Увечность сердец подстреленных

Она сидела на полу И груду писем разбирала — И, как остывшую золу, Брала их в руки и бросала — Брала знакомые листы И чудно так на них глядела — Как души смотрят с высоты На ими брошенное тело... О, сколько жизни было тут, Невозвратимо-пережитой! О, сколько горестных минут, Любви и радости убитой!.. Стоял я молча в стороне И пасть готов был на колени, — И страшно-грустно стало мне, Как от присущей милой тени. 1858

***

В университете Кире было несложно учиться. Она хорошо знала предметы, поэтому на парах её почти не было слышно. В основном она тихонько сидела в ноутбуке, изучая то, что в университете ещё не проходили. Ей была интересна история. Кира глубоко погружалась в неё, мечтая знать о ней всё, что только возможно. Каждый день она проводила часы, листая страницы виртуальных библиотек и погружаясь в архивные карты, оставшиеся от предыдущих эпох. В её голове складывались образные панорамы сущностей, которые когда-то бродили по земле. Особенно увлекала её история средневековой Европы, где каждый замок хранил тайны, а каждая битва имела своё значение. — И именно установление республиканской формы правления – стало основным итогом французской революции. — закончил преподаватель, а затем сказал, что будет экзамен. Кира быстрее всех справилась с работой, после чего, получив зачёт, отправилась в гардероб. Она надела кофту, ведь несмотря на лето, вечером ветер на улице давал о себе знать. — Кира? — неожиданный голос позади заставил её повернуться. Перед ней показалася знакомый образ. — Денис..? — неуверенно сказала девушка, взволнованно оглядевшись по сторонам. — Я очень рад тебя видеть! Сегодня заметил тебя на паре.. Ты тоже поступила на юрфак? — радостно спросил парень. — Да.. Я тоже рада тебя видеть.. — скромно произнесла голубоглазая. Кира ловила себя на мысли – что общение с Денисом – плохая идея. Воспоминания о прошлом заставили родиться тревоге во всём теле, и она поскорее захотела уединиться в прогулке по городу. — Прости, мне нужно идти, у меня встреча с подругой.. Не могу её пропустить.. — вежливо оповестила Кира, уводя локон за ухо. — Ладно, тогда до встречи! Очень рад.. Что.. Мы.. С тобой.. В одном.. Университете. Хаха.. — улыбчиво произнёс Денис. — Пока. — взаимно улыбнулась Кира, после чего отправилась на улицу. Гуляя по вечерней Москве, Кира ощущала, как город окутывает её своими огнями и шумом. Она старалась отвлечься от мыслей, которые не давали ей покоя. Но в её сердце все ещё гулял страх. Она пыталась забыть обо всём, но каждый уголок города напоминал ей о прошлом и о том, через что ещё ей предстоит пройти. Она снова думала о том, что в чем-то виновата и за это её должны наказать. Кира шла по улицам, пытаясь найти хоть какой-то покой и умиротворение. Но вечерняя Москва была слишком живой и наполненной энергией. Не находя другого выбора, она присела на скамейку, и написала Жене. — Привет.. Как дела? Что делаешь? Как всегда, ответа не пришлось долго ждать. — Привет, Кири) Всё оки. Вот хотела пойти погулять. Кстати, хотела тебе только что написать.)))) — Тогда может встретимся? Я бы хотела с тобой поговорить.. Выпьем кофе? — Уже лечу. После переписки с Женей, Кира почувствовала тепло во всём теле. Подруга всегда поддерживала её, и почему-то, с Женей никогда не было страшно. Через полчаса подруги уже сидели в кофейне. Они даже успели купить пачку сигарет. Кира улыбалась и смеялась, так же, как и Женя. — Прикинь, я ему потом сказала: " Собирай свои вещи и пиздуй через окно. " Ахахах. — прошептала рыжеволосая, запивая смех горячим напитком. — Прям так и сказала? — удивленно и радостно переспросила Кира, помешивая глинтвейн трубочкой. — Да.. Ахах. Ну и короче он собрал свой ранец и уехал к маме. И в ту ночь я наконец спокойно лежала на кровати, радуясь тому, что послала его. — Хах.. Забавно.. — улыбнулась Кира, но её улыбку сбил звук сообщения на телефоне. Голубоглазая посмотрела в телефон, и поняв, что сообщение от Вадима, начала немного нервничать. Дрожащими пальцами она открыла чат и прочитала его слова. — Это твой мент? — раздражённо спросила рыжеволосая. — Он спросил где я.. — Скажи что в универе задерживаешься. — Нет.. Он поймёт, что я вру. — Кира написала партнеру, что прогуливается по городу, после чего отложила телефон. — Да.. По-моему ему доставляет кайф тебя контролировать. — заподозрила подруга, глотая напиток. Кира на секунду замолчала, и хорошо обдумав разговор про новую встречу с Денисом, решила ничего об этом не говорить и вообще не поднимать эту тему. — Ладно.. Мне пора.. Надо домой. — устало произнесла она, допивая напиток. — Ну конечно.. А