Для резонанса нужны двое

      Ноябрь закончился. Серые улицы стали белыми от снега, и на душе стало как-то спокойнее при виде искрящихся сугробов вместо бездонной грязи, которая в полутьме от редких фонарей даже не блестит и норовит испачкать ботинки.       В декабре проводили семинар. Впервые Алиса о нем услышала еще в бакалавриате, написав кое-какой доклад вместе со своим научным руководителем и успешно с ним выступив. Теперь же предстояло поучаствовать второй раз, с новой темой, но в старой секции: в программе выступлений она оказалась на той же странице, что и в прошлом году. Заметив фамилию Фаины в соседней секции, Алиса улыбнулась: одногруппница тоже сделала свой шаг в сторону науки, довольно большой, если судить по её опыту — та всё ещё смотрела с ужасом на статистическую радиотехнику, но, тем не менее, свой доклад посвятила её методам.       Секции разнесли по разным дням. Какие-то шли параллельно, какие-то стояли особняком в свой день, давая возможность преподавателям свободно перемещаться между докладами своих подопечных — часто доценты и профессора хотели убедиться, что их подопечные достойно выступают со своей темой и не позорятся, пока отвечают на вопросы.       Доклад Алисы стоял последним в списке. Магистрантка перебирала пальцами свой лист с распечаткой тезисов, чувствуя, как бумага мнется и становится мягкой от пота. Дрожащие пальцы надорвали листок, и Алиса просто схватилась за стул, на котором сидела, чувствуя, как холодом металлического каркаса обжигает её руки. В воздухе пахло тревогой, паника подступала к горлу. Алиса знала свою тему хорошо, но эмоции сшибали её с ног.       — Ну, что ж, слово магистрантке первого курса нашей кафедры, — произнёс Алексей Алексеевич. Пожилой доцент глянул своими большими глазами на Алису. Та вздрогнула, почувствовав холод на плечах от этого взгляда. — Алиса Николаевна, что у вас?       Алиса тяжело вздохнула, поднимаясь со стула. Переместилась к преподавательскому столу, откуда вещали сегодня все докладчики. Открыла презентацию, произнесла тему доклада. Перелистнула на следующий слайд и подняла взгляд на преподавателей, собравшихся в противоположном конце большого стола, за которым сидели все участники. Алексей Алексеевич, Сергей Анатольевич — два волка радиотехники, взявшие в свою научную группу Фаину. Валерий Семёнович, самый отзывчивый куратор от кафедры, помогающий решить любую проблему, будь то организационный вопрос или банальное "в буфете закончился чай, кофе и вода, как жить дальше?". Катерина, с самым брезгливым лицом на свете, которое только можно было себе представить. И Ростислав Владимирович, появившийся только что и не спешивший занимать место за партой рядом со своей бывшей или рядом с кем-то из других преподавателей. Тот просто стоял в метре от стола, держа в руках какую-то пачку бумаг.       — Обработка биомедицинских сигналов включает в себя несколько этапов... — говорила Алиса, поглядывая в свой листок. Когда смотрела вперёд, старалась смотреть поверх голов собравшихся преподавателей, но тут же краем глаза цеплялась за молодого доцента. Тот лишь кивал, прикрывая глаза, на каждый взгляд Алисы в его сторону.       И в звенящей тишине в маленькие паузы, когда Алиса перелистывала слайды презентации, было слышно цоканье. Это Катерина качала головой и закатывала глаза, насильно притащив себя слушать доклад той, кого, кажется, в своей душе презирала с ног до головы. Алиса лишь дернула губами, в очередной раз услышав этот брезгливый бессловесный комментарий к её докладу, попытавшись улыбнуться на долю секунды. "Ничего, скоро это закончится", — думала про себя Алиса. И снова случайно глянула на Ростислава. Тот кивнул, словно подтверждая её мысль.       — Приведите мне хотя бы три причины, почему ваше исследование заслуживает внимания. Объясните, как человеку, который полностью незаинтересован в теме, чтобы мне стало интересно, — резкий голос Катерины ножницами разрезал тишину после Алисиного "спасибо за внимание".       — Катерина Геннадьевна, проявите уважение к коллеге, — покачал головой Валерий Семёнович. — Алиса Николаевна, не могли бы вы повторить, чего вам удалось достичь в ходе работы?       — В ходе исследования мы обнаружили статистически значимые отличия в исследуемых группах, и это даёт нам право полагать, что мы не ошибаемся в наших первоначальных предположениях, — повторила Алиса. Положила дрожащую правую руку на стол, стараясь обездвижить её, замедлить проявления волнения, отвлечься от подступающей паники.       Катерина усмехнулась с издевкой.       — Алексей Алексеевич, как думаете, с таким ответом можно защитить диссертацию? — спросила она у старшего коллеги. — Полагаю, что за это диссертацию можно ритуально сжечь. Даже магистерскую.       — Катерина Геннадьевна, не все присутствующие в этой аудитории работают со статистикой, это вполне нормальное объяснение для обывателя. Это семинар, не защита выпускной работы, — заступился Ростислав.       — Боже, ещё и вас сюда принесло, Ростислав Владимирович. Хоть бы замечание дельное сделали, — закатила глаза Катерина. — Реально, зачем ты здесь? — добавила полушепотом.       — У меня замечание только по графикам. Но я уверен, что это не вредит общему облику презентации, — холодно продолжал Ростислав, проигнорировав последний вопрос. — Коллеги? — глянул на пожилых профессоров и доцента.       — У нас вопросов нет. Ребята, у вас? — Сергей Анатольевич оглядел других студентов. Те лишь пожали плечами. — Раз вопросов нет, то секцию объявляю закрытой. Всем спасибо.       Алиса бросила листок с докладом в сумку и поспешила прочь из аудитории, расталкивая остальных студентов. Сердце снова разгонялось, стремясь проломить рёбра. Всю кожу обливало кипятком от стыда и ужаса. Воздуха было слишком много, и Алисе казалось, что она не может вдохнуть даже чуть-чуть этого воздуха. В глазах темнело, голова стала слишком лёгкой и вдруг холодной. А может, это была холодная стена кафедры, которая больно впилась в висок.       — Алиса? Ты меня слышишь? — слышалось откуда-то издалека. Девушка не понимала ни одного слова, все они звучали как будто на китайском, который она никогда не знала. — Кто-нибудь, помогите!       — Это паническая атака. Не дёргайте её, — ещё один голос, спокойнее, но тоже взволнованный.       И темнота в паре с тишиной, словно кто-то перерезал провод.

