Bring Him to His Knees

Они остановились под уличным фонарем, когда Гермиона одернула Пэнси, жестом указывая Гарри идти дальше без них. Он раз оглянулся, затем пожал плечами и скрылся за углом. — Ты уверена, что я нормально выгляжу? — нервно поинтересовалась Гермиона. — Может, нужно было добавить чего-то... — она указала на свое лицо: — Еще? — Грейнджер, ты замечательно выглядишь. Более чем, — Пэнси зацепила локон Гермионы и перебросила его через плечо вперед, чтобы он обрамлял ее щеку. — У тебя распущены волосы. Только один этот факт унесет его мысли далеко за пределы ресторана. — Да, он говорил, что они ему нравятся такими, — зарделась Гермиона. «Не совсем так, конечно», — подумала она. Он сказал, что хочет зарыться в них руками. Правда, та нотка, с которой он произнес это, была лишь еще одним аккордом в композиции их воображаемого флирта. И все же… То, как он смотрел на нее в момент слетевшей с его губ фразы, — она просто не могла выбросить из головы. Его глаза, такие темные и такие холодные одновременно, почти... Она сказала бы почти тоскующие, если бы не знала его. Гермиона сделала глубокий вдох и скользнула ладонями под ткань плаща, вытягивая рукава своего бархатного платья. Пэнси пыталась убедить ее надеть что-нибудь из последних покупок, но получила решительный отказ. Она не была готова дефилировать в чем-то подобном на двойном свидании с Гарри. Он бы больше никогда не смог посмотреть ей в глаза. Гермиона вела ожесточенную борьбу с Пэнси, настаивая на удобной обуви с низким подъемом и устойчивым каблуком, наотрез отвергая шпильки с шипами. Капитулировать пришлось на моменте с фиалковыми духами. Ей так и не удалось подобрать парфюм, который, по ее мнению, понравился бы Драко, и поэтому она решила не экспериментировать вовсе. Она коснулась груди под плащом. Декольте было глубже, чем в платьях, которые она надевала обычно. Оно обнажало два дюйма лилового шрама, тянущегося вдоль туловища. И речь не о том рубце на руке, скрыть который она настояла. Не о том, что и был причиной ее длинных рукавов. Но все же, она немного нервничала, оставляя отметину на виду. Пэнси, заметив это движение, громко фыркнула и потянулась к плащу Гермионы, одергивая ее руку. — Он не обратит на это ни малейшего внимания, — сказала Пэнси. — Вот скажи, ты, когда пялишься на него все это время, о чем именно думаешь? «Фу, какие отвратительные шрамы» или же «Во имя Мерлина, почему я не трахаюсь с этим мужчиной прямо сейчас?» — Пэнси! — Тогда последнее, — усмехнулась она. — Даже если бы он заметил что-либо, он слишком хорошо воспитан — джентльмен не станет отпускать комментарии на этот счет. Я разрешила тебе надеть платье с длинным рукавом и расклешенной юбкой, так что ты задолжала мне декольте в виде сердечка. Или я буду дуться. Ты же не хочешь, чтобы я дулась? — Это как посмотреть. Если ты будешь дуться, то прекратишь готовить те вкуснейшие слоеные пирожные на бранч в выходные? — Совершенно верно. В доме больше никогда не будет пирожных. Гермиона улыбнулась. — О, ладно. Ты меня убедила. Я не смогу прожить без твоей выпечки. Пэнси перебросила еще одну прядь волос Гермионы через ее плечо. — Ему все понравится, Грейнджер. Расслабься. Мы пришли, чтобы хорошо провести время. — Если ты уверена, что я ... — Грейнджер, — раздраженно остановила ее Пэнси. — Прекрати суетиться, — она встала позади Гермионы, обе руки опустила на ее плечи и подтолкнула за угол здания. Двери ресторана были распахнуты, яркий золотой свет проливался на тротуар, очерчивая силуэты двух ожидающих мужчин. Гермиона почти не заметила Гарри. Всем ее вниманием завладел Драко. Одной ногой он опирался о белый декоративный камень, засунув обе руки в карманы черного пальто. Приподнятый до подбородка воротник, сигарета, зажатая в уголке рта и... И очки в серебряной оправе — на его остром носу. — Оу, — воскликнула Пэнси в ответ на писк Гермионы. — Читал, наверное, сегодня много, — ее губы тронула легкая усмешка, а глаза заблестели. — Сюрприз! Пэнс ушла, оставляя Гермиону застывшей на месте и глазеющей на Драко. Она не была уверена, отвалилась ли ее челюсть, но это было вполне возможно. Очки подчеркивали линию его скул и приковывали внимание к глазам, сияющим почти так же ярко, как луна на темном небе. Драко выпрямился. — Гермиона. Низкий тембр его бархатного голоса вывел ее из оцепенения. «Свидание», — напомнила она себе. Они встречаются. Уже более года. Она бы определенно видела эти очки. Вероятно, даже стянула бы их с его лица и отшвырнула на ближайший столик, пока забиралась бы к нему на колени. Этот мысленный образ подтолкнул ее вперед, к нему. — Привет, — поздоровалась она, приближаясь. — Эммм... Очки. Драко затушил сигарету в пепельнице с песком позади себя, выпуская дым вверх. — Длинный день, — объяснил он. — Глаза устали. Ты же