то у твоего Вадима истерика начнется. — буркнула Женя. — Да нет.. Я просто сегодня очень устала.. Сама понимаешь – уник – сложная штука. — Не хочу понимать.. Мне в колледже нравится. — Ну да.. — кивнула голубоглазая. Девушки ещё немного прогулялись, после чего попрощались и Кира отправилась домой. По дороге она вспоминала о смехе и радостных моментах, разделённых с подругами. Улицы были укутаны вечерним светом, и каждый шаг отдавался лёгким эхом её мыслей. Но когда Кира вспомнила, что её дома ждёт, вероятно, разговор с Вадимом, ей снова стало страшно. Сердце колотилось, как будто предвещая бурю и накаляя атмосферу вокруг. Она попыталась отвлечься, но мысли о том, что ожидает её в дома, не покидали головы. Какой будет его взгляд, когда она пересечёт порог? Стоя в лифте, она глянула на время. На часах горели стрелки десяти часов, что её заставило волноваться. Она тихонько зашла в квартиру, где её ожидал Вадим. — Привет. — негромко поздоровался он, стоя облокотившись на стену. — Привет. — взаимно ответила Кира, снимая конверсы. — С кем гуляла? — поинтересовался мужчина, медленно подходя к подопечной. — Одна.. Я устала после университета и решила подышать воздухом. Девушка заметила, как кисть майора ныряет в карман её кофты и достаёт из него две оставшиеся сигареты. Киру сразу окутал страх, и она сделала маленький шаг назад, слегка вжавшись в стену. Каждый её инстинкт кричал о том, что этот момент не сулит ничего хорошего — Ты знаешь, — Тихо произнес Вадим, каждой буквой подчеркивая угрозу, — эти сигареты могут спалить не только твои легкие. Кира чувствовала, что в этой тираде заключено больше, чем просто замечание. В глубине души она понимала, что он не шутит и не играет. Сигареты между пальцами майора слегка покачивались, и он, казалось, раздумывал, прежде чем что-то сказать. Его глаза глубоко изучали её, будто искали ту тёмную тайну, которую она бережно скрывала внутри. — Ничему тебя жизнь не учит. — негромко констатировал он, швырнув две белые палочки на тумбочку. — Ну-ка, ну-ка, — он взял девушку за подбородок, заставив смотреть себе в глаза — Почему от тебя пахнет спиртным? Ты пила? — спокойно спросил он. Кира замялась, её взгляд метался, искал спасения в углах комнаты, как будто в каждом из них прятался ответ. В воздухе повисло молчание, слишком тяжёлое для легковесного обсуждения. Она не отвечала, лишь тихо шевелила губами, словно пытаясь найти слова, способные разрушить этот гнетущий момент. — Ну, скажи мне правду, — продолжал он, его голос стал чуть мягче, но в нём всё ещё звенела та нота, которая несла тревогу в душу девочки. — Я выпила глинтвейн.. алкогольный.. — тихо призналась голубоглазая, потихоньку начиная выставлять руки на грудь мужчины. — Ясно.. – тихо произнес сероглазый. – Так ты ответишь мне, с кем гуляла? — обратив внимание на руки подопечной, спросил Вадим. — Ни с кем.. Я же сказала, что одна.. — негромко повторила Кира, в тоне которой читались подступающие слёзы. Майор подозрительно посмотрел на неё. — Ладно. – легко вздохнул Вадим, продолжая поражать девушку непонятным взглядом. — Я хочу лечь спать.. — тихо оповестила голубоглазая. — Ложись. — отрезал мужчина, после чего дал ей пройти. Кира сделала два шага вперёд, но майор снова преградил ей путь. — Чтобы я больше не видел у тебя сигареты. Я вроде когда-то тебя уже предупреждал. Почему ты не слушаешься? — негромко сказал он. — Вадим.. Я уже взрослая. — тихо выпалила Кира. — Взрослая? — мужчина склонился к лицу подопечной. — Давай не будем забывать, что тебе ещё семнадцать. Откуда у тебя табак? Может потому что ты гуляла не одна? И этот кто-то уже достиг возраста восемнадцати лет, чтобы свободно покупать сигареты. — без капель эмоций сказал он, опровергая слова девушки об одинокой прогулке. Кира сглотнула подступающий к горлу ком, стараясь не впадать в панику, поскольку ей начало казаться, что от былого доброго Вадима не осталось ни следа. Его глаза, когда-то имевшие жизнь, теперь казались пустыми, холодными, как стекло. Он стоял, близко к девочке, с безразличием, будто весь мир вокруг него распадался на куски, и это его не волновало. Сердце Киры колотилось в груди, словно хотело вырваться наружу. — Прости, я больше не буду. — тихо извинилась она. Вадим наконец обратил внимание на состояние Киры, и поняв, что она вот-вот заплачет, решил сдержать свои эмоции и не злиться. — Ладно.. Котёнок.. Давай больше не будем об этом. — негромко сказал он, после чего нежно обнял девушку. Но на его объятия Кира отреагировала резко. Она быстро проскользнула мимо него, и не поднимая взгляда, негромко и быстро произнесла: " Я пойду спать. "

