Хён, ты - мой омега.

Приятное ощущение позднего утра… Когда сквозь занавески просачиваются золотые лучи солнца и играют на подушке рядом с твоим лицом, когда весь мир ещё спокоен и безмятежен. Ты выспался, но боишься открыть глаза, чтобы не разрушить это волшебство. Лежишь и прислушиваешься к лёгкому ритму ребёнка внутри себя, — разве может быть мелодия чудесней? Утопаешь в мягкости постели, смакуя тепло укрывшего одеяла, вдыхаешь головокружительный аромат осенних цветов из приоткрытого окна… И грезишь наяву, продлевая сон и представляя, что рядом спит твой любимый, что он проснётся и подарит ласковую улыбку, обнимет и поцелует в переносицу. Жаль, что это только сон, и он хрупок, как паутинка на ветру. А ты будто паришь в облачных небесах, счастливый и беззаботный, за миг до пробуждения. Тэхён сейчас делал именно так, парил на грани между сном и явью. Уснув в автомобиле, приятно пахнущем шоколадом, он спал так крепко, что даже не почувствовал, что Намджун перенес его из машины в дом, как его переодели в мягкую пижаму и уложили на широкую кровать в гостевой спальне. И теперь Тэхён просыпался в этой огромной, мягкой кровати. Лучи солнца, пробиваясь сквозь тонкие занавески на окне, играли золотыми бликами на его лице. Омега сладко потянулся, наслаждаясь приятной истомой в теле и свежим ароматом постельного белья. Тэхён жмурился, не спеша разрушать хрупкое очарование сна. Ведь там его крепко обнимал и целовал юный шоколадный альфа. Проводил рукой по волосам Тэхёна, заправляя непослушную прядку ему за ухо, шептал слова обожания. А потом наклонялся и оставлял мимолетный поцелуй на кончике носа омеги. От этих невесомых прикосновений, так похожих на реальность, Тэхёна бросало в жар. Он ёрзал, устраиваясь поудобнее в этих воображаемых объятиях, желая продлить эту сладкую иллюзию. Альфа в его сне был таким заботливым и нежным. Он проводил рукой по округлившемуся животику Тэхёна, будто для него было важно это хрупкое сокровище, что растет внутри омеги. Шептал слова восхищения его красотой, обещал беречь и лелеять. Тэхён вздыхал и прижимался теснее, позволяя мечтам унести себя прочь из одинокой реальности. Ещё немного… ещё чуть-чуть полежать в тёплых объятиях альфы, слушая его бесконечные клятвы в любви; прежде чем сон окончательно растворится и придётся открыть глаза, встретившись с одинокой реальностью. Вспомнив о реальности, Тэхён окончательно проснулся. Он открыл глаза и сел на кровати, обнаружив себя в просторной светлой комнате. — Намджун, спасибо, что привез меня к себе, — прошептал омега и откинулся обратно на подушки. Самое лучшее, что могло с ним случиться после вчерашнего, — это проснуться в этой комнате. Эта гостевая комната в доме семьи Ким нравилась омеге. Здесь лучи солнца проникали ранним утром сквозь легкие кремовые шторы с изящным узором и заливали паркетный пол. Он любил эту мягкую кровать с высоким резным изголовьем, на которой сейчас с таким удовольствием спал. Тонкое постельное белье приятно холодило кожу, а пуховое одеяло согревало. Рядом на прикроватной тумбочке аккуратной стопкой лежали книги, что прошлый раз омега взял полистать в кабинете у Намджуна. Вдоль одной из стен тянулся мягкий диван с ворохом разноцветных подушек и огромным зайцем, что омега привез для Сокджина из какой-то поездки. Напротив уютно располагался шкаф из светлого дерева и дверь, ведущая в ванную, что сейчас была приоткрыта, выпуская оттуда в комнату запах свежести. Тэхён потянулся и, сладко зевнув, снова нырнул под одеяло. За дверью раздался топот маленьких ножек, и что-то громко стукнулось о дверь, — видно, один из детей в пылу возбуждения чуть не выломал замок. Ручка дёрнулась, и дверь робко приоткрылась. На пороге показались два любопытных личика. — Дядя Тэхён! — разнёсся по комнате звонкий голосок. — Ты спишь? Тэхён