Несущая хаос

      Существо задрало светлую футболку к шее, девушка вновь издала стон, и изогнулась в пояснице.       Оно принялось целовать затвердевшие соски длинным языком, цепляя чувствительные места набухшей груди. Потрескавшиеся губы обхватили один из ореолов, сильно кусая острыми зубами нежную плоть. По всему телу пробежала волна ужасной боли — не было сил поднять обмякшие конечности.       Оно лишь утробно рычало и продолжало исследовать когтистыми руками девичье тело. Холодное, склизкое существо... Агата не была хозяйкой ситуации и помутневшее сознание не могло принять этот ночной кошмар. Ей казалось, что всё это — реальность. Горячая плоть, стремящаяся проникнуть в сочившееся естественной смазкой лоно, с силой толкалась вперёд. Омерзительно, в горле поднялся неприятный комок, из приоткрытых уст полилась тёмная, бардовая жидкость.       Около правого уха раздался щелчок. Разумовская с трудом раскрыла свои заплаканные глаза, наполненные страхом и ужасом всей этой ситуации, словно всё происходящего ранее и не было.       Ей удаётся восстановить своё дыхание за пару минут. Трясущимися руками она обхватывает хрупкие плечи и несильно сдавливает холодную кожу. — Что? Не нравятся сны мои? — В дальнем углу спальни раздаётся слащавый голос тёмного существа. Пылающие алым пламенем глаза с интересом рассматривали побледневшее лицо девушки. — Или хочешь продолжения? Я могу устроить это и в реальности! — Мгновение, и огромные мужские ладони обхватают лебединую шею девушки.       Её эмоции было сложно описать; страх, непонимание, огорчение и лёгкая улыбка, вызванная скорее сложившейся ситуацией. Разуму было трудно принять всю суть происходящего, где-то внутри всё ещё шептал голос надежды, что это — «всё сон».              Агата вздрагивает и поворачивает голову, сталкиваясь с безумным взглядом беса. Хочется закричать, но горло сдавливает ледяной спазм, лишая возможности издать даже жалкий стон. И в мгновение ока чудовищное обличье рассыпается, словно мираж, уступая место неземной красоте. Волнистые пряди цвета воронова крыла кокетливо ниспадают на плечо, обрамляя острые скулы и густые брови. Глаза, в которых плещется хищное желание, гипнотизируют. Тонкие губы изгибаются в змеиной усмешке, обнажая ослепительный ряд зубов. И вот уже перед ней не монстр, а воплощение соблазна — истинный змей-искуситель во плоти. — А так тебе нравится? Кожа такая мягкая, твоя грудь словно умоляет, чтобы я её поцеловал, — склонив голову, нечестивый лизнул открытый участок шеи. Агата почувствовала, как ноги начали слабеть. Он действовал медленно: дразнил юное тело своими прикосновениями, это пугало девушку. Длинные пальцы Агаты впиваются в бёдра искусителя, пытаются с силой надавить, но такие выходки лишь забавляли его. — Убери свои ручки, милая. Меня это только сильнее возбуждает. Лучше постони, прогнись и раздвинь ножки для меня!       В голове мелькнули отрывки молитв, она всей душой верила — это поможет. Его пальцы опускались всё ниже и ниже, указательный коснулся набухшей горошины клитора. Агата вскрикнула. Влажные губы беса мажут по пылающим щекам человека. Небольшие клыки прикусывали бархатистую кожу: грудная клетка словно на части рвётся от боли. Из уголков чуть открытых глаз блеснули капли горячих слёз. — Плачь, реви и умоляй меня. Но ты всё равно себя не спасёшь! — Он мурлыкал прямо над ухом, прикусывая и посасывая мягкую мочку. Руки уже по-хозяйски оглаживали внутреннюю часть бёдер, иногда задевая складочки половых губ. Бес игриво постанывал, упираясь вставшим членом в спину Агаты. Молитва за молитвой, но спасение не приходило к ней. — Прошу, не надо…       И с этой фразой мужчина позволил себе проникнуть средним пальцем внутрь девушки. Больно и до рвоты отвратительно, однако хлюпающие звуки заглушали в разуме голубоглазой постыдное, но приятное чувство. Бес радовался: он всем своим прогнившим нутром ощущал, что той начинает всё нравиться. Лунный свет из приоткрытого окошка позволял рассмотреть эту картину получше. Мужские руки развели стройные ножки в стороны и аккуратно подняли девичий подбородок, указав на зеркальное отражение, — прямо напротив её постели. — Как тебе? Нравится? Твоё тело отзывается на мои ласки…       Его правая ладонь вновь скользнула вниз к влажной промежности. Пальчики легонечко щекотали у самого входа, вызывая странные, покалывающие ощущения внизу живота, а потом резко проникли внутрь. Боль постепенно перетекала в некое наслаждение. «Господи, помоги, избавь меня от нечестивого». — Но в ответ лишь звонкий смех. Слёзы стекали по лицу вниз и растворялись в светлой ткани домашней футболки. Она до последнего верила: всё происходящее было ещё одним ужасным кошмаром. — Не волнуйся, я не зайду далеко. — Шепчет тихо, чуть переходя на рычание, после легонечко бьет средним и указательным пальцами в левый висок особы, — очнись уже! И с душераздирающим, пропитанным болью криком Агата возвращается из царства Морфея в реальность.       Солнечные лучи своим теплом обдали хрупкое тело. За окном уже вовсю шумят московские автомобили, а немного пасмурное небо решило подарить жителям столицы мимолетную ясную погоду. — Бред… Я так больше не могу.