Хён, ты - мой омега.

Закатное солнце заливало уютную гостиную тёплыми оранжевыми тонами, отражаясь в стёклах красивых старинных часов, застывших над входной дверью. Их размеренное тиканье, казалось, замедлилось под давлением нарастающего напряжения. Намджун нервно расхаживал туда-сюда по комнате, пытаясь совладать со своими эмоциями. Его лицо с благородными чертами было омрачено глубокой складкой между бровей, выдавая его беспокойство. Сокджин сидел на маленьком диванчике у окна, наблюдая за метаниями супруга с мягкой улыбкой. Он понимал, что для Намджуна это непростой момент. Очередные роды своего омеги он встретил беспокойно, несмотря на пережитый ими прежде опыт. Даже врач омеги, объяснивший альфе буквально на пальцах, что Джин полностью здоров и что нет риска осложнений, Джун, как заботливый альфа, остро и нервно реагировал на то, что происходит. Сокджин лёгким, почти кошачьим движением поднялся с насиженного места и подошёл к Намджуну, кладя свои тёплые ладони на его широкие плечи. Взгляд его тёмных, бездонных глаз был полон нежности и понимания. — Ты знаешь… — начал он мягким, успокаивающим тоном, — от того, что ты ходишь туда-сюда, они быстрее не приедут. Ты только сильнее расстраиваешь себя. Намджун резко развернулся, его обеспокоенные глаза встретились с ласковыми и спокойными глазами Сокджина. — Не понимаю, почему я не могу тебя отвезти сам, — возмутился он, срываясь на почти умоляющий тон. — Нас так же встретят через приёмный покой. Джин потянул своего мужа лёгким движением руки за собой и, усадив его рядом на диванчик, обнял, прижимая к своей груди. Он провёл изящными пальцами по всклокоченным волосам Намджуна, чувствуя, как тот начинает расслабляться в его руках. — Ты знаешь, почему… — произнёс Сокджин, его бархатистый голос был едва слышен. — Начнись у меня схватка чуть сильнее, и ты бросишь руль. Я не могу рисковать ни тобой, ни нашей малышкой. И будто в доказательство его слов боль от очередной схватки тут же напомнила о себе, заставляя Сокджина напрячься, вздохнуть поглубже и медленно выпустить воздух, закрывая глаза, в попытке справиться с накатывающими ощущениями. — Джин? — взволнованно позвал Намджун, почувствовав, как супруг напрягся. Он положил свою ладонь на опустившийся живот Сокджина и потянулся, чтобы уже самому крепче обнять омегу. — Вот так ты и сделаешь… — подшутил над ним Сокджин, как только боль отступила. — Поэтому ждём скорую. Времени ещё много. Но эти слова были бессильны успокоить Намджуна. Да, он уже пережил это дважды, но сейчас волнение альфы достигло своего пика. Его омега, самое дорогое и хрупкое, что у него есть, собирается дать жизнь их ребенку, и он совершенно спокоен, а Намджун в ужасе. — Джуни, прошу тебя… успокойся, — нежно попросил Сокджин, вновь привлекая мужа в свои объятия. — У нас дома с сегодняшнего дня у детей будет численное превосходство. И ты, мой рыцарь, мне нужен в строю в полной боевой готовности. Намджун крепче прижал Сокджина к себе, стараясь впитать его спокойствие и уверенность. Он глубоко вдохнул знакомый запах своего омеги, чувствуя, как сердце постепенно замедляет свой бешеный стук. Сокджин был прав, сейчас особенно важно было сохранять твердость духа. Эта семья всегда отличалась особенной силой духа и неразрывной связью между её членами. Сокджин, нежный и мудрый, был истинной опорой для своего любимого альфы. А Намджун, порой чрезмерно тревожный, черпал в Сокджине уверенность, необходимую, чтобы пройти через любой важный этап их жизни. Тем временем в доме царила приятная