притворно заворочался, пряча улыбку в подушку. Не услышав ответа, в комнату вбежали шустрые ножки и остановились у кровати, ожидая реакции парня, что сейчас прятался под одеялом и пытался незаметно втянуть под него ещё одну ногу. — Не мешай ему! — услышал Тэхён второй детский голос. — Он должен хорошо спать. В его положении это очень важно. — Серьёзно отчитывал маленький альфочка брата, желая позаботиться о старшем. — Спасибо, мой заботливый альфа, — произнес Тэхён нежно, выглянув из-под одеяла и улыбнувшись детям. — Простите, мои обезьянки, что все ещё сплю, вчера был тяжёлый день, — омега потянул руки к ребятам и произнес: — а-ну идите сюда и обнимите меня скорее. Детей второй раз просить не нужно, они тут же бросились в объятия Тэхёна, путаясь ногами в одеяле и устраиваясь с двух сторон от него на широкой кровати. — Хён, так здорово, что ты сегодня у нас, — произнес младший омега, отодвигаясь от него и глядя в глаза. — Я хотел с тобой посоветоваться по очень важному вопросу, — младший омега с слегка раскрасневшимися щечками загадочно улыбнулся. — Тц, — щелкнул языком альфочка и театрально закатил глаза. — Хён только проснулся, а ты на него со своими «посоветоваться»! — он легонько подергал старшего омегу за рукав пижамной рубашки. — ТэТэ, не слушай его, он сейчас начнёт заливать про своего мега-супер-крутого альфу из старшей школы! — Крутой альфа? — Тэхён удивленно посмотрел на омежку и слегка его обнял. Этому мальчику только шесть лет, а он уже о альфах грезит? — ты уверен, что хочешь со мной об этом поговорить? — Хён, ну а с кем мне ещё о нём говорить? — взвизгнул омежка и надул губки. — Папа говорит, что я ещё маленький для того, чтобы влюбиться, а отец вообще директор школы! Старший омега провел рукой по кудряшкам младшего, а альфочка посмотрел на брата с снисхождением и одновременно с такой нежностью, что у Тэхёна сердце перевернулось в кульбите от милоты этой картины. Эти двое могли спорить почти круглосуточно с перерывами на сон и еду, но они бесконечно любили друг друга. Это было заметно невооружённым взглядом, потому как альфочка, не прекращая спора о разных мелочах, заботливо нёс тяжёлый рюкзак брата на занятия по фигурному катанию. Или как омега подкладывал старшему брату вкусняшки в тарелку, несмотря на то, что перед обедом они крепко повздорили. А уж если кто-то пытался обидеть одного из них, то эти двое готовы были встать на защиту друг друга без лишних слов. И, поверьте, обидчику не поздоровится. Эта любовь и дружба между братьями умиляла всех, кто окружал и знал этих детей. Кван и Лиен полностью оправдывали свои имена: альфа был потрясающе сильным и в свои семь лет мог легко поднять брата на руки, словно тот ничего не весил, а сила его характера проявлялась еще чаще, чем сила мышц. Омега напротив: был тонким, изящным и изумительно красивым, точно распускающийся цветок лотоса. Тэхён, глядя на них, всегда поражался, насколько они похожи на своих родителей. Кван — точное продолжение Намджуна, отец читался в каждом взгляде, движении и действии мальчика, а Лиен — маленькая копия Сокджина, только немного хитрее, чем его папочка, но столь же прекрасен, как старший омега. «Интересно, ты будешь так же похож на меня?» — омега легонько коснулся своего живота. — Конечно ты — МА-ЛЕНЬ-КИЙ, — Кван мягко коснулся пальцем аккуратного носика брата. — Ты только пойдешь в школу, а он — ВЫ-ПУС-КНИК! — продолжал свою тираду альфа. — Ты забыл, что Чонгук в школе главный помощник отца во всем. Представь его шок, когда наш ДИ-РЕК-ТОР-КАН узнает о твоей любви. — Ну Тэ, ну скажи ему, что не такая уж и большая разница в возрасте, — тринадцать лет, — это вообще не важно, если любишь! — омежка всхлипнул и сильнее прижался к Тэхёну, обвивая его тело маленькими ручками и будто бы прячась у него на груди от обидных слов