Nature morte

Мише давно не хочется того внимания к себе, какое было раньше. Ему страшно признаваться — давно уже не хочется ничего. Хотелось первое время наладить отношения с Андреем. Тот молча выслушал, потирая красные, как сырое мясо глаза, кивнул и ясно дал понять, в каком качестве их поломанные отношения могут продолжиться. И тогда, в тринадцатом, полуживой Горшок был согласен на всё что угодно, на любые условия, лишь бы твёрдо встать на ноги. На большее Миша мог не рассчитывать с самого начала. А он, дурак, конечно, рассчитывал. Зря. Потом опять было больно. Он срывался и повторял как заведённый, что всё. Ему никто не верил. Может поэтому и выкарабкался, поперёк всех. Сейчас Миша не был бы согласен и на большее. Зачем ему это вымученное, выстраданное слезами нечто? Он не может простить Андрею жизни без него, как не может простить себя за жизнь, которая не оборвалась. Тогда бы Князь иначе запел, тогда бы он ценил.

Тогда поймёшь, кого ты потеряла!

Доказывать больше ничего и никому не имеет смысла. Мише б удержать в хлипком равновесии то, что есть. Лёха говорит, что мозгоправ не решит все его проблемы за раз, а научит с ними справляться, стать гибким — Миша с годами закостенел, все горести вросли в него как моллюски в пристань. Миша уверен, что ему уже ничего не поможет, терминальная стадия, поэтому прекращает пытаться. Отдаётся течению и плывёт. Он бродит по городу, без цели катается на трамвае по «местам былой славы», не решаясь даже выходить на таких остановках, будто его магнитом притянут неприятности. На телефон приходит уведомление. Разблокировав экран, Миша видит геометку — какой-то новомодный бар недалеко от площадки, и время — через полчаса, а он хер знает где. Заряд мигает рыжим — двадцать процентов — роскошно. Миша прикидывает, что по пробкам на такси ехать будет целый час, а на трамвае он уже промёрз до печёнок и, да, остыл. Молодые парни, не в кофейню же им было идти. Решает доехать на метро. Миша ничего не отвечает Андрею и выходит из онлайна, оставляя его в неведении. Явится дух отца Гамлета, старый король или не явится?.. Пусть гадает. Добирается он через сорок минут, чуть не заплутав в новостроях — настроение болтается удавленником в петле, но Миша его перевешивает в угол и спускается в полуподвал. Тут цивильно — первое, что отмечает он. Стягивает куртку и видит, кто-то из угла ему машет. Как есть — Андрюха. Заметил его и подзывает. Миша давит подступающую к горлу обиду. На мягких диванах по обе стороны от столика расположились актёры. Костян и Владос, перед каждым по полулитровому стакану пригубленного пива — Миша не обращает внимания и роняет себя на диван рядом с Костей — напротив Влад с Андреем, и теперь контраст между ними ещё резче бросается в глаза. По Мише видно, как он присматривается, выедая в обоих дыру со злым весельем вприкуску. На вопрос: «Что-то не так?», Миша усмехается, сбавляет обороты и подзывает официантку в кружевном фартуке и короткой юбке, образцово-показательно заказывая сок. Диалог не клеится, кажется, Миша и тут всё испортил своей пресной рожей. Остальные пьют, румянятся, а он цедит свой сок и белеет, как вражеский флаг при отступлении французской армии от пруссаков, совершенно не представляя, что он тут делает. Миша здесь, очевидно, лишний — ему не о чем с ними говорить, Князь отлично справляется с ролью шута, травит байки из молодости, располагая молодёжь. Лишает его необходимости корчиться и подбирать слова. Раньше бы Миша не отрывал от него глаз: любовался тем, как шевелятся тонкие улыбчивые губы, блестят ясные глаза. Да что там говорить — Андрюха и сейчас красивый мужик, на которого попросту невозможно смотреть, потому что Мише больно — слепит лучами былой любви. Как обожжённый, он вскакивает на ноги и почти обливает Влада пивом, хорошо, у парня реакция — он ловит затанцевавший балериной стакан. Миша поднимает руки, как бы извиняясь, и спешит в сортир, а