***

Вадим сидел на диване, с мыслью о том, что все-таки хочет выпить. Он медленно вздохнул, после чего взял рюмку и плеснул в нее ледяной водки. Мужчина снова присел на диван, начиная рассматривать алкоголь. Прозрачный. Пустой. Неприятно пахнущий. За две минуты майор успел потерять интерес к водке, и подойдя к мраморной раковине, одним движением кисти вылил содержимое рюмки. С тихим звуком спиртное ушло в слив. Вадим вернулся в гостиную, и налив в новый бокал крепкого виски, уставился в панораму. Город жил своим чередом. За счёт маленьких огоньков в окнах небоскрёбов было светло, несмотря на черноту в небе. Одним махом Демидов выпил содержимое стеклянного стакана, после чего вернул его на мраморный хрупкий стол, будучи пустым. Он задумчиво посмотрел на свои серебряные часы, и отследив полночь, направился на второй этаж квартиры. Вадим тихо зашёл в комнату девушки, и заметив, что она спит, тихо присел на кровать. Он смотрел на её хрупкие ладони, что лежали под щекой, и не мог снова вспоминать о том, что когда применял к ней насилие. Вспышки воспоминаний, подобно молниям, разрывали тишину его раздумий, но он старался изгнать их прочь. Сердце его сжималось от угрызений совести, как будто внутри него раздирали неугасимую бурю. Он наклонился над ней, пытаясь увидеть её лицо в мягком свете луны, пробивающемся сквозь занавески. В этом мгновении, когда её дыхание было лёгким, как шёпот весеннего ветра, Вадим ощущал, что с ним происходит что-то большее, чем просто бремя памяти. Он осознал, что в его руках — нечто хрупкое и беззащитное, что требует защиты и нежности, а не унижения и страха. Вадим понимал, что страдает психическим заболеванием, и что он в принципе опасен для Киры, но не мог без неё. Он сидел на её кровати, смотря на то, как она спит, и понимал, что никогда не даст никому отобрать её. Каждый вдох, каждое лёгкое движение её губ сочеталось с внутренней борьбой, раздирающей его душу. Как бы он ни старался быть нормальным, тень своих демонов всегда следовала за ним, готовая вновь вырваться на свободу. Он знал, что мир вокруг него обладал жестокостью, способной сокрушить даже самые крепкие связи, но мысль о том, что Кира может быть в опасности, была невыносимой. В её присутствии он находил частички своего «я», которые потеряны были бы безвозвратно в бездне его страданий. Он склонился ближе, нежно коснувшись её волос, и на мгновение мир вокруг исчез. Это была его единственная любовь, его единственное спасение. – Черт.. – тихо произнес он, не зная, как быть дальше. Вадим понимал, что когда-нибудь снова потеряет контроль над своим светом, и Кира снова из-за этого может пострадать. В какой-то момент он вспомнил, что завтра у него приём с психотерапевтом. Это его немного успокоило, и он задумался о том, что должен рассказать об этом Панкратову. Вадим нежно прикоснулся губами к щеке спящей девушки. Он поправил одеяло, чтобы ей было тепло и комфортно, а затем тихо покинул спальню, не желая нарушать ее сон.