брата. — Да, да, ТэТэ, скажи ему, что любви все возрасты покорны, — фыркнул альфа. Но вдруг сощурил глазки и посмотрел на старшего с озорством. — А потом… выходи за меня замуж! Раз разница в возрасте не имеет значения! Я же так люблю тебя. Ты же знаешь, — альфочка нежно взял старшего омегу за руку и с надеждой посмотрел ему в глаза. Тэхён рассмеялся. — Я уже запутался, кому из вас что отвечать, — он снова сгреб этих шалопаев в объятия. — Кван, не дразни брата, — произнес Тэхён строго, обращаясь к альфе. — Первая любовь священна. А ты, мой маленький лотос, — он поцеловал омежку в носик-кнопку, — не торопись взрослеть. У тебя вся жизнь впереди, чтобы любить и быть любимым! Тэхён смотрел на прижимающихся к нему детей и думал: " Они ещё совсем малыши, но чувства уже пробуждаются в их сердцах. И это так мило и трепетно!». Омега улыбался, глядя на их порозовевшие от смущения щёчки. — Я вас так люблю, обезьянки мои, — Тэхён еще раз крепко прижал к себе своих любимок. И тут же произнес почти серьёзным тоном: — Молодые люди, а давайте наши серьёзные разговоры перенесём на кухню? А то я и малыш проголодались, — он мягко высвободился из цепких детских ручек, взъерошил волосы на голове альфочки и невесомо поцеловал в лоб омежку. — Бегите. Я сейчас оденусь и спущусь. Дети шумно выбежали из комнаты, на бегу выясняя, кто будет заваривать чай для Тэхёна, а сам омега, медленно выпутываясь из мягкого, точно облако, одеяла, спустился с кровати, раздумывая над словами омежки: «Вот Лиен конечно… «тринадцать лет — не разница». Первая влюбленность, она не знает возрастных границ», — накинув халат, Тэхён вышел из комнаты и направился к лестнице, ведущей со второго этажа в гостиную. Спускаясь по ней, он рассматривал фото, что Сокджин развешал здесь же на стене. «Мой иконостас», — так Джин называл эту стену. Семья Ким — милейшая семейная банда, и фото у них такие же — сплошное воплощение радости и веселья. Вот фото пары, сделанное на Хеллоуин чуть больше семи лет назад; тогда Намджун и Сокджин со дня на день ждали рождения Квана. Альфа на нём выглядит как настоящий Виктор Ван Дорт, а Сокджин — невероятно мил в роли Эмили, держащий в руках тыкву, которая на самом деле его животик, явно говорящий, что омега вот-вот родит. Тэхён никогда не забудет, сколько смеха было в приёмном покое, когда они в таком виде туда примчались со схватками. Вот фото с первого семейного отпуска, что Кимы провели в Египте. Здесь все четверо обмотаны туалетной бумагой, и трое из них буквально со смеху валятся на песок у подножия пирамиды, указывая на Намджуна, который почему-то решил, что мумия может быть и зелёной, и обмотался бумагой соответствующего цвета. А вот фото, где уже вся семья Ким, — зелёная, как и Тэхён с Чимином, сидящие на полу с ними вместе под нарядно украшенной елкой. В тот год Сокджин решил, что фемелилук в стиле «Гринч» — это то, что нужно для крутого рождества. Чимин тогда три дня отмывался от красителей, что мальчишки использовали на нем и клятвенно обещал, что больше и ногой не ступит в этот дом. Фото тех самых мальчишек, что тогда разрисовали Чимина, а сегодня разбудили Тэхёна, разбросаны между семейными снимками, где они запечатлены в виде пиратов, космонавтов, в любимых Тэхёном костюмах обезьянок, на коньках и роликах. Стена тепла и безграничного счастья семьи Ким и личный антидепрессант Тэхёна поддержали настроение утра, заданное любимыми малышами, и добавили новых размышлений в голову Тэхёна. «Вот Джун и Джин — у них разница в возрасте сколько? Сокджин старше на два года, а у них все идеально. Понимают друг друга с полувзгляда. Но ведь это не десять и тридцать лет». Из мыслей омегу нагло выдернул звонок в дверь. — Ребята, я открою, это, наверное, Чимин, — он запахнул халат и, подвязав его поясом, подошёл к двери и мягко нажал на дверную ручку.

