Глава 6. Литтл Хэнглтон
5 ноября 2023 г., 19:54
Он бесшумно скользил по длинному коридору, выложенному чёрной плиткой. Предвкушение росло в нём по мере того, как он продвигался вперёд. Вскоре в конце коридора показалась простая, ничем не примечательная дверь, и, несмотря на её скромный внешний вид, он почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Он не знал, что скрывалось за ней, но знал, что там было что-то ужасно важное, чего он хотел отчаянно, неистово... Он жадно протянул руку…
И, тяжело дыша, проснулся.
Какой странный сон, подумал Том, пока его сердце возвращалось к привычному ритму. Что он значил? Ещё и такой чёткий, с таким количеством деталей…
Он решил ещё немного полежать, и, устраиваясь поудобнее на узкой кровати, почувствовал, как что-то тёплое прижалось к его груди, а когда сонно открыл глаза, увидел перед собой копну пушистых чёрных волос. Он обнял Гарри во сне, удобно устроившись у него за спиной. В этом не было ничего удивительного, Том всегда так делал, с раннего детства. Зимой сироты спали по трое в одной кровати, чтобы хоть как-то согреться. Конечно, после той истории с Эми и Деннисом… И случая с Билли… А еще того, что он сделал с Сарой… Ни один ребёнок не хотел больше жить с ним в одной комнате, и, уж тем более, спать в одной кровати.
Он лениво провёл рукой по боку Гарри, очерчивая пальцами остро выступающую косточку на бедре. Его майка задралась во сне, обнажив голый живот, и Том прошёлся сверху вниз кончиками пальцев по его нежной коже. В этих действиях не было какого-то умысла, ему просто были приятны тактильные ощущения от прикосновения к чьей-то тёплой коже. Придвинувшись ближе к другому мальчику, он ощутил под пальцами дорожку жёстких волос, уходящую вниз под резинку его пижамных штанов. Том проследил за ней пальцами до кромки штанов, коснулся мягкой ткани… Ему было интересно, куда она вела…
К несчастью, Гарри выбрал именно этот момент, чтобы пошевелиться и что-то пробормотать во сне. Том замер, зная, что если тот сейчас проснётся и обнаружит чужую руку в своих трусах, то поднимет жуткий шум. А он надеялся забрать крестраж сегодня, так что было бы лучше поддерживать сотрудничество и не портить никому настроение.
С сожалением он убрал руку и осторожно выбрался из постели, перелезая через край кровати, чтобы не потревожить своего спутника. За пределами уютного гнёздышка из одеял утренний воздух казался неприятно прохладным. Том натянул шерстяной свитер поверх пижамы, поправил выбившуюся прядь волос и прошлёпал в другую комнату, чтобы проверить зелье.
Оно было чуть темнее, чем хотелось бы — скорее фиалковым, чем сиреневым — но он списал это на возраст ингредиентов. Зелье слегка пузырилось. Том увеличил огонь на конфорке и высыпал в котёл миску сушёных лягушачьих сердечек. Он энергично помешивал зелье половником, с удовлетворением наблюдая, как густеет жидкость. Оно было готово. Том уверенно разлил его по пустым флаконам и запечатал их горлышки восковой пробкой. Получилась приличная партия, которую бы хватило на всё лето.
Гарри появился в дверях, недовольно потирая глаза рукавом, в тот момент, когда Том наклеивал этикетки на флаконы. Он не ответил на приветствие Тома, но, похоже, помнил, что сегодня была его очередь готовить завтрак. Гарри налил воду в котёл и повесил его над огнём, затем разбил четыре яйца, всё время переминаясь с ноги на ногу, чтобы не наступать босыми ногами на холодные каменные плитки пола.