***

      Алиса пришла в себя не сразу. Сознание ускользнуло от неё на пару секунд, но с сильным сердцебиением и частым дыханием сложно сказать, что ты в себе. Девушка даже не сразу поняла, что сидит на полу. Рядом сидел одногруппник Василий, державший её за плечо. С другой стороны был целый научный совет: Ростислав Владимирович, которому доверили вскрыть кафедральную аптечку и достать оттуда нашатырь и вату, что он и сделал, Валерий Семёнович, хватающийся за сердце и причитающий "боже-боже", и Сергей Анатольевич со старым побитым телефоном в руке, угукающий на какие-то указания из трубки, по-видимому, от врачей из медпункта.       — Извините... — только и протянула Алиса, закрывая лицо руками.       — Рабочая ситуация, все свои. Не за что извиняться, — уверял Валерий Семёнович. Василий лишь потрепал подругу по плечу.       — Полагаю, кое-кого нужно отправить на заочное обучение, — ворчаще произнёс Сергей Анатольевич. Смотрел в упор на Валерия Семёновича.       — Это вы Алису хотите туда отправить? — повернулся к нему Валерий Семёнович.       — Катерину. По-моему, ей подышать надо воздухом вне кафедры. За что в девочку вцепилась? — продолжал Сергей Анатольевич.       — Зачем она вообще сегодня здесь, у неё разве нет практик? — спросил Ростислав Владимирович.       — А вот это хороший вопрос, — Валерий Семёнович ринулся к стенду с расписанием. — Есть.       — Прогул, получается, — всё ворчал Сергей Анатольевич. — Алиса, вам лучше?       — Да, спасибо... И извините... — ответила Алиса. Василий помог ей подняться с пола.       — Спасибо, — Василий кивнул всем троим преподавателям. — Мы пойдём.       — Всего доброго, — ответил Ростислав Владимирович за всех.       Алиса тянула Василия за руку и торопилась в сторону перехода в другой корпус. Шла быстро, будто бы совсем недавно у неё не подкашивались ноги и она совсем не задыхалась каких-то семь минут назад.       — Алиса, ты куда так несёшься? У тебя голова недавно кружилась, не надо так над собой издеваться! — умолял Василий.       — Подальше от этого проклятого места, — ответила ему Алиса. Но всё же остановилась.       — Надо было в деканат зайти и написать жалобу на неё. Тем более, есть свидетели, — предложил Василий.       — Чтобы я снова слушала, что я слишком остро реагирую на критику? Я слышу об этом каждый раз, когда пытаюсь поставить её на место, — возражала Алиса.       — Лис, эта долбоебка специально тебя довела сегодня. Специально. И все это видели. Это не ты остро реагируешь, это она слишком много себе позволяет, — уверял Василий.       — Ты как вообще рядом оказался? — вдруг спросила Алиса.       — Хотел послушать твой доклад, но не рассчитал время. И расписание на кафедре глянуть, забыл, куда нам идти, — ответил Василий. — И всё-таки, в деканат сходить было бы хорошей идеей.       — Потом. Иначе я спровоцирую вторую паничку сама у себя, — отмахнулась Алиса.

