bloodxmoney

Лев и собачка

Дом богатого человека — это великолепное сооружение, которое отражает богатство и статус своего владельца. Настоящее произведение искусства, сочетающее в себе роскошь и комфорт. Именно так представлял себе жильё Данилы Руслан, и стоило ли говорить, что он не ошибся в своих догадках? Но внезапно живописные виды перекрыло высокое ограждение. Неудивительно — тот, кто привёз его сюда, явно не был доброй феей-крёстной из любимых детских сказок. Они остановились у ворот. Те автоматически открылись, будто чувствуя приближение хозяина. Для брюнета всё было непривычно; он тут же начал осматриваться, пытаясь запомнить место, в котором ему предстоит провести ближайшее время — или откуда придётся сбежать, как только он наберётся сил. Дом располагался на большом участке земли в живописном лесном массиве, окружённый ухоженными, ровно подстриженными кустарниками по периметру. Фасад был выполнен в современном стиле в коричнево-белой гамме. Архитектура здания с правильными геометрическими формами и плоской крышей состояла из множества выступающих элементов, широких навесов и панорамных окон. Минимализм — ничего лишнего. Хозяин без усилий вывернул руль и заехал на территорию. Заглушив двигатель, Кашин вышел из машины и, как истинный джентльмен, открыл дверь и подал руку брюнету. Но Рус с опаской посмотрел на протянутую ладонь и, не оценив жест, начал самостоятельно выбираться из авто, пробормотав не то «отвали», не то «я сам». Даня явно не одобрил такую дерзость. Через пару секунд юноша уже висел на его сильном плече, крепко обхваченный руками. Руслан бился, кричал, пытался освободиться, но все его попытки терпели крах. Занеся эту ходячую истерику в дом, Кашин аккуратно поставил его на пол. — Какого чёрта ты себе позволяешь? Не понимаешь по-русски, что ли? Я, конечно, знаю, что ты опасно ёбанутый, но… — хлёсткая пощёчина от тяжёлой руки осадила парня, заставив того рухнуть на тёмный паркет и вжаться ладонью в щёку. Кашин явно не был в восторге, что ему с порога, в собственном доме, выносят мозг. — Но что? Ты хотя бы, блять, понимаешь, из какой дыры я тебя вытащил? Если бы не я, тебя бы купили за три сучьих рубля и уже вовсю ебали, — бандит говорил сквозь зубы, почти переходя на крик, смотря на щуплого парня сверху вниз. Подойдя к напуганному телу, он опустился на корточки, взглянул ему в глаза и, несмотря на то, что Рус пытался закрыться, увидел — глаза Тушенцова горели, а точнее, этот огонь прикрывал звериный страх. — Ты, наверное, плохо понял меня в машине, — рыжий хрустнул костяшками пальцев и ткнул указательным в худую юношескую грудь. — Не «ты», а «вы». Не ровня ты мне, чтобы так обращаться. — Тяжело вздохнув, Кашин протянул страдальцу руку и вскинул светлые брови, предлагая помощь. Руслан, после доли секунды сомнений, поднялся сам. Неожиданно послышались шаги из коридора. В холл, откуда доносился звук, вышли парень с блондинистыми волосами и девушка в растянутой домашней футболке, с заплаканными глазами. Девчонка уставилась на рыжего и уперла руки в бёдра. — Чего орёшь, бля, Делориан? — произнесла она со смешком в голосе и шмыгнула носом. — Ю, Лиз, вы что, не спите? — увидев их, Кашин смягчился, начал скидывать с себя пальто и помогать шокированному Руслану стянуть кофту. — Время уже позднее, думал, вы спите. — Да как тут уснёшь, Дань? Новости про вас мозг ебут, — Ю подошёл ближе к рыжему и поздоровался с парнем за руку, а Лиза, плетясь за ним хвостиком, следом обняла Даниле. — В натуре, Юлик прав. Там говорят, погибших — жопой жуй. Думали, тебе пизда, ты ещё и на звонки не отвечал. Даня коротко усмехнулся и убрал верхнюю одежду в гардероб. — Ребята, вы знаете, что я всё всегда делаю чисто. — Рыжий встряхнул кистями и, вернувшись к разговору, бросил: — Че встали? Не видите — у нас новенький. Угощайте. Хозяин