Золотая клетка. Первая Ласточка

Последний раз я ходила в казино не для того, чтобы играть или решать какие-либо вопросы, а просто развеяться, но в этот раз подобное провернуть явно не получится. Витторио, стоявший за моей спиной, нервно поглядывает на наручные часы, изредка тяжело вздыхая. — Мы опаздываем? — я неспеша застёгиваю сережки. — Нет, что ты… — он фыркает, — культурно задерживаемся. — Ну, раз культурно, то я ещё успею припудрить носик, — усмехаюсь я, смотря на мужчину через отражение. — Поли, ты для кого прихорашиваешься? — хмурится босс. — Ты забыл, что говорил мне почти год назад? — я поправляю приспущенные плечи бархатного тёмно-бордового платья, — я — Ваше лицо. Повернувшись к мужчине, я недовольно дуюсь. — Ты хочешь, чтобы я выглядела ужасно? Он посмеивается. — Ты выглядишь очаровательно. — Всего-то? — фыркаю я, — в таком случае, мне стоит просидеть у зеркала еще хороший час… — Поли! — придержав меня за локоть, мужчина поднимает меня из-за туалетного столика, — ты выглядишь чаруеще и опьяняюще. Когда я смотрю на тебя, мне хочется встать перед тобой на колени и молиться… Я пораженно смотрю на босса, который выпалил всё это почти на одном дыхании. — Правда? — растерянно вздыхаю я. Сунув сумочку мне в руки, он ехидно улыбается. — Правда, пойдём уже! — Обманщик! — упираюсь я, но уже не в силах вырваться из его сильных рук. Сияние позолоты и серебрения, звон хрусталя, шелест карт и звучание фишек. Где-то гремят игровые автоматы, радостно заманивает к себе «колесо фортуны». Полумрак залов и сигаретный дым убаюкивают разум. Мы идём среди игральных столов, гости которых совсем не обращают на нас внимания. Им сейчас не до нас, главное побольше выиграть. Придерживая Витторио под руку, я сильнее прижимаюсь к нему. Я осталась совсем одна среди мужского коллектива. Кристин занятая ночной сменой, даже не пыталась выбить себе выходной, сказав, что казино самое ужасное место. Элизабет пропадает в Мардене по работе и просто не могла оставить конференцию. В центре зала, где всё внимание привлекал к себе большой игральный стол, уже собрались все… Все три семьи Англии. Видимо заметив нас в полумраке, я замечаю, как Марк добродушно улыбается нам. Рядом с ним сидит Эван, задумчиво поглядывающий по сторонам. По правую сторону от них, я замечаю статную женщину. Её шоколадные волосы словно стекали волнами по плечам, поблескивая в золотом свете. Лицо аристократично вытянуто, а взгляд холодный и острый. Рядом с ней сидит мужчина в преклонном возрасте. Очки на его переносице сильно засвечены от чего глаз почти невидно. Он поправляет седые усы иссохшими пальцами, что-то тихо нашептывая своей спутнице. Это брат и сестра Хораны. Оливия, глава семьи, в свою очередь хмуро поглядывала на старшего брата Донага, который разделил Ирландию на две точки управления. А вот слева от Рида, нас ожидают уже Флорены. Уже знакомый мне Оливер, светится даже в тени, словно вампир на солнце. Его соколиный взгляд цепляется за каждую мелкую деталь, пока его сын, что-то яро доказывает ему. — Прошу прощения за задержку, — Витторио помогает сесть мне на кресло. — Красота требует времени, — посмеивается Оливия, одаривая меня заинтересованным взглядом. Я отвечаю ей лишь сдержанной улыбкой. Оказавшись между Томом и Витторио, я расслабляюсь в кресле, но ловлю на себе изучающий взгляд младшего Флорена. Он не сильно