– II –
28 ноября 2023 г., 17:19
Toby Mai — ANGEL
Белая махровая ткань полотенца, подобно нежному шёлку скользнув по бёдрам, упала к щиколоткам. Чонгук бросил заинтересованный взгляд на пах директора Кима и, глубоко вдохнув, замер. — Вау! — произнёс на выдохе, оценив внушительные габариты члена, который, судя по ауре директора, должен был войти в его зад, и вновь посмотрел в блестящие желанием глаза чуть выше уровня своих, напротив. Ким лишь ухмыльнулся подобному проявлению восторга в свою сторону и, уложив руку Чонгуку на плечо, мягко надавил. Чон без слов понял, чего от него ждали. Он и сам этого хотел. Опустившись на колени, судорожно выдохнул на крепко стоящую плоть и трепетно коснулся наружных сторон бёдер директора. Член того был красивый и аккуратный, пах — гладко выбритый и отдавал ароматом геля для душа с нотками ванильного кофе. Один щелчок кончиком языка по уздечке, и колени директора дрогнули. Его властная рука опустилась на голову Чонгука, а пальцы с напором вплелись в шоколадно-пепельные локоны и слегка сжали. Чонгук ахнул, обдав жаром дыхания головку. Ким без промедления воспользовался этим моментом и толкнулся в приоткрытый рот, а затем сдавленно промычал, когда в мягкую кожу его бёдер упёрлись короткие ноготки. Чонгук опешил, но, услышав сладкие стоны, доносившиеся сверху, прикрыл глаза и поддался давлению чужой руки, которой, ненадолго замерев после первого толчка, вновь потянули за волосы. — Смотри на меня, — пророкотал Тэхён, но Чонгук не отреагировал. — Слышал, что я сказал? — по щеке слегка хлопнули ладонью, отчего в тесных джинсах болезненно дёрнулся член. Чонгук слышал, у него никогда не было проблем со слухом, но что он мог поделать, если строгий тон голоса директора возбуждал? Если бы он мог ответить, то миллион раз простонал бы безусловное «Да». — Руки за спину, не царапайся. Мне это не по душе, — голос был восхитительно мягким и тихим, но требовательным. Чонгук охотно отдавал себя во власть сильных рук, которыми подталкивали его голову к паху, и утопал в дуэте обоюдных стонов, сопровождавшихся ритмичным хлюпаньем слюны между его подбородком и гладко выбритой мошонкой директора. — Какой послушный. Думаешь, ты заслужил похвалу? — склонившись над податливым Чонгуком, Тэхён ускорил темп. — Хочешь принять в награду всё до последней капли? — Чонгук радостно промычал. — Моргни дважды, если «да», — и тот моргнул. Ким вогнал свой член до упора и приказал стонать, чтобы вибрации горла Чонгука довели его до предела, а затем стал медленно вынимать плоть из глотки, пока его сперма порционно заполняла жаркую полость рта. Чонгук не мог спокойно смотреть на чужое наслаждение, так хотелось вновь коснуться кожи директора, показать свою страсть, раз не имел возможности говорить. Но желание быть похваленным и поощрённым вынуждало держать себя в руках и терпеливо ждать. — Глотай, — приказал тот, выдавив остатки спермы ему на язык. Чонгук послушался, но лишь наполовину. Подхватившись на ноги, он прижал директора к ближайшей стене и впился в привлекательные губы, ощутив непреодолимое желание поделиться сладостью, которой тот его одарил. Застигнув его врасплох, Чонгук прилично долго орудовал в чужом рту, тёрся брюками о пах и нетерпеливо крутил соски в попытке сильнее сбить с толку. Однако, несмотря на всё то удовольствие, что Чонгук доставлял Киму своими неожиданными действиями, тот оттолкнул его. — Раздевайся! — голос был тихий, но твердый, как и его член, на который Чонгук не мог не смотреть. Он безоговорочно принялся выполнять приказ, при этом зачарованно разглядывая идеально красивые изгибы атлетичного тела, на котором