***

Он ехал через ночной город, который сиял огнями, озаряя темноту яркими вывесками. Казалось, город только пробуждался ото сна, — на улицах становилось все более оживленно. Прохожие спешили по своим делам или прогуливались, наслаждаясь вечерней атмосферой. Город словно обретал новую жизнь с наступлением темноты. Но все это сейчас мало интересовал альфу, стремящегося закрыться в своей комнате и разобраться со своими мыслями, течение которых сейчас нарушил телефонный звонок. На экране высветилось знакомое имя, Чон нажал, смахнул зелёную трубку вверх и перевёл телефон в режим громкой связи. — Хосок, что-то срочное? Я ужас как устал… — Ты прогулял встречу в клубе ораторов, и твой капитан очень злился, — возмущённо начал друг. — Я должен был помочь директору Киму. А потом был у брата. — Как скажешь. Но мне пришлось успокаивать твоего злющего капитана, — Хосок явно был рад этому обстоятельству. — Ты в курсе, что в гневе этот омега просто неотразим! — Пока я отсутствую, ты семимильными шагами идёшь в наступление? — фыркнул Чонгук и улыбнулся. — Вовсе нет. Хотя мы правда мило пообщались и мне даже доверили проводить себя до дома. — А почему не отвезти? — Он живёт в двух шагах от школы. Потому решили пройтись. — Быстро ты, — вздохнул Чонгук. У него так быстро вряд ли получится. Зачем только судьба позволила ему встретить этого омегу, раз он постоянно держит его на расстоянии. — Совсем нет. Просто проводил, потому как темно, — Хосок затих на том конце провода. — Чего замолчал? — Нет. Ничего… Чонгук, он такой маленький и хрупкий, что я… — Что ты? Пропал? — Не знаю, дружище… я, возможно, впервые смотрю на омегу так. — Как — так? — Мне хочется его защитить ото всего. Да что там! Даже от себя! — И что ты решил? — Ты о чём? — Как будешь от себя защищать? — Ой! Иди ты! У меня масштабный план по завоеванию этого омеги. — Я надеюсь, он не включает похищение? — Это запасной план — «Я». В случае, если план «А, Б, С, Д…» и все другие буквы не сработают. — Стратегия… — ухмыльнулся Чон. После обмена любезностями и прощания, Чон скинул звонок. Он ехал и думал о том, как же счастлив Хосок… у него есть возможность видеть Алекса практически каждый день и каждый день становиться ближе… а он даже имени своего ангела не знает. Припарковавшись у дома, Чонгук выключил мотор, снял с панели телефон, наклонился за сумкой и заметил в машине небольшой белый аптечный пакет. — А это что? Открыв его, он обнаружил медицинские препараты и понял, что их мог оставить директор Ким. Скорее всего, лекарства предназначались для омеги. Он внимательно изучил этикетки, но названия препаратов ничего не говорили ему. Тогда Чонгук открыл в интернете информацию об их назначении. Выяснив, что все таблетки безопасны при беременности и применяются для лечения депрессии, тревожности и перепадов настроения, он не на шутку обеспокоился. — Что же с тобой происходит, мой хороший? — прошептал Чонгук, складывая баночки обратно в пакет. Он решил, что утром отвезёт всё директору домой, а сейчас нужно добраться до постели и отдохнуть. Но, проснувшись утром, Чонгук срочно понадобился отцу, потому приехал к дому директора только к одиннадцати, и сейчас стоял перед дверью и ждал, когда кто-нибудь её откроет. И вот ручка двери аккуратно ползёт вниз, и дверь отворяется. Альфа поднимает голову, встречаясь взглядом с тёмным янтарем глаз омеги. Он заметил, что тот слегка напрягся, да и сам альфа замер при виде Тэхёна, что так по-хозяйски открыл дверь в чужой дом, но быстро взял себя в руки. — Добрый день, хён, — почти спокойным голосом произнес Чонгук. — З-здравствуй, — заикаясь, начал омега, чувствуя, как от взгляда альфы сзади пробежал холодок. — Что ты… к кому ты… Зачем ты здесь? — наконец выдавил он из себя, сердце отчаянно колотилось в груди. — Я думаю, это ваше, — альфа протянул пакетик с таблетками омеге. — Оставили в машине… вчера. Дрожащими пальцами Тэхён взял пакетик и на мгновение коснулся тёплой ладони альфы. По щекам разлился предательский румянец. «Возьми себя в руки!», — отчитал он себя мысленно, но ничего не мог поделать с мелкой дрожью в кончиках пальцев. Тем временем Чонгук сделал шаг поближе, почти плотно приближаясь к хрупкому омеге. Он нежно взял его за руку, чувствуя, как по коже Тэхёна пробегает дрожь. — Хён, почему вы не делаете то, что мне обещали? — спросил он так строго, что омега нервно сглотнул и опустил голову, словно провинившийся ребёнок. — Вас, наверное, нужно – "наказать" думает про себя Чон, а вслух произносит. – как ребёнка, не отпускать