знаешь, как оно бывает. Гермиона кивнула, отчаянно цепляясь руками за края своего плаща, чтобы, потянувшись к Драко, не зацепить оправу его очков на переносице и не скользнуть пальцами до впадины под его ухом. Она не доверяла себе в том, что сможет остановиться, если начнет это. — К слову, — шепнул Драко, едва шевеля губами. — Через дорогу караулит репортер. И похоже, что Скитер надела омерзительного вида шляпу. Притащила с собой фотографа. Полагаю, мы засветимся в утреннем выпуске «Пророка». — О, — произнесла она, пытаясь подавить желание обернуться. — Ну что же. Вполне ожидаемо, не так ли? Совместные появления на публике и все такое, — она натянуто улыбнулась. — Мне не впервой попадать в колонку со сплетнями. Просто не счесть, сколько раз в ее статьях меня уличали в том, что я увиваюсь за Гарри. Драко рассмеялся. — Обычно мое имя трепалось прямо на первых полосах. Причем статьи выходили из-под пера настоящих репортеров, а не сплетников из светской хроники. Знаешь, а ведь это будет один из немногих случаев, когда «Ежедневному Пророку» не удастся запечатлеть меня в кандалах, — его голос, по мере того как он говорил, смягчался, но Гермиона уловила едва различимую нотку суровости, с которой он произнес последнее слово. Она подняла на него взгляд и отметила легкую напряженность, проложившую тень вокруг его глаз, почти скрытую под оправой очков, и подошла ближе. — Они подглядывают за нашим свиданием. Так давай дадим им то, за чем они пришли, — Гермиона приподнялась на цыпочки, одной рукой хватаясь за лацкан его пальто. Через мгновение, длиною в один бешеный удар сердца, Драко склонился к ней, скользя пальцами по ее талии. Она собиралась подарить ему лишь легкий приветственный поцелуй, но жар его губ вызвал дрожь по всему телу. Тот же импульс, который волной накрыл ее в архиве, овладел ею вновь. Она скользнула рукой вверх, чтобы пальцами пробежаться по шее и обхватить его за затылок, привлекая к себе и углубляя поцелуй. Драко сжал ее талию и провел ладонью вниз, поглаживая большим пальцем бедро сквозь плащ. На этот раз он первым приоткрыл рот, вовлекая ее в горячий поцелуй. Его губы оставались мягкими, каждое движение было медленным, тягучим. Гермиона же не позволила поцелую долго оставаться нежным. Она вцепилась в его пальто и в безмолвном требовании прочертила влажную дорожку по контуру его нижней губы. Драко издал тихий стон, который вспыхнул искрами в ее мозгу. Теперь он вел в их поцелуе, крепко прижимаясь к ее рту. Он властно обхватил ее талию, пальцами впиваясь по обе стороны от ее позвоночника, и приподнял, пока она, словно балерина, не встала на самые носочки. Их языки сплелись в страстном танце, и она четко ощутила привкус дыма и сладости — особая смесь его табака, вкус которого она тут же узнала и жаждала все сильнее. Она шепнула ему: «Еще». Сцепив руки в замок за ее спиной, Драко оторвал Гермиону от земли и тесно прижал к себе. Искры, полыхавшие в ее мозгу, обернулись в пламя. Она не смогла удержаться и ответила на поцелуй со сдавленным стоном, ее руки оттягивали воротник его пальто, чтобы обнажить больше шеи. Она запустила пальцы в его волосы, предаваясь блаженным ощущениям. Со звериным рыком Драко вонзился зубами в ее губы. Он прошептал что-то бессвязное, похожее на вопрос. Похожее, как она отчаянно хотела верить, на мольбу. Ей нужно было остановить себя прежде, чем поддаться соблазну подтянуть платье чуть выше и обвить ногами его бедра. Ладонью обхватив щеку Драко, Гермиона произнесла его имя в уголок рта и прервала поцелуй. Драко потребовалось несколько мгновений, прежде чем он опустил ее на ноги и отстранился, нижняя часть его очков запотела. — Хорошо, — пробормотал он, большим пальцем вытирая рот. — Это... Это работает. Гермиона ощущала себя будто в тумане. Она ухватилась за его пальто, чтобы не упасть. — Да. Это, ээм. Это должно… — слегка наклонившись вперед и головой упираясь о его грудную клетку, она изо всех сил пыталась снова обрести способность разговаривать и подбирать слова. — Ведь да? Драко бросил взгляд через улицу. Гермиона обернулась достаточно, чтобы заметить развернувшуюся картину: фотограф отчаянно ругается и трясет фотоаппаратом, а Рита лупит его по плечу своей сумочкой. Драко отнял ладонь Гермионы от лацкана своего пальто и нежно поцеловал костяшки ее пальцев. — Да. Это должно сработать, — он откашлялся и поднял голову. — Мы будем выглядеть очень правдоподобно в завтрашней газете. Пойдем. Поттер и Пэнси уже давно оторвались от нас. Он обвил ладонью ее руку и аккуратно потянул за собой. Без раздумий, Гермиона засеменила за ним в ресторан, все ее внимание устремилось к теплу его кожи, разбавляемому лишь полосами двух колец на его пальцах; к тому, как его рука, казалось, сгребает в охапку всю ее ладонь. Она не могла остановить поток ярких