неподвижно застыли хаотичные мазки теней от света напольного светильника. — А теперь в душ, — Ким подобрал своё полотенце с пола и бросил Чонгуку. Тот притянул ткань к лицу и с наслаждением втянул носом его запах: крепкого кофе и чувственной ванили. Похоже, директор подобного не ожидал, что выдавала его вскинутая кверху бровь и кривая ухмылка. Откуда он мог знать, что Чонгук никогда не вытирался после душа? Наскоро намылившись тем самым ванильно-кофейным гелем, он особенно тщательно потёр причинные места и думал только о том, что должно было произойти. Мысль о предстоящей потере своей жопной девственности с таким божественным мужиком и пугала, и заводила. Он любил властных мужчин, но никогда прежде его любовники не претендовали на его драгоценное сокровище. Да и не встречал он ещё тех, под кого самому бы захотелось лечь. Только мечтал. Поэтому Чонгук боялся опозориться. Такие, как директор Ким не предлагают дважды — Чонгук почему-то был в этом уверен. Он даже раздражать его лишний раз не хотел, поэтому постарался надолго не задерживаться под душем. Полностью проигнорировав полотенце, которое директор Ким ему бросил, Чонгук вышел из ванной, и внезапно случился трындец, звездец и армагедец! Рот нараспашку, слюна закапала, а на лице — чистейший ахуй. А почему? А потому что там, где раньше стоял серый диван, теперь было настоящее ложе, застеленное белоснежным постельным бельём, на котором, уложив ногу на ногу, сидел не тот брутальный, строгий и благовоспитанный директор Ким, которого Чонгук привык видеть в офисе, а самая настоящая кокетка. Короткая юбка чёрного цвета с бархатным подъюбником кроваво-бордового цвета, края которой чуть выступали из-под плиссиронанной кожи, едва прикрывала бёдра и скорее служила аксессуаром, нежели предметом одежды. Чёрные узкие ремешки из кожи на торсе и груди формировали лиф и крепились чуть ниже пупка на поясе с подвязками. Красные чулки в крупную сеточку очерчивали каждый изгиб его изящных лодыжек, спортивных, высушенных икр и соблазнительно острых коленей. Директор показался Чонгуку фривольным и даже немного вульгарным в своей позе и манере держаться, оттого ещё более потрясающим. Волосы директора уже подсохли и подвивались на концах. Он зачесал их назад, открыв лоб и пылающий взгляд. А открытая кожа в свете лампы казалась мёдом, тягучим и сладким. Он даже смотрел иначе: заигрывающе и чертовски непристойно, вводя Чонгука в смятение. Член того дёргался почти в такт сглатываниям, что удавались с трудом. Чонгук сделал шаг, но его остановили. — На четвереньки и ползи, — до чего его голос был гипнотический… — Да, директор, — на автомате произнёс обнажённый Чонгук и тут же опустился на пол. Не спеша перебирая «лапами», он подползал к директору. Тот опустил ногу и развёл обе в стороны. У Кима снова стоял. Без всяких слов и прелюдий он вновь был возбуждён. Эрегированный член был поднят к животу и прижимал коротенькую юбку. — Директор Ким? — мягко говоря, удивлённо посмотрел Чонгук, усевшись на пятки около его ног. — Зови меня Господин Тэхён, — перебил директор. Чонгуку это, должно быть, снилось. Чулки, юбка, да ещё и портупея на подкачанном теле… Господин Тэхён из его любимой манхвы вышел? Он точно настоящий? — Господин Тэхён? Откуда Вы?.. Тэхён мягко рассмеялся и, нагнувшись, ладонью коснулся его скулы, Чонгук тут же прикрыл глаза от тепла на коже — точно настоящий. — Неудивительно, что ты меня не помнишь, — начал Тэхён. — Когда ты рассказывал своему приятелю в баре о вкусовых предпочтениях, ты был сильно пьян. Но я запомнил каждое слово. — Я рассказывал кому-то о том, что я гей? — испугался Чон. Приятелей