от себя, чтобы с вами ничего не случилось. Последние слова прозвучали тихо и бархатно, заставив сердце омеги забиться еще чаще. Он поднял глаза на альфу, встретив его пылающий, пронзительный взгляд. Румянец на щеках стал ярче. — А я что-то тебе обещал? — смущенно спросил Тэхён. Он попробовал собрать все силы, чтобы посмотреть альфе в глаза. — Вы обещали беречь себя, — шепчет Чонгук, что стоит слишком близко, вдыхая тонкий аромат омеги. «Так, Тэхён, ты здесь взрослый!» — отчитывал омега себя мысленно. — «Соберись и прояви характер», — но, продолжая смотреть в глаза альфы, он отчетливо понимал, что его им кроет. Взгляд, устремленный на омегу, был темным и глубоким, как ночь. Тэхён застыл, как кролик перед удавом, не в силах оторваться от этого гипнотического взора. Киму так это нравится, но… Нет, так не должно быть, ведь он старше этого мальчишки. Надо гнать от себя любые мысли о нём, но почему-то совсем не хочется. — Прости, малыш, я не хотел разочаровать тебя, — мужчина робко улыбнулся. — Как я могу тебя отблагодарить за это? — он легонько кивает на пакет в руке. Теперь нервно сглатывает Чонгук, смотря на омегу. Это тихое «малыш» словно током прошибает и жаром разливается по телу, собираясь внизу живота. Как ему выкинуть только что появившиеся картинки из головы, в которых Чонгук уже вбивает омегу в матрац, представляя чудесные стоны этого бархатного голоса? Тем более, когда все это время Чонгук неотрывно смотрит на омегу, не в силах насытиться его видом. Он кажется ему воплощением красоты, нежности и сексуальности. Халат из тончайшего шёлка струится вдоль тела, подчёркивая изящные формы. Хрупкие, но широкие плечи, тонкую талию, очерченную поясом халата и аккуратный животик. Альфа жадно впитывает каждую деталь, каждый изгиб этого совершенного тела. Взгляд его скользит по шее омеги, такой грациозной и беззащитной. Хочется покрыть её поцелуями, оставить метки принадлежности на этой нежной карамельной коже с легким загаром. Чонгук с трудом подавил в себе этот порыв, не в силах отвести взгляд от лица мужчины. Его большие оленьи глаза, длинные пушистые ресницы, алые губки… Альфа готов был любоваться им вечно. Но нужно остановиться, Чон помнит о том, в каком состоянии и положении находится омега. И он точно не хочет напугать или оскорбить его. Это шанс проявить себя и сделать нужно всё правильно. Чонгук делает шаг ближе, уменьшая и без того минимальное расстояние между ними. Его тёмные глаза горячим взглядом впиваются в омегу, заставив того замереть на месте. Альфа нежно берет его руку в свою ладонь, чувствуя, как под атласной кожей бьётся частый пульс. Длинные тонкие пальчики казались такими хрупкими и беззащитными на фоне его собственной сильной руки, что Чонгук не мог отвести от них взгляда, любуясь изяществом линий, идеальным овалом ногтей. Он медленно наклоняется пылающими губами, и бережно целует центр ладони омеги. «Да чтоб тебя!» — Тэхён вздрогнул, ощутив дрожь во всём теле, словно от разряда тока. Мурашки удовольствия побежали от кончиков пальцев до самого позвоночника. Мягкое прикосновение губ заставило внутри всё скрутиться от того, что сейчас происходит. Значит ли это, что его так сильно возбуждает этот юнец? Он замер, он не знает, что ему делать. Чонгук поднял на омегу милый, почти детский взгляд, обжигая дыханием тонкую кожу: — Берегите себя, хён, — прошептал Чонгук, нежно поглаживая тонкую кожу на руке омеги. — Вы не созданы для боли. Вы достойны только нежности… «И моих поцелуев», — едва сдержался от последних слов альфа. Тэхён с трудом сглотнул, голос младшего казался бархатным, а взгляд таким горячим, что раскалял тело до предела. — С-спасибо, — выдавил омега, высвобождая руку из плена тёплых пальцев. Он с трудом дотянулся до дверной ручки, цепляясь за неё, точно за спасательный круг. — Ты снова выручил меня, — улыбнулся Тэхён, поднимая чуть выше руку и демонстрируя аптечный пакет. — До свидания… И, не дожидаясь ответа альфы, омега быстро открыл дверь, стрелой влетая в дом. Захлопнув дверь, омега привалился к ней спиной, пытаясь унять дрожь в теле. Аромат альфы всё ещё кружил голову, и кровь пульсировала внизу живота от накатившего возбуждения. Чонгук едва сдержал рвущийся наружу стон, также прислонился спиной к двери снаружи, сжимая кулаки и пытаясь унять бешеное сердцебиение. От голоса омеги, от его невесомого образа, от этого мягкого взгляда Гук сейчас позорно спустит в штаны прямо здесь, не успев добежать до своей машины. — Боже! — шепчут оба, приходя в себя после этой неожиданной встречи.

