на объяснение их спешки. — Она-то чем тебе не угодила.       — Не она мне, — мрачно поправил Гарри, — а я ей. Мы в последний раз поцапались из-за Тома. После допроса сестер Фрейтаг.       — Ну ей все равно придется как-то с ним сработаться, — не понял Уизли масштаба трагедии. Поттер предпочел не объяснять. — Тем более, вам с ней точно есть, что обсудить.       — Да ну?       — Ну да, — как только дошли до полупустого опенспейса, Рон жестом подозвал Гарри к своему терминалу. — Сам смотри.       Парой кликов он зашел на доморощенный сервер, на котором, со слов Робардса, их ждали кладези жизненно важной информации. Там он перешел в папку с подробностями дела и открыл файл по составу подозреваемых.       Длинный список с более, чем пятьюдесятью именами и личными данными, включая фотографии, особые приметы, предполагаемые правонарушения, клички, одноразовые контакты и липовые адреса, — наследие Сириуса. На руках Ярда было все, кроме самого главного, — факта задержания.       — Почему ты?..       — А потому, — посерьезнел Рон, — что по предварительным разведданным по нашему адресу сейчас ошиваются человек пятнадцать, не меньше. И что некоторых опознали камеры дронов. Говоря «некоторых», я имею в виду Долохова, Крауча, неких Рабастана, Рудольфуса и…       Гарри дернулся и открыл рот.       — …Беллатрису Лестрейндж, — настойчиво окончил Уизли. — Знакомые имена?       Несколько секунд Поттер просто молчал, пролистывая файл до знакомого имени. В графе «Дополнительные сведения» в профиле женщины было написано гораздо больше, чем у кого-либо другого.       — И что? — сдавленно открестился Поттер. — Что прикажешь мне теперь с этим делать?       — Не знаю, — Рон якобы растерянно пожал плечами, — поговорить с Тонкс?       — И зачем? О чем?       — Может, о том, что объявилась ее не первый год разыскиваемая тетка? Та самая, которая кузина твоего крестного? Нет?       — Того самого крестного, родство с которым Тонкс всегда по возможности замалчивала? Нет.       Повисло молчание.       Рон шумно выдохнул и упал на чье-то кресло за соседним пустующим столом. С силой он крутанулся и, оторвавшись ногами от пола, завращался.       Опасаясь, что Уизли, едва ли евшего и почти не спавшего, после таких упражнений просто стошнит на чужое место, Гарри выставил вперед колено и затормозил им стул.       Их паршивое офисное освещение сделало лицо Рона еще более зеленым, чем оно на самом деле стало. Разом выделились веснушки и синяки под болезненно-красными глазами.       — Я тебя совсем не понимаю, Гарри, ты знаешь, — Рон откинулся на качнувшуюся под ним со скрипом спинку и закрыл лицо руками. Поттер, наоборот, чуть подался вперед, чтобы его расслышать. — Ты был одержим работой. И Сириусом. Я зубами выгрызал тебе разрешение просто хотя бы присутствовать на этом долбанном задержании, чтобы что? Я был уверен, абсолютно уверен, черт возьми, что ты взбесишься. Что ты…       — Слушай, — перебил Поттер. — То, что крестный когда-то искал Лестрейндж, ничего больше не значит. Желал он ей семейного воссоединения или электрического стула — я не знаю.       Рон оторвал руки от лица и пристально посмотрел Гарри в глаза. Покачал головой.       — Это неважно. Он умер за это расследование. За то, чтобы выйти на свою паршивую кузину. Пару месяцев назад ты был сам не свой из-за этого дела — как придурок ломанулся за первой же непроверенной зацепкой и почти погиб. Зачем? Чтобы накрыть их контору, потому что так хотел Сириус, разве нет?! — Рон чуть ссутулился. Как-то невероятно устало взъерошил волосы. — А теперь ты говоришь, что тебе все равно. Не узнаю тебя. Не пойми неправильно, это даже хорошо… Просто я не… Не знаю. Что с тобой, Гарри?       Уизли был прав. Во всем.       Но Поттер и сам себе не мог ответить на его расплывчатые вопросы.       — Я просто устал, Рон, — он потер глаза. — Зверски.       