у него не было: либо любовники, либо бывшие любовники. — Что удивительно — нет. Даже в состоянии нестояния ты был осторожен. Вместо «моя девушка» или «мой парень» ты выбирал «вторая половинка», «мой человек» и так далее. Так я и понял, что ты… — Очешуеть! Вы Шерлок Холмс, директор, — показал большой палец и восхищённо улыбнулся. — Господин Тэхён, — строго перебил тот. — И сегодня я больше предпочитаю быть Габриэле д’Аннунцио, нежели детективом. Чонгук был без малейшего понятия, кто это, но итальянский так шёл языку Тэхёна. Просто идеально. Но дабы сменить русло разговора и всё-таки вернуться к животрепещущей теме, он припал губами к левому колену, опасливо посмотрев на него, как бы убеждаясь, что ему позволяют так сделать, и, не увидев протеста, повёл ими по внутренней стороне бедра к паху, только в тот момент заметив за резинкой чулка какой-то тюбик. Тэхён упёрся в кровать обеими руками позади себя и запрокинул голову назад. А затем Чонгук ощутил на своей груди легкое касание пальцев его ноги. Оттолкнув его назад, Тэхён изящно перевернулся на живот, а затем, отставив зад, чуть прогнулся и плавным мелодичным голосом произнёс: — Как насчет отлизать нашу директорскую жопу? — припомнил недавний протест, призывно вильнув задом. — Как прикажете, господин Тэхён, — с энтузиазмом выпалил Чонгук и мазнул языком по промежности, едва задев колечко сфинктера. Оно тут же сжалось, и Чонгук, устроив ладони на округлых ягодицах, всем лицом прильнул между раздвинутых половинок. А после ощутил руку на своём затылке и слабое давление. Сминая ладонями ягодицы и бока, он буквально впивался в его зад, вылизывая и проникая языком внутрь тугого кольца. Сдержанное мычание, перешедшее в раскованные стоны ласкало Чонгуку уши и обдавало низ живота приятным, скручивающим теплом. Рука в волосах толкала затылок более настойчиво. И Чонгук с удовольствием вжимался в чужой зад всем лицом, не прекращая оглаживать раскрытыми ладонями упругие бока с выпирающими рёбрами. Возможно, своими грубыми действиями он причинял Тэхёну боль, но страсть застилала разум, оглушая и ослепляя. Лишь когда хватка на затылке ослабла, Чонгук отстранился от манящего директорского зада, который был, кстати говоря, весьма хорош и достаточно растянут заранее. Но Чонгук не мог удержаться от желания проникнуть в него. Всё ещё удерживая одной рукой чуть оттянутую в сторону ягодицу, он стал массировать анус средним пальцем, не глубоко проникая внутрь. Тэхён отвечал, водил бёдрами и нетерпеливо насаживался, вскрикивая и вздрагивая каждый раз, как Чонгук доставал до простаты. Вскоре он добавил и второй палец, ощутив невероятную власть над телом возбужденного и разнеженного страстными ласками господина Тэхёна. — Достаточно, — сорванно на выдохе прошептал тот. — Моя очередь. Изящно развернувшись, он потянул Чонгука к себе на кровать и, уложив спиной на простынь, стал спускаться к паху мягкими и долгими поцелуями по телу. — Ты такой красивый, когда послушный, — шептал Тэхён, пока Чонгук сминал пальцами простынь и дрожал осиновым листом. — Твоё мокрое тело меня возбуждает, — слизывал каждую капельку не высохшей воды с его тела. — И ты вкусно целуешься. Щеки Чонгука мгновенно загорелись от такой щедрой похвалы. Поцелуи Тэхёна ласкали, щекотали и жалили. При каждом прикосновении живот скручивало возбуждением и трепетом. Его вот-вот должны были трахнуть. Было страшно, но хотелось… — А можно поконкретнее, где именно, — Чонгук и сам поверить не мог, что смог произнести это вслух, отчего тело пробрала новая волна дрожи. — Раз уж на то пошло, — выгнул бровь Тэхён и, с ухмылкой посмотрев, добавил: — Везде. И