***

— Ты видел это, Лиен? — прошептал Кван, хватая брата за руку и увлекая его под подоконник окна, из-за которого они наблюдали за разворачивающейся картиной перед дверью их дома. Его глаза горели возбуждением, точно у охотника, заметившего добычу. — Конечно, видел, — также шёпотом отозвался Лиен. Его пухлые губки приоткрылись от удивления, реснички затрепетали. — Это же… — Вот это, — он показал пальчиком вверх на окно над ними, — точно любовь, — закончил за него Кван, кивнув с видом знатока. — Ты уверен? — Я видел это в дорамах, что постоянно смотрит папа. Там все так делают! Взгляды, прикосновения… Они явно втрескались друг в друга по уши, Лиен. Лиен с сомнением нахмурил аккуратные бровки. — Но дядя Тэхён никогда не упоминал Чонгука… — А я думаю, Гуки тоже не знал дядю раньше, — возразил Кван. — Иначе он выдал бы себя вчера, когда вёз нас с тобой домой. Лиен задумчиво прикусил губу, его огромные глаза изумленно распахнулись. Кажется, старший брат был абсолютно прав — это определенно была любовь с первого взгляда! — А если это их секрет! — прошептал Кван, придвигаясь ближе с заговорщическим блеском в глазах. — Может, Чонгук вчера просто скрывал свои чувства? И мы с тобой сейчас, как настоящие детективы, раскрыли их тайну! Лиен уже открыл рот для ответа, как вдруг на кухне раздался знакомый голос: — Кто такой этот Чонгук? Лиен, это тот старшеклассник, который тебе нравится? Тэхён подошел ближе, присев на корточки рядом с братьями. Его щёки покрывали едва заметные розовые пятнышки смущения. — Что-то замышляете, малыши? Кван с хитринкой во взгляде посмотрел на брата — Нет. Мы просто сидим на полу, — сказал Кван. — ТэТэ, а кто приходил? Старший омега постарался подавить жар, что намеревался залить щеки, от воспоминаний о том, что только что произошло на улице. — Это молодой человек, что принёс кое-что, что ваш отец оставил у него в машине. — Ты его знаешь? — с любопытством спросил Лиен. — К сожалению, нет, — вздохнул омега и, поднявшись, направился к столу, чтобы закончить накрывать завтрак. Братья переглянулись. — Думаю, им нужна наша помощь, — прошептал прямо в ухо брату альфочка. — И что ты предлагаешь? — с хитрой улыбкой спросил омежка.- Им как минимум нужно встретиться ещё раз. — Авторитетно заявил Лиен. — Поэтому, для начала мы разработаем план. Лиен кивнул с улыбкой. Их тайная миссия «Купидон» только что началась!