Не будь рядом Уизли и будь у него сигареты, Гарри бы закурил. Затянулся бы как следует, и плевать, что с некоторых пор от никотина его мутило. Он просто хотел вспомнить. Почувствовать. Понять.       «Дунхилл», «Мальборо», «Лаки Страйк», «Честерфилд», «Пэл Мэлл» — разница и раньше-то была едва уловимой, но теперь исчезла для Гарри совсем: каждая сигарета выкуривалась до того, как Поттер успевал сосредоточиться и уловить вкус.       Вдох — курилка. Вдох — Оливер.       Вдох — горячечные поцелуи у бара. Вдох — красный лед. Вдох — красный неон. Вдох — пронзительный скрежет тонких механизмов. Фильтр.       Было ли дело в нем?       Гарри прокатил слюну на языке. Горечь. Кислота. Рон Уизли все еще напротив. Все еще никаких сигарет.       Было ли дело в том скрежете?       В неестественном отзвуке чужой — почти — смерти.       Робардс на планерке не соврал только в одном — материалов и инструкций было много, безумно много. Явно не для одного вечера, который в итоге выделил себе на их изучение Гарри.       Схемы, фотографии, памятки двоились и смазывались воедино. Глаза от долгого сидения в терминале высохли, и каждое моргание ощущалось не скольжением века по слизистой, а скребком наждачки по наждачке.       Гарри не следил за временем, но смутно чувствовал, что за полночь перевалило уже давно, когда он, вопреки словам, сказанным Рону пару дней тому назад, открыл файл и уставился на фото Беллатрисы.       Через несколько (десятков) минут плавный отзвук поворота ключа в замке заставил Поттера отвести взгляд и подобраться.       Том бегло мазнул по Гарри глазами и коротко кивнул, как делал это в участке. Тот все-таки посмотрел на часы — время близилось к трем.       — Где ты был?       Андроид остановился.       Том — Беллатриса. Беллатриса — Том. Том…       Поднимая взгляд на вошедшего и снова роняя его в терминал с развернутой на весь экран фотографией, Гарри неосознанно сравнивал два лица перед собой. Оба были красивы и пусты.       — Улаживал вопросы технического обслуживания, — ответил туманно тот.       — О чем ты?       Андроид промолчал. Только когда он подошел к дивану, Гарри заметил синие тириумные потеки, кляксами расползшиеся по белой рубашке.       Информация доходила до него медленно, путалась в усталости и вязких мыслях о Лестрейнджах, Сириусе и предстоящем задержании. Том ничего не говорил и неспешно раздевался, спокойно позволяя Гарри на себя смотреть.       С каждым движением Поттер выхватывал из тени все больше синюшных потеков. Нечеловечески сильная, светлая спина андроида была исчерчена кривыми полосками, из которых все еще сочился яркий синий.       Под лопатками гнездились два широких рубца. Как тот, который еще недавно первым появился у андроида на предплечье.       — Это ты сам с собой сделал? — напряженно уточнил Гарри, уже лежа в темноте лицом к чужой голой спине. — Зачем?       — Чтобы стать сильнее.       Больше вопросов Гарри не задавал — слишком устал.       Слишком устал… Он узнает все завтра.       Утром, стоило Поттеру только проснуться в постели одному с невероятной головной болью и фотографией Беллатрисы на невыключенном терминале на полу, как его безразличие наконец сменилось смутным беспокойством и позже оформилось в глубокую тревогу.       — Все нормально, дружище? — Рон хлопнул его по плечу, привлекая внимание, пока стояли в очереди за бронежилетами, и Гарри кивнул.       «Все нормально, дружище?» сопровождало Поттера весь день: пока подписывали документы, получали экипировку, разговаривали с Гермионой, слушали финальный брифинг, пожимали руки коллегам по группе… Пока он выглядывал андроида и не находил того ни в одном из коридоров, ни в одной из комнат.       — RT-2000, — огрызнулась Тонкс на его сдержанный вопрос о Томе, — получил свои инструкции и сейчас с группой «Эпсилон». Лучше беспокойся о живых, Поттер.       К тому моменту они и сами уже выехали на место. Всю поддержку разбили на два фургона и расположили на противоположных концах от объекта на расстоянии полутора миль от границы зоны оцепления — на юго-западе и северо-востоке.       