то он не выдерживает этого издевательства. От духоты болит башка, гадко печёт в груди, и он хочет домой. Думает свалить через пятнадцать минут, сославшись на плохое самочувствие, и больше никогда не участвовать в съёмках. Херню предложил Шурик, зря Миша его послушал. Надо было делать, как уже привык, загаситься и не вылезать, а не терпеть компанию Андрюхи и актёров самих себя — сюр какой-то. В сортир заходит Владос — Миша даже не пытается сделать вид, что ему не отвратительно — и это совсем не то, что он разыгрывал в зале, поэтому тот заметно напрягается и, всё ещё неуверенный, что может лезть к чужому человеку, меняет траекторию — между писсуаром и Горшком выигрывает второй. — Михаил Юрьевич, у вас всё хорошо? Вы какой-то бледный. — И он решает, что это прекрасная возможность уйти прямо сейчас. Резче чем нужно, Миша отвечает, что у него трещит башка. Влад не смущается, спрашивает, будто нет этого сучьего тона: — Позвать Андрея? Слушайте, у меня есть таблетка ибупрофена, может быть дать вам? — Не, незачем Андрюху отвлекать на самом деле, — торопливо отвечает Миша и лезет за телефоном, который на грани издыхания — привычка не проверять перед выходом из дома мобилу однажды сыграет с ним злую шутку. — Блядь. Влад? Можешь оказать услугу и вызвать мне такси? — Конечно, без проблем. А таблетку? Миша отказывается, и Влад не наседает, только быстро выходит — за телефоном, который оставил на столике. Миша доверительно просит его ничего не говорить ни Князю, ни Косте, тот, умница, возвращается за секунду, и когда дело доходит до адреса, он протягивает телефон Мише, чтобы вбил. — Всё, Михаил Юрьевич, через пару минут приедет. — Давай, это, я тебе номер свой запишу, — благодарно кивает он, прикладывая прохладную ладонь ко лбу. В виске колотится пульс. — Зачем? — смешно удивляется Влад. Глазёнки честные, сука, но лисьи. Искренне не догадывается? Это почти трогательно, если бы Миша не знал, что он актёр. — Напишешь мне, я тебе бабки верну, зачем же ещё, ё-моё? — Да ладно вам, не нужно, — пытается Влад, но Миша уже забирает мобилу из нехотя разжавшихся пальцев. — Давай-давай, я не привык оставаться в долгу. Миша теперь всегда платит по счетам. Влад вздыхает, он явно не согласен — ему что? Сложно просто так человеку помочь? — но в спор не влезает, наверное, держит в голове, что перед ним Горшок, тот самый, который хамил журналистам и чуть что грозился откусить очки. Но это в прошлом, Мишка теперь хороший мальчик. Без царя в голове, но зато с мозгоправом! Номер Миши появляется в контактном списке Влада, и тот, как ни пытается, сдержать улыбку не может. О, да. Это ещё и тот Горшок, который выступал в «Короле и Шуте». Песни этой группы звучали из каждого утюга, пока Владос был маленьким и ходил под стол, а Миха был самым известным наркоманом в стране и ходил на тот свет. Хорошие были времена. Такси, как обещано, приезжает через пять минут. Миша коротко прощается со всеми, расплачивается за сок, украдкой подмигивает Владу под недогоняющим взглядом Князя и Костика — это теперь их секрет. Андрей вызывается проводить Мишу, но он, пятясь, несуразно машет рукой и чуть не сбивает официанта с целым подносом пива — что-то его реально духота доконала. Или эти посиделки ни о чём. Князь всё-таки поднимается на ноги, но Миша, наплевав, что со стороны его бегство выглядит позорнее некуда, срывает куртку и вылетает на улицу, будто за ним гонятся скинхеды. На душе гадко, башка пульсирует от волнения, и Миша воровато глядит по сторонам. До тех пор он чувствует себя уязвимо, пока не захлопывает дверь машины и они не трогаются с места. За окном начинает темнеть — загораются окна домов, витрины, вывески, и Миша прикрывает глаза до самой квартиры — таксист попадается молчаливый, как рыба, и он благодарит высшие силы за это. Уже дома Миша ставит телефон на зарядку и скрывается в ванной. Нервотрёпка нервотрёпкой, а таблетки пить по расписанию.