дома мотнул головой в сторону новой персоны. Ребята зашевелились, и в этой суматохе Кашин поймал взгляд Руслана. — Че встал? Садись, бля, расслабься. Сейчас покормим, напоим, оденем, спать уложим! Руслан, не торопясь, опустился на мягкий зелёный стул у чёрного стеклянного стола. Он чувствовал себя неловко в новой обстановке — всё было непривычно, дорого. Новый житель с интересом разглядывал интерьер и суетящихся молодых людей, пытаясь сопоставить информацию в голове. Высокий, подкачанный блондин Ю, с руками, покрытыми татуировками, в белой футболке и домашних шортах. Острые черты лица, густые брови, карие глаза — весьма симпатичный парень. Худая русая девчонка рядом с ним — Лиза. На ней чёрная, явно мужская футболка и штаны в красную клетку. Парень отметил про себя, что они были похожи — будто брат с сестрой. Началась трапеза. Все сидели за одним столом, с интересом расспрашивая Данилу о случившемся, но рыжий либо отмахивался, либо был немногословен. Внимание переключилось на брюнета, который тупил взгляд в пол. Ему кусок в горло не лез; сквозь его внешнюю собранность явно проступало нервное напряжение. — Это, кстати, как вы додумались, новый жилец. Руся. Брюнет поднял взгляд и уставился на Данилу. Видя его неуверенность, Ю решил разрядить обстановку: — Да не парься, мы с миром! — блондин похлопал юношу по плечу, и все переключились на новичка. Вопросы сыпались один за другим, беседа оживлялась. Но Тушенцов ни разу даже не рассмеялся от глупых шуток, внутри у него всё сжималось от тревоги. Вопрос о родителях заставил его замолчать, а глаза — наполниться слезами. Он сжал в руке столовый прибор. Предательская слеза скатилась по левой щеке бесшумно, но для юноши эта влага ощущалась как рваная рана. Все за столом замолчали, не убеждая, что здесь начнётся совсем другая жизнь. Никакие подбадривающие слова не успокаивали его. Он поднял голову и встретился с озадаченным, холодным взглядом хозяина дома. Среди всех только он не проронил ни единого слова. Даже вздоха. Закончив поздний ужин, Лиза с Ю остались прибирать со стола. — Эй, Делор, позаботься о Руслане, ему крепко досталось, — Лиза мило улыбнулась и получила в ответ кивок. Рыжий повёл Руслана за собой, скрываясь в лабиринте коридоров и лестниц, предварительно взяв его за запястье. — Чтобы не потерялся, — усмехнулся Кашин, смотря в отдаление коридора. Через пару минут они остановились у одной из дверей. Бандит дёрнул ручку, та легко поддалась, и он приглашающе жестом впустил парня вперед. Тот не без робости переступил порог. Закрыв дверь, старший развёл руками: — Это твоя обитель. Большая кровать, платяной шкаф, телевизор на стене, рядом с панорамным окном — стол и дверь в ванную. Скромно, но со вкусом. — Одежда в шкафу, если что. Руслан свёл брови и открыл шкаф. Там и впрямь висело много вещей, но одна привлекла его внимание. Парень вынул что-то похожее на свою старую чёрную толстовку, которую носил ещё в Питере и которую потерял в колледже, а после — больше не видел. — Откуда она у вас? — спросил он, поворачиваясь к Кашину. Тот разлёгся на кровати, подложив руки под голову, всем видом показывая, что даже эта комната принадлежит ему. — Да так, в бутике увидел, показалась прикольной, — равнодушно бросил рыжий и добавил: — Иди в душ, потом я тебе раны обработаю. Руслан, взяв под мышку чистую одежду, скрылся за дверью ванной, щёлкнув замком. Оставшись наедине с собой, он не мог отвязаться от мысли о толстовке. Мелочь, казалось бы. Но на капюшоне было такое же пятно, как и на его прошлой, — пятно крови. Тогда Руслан неудачно решил состричь торчащую нитку и, по иронии судьбы, полоснул себя по щеке. Решив не грузить голову, он отложил размышления до завтра. Брюнет повернулся к зеркалу. Его отражение выглядело поёбанным жизнью. Волосы лежали как попало, на левой скуле красовалась