В мерно покачивающейся на ухабах машине было тихо — кто-то нервничал, кто-то прогонял про себя план операции, кто-то настраивался на рабочий лад. Уизли сидел напротив, придерживая на коленях положенный им, но ненужный шлем, и тревожно вглядывался в лицо Гарри.       Еще до того, как Рон открыл рот, Поттер предвидел его тихое:       — Ты точно в порядке?       — Да, просто…       — Просто что?       «Просто я выгорел. Просто я не видел Тома сегодня. Просто Тонкс при случае пустит его в расход. Просто он зачем-то калечит себя. Просто я волнуюсь о машине. Просто я не задаю ему вопросов. Просто я думаю не о том и мне плевать на рейд. Просто я всю ночь вспоминал о Беллатрисе. Просто я отпускаю Сириуса. Просто…»       — Ничего, Рон.       «Ничего».       К тому моменту, когда фургон остановился в точке, и их выпустили на улицу, успело стемнеть. Перед бараками, между которыми они расположились, разобрать ничего толком не получалось: фонарь, мусорные баки, пустая однополосная дорога да забор вокруг бетонного недостроя.       Гарри знал, что они были на юге, на окраине Брикстона, и что рядом, еще чуть южнее, был небольшой сквер.       — Держи, — Уизли, высунувшийся из фургона, наклонился и протянул Гарри визор и гарнитуру.       Поттер безропотно вставил капельки-наушники, нацепил очки, проморгался и снизил степень тепловой фильтрации. Стойко выдержал проверки связи и настройку шифрования.       Из машины вслед за ним вышла Эммелина, и они лениво перекинулись парой фраз. Девушка затянулась электронкой, выпустила пар и протянула потертую «Вьюз» Гарри. Тот отказался.       Рот уже который день зудел по обычной сигарете. За старую добрую раковую палочку здесь и сейчас он бы и убил, и умер.       «И убил, и умер… Хах».       Начиналось все относительно спокойно, и какое-то время все расслабленно выжидали, один Уильямсон только зачем-то снова перенастраивал частоты.       Гарри и Рон прислушивались к редким репликам коллег и многозначительно переглядывались, стараясь сразу вносить в свои электронные листы необходимые пометки о действиях рабочей группы и звучащих кодах.       «…группа „Гамма” на позиции, готовим оборудование…»       «…код 40-51, первый уровень чист…»       «…группа „Альфа” на подходе к восточному крылу…»       «…Терри Бут на связи, как слышно? Сообщаю координаты…»       Все шло гладко. Слишком гладко. Будто наводка оказалась неактуальной, и никого больше в указанной локации не было. Будто от них снова ушли.       Мысль о том, что группы покружат по зданию, ничего не найдут и вернутся, не добившись результатов, должна была вызывать ярость. Очередной тупик, отсутствие зацепок, новые месяцы поисков и ожидания. Гарри должен был злиться.       Неудача. Беллатриса. Сириус. Тонкс. Том.       Том.       Как давно мысль о провале начала вызывать у Поттера облегчение?       Он вздрогнул, стоило раздаться первым выстрелам. Преломляясь сквозь динамики, резкая трель растворялась в неразборчивом шипении помех, напоминая звук капризного двигателя. Или лопающегося, плюющегося маслом попкорна.       Кто-то из связистов в запале подскочил с места. Координаторы наперебой заговорили в свои рации. Безвольная аппаратура на шее Гарри показалась ему удавкой. Стало душно. Рука сама вцепилась в свисающие на ключицы провода.       «…вооруженная группа на втором этаже в зоне пять…»       «…не меньше шести человек…»       «…пришлите подкрепление в район дислокации группы „Бета”…»       — Говорит «Дельта», Бут, Тонкс, как слышно? Перебросили на вас ребят с западного периметра, время подхода минута двадцать, — Гарри обернулся на голос. Вместо Рона справа от него теперь сидел Треворс, уверенно отдавая указания на тот конец.       Рон куда-то делся. Скорее всего, вышел из фургона, чтобы не мешаться под ногами в резко начавшейся суете — связисты группы «Гамма» судорожно ворошили какие-то технические ящики у них с Гарри под ногами.       