***

Чон Чин Ён с раннего утра погрузился в рабочую рутину. Обязанности президента крупнейшей юридической фирмы Сеула требовали полной самоотдачи. Перед глазами мелькали контракты, исковые заявления, протоколы заседаний. Чин Ён углубился в подготовку документов по сложному делу о корпоративном шпионаже. Его ожидала очередная насыщенная рабочая неделя, да такая, что с утра пришлось даже подключить сына Чонгука к подготовке проектов исковых заявлений и ходатайств по текущим гражданским делам, чтобы перекинуть младшего юриста, что ими занимался на подготовку встречи с инвесторами. Глядя на то, как сын работает, Чин Ён радовался и с нетерпением ждал, когда же тот закончит школу, а после свое обучение в институте и официально войдёт в штат фирмы в качестве партнёра. Чонгук вырос достойным преемником — таким же трудолюбивым и проницательным, с блестящим аналитическим умом и вниманием к деталям. У него определённо был талант в юриспруденции. И Чин Ён гордился, что сможет передать сыну семейное дело, выстроенное им с нуля. Чин Ён не заметил, что пролетело полдня и осознал это только тогда, когда на телефон поступил звонок от директора Кима, о котором его ещё утром предупреждал Чонгук. — Директор Ким Намджун. Я рад вас слышать, — альфа улыбнулся в трубку и, переключив телефон на громкую связь, откинулся на кресле, чувствуя, как тяжесть разливается по шее и плечам от долгого сидения над бумагами. — Добрый день, мистер Чон, это взаимно. Я бы хотел сразу перейти к делу, чтобы вас не отвлекать, — послышался голос Намджуна. — Конечно, Чонгук предупреждал, что вы будете звонить. Что-то произошло в школе? Проблемы с учредителем? — Нет. Я по личному вопросу. Хотел бы назначить встречу и обсудить с вами возможность вашего участия в деле моего хорошего друга. — У вас есть в друзьях несправедливо осужденный? — Чин Ён сел ровно на кресле и положил на стол руки, скрепленные в замок. — Нет. Мой друг… он пострадавший. В кабинет президента постучали, и из-за двери вынырнула голова секретаря. — Инвесторы уже поднимаются к вам, — полушёпотом произнес омега. Чин Ён кивнул ему и снова вернулся к разговору. — Намджун, как у вас завтра со временем? — Вечером я свободен. — Замечательно. Мой муж устраивает небольшой семейный приём. Вы можете к нам присоединиться? — альфа поднялся с кресла и взял в руки классический пиджак, что висел на спинке. — Будет несколько гостей, они люди искусства. — Если это удобно, — послышался в трубке голос Намджуна, в котором читалась неловкость. — Конечно удобно, Намджун. — Альфы знакомы уже лет семь, Чин Ёну сразу пришёлся по душе молодой директор школы, где учится его сын, деятельный и честный. В последние годы они часто встречались на разных мероприятиях и можно сказать, что отношения переросли в стадию: «хорошие знакомые», а после нескольких семейных встреч в приятное добрососедство. — Они нам не помешают, и мы им тоже. Обсудим все в моём кабинете, а после прекрасно поужинаем в компании одарённых людей. Обязательно приходи с Сокджином, ему точно понравится. — Хорошо. Договорились. Я приеду. Но, к сожалению, без мужа, он сейчас в отъезде. — Ну что ж, — альфа поправил галстук и взял в руки пачку документов — Значит, до встречи завтра, Намджун. — Да. До встречи завтра, Чин Ён. Президент скинул звонок и направился в переговорную.

***

Намджун положил телефон на стол и подошел к кофемашине, чтобы приготовить кофе. Вдруг он услышал, что в комнату кто-то вошел, и за его спиной раздался голос Тэхёна. — Нам, привет. Ты сегодня рано, — сказал омега, присаживаясь за стол и начиная гладить столешницу, словно не решаясь что-то сказать. Альфа посмотрел на него и мягко улыбнулся. Это происходило всегда перед серьезным разговором, который обычно начинал Тэхён. — Тэ, как ты себя чувствуешь? Все хорошо? Ты принял таблетки? — спросил Намджун, ставя на стол две кружки — с кофе для себя и с чаем для омеги. — Все хорошо, хён. Спасибо тебе за то, что ты вчера сделал, — ответил Тэхён. Намджун сел напротив Тэхёна. — Ты же знаешь, что я всегда готов помочь тебе, Медвежонок. После паузы Тэхён неожиданно спросил: — Хён, я могу задать тебе вопрос, но он может показаться тебе странным? — Конечно! В чем дело? — отозвался Намджун. — Я тут подумал, а не мешает ли вам с Сокджином разница в возрасте? — с трудом произнес Тэхён. — К чему это ты? — удивился Намджун. Тэхён нервно прикусил нижнюю губу, подбирая слова: — Я никогда не испытывал такого, как ты. Я никого не любил… А сейчас… после того, что случилось… психолог говорил, что, возможно, я никогда не смогу быть