старше Вито, черноволосый, с легкой щетиной. Я отвечаю мужчине темже взглядом и довольно ухмыляюсь, заметив его недоумение. — Я всё еще не понимаю, как мы собрались здесь все вместе, — голос Вито заставляет нас с Майклом прервать переглядывание. Официант, подошедший к нам, раскладывает пепельницы рядом с гостями. Пропустив меня, я хмурюсь и беру стекляшку сама, достав из клатча пачку сигарет. — Давай будем честными, Пазо, мы все терпим убытки, — Оливия отказывается от вина, — ты тоже. — С чего такая уверенность? — усмехается босс, забрав из моих рук под столом сигарету. — Не ври сам себе. Убытки бывают не только финансовые, — Майкл принимает стакан с виски. — Спорить не буду, — кивает Витторио. — Давайте сразу к сути, — Марк закуривает терпкий табак, — у нас появилась общая проблема, которая желает нас либо выкурить с Островов, либо вовсе вырвать с корнем. Я первый раз слышу о проблемах подобного рода. Почему ни Витторио, ни Том мне ничего не говорят? — Пожары, расстрелы служебных машин, смерти партнёров, — Оливер тяжело вздыхает. — Правительство? — фыркает Донаг, — считаете, что началась борьба с лишними? — Верхушки денег не хватает? — старчески посмеивается Аластар Хоран. Кто-то решил убрать все мафиозные сети по стране? Думать на правительмво действительно можно, но, если я не ошибаюсь, две трети этого же правительства сами вовлечены в сети и они несут им большой доход. Ни один полицейский, который решил бы бороться с несправедливостью просто не потянет такой конкуренции… Мы же не в фильме. Для этого должен быть либо влиятельный покровитель, который хочет занять своё место, либо… Либо всё тот же влиятельный человек, который желает вовсе всё убрать. Но кто это? Кто-то четвертый в Англии? — Признаюсь честно, я проводил переговоры со Штатами, — признаётся Оливер. На этих словах я напрягаюсь. Так вот зачем Оливер звал дядю. Ему была нужна помощь для всех… Неизвестный противник, поражающий словно рак всё живое и неживое. Противник, который возник неизвестно где и распространяется чересчур быстро. Может попробовать поговорить с дядей? Узнать о их переговорах с Флореном. — Они отказались, — подытоживает Майкл. — А ты ждал чего-то другого? — фыркает Пазо, — они ни за что не залезут на эти земли. Ни Миллер, ни уж тем-более Старк. Я тяжело вздыхаю и отвожу взгляд от пепельницы, но вновь встречаю с пронзительным взглядом Оливии. — Рассчитывать на этого самовлюблённого индюка я бы даже не думал, — отмахивается Донаг. Я слегка хмурюсь, смотря на брата Оливии. Сам ты индюк… А папа просто не хочет лишних проблем. — Нужен перерыв, — подытоживает Марк, — сыграем? — А почему нет? — кивает Майкл, — дамы? — Я пас, — отнекивается Оливия, — сегодня не мой день. Поли, не хочешь выпить? Я ловлю на себе насмешливые мужские взгляды. Даже Вито, скептически пожимает плечами, когда я смотрю на него. Лишь Марк ободряюще подмигивает мне. Настолько во мне уверен после той шахматной партии? — А я сыграю, пожалуй! — довольно улыбаюсь я, устраиваясь поудобнее, — люблю рисковать. — Не думай, что я покрою твои убытки, — посмеивается Витторио. Через полчаса, довольно улыбаясь, я сгребаю огромную кучу фишек на поднос официанта. — Мне, кажется, тут не хватает, мистер Пазо, — ухмыляюсь я, подвигая его фишки себе. — Буду должен…— фыркает босс. — Она что… Только что стрясла с нас по тридцатки зеленых с