повёл кончиком языка по блядской дорожке от пупка прямо к блестящей головке ровного, аккуратного члена. Ни секунды не медля, он взял его в руку и опустился губами сразу на половину, заставив Чонгука закрыть глаза и прикусить губу. Поднялся и опустился на плоть снова, втянув щёки и создав вакуум, отчего Чонгук коротко промычал и выгнул спину. Продолжительное воздержание вот-вот грозилось быть оконченным. Рот Тэхёна был слишком хорош, Чонгук еле держался. Жар густым потоком приливал к паху и конечностям. — Агх, господин Тэхён, — потерявшись в ощущениях, простонал Чонгук. — Приятно, — предпринял попытку толкнуться в чужой рот, но Тэхён не позволил. Тот двигался осторожно и медленно, изредка отрываясь от процесса и просто любуясь красивым членом, отчего Чонгук сходил с ума от смущения. Слушать причмокивания губ директора на своём члене в тишине было неловко. — Господин Тэхён, — сглотнул, чтобы смочить пересохший от тяжелого и частого дыхания рот, — не смотрите на меня так, прошу, — но тот его будто не слышал. Мягко лизал и немного грубо заглатывал. — Господи, так же помереть можно. На это Тэхён лишь усмехнулся и подбросил его колени вверх, чтобы подобраться к анусу. У Чонгука дыхание перехватило, когда он ощутил горячее дыхание на своей промежности, а после — язык. Ощущение было для него новым, оттого пугающим, но только вначале. Приятное щекотание и тепло от чужого дыхания и языка заставляло Чонгука стонать в голос. Помимо своих ощущений он видел, как хорошо и приятно Тэхёну. Тот сам заводился и стонал, пока вылизывал его. Тэхён определённо целовался лучше — Чонгук так думал, утопая в наслаждении, что дарил ему выносливый и ненасытный язык. — Господин Тэхён, пожалуйста… — хныкал он, ёрзая на постели и мысленно умоляя уже войти в себя. И Тэхён оторвался от своего дела, но лишь для того, чтобы коснуться сочных губ Чонгука. — Что «пожалуйста»? — переспросил он, оборвав натянутую между ними нить слюны. — Я хочу кончить, — прошептал прямо в губы. — Я тоже, — так же тихо ответил Тэхён. Чонгук обвил его шею руками и вновь притянул к себе, чтобы впиться в припухшие губы, затем перешёл ниже и в нетерпеливом стоне добавил: — Господин Тэхён, вы пахнете так, что я не могу оторваться от вашей кожи. — Мы пахнем одинаково, Чонгук, — директор впервые назвал его по имени. Это оказалось поразительно приятно. — И ради бога, перестань выкать, — насильно вырвался из цепких рук и, оседлав его бедра, добавил: — Начни уже тыкать, в конце концов. Он обхватил член Чонгука и направил его головку между своих ягодиц. Прокатился промежностью по стволу один, два и ещё несколько раз, оставляя на его торсе прозрачный след проступившего предэякулята на собственном члене, прежде чем потянуться к тюбику смазки. Так вот что было под резинкой чулка?.. Тэхён выдавил немного на пальцы, а затем смазал головку члена Чонгуку. Тэхён красивый, прекрасно сложенный мужчина и он весь был только для Чонгука. Чонгуку нравилось в нём всё: как топорщились ремешки портупеи на его гладкой, подкачанной груди и юбка, которая подрагивала на его члене; как тот сдувал выбившиеся пряди волос с влажного лба. Он с жадностью наблюдал за каждым его движением, мысленно исходя слюной и умирая от восторга. Однако то, что Тэхён делал не складывалось с его ожиданиями. — Но я думал, что… — заикаясь от холода на своём органе и смущаясь того, что хотел спросить, Чонгук приподнялся и перехватил руку Тэхёна, вымазанную в смазке. — Что вы меня это… То есть… — Ты думал, я тебя возьму? — усмехнулся тот в ответ и продолжил размазывать ароматный гель по своей промежности и члену Чонгука. — Я именно это