Поттер тоже хотел бы пойти за Уизли, но слишком боялся пропустить хотя бы шорох из динамиков.       — «Бета», RT с вами? — продолжал Треворс. — Направьте его вперед, а потом пусть ведет группу с периметра на следующий уровень. Да. Да. Да, вас понял.       Послышались новые выстрелы. Внутренний канал связи группы «Бета», на который торопливо настроился и Гарри, загалдел голосом Тонкс теперь ему прямо в уши:       — RT! Код 15-39-06. Прикрывать сотрудников в зоне видимости, это приказ! Обеспечить безопасное отступление, протокол живого щита!       Сердце Гарри комом плюхнулось в низ живота и быстро-быстро тошнотворно запульсировало.       — RT вас понял, — как никогда холодно. Как никогда далеко.       Помехи съели все интонации, и только теперь Поттер осознал, насколько в самом деле обычный голос Тома был выразителен.       Координаторы перебивали друг друга и людей у него в ушах. Внезапно растерянный как на первом своем задании, Гарри не знал, кого ему слушать.       Линию разрывало шипением, гвалтом и выстрелами. Поттер должен был записывать звучавшие коды, но руки тряслись. Он пытался, но по клавишам не попадал. Все размывалось.       С каждым обращением к «Бете» в желудке екало.        — Код… 22-11! — пыхтела Тонкс в рацию. — 22-11! Идем на сближение, четыре цели.       Не стоило ему здесь быть. От него все равно не было толку.       Зачем Рон привел его?       Через время автоматные очереди затихли. Снова заговорила Тонкс, произнесла рвано, напряженно, захлебываясь словами:       — Чисто, код… 40-51… Есть… раненые в секторе четыре… Пришлите парамедиков.       Получивший после короткой отмашки медикам небольшую передышку Треворс снял один из наушников, обернулся к Гарри и бесцеремонно потянулся к нему большой мозолистой рукой, снимая наконец мертвый груз гарнитуры с чужой шеи.       — Не в своей тарелке, да? Тебе явно было б спокойнее там, — мужчина усмехнулся. — Иди проветрись, Поттер. Не знаю, зачем ты тут вообще, так что выйди подыши.       Поттер кивнул без препирательств и вышел. Ему будто снова было девятнадцать, и на его напарника впервые наставили заточку. Он надеялся никогда больше не испытать тот выворачивающий органы наружу страх, привыкнуть к нервной тошноте, забыть опустошительное бессилие.       До сегодняшнего дня у него даже — почти — получалось.       Остаток операции Гарри беспокойно расхаживал в отдалении от группы, стараясь не вслушиваться в крики коллег. Просила ли Тонкс Тома снова побыть живым щитом? Был ли он среди раненых? Посчитала ли бы она вообще машину за раненого?..       Выстрелы и скрежет. Выстрелы и скрежет.       Он слышал их даже здесь, без наушников — эхом в двухмильном отдалении.       Просто выстрелы. Просто работа. Просто живой щит.       Когда поступил сигнал об успешном завершении зачистки, Гарри едва мог сосредоточиться на отдаваемых ему командах. Забраться в фургон. Занять позицию. Проверить экипировку и вооружение. Приготовиться протоколировать задержания.       Животная тревога, о силе которой Гарри даже не подозревал, отпустила только тогда, когда, первым вывалившись из машины, он увидел у входа в здание знакомую фигуру.       На Томе, как и на всех остальных участниках операции, была стандартная экипировка: бронежилет, шлем, костюм, обвес из табельного оружия, средств связи и дополнительных щитков.       Шлем скрывал его лицо и диод. Кровь пропитала одну из серых штанин и крапинками покрыла нагрудник.       Красная. Не синяя. Это была красная кровь, и ноги Гарри, бросившегося в руки к андроиду, задрожали от облегчения.       — Том! Том, слава богу, — Поттер крепко обнял его за плечи. Прижался лбом к шее. — Ты в порядке, в порядке.       В ушах все еще стоял отзвон криков, выстрелов и скрежета.       