Пианист

Мы направлялись к детскому дому, чтобы помочь местным, а заодно попытаться найти документы, если они остались. — Я пойду поищу вон там. — Джорджи указал рукой в сторону, где когда-то были кабинеты. Я кивнул. — Думаю, на втором этаже что-то должно быть. Там был архив. — здоровый мужик стоял рядом с нами и мы все подняли голову к окнам второго этажа. — Мгх. — я аккуратно вошёл в детский дом и посмотрел на разрушенную лестницу. — О, нет, Лиам. — Джорджи заглянул внутрь. — Там не забраться. — Вполне возможно. — Что? Лиам… Ты ведь не собираешься?.. Это дело можно оставить профессионалам. Пойдём. — Джорджи. — я обернулся на него с совершенно невозмутимым видом. — Всё в порядке, я справлюсь. Джорджи молча смотрел на меня, а затем вздохнул. — Что ж… Я буду недалеко. Если нужна будет помощь… — Хорошо. — и я развернулся к лестнице. Особого доверия она, конечно, не внушала. Здание было полуразваленным, сырым, поэтому любое лишнее движение могло привести к обрушению. Я аккуратно поднимался по ступеням, сначала наступал слегка, проверяя на прочность, а затем уже, едва дыша, поднимался. И оказался на втором этаже. Верхние этажи пострадали больше, чем первые два нижних, поэтому я особо не напрягался. Ну, почти. Тяжело. Тяжело смотреть на все это. Я шёл по коридору, иногда заглядывая в комнаты и наткнулся на комнату моей девочки, Дейзи. Войдя, ничего интересного я там, конечно, не обнаружил. Разбросанные вещи, игрушки, пару книжек. Я подумал, что хорошей идеей было выглянуть в окно, и совершенно так и сделал. Внизу стоял Джорджи рядом с тем самым здоровым мужиком и нервно прикусывал палец. Дорогой Джорджи… Неужели ты действительно так сильно переживаешь за меня? Разве я… Разве я заслужил такого друга, как ты? Мужик поднял голову, а затем ткнул в плечо моего друга. Джордж посмотрел на меня и облегчённо улыбнулся. Я улыбнулся в ответ и махнул рукой, а затем продолжил осматривать комнату. В углу стояла кровать Дейзи и полка. А на полу лежал её плюшевый медведь. — О, маленький плюшевый Бенни? — подойдя, я присел на корточки и взял в руки медведя. — Бедняга… — немного оттряхнув медведя, я взял его в подмышку и хотел было встать, но моё внимание привлекло что-то под кроватью Дейзи. — Хм? Да, там было грязно и сыро, но я все же протянул руку и достал оттуда… Пару грязных носков и фантиков от конфет. — А, что ж. Мм? Чуть выше, где была застежка на матрасе, торчала какая-то ниточка. Или не ниточка? Ленточка? Ленточка… В матрасе? Я тут же попытался открыть замок, но он не поддавался. Всё же моё любопытство не давало мне спокойно уйти, и поэтому я, потратив драгоценное время, все же открыл застежку. На матрасе ничего, но вот под ним… Под ним лежала какая-то тетрадь или небольшая книга? — Это ещё что?.. Маленькая розовая тетрадь, в каких-то блестках. Похожа на альбом, или что это? Я открыл первую страницу. Немного потекшие чернила гласили «Дейзи Розамунд Уиллсон». — Дневник? Или… Какая-то обычная рабочая тетрадь? На следующей странице буквы были меньше и неразборчивее, а от влаги стали совсем непонятными. Я перелистнул ещё пару страниц и на одной странице была фотография. — Дейзи, Маргарет, Лилит… и… К… — разглядел фотографию, я замер. — Каролина… Каролина?! Что она делала… Что… Что это значит?! Стал вглядываться в записи. — Подождите… Год. Был указан год. И фотография эта была сделана пять лет назад. Пять лет назад. Как такое возможно? Откуда там могла быть Каролина??? Следующие несколько минут я пытался прийти в чувства. Стало тяжело дышать и я совсем не понимал, что происходит. Но пока я не смог бы понять, что конкретно написано дальше и не мог узнать, как была сделана эта фотография. Спустя некоторое время я все же смог успокоиться. Эту тетрадь я решил взять с собой, чтобы потом прочесть, что же все это могло значить. А пока, прихватив тетрадь и медведя, я направился в архив. Наступил уже вечер и мы с Джорджем сидели возле дома и отдыхали. Я