Что за чертовщина?

      После неожиданной догадки и бесконечных минут размышлений про сон Марк забывает вовсе. Какой к чёрту сон вообще, когда у него за одну ночь жизнь поделилась на «до» и «после»? Он ворочается несколько часов в постели, прокручивая в голове всё произошедшее за последние месяцы и рефлексирует до того, пока не начинает тошнить с самого себя. Мгновения сна получается урвать уже совсем под утро, когда за окнами начинает едва-едва заметно светать — до будильника при таком раскладе удаётся подремать буквально пару часов.       Надоедливая мелодия своим звуком разрезает тишину сознания, буквально выдергивая из царства Морфея. С одной стороны, это хорошо: начавшийся сон больше походил на кошмар, в котором всё напоминало ему, что он идиот. С другой — глаза слипаются, а мозг умоляет дать ещё несколько часов отдыха, отказываясь проявлять хоть какую-то разумную деятельность. В себя не приводят ни выпитая чашка кофе, ни ледяной душ, ни льющаяся из колонок авто бодрая музыка — Юлина флешка с рок-плейлистом в такие моменты приходилась как нельзя кстати, но сейчас она лишь в очередной раз напоминала о текущем положении дел.       До съемочной студии Марк добирается на автопилоте: где-то поворачивает, где-то тормозит на красный и, к собственному удивлению, ни разу не становится участником ДТП. Минутная передышка перед выходом из машины даёт маленький заряд сил, чтобы пережить этот длинный день, а грим перед начало съёмки позволяет немного подремать в кресле перед зеркалом.       — Иди зевай куда-нибудь подальше отсюда! — ворчит на него невыспавшаяся Ида, отчаянно мечтающая вернуться обратно в кроватку, а не сидеть на многочасовых съёмках и думать над неразгаданными героями.       — А ты иди с Тимуром поцелуйся. Может, подобреешь к началу съёмки, — фыркает Лазарев, с опаской отодвигаясь от соседки, которая, не ровен час, покусает его просто за то, что он не так подышал в её сторону.       — Умный слишком? — воинственно глядит на него Галич.       — На отсутствие мозгов пока не жаловался вроде, — пожимает плечами Сергей. — Хотя была б тут Валерия Львовна — убеждала бы в обратном, — с губ слетает усмешка, едва он вспоминает про важную, но давно ушедшую в прошлое женщину его жизни.       Дальнейший диалог Марк не слушает — он, устав от препирательств и шума, давящего на уши, выходит из гримёрки и бродит по коридорам. На подкорке по кругу крутится одна только версия на сегодняшний финал, в которой он уверен не то что на сто — на все двести процентов.       Так, как ему хочется, играть нечестно, но сегодня, в день финала, пожалуй, можно позволить себе подобную шалость. Пальцы сами тыкают на иконку «телеграма» и вбивают в поиск чатов нужный контакт, чтобы не перерывать всю ленту диалогов вдоль и поперёк.       С аватарки на него смотрят глаза, на солнце отливающие серо-зелёным — такие же, какими на него на протяжении нескольких недель смотрела баба Яга. В них скачут жизнерадостные огонёчки и плещется, точно морская волна о берег, счастье — две стихийные несовместимости тут отчего-то совмещаются самым шикарным образом, — и Марк ловит себя на мысли, что сколько бы времени они не проводили в подобном затишье, эта женщина всё равно будет занимать особое место в его сердце. И этот факт уже ничего не изменит, как бы он не отнекивался.       Слова для сообщения в голову не идут никакие, только сплошные путанные мысли и бесконечные «эээ», никак не соответствующие его словарному запасу. Хочется высказать всё, но одновременно с этим не говорить ничего.       В голове маячат мысли, слышимые исключительно её голосом:       Ну же, Маркуш, где твоё хвалёное красноречие? Сейчас самое время им воспользоваться.       Вместо одного длинного получаются три коротких голосовых, вместе с которыми приходит окончательное осознание ситуации и уверование в правильности своих решений.       — Я понял, что ты в бабе Яге. Не мог не узнать, всю жизнь тебя знаю.       Первое голосовое грузится долго из-за тормозящего интернета, и Марк уже подумывает нажать на крестик и удалить его вовсе, раз вселенная кидает такие намёки. Но сообщение улетает и рядом с аватаркой абонента загорается «в сети», однако статус сообщения на «прочитано» так и не меняется — она ждёт, что будет дальше, ждёт его следующие шаги. Свои она уже сделала.       — Я был таким дураком всё это время, прости.       Второе грузит уже быстрее, и, ожидая отправки, Марк подбирает слова для третьего, чтобы добить и убить сомнения — и свои, и её.       — Я всё это время думал, что люблю её, хотя я всегда любил тебя… Давай поговорим об этом, пожалуйста?       Третье грузится за секунды, и через полминуты к одной галочке у каждого из голосовых добавляется вторая и пропадает точка возле значка проигрывания записи. Она слушает. Не кидает его в чс после всего, что было, не шлёт его к чёрту в первую же секунду, а слушает — чудо какое-то.       Ок.       Отправляет она в ответ, долго печатая следующее сообщение, но ни увидеть, ни прочитать его Марк не успевает: по громкой связи объявляют о начале съёмки финала и он вынужденно плетётся на свое место в жюри, вспоминая, как столкнулся с ней в этих коридорах.       Один глубокий вдох. Маска и улыбка заменяют задумчивое выражение лица перед мотором. Это финал. Сегодня всё встанет на свои места. Вся эта история с Юлей закончится. Он наконец-то увидит девушку за аватаром Яги и расставит все точки над «i» после съёмок со своей почти бывшей женой.       Из закапывания себя в мыслях отвлекает голос Макарова, открывающего финал шоу. Судя по его речам, набирающим обороты, часть вступления Тишман уже пропустил, еле успев вынырнуть из пучины раздумий как раз на озвучивании собственного имени. По левую руку неизменно происходит балаган. Тимур переговаривается с Идой, похихикивая, когда Слава представляет председателя. Марк даже смеётся, когда Серёжа расстегивает рубашку, под которой находится белая футболка с надписью о дуэте с Сумишевским. И всё-таки как бы они тут не собачились, но что-то родное в этом коллективе чувствовалось уже сейчас. Глядишь, сезону так к третьему и сдружатся окончательно.       — Итак, дорогие члены жюри, сегодня финал. А значит все маски будут сброшены, — Слава слишком точно попадает в поток мыслей Марка, не важно с суфлера ли он читает или же импровизирует. Неважно совершенно, что слова звучат немного в другом ключе — суть в любом случае неизменна: сегодня вскроется вся правда и будут сброшены любые маски — и реальные, и виртуальные, и фигуральные. — И даже если Вы не угадаете, Аватар всё равно откроет свое лицо, а вас ждёт… позор! — Макаров разводит руки в стороны, издеваясь над пятёркой людей перед ним, но продолжает с ещё большим ехидством в голосе. — Кроме того, в сегодняшней программе введен личный зачёт для членов жюри. Победитель получает… футболку Тимура Батрутдинова!       Марк пытается поддерживать весёлое настроение и возбуждение коллег — всё же его настроение, держащееся стабильно на планке «жизнь — отстой», не должно становиться поводом портить его и остальным членам жюри, и зрителям. Это даже получается, потому что тревога и волнение внутри отходят на задворки сознания. Сегодня финал для всего и всех. Всё будет окончено на одном пути, а для нового откроется уже другая дверь.       — Объявляю финал первого сезона высокотехнологичного шоу «Аватар» открытым! — зал взрывается аплодисментами, и теперь Тишмана начинает накрывать некий трепет. — Чеширский кот сказал: «Все мы здесь не в своём уме». Встречайте Алису из страны чудес!       На сцене появляется анимация, а Марк начинает улыбаться как умалишенный. С каждым открытым аватаром истинное лицо бабы Яги всё ближе к нему. Слева летят возгласы восхищения, пока Слава заново озвучивает их версии в прошлом выпуске.       Тишман без зазрения совести урывками погружается в исполнение Алисы «Курю», поэтому и решает после окончания выступления выдать свою прошлую версию — новых всё равно не придёт, слишком мало времени проходит с момента появления этого аватара в шоу.       Однако смысл самой песни наталкивает мужчину на не самые приятные размышления, реальность собственной жизни неустанно хлещет его по щеке, напоминая, что он оставил свою жену одну, что она сейчас одна, как и артистка за его любимым Аватаром. И всё из-за него.       Внутренне состояние похоже на морской прибой, окатывающий его всё новыми и новыми чувствами, и лишь некоторые фразы коллег вырывают его из этой пучины.       — Видишь, да? Балет существует вместе с аватаром, — Лазарев восторгается номером, высказывая эмоции Аиде, успевающей внимать и словам председателя, и происходящему на сцене. Марк же включается в их диалог в режиме автопилота, отмахиваясь общими фразами.       На каких же эмоциональных качелях он сегодня катается. Сердце то заходится в бешенном ритме, то вовсе пропускает несколько ударов, будто вот-вот остановится. «Терпение, Марк, терпение, надо лишь немного подождать», — шепчет себе под нос артист, пока его точно никто не видит. Минуты выступления тянутся, кажется, целую вечность. Но вот он слышит последние аккорды и Славу:       — Алиса и слишком взрослая песня! — поставленный голос ведущего объявляет об окончании номера, а значит, Марк на шаг ближе к своему маленькому желанию увидеть наконец лицо той, кого так долго ждал.       Зал вновь рукоплещет артистке, как и все члены жюри. Начинается первое обсуждение в сегодняшней съёмке. Как и последние несколько программ, Тишман не слишком вникает.       –… Мне снова послышалась Анита Цой. Как-то так получается, что у нас меньше правды и больше фантазии всегда, — высказывает свою позицию Аида.       — Да, поменьше правды и побольше фантазии — это про нас, — конечно, он имел в виду в первую очередь себя и свою влюблённость в, как ему казалось, неизвестную артистку и ссору с Паршутой из-за нереального мира, куда он сбежал от действительно важных и ощутимых проблем, но мысль, к счастью, вписалась в общую картину эфира, поэтому по залу проносится хохот и поддержка.       — Вы пели с Надеждой Бабкиной? — Аида, уже привыкшая — смириться с этой участью пришлось быстро — к перебиваниям со стороны коллег, даже не обратила внимания на случайный выпад соседа.       — Надеюсь, всё ещё впереди, — продолжает держать интригу Алиса.       — Хватит ускальзывать от ответа! — Ида подключается к допросу, в шутку предъявляя претензию участнице. — Вы уже не теряете ничего. Мы — всё! Личный зачёт же! Отвечайте правду: был дуэт с Бабкиной?       — Мечтаю об этом, — со вздохом отвечает Алиса. Без конкретики, но вряд ли врёт. Марк не сразу осознает, что наконец-то включается в работу.       — Вы начинали петь в группе? — хоть что-то же он должен спросит, чтобы поддерживать образ детектива перед зрителем.       — Нет, — и снова искаженный голос мигом выдаёт вполне искренний ответ.       — Тогда не Лада Дэнс. Она начинала с группы, — объясняет Марк, однако внутренне все ещё придерживается плана: его версией так и останется Цой. К счастью, не Толик.       — Мне кажется, — на словах Серёжи Марк еле удерживается от ехидного комментария, что ему всегда что-то кажется, и заранее молится, лишь бы его версия по поводу Яги не была ошибочной и там не оказалась Гагарина. Для эмоциональной встряски Лазарева такой расклад был бы неплох, но увидеть подтверждение своей версии хотелось больше, чем вогнать коллегу в ступор, — голос артистки был во втором куплете, когда появились высокие ноты. Там он звучал звонче. Но, к собственному сожалению, я не могу точно вспомнить, кому он принадлежит. Остановлюсь, пожалуй, на версии Вики Цыгановой.       — А может Павалий? — внезапно выдаёт очередную версию Тимур.       — Может. Или не может, — смеётся Ида.       — Я напоминаю, что в прошлом выпуске Вы отправили Алису в номинацию и не отгадали человека, скрывающимся за аватаром, — ехидный прищур Макарова так и тянет стереть кулаком, и по личным ощущениям напряжения и пыхтению слева, Марк понимает, что это желание почти единогласно. — Не подсказывайте друг другу, у вас личный зачёт, — продолжает нагнетать Слава, всё шире расплываясь в издевательской ухмылке. — Итак, ваши версии.       — Дайте списать, — тут же слышится голос Галич, а ещё через мгновение — её неизменного спутника по идиотским шуткам в этом сезоне, хотя Тишману они приходятся по душе.       — Я дам, — Батр безуспешно пытается быть рыцарем, но девушка на своей волне подколов.       — А списать? — весь зал громко смеётся, а на лице самого Марка чуть не впервые за сегодня появляется настоящая, искренняя улыбка.       — Анита Цой, — всё же Тишман решает прервать заранее этот кладезь приколов на каждой фразе.       — Цой, — поддерживает Тимур. — Вряд ли Виктор, конечно, но, может, Анатолий?       «Анатолий может разве что к чёрту пойти…» — еле удерживается от ехидного комментария Марк.       — Анита Цой, — следуя примеру своео друга, соглашается Ида, но уже без шуток.       — Виктория Цыганова, — а вот Серёжа пытается ввести хоть какое-то разнообразие и интригу.       — Цой, — Аида смотрит на мужчину по правую руку, когда называет версию. Ну, что ж, почти единогласно, только вот вряд ли правда, поскольку из похожего разве что некоторые низы. Не сделала бы Анита такую глупость.       Без единого сомнения внутри Марк знает, что версия провальна, а потому лишь делает вид, что удивлён, увидев за ширмой Глюкозу. Вновь диалоги восхваления и восхищения. И Тишман соврал бы, если бы сказал, что не восхищается проделанной работой, только вот все мысли были совсем о другом.       На бис Наталья исполняет «Мадам Брошкину», и мужчина пытается изо всех сил отвлечься и перестать считать минуты до следующего участника, предвкушая заветную встречу. Он подпевает, даже ввязывается в кривляния коллег, а на словах: «Ну что ты в ней нашел» — перед лицом предстаёт лицо разочарованной Юли, когда он рассказал, что влюбился в другую. Сделал больно и ей, и себе. Хвала всему, песня вовремя заканчивается, и он не успевает потерять лицо, возвращая на место уже привычную маску небезразличия к происходящему.       Марк шумно выдыхает, падая в свое кресло, и тянется к бутылке с водой, пока Макаров распинается об их профнепригодности и о неоткрытом счёте.       — Это было очень круто и неожиданно, — Ида вне камер и во время мотора одинаково настоящая, не пытающаяся казаться правильной, идеальной — Марку такое всегда нравилось: шоубиз беспощаден, лишь единицы засосавшихся в него остаются собой.       — Согласен, ведь даже мысли не было, — вечный подлиза Батрутдинов в очередной раз соглашается со своей соседкой.       — В качестве извинений придётся дочку назвать Наташей или Алисой, — шутит Сергей, не подозревая, что из-за этих слов сердце Марка пропускает удар. Они с Юлей ведь не так давно обсуждали, что назовут дочку, которая бы взяла мамин лисий характер, Алисой.       — Всем, что ли? — недоумевает Гарифуллина.       — Зачем же всем, — словно поясняя интеллектуально недоразвитым очевидную вещь, говорит Серёжа. — Достаточно вот этих голубков, — кивает в сторону Галич и Батрутдинова председатель.       — Ага, или достаточно Марку, потому что он зачинщик этой версии, которую все поддержали, — переводит стрелки Тимур.       — Тогда мы должны всем неотгаданным, — заразительно смеётся Ида. — Будем поднимать демографию России?        Тишман лишь вежливо улыбается уголками губ: обсуждать эту тему, когда внутри всё кипит от мыслей о предстоящей встрече и об Алиске. И пусть ему на минуту становится забавно от этого диалога, но дальше он вновь тонет в своих мыслях. Кажется, стоит взять себя в руки, иначе он просто не доживёт до конца. Изнутри буквально разрывает — и почему же сейчас не получается убежать от проблем в столь ненавистно любимую работу, как он делал это во время склок в личной жизни с Паршутой? Ему определённо понадобится либо реанимация, либо психбригада, чтобы пережить этот вечер и не свихнуться ни морально, ни физически.       — Его можно узнать по вечно зелёным волосам, — видимо, сегодня голос ведущего выступает в роли пощёчины, ибо Марк хоть ненадолго, но приходит в себя, продолжая выполнять свою непосредственную работу, параллельно прислушиваясь к тихому обсуждению сокомандников. — Голова наша садовая — Чиполлино!       Снова анимация. Снова добродушное ехидство Славы. Снова напоминание о предыдущих версиях и нелепый комментарий:       — Почему от нашего стильного лука хочется плакать? Потому что вы его не угадали, — Макаров филигранно играет интонацией, вызывая в гостях бурю эмоций, пока личная буря Марка продолжает натиск на рушащуюся крепость внутри него. И он благодарит Господа, что сегодня вся эта история закончится.       Марк старается погрузиться в номер, но получается с трудом. Он снова и снова отсчитывает время, и, когда выступление наконец заканчивается, мужчина чересчур громко выдыхает, ловя на себе взгляды коллег и лишь пожимая плечами, мол личные заморочки. В обсуждение выступления Чиполлино Тишман не рвётся вступать первым, и, к счастью, слышит Лазарева, взявшего начало разговоров на себя:       — Аида во время выступления безнадёжно спросила у меня, что ж это за засада такая, — по лицу Серёжи видно, что он пытается тщательно подбирать слова, судя по всему, его тоже терзают личные размышления, и Марк догадывается кому они адресованы. — Так вот мы действительно в засаде. Уже которую программу.       — Не в засаде, а в рассаде, — Марк даже не понимает автора комментария, отвлекаясь уже на думы о Серёже и Полине, история которых, как недавно выяснилось, печально схожа с его собственной драмой. С одной лишь разницей: они разбежались даже не во время брака — они умудрились поссориться уже на записи дуэта, даже не перейдя границу дружеских отношений.       Ребята продолжают дискуссию, Марк, кажется, тоже что-то говорит вскользь, и он не понимает, каким образом ему все ещё удаётся держать маску радости и удовольствия от происходящего вокруг.       — Я перелистал всю свою красную книгу и у меня уйма сомнений, но версия есть, — Марк очень надеется, что на экране не будет видно его внутренне состояние. — Чиполлино заспойлерил финал «Аватара» для членов жюри — сожжение красной книги на костре. Скажите, пожалуйста, в начале вашей карьеры Вам помогал Михаил Задорнов?       — Да, — правда легко срывается с уст участника: Ида правильно подметила, что участникам терять уже нечего.       Тишман кивает и улыбается своим мыслям, когда коллеги просят поделиться версией. Серьёзно раскрывать свою версию не хочется, а вот разыграть весёлую сценку и разрядить обстановку, чтобы хоть немного отвлечься от мира вне съемочного павильона, — то, что сейчас жизненно необходимо.       — Мы сожжём не книгу. Мы сожжем Марка Тишмана, — с притворной обидой кричит Галич.       — В команде раскол! — Макаров в своём репертуаре подливает масло в огонь, и благо реальной ссоры тут ни у кого нет, иначе голова Марка точно взорвалась бы.       — Так вот кто душнила на самом деле! — с ужасом в голосе вставляет свои пять копеек Тимур, пока Ида не обращает внимание на перебивания коллег и продолжает свой натиск.       — Знаешь вообще, что в классе с предателями делают, а?! — пытается быть серьёзной Галич, но смех рвётся сам собой.       — Уважаемые коллеги, вы первый и единственный раз отправляете Чиполлино в номинацию, я жду ваши версии, — улыбается во весь рот Слава, помня главное: эфирное время далеко не резиновое, всех шуток и споров туда и так не вставишь, поэтому и приходится аккуратно пресекать дальнейший балаган с подачи редакторов.       — С удовольствием поддержал бы Марка, продожив традицию, но…– Тимур не успевает закончить фразу, когда его перебивает Сергей.       — Ты видел, видел? — взгляд председателя метается от Галич к Тишману, который отдал Иде листочек с именем. Серёжа едва ли не пыхтит от обиды, осознавая то, что творится у него под носом. У сидящей рядом Гарифуллиной же хватает сил только на то, чтобы прикрыть свой смех ладонью, но, судя по насупившемуся ещё больше Сергею, ситуацию это не спасает. — Он передал записку!       — Плюй! — Лазарев и Батрутдинов орут в один голос, в мгновение оказываясь рядом с Идой, когда увидели, как та запихивает бумажку с версией в рот. — Фу, выплюнь каку! — приговаривает Сергей, точно общаясь с маленьким неразумным ребёнком.       — Я ей написал: «Бросай Тимура, давай со мной дружить», — Марка пробивает на настоящий искренний смех.       — Марк оказался не Марк, а так… — разочарованно рифмует Тимур, но снова не заканчивает предложение.       — Марк потрясающий! — переобувается Галич. — Хватит на него гнать. Люди добрые!..       — Всё проплачено! — эти двое стоят друг друга, перебивают в любой удобный и неудобный момент. — Но если логически подумать о всём, что было сказано… Моя версия Ефим Шифрин       — Юрий Аскаров, — Лазарев быстрее отходит от шуточной перепалки, пытаясь выдать хоть какую-то версию.       — Не нужно обижать Марка, — улыбается Ида, возвращаясь к недосказанному, — он потрясающий!       — Ты продажная, — снова влезает сосед слева.       — Что? — наигранно недоумевает Ида. –Я? Продажная? Ты… ты… стоп, — девушка пытается собрать все мысли в кучу, чтобы хоть немного пристойно выразиться на камеру. Марк мысленно восхищается: он на её месте не сдержался бы. — Ты за всю программу ни одного цветка мне не подарил!       — Самое забавное, что с его груди на тебя смотрит цветок, — подмечает деталь образа Батрутдинова Марк.       — Прими этот татарский цветочек, — снова льстит бывший масочник.       — Брендон Стоун, — игнорируя бессмысленные заискивания, интернет-дива наконец-то выдаёт версию. — Или ты обманул меня?       — Это была шутка, Ида, — Марк не горит желанием оканчивать эту игру до тех пор, пока она способна отвлечь его хоть немного. Девушка моментально срывается с места, а рефлексы Тишмана заставляют его выскочить со своего места и убегать. Их совершенно детские догонялки долго не продолжаются, но вся ситуация очень веселит наполненный зрителями зал.       — Ты зря бумагу ела, — говорит капииан-очевидность Тимур.       — Брендон Стоун, — когда беготня всё же заканчивается, открывает свою версию Марк.       — Люди добрые, Марк-то хороший! — уже невозможно сосчитать сколько раз Ида умудрилась переобуться в своем отношении к коллеге. — Какие качели эмоциональные! Как будто снова замуж вышла, — отшучивается Ида. — Ух!       — Брендон Стоун, — поддерживает версию Марка Аида, продолжая наслаждаться последним сумасшедшим днем съёмки.       — Тогда… — Слава выдерживает паузу, интригуя зал. — Снимем всю шелуху, чтобы узнать, кто скрывался за этим симпатичным парнем!       Все радуются, когда за ширмой оказывает тот, кого назвали члены жюри. Слава включает в диалог участника и передаёт слово коллегам за столами.       — Ида на эмоциях бумагу съела! — не унимается Батрутдинов.       — Ага, — Лазарев старается не отставать: его маска определённо держится лучше, чем маска Марка. Хотя, справедливости ради, вся ситуация во время обсуждения действительно всех повеселила, так что притворяться становится легче. — Её немного штырит. Маркуша опять сходит с ума, — перечисляет председатель.       Марк просит артиста исполнить «Кабриолет» — искусство пародии всегда восхищает Тишмана, а Брендон великолепно переходит от своего искаженного тембра к пародированию Успенской.       — Невероятно! — восхищается Аида, определённо разделяя мнение Марка. — Ты бы так смог? — обращается она к нему, на что Тишман неопределённо разводит руками, сильно сомневаясь в своих способностях, несмотря на участие в шоу пародий и на путаницу от Орла в «Маске».       — Марк! — сквозь звуки музыки доносится голос Иды. — Ты супер!       Мужчина радуется по-детски наивной девочке Иде и игре в угадайку. Всё же в чём-то работа его способна спасти, пускай и не надолго. А его коллеги — хотя их впору уже назвать друзьями, несмотря на недавние мысли — то, что он приобрёл на этом проекте. Даже Серёжа стал ему другом, хотя это казалось невозможным после «Шоумаскгоон», когда он сильно обидел Юлю в угоду образа золотого мальчика эстрады. Или же за тем поступком крылось что-то другое?       Номер на бис подходит к концу, а Макаров подводит итоги, когда артист удаляется со сцены:       — Счет открыт! — объявляет Слава. — По одному баллу получают Марк Тишман, Ида Галич и Аида Гарифуллина.       — Боже, обожаю побеждать, — дразнит Тимура Ида.       — Особенно когда тебе бумажки дают, — в шутку обиженно бормочет Батрутдинов.       — Победителей не судят, ты! — забавляясь, атакует девушка, пока сердце Марка вновь пропускает удар, едва мозг подкидывает эту же фразу, сказанную Юлей в то самое утро, когда он застал её напевающей «Феникс» за приготовлением завтрака. Когда она с трудом поведала ему о сне, который оказался вещим. Когда он ей обещал, что у них всё пойдет не как в этом сне, что они будут говорить, обсуждать проблемы — грош цена, получается, его обещаниям.       — Предлагаю дисквалифицировать Иду Галич, — выносит вердикт Лазарев, продолжая улыбаться глазами.       — Победителей не судят, кисунь, — уже расслабленно отвечает сокомандница. — Расслабься и не завидуй.       Как судят проигравших, Марк давно понял на личном примере.       За коротким перерывом следует очередной номер. Предвкушение Марка растёт в геометрической прогрессии. Голос режиссёра командует продолжать съёмку.       — Мало кто знает, что до Артемона у Мальвины был котик, — уже со своей исходной позиции объявляет следующий номер Слава. — Но Базилио сразу понял, зачем его везут к ветеринару и сбежал, — по залу проносится волна хохота. — Встречайте! Неотразимая Мальвина!