сейчас и делаю. Так что мы ещё посмотрим, кому покажется мало. Ну же, Чонгук, ты же пришёл меня поздравить, так поздравляй, как следует, чтобы начальство осталось довольно! Слышишь меня? — он сжал в кулаки постельное белье рядом с собой, чтобы вытереть руки от смазки, и стал направлять головку к своему сфинктеру. Но Чонгук решил перенять инициативу на себя. Ловко перекатив Тэхёна на спину, он вновь поцеловал его и, отстраняясь, слегка прикусил губу. Раз уж господин Тэхён желал быть отхэппибёзденным как следует, Чонгук должен был проявить себя и выслужиться перед начальством по всем фронтам. Благо, два из них были уже оценены и похвалены. Оставался последний — самый ответственный. — Хотите, чтобы я вас взял, господин Тэхён? Придётся попросить, — усмехнулся прямо в губы и прильнул к крепкой груди, лаская губами сперва кожу, а затем соски, которые у господина Тэхёна оказались весьма чувствительны. Стоило Чонгуку коснуться одного из них, как пальцы на ногах того тут же поджались, а колени развелись ещё шире, опрокидывая полы юбки на живот. Губами терзая один сосок, с другим игрался пальцами, тёрся о член Тэхёна впадинкой между своих грудей и тайно ликовал от того, что тот жмурился от стимуляций, стонал и мычал от удовольствия, ёрзал на постели в нетерпении и попытке коснуться промежностью члена Чонгука. — Просто попросите, — шепнул Чонгук ему на ухо и, дразня, упёрся членом в анус. Тэхён заскулил и дернулся резко вниз, но скользкая головка прокатилась по промежности. Чонгук и сам был в нетерпении, но так хотелось услышать, как этот строгий директор отчаянно просит. — Чон-мать-твою-Чонгук, я тебе выговор влеплю, если ты меня сейчас же не трахнешь! — приказным тоном тихо прорычал Тэхён. Но Чонгук на это только посмеялся, продолжив издеваться и тереться членом у него между ног, и целовал, целовал, целовал. А Тэхён отвечал, тянулся к нему и злился от того, что Чонгук своевольничал, да к тому же ещё и откровенно насмехался. — Я очень хочу вас трахнуть, директор Ким, но вы должны попросить, — обдавал жаром дыхания шею. — Пожалуйста, попросите, мне сложно терпеть. — Если ты сейчас же не возьмешь меня, останешься без работы! — всё тем же тоном проговорил Тэхён. Чонгук же знал, кто такой Ким Тэхён, но лелеял надежду на доминирование. Не сработало. Не с ним. Но Чонгуку это и нравилось. Он любил дерзких и непослушных. — Убедительно, — согласился он. — Где у вас тут резинки? — Верхний ящик, — Тэхён указал пальцем на тумбочку рядом с диваном. Чонгук быстро нашёл нужный квадратик. С первого раза, ловко разорвал зубами фольгированный пакетик и, пожирая Тэхёна взглядом нетерпеливо раскатал презерватив по длине члена. — Давай уже, — Тэхён был так же нетерпелив. Чонгук дополнительно смазал головку и сразу на половину вошёл в Тэхёна. Тот несдержанно вскрикнул, тут же накрыв рот рукой и округлив глаза. — Больно? — испугался Чонгук и тут же вышел. — Чуть-чуть, — глаза Тэхёна заблестели. — Прости, — навис над его лицом, внимательно наблюдая. И Тэхён даже не осёк его за фамильярность. — Прости, я поторопился. Сейчас болит? — Нет, продолжай, — Тэхён тоже смотрел на Чонгука и в голосе его уже не было той стали. — Уверен? — Мгм, — кивнул и подтянул к себе колени Тэхён, а затем добавил тихое-тихое: «Пожалуйста». Чонгук чуть не одурел от счастья. Он взял вторую подушку возле головы Тэхёна и подложил её под ягодицы того, затем добавил лубриканта себе и ему, трепетно смазав разработанное кольцо мышц, и сделал повторную попытку войти, только теперь нежнее и медленнее. Тэхён шумно вобрал в легкие воздух, когда Чонгук проник в него. В тусклом свете напольного