Для резонанса нужны двое

      — О, пришла наконец. Где ж вас носило, Фаина Алексеевна?       Голос профессора выгонял душу из тела прочь. Фаина чувствовала каждой молекулой своего тела, как от лица оттекает кровь. Оттекает, и стремится прямиком к ногам. Подальше от мозга, кое-как переваривающего страх перед новыми знакомствами.       — У девок только одно на уме, какая им наука? — вторил его коллега. — Замуж бы поскорее, да детей побольше. Не для радиотехники они созданы.       — Скажите это своим жёнам-доценткам и дочкам-аспиранткам! — прошипела Фаина. Глубоко вдохнула воздух и резко выдохнула, влепив по морщинистым лицам докторов наук своей дерзкой фразой.       И проснулась. За три часа до будильника. Роман, как всегда, стащил одеяло, и от неприятного ночного холода снова снились кошмары. Фаина обняла себя двумя руками, коснувшись пальцами ног холодного паркета.       — Рома? — шёпотом позвала девушка.       — М? — сквозь сон отозвался Роман, даже не повернувшись.       — Когда контрольная по радио-какой-то херне? — спросила Фаина.       — Завтра, — зевая, протянул парень.       — То есть, сегодня? — уточняла Фаина. Ногтями давила на кожу плеч, дрожала от холода, судорогой дернувшего подбородок.       — Фая, спи, — отмахнулся Роман, укрывшись с головой одеялом.       «Лучше б в общаге с тараканами жила, чем на одном диване ютиться под одним одеялом», — стиснула зубы Фаина. Отправилась на кухню.       Тёмно-серое небо пело в унисон с тревогой. По стёклам накрапывал дождь. Фаина налила воды и, забравшись на табуретку с ногами, потихоньку отпивала из стакана.       — Фая, ну фигня это всё, все эти контрольные. Не отчислят тебя из-за одной двойки, — монотонно говорил Роман за спиной. Положил свои руки на плечи Фаине, что та вздрогнула от внезапно проникшего в её личное пространство тепла. Такого тепла, которое сейчас казалось одновременно и очень нужным, и очень лишним. — Не будь, как Алиса, — от этого лишние джоули тепла снова стали равными нулю.       — За что ты так её не любишь? — Фаина запрокинула голову, чтобы взглянуть на Романа.       — Я не люблю таких идеалисток, как она, — протянул Роман, крепче обнимая Фаину. Наклонился к ней. — Такие снежные королевы, к которым подхода нет никакого…       — Прекрати говорить гадости про нашу подругу! — шикнула Фаина.       — Это не гадости, это факты, — возразил Роман.       — Даже слышать не хочу, — проворчала Фаина. Подёрнула плечом, скидывая руку Романа.       — Женская солидарность, значит, — заключил Роман. Пальцами провёл по длинным чёрным волосам Фаины, примечая, какими тяжёлыми волнами они ложились на её плечи после целого дня в тугой косе. — Пойдём спать, сегодня тяжёлый день…       — Сначала ты вернёшь мне одеяло, — холодно произнесла Фаина.       — Конечно, — Роман коснулся губами макушки головы Фаины.