~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~
После вкусного завтрака Том переоделся и одолжил Гарри кое-что из своей старой одежды. Тот удивлённо уставился на Тома, когда снова появился в дверях спальни: брюки оказались комично длинными. — Ни слова, Риддл, — рявкнул Гарри, неаккуратно подворачивая штанины и закатывая рукава до локтей. Том примирительно поднял руки, но по ухмылке на его лице и так всё было понятно. Когда Гарри закончил приводить себя в порядок, Том протянул ему флакон с зельем, которое тот с осторожностью выпил. — Тебе нужно будет его пить каждые три дня, — сказал ему Том и взял за руку. — Готов? — Мы идём забирать крестраж прямо сейчас? Вместо ответа Том сконцентрировался на пункте назначения и крутанулся на каблуках, увлекая Гарри за собой сквозь пустоту. Пережив секундный дискомфорт, они оказались на узкой дороге с крутым уклоном. С обеих сторон она была обнесена высокой живой изгородью, закрывающей вид на долину. Не обменявшись ни словом, они начали спускаться по склону. Время от времени мимо них по дороге в город проносился гладкий, сияющий маггловский автомобиль. Том украдкой поглядывал им вслед. Они разительно отличались от тех угловатых и шумных транспортных средств, к которым он привык. Наконец они добрались до просвета в живой изгороди. Том перелез через забор и раздвинул листву. Он мог разглядеть тропинку, настолько заросшую, что её невозможно было заметить, если не знать о её существовании. — Думаешь, Волдеморт спрятал крестраж в живой изгороди? — с сомнением спросил Гарри, перелезая вслед за ним. — Думаю, это неплохая идея. По крайней мере никому не придёт в голову искать его под случайным кустом. Том проигнорировал его и пошёл вперёд по тропинке, раздвигая руками ветки. Хижина была где-то среди густой листвы, полностью скрытая зарослями деревьев и ежевики, которые её окружали. Некоторое время и пару неприятных царапин спустя, его настойчивость окупилась, когда рука наткнулась на ветхую деревянную стену. Они завернули за угол и подошли к двери, криво свисающей с ржавых петель. Том провёл рукой по притолоке и дверной раме, проверяя, нет ли на входе защитных заклинаний. Их было три — последнее из них настолько незаметное, что он не смог бы его обнаружить, если бы не узнал свой собственный магический след. Очень осторожно он снял заклинания и толкнул дверь. Она противно заскрипела и закачалась на петлях. Том зажёг огонёк на кончике своей волшебной палочке и зашёл внутрь. Ветки, битое стекло и мелкие кости хрустели у него под ногами. Он поднял палочку, чтобы осветить большее пространство. По размерам лачуга была примерно такой же, как и коттедж, который они только что покинули. Однако на этом сходство заканчивалось. Кругом царил хаос. Крыша почти обвалилась, из дыр в потолке каскадом свисал плющ. Признаков человеческого жилья было немного — хижина скорее походила на заброшенное убежище для животных, но на крючках висели несколько древних сковородок. Стена за ними была вся в ярко-оранжевых потёках от ржавчины. Это было странно — Тому казалось, что в последний раз он видел это место всего неделю или около того назад. Здесь и раньше было грязно. Он считал это место самым грязным, самым отвратительным из всех, где он когда-либо бывал, но в то время хотя бы было очевидно, что здесь кто-то жил. Теперь же хижина была почти полностью отвоевана природой. — Думаю, живая изгородь была вариантом получше. С какой стати ты стал бы прятать кусок своей души в такой помойке? — Здесь жила моя мать, — рассеяно ответил он, осматриваясь. Он собирался сделать крестражем кольцо, которое он забрал у своего дяди, но где оно могло быть? Он не собирался перерывать весь этот хлам. — Я думал, твоя мать была волшебницей, — сказал сбитый с толку Гарри. Том его не винил. Он и сам никогда не мог понять, как какой-либо волшебник, не говоря уже о потомке Салазара Слизерина, мог пасть так низко. Магия позволяла решать любые проблемы с