домашняя атмосфера. Дети, почувствовав волнение родителей, затихли, расположившись в гостиной, занятые своими делами. Старший сын Кван неслышно вошёл в гостиную, бросив взгляд на родителей, и, поняв, что пора приходить на помощь, подошёл и ласково заключил обоих в объятия. — Всё будет хорошо, — прошептал он, и его убаюкивающий голос словно разливался по комнате, наполняя её умиротворением. — У нас же по-другому не бывает. Намджун улыбнулся сыну, чувствуя, как его напряжение постепенно отступает. Он гордился своей семьей — такой сплочённой и поддерживающей друг друга. Под умелыми руками Сокджина и с любовью старших детей маленькая искорка жизни непременно разгорится в яркий огонёк, согревая их всех. Вдруг резкий звон телефона нарушил тишину. Альфа ответил на вызов, и его сосредоточенное лицо сообщило о том, что долгожданная скорая помощь уже подъезжает. — Они будут через пять минут, — объявил он, встречаясь взглядом с Сокджином и облегченно выдохнул, крепче прижимая его к себе. — Видишь, любовь моя? Помощь подоспела вовремя, и всё будет хорошо, я обещаю, — прошептал он, прикасаясь губами ко лбу Намджуна. — Осталось только Чимина дождаться. Сокджин мягко улыбнулся, чувствуя, как напряжение постепенно отпускает его. Он знал, что с таким надёжным альфой рядом, как Намджун, и такой поддержкой семьи, они обязательно справятся. Впереди их ждало счастливое событие, которое ещё больше скрепит их любовь. **** Порыв свежего ветра, ворвавшегося с улицы, взметнул занавеси гостиной, когда тяжёлая входная дверь распахнулась, впуская Чимина. Молодой омега стремительно шагнул в дом, его глаза горели волнением. — Джини, я приехал! — громко возвестил Чимин, обращаясь к Сокджину. — Всё в порядке? Все на своих местах? — в его голосе слышалась неприкрытая тревога, выдавая беспокойство за близких друзей. Сокджин, опираясь на руку Намджуна, вышел из гостиной навстречу Чимину. На его лице играла нежная, успокаивающая улыбка. — Как хорошо, что ты успел, Чимини, — произнёс он мягким, бархатистым голосом. Его тёмные глаза излучали умиротворение, несмотря на напряжение, явственно читавшееся в чертах Намджуна. — Все на своих местах. Мальчишки — в гостиной, девочка в животе. Я в готовности. Альфа… — Сокджин бросил взгляд на бледного супруга, — альфа в сознании. Чимин перевёл обеспокоенный взор на Намджуна, тепло улыбнувшись ему, и вновь посмотрел на Сокджина. — Там скорая подъехала. Тебе помочь дойти? — спросил он, а затем хитро прищурился и подмигнул. — Или ты сам, а я Намджуна провожу до авто? — Возьми сумку, Чимин. Милый? — Сокджин, крепче сжимая руку мужа, выводя того из ступора. Из-за двери гостиной показались две любопытные головки. — Так, шалопаи мои, с вами остаётся Чимин. Он нас проводит и вернётся, — Сокджин бросил строгий взгляд на детей, уточняя, — Кван, не смей шалить! Лиен… — он повернулся к маленькой омежке, — слезами ничего не выпрашивать! Понятно? Дети, синхронно кивнув, хором ответили: — Не переживай, папочка, мы Чимина не обидим. Эти слова заставили Чимина испуганно встрепенуться. Подойдя к Намджуну, он осторожно поинтересовался: — У вас краски далеко лежат? Намджун понимающе усмехнулся: — Те, за которые переживаешь, у Джина под замком. — Вот и хорошо, — с облегчением выдохнул Чимин, принимая из рук Сокджина дорожную сумку. ***** Скорая помчала, обгоняя пробки. В центре их сразу разместили в палате и подготовили к родам. — Отец будет присутствовать? — спросил медбрат. — Да, я останусь с мужем, — храбро заявил Намджун. — Милый, ты не обязан, — мягко остановил