достал все, что нашёл в архиве. Эти бумаги нужно будет отдать тем, кто заберёт детей. — Мы сегодня много сделали, Лиам. Как ты? — Я в норме… Я в норме, Джорджи. А ты? — Честно говоря, немного… — он запнулся. — Я в порядке, Лиам. Мы с тобой сегодня молодцы, а? — он, улыбаясь, встал со скамейки. — Да, пожалуй ты прав. — я слегка улыбнулся, глядя на друга. — Слушай, Авраам и Николь предложили отдохнуть. Хочешь с нами? Посидим в пабе, отдохнём? — О, нет, что ты… — Да брось, Лиам. Мы так давно не проводили время вместе, как обычные друзья. Ты постоянно в делах, а я то и дело остаюсь в Лондоне… Я поднял на него взгляд. Джорджи… Обычно такой весёлый в последнее время, вдруг показался мне довольно опечаленным и мрачным. — Джорджи, что такое? — Я… Мне… — он посмотрел в сторону, а затем на меня и опустил взгляд. — Мне кажется, что мы в последнее время… Отдалялись друг от друга. Эта общая проблема сейчас, несомненно, нас сближает, но… Я… Я хотел бы… — он опустил голову ещё сильнее. В этом был весь Джордж. Он хотел говорить о своих чувствах и переживаниях, но так сильно стыдился, что всегда скрывал свое лицо, когда начинал говорить о чем-то личном, откровенном. — Джорджи. Он медленно и нерешительно поднял на меня голову. Я смотрел на него не как на лучшего спутника или друга, а как на родного младшего брата. Я смотрел на него со всей любовью и теплотой, которую чувствовал. И тогда в его взгляде что-то переменилось. Джорджи глубоко вдохнул и затем, выдохнув, его взгляд стал чуть решительнее. Он не опустил взгляда, когда снова заговорил. — Я хочу, чтобы мы сближались не из-за общих проблем, а просто потому, что мы друзья, Лиам. Я хочу проводить с тобой время не за раскопками обломков, а за чашкой чая или чего нибудь покрепче. — спокойным, ровным голосом, не запинаясь, произнёс парень. Я встал с места. — Что ж, тогда, полагаю… Ты сходишь за детьми, а я пока приведу себя в порядок. От меня ужасно пахнет гарью и сыростью. Джорджи приподнял брови, а затем мягко улыбнулся. Я едва заметно улыбнулся ему в ответ. — Ну давай, дети сами себя не приведут, Джорджи. — я махнул стопкой бумаг на него и парень хмыкнул. — Так ты специально это сказал, чтобы за ними не идти, а пойти отдохнуть. Я понял. — Я настолько лёгок и предсказуем? Джорджи рассмеялся и пошёл в сторону парка. — Надеюсь ты будешь готов, когда я вернусь! — парень скрылся где-то на тропинке. — Обязательно, мой друг. Обязательно. — тихо проговорил я, глядя ему вслед. Я действительно любил Джорджи, как брата, как друга. Как человека. Он всегда был со мной, несмотря ни на что. Виноват я, или не я, он в любом случае оставался рядом. Такого друга, наверное, желал бы каждый… Спустя какое-то время я уже был готов, а еще я постирал медведя Бенни и поставил сушиться. Завтра я отдам его Дейзи. — Мы пришли за тобой, Лиам! — Джорджи зашёл в комнату, улыбаясь. — Ну Авраам, что может пойти не так? — В прошлый раз, когда ты напился, ты чуть не разнес весь паб, успел поругаться с Карлом и оставить свой номер телефона какой-то девушке. — Авраам вошёл вслед за Джорджи, а за ним опечаленный Николь. — Девушке! Не может быть, Авраам, ты мне лжешь. — Николь театрально плюхнулся на диван и накрыл тыльной стороной ладони свой лоб. — Да, конечно. Она названивала тебе ещё пару дней, а затем пришла к тебе в магазин. Этого ты тоже не помнишь? — Прекрати, зануда. — парень протянул руки к Аврааму и тот подошёл ближе. — Что ж, вижу, все в сборе? — Да. — немного грустно произнёс Джорджи. — Не хватает только Мишеля… — А по моему, всех хватает. — в дверном проёме появился Мишель и, убрав руки в карманы, облокотился на косяк. — Мишель! — О-о, вот это подарочки! — Николь похлопал в ладоши и затем потянул Авраама за руку поближе к себе. — Подожди, я думал ты в Лондоне? — Как видишь, Лиам, уже нет. — Мишель усмехнулся и перевёл взгляд с меня на Джорджи. — Отлично! Я рад… Мы рады тебя видеть. — Джордж обернулся ко всем и