образов, представляя, как много ее тела он сможет прикрыть, если обхватит ее своими огромными руками, и как легко он сумеет взять ее под контроль. Она вздрогнула и больно прикусила губу, чтобы отвлечься. Драко остановился у гардеробной и отпустил руку Грейнджер. Он стянул свое пальто и передал его ведьме за стойкой, перед тем, как жестом попросить Гермиону развернуться. Казалось, она разучилась дышать, когда он скользнул ладонями по ее плечам, расстегнул плащ, большими пальцами касаясь шеи, а затем слегка откинул ее голову назад так, чтобы она прислонилась к его груди. Он наклонился и, поцеловав ее в лоб, довольно улыбнулся. — У тебя распущены волосы, — промурлыкал он достаточно громко, чтобы ведьма-гардеробщица точно смогла разобрать слова. — Ты же знаешь, как мне это нравится. — Ты только попроси, — сквозь полуопущенные веки произнесла она. Его голос, казалось, становился ниже, когда он приближался к ней, и это вызывало дрожь в ее коленках. В голове было странно пусто, и она не смогла найти других слов, чтобы ответить ему. Пока он передавал ее пальто гардеробщице и забирал номерки, Гермиона глубоко вдохнула, пытаясь усмирить спутанные мысли. Та, что встречалась бы с ним уже целый год, не стала бы реагировать так на жар его губ на своем лбу. «И некто "та" будет полной дурой», — констатировала она. Очень сомнительно, что к этому можно привыкнуть и за сотню лет. Она обернулась, и глаза Драко превратились в блюдца. Он скользнул взглядом вниз и быстро вернул внимание к ее лицу, румянец окрасил его скулы. Гермиона сопротивлялась искушению снова потереть предплечье или с силой потянуть рукава вниз, до самых пальцев. — Пэнси сказала, что твой любимый цвет — зеленый. А у меня скудный выбор одежды для свиданий, — она разгладила платье, плавно порхнув руками вниз по бедрам, и посмотрела на Драко. — Тебе нравится? — Да, — его пальцы дернулись, и он поспешно отвел руку за спину. — Мне нравится. Ты выглядишь… Ты хорошо выглядишь, Гермиона. Она улыбнулась, удовлетворенная своим выбором платья. Наряд был похож на тот, который надела бы его девушка. — Спасибо, Драко. Пэнси и Гарри отошли от декоративного фонтана у стены и присоединились к ним. — Они пытались предоставить нам столик, — сказал Гарри. — После небольшого спора, диван в глубине зала — наш. Драко тихо хохотнул себе под нос. — Вечная дилемма для аврора моего роста. Возможность вытянуть ноги или паранойя, — заметив любопытствующий взгляд Гермионы, он улыбнулся. — Думал, ты уже заметила за тот период, что живешь с Поттером. Хорошие авроры предпочитают не обнажать спину врагу. Никогда не знаешь, кто может подкрасться сзади. — Гарри неважно, если я вдруг нахожусь позади него. Да и ты не особо возражал, когда я стояла за твоей спиной у нас дома в тот вечер, — парировала она. — А за твоим креслом было еще полно свободного места. — Он знает, что у тебя нет никаких посягательств на его тело, — усмехнулась Пэнси. — Ладно, нет плохих намерений. Только самые лучшие побуждения, если вы понимаете, о чем я. Не так ли, Драко? Он метнул в сторону Пэнси взгляд, значение которого Гермиона не смогла разгадать, а затем кивнул. — Ну разумеется. Моя девушка и все такое. И эти лучшие побуждения — тоже часть роли. — Вы можете прекратить паясничать? Вы серьезно, прямо тут, передо мной? — жалобно промычал Гарри. Пэнси состроила невинное лицо. — Гарри, я же имела в виду только… — Я женат на тебе уже год. Ты думаешь, что сумеешь меня одурачить? Пэнси хихикнула и поцеловала его в щеку. — Но попытаться стоило. Администратор подошел к ним и кашлянул, привлекая внимание. — Малфой, столик на четверых готов. Драко галантно согнул локоть, и ладонь Гермионы скользнула по изгибу его руки. Гарри и Пэнси позади них сделали то же самое. Как только они подошли к их столику, окруженному диваном в форме буквы U, возникла перепалка. Драко хотел пробраться вглубь дивана, чтобы прижаться спиной к стене. Но было абсолютно очевидно: под столом не хватит места для четырех пар ног, особенно, когда одна из них настолько впечатляющей длины. Мужчины несколько минут жарко спорили, кто где сядет. Гермиона и Пэнси обменялись взглядом, затем одновременно потянулись за своими палочками и наложили заклинание расширения на пространство под столом. Перебранка Гарри и Драко оборвалась на полуслове, оба выглядели крайне сконфуженно. — Женщины посередине, мужчины по краям, — приказным тоном заявила Пэнси, когда Гермиона юркнула ближе к центру дивана, оставляя для Драко место рядом с собой. — Не нужно все усложнять. — И таким образом самые длинные ноги можно свободно вытянуть в сторону, — добавила Гермиона. — В самом деле, джентльмены. Это ваша хваленая аврорская продуктивность? — Они так и норовят постоянно все усложнять, — ерничала Пэнси. — Я заметила ээ-эт-о, — эхом раздался