ссадина, которую он не помнил как получил, большая царапина на виске и синяк под глазом. Решив не заострять на внешности внимание, он разделся и встал под горячие струи воды. Натирая тело до красных пятен мочалкой с гелем, он надеялся смыть с себя всю эту грязь и боль, хотя бы внешне. И ему действительно стало немного спокойнее; вода унесла в канализацию все его тревоги, очистила, заставила чувствовать себя легче. Это чувство можно было сравнить с лёгкой эйфорией. Закончив водные процедуры, он расчесал волосы лежавшей в шкафчике расчёской, придав им привычную укладку, надел чистые вещи, а старые сложил, чтобы разобраться с ними позже. Сейчас его силы были на пределе. Глядя на своё отражение, он понял: хуже, чем было, уже не будет. От этой мысли он едва заметно улыбнулся и открыл дверь. Кашин всё так же лежал на кровати с закрытыми от усталости глазами, но, услышав звук, тут же открыл их. Руслан сел рядом. Данила, поднявшись с кровати, взял с полки средства для обработки, которые прихватил ещё на кухне, и присел на корточки перед ним. — Полегчало? — гангстер поднял на парня ласковый взгляд и чуть улыбнулся. — Хочется умереть меньше, чем некоторое время назад. Пока они оба неловко посмеялись с этой фразы, Кашин приложил вату, смоченную в каком-то растворе, к ссадине на его бедре. Рус зажмурился, зашипел, как дикая кошка, от неприятного жжения и вцепился в край пледа. Данила стал аккуратно дуть на рану, утихомиривая боль. — Больно, твою мать! — юноша взвыл, когда Кашин начал обрабатывать более глубокое повреждение на тонкой коже. — Ц, потерпи ещё чуть-чуть, — бандит был по-милому серьёзен, усердно стараясь не причинять лишней боли. Он делал всё нежно, не торопясь, постоянно интересуясь, не больно ли. И вот, обрабатывая рану на виске, им пришлось сократить дистанцию до минимума. — Почему именно я? — тихо спросил юноша. Кашин вопросительно промычал, не отрываясь от дела. — Почему… вы спасли меня? — Руслан смотрел вниз; ему до сих пор было страшно и некомфортно от непонимания происходящего. — Мы ебашили конкурентов, и… это была вынужденная мера. Ты просто приглянулся мне, личико симпатичное. Ты — мой подарок за все усилия, проще говоря. — Кашин растягивал некоторые слова, будто на ходу придумывая историю, и от его тона веяло самолюбованием. — Если не будешь творить хуйню, а будешь паинькой — значит, всё будет хорошо. Рыжий отошёл, с удовлетворением окидывая взглядом свою работу. — Другое дело, а то был как побитая шлюха! Кашин тихо усмехнулся и снова улёгся на кровать. Руслан неловко посмотрел на него, взглядом прося уйти, но рыжий явно чувствовал себя в своей тарелке. — Ложись уже, я насиловать тебя не собираюсь! — он говорил тихо и низко, а потом потянул парня за плечо, резко уложив рядом с собой. Руслана сковывал страх; его трясло так, что, казалось, сейчас спинка кровати застучит об стену. Но Данила не делал лишних движений. — Ты в безопасности. Пока тут я, тебя и пальцем, бля, никто не тронет. Бандит осыпал парня поддержкой и вниманием, давая тому успокоиться и прийти в себя. Когда брюнет наконец утих, они завели спокойный, почти исповедальный разговор. После него Руслану стало легче, но это не означало, что он смирился со своим положением. Они говорили обо всём, и ни о чем. Будто были друг для друга психологами, которых на дух не переносили. Данила уснул, за спиной Руслана, словно укрывая его от всех проблем собой. Тушенцову тоже было неожиданно комфортно; чувствуя тепло постели. До тех пор, пока в коридоре не послышались ускоренные шаги и всхлипы. Парень прислушался и понял: это была девушка. Она прикрывала рот рукой, но было слышно даже то, как её слёзы, стекая с щёк, ударялись о пол. Руслану стало не по себе. Он отчаянно хотел докопаться до сути, но отложил это до утра. Но это были проблемы уже завтрашнего Руслана.