его Сокджин. — Но я могу тебе помочь, — сказал Джун, нежно гладя его по голове. Очередная схватка. Намджун протянул ладонь Сокджину, и омега сжал его руку, словно пытаясь забрать у мужа эти ощущения. Он понимал, что совсем заглушить их не получится, но омега гораздо легче переносил боль, и альфа это видел. *** Чимин удивлённо и растерянно смотрел на экран планшета, на котором демонстрировались естественные роды. К чему-чему, а к такому жизнь омегу не готовила. Понятное дело, что в ситуации, когда папочка этих двоих сейчас рожает, такой вопрос возникнуть мог. Но то, что сейчас происходит, заставляло Чимина содрогаться. Он-то надеялся на весёлый вечер с детьми друга за какими-нибудь играми типа твистера, а не смотреть на то, как какой-то юный омега рожает, и слушать комментарии, которые с серьёзным видом отпускает восьмилетний альфа. Всё это было неловко. «Чимин, останови это. Иначе свихнёшься…» — Дядя Чимин. Смотри, ты же всё пропустишь, — Лиен коснулся ручкой ладошки омеги, и тот вздрогнул, — уже головка появилась… он такой милый… «Господи, спасибо автору видео, что наложил на это всё музыку», — подумал про себя Чимин. — «И за то, что нет дополнительных вопросов ко мне…» — А что нужно положить в омегу, чтобы у него в животе вырос ребёнок? Приехали… Чимин почувствовал, как у него перехватило дыхание от этого вопроса. — Положить? — Ага. Как в мидию, — продолжил рассуждать Лиен. — В неё нужно что-то положить, чтобы выросла жемчужина. У омеги так же? Чимин лихорадочно пытался подобрать подходящие слова, чтобы ответить на умозаключения омежки. — Ну, видишь ли, Лиен, — начал Чимин, тщательно подбирая слова, — для того, чтобы у омеги в животе вырос ребенок, нужно, чтобы он вступил в близкие отношения с альфой. Это очень личный и ответственный процесс, который требует любви, заботы и взаимного согласия, — он сжал ладошки Лиена и заговорщески добавил: — Возможно, когда ты будешь старше, я смогу объяснить тебе это более подробно. Но сейчас, думаю, на этом и остановимся… Чимин надеялся, что его ответа будет достаточно для любознательного ребенка, и что Лиен не станет больше задавать столь личных вопросов. Но… — У тебя же есть отношения с альфой Юнги, — уточняет у омеги Кван, убирая планшет в сторону и садясь поудобнее напротив омеги, упираясь в него своими глазками-пуговками. — Почему ты не беременный? Твой альфа не знает, что нужно положить в омегу? Чимин почувствовал, как его лицо заливает краска смущения. Ему определенно не хотелось обсуждать такие личные вопросы, тем более с детьми. — Да, у меня есть отношения с Юнги, — омега чувствовал, что его бросило в пот. — Но, знаешь, это очень личная тема, — он бросил взгляд на Квана, надеясь, что мальчик понимает деликатность ситуации. — Юнги и я… Мы пока наслаждаемся нашими отношениями и не торопимся. Может быть, когда-нибудь в будущем мы будем готовы к этому важному шагу. Но сейчас… давай лучше посмотрим, как там наш друг. Чимин жестом указал на экран планшета, молясь, чтобы разговор на эту тему закончился. Кван покачал головой и потянулся к планшету. — Нужно поискать видео, где рассказывают, что альфа кладёт в омегу… — деловито объявил он, опуская пальчики на экран и вызывая строку поиска. — Нет! — взвизгнул Чимин, оттягивая планшет на себя, — давайте… давайте попросим Юнги приехать… он нам всё расскажет. Омега достал телефон и быстро написал сообщение своему альфе. «Спаси меня! Срочно! Приезжай к Намджуну!» — Вот, — Чимин выдохнул. — Он приедет и всё решит. — Может тогда закажем пиццу? — предложил