Не детские трудности

Тэхён берет с комода телефон, крайний раз смотрит на себя в зеркало, поправляет ремни на кожаных шортах и остаётся полностью удовлетворён своим отражением. Чимин с Ханылем тоже стоят около выхода, провожают папу на свидание. Друг подходит, и, чтобы ребенок не услышал, тихо говорит Тэхёну на ухо: — Я надеюсь, ты покажешь собачьему доктору, на что способна эта задница, — ладонь хлестко бьёт по ягодице. — Ай! Чимин, больно же! — омега потирает место удара, а сам улыбается своей самой пошлой улыбкой. — Обязательно покажу. — Ну все, иди! А то тебя уже ждут! И чтобы не думал нам постоянно названивать. Мы отлично проведём этот вечер без тебя. Правда, Ханыль? — Чимин подхватывает ребенка на руки и кружит. Маленький альфа заливисто смеется и соглашается со всем, что сказал любимый дядя. — Предатели, — смеётся Тэхён. — Идите сюда, — обнимает Чимина с Ханылем. — Люблю вас. Не скучайте. Пока, пока! — выходит из квартиры. Сегодня день концерта, а у Чонгука с Тэхёном первое официальное свидание. Омега садится в машину, как его тут же притягивают к себе и целуют в страстном жадном поцелуе. — Ты потрясающе выглядишь, — Чонгук разрывает поцелуй и рассматривает Тэхёна, буквально пожирая глазами. — Ну, этот комплимент уже намного лучше, чем тогда в парке. — Я готовился, примешь у меня экзамен? — Чонгук играет бровями и со всей нежностью смотрит на омегу перед собой. — Давай, но я буду строгим экзаменатором, — подхватывает игривое настроение альфы. — Я надеюсь, ты умеешь оказывать первую помощь, потому что у меня перехватывает дыхание от твоей красоты, — начинает Чонгук. — У-у-у, хорошо, — смеется Тэхён. — Это солнце только что вышло, или ты мне улыбнулся? — альфа тоже еле сдерживает смех. — Прекрати! — смех Тэхёна становится все громче и громче. — Ты действительно все это учил? Чонгук уверенно кивает, а на лице широкая кроличья улыбка. — Погоди-погоди, у меня есть последнее. — Я весь внимание. — Ты случайно не словарь? Потому что ты добавляешь смысл моей жизни, — Чонгук не выдерживает и тоже начинает смеяться вместе с Тэхёном. — Мне придётся отправить Вас на пересдачу, — вытирает слезу в уголке глаза. — Ваши подкаты слишком… Просто — слишком, — продолжает смеяться омега. А Чонгук смотрит на него и влюбляется все сильнее. Тэхён стал неотъемлемой частью жизни, тем самым звеном, которого так не хватало альфе. В этом омеге Чонгук нашёл буквально все, о чем так долго мечтал. — Иди ко мне, — уже серьёзно говорит Чонгук, притягивая Тэхёна к себе. Целует нежно, размеренно. Хочется наслаждаться этим моментом вечно. Они разрывают поцелуй, и соприкасаются лбами. — Тэхён, ты самый прекрасный человек и внешне, и внутренне, которого я когда-либо встречал. Каждый раз влюбляюсь в тебя все сильнее, — шёпотом в самые губы. Тэхён ничего не отвечает на это, лишь нежно потирается своим носом о нос альфы. — Поехали? Мы же не хотим опоздать? — Чонгук отодвигается и заводит автомобиль. — Конечно, не хотим, — улыбка не сходит с лица омеги. Всю дорогу до концертного зала они общаются, много смеются, на каждой остановке Чонгук целует Тэхёна, а его ладонь весь путь покоится на стройных оголенных коленях омеги, при этом нежно оглаживая их. В зале темно, огромное количество людей, все места забиты. Чонгук с Тэхёном стоят довольно близко к сцене. С одной стороны — отсюда открывается замечательный вид, но с другой — кругом жмутся незнакомые люди. Тэхён, который привык проводить большинство времени дома, общаясь с минимальным количеством людей, сейчас чувствует себя довольно некомфортно. Чонгук замечает это, подходит и нежно обнимает со спины, закрывая собой от всего мира вокруг. Тэхён чувствует это тепло, этот, уже так сильно полюбившийся, древесный аромат, и сразу расслабляется, откидывая голову на крепкое мужское плечо. Больше не существует ничего вокруг, только они вдвоем. Тэхён закрывает глаза, наслаждаясь музыкой в объятиях любимого человека. Навряд ли потом он вспомнит хоть что-то, кроме тёплых крепких рук на талии, приятной музыки вокруг и нежного шёпота в самое ушко: — Ты смотришь концерт-то? — Чонгук