⚜️

Старость — это когда вчера не бухал, а похмелье всё равно есть. Миша тянется за телефоном, проклиная современные технологии — без них он теперь как без рук. А благодаря телефону ещё и без зрения скоро останется совсем — оно и так ни к чёрту. Входящих не так уж и много. Миша спокойно выдыхает. Было бы хуже, если б он увидел пятьдесят пропущенных от мамы или Ольги, а так всего-лишь просьба Лёхи ответить, как будет время, сообщения от Князя, от коллег по театру в ватсапе и что-то новенькое в телеграме. v_konoplev: Доброе утро! Как добрались? И улыбающийся стикер в виде… Чё это? Кот? Миша подвисает, подслеповато щурясь, пытаясь вспомнить, что это, блядь, такое. Впрочем, он быстро догадывается, унимая разыгравшуюся паранойю. Не жулики и не сумасшедшие фанаты раздобывшие номер — Влад, актёр Князя. Заторможенно вспоминает, что вчера сам дал ему номер. Даже припоминает зачем, потому и не игнорирует. Миша наскоро отвечает всем, а потом входит в диалог с ним — сверху высвечивается: добавить в контакты/заблокировать. Миша игнорирует и первое и второе, просто отвечая: Gorshenev: Заебись.сколько? Немного пораскинув мозгами, Миша прикидывает, что так и проститутке стыдно писать, стирает. Gorshenev: Привет. Отлично,таксист молчал,как покойник — домчали с ветерком Потом добавляет: Gorshenev: Сколько ? И Миша не ждёт, что ответ придёт сразу же. Но ответ приходит. Влад будто сидит и специально караулит его. Становится не по себе. Миша и так не любит общаться текстом, а тут ещё незнакомый человек. v_konoplev: Круто! Как вы себя чувствуете? Да бросьте, блин, Михаил Юрьевич, это фигня Мне не жалко) Миша хмурится и злится. Ещё чего — не хочет он ни у кого в должниках оставаться! — Тоже мне, нашёлся благотворитель, бля. Gorshenev: сбер? И Миша, пока некий v_konoplev печатает сообщение, видать, длинное, стучится в личку к Князю, игнорируя все его предыдущие сообщения, в частности сводящиеся к тому обстоятельству, почему он так стремительно ушёл. Миша собирается просить номер. «Надо было сразу, — досадуя, размышляет он, — взять его номер и дело с концом. Нет же, блядь, торопился, будто утюг не выдернул из розетки. А у меня даже нет сучьего утюга, придурок!» knуаzevandrei: Почему ты вчера убежал? зачем тебе? Миха начинает свирепеть, торопиться и делать бестолковые ошибки. Gorshenev: Не твое дло.дай номер переговорить надо потом отвнчу И слава яйцам — Князь не пытается испытывать его не резиновое терпение, скидывает номер, пока телефон пиликает оповещениями о сообщениях от этого хренова самаритянина. knуаzevandrei: Ты бухой?) Gorshenev: идИ НАХУЙ! Миша засыпает его гневными смайликами, а потом скидывает Коноплёву В.С. косарь и откладывает телефон — ему нужно в театр. О Князьях разных мастей он забывает до вечера.