Лиен. — Закатим вечеринку! **** Ощущение радости переполняло палату, когда акушер осторожно и бережно поднесла к Сокджину драгоценный сверток — их новорождённую дочь. Глаза Сокджина, полные невыразимой нежности, жадно впитывали каждую черточку маленького личика, каждое движение крошечных ручек. — А вот и наша малышка, — произнесла акушер, излучая сияющую улыбку. — Папа, давайте я положу её рядом с вами? — и аккуратно устроила крохотное тельце рядом с Сокджином. Несмотря на усталость, омега весь подался вперёд, не в силах оторвать взгляд от своего чуда. Он осторожно провёл пальцем по нежной щёчке дочери, с благоговением ощущая тепло её кожи. Его сердце переполнялось любовью — Сокджин, она прекрасна, — прошептал Намджун, с трепетом глядя на новорождённую. Глаза Намджуна сияли от слез радости. — Ты такой молодец, я так люблю тебя! — он поцеловал мужа в лоб и бережно коснулся ручки дочери, словно боясь причинить вред этому хрупкому чуду. — Она так похожа на меня, — с едва различимым смехом произнёс Сокджин, его голос всё ещё звучал хрипловато от усталости. Он осторожно приподнял малышку, вдыхая сладкий аромат детской кожи, и тут же почувствовал, как напряжение покидает его тело. — Похожа? — Конечно! Она же девочка и должна быть похожа на самого прекрасного из семьи. А это — я, — Сокджин капризно надул губки, глядя на альфу, который безостановочно вдыхал аромат у макушки дочки и нежно рокотал от удовольствия. — Давай я возьму дочку, а ты пока отдохнёшь. Хорошо? — альфа наклонился, поцеловал Сокджина и взял ребёнка на руки. — Ты — моя радость, — говорил он шёпотом малышке, целуя каждый её пальчик. — Ты — мое солнце, — и ещё один поцелуй достался маленькой пяточке. — Моя дочка. Моя девочка, — слёзы счастья текли по щекам альфы. А Сокджин смотрел на мужа и радовался тому, что альфа наконец-то спокоен. **** Юнги примчался к ним достаточно быстро, встревоженный настойчивым сообщением Чимина о помощи. Зная своего омегу как решительную и уверенную в себе личность, он даже представить себе не мог, что могло случиться. А когда, поднимаясь по подъездной дорожке, Юнги столкнулся с курьером, доставляющим пиццу, то совсем запутался в происходящем. — Всем привет! — громко и басовито поприветствовал Юнги, шагая в дом. Тут же в коридор выбежали дети, а следом за ними появился явно уставший Чимин. — Юнги-хён, а ты знаешь, что нужно положить в Чимина, чтобы он ребёнка родил? — почти хором выпалили ребята, заставив альфу застыть на месте с ботинком в руке. — Что? — только и смог выдавить Юнги, вопросительно взглянув на омегу. Чимин, сжав губы в тонкую линию, лишь развёл руками, давая понять Юнги, что и сам в полном замешательстве. — Так, ребята, может, сначала накормим гостя, а уж потом будем задавать вопросы? — предложил Чимин, пытаясь разрядить обстановку. — Юнги-хён, пойдём! — Лиен ухватил альфу за руку и потянул за собой. «Что происходит?» — беззвучно произнёс Юнги, на что Чимин ответил таким же вопросительным взглядом и нежной, ободряющей улыбкой. «Удачи», — губами произносит омега. **** Тэхён откровенно давился смехом, словно услышал самую смешную шутку на свете. Он крепко держался за живот, заливаясь мелодичным колокольчиком, временами издавая забавные хрюкающие звуки. На его лице блестели слёзы веселья, стекающие по раскрасневшимся щекам. А Чимин, глядя на него через экран видеосвязи, надувал губы в раздражении. Лица обоих были почти пунцово-красными — один от безудержного смеха, второй от откровенной злости. — Ооох… прости, Чима, — выдавил Тэхён, вытирая