Тайны исповеди

Первое, что почувствовал Гарри после недолгого сонного забытья рядом с Лилиан, было прикосновение к его плечу. — Ваше Высочество, — позвала робко Мэг, украдкой зевнув в ладонь, а потом склоняясь над принцем, — простите, но скоро рассвет. Если вас заметят здесь, будет много лишних разговоров. Я прослежу, чтобы с ней всё было в порядке, обещаю. Хэл с благодарностью посмотрел на девушку, вздохнул, но вынужден был признать, что она права. — Спасибо, Маргарет, — он медленно поднялся с кровати, бережно поправил покрывало на Лилиан и негромко добавил: — Когда она проснётся, скажите ей… Нет, не говорите ничего. Просто будьте рядом. Мэг молча кивнула, будто понимая даже не сказанное вслух. Принц осторожно вышел из комнаты, стараясь не нарушить тишину уходящей ночи. **** Когда первые солнечные лучи осторожно коснулись пола и стен комнаты, ночь незаметно сменилась утром. Сна уже почти не осталось — только лёгкая полудрёма, растворившаяся в тишине. Открыв глаза, Лили некоторое время смотрела в потолок и вспоминала, снился ей странный сон или же это была реальность. Однако ее чуткое обоняние улавливало в воздухе знакомые и родные ноты корицы, а также непонятного спокойствия, которого она давно не знала. Сев в кровати и потерев глаза, Лилиан вдруг заметила, что Мэг с подчёркнуто будничным видом хлопочет у окна, поправляя тяжелые портьеры. — Мэг? — Доброе утро, соня! — с излишней бодростью отозвалась подруга, оборачиваясь, но пряча взгляд. Лили подозрительно прищурилась: — Что-то случилось? Мэг вспыхнула, но тут же замотала головой: — Нет-нет, то есть... случилось, конечно, утро! Вот, я тебе завтрак принесла, он уже остыл. Но ничего, хлеб холодным вкуснее, верно? Чуть улыбнувшись, Лили покачала головой: — Почему ты смущена, Мэг? Говори, не молчи. Мэг тяжело вздохнула и сдалась, слегка потерев ладонью глаза: — Ну, принц заходил ночью... но совсем ненадолго! Совсем чуть-чуть, одним глазом посмотреть, как ты спишь! Лилиан замерла, ощутив, как сердце забилось сильнее. — Хэл был здесь? — Был. Но совсем ненадолго. Он сказал ничего тебе не говорить... ой! — Мэг испуганно прижала руки ко рту. — Кажется, я опять всё испортила? От этого Лилиан почувствовала тепло, разлившееся по груди, словно Хэл оставил невидимый отпечаток прямо в сердце. Тихо рассмеявшись, девушка вновь опустилась на подушку. — Нет, милая моя болтушка. Это лучшее, что я могла услышать этим утром. Разлившийся на сердце покой заставил ее улыбнуться. Хэл приходил. И, значит, всё ещё был рядом. Даже если сейчас рядом его не было. С такими счастливыми мыслями Лили уже собиралась вновь задремать, как вдруг услышала стук в дверь. Через секунду она приоткрылась, и вошла мать. Строгая, прямая, как всегда — и незнакомая. Мэг инстинктивно отступила в сторону, будто чувствовала — сейчас здесь не место теплым словам. — Лилиан. — голос Кэтрин был ровным, даже слишком. — Я не пришла разговаривать. Только сказать. Сегодня утром тело графа Уишоу нашли в его темнице. Он покончил с собой. Дочь не сразу поняла, что она говорит — будто слова шли через водную толщу. Наполнявшая душу радость испуганно отступила куда-то. — И еще... — Кэтрин вскинула голову. — Через два часа отца ведут к эшафоту. Ты пойдешь со мной. Повисла пауза. Мать повернулась к двери. — Это не просьба. Это наш последний долг. Это честь Мортимеров.