каждого? — пораженно затягивает сигарету Майкл. Всю эту пораженную и недоуменную компанию, разбавляет тихий смех Марка, который еле сдерживается, что бы вовсе не рассмеяться на весь зал. — А я говорил, что это непобедимый соперник. — Еще партию? — спрашивает солидный мужчина крупье, обращаясь больше ко мне. — Ну, — с улыбкой тяну я, но чувствую, как стул отодвигается от стола. — Пойди выпей, — бурчит на меня Вито. — В другой раз, мальчики, — ухмыляюсь я, ускользая подальше от стола. Свои фишки я доверила Тому и Эвану, которые выбыли из игры ещё в самом начале, но не особо этому печалились. Пока они занимались моим выигрышем, я решаю, что выпить за победу сейчас лучшее решение. — Поли, поздравляю, ты сорвала большой куш! — у барной стойки меня ждёт Оливия, которая наблюдала за игрой издали. — Спасибо, — я ловлю на себе взгляд бармена, который виртуозно жонглирует шейкерами, — угостишь даму лучшим коктейлем? Подмигнув мне, он ловко ставит шейкеры на стол, увлекаясь работой. — Ты безумная красавица, Поли, — неожиданно отзывается Оливия, — Витторио словно прячет тебя от мира. — Я и без него спобобна попадать в громкие передряги, — усмехаюсь я, — спасибо за комплимент. Ваша красота не менее роскошна. — Откуда ты? — Из Сиднея, — я принимаю коктейль у бармена. — Знаешь, ты напоминаешь мне одного старого знакомого… Взгляд, улыбка…— она тянется ко мне, поправляя звиток локона. Я слегка напрягаюсь, смотря на неё. — Неужели? — тихо спрашиваю я, делая глоток алкоголя. — Угу, — она кивает, — только он француз. Огненный красавец, который пленил своей улыбкой всех девушек, а потом бросал их оставляя лишь мечу о себе. Как сейчас помню, он не говорил, а мурлыкал на своём французском… Она посмеивается. Оливия говорит про моего отца? Нет, просто совпадение… — О, этим мы тоже с ним похожи! — улыбаюсь я, стараясь разбавить обстановку. Ловя на себе заинтересованный взгляд бармена, я сильнее наклоняюсь к Оливии и шепчу, — свожу мужчин с ума и бросаю их. Она улыбается. — Да, я заметила, как Майкл поглядывает на тебя. — Ох, несбыточная мечта, — наигранно обиженно протягиваю я и подмигиваю бармену — Не буду мешать, — шепчет она, удаляясь от барной стойки. — Мисс, не желаете еще коктейль за счёт заведения? — спрашивает бармен. Еще около часа я провожу в компании улыбчего парня, который то и дело старательно спаивал меня вкусными коктейлями, но веселье не может длиться вечно, пока за моей спиной стоит босс. Резко крутанув барный табурет, я оказываюсь перед Пазо, который смотрит сначала на меня, а потом на бармена. Одним хмурым взглядом он отправляет паренька работать дальше. — Ах, — ехидно протягиваю я, — кажется, я шагаю дальше нашей ничьей и безжалостно вырываюсь вперед. Он хмурится еще сильнее, а я расхожусь в задорном смехе. — Ну не дуйся…— уже размякшая от алкоголя, я тянусь к воротнику его рубашки, осторожно поправляя, — я же предупреждала тебя, что я всегда-всегда впереди. — Я просил тебя выпить, а не напиться, — недовольно шепчет Пазо, — ты как за стол вернешься? Я дую губки, проводя кончиками пальцев по его груди. — Я не хочу туда… Я устала! — И что ты мне прикажешь делать? — фыркает мужчина. — Вито, поехали домой? — я хлопаю глазками, которые явно опьянённо блестят в свете роскошных люстр. Витторио тяжело вздыхает. — Ладно, пойдём… — помогая мне слезть с табурета, он придерживает меня за