***

      — Приятно познакомиться, Фаина Алеексеевна. Видели Ваши скромные дипломы с семинаров, так держать. Рады поработать с таким трудолюбивым человеком, — говорил Сергей Анатольевич.       — В нашем вузе побольше возможностей, чем в Вашем прошлом, однако тоже существуют предрассудки, — усмехался Алексей Алексеевич в свои седые усы. — Если Ваша работа была бы однообразной изо дня в день, как быстро Вы бы её бросили?       — Если говорить честно, то бросила бы через неделю. Но если бы знала, что за этим стоит что-то глобальное, то продолжала бы, несмотря ни на что, — ответила Фаина. Старалась смотреть в глаза профессорам, не опускать взгляд под стол.       — Значит, любите разнообразие. Понять можно, угодить — сложно, — посмеялся Сергей Анатольевич. — Пока только построение графиков и их анализ. Девушка Вы толковая, Валерий Семёнович хвалил очень. Поэтому можно доверить. Кстати, пришлите, пожалуйста, Вашу дипломную работу. Надеюсь, Вы писали её сами.       — Конечно сама, кто ж ещё? — нервно усмехнулась Фаина.       — Подружки, значит, замуж повыходили, а Вы с учебниками сидели. Непорядок, — посмеялся Алексей Алексеевич. — Шучу. Умные девушки тоже нужны, не всем у плиты торчать.       «Ну, спасибо и на этом», — мысленно закатила глаза Фаина. Выйдя из кабинета, тут же стала судорожно искать расписание в попытках вспомнить номер нужной аудитории. На занятие к хорошему преподавателю опаздывать не хотелось.       Только вот пара значилась в другом корпусе. С кучей лестниц и коридоров. Хоть и прошло два месяца семестра, девушка так и не запомнила путь до аудитории. Всегда ходила либо со всей компанией, либо с Романом. А сейчас нет ни этого, ни других. Смутно припоминая лица других одногруппников, Фаина шла за казавшимися знакомыми людьми в нужную сторону. Внешность в памяти никогда не задерживалась, а черты характера людей обычно не выделяются ярким значком или массивными украшениями. Потому Фаина могла только рассказать, какого она интересного человека видела и какие у него увлечения, но никогда не могла вспомнить даже цвет его волос.       «Рома, в какой аудитории пара у ГН?» — написала Роману по пути.       «Второй этаж, 13 аудитория», — ответил Роман.       «А как туда пройти? Я сейчас в первом корпусе», — тут же набрала Фаина. Конечно, проще было позвонить, но в таком шуме разговоров девушка не слышала даже собственных шагов в кроссовках с тяжёлой подошвой, которые обычно громко стучали по полу.       Ответа не было. А по времени уже началась пара. Вспомнив, что Роман принципиально убирает телефон в карман с началом занятия, Фаина выругалась. Как слепой котенок, она брела по внезапно замолчавшему коридору. Даже не у кого было спросить дорогу, именно сегодня все студенты решили придти на пару вовремя. И преподаватели, видимо, тоже.       На пару, конечно, она опоздала. И опоздала на контрольную. Романа, рядом с которым не оказалось свободного места, хотелось просто задушить. Пока преподавательница раздавала варианты заданий, Фаина заняла свободную парту и достала тетрадь с ручкой.       Задания не казались слишком сложными. Кое-что Фаина успела наверстать. Да и Роман, несмотря на свой снобизм, всё же частенько помогал с той или иной темой. Долгими вечерами они сидели вдвоём на кухне и пытались решить очередную задачу со звездочкой, отодвинув в сторону кружки с кофейными пятнами и тарелки с каплями масла от жареной картошки, съеденной до единого маленького кусочка.       — Что ж, Фаечка. Тут только четвёрка, — вздохнула Галина Николаевна, проверяя последний листок. — Но девчонка ты умная, нагонишь материал. Знаю я, как в Механе радиотехнику преподают, подруга давняя его заканчивала…       — А можете подсказать учебники хорошие? Я прямо сейчас же схожу в библиотеку! — попросила Фаина.       — Конечно, дорогая! И на консультации приходи обязательно. Всё расскажу, хоть преобразование Фурье, хоть теорему Котельникова. Я хочу, чтобы вы понимали, а не просто зубрили абзацы учебников, — просияла доцентка.