дрогнувший голос Гермионы, когда Драко задел ее коленку, присаживаясь на диван рядом с ней. Она не могла сказать точно, сделал ли он это намеренно. Проверяя догадку, она изменила свое положение так, чтобы прижаться к нему бедром. Драко сглотнул, его взгляд метнулся вниз, на место соприкосновения их тел. Гермиона спрятала лукавую улыбку. Нет, не нарочно. Точно не с такой реакцией на касание друг к другу. С кувшином воды к их столу подошел официант и, прежде чем раздать меню, принял заказ по напиткам — три бокала вина и один коньяк. — Ничего с лососем не заказывайте. Я видела, что его доставили, но мне не понравилось качество и свежесть, — Пэнси слегка толкнула Гарри в плечо. — Если ты любишь меня, то закажешь доб по-провански, с ягненком. Приготовлен вчера, сегодня должен быть идеальным — пальчики оближешь. — Тогда я определился с заказом, — решил Гарри, закрывая меню. — Ты знаешь, что я люблю тебя, Паркс, но мой выбор сегодня — филе миньон, — увидев, как она недовольно морщит нос, Драко улыбнулся. — И Соус «Бордолез», исключительно ради тебя. Гермиона изучила краткий, минимальный перечень блюд, каждое из которых сопровождалось подробным описанием, и засмеялась про себя. — Они что, подсунули мне дамское меню? Тут нет никаких цен! Пэнси расплылась в улыбке. — Цен нет ни в одном меню, Грейнджер, — произнесла она. — Если клиента волнуют деньги, то ему здесь делать нечего. — Ты шутишь. Пэнси, я знала, что это дорогое место, но чтоб настолько, серьезно? Пэнси уже откровенно хохотала. — Шеф-повар настаивает, чтобы как можно больше из возможных ингредиентов были доставлены в день готовки и подачи. Она настоящий тиран, когда дело касается свежести продуктов. Совсем недешевое удовольствие, учитывая расстояния, которые приходится преодолевать при поставке некоторых продуктов. Даже при помощи магии, нужно приложить немалые усилия, чтобы получить маниок прямо из Бразилии в день сбора урожая, а это, знаешь ли, означает расходы, — она состроила гримасу, взглянув на Драко. — Полагаю, именно из-за наличия существенной скидки штатному персоналу мне приходится ужинать в собственном ресторане в выходной вечер. — И в мыслях не было использовать это, — парировал Драко. — Я лишь хотел, чтобы мы поели в приличном месте. И чтобы я был уверен: кухня в нем будет сродни операционной — чистой и без плесени по углам. А зная тебя, Паркс, мы здесь все могли бы трапезничать прямо с пола. О, посудомойки, скорее всего, трясутся, как осиновые листы на ветру, от одного упоминания о тебе. — Правда, — Пэнси окунула пальцы в стакан с водой, игриво разбрызгивая капли прямо в Драко. — Ну что ж, теперь мы прояснили этот момент. А что касается цен, Грейнджер? Это и есть причина, по которой Драко угощает всех нас сегодня. Гермиона постукивала пальцем по подбородку и сделала вид, будто задумалась. — В таком случае следует заказать дюжину лобстеров. Драко прыснул, едва не поперхнувшись водой, и со стуком опустил стакан на стол. — Мило. Очень даже мило. Я предполагаю, ты имела в виду дюжину на всю компанию. — Не посягай на моих лобстеров, Драко Малфой. Можешь заказать и себе порцию, если так хочется. Я же требую всю дюжину для себя, — она подняла обе руки вверх, широко разводя их в стороны. — Мне нравятся большие. Гарри подавился. Пэнси похлопала его по спине, покачивая головой в ответ на недоумевающий взгляд Гермионы. — Ничего, — ответила она. — Не бери в голову. Официантка подошла к столику, принеся заказанные ими напитки, и поприветствовала всех ослепительной улыбкой. — Шеф Поттер, рада вас видеть. На доб сегодня отличный спрос. — Приятно это слышать, — она вернула официантке довольную улыбку. — Но называй меня Пэнси, когда я не на рабочем месте. Официантка рассмеялась. — Принято, Пэнси. Вы уже определились, с чего начнете трапезу? — спросила она, вытаскивая ручку из своего порядком потрепавшегося пучка черных волос. — У нас есть превосходный картофельный суп с луком-пореем, брускетта с козьим сыром и помидорами или грибы портобелло, фаршированные шпинатом и луком-шалотом. — Нам нужно еще несколько минут, — ответила Пэнси. Официантка отошла, а Гермиона повернулась к Драко. — Ты ведь в курсе, что я дразнила тебя, правда, Дра… Драко? За стеклами серебристых очков его взгляд казался расфокусированным, зрачки были настолько расширены, что его светлые глаза казались практически черными. Гермиона ощутила почти болезненный холодок, который пробирался вверх по позвоночнику. Она схватила его за рукав, больно впилась ногтями в его бедро — ноль реакции. Пугающий вопрос вибрировал в самых подкорках: а дышит ли он вообще? — Пэнси… — громким шепотом произнесла Гермиона. Пэнси оторвала взгляд от меню. — Вот дерьмо. Дерьмо. Грейнджер. Делай то, что я тебе скажу, и не задавай лишних вопросов. Она наклонилась вперед, вперившись