***

      Вечером — лабораторные. Алиса выслушивала студентов второго курса, пытающихся защищать свои работы. И даже не сразу поняла, что она принимает работы в одиночестве: Фаина куда-то пропала после половины пары. Алису это обстоятельство несколько удивило, но она продолжала работать со студентами — лучше принять пару-тройку работ, чем потратить это время на поиски коллеги.       Фаина же была на кафедре. Говорила с Валерием Семёновичем по поводу всё той же Катерины. Едва узнала от Василия, что произошло утром, решила внести и свой вклад в жалобу: ей было, что сказать, по поводу конфликта Катерины и Алисы. Своими же глазами видела и своими ушами слышала, как Катерина приходит и без повода начинает поливать ядом своей критики ничего не подозревающую Алису. И только ждала повода, чтобы сказать об этом, кому следует.       — И Алиса ведь ничего не говорит, — покачал головой Валерий.       — Рома, наш одногруппник, обижается на Алису из-за того, что та недостаточно откровенна с ним. Но я её понимаю. Иной раз откроешься — и жалеешь об этом. Я думаю, она боялась, что ей не поверят. Мне это знакомо, — ответила Фаина.       — Думаю, мы найдём решение насчёт Кати. Не ожидал от неё такого. Неужели в аспирантуре на последний год всем так крышу сносит? — задавался вопросом доцент.       Фаина лишь пожала плечами. Ответа не знала, да он и не требовался от неё.       — Я вернусь на лабы, а то Алису одну оставлять... Ну такое... — произнесла Фаина.       — Да, конечно. Спасибо за разговор, — кивнул Валерий Семёнович. Стал перебирать какие-то бумаги на своём столе, всё так же тяжело вздыхая.       Фаина вернулась в аудиторию обработки сигналов. Заметила, что студентов нисколько меньше не стало. Нахмурилась, глядя на незнакомые лица — кажется, любители прогуливать вспомнили про приближение сессии.       — Ну, кто ещё ни одной работы не сделал? Методу в руки и вперёд! — бойко произнесла Фаина с насмешкой.       Угадала: незнакомые лица действительно ни разу не появлялись на занятиях с самого сентября. Им же хуже — будут сдавать свои работы в следующем семестре, если не поднапрягутся уже сейчас. А пока можно заняться теми, у кого есть, что сдать: разгрузить Алису, которую загрузили отчетами обе подгруппы.       После пары вытолкали последних студентов, уговорив их придти в следующий раз. И выдохнули, собирая отчёты в стопки.       — Рома даже не пришёл на мою секцию сегодня. Вот очень мне хотелось быть одной среди чудовищ в девять утра, — чуть ворча, рассказывала Фаина.       — А Вася на мою не успел. Но я и не знала, что он придёт, — ответила Алиса. — Боже, ну за что мне это всё...       — Очень даже успел. Не оставил тебя одну с чудовищами после, — чуть улыбнулась Фаина.       — А Рома как себя оправдал, что не пошёл? — поинтересовалась Алиса.       — Сказал, что ему дорога каждая минута сна, — Фаина закатила глаза. — Мог бы и поддержать. Как холода наступили, так и решил, что мне достаточно просто его присутствия рядом. Но быть в одном помещении — это не то "рядом".       Вместе шли в сторону гардероба. Тут-то Алиса и поняла, что происходит. Обычно Фаина шла в другую сторону корпуса и уходила через другой выход, схватив свою куртку с вешалки в аудитории. Но сегодня они шли вместе в гардероб. И, по-видимому, пойдут вместе на остановку.       — Погоди... Он тебя и не встречает сегодня? — уточнила Алиса.       — Нет. Он после пар помчался на работу, что ли. Какая работа вечером? И почему именно сегодня? — продолжала Фаина.       — Странно как-то с его стороны, — хмыкнула Алиса. — Вы поссорились?       — Не то, чтобы поссорились. Мы так разговариваем, будто уже обиделись друг на друга. Но при этом никакой такой явной ссоры не было. Меня это так утомляет тоже. В сентябре он такой отзывчивый был, весёлый, всегда приходил на помощь. А теперь как будто делает одолжение, — ответила Фаина. — Наверное, я должна поставить точку.       Алиса не нашла нужных слов. Лишь обняла подругу в знак поддержки.       — Думаю, мой друг не будет против, если ты сегодня составишь нам компанию. Правда, спать придётся на полу, — чуть улыбнулась Алиса.       — Спасибо, Алиса. Ты настоящий друг, — смутилась Фаина.