слёзы с щек. — Прости и не злись. — Что такого смешного я сейчас рассказывал? — возмущённо фыркнул Чимин, раздувая ноздри. — Ну всё, дракон Пак Чимин, выдыхаем, — Тэхён сложил губы трубочкой и демонстративно выдохнул. — Тебе повезло, что ты со своим муженьком в Париж сбежал, — проворчал Чимин. — Сам бы отдувался! — Я уже проходил через это… года полтора назад, — улыбнулся Тэхён. — Помнишь, я оставался с ними, когда у Сокджина в семье кто-то должен был родить, и они с Намджуном уехали в Квачхон? — В смысле? — Чимин озадаченно нахмурился. — Это у них такой способ взрослых побесить или проверить… — пояснил Тэхён, а затем повернулся в сторону. — Чонгук, кстати, тоже на этот разговор нарывался. Гуки, ты помнишь тот разговор про рыбку в аквариуме? — Рыбку? — Ой! Это он так пытался беременность объяснить… Чимин удивлённо уставился на экран, и через мгновение в поле зрения появился Чонгук, который по-хозяйски обхватил Тэхёна в объятиях и поцеловал его в щеку. — Братья Ким снова в деле, — сообщил ему Тэхён, ласково прижимаясь к нему. — Кто попался? Чимин-хён, ты? — ухмыльнулся альфа, едва сдерживая смех. — Даже не думай ржать! — фыркнул Чимин, недовольно сморщив нос. — Как скажешь, хён, — Чонгук, сдерживая улыбку, поднялся и скрылся из поля зрения, где уже и разразился смехом. — Чима, им Сокджин всё уже давно рассказал, — вернулся к разговору Тэхён. — Их папочка — любитель романтических дорам, смотрит их круглосуточно в любой точке дома. Там иной раз такое показывают… Так что эти двое много чего знают. — Вот же мелкие! — Чимин закатил глаза. — Не ругайся, дорогой, — усмехнулся Тэхён. — Кстати, где они сейчас? — Юнги утащил их на улицу, проветриться, полюбоваться осенним небом, — ответил омега, заметно успокоившись. — Я сказал, что он им всё подробно расскажет. — Бедный альфа, — Тэхён состроил грустную мордашку, но тут же снова улыбнулся. — Ему точно понадобится удача. Друзья ещё немного поболтали, а затем попрощались, обещая созвониться в ближайшее время. Чимин дышал совсем спокойно и его почти перестал беспокоить разговор с детьми. А вот что его действительно беспокоило, это то, что ему было достаточно легко с ними, не было страха и неловкости в общении. Дети для омеги были зоной повышенной ответственности, и он конечно же переживал, когда ехал сюда. Он с мальчишками Ким наедине ни разу не оставался, всегда в компании с кем-то. Поэтому, когда к двери подходил, так сильно переживал, что ладошки потели. Он похитителя своего не боялся, а тут… дети. Уже через полчаса после того, как их родители уехали, Чимин заметил, как братья взаимодействуют, как они друг за друга фразы заканчивают, как заботу проявляют — даже не задумываясь. А этот их прикол с родами и зачатием… это же надо было придумать и разыгрывать как по нотам… Как не засмеялись? Как не выдали себя? А может это всё гены? Намджун... он такой весь умный, грамотный, а Сокджин с такой фантазией, что хоть книги пиши и фильмы к ним тут же снимай, вот и дети подстать. Лиен конечно хрупкий омега, но рядом с таким братишкой разве можно за него переживать? Нет конечно. Кван — крепыш. За брата голову любому свернёт. Погруженный в свои мысли, Чимин не сразу заметил, как Юнги, Кван и Лиен вернулись в дом. Но когда альфа неожиданно обнял омегу за плечи, Чимин аж подпрыгнул от неожиданности. — Как ты? — нежно спросил Юнги, крепко прижимая к себе встрепенувшееся тело Чимина. — Это ты расскажи, как ты? — ответил омега, устраиваясь в объятиях своего альфы. — Всё хорошо, — улыбнулся Юнги, успокаивающе поглаживая