тут же указал идти на выход. Так как у нас была прекрасная знакомая, которая согласилась приглядеть за детьми, никому из нашей компании не пришлось оставаться. Хотя я предпочёл бы, чтобы остался Мишель. Вся наша компания сидела за столом и веселилась. Мы пили пиво, затем разговаривали, смеялись, ели мясо, снова пили, разговаривали, пили… Казалось все проблемы были позади и мы могли спокойно выдохнуть. Но кое-что не давало мне покоя. Весь вечер мне казалось, что Мишель находился слишком близко к Джорджи. Пока Николь и Авраам что-то рассказывали, Мишель склонил голову к уху Джорджи и что-то ему шептал. Мой лучший друг чуть улыбнулся, а затем тоже зашептал что-то. Авраам махнул рукой и задел стакан, тот повалился на меня и все мои рубашка и брюки были в пиве. — Вот черт, Авраам, ты такой неряха… — Николь произнёс это с весьма двойной интонацией. Он больше заигрывал с Авраамом, чем сожалел мне. — О, вот, салфетку? — Джорджи протянул мне салфетку. — Да ему ничего не поможет… — Извини, дружище. — Да все нормально, я сейчас вернусь. — я вышел из-за стола и направился в туалет. «Что этому Мишелю надо? Неужели он… С Джорджи? Не может быть, это было бы странно. Но почему они так близко друг к другу? Джорджи говорил, что хочет сблизиться, но я весь вечер наблюдаю, как он «сближается» с этим…» — я умыл лицо и затем тяжело вдохнул, глядя на себя в зеркало. — «Я отвратительно выгляжу. Не помешал бы хороший сон или новое лицо.» Выйдя из туалета, я, глядя за наш столик, направлялся к друзьям, но тут почувствовал толчок в спину. Обернувшись, я увидел мужчину и девушку-официантку. — Красавица, чего ты боишься? — Прошу, сэр, мне нужно работать… — она встретилась со мной взглядом. — Всего пару минут, Бит… — мужчина навалился на неё всем телом и протянул руки за талию. — Прекратите, пожалуйста, сэр… — Ты не можешь мне отказать, иначе тебя уволят, да? — Сэр… — Эй, мужик. — я подошёл к нему и положил руку на плечо. — Тебе сказали прекратить. — Я вроде не с тобой разговаривал. — он медленно обернулся на меня. Я тут же отдернул руку. -…Ли-и-ам… — мерзко протянул он, а затем стал смеяться, всё громче и громче. — Но как ты… Почему? Но Акэль продолжал смеяться и смех его становился громче и проникал в каждый уголок этого паба. Я посмотрел на девушку и обомлел. — Лилит? — Всё из-за тебя, Лиам… — тихо проговорила она и по её щекам покатили слезы. — Ты даже не можешь защитить меня. Посмотри… Посмотри на себя… — Нет… — я попятился, пока не споткнулся и не упал на пол. — Вот видишь, Лиам, — медленно, словно песня, доносились до меня слова Акэля. Он подошёл совсем близко и склонился надо мной. — Ты всем портишь жизнь. Каролина умерла из-за тебя. Дети, Маргарет. Всё сгорело. — Акэль присел на корточки, улыбаясь. — Твой друг теперь с кем-то другим. И ты, — он вдруг посмеялся, — ты даже не можешь помочь собственной девушке… — Это… Не так. Я был загнан в угол. И у меня не было сил сражаться. Яркий отблеск металла засветил мне в глаза и я прикрыл их. А затем, я почувствовал резкую боль и открыл глаза настолько, насколько мог. — Вот и твой конец, мой дорогой друг. К этому мы с тобой шли так долго… — Акэль провернул нож в груди и заглянул в мои глаза. Все, что я успел в них разглядеть, это тени отчаяния и страха. Но страха не от того, что он кого-то убил… А от того, что это был конец и для него. Акэль вытащил нож и, недолго думая, воткнул его себе в шею. Его тело упало прямо рядом со мной. Конец. Разве таким я его себе представлял? Разве так я хотел умереть? Достойно ли я прожил свою жизнь?.. Сейчас моё тело лежало с телом моего врага, когда-то лучшего друга. Так и должно было быть. Так мы и хотели умереть, тогда, в детстве. Мы хотели умереть в один день, как самые настоящие друзья. Чтобы наши жизни были связаны. — Братья… — тихо проговорил я. — Б… ра… тья… — хрипло ответил Акэль. Я закрыл глаза. И ничего, кроме пустоты, я больше не видел и не чувствовал. Ни-че-го.