внимательным взглядом в лицо Драко. — Левой рукой возьми его за ладонь. Но ради всего святого не касайся его предплечья, ни в коем случае. Правую руку фиксируй на затылке так, чтобы кончики пальцев погружались в волосы, рядом с макушкой. Ты почувствуешь напряженную мышцу. Надави на нее. Дави так сильно, как сможешь, пока твоя рука не начнет дрожать. Используй свои гребаные костяшки, если понадобится. Гермиона немедля подчинилась, поворачиваясь на диване лицом к Драко. Она опустила свою ладонь поверх его руки на столе. Пальцы были ледяными и слегка подрагивали. Правой рукой она нащупала мышцу, твердую, как камень, будто кто Петрификус наложил. Ее пальцы вонзились в затылок, надавливая так сильно, что она боялась, как бы не опрокинуть его вперед, лбом прямо о стол, от такого натиска. — Продолжай, — приказала Пэнси, затем повернулась к Гарри, что-то шепнув, и он тут же выбрался из-за стола и метнулся прочь. — Продолжай, — повторила она. — Не ослабляй давление. Так ему понадобится лишь минута, чтобы выбраться оттуда и вернуться к нам. Гермиона сосредоточилась на профиле Драко, крепко сжимая его руку. — Но что произошло? — спросила она срывающимся голосом. — Что... Официантка подошла, и он просто... Он словно провалился куда-то. — Воспоминание, — выдохнула Пэнси. — Он в ловушке. Обычно он не погружается так глубоко, но когда его затягивает, он… Драко шумно втянул воздух полной грудью и несколько раз моргнул. Он пошевелил рукой под ладонью Гермионы. Большим пальцем она огладила его костяшки, продолжая надавливать на затылок, игнорируя пульсирующую боль в пальцах. — Я здесь, — вытягивая его из забвения, твердила она. — Драко, я здесь. Я держу тебя. Он снова закрыл глаза и, содрогаясь, протяжно выдохнул. — Я здесь, — еще раз повторила Гермиона. — Я с тобой. Драко медленно поднял руку, бережно обхватил ее запястье, отрывая ее ладонь от своей шеи. — Все в порядке, — пробормотал он. — Я вернулся. — Один из твоих худших, — раздался мрачный голос Пэнси. Она потянулась через стол и коснулась его запястья, ее пальцы дрожали, когда она отстранилась. — Что это было? Драко перевел дыхание, прочищая горло. — Официантка. Паркс, ты можешь попросить, чтобы нас обслуживала другая? — он запрокинул голову, прижимаясь к стене. — Черные волосы и дубовый мох. Пэнси стала белее мела. Она выскользнула из-за дивана и направилась к стойке, ее каблуки громко стучали по полу. — Дубовый мох, — пролепетала Гермиона. — Что… — Белла, — он разомкнул веки и судорожно вздохнул. — Наши... тренировочные сессии. Она предпочитала дубовый мох. Следующий вдох Грейнджер был почти таким же рваным, как и его секундой ранее. Беллатриса. Тренировки. Что бы ни пыталась вымуштровать в нем Беллатриса, Гермиона очень сомневалась, что эта женщина была хоть в чем-то ласкова. Если только тень воспоминания об этом погрузила Драко в транс похуже того, когда Гарри начал произносить имя Волдеморта в обществе, то Гермиона страшилась знать, что Беллатриса могла делать с Драко во время их тренировок. Она немного поерзала на диване, сокращая расстояние между ними. Он приподнял левую руку, чтобы обвить ее плечи, и прижал к себе. Гермиона прильнула к нему всем телом. — Могу ли… Могу ли я как-то помочь? — Ты уже это делаешь, — он стянул очки, небрежно отшвырнув их на стол, и потер глаза. — Просто... Просто посиди здесь со мной минутку. Гермиона молча кивнула. Затем заметила, что Пэнси стала приближаться к столу, Гарри плелся за ней с какой-то свернутой фланелевой вещицей в руках, но она остановила его резким прикосновением к руке. Пэнси поймала взгляд Гермионы, понимающе наклонила голову и потащила Гарри в направлении бара. Гермиона прижалась головой к груди Драко, прислушиваясь к биению его сердца, даже сквозь пиджак ощущая быстрый, колотящий ритм. Он положил на стол правую руку, и Гермиона скользнула по ней пальцами. Его кожа была такой же ледяной, как металл его колец. — Откуда ты знала, что нужно делать? — спросил он спустя минуту. Драко развернул руку, пальцы Гермионы обвили его ладонь, подушечками очерчивая выступающие под кожей венки. Его большой палец медленно погладил вдоль ее ладони, вниз по нежной коже внутренней стороны запястья, прежде чем полностью заключить ее руку в свою. — А я и не знала. Пэнси заметила, что ты...