руку, — отведу тебя в номер и там отдохнёшь немного. Конечно, всю дорогу он недовольно бубнил о том, что я пью слишком много и что мне следует заняться лучше спортом. Вышагивая по коридорам гостиницы, мы останавливаемся у развилки, пока Пазо пытается найти ключ от номера. Где-то вдали эхом слышатся голоса, от которых босс замирает Витторио нервно выглядывает в коридор. — Черт… — В чём дело? — я недоуменно смотрю на босса. — Джонсоны. Старый куркуль сейчас опять начнёт придираться к отчётам. Есть куда спрятаться? Я оглядываюсь по сторонам, но ничего не нахожу. Маленький закуток на этаже с диванчиком и цветами не сулит никакой скрытности. — Никак, — я пожимаю плечами. Неожиданно босс стягивает с себя пиджак и укрывает мои плечи. — Распусти волосы… — Зачем? — недоумеваю я, но волосы всё же расплетаю, — хотите замаскироваться? — Что-то типо того, — он ухмыляется и усаживается на диванчик, притягивая меня к себе. Уперевшись коленом в мягкие подушки, я хмуро смотрю на босса. — Что ты за…— когда шаги становятся ближе Вито резко дёргает меня сильнее к себе и нежно целует. Я чувствую, как его пальцы, скользят по моей шее, слегка поглаживая кожу. Его поцелуй так жаден, но в тоже время так приятен. — Ну и молодежь… Совсем стыда никакого нет, — слышу эхом разносящиеся голоса и удаляющие шаги. Джонсоны уже явно скрылись на этаже, но никто из нас с Вито не желал отстраняться первым. Мужчина лёгким жестом усаживает меня к себе на колени, крепко сжимая талию. Я тону в этом поцелуи, тону в его руках. И всё же мне приходится отстраниться. Я поспешно поднимаюсь и растерянно поправляю пиджак. — Поли… — Я… Я пойду пожалуй. Мужчина удерживает меня за руку и поворачивает к себе. — Постой, лисёнок, — он приобнимает меня, кутая в пиджак, — давай поговорим? — О чём? — О том, что ты мне очень дорога. — Правда? — я заинтересованно выгибая бровь, — это потому что я часть Вашей семьи? — Ты по-особому мне дорога, — шепчет мужчина. — И давно? — усмехаюсь я. — С самого начала… — Неужели? — я удивленно смотрю на него. Он молчит, поглаживая меня по плечам. Вздохнув, я кладу голову ему на плечо. — А я устала… Хочу спать. Слышу, как он тихо усмехается. — Тогда и впрямь стоит отдохнуть, — подняв меня на руки, мужчина уносит меня в номер. — Не останешься? — Думаю, я и так позволяю себе слишком много в последнее время. То поцелуи, то ты голая перед моими глазами, — он вздыхает, — к тому же, меня ждут. — Ох уж эта педантичная Англия. — Ох уж эта ваша раскрепощённая Австралия. Я фыркаю. Отвернувшись от него я растёгиваю платье, которое медленно соскальзывает с меня, оставляя почти голой. Он всё ещё тут. Я чувствую его тяжёлые взгляды на мне. Сняв туфельки и перчатки, я падаю на кровать и лениво потягиваюсь. — Зря, — я усмехаюсь, — ну идите тогда, мистер Пазо. Вас ведь ждут. Он ухмыляется. Чувствую, как его сильные руки крепко сжимают мои лодыжки. Он облокачивается о край кровати и тянет меня к себе. — Ты специально это делаешь? — А что? — я ухмыляюсь. — Мне и так сложно держать себя в руках, когда я вижу тебя, так ты ещё и дразнишь меня? — он наклоняется ко мне. — А Вы держите не себя в руках, а меня, — сладостно шепчу я, притягивая его сильнее к себе, держа за воротник, — не стесняйся… Бери… Я чувствую его тело через рубашку. — Нет, — он ухмыляется и резко укрывает меня одеялом, — отдыхайте, мисс Берман. — Ах, Вы…— я