такой лёгкостью — так почему же они жили в крайней нищете? Так бездарно, так слабо... В некотором смысле Гонты были ничем не лучше его отца-маггла… Он закрыл глаза. По-моему, ему удалось что-то почувствовать... Будто легчайший ветерок в безветренный день. Медленно, пытаясь сосредоточиться на этом чувстве, он двинулся к полусгнившим останкам ткани и дерева, которые когда-то были креслом. Он вспомнил, как привязал Морфина к этому креслу и приятно провёл вечер, практикуясь в легилименции на его незащищённом разуме. — Как ты узнал о ней? — Меня назвали в честь моих отца и деда, — это было не кресло. Может камин? Брезгливо ёжась от грязи и сажи, от ощупал отверстие дымохода, но не заметил ничего необычного. — Я нашёл упоминание Марволо Гонта в справочнике по генеалогии. Когда я добрался сюда, оказалось, что он уже умер, но я встретил своего дядю. — Ты и дядю тоже убил? Том выпрямился и посмотрел на него. Гарри Поттер был чрезмерно любознательным субъектом. — Что? Я просто спросил. Я знаю, что ты убил отца! — Уверен? Другой “я” мог убить его уже после того, как я оказался в дневнике. — Нет, — произнёс Гарри тихо, но уверенно. Его ярко-зелёные глаза были устремлены на Тома. — Я думаю, ты это помнишь. Я думаю, ты уже стал убийцей. Проницательный. Том почувствовал, как по его лицу расползается улыбка, скорее широкая и жутковатая, чем обаятельная. Гарри поспешно отступил на шаг, но всё, что сделал Том, — это присел на корточки, внимательно изучая камин. Что-то был такое на границе чувств... Едва различимое… Словно голоса, которые шептали... шипели… — Помоги мне поднять этот камень, — скомандовал он. Гарри уставился на него, затем его взгляд метнулся к камину. — Ты не можешь поднять его с помощью магии? — осторожно поинтересовался он. — Я не хочу колдовать больше необходимого, вдруг я оставил заклинания обнаружения. Гриффиндорец пожал плечами, но подошел ближе и ощупал камень, ища за что бы ухватиться. Том сделал то же самое с противоположной стороны. Они медленно отодвинули его в сторону. Под камнем была плотно утрамбованная грязь. Но шёпот стал чуточку громче. Том пошарил руками по земле и остановился, нащупав небольшое углубление. Осколком чего-то керамического он начал копать, пока не наткнулся на небольшой металлический предмет. Это была прямоугольная жестяная коробка из-под табака. Воспользовавшись палочкой из остролиста, Том проверил нет ли на ней каких-либо чар, но, насколько он мог судить, ничего такого не было. На всякий случай он натянул рукав на руку, и только потом поднял коробочку и сунул в карман. — Ты не заглянешь внутрь? — в голосе Гарри сквозило разочарование. — Мне и не нужно. Я знаю, что он там. — Но туда книга не поместится. — Это и не книга.~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~
Гарри вёл их обратно через заросли листвы. Когда они вылезли наружу, щурясь от яркого солнца, через раздвинутые ветки изгороди открылся потрясающий вид на долину. Внизу раскинулась деревушка, в центре которой змеилась река. Среди скопления зданий вдалеке торчал церковный шпиль. По ту сторону долины, на противоположном склоне, был отчётливо виден большой дом, где жил отец Тома. — О, — тихо пробормотал Гарри. — Так это тут… — Что — тут? — нетерпеливо спросил Том. Гарри повернулся к нему с озадаченным выражением лица. — Тут возродился Волдеморт. Только теперь, зная в какую сторону смотреть, Том заметил кладбище, выглядывающее из-за церковной изгороди. Он подошёл к забору, ограждающему хижину, перелез через него на дорогу и начал спускаться с холма. — Подожди, куда мы идём? Мы не аппарируем обратно? — Я хочу посмотреть. Гарри поспешил догнать его, вспомнив про невидимую связь между ними. — А я не хочу! В любом случае, там не на что смотреть. — Ты можешь подождать за забором. Гриффиндорец раздражённо выругался, но пошёл следом.~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~
Стояло позднее утро буднего дня, поэтому в центре деревни