оттягивает и нежно целует мочку уха. — Мгм, — только и может нагло врать Тэхён, подставляя второе ухо. Чонгук не медлит, так же нежно целует и его, прокладывая дорогу из поцелуев ниже. Играет следующая песня, но Тэхён не обращает внимание на происходящее вокруг, слушая только Чонгука, который поёт на ломаном английском. «You don't have to say you love me I just wanna tell you somethin' Lately you've been on my mind» Тэхён подпевает своему альфе, тихонько пританцовывая в такт песни. — Давай сбежим? — Чонгук разворачивает Тэхёна к себе и, глядя в глаза, задаёт вопрос. — Я думал, ты и не предложишь, — омега впивается в губы альфы, крепко сжимая его лицо своими ладонями. Чонгук обнимает за талию, прижимая как можно ближе к себе. Все вокруг как будто в каком-то фильме: пара влюбленных стоят посреди танцпола, жадно целуются, вокруг играет музыка, а они окончательно растворяются друг в друге. Тэхён резко разрывает поцелуй и бежит к выходу, за руку тянет альфу за собой. Им как-будто снова восемнадцать, и они первый раз в своей жизни влюбились в кого-то настолько сильно, страстно, но при этом до безумия нежно и трепетно. В машине они продолжают то, на чем остановились несколькими минутами ранее: Тэхён сидит на коленях Чонгука за водительским сидением и жадно, изголодавшись, целует. — Тэхён, я безумно хочу тебя. Поехали домой, пожалуйста. Я не хочу, чтобы наш первый раз был на людной парковке. Тэхён как будто очнулся ото сна: щеки покраснели, взгляд забегал по сторонам. Он даже не подумал, что вокруг люди, которые с превеликим бы удовольствием посмотрели очередное шоу в машине. Только хочет вернуться на пассажирское сидение, как Чонгук крепко сжимает ягодицу, удерживая на месте. — Побудь так ещё немного, — альфа гладит ладонью раскрасневшуюся от смущения щеку. Тэхён же ластится, словно большой кот, который нуждается в любви и заботе. Это так удивительно — насколько разным может быть омега перед ним: в одно мгновение он нежный и стеснительный, в другой же момент — готов буквально накинуться на альфу со всей животной страстью. Чонгук хочет и дальше раскрывать все грани этого удивительного человека. — А где Минсо сегодня? — Минсо с моим другом Юнги. Он забрал его к себе с ночевкой, завтра утром приведёт обратно. — О, так мы поедем к тебе, и ты мне покажешь свою коллекцию фильмов? — смеется омега. — Да, я приглашаю тебя «на чай», «на рамён» — как тебе больше нравится, — усмехается в ответ Чонгук, но потом говорит абсолютно серьезно. — Тэхён, я, правда, хочу тебя, но если ты не хочешь или не готов, то всё в порядке, только скажи. Тэхён смотрит на альфу и кивает в согласии. Двигается ближе и максимально серьёзно в ответ: — Я выжму всё до последней капли из каждого твоего чайного пакетика. Глаза альфы раскрываются так, как казалось, никогда в жизни не смогут. — Господи, Тэхён, какой кошмар! — Чонгук начинает смеяться на весь салон, закрывая лицо руками. Тэхён, при этом, улыбается самой невинной улыбкой. — Ты бесподобен, правда. Как только Чонгук расслабляет хватку на бёдрах, Тэхён сразу же возвращается на пассажирское сидение рядом. Альфа протяжно вздыхает и заводит машину. Больше нет сил ждать, надо ехать. — А Ханыль с Чимином остался? — начинает разговор Чонгук. — Да. Если я с кем и могу оставить своего ребёнка, то только с ним, — Тэхён когда начинает говорить о сыне и друге на лице появляется нежная улыбка. — А твои родители? Ты никогда не говорил про них. — Ох, там все сложно, — вздыхает омега. — Я что-то вроде позора семьи. — В смысле? — хмурится альфа. — Я пошёл не на ту специальность, которую выбрали для меня родители, случайно залетел, не вышел замуж и так далее по списку. Они живут в другом городе, и мы общаемся исключительно сообщениями, иногда поздравляя друг друга с праздниками. Так что, Ханыль проводит время только со мной. Ну, либо, как сегодня — с Чимином. — Вы давно дружите? — Да, уже наверно лет десять. А ты с Юнги? — Сколько себя помню… Так и проводят время в пути до дома: обсуждая друзей, рассказывая смешные и не очень моменты, делятся мыслями и переживаниями.