старательно освобождаюсь из шелкового кокона, — и вообще, я думала Вы джентльмен, а Вы бросаете девушку, которой должны? — И сколько же я тебе должен? — Вито поднимает меня на руки, усаживая к себе на колени. Я придерживаю шелковое одеяло на груди, задумчиво отводя взгляд. — Десять поцелуев, — улыбаюсь я. — Вот как, — он усмехается. Наклонившись сильнее, мужчина развязно целует меня в губы. — Раз, — шепчет он, продолжая усыпать мою кожу поцелуями, — девять, десять… Я смеюсь, чувствуя, как он принимается щекотать меня. — Ну, прекрати! Вито укладывает меня назад на кровать и одаривает еще одним терпким поцелуем. — Одиннадцать! Это в кредит. Будешь мне в два раза больше должна. — Бессовестный! — смеюсь я, —обманул бедную девушку. — Бедную? — удивляется он, — ты стрясла с нас сегодня, со всех вместе взятых, сто восемьдесят тысяч долларов… — Бедолаги, — улыбаюсь я. — Теперь уже да, — он наигранно опечаленно вздыхает. —Когда мы поедем домой? — спрашиваю я, погляживая мужчину по щеке. — Скоро поедем… Я решу пару вопросов, и мы поедем. Давай помогу с платьем. Поднявшись с кровати, я нехотя соглашаюсь вернуть платье назад. Что мы творим? Мучаем друг друга… Чего этим добиваемся? Он стал таким нежным в последнее время, что я уже и не верю в то, что с теми девушками у него есть хотя бы интрижки. Да и как у меня… Мне бы хотелось, чтобы утро ещё немного задержалось. Сон уже отошел, поэтому я просто лежу на груди Вито, проводя ноготками по его торсу. — Поспи еще немного, — сонно шепчет он, приобнимая меня сильнее, — рано еще. — Не спится…— я вылезаю из его объятий, прикрывая оголенное тело одеялом, — да и ласточки какие-то буйные. Слышал? Всю ночь шуршали… — Ночью я слышал только тебя, — ухмыляется Вито. Я слегка толкаю его в бок. — Может у них птенцы появились? — задумчиво протягиваю я, смотря в окно. — Ну вот и не отвлекай их от родительской ноши, — посмеивается Вито, вновь утягивая меня в свои объятия. Суетясь на кухне, я вслушиваюсь в телефонный разговор Пазо, но из-за шума чайника это сложно. Вито отходит от окна, тяжело вздохнув. — Всё хорошо? — спрашиваю я, засыпая чай в заварник. — Поедешь со мной в Плимут? — он приобнииает меня за талию и целует в висок, — не хочу ехать туда один. — А Том? — У Тома тут дела. Не могу его отвлекать. — Ну, тогда поеду, — я улыбаюсь, — не бросать же тебя. — Тогда я поеду домой… Нужно одеться, взять документы… — Э, нет! — хмурюсь я, — я для кого старалась готовила завтрак? Моё недовольство подтверждает тостер, яростно оповещая о готовности хлеба. — Конечно, лисёнок. — Я заеду за тобой через час. Тебе хватит времени? — Вито находу накидывает пиджак. — Хватит, — киваю я, открывая дверь, но пораженно замираю. Перед входной дверью лежит разбитое гнездо ласточек. Видимо из-за этого они так суетились всю ночь. — Может никуда не поедем? — опечаленно шепчу я, — кому вообще они помешали?! — Тише, милая. Я думаю это просто случайность. Дома здесь совсем не для гнёзд. Вито подбирает обломки гнезда и укладывает их на клумбу. — Собирайся дорогая, скоро приедем с Каем за тобой. Я кручусь на сидении, не в состоянии найти себе удобное положение. Долгая дорога в машине утомляет ещё больше, чем перелёт. — Ты усядешься? — посмеивается Вито. — Я устала, — недовольно вздыхаю, верчусь рядом с ним словно котик, — Кай, нам ещё долго? — Где-то часа полтора точно, может