Чимина по спине. — Как ты так спокойно пережил разговор о «пестиках и тычинках»? — не унимался Чимин, искренне не понимая, почему альфа выглядит таким спокойным. Юнги придвинул стул и присел рядом с Чимином. — Им он не был нужен, — мягко произнёс альфа. — Они и так всё прекрасно знают. — Ты как догадался? — воскликнул Чимин, удивлённо глядя на своего возлюбленного. — Ну так они же себя выдают с головой, стоит им вопрос задать, — усмехнулся Юнги. — Такой обширный понятийный аппарат у них в этой теме. Спрашивали слишком грамотно, я сразу понял — тут что-то не так просто. Чимин смотрел на Юнги с обожанием и восхищением. — Какой же ты умный, — произнёс он, перебираясь на колени альфы. — Куда, кстати, ты их отправил? — Они уже спят. Нагулялись, — почти шёпотом ответил Юнги, крепко обнимая своего омегу. Чимин игриво провёл кончиками пальцев по груди альфы, ловя его жадный взгляд. — Тогда, может, поднимемся в комнату для гостей? — промурлыкал он. — И ты мне расскажешь, что альфы «кладут» в омег, чтобы те потом родили? Юнги слегка дернулся, его дыхание участилось. — Чимина, ты о том… о чём я думаю? — с придыханием произнёс альфа. Он на секунду словно потерял сознание. Его счастье рядом с Чимином было безграничным, но ребёнок… о нём альфа мог только мечтать, уважая решение своего омеги о том, что он не готов. — Но ведь ты хотел… — Сейчас я хочу от тебя ребёнка, альфа, — решительно заявил Чимин, глядя Юнги в глаза. — По графику течка уже завтра, поэтому давай не будем откладывать… — он дёрнул бровями и игриво улыбнулся, — жду ваших вложений, альфа… — Блять, омега… — с рыком выдохнул Юнги, затем резко подхватил Чимина на руки и понёс в сторону гостевой спальни. — И постарайся сделать так, чтобы это был альфа. Чимин хихикнул, обвивая шею альфы руками и прижимаясь к его сильному телу. Он чувствовал, как внутри нарастает волнение и предвкушение. Решимость Чимина была непоколебима — сейчас он хотел лишь одного — зачать с Юнги ребёнка, которого они будут любить всем сердцем. По пути в спальню Юнги крепче прижимал омегу к себе, его взгляд пылал страстью и обожанием. Чимин знал, что его альфа желает того же, и намного дольше, чем он сам. Они были готовы двинуться на новый важный этап в своих отношениях. Оказавшись в комнате, Юнги бережно опустил Чимина на большую мягкую кровать, нависая над ним, словно защитник. Их дыхание участилось, а в воздухе повисло густое, чувственное напряжение. Как же он любит этого человека, что сейчас притягивает его к себе за шею, жадно целуя и так бесстыдно теряясь в ощущениях, готовый подарить Юнги самое дорогое — возможность стать отцом. Сердце Чимина стучало в предвкушении, а в душе разливалось тепло и нежность к мужчине, что сейчас так трепетно проводит пальцами по его телу, вызывая на коже миллиарды искр. Жадно впиваясь в губы Чимина, целуя его страстно и самозабвенно, альфа притягивал омегу ещё ближе, словно желая запечатлеть его в свое тело, заставляя Чимина млеть от прикосновений сильных рук и растворяться в водовороте желания и любви. Нежные поцелуи на шее сменялись мелкими укусами и широкими мазками языком. Чимин откидывал голову назад, выгибаясь, подставляя альфе изящную шею, которую тот тут же покрывал порхающими касаниями, заставляя омегу тихо постанывать от удовольствия. — Юнги… — выдохнул Чимин, зарываясь пальцами в густые волосы альфы. — Пожалуйста… Юнги понимающе заурчал, его ладони скользнули под одежду Чимина, лаская разгорячённую кожу. Омега сам рванул на себе одежду, открывая тело навстречу прикосновениям альфы, жаждая