***

Лифт поднимается до одиннадцатого этажа мучительно долго. Они стоят, взявшись за руки, и смотрят на экран: 8 этаж. Чонгук сжимает ладонь крепче. 9 этаж. Облизывает в нетерпении пирсинг на губе. 10 этаж. Поворачивается к Тэхёну, который уже тоже не может ждать. 11 этаж. Подхватывает омегу на руки, впиваясь в губы. Тэхён крепче обвивает торс ногами, не переставая отвечать на поцелуй. Чонгук в таком положении доходит до двери и, сквозь поцелуй, диктует код от дверного замка. Тэхён открывает один глаз и впопыхах пытается ввести код. Наконец, замок издает приветливый писк, но на это уже никто не обращает внимания. Чонгук заносит свою самую драгоценную ношу в квартиру. Они пытаются как можно быстрее избавиться от такой мешающей и раздражающей одежды, прокладывая путь из неё от самого входа до спальни, но ремни на шортах Тэхёна все никак не хотят поддаваться. — Как мне нравились эти шорты в самом начале, ровно так я ненавижу их сейчас, — уже рычит Чонгук, дергая за ремень. — Дай сюда, — не разрывая поцелуй, Тэхён одной рукой наконец расстегивает ремень, другой сминает волосы на затылке альфы. Упираются в угол кровати. Чонгук аккуратно укладывает Тэхёна на нее и нависает сверху. До чего же прекрасное перед ним зрелище: оголенный торс с изящной тонкой талией, довольно пухлые бедра с крепкими ногами, нежные руки с острыми ключицами. Но что цепляет сильнее всего, так это лицо, а именно — глаза и улыбка, засмотревшись на которые, Чонгук рискует навсегда утонуть в этом человеке. Но он и не против, он уже. — Иди ко мне, — низким бархатистым голосом обращается к Чонгуку. Тянет его к себе за майку, одновременно снимая её. Альфа ложится сверху, их взгляды обращены только друг на друга. В данный момент не нужны никакие слова, они чувствуют всё, что так долго копили и сдерживали в себе. Чонгук не выдерживает первый, наклоняется и целует медленно, тягуче, нежно. — Ты знаешь, мне как-то снился сон… Еще давно, — сквозь поцелуй начинает Тэхён. — О, и что же было в том сне? — альфа целует шею, оставляя на ней красные отметины. Тэхен резким движением меняет их местами, оказываясь сверху. Чонгук улыбается, оглаживая руками талию и ягодицы омеги. — Сейчас покажу, папочка, — Чонгук утробно рычит, ему определенно нравится такое обращение в постели. Нравится такой разгоряченный и пошлый Тэхён, который наклоняется к руке альфы и начинает языком проходиться по чернильным рисункам. Уделяет внимание каждому пальцу, затягивает их в рот и бесстыдно вылизывает, смотря при этом в глаза Чонгуку. Омега без шансов на спасение тонет в черной пучине, этот взгляд будоражит каждую клетку, присваивает себе и подчиняет. Тэхён спускается ниже, языком проходится по накаченному крепкому прессу, еще ниже… Чонгук все еще в джинсах, поэтому медленно, не разрывая зрительного контакта, Тэхён расстегивает молнию и снимает их вместе с нижним бельём. Теперь они, наконец, оба полностью открыты друг перед другом. Омега наклоняется и проходится языком по полностью возбужденному члену альфы, слышит очередной гортанный рык, что возбуждает еще сильнее. Начинает активнее стимулировать, помогая себе руками и заглатывая, как можно глубже. Ладонь Чонгука вплетена в растрепанные волосы омеги, помогая и направляя. Вся комната наполняется их совместными стонами. Чонгук прерывает Тэхёна, когда понимает, что больше не может. Подтягивает омегу выше, к своему лицу и целует. Целует нежно, с благодарностью и любовью. — Ложись на спинку, — гладит по лицу и волосам. Тэхён послушно выполняет просьбу Чонгука, ложится рядом и внимательно наблюдает за своим альфой. Чонгук спускается ниже, не переставая ни на секунду оглаживать тело омеги. Целует внутреннюю поверхность бедра, слегка прикусывая. Тэхён мечется на кровати от контраста ощущений. Чонгук ладонями крепко фиксирует его бедра, не позволяя шевелиться, и продолжает — переходит ко второму бедру, поднимается выше, берет