Гарри отстранился, вытряхнул голову Тома из шлема, обхватил руками впалые щеки и всмотрелся в глаза. Ни страха, ни злости, ни боли — в них были только привычные безразличие и насмешка, и Поттер немного расслабился.       Том ответил на жест, мягко огладив теплые ладони, легшие поверх его лица, своими. Сердце Гарри пропустило удар и затрепетало. Большой палец Тома спустился к его запястью, обвел косточку и надавил на точку пульса.       — Учащенное сердцебиение, — констатировал тот, придвигаясь ближе.       — О, заткнись, — облегченно рассмеялся Гарри.       В голове стало пусто: все мысли растворились под мягкими прикосновениями, все сомнения схлынули вместе с волной адреналина.       Том придвинулся и, слегка склонив голову, бегло поцеловал детектива в губы.       Было темно, никто на них не смотрел, и Поттер все еще чувствовал такое облегчение, что не смог бы отодвинуться, даже если бы очень захотел.       Руки тряслись. Впивались в чужие плечи, деревенея. Не давая упасть ни ему самому, ни Тому. Не давая отойти.       — Есть жертвы! В здании раненые! — значение далекого-далекого крика не сразу дошло до Гарри.       Вокруг туда-сюда бегали медики. Из здания медленно выходили силовики. Постепенно выводили задержанных — согнув, схватив вдвоем под руки, заковав в наручники и приставив к голове дуло.       Медленно Гарри отстранился, опуская руки и переводя взгляд андроиду за спину.       — Жертвы в секторе четыре!       Говорил Колин, стоявший на крыльце. На его окрик мимо Гарри и Тома пронеслось несколько человек в белом.       Только теперь Гарри обратил внимание на линию внутренней связи. Из наушников тянулся бесперебойный, неделимый поток голосов:       — …медики в здании, повторяю, парамедики в здании. Три человека в секторе два…       Последний раз оглянувшись на Тома, Гарри поспешил к зданию. Никогда, даже в самый первый рабочий день, не ощущал он себя настолько потерянным и лишним. Рассеянным.       На полпути кто-то попытался схватить его за плечо и локоть, но Поттер не позволил: вырвался, стряхнул чужую руку и продолжил идти. Протоколы можно было начать и с раненых.       Задержания подождут. Сначала нужно…       — В сторону! Отойдите!       Гарри подошел к Колину как раз вовремя, чтобы застать в проходе парамедиков с носилками. Он мельком мазнул по ним взглядом и тут же застыл — на человека была накинута белая ткань.       Погибший.       — Это… — слова встали поперек.       Возможно, имя уже объявляли по каналу связи. Может, оно раздавалось у Гарри в ухе, пока он несся навстречу Тому. Или пока держал того за руки. Слилось в белый шум, под который они целовались.       Может, Гарри уже все знал, уже все слышал, но осознал только теперь.       Или, может, просто понял только что — заметив свисающую с носилок тонкую руку.       — Миртл Уоррен, — подсказал Колин.       Удивления не было, только тупое оцепенение.       — Пулевое в шею, вроде как, — продолжил тот высоким, слегка подрагивающим голосом. — Пять минут назад подтвердили смерть. Пуля задела что-то, и она потеряла много крови… Или, кажется, задохнулась? Нет… Захлебнулась?..       Криви, путаясь в словах, продолжал говорить, и говорить, и говорить.       Отмерев, Гарри, никак не реагируя и ничего не отвечая, как на привязи пошел за носилками. Криви замолчал на середине фразы. Поттер этого не заметил.       Он должен был быть там, с ней. Он мог бы.       Тело загрузили в карету скорой. Гарри, не выдавая лицом ни единой эмоции, терпеливо ждал, пока врачи разойдутся. Как только место освободилось, он подошел ближе и забрался внутрь, не слушая ничьи протесты.       Кто-то снова, на этот раз сильнее, дернул его за плечи. Поттер развернулся и этого кого-то ударил.       Он должен быть там, с ней. Он может.       От него отстали.       Гарри опустился рядом с Миртл на колени. Рука девушки все еще свисала с носилок, и он аккуратно обхватил ее своей, почти как утром.       Поднес к лицу. Приложился к ней лбом и заплакал.