больше, — водитель пожимает плечами, поглядывая на нас через зеркало, — ближе к городу начнутся ещё и пробки. Я раздражённо цокаю, но тут же оказываюсь в объятиях босса. — Смотри сколько у тебя времени отдохнуть, — шепчет он. Я чувствую как его ладонь укрывает мою голову, и он укладывает меня к себе на плечо, — поспи, лисёнок. — Потом я буду вся мятая и опухшая… — И всё равно красивая, — он поправляет мои волосы, а я всё же поудобнее устраивают на его плече. — Ну ладно… Разбудите меня, когда мы будем ближе к городу. — Конечно, мисс Берман, — Кай усмехается, — гудение недовольных водителей для вас будет прекрасным будильником. Витторио заботливо обнимает меня, слегка поглаживая по плечам. В его объятиях так спокойно. Лёгкая дремота накрывает меня сразу. Отголосками до меня доносятся будничные разговоры Витторио и Кайя, тихо играет радио, с изредка пропадающих сигналом. Неожиданно наступившая тишина, заставляет проснуться. Всё ещё лёжа на плече мужчины, я оглядываю салон: Витторио чем-то занят в мобильнике, сигнал радио совсем пропал, а Кай непривычно напряжён за рулём. — Сука…— слышу я тихое ругательство мужчины. — В чём дело, дружище? — Вито покрепче обнимает меня. — Да не нравится мне как-то эта машина… Я бросаю кроткий взгляд в окно, но тут раздаётся тяжёлый, протяжный автомобильный гудок, от которого раскалывается голова. Испуганно подорвавшись, я щурюсь. Через лобовое стекло глаза ослепляет яркий свет фар, а дальше удар… Треск, звон, шум… Меня крутит словно бельё в стиральной машине. Автомобиль явно катиться вниз по обочине, и каждый новый поворот отдаётся болью. Такой острой и жгучей. Чувствую, как осколки стекла рассекают и впиваются в кожу… В какой-то момент этот хаос перед глазами исчезает, как и шум в ушах. Глаза открываются с тяжестью. Маленькие камушки впиваются в щеки и ладони. Каждое движения отдаётся острой болью, но через силу я всё же приподнимаюсь на руках и оглядываюсь. Волосы, склеенные кровью мешают, но ужасную картину аварии трудно закрыть. Машина разбита полностью, с моей стороны дверь совершенно оторвана. Может из-за этого я и лежу на траве, а не в машине… Оглядевшись, я понимаю, что больше никого не вижу. — Вито, — говорить больно, даже шепот режет горло, — Кай… Я пытаюсь подняться на ноги, но слишком тяжело. Приходится ползти, до конца раздирая ноги. Меня трясёт от наконец-то пришедшего осознания, начинает накатывать истерика. — Вито! — я всхлипываю, — Кай! Где… Где вы?! Оперевшись об обломок бампера, я поднимаюсь на ватных ногах. Сил хватает пройти лишь пару шагов. Я падаю, но хватаюсь за помятую крышу. В разбитом лобовом стекле лежит изуродованное окровавленное тело. По зелёной рубашке я узнаю, что это Кай. Его тело пронзили осколки стекла. — Боже… — меня душит истерика и голос срывается от крика, — Кай! Я падаю на капот и пытаюсь доползти до водителя, но соскальзываю назад на землю. Повернув голову, я замечаю перед собой окровавленное лицо Витторио. — Вито! — я рыдаю и ползу к нему. Его придавило смятой крышей и на мой крик он не отзывается. — Поднимайся! Ну! — я хватаю его за плечи рубашки и пытаюсь вытянуть к себе, — вставай! Боже прошу! Вставай, Вито, вставай! Кто-то резко хватает меня за плечи и я в ужасе кричу, падая лицом на траву. — Тише, Поли! Это я — Том! — парень поднимает меня с земли и оттаскивает от