***

      «Снежная королева, значит… Интересно, с чего это вдруг?» — размышляла Фаина на лабораторной работе. Алиса своими тонкими руками притащила из соседней аудитории тяжеленный осциллограф и даже не заикнулась, что ей нужна помощь. Быстро настроила студентам прибор и вернулась за стол проверять отчёты. Фаина осознала, что Алиса куда-то уходила, только когда увидела её отряхивающей руки от пыли.       — Девочки! — Валерий Семёнович заглянул в аудиторию. — Ну, как успехи у моих страдальцев?       — Спектры не знаем, а так — живём, — вздохнула Алиса. — Четыре работы из всей группы сдали.       — Да, перекроили программу. Не знаю, чем там в руководстве занимаются, — посмеялся доцент. — Зовите, если что, послушаю я защиты. Не представляю, как у электротехников один преподаватель на всю группу распаляется… — покачал головой Валерий Семёнович. Тут же перевёл взгляд на Алису. — Алиса Николаевна, какие на завтра планы, кроме проверки лабораторных работ и двух пар по СВЧ-электронике?       — Студенческий совет с его архиважными лекциями про правильных старост, — скучающе ответила Алиса. — Надо сходить.       — Понял, не пристаю. Хотел встречу тебе организовать с электротехниками. Надо, чтобы вы хоть что-то начали писать. Два года быстро пройдут, а багажа в аспирантуру всё ещё нет, — сказал Валерий. — Ребята, ведите себя хорошо, а то Алиса Николаевна с Фаиной Алексеевной разложат вас в ряд Фурье, — напутствовал студентам, которые вместо выполнения работы повернулись в его сторону, стараясь уловить каждое сказанное слово, даже если к ним речи доцента не имели никакого отношения.       — Звучит страшно, — отозвался кто-то из студентов.       — Не отвлекаемся, через двадцать минут протоколы должны лежать у нас на столах, — твёрдо произнесла Алиса.       — Сейчас пойду смотреть, что вы там проанализировали, — Фаина встала из-за стола.       Фаина раньше не могла представить на месте преподавателя себя. Да, бывало, пара-тройка одногруппников просила помощи с интегралами, накрученными от всей души математиком с хорошей фантазией. Как-то пришлось объяснить и метрологию с её бесконечными, как виделось со стороны, противоречиями. Но не более того. Хоть Фаина и могла уделить время одногруппнику и помочь тому с домашней работой, роль наставника она считала всё же не своей. Сложно считать себя незаменимым помощником, когда твои намерения поддержать постоянно губят мучительными, горькими «Хватит умничать!» и «Без тебя как-нибудь разберёмся». Фаина лишний раз боялась даже намекнуть, что может быть полезной.       И вдруг — работа на кафедре. Тут уже не отойти тихо в сторону. Да и Фаина по натуре своей не могла оставаться за чертой. Если кого-то вести, то нужно вести до конца. И, как шутили молодые доценты-бывшие аспиранты, нельзя показывать свой страх перед аудиторией: сразу перестанут воспринимать всерьёз. Вот Фаина и вела себя живо и дерзко сразу за двоих: подгоняла студентов, подтрунивала над их слишком долгими размышлениями на простейшие темы и просто наблюдала за работой. Даже в такой непривычной для себя роли девушка нашла способ проявить свой настоящий характер, который сдерживала за семью печатями навязанных семьёй запретов.       Однако Фаине казалось, что Алиса больше подходит на роль преподавателя. Серьёзная девушка, внимательная к мелочам. Хотя и ругалась из-за этого же на своих бывших преподавателей. «Мы не любим в других то, что чувствуем в себе», — подумала Фаина. Но со своими размышлениями лезть к Алисе не хотела. Не так уж и много они общались, чтобы всерьёз обсуждать черты характера друг друга. Да и оттолкнуть от себя одногруппницу Фаина не хотела. Та её спасла от участи изгоя в первый же день учёбы. За это Фаина была готова вечно благодарить Алису. Но понимая, что есть огромный риск смутить свою немногословную одногруппницу, она молчала. Вдруг выпадет хороший момент и им удастся поговорить больше, чем о работе и учёбе? Фаина очень на это надеялась.       — Ну и денёк. Сегодня говорила с профессорами. Всё прошло намного лучше, чем я себе представила, — заговорила Фаина после пары. С Алисой они вдвоём проверяли, выключены ли приборы, и убирали методички стопками на стол. — Приснилось, как меня закидывают шутками про слабый пол и главное предназначение женщины. Сегодня, конечно, тоже не обошлось. Но это было не так ужасно, по крайней мере.       — В этом плане преподавательницы поприятнее. Только от совсем раритетных старушек услышишь про свою истинную цель в жизни — замужество и воспитание детей. Остальные будто даже понимают, как нас мало и как нам тяжело в этом мире, сотканном из предрассудков, — сказала Алиса.       — Галина Николаевна — солнышко! — воскликнула Фаина. — Я как будто с бабушкой поговорила. Такая добрая, прям видно, что заинтересована в моём обучении.       — У нас на кафедре прелестные женщины, — кивнула Алиса. Вспомнила свою научную руководительницу и грустно вздохнула. Дисциплину у неё поставили только в следующем семестре, а научная работа совсем не вязалась с тем, что прочил Валерий Семёнович. Алисе было интересно многое, но приходилось выбирать что-то более значимое. Мысли о кафедре электротехники ядом проникали под кожу. Но пришлось идти на компромисс, раз стрелка компаса интереса указывала в ту сторону.       — Это радует. После мизогиничек хочется кого-то адекватного послушать, — усмехнулась Фаина.       — Это правда, — согласилась Алиса.       «Никакая она не Снежная королева. Успевает быть старостой, ведёт лабораторные, учится и всех ещё подгоняет. Тут столько души надо иметь, на саму себя бы хоть кусочек остался!» — решила Фаина. Конечно, она не стремилась соглашаться с Романом абсолютно во всем, но иногда всё равно радовалась, что находила подтверждение своим мыслям.       — Рома с Васей, кстати, вроде помирились, — сказала Алиса. Слегка улыбнулась, чем сразу смягчила своё безэмоциональное в последнее время лицо.       — Неужели? — Фаина рассмеялась. — Видимо, я окончательно выела ему мозг.       — Вася переживал, что до конца магистратуры они не будут говорить. Зря боялся, получается, — усмехнулась Алиса.       — А часто они ссорятся вообще? — поинтересовалась Фаина.       — Они обычно быстро отходят. Хотя в бакалавриате я за ними бегала, пыталась со стороны судить их споры. Всё равно они делают вид, что сами разберутся, а потом ходят и намекают, что нужно внешнее воздействие, — поделилась Алиса.       — Ой, парни, — отмахнулась Фаина. — Если честно, мне казалось, что это я вас всех рассорила сейчас. Вы же хорошей компанией были, а тут я привязалась к вам ещё…       — Ну уж нет, — возразила Алиса. — Рома с Васей не могут без ссор, это правда, но ты точно в этом не виновата. Ну и, может, переходный процесс ещё не закончился, не привыкли ещё друг к другу. Но это нормально.       — Ты так обо всех беспокоишься, это очень трогает, — уже серьёзно произнесла Фаина. — Думала, эмпатов уже не осталось в этом мире.       — Да ну, какой я эмпат… — отнекивалась Алиса. — Просто хочу, чтобы всем было комфортно. Хотя некоторые говорят, что это желание помочь никому не упало. Что моё сочувствие — это лицемерие…       — Ты точно не холодная и бессердечная, как некоторые считают. Они просто не ценят того, что ты им даёшь, — Фаина похлопала Алису по плечу. Вместе они уже шли в сторону преподавательской.