с альфой… что меня никто не привлечет настолько, что мне захочется отдаться ему. Но… — Так, погоди? Ты о чем? — Намджун отставил чашку и внимательно посмотрел на раскрасневшегося Тэхёна. — При чем тут разница в возрасте? Тэхён замялся, но все же продолжил: — Просто я подумал, возможно ли, что если человек будет сильно старше или младше меня… — У тебя кто-то появился? — спросил Намджун. — Ч-что? Нет, нет, не появился, — Тэхён спрятал лицо в ладонях. — Я не знаю… ты будешь смеяться. Намджун ласково сжал ладонь Тэхёна в своей руке. — Я никогда бы не стал смеяться над тобой, — мягко произнес альфа. — но… ты меня заинтересовал. Расскажи, я готов выслушать. Тэхён глубоко вздохнул и начал свой рассказ: — В Таиланде я встретил альфу… — Он говорил быстро, словно торопясь выплеснуть все, что его тревожило. — Точнее, не встретил, а чуть не упал в море, и он меня подхватил. Ещё тогда я дольше обычного задержал на нём свой взгляд. Омега сделал паузу, собираясь с мыслями. — А потом мы оказались вместе в самолете, в Сеул. Мне стало плохо, и он весь полёт просидел рядом, помогая мне и следя за моим состоянием, — Тэхён снова вздохнул. — Он мне понравился. Очень. Но я гнал и гоню от себя эти мысли, потому что я старше… и то, что случилось, и моя беременность, — на глаза омеги навернулись слёзы. — Он совсем ребёнок, Нам… Намджун смотрел на Тэхёна с мягкой улыбкой, без тени упрека или насмешки. — Ты хочешь его найти? — спросил он. Тэхён смущенно и тихо произнес: — Он сам меня нашёл. — Даже так? — Альфа кивнул, по-доброму глядя на друга. — Какой молодец. Он помолчал немного, а затем продолжил: — И сколько лет этому альфе? — Не знаю, может, восемнадцать или девятнадцать, — ответил Тэхён. — Он снова помог мне, а я… я спросил, как я его могу отблагодарить. Представляешь? — И что он ответил? — поинтересовался Намджун. — Ничего! Он просто приблизился ко мне и поцеловал… Вот здесь, — Тэхён показал на ладонь. — Меня аж в жар бросило. Я возбудился, — смущенно добавил он, опуская голову. — Я не ожидал от себя такого! Ещё вчера меня трясло от ужаса при виде любого альфы. Даже от твоего феромона мутило. Намджун кивнул, понимающе. — И теперь ты в смятении, потому что этот мальчишка тебе понравился, а ты его старше? Тэхён согласно покачал головой. — Ты знаешь его имя? — Нет, ничего не знаю. И не уверен, что хочу этого… Не понимаю себя, — признался омега. Намджун с нежностью посмотрел на друга. — Честно, Тэ, я сейчас в небольшом шоке, но… — мягко произнес он, сжимая ладошку Тэхёна. — Ты посмотри на нас с Сокджином. Мы столько лет счастливы в своих отношениях. Да, разница между нами не такая большая, но… не в годах дело. Разница — она обычно в головах. Что я могу тебе сказать… я рад, что ты все же можешь испытывать что-то к альфам. Значит, Хван Джин не сломал тебя до конца. Тэхёна резко передернуло при упоминании этого имени. — Не произноси это имя, — попросил он. — Прости, — Нам нежно погладил тыльную сторону ладони омеги. — Может, тебе действительно попробовать и найти себе человека, кто будет с тобой рядом? Тэхён удивленно вскинул брови. — Что? Как ты себе это представляешь? Ты в своём уме, Намджун? Я… я… я в положении. — И что? Знаешь, я помню, врач говорил нам с Сокджином, что беременным омегам секс просто необходим. А к нему ты ещё получишь заботу и любовь. — Ты думаешь, я пойду на это только ради секса? — возразил Тэхён, резко вставая из-за стола и складывая руки на груди. — Нет, хён. Я не смогу… В этот момент в доме раздался звонок, сообщая, что кто-то ожидает под дверью. — Я вообще не понимаю, почему мы обсуждаем какой-то воображаемый роман? — воскликнул Тэхён, всплеснув руками. — Мы с ним даже не знакомы. — Ладно, Тэ, пошли откроем дверь. Это наверняка Чимин. — Альфа встал и, взяв омегу за локоток, слегка толкнул его к двери. — А ты успокойся и больше не накручивай себя. Тебе доктор рекомендовал полный покой.

***

Гук всё никак не мог уснуть. На дворе стояла глухая ночь, а сна не было ни в одном глазу. Он всё думал об омеге. Закрывая глаза, видел его ослепительную улыбку, а губы до сих пор чувствовали нежность его кожи под поцелуем. Чонгук никогда не испытывал таких эмоций. В голове слишком много всего, а поговорить сейчас дома по-настоящему не с кем. Он был напуган и растерян. Впервые альфа не знал, как поступить правильно. Этот омега не походил ни на кого из тех, кто был у него прежде. Всё шло не по привычному сценарию с самого начала. Он хотел узнать этого омегу получше. Даже не так, — он хотел заполучить его целиком себе. Он хочет стать альфой этого омеги.