машины, — Тише, девочка, тише… — Они… Нет! Они не умерли! — кричу я, стараясь убедить в этом больше себя. — Всё хорошо! Не кричи, всё… Пойдём, пойдём, милая… — Нет! Его надо вытащить! Их всех надо вытащить! — я вырываюсь из рук Тома, кидаясь к машине — Поли… Девочка моя, — Том крепче сжимает меня и поднимает на руки, — им помогут. Сейчас я должен помочь тебе! Тише… Я плачу. Кричу, пытаясь выскользнуть из его рук, но он сильнее. Он уносит меня на обочину и усаживает на переднее сидение машины. — Всё… Всё, моя девочка, — Том держит моё лицо в своих ладонях, — посмотри на меня. Посмотри… Всё будет хорошо, я тебе обещаю. — Нет… Нет… Я оглядываюсь по сторонам и замечаю своё отражение в боковом зеркале. Всё лицо в крови, волосы спутаны и склеены, одежда порвана и насквозь пропитана кровью, которая ещё сочится из ран. — Том… — Мы сейчас поедем в больницу, — парень достаёт бутылку воды и льёт на свои руки, — сейчас, Поли… Томас старательно меня умывает, от чего свежие раны горят, а после, поспешно достаёт из бордачка какие-то таблетки. — Что это? — шепчу я. — Это…— он тянет, но продолжает успокаивающе мне улыбаться, — это обезболивающие. Сейчас выпьешь, чтобы легче было… — Мистер Купер, — к нашей машине подходит неизвестный мне парень, — машина скоро прибудет. Минут через пять. Мы останемся и… — Они живы? — я пытаюсь подняться с сидения, но Том усаживает меня назад, — они живы с ними всё хорошо?! Я замечаю растерянный взгляд парня на Тома. — Конечно, Поли, всё хорошо, — он высыпает пару таблеток себе на ладони, — просто без сознания. Я не могу всех увезти, поэтому заберу тебя, а их заберёт машина скорой. — Правда? Ты не врешь? — я всхлипываю. Начинается паника. Дышать всё тяжелее и тяжелее. Я жадно хватаю воздух губами, но каждый раз его всё меньше и меньше. — Правда-правда…— Том крепко сжимает моё лицо ладонью и почти впихивает таблетки мне в рот, — вот так… Пей, Поли, пей моя милая… Кое-как проглотив таблетки, я кашляю от воды, пошедшей не в то горло. — Умница, — шепчет мне Том, укутывая в плед, — умница… Вновь становится тяжело. Том помогает мне сесть в машину и пристёгивает ремнём. — Мне плохо, —признаюсь я, чувствуя тошнотный комок в горле. — Сильно? — Не знаю… Я не могу… Не понимаю, Том… Я умираю? — Нет, что ты… Ты просто устала. Всё будет хорошо, — он заботливо убирает мои волосы с лица, — сделай глубокий вдох. Вот… А теперь выход. Каждый новый вдох утягивает меня в тёмный омут. Голос Тома начинает эхом удаляться от моего сознания, и я вновь отключаюсь. Просыпаюсь я от противного пищания над ухом. Глаза опухли, от чего открывать их тяжело. — Том…— еле слышно зову я. В глазах всё плывёт, а тело налито свинцом. — Я рядом, Поли, — чувствую, как сильная рука сжимает мою ладонь, — и Кристин, тут. — Крис? — вздыхаю я. — Я тут, милая, — чувствую, как тёплые губы касаются моего лба, — ты теперь в безопасности. — Где мы? — чувствую, как слизятся глаза и несколько слезинок скатываются по щекам. — В больнице, — нежные пальцы убирают мои слёзы. — А Вито? А Кай? — шепчу я. — Тоже, — Том поглаживает мою ладонь, — все здесь. Даже Лиза с Марком приехали, но они чуть позже подойдут. Сейчас нельзя… — Доктор Купер! — какая-то девушка заглядывает в палату, в ушах начинает звенеть— мистер… Состояние… Нет шансов… — Поли?! Всё звучит эхом. Голова болит, от чего я закрываю глаза и тяжело вздыхаю, погружаясь в бездну.