большего. В воздухе разлилось притягательное амбре возбуждения и предвкушения, сотканное из их ароматов. Чимин жаждал слиться со своим альфой в экстазе, ощутить его силу и власть над своим телом. Юнги снова и снова припадал к раскрасневшимся губам Чимина, целуя его глубоко и собственнически, собирая губами стоны. Его руки властно скользили по телу омеги, раздевая и лаская, заставляя млеть от этих прикосновений, полностью отдаваясь альфе. Юнги брал Чимина с нежностью и трепетом, словно преклоняясь перед красотой и хрупкостью своего омеги. А Чимин принимал эти ласки, отдаваясь им всей душой, покорный и жаждущий. Их движения становились всё более размашистыми и страстными. Волна наслаждения захлестнула их обоих, сметая все мысли и оставляя лишь первобытные ощущения. Омега выгибался в руках альфы, тонкие пальцы впивались в его сильные плечи. Он позволял себе стонать и шептать его имя, Юнги же, напротив, сдерживал громкие звуки, лишь тихо рычал от удовольствия, вбиваясь в податливое тело. Он покрывал лицо и шею омеги поцелуями, слизывая капли испарины, стремясь впитать в себя всего Чимина, и подарить без остатка эти чувственные ощущения. Когда последние отголоски удовольствия сошли на нет, Чимин обессиленно обмяк в объятиях Юнги, чувствуя себя умиротворенным и безмятежным. Альфа бережно уложил омегу на себя и укутал их обоих одеялом, нежно поглаживая спину Чимина, пробегая пальцами по позвоночнику. — Ты невероятный, — прошептал Юнги, касаясь поцелуем виска омеги. — Я люблю тебя. Чимин счастливо вздохнул, утыкаясь лицом в грудь Юнги. — И я тебя люблю, мой альфа, — прошептал он в ответ, чувствуя, как его накрывает волна нежности, и слёзы собираются в глазах. — Ты плачешь? Тебе больно? — взволновался Юнги. — Нет, я счастлив, — Чимин всхлипнул и крепче вжался в альфу. — А Сокджин меня убьет, если узнает, что мы вытворяли у него дома. — Поверь, если хён узнает, для чего мы это делали, он нас простит, — Юнги хмыкнул. Они лежали в тихом уютном полумраке, наслаждаясь близостью друг друга. Чимин был спокоен и умиротворен, ощущая узел альфы и искренне радуясь, что впереди их ждёт новый этап их с Юнги жизни… их общий ребенок, рождённый в любви. ***** Спустя три дня Намджун, полный гордости, привёз домой своего любимого омегу вместе с их новорожденной дочерью. Альфа практически не отходил от крошечной девочки, не в силах насытиться её трогательными крохотными чертами и нежным ароматом. Эта малышка с первых же минут своего пребывания в доме пленила сердца старших братьев. Кван и Лиен буквально забыли обо всем на свете, завороженные сестрёнкой. Они не могли оторвать восхищённых взглядов от её искрящихся глазок и трепетных ручек, готовые часами напролет наблюдать за каждым её движением и звуком, забыв про еду и сон. Сокджин, конечно, был безмерно счастлив видеть, как его старшие дети принимают в семью сестричку. Но вот то, что это полностью нарушило весь распорядок дня и режим братьев, его не радовало. Он понимал, что ему придется приложить немало усилий, чтобы вернуть всё в прежнее русло и найти баланс между заботой о малышке и вниманием к подросшим мальчишкам. Спустя неделю в доме Намджуна и Сокджина было решено устроить детскую вечеринку, собрав родителей и близких друзей. Родители Намджуна и Сокджина не могли наглядеться на девочку, умиляясь и то и дело взмахивая руками и причитая: "Ну какая же прелесть!" — В нашей семье уже несколько поколений не было девочек, — со слезами счастья на глазах щебетал папа Сокджина, — сынок, она так прекрасна и так