член омеги в рот и начинает медленно облизывать. Это словно изощренная пытка. Хочется быстрее, хочется сильнее, хочется до конца. — Чонгук, быстрее, пожалуйста, — стонет омега. — Нет, — альфа смотрит снизу вверх на Тэхёна, не останавливаясь, и не разрывая зрительного контакта. Движения все такие же медленные, но до безумия глубокие. — Чонгук, это слишком, — омега пытается вырваться. Альфа сильнее впивается руками в бедра, и начинает ещё глубже вбирать ртом член. Из груди вырывается глухое рычание, которое вибрацией отдаётся и омеге. Тэхён кончает с громким протяжным стоном. Чонгук отрывается и возвращается к губам Тэхёна, облизываясь, словно большой довольный кот. — Ты говоришь «слишком», а ведь мы только начали, — чувственно целует нежные губы. Одной рукой сжимает твёрдый сосок, пока другой начинает медленно разрабатывать кольцо тугих мышц. — У тебя есть предпочтения, как ты хочешь? — Я люблю быть сверху. — Как интересно, — внутри пальцами аккуратно оглаживает нежные стенки. — Тэхён, ты такая пошлая сучка, и мне так это нравится, — скалится альфа, а у самого от возбуждения показываются клыки. — Только для тебя, папочка, — Чонгук подхватывает Тэхёна под талию и в очередной раз меняет их местами. Тэхён не медлит, сразу садится на всю длину альфы. По комнате разлетается единый стон. — Вот так, да, мой хороший, — Чонгук слегка бьёт по ягодице Тэхёна, который начинает набирать бешеный темп. Тэхён кричит во весь голос, ему безумно хорошо. Первый раз, чтобы так идеально. Идеально каждое движение, каждый поцелуй, прикосновение и запах. Смесь древесного аромата и полевых цветов, кажется, заполонила каждую клеточку тела, отпечатываясь на уровне ДНК. Чонгук прижимает Тэхёна к своей груди, руками оплетая спину и голову, начинает сам совершать до безумия резкие и быстрые толчки. Тэхён забывает, как дышать, еле удерживая себя в сознании от подобной стимуляции. Через несколько минут они кончают одновременно. — Как ты? — гладит, все ещё лежащего на нем, Тэхёна. — Не чувствую тела, а так хорошо, — омега лениво целует грудь альфы. — А ты? — Примерно так же, — Чонгук нежно перебирает запутанные чёрные пряди омеги. — Пропустишь меня первого в ванную? — лежит на крепкой мужской груди и наслаждается происходящим между ними. — Конечно, — целует в макушку, — а я пока поменяю постельное. — Ты идеальный, знаешь? — встает, напоследок целует альфу в щеку и уходит в ванную. — Это ты идеальный, Тэхён, — говорит Чонгук, не медля, в ответ. Спустя время, ложатся в чистую прохладную постель, крепко переплетаясь и душой, и телом. Засыпают в объятиях друг друга, навсегда сохраняя в сердце этот волшебный день. Тэхён просыпается довольно поздно, первым делом ощупывает постель около себя. Пусто. Чонгук уже, видимо, проснулся. Встаёт, берет первую попавшуюся футболку альфы, надевает на себя, глубоко вдыхая такой уже родной аромат. Выходит на кухню, здесь тоже пусто. В любой другой ситуации, Тэхён бы уже начал нервничать, но только не сейчас, не с этим человеком. Смотрит вокруг, и видит прикрепленную записку, с безумно кривым почерком. Тэхён усмехается, сразу понятно, что врач писал.

«Доброе утро! Я скоро приду, не теряй меня. Люблю, целую.»

Омега проводит пальцами по последним словам, и сердце наполняется теплом. Тэхён тоже. Тоже любит. Раздаётся звук открывающейся входной двери, а через несколько секунд, Тэхёна со спины заключают в сильные бережные объятия. — Это тебе, — Чонгук целует заднюю поверхность шеи, протягивая букет из жёлтых подсолнухов. Тэхён откидывает голову на плечо, подставляя ещё больше мест для поцелуев. — И это тоже тебе, — ставит на стол большой шоколадный торт, не отвлекаясь от самого главного занятия. Тэхён разворачивается в его руках и шёпотом, смотря в глаза альфе, произносит такие важные для него слова: — Я люблю тебя, Чонгук. — И я люблю тебя. Ты моё солнце, Тэхён, — прижимает к себе и нежно целует.