светильника тот видел, как ему хорошо и приятно. Тэхён закрыл глаза и на каждом осторожном толчке делал глубокие вдохи, которые перетекали в яркие стоны по мере того, как Чонгук массировал его простату. Чонгуку нравилось ощущать головкой это небольшое уплотнение внутри у Тэхёна. Он и видел, и чувствовал, насколько тому хорошо. Этот потрясающий мужчина под ним не скрывал своего наслаждения, стонал и выгибался, поджимая пальцы на ногах. — Чонгук, — простонал на выдохе Тэхён. Как же восхитительно из его уст звучало это имя. — Чонгук, я скоро… Чонгук знал, он головкой ощутил, как немного набух узелок, увеличившись за считанные секунды, и ускорил темп, чтобы кончить с Тэхёном одновременно. — О да, я чувствую, — задыхаясь, выдохнул Чонгук и отклонился немного назад, чтобы член заходил под нужным углом и ещё ощутимее бил по простате. — Яххммм, — проскулил Тэхён, шумно и со сладким стоном, а после замер первым, долго кончая себе на живот и пачкая мутными белёсыми каплями юбку. А за ним практически сразу — Чонгук, согнувшись и ощутив, словно микроудары током, пульсирующие импульсы в члене и мышцах вокруг. Без сил свалившись рядом, Чонгук немного отдышался и, выхватив подушку из-под директорского зада, кинул её себе под голову. Повернувшись, заметил — Тэхён на него смотрел. Чонгук заглянул в его уставшие, искрящиеся удовлетворённостью глаза и улыбнулся, осознав, что ему действительно нравился директор, он весь от черноволосой макушки до милого мизинчика на ноге, который выглядывал из квадратика сетки. Ремешки портупеи липли к разгорячённой, влажной коже, а на бордовом подъюбнике красовался интересный узор. Жидкое семя дрожало на его животе в такт сердцебиению, а заметив, что Чонгук смотрел, Тэхён тут же накрылся одеялом и всё стёр. — Можешь принять душ перед уходом, — коротко бросил он и встал с кровати. — И это всё? — недоумённо спросил Чонгук, поднявшись на локтях. — А чего ты хотел? — усмехнулся тот и скрылся в другой комнате, плотно закрыв за собой дверь, которую Чонгук сразу не замел, когда входил, а потом и не до этого было. Чонгука переполняло негодование. Он даже ничего ответить не успел. Его, блять, что, использовали сейчас? Или что, этот камешек думал — Чонгук его подарок на разок? Нифига! Чон никуда не собирался уходить. Он решил дождаться, когда Его ебучее Величество выйдет из той комнаты, и тогда он всё-всё выскажет. Но, прождав без малого час и потеряв всякое терпение, Чонгук ворвался в комнату, где скрылся Тэхён, но обнаружил, что тот уже сладко спал на широкой кровати и уже наверняка видел не первый сон. Скорее всего, это была его комната. Чонгука туда не пригласили. И это осознание хлёстко ударило по его самолюбию. От души посмеявшись над собой и своей наивностью, он оделся и покинул чужую квартиру.________
За выходные Чонгук немного остыл. О-кей, он трахнул директора, в конце концов, не его же поимели, так что ничего страшного, что его использовали для удовлетворения собственных потребностей. У Чонгука тоже давненько не было секса, так что в выигрыше оказались оба. Однако то, что его игнорили, невозможно бесило. И в понедельник, и во вторник, и на протяжении всей недели. Но Чонгук только думал, что всё в порядке. Не слишком ли это — после всего, что произошло, делать вид, что ничего не было? — Прекрасно выглядите, директор Ким, — выкрикнул Чонгук с рабочего места, когда Тэхён в очередной раз проходил мимо офисных столов. Тот остановился и, ничего не ответив, ухмыльнулся, а затем продолжил свой путь. Через минуту Чонгуку пришло сообщение на телефон:«Уволю, ей богу!»
А следом второе:«Сегодня в 8 у меня.
Надеюсь, код не забыл».