похожа на меня. Омега округлил глаза, собираясь возмутиться, но Намджун тут же обнял его, успокаивая и прижимая к себе. — Она похожа на самого красивого человека в нашей семье, — произнёс альфа, целуя мужа в висок. Он точно знал, что Сокджин считает таковым себя, и эти слова точно усмирят его гнев. — Спасибо, — тихонько ответил ему Сокджин. Тэхён с Чонгуком всё ещё находились в Европе, но они поспешили поздравить Сокджина с возвращением домой по видеосвязи. И как раз вовремя прибыла посылка с подарками от парочки. Сокджин с восторженными охами и ахами принялся разбирать содержимое коробки — невероятно красивые бодики в французском стиле, украшенные роскошными рюшами и бантиками. Он не мог сдержать тихого бурчания, глядя на эту явно чрезмерную расточительность друга. — Вот зачем, Тэ? Она же вырастет из всего этого через час, ну максимум — день. Ты же знаешь, как быстро дети растут, — укоризненно произнёс Сокджин. — Хён, я не мог удержать Гуки, — оправдывался Тэхён, не замечая, что на заднем фоне Чонгук отчетливо мотает головой из стороны в сторону, словно говоря: «Это не я». Юнги привёз Чимина и его папу, он сегодня отдувался за альф в этой семье, потому как Кан улетел на родину. — Сокджин, милый, — с порога буквально пропел Тэмин, — я готов помогать. Говори, с чем… не стесняйся. Сокджин был рад помощи и быстро направил Тэмина и Чимина на кухню. Джун Хён и Чен Ён приехали уже к столу, привезя множество подарков для девочки, среди которых был просто великолепный мобиль ручной работы. Вскоре все собрались за богато накрытым столом, у него наверняка ножки были напряжены до предела, казалось, поставь Сокджин на него хоть что-то, он непременно рухнет. Намджун с гордостью демонстрировал остальным свою крошечную дочь, не в силах оторвать от неё восхищенного взгляда. Малышка умиротворенно посапывала в объятиях альфы, её крохотные пальчики сжимали ворот рубашки отца. Сокджин ласково поглаживал головку дочери, любуясь её нежными чертами. — Она такая маленькая и беззащитная, — мягко произнёс Сокджин, касаясь кончиком пальца пухлой щёчки. — Но я знаю, что вы все будете оберегать её. Кван и Лиен, притихшие и завороженные, сидели рядом с родителями, не в силах оторвать взгляда от новорожденной сестренки. Они боялись лишний раз пошевелиться, опасаясь потревожить малышку. — Ребята, не бойтесь, вы можете её подержать, — Намджун мягко улыбнулся, осторожно передавая дочь старшим детям. Кван и Лиен, затаив дыхание, приняли крошечное тельце на руки, словно самое драгоценное сокровище. Их лица озарились невероятно нежными и трогательными улыбками. — Она такая хорошенькая, — прошептал Кван, осторожно покачивая сестрёнку. И тут, подняв взгляд, он буквально столкнулся глазами с Чимином и произнёс совершенно будничным тоном: — Чимин-хён, у тебя же скоро тоже такая будет? — Кван! — одёрнул его Сокджин. — И с чего это ты взял? — Юнги-хён всю ночь что-то усердно в нашего Чимина вкладывал. А Чимин-хён говорил «ещё», «сильнее» и «мой альфа»… — не отрывая взгляда от сестрёнки, сообщил альфочка. За столом повисла гробовая тишина. Казалось, что даже воздух стал плотным, не позволяющим сделать вдох. Но через минуту все сидящие за столом, помимо причин общего веселья — Чимина и Юнги, разразились слегка смущённым, но быстро набирающим силу и громкость смехом. — Так значит… — вытирая салфеткой проступившие от смеха слёзы, задумчиво произнёс Тэмин, — я скоро стану дедушкой. — Не скоро, но определённо станешь, если вклад был стоящий, — подмигнул ему Джун Хён, и омеги снова засмеялись.