отдаляешься. Она меня инструктировала, на какую мышцу давить. Драко прогудел себе под нос. — Хорошо. Это то, о чем знала бы моя девушка. Такое происходит нечасто, но за последний год повторилось, по крайней мере, пару раз. — Есть что-то, что я могу приметить? — Гермиона, не отстраняя голову от его груди, подняла на него изучающий взгляд. Кожа стала еще бледнее, чем обычно, витиеватый узор синих вен едва виднелся на нижней части челюсти. — По типу предвестников?.. Как знак, по которому можно понять, что наступит особенно тяжелый провал в воспоминания? Он отрицательно мотнул головой. — Нет. Ничего… — он медленно втянул носом воздух, содрогаясь всем телом. — Ничего нельзя предпринять заранее. Большинство из накатывающих волн я могу остановить за несколько секунд, но если с ними связан какой-то достаточно сильный запах, то нет. Нет никакой возможности предупредить о надвигающемся провале в воспоминания. Но в большинстве случаев длится он недолго, обычно не более минуты. А еще, учитывая определенные вещи, которые я помню… Это… крайне тревожно — застрять в ловушке в некоторых из них. — Могу себе представить, — осеклась она. — То есть, нет. Не могу, такое даже представить сложно. Но если ты можешь вернуться обратно только от прикосновения, то я абсолютно впечатлена. — Пэнси догадалась об этом еще в школе. У меня был отвратительный день, и она предложила растереть шею. Искала предлог, чтобы потрогать меня, я уверен, но все же согласился. Она надавила большими пальцами на это место и… — Драко сжал ладонь Гермионы. — Вот и все. Все сразу улеглось. — Это точка акупрессуры, не так ли? — Ммм, если магглы именно так называют это, то да. Целитель однажды сказал, что у него есть специальный термин для этого приемчика — дигиниксус. Если ты достаточно долго сможешь удерживать давление на мою шею, то я вернусь очень быстро. Обычно слишком серьезных усилий прикладывать не приходится. Секрет в самом прикосновении, — он завел левую руку ей за спину, зарываясь в густые кудри, и повел двумя пальцами вниз по шее, затем медленным движением скользнул вверх к макушке. — Наподобие такого. Обычно этого достаточно. Гермиона закрыла глаза. Пальцы Драко были такими изящно длинными, и ей до дрожи хотелось побудить его не останавливаться: скользнуть по спине вниз, ладонью забираясь под платье. Три года она грезила о его руках и теперь, когда ей представилась такая возможность, вдруг осознала: некоторые коррективы в свои фантазии все же придется внести. Его руки были намного сильнее, чем она предполагала. — Я… Я понимаю, почему это работает, — отозвалась она. — Это приятно. — Мне это нравится, — легкая улыбка коснулась его губ. — Еще нравится, когда играются с моими волосами. — А так и не скажешь, — с сомнением хмыкнула Гермиона. — Касаться тебя, чтобы привести в чувства. Это как-то неправильно. В Министерстве ты всегда такой сдержанный. В некотором смысле, даже высокомерный. А это заставляет людей думать, что коснись они тебя, то тут же лишатся всех пальцев. — Ну, это другое. Это же чужие люди, коллеги. С ними ничего личного, правда? Но вот друзья и… И… И любовники. Им многое позволено, они гораздо более желанны, — он склонил голову, обращая к ней цепкий взгляд. — Я люблю, когда меня трогают, Гермиона. Но не многим позволяю касаться себя. Только тем, кому доверяю. Он заглянул ей в глаза, еще крепче обнимая за плечи. Его зрачки расширились, и он наклонился еще ниже, будто хотел приблизиться к ее лицу. Гермиона затаила дыхание, в молчаливом ожидании желая его. — Малфой, — внезапный голос Гарри. — Все в порядке? Острое желание расчленить друга было с некоторым трудом, но загнано в глубины разума. Пэнси, за спиной Гарри, лишь развела руками и одними губами шепнула «прости». Драко выпрямился и убрал руку с плеча Гермионы, выпуская ее из объятия. Он сложил очки и сунул в карман пиджака. — Все отлично, — бросил он. — Ты уверен? Я могу… — Поттер, — Драко взглянул на него с непроницаемым лицом. — Прекрати это. Гарри прищурился, но кивнул и, усаживаясь, бросил кусок фланели на стол. — Дэвид сказал, что сможет найти для нас другую официантку через десять минут, когда Энджи вернется со своего перерыва, — Пэнси остановилась рядом со столиком и торопливо сжала плечо Драко, прежде чем устроиться рядом с Гарри. — Почему бы тебе не сделать перекур и выйти на воздух? Грейнджер, сходи с ним. Драко кивнул. — Отличная идея. Грех ею не воспользоваться, — он выскользнул из-за дивана и галантно повернулся, чтобы помочь Гермионе подняться. Его пальцы были теперь теплыми, когда она взяла его за руку. Она думала, что он поведет ее к парадному выходу из ресторана, но Малфой потянул ее через служебный коридор на кухню, кивая проходящим мимо сотрудникам. Покрытая копотью дверь черного хода вывела их в переулок. Драко задержал дыхание и продолжал тянуть ее за руку, уводя подальше от мусорных баков у стены. Когда он, наконец, остановился у высокого забора и выпустил ее руку, Гермиона потерла пальцы. Тепло его рук еще отдавалось в ее ладонях словно слабым разрядом тока. Она наблюдала, как он закуривает, зажимая губами сигарету, прислоняется спиной к забору и поднимает лицо к небу. Как бы ей ни хотелось расспросить о том, что же произошло за столом, его реакция на реплику Гарри все прояснила. Тема закрыта. Были и другие вещи, о которых они могли поговорить, особенно одна тема, которую они обязаны были обсудить. Гермиона приподняла подбородок, собирая мысли в кучу. — Пока мы одни, — начала она, — нам стоит обдумать детали этого… — Несмотря на их уединение в переулке, она оглянулась через плечо в поисках лишних ушей. — Этого задания. Нас видели вместе выходящими в свет, сфотографировали. И то, как мы нежились в объятиях друг друга, точно незамеченным не осталось. Думаешь, этого достаточно, чтобы наше посещение клуба не вызвало подозрений? Какую-то секунду она лелеяла надежду, что он не согласится, но Драко выдохнул дым через нос и кивнул. — Да, — он опустил взгляд в пол и пнул кусок оторванной упаковки носком ботинка. — Достаточно убедительная фальшивка. Это и было целью. Он откашлялся. — Клуб, — начал он. — Я тут подумал, что мы могли бы отправиться туда через пару дней. Ничего особенного или… Или… Или реального, в нашем особом понимании «реального». Нет… Ничего из… Поначалу нет. Познакомимся, осмотримся вокруг, чтобы ты освоилась и чувствовала себя более-менее комфортно в таком месте. В основном, для создания видимости. Много лет прошло с тех пор, как я бывал там в последний раз, и уверен, что клиентура в клубе изменилась. Мне нужно будет взглянуть на каждого, кто только там будет, чтобы впечатать их лица в память. — Ты действительно можешь всех их запомнить? Его брови взметнулись вверх, лицо выражало смирение. — Без вопросов, Грейнджер, — он постучал себя по виску двумя пальцами, между которыми была зажата сигарета. — Все здесь, в моей голове. Если бы у меня был хоть малейший талант к художеству, я мог бы нарисовать каждого, кто встречался мне на жизненном пути. Гермиона перекинула прядь волос через плечо, пропустив завитые кончики сквозь пальцы. — У меня возникла идея, — оживилась она. — Касаемо нашего понимания, что по-настоящему, а что фейк. Я подумала, что нам понадобится сигнал. Как напоминание, зачем мы, собственно, в клубе. — Кодовое слово? — Думала больше о чем-то физическом, — она шагнула вперед и обвила его ладонь пальцами, трижды надавив на сухожилия его запястья. — Что-то такое. Можно сжать или постучать. Три подряд дают понять, что это не случайно. Таким образом, мы оба будем знать: что бы ни случилось после — это часть нашей роли. Он сквозь опущенные ресницы бросил взгляд на ее ладонь, затем вывернул руку и вырвался из ее хватки. — Ну конечно. Не хотелось бы забывать, что ты делаешь это только ради работы. Я точно не смогу выкинуть это из головы. — Драко, — Гермиона глубоко вдохнула. — Я же не имела в виду... — Малфой! Во второй раз за этот вечер Гермиона начала мысленно планировать убийство своего лучшего друга. Она обернулась и увидела, как он и Пэнси торопливо идут по тротуару в их направлении. Пальто Драко было перекинуто через руку Гарри. — Малфой, — снова окликнул он. — Ты оставил свой значок в пальто. Драко покачал головой, отталкиваясь от забора. — Проблемы? Гарри вытащил из кармана пальто значок Драко и протянул ему. Коснувшись ладони, тот вспыхнул красным, и сработала сирена. Седьмой отряд, общий сбор. Подозреваемый сбежал из-под стражи. Аврор ранен. Повторяю, Митчелл ранен. Драко грубо выругался, швыряя сигарету на землю, выхватил у Гарри пальто и надел его. Он забрал свой значок и постучал по нему. — Малфой принял. Пэнси, схватив Гарри за щеки, притянула к себе и поцеловала. — Береги себя. Гермиона не знала, какая молния ее поразила, что за импульс побудил ее к следующему действию. Она поднялась на носочки и обвила руками шею Драко, привлекая его к себе. Его веки резко распахнулись, он не отводил взгляд от ее глаз, когда она поцеловала его. — Будь осторожен, — шепнула она ему прямо в губы. Она отпустила его и сделала шаг назад, поравнявшись с Пэнси. Драко не сводил с нее широко раскрытых изумленных глаз, даже когда они с Гарри схватились за свои значки и аппарировали. Гарри исчез с мягким хлопком в головокружительном вихре цветов; Драко же исчез в клубах черного дыма и с громким, раскатистым треском. Пэнси похлопала Гермиону по плечу. — Прости, Грейнджер, — тихо сказала она. — Свидание окончено. Давай оставим официантке чаевые за потраченное ею время и вернемся домой.

________

      Гермиона с Пэнси сидели на диване, перед ними на кофейном столике — две пустые чайные чашки, а глазированные булочки так и остались нетронутыми. Ни она, ни Пэнси не проронили и слова вот уже больше часа, и обе поднимали глаза на часы каждые несколько минут. Они напряженно следили за камином, держась за руки и прижимаясь друг к другу плечами. Часы отсчитали очередные шестьдесят минут, прежде чем камин загорелся, словно пробудился после спячки. Пламя изумрудного цвета затрещало, взметаясь вверх. Гермиона и Пэнси вскочили на ноги. Гарри вошел один, склонив голову, на скуле вырисовывалась длинная царапина и темный глубокий синяк под треснувшими очками. Пэнси бросилась к нему, вытягивая обе руки вперед. — Вы же… — Мы поймали ее, — вздохнул Гарри. Он обнял Пэнси одной рукой и прижался неповрежденной щекой к ее голове. — Она вломилась в дом, взяла жителей в заложники. Пришлось бороться. Мы вытащили всю семью без потерь, но это сказалось на команде. Он потряс головой и рухнул на диван рядом с Гермионой. Бросив очки на журнальный столик, Гарри откинулся на спинку. — Мы потеряли его. Гермиона, все еще глядя в камин, перестала дышать. — Черт, — воскликнул Гарри. — Митчелл. Мы потеряли его, Гермиона, — он наклонился вперед и накрыл ее руку своей. — Мы потеряли Митчелла. Не Малфоя. Гермиона с трудом сглотнула и заставила себя вдохнуть. — Это... Это хорошо, Гарри. То есть. Нехорошо, для Митчелла. Но для Дра… Малфоя. Ты же знаешь, я... — она опустила взгляд на свои ладони и сплела их, твердя себе: нет причин, чтобы руки охватывала такая сильная дрожь. — Я беспокоюсь о своих друзьях. — Я знаю, — Гарри подбадривающе потряс ее за плечо. — С ним все в порядке, слышишь? Ни единой царапины. — А он… придет сюда? — Нет, — Гарри поморщился, ощутив боль от ссадины на щеке. — Он отправился к жене Митчелла, чтобы сообщить печальную новость. — Краем глаза Гермиона заметила, что Гарри переглянулся с Пэнси. — Сказал, эмм... Сказал, что мне пора возвращаться домой. Поскольку у меня в самом деле есть кто-то, кто беспокоится… Кто ждет меня. — Оу, — Гермиона снова уставилась на свои ладони. Большим пальцем она трижды пробарабанила по запястью и поднялась, хлопнув в ладоши. — Что же, это правда. Тогда я оставлю вас наедине. Поговорите, поделитесь друг с другом и все такое. Я уверена, что ты хочешь попытаться расслабиться с кем-то, кто волнуется за тебя, а Пэнси вся зудит, лишь бы осмотреть твои раны и… — Герм… — Я уберу это, — она подхватила чайные чашки, сложила одну в другую, сделав башенку, и одарила Гарри лучезарной улыбкой. — Рада, что ты дома и в безопасности. Рада, что вы поймали подозреваемую. — Герми… — Мне очень жаль Митчелла. Я отправлю сову его жене. — Гермиона, я знаю, что ты беспокоил… Чайные чашки задребезжали в ее руках, другой ладонью она накрыла верхнюю, чтобы удержать сооруженную ею башенку. — Нет. Нет, я… Нет нужды в том, чтобы нервно изводиться о Малфое, верно? Мы же друзья! Просто друзья. Да, я немного волновалась… Но это все. Я не в том положении. Мы даже официально партнерами не являемся в этом расследовании. Без бумажек, помнишь? Ее улыбающиеся губы дрогнули в уголках, и она буквально заставляла себя улыбнуться шире. — Я рада, что с ним все в порядке. Я рада, что ты в порядке. Я просто... Просто отнесу это на кухню. Спокойной ночи! Гермиона метнулась из комнаты, так быстро, как только смогла, и остановилась уже вне поля зрения. Она больно прикусила губу и крепко зажмурилась, прислоняясь плечом к стене. Из гостиной послышался звук поцелуя и протяжный вздох. — Что с…? — С ней все в порядке, — оборвала Пэнси. — Не суетись. — Ты уверена? Ты бы видела выражение его лица, когда мы прибыли на место преступления. Он был… — Не сегодня, Поттер. Сегодня ночью я собираюсь отвести своего мужа-аврора наверх, наложить заглушающее заклинание на комнату и показать ему, как сильно я ценю его героизм. — Приемчики по отвлечению внимания? Скользкая змея. К счастью для тебя, я очень податлив, — Гермиона услышала тихий смех. — Но к чему нам проделывать весь этот путь наверх до спальни? Гермиона прижала чашки к груди, чтобы заглушить звук, и побежала по коридору на кухню. Кто-то, к кому можно вернуться домой. Кто-то его ждет. У Гарри все из перечисленного было, и он это знал. Драко же… Драко верил, что у него нет. Гермиона опустила чашки в раковину и, схватившись за края, глубоко вздохнула. Она должна признать, что он был прав, искренне веря в это. Она не была девушкой Драко, с тревогой ожидающей его возвращения со смертельно опасной работы. Она даже не была его партнершей по-настоящему. Ее перевели к аврорам, чтобы она могла помогать им. Тайно. Под прикрытием. Все это притворство, выдумка. Все, на что она соглашалась до сих пор; все, что она сделала в ресторане в тот вечер, было, насколько Драко знал, для убедительности ее мнимого представления. Она обязана была помнить, что это было понарошку. Драко играл. Она обязана была играть. Возможно, она хотела привлечь его внимание, возможно, строила какие-то планы с Пэнси, выдумывала какие-то идеи, но она не могла рассчитывать на успех. Она могла бы надеяться на большее, но пока... Гермиона выпрямилась и прижала ладони к предательски розовеющим щекам. «Мы это затеяли, чтобы поймать убийцу, — напомнила она себе. — Сосредоточься на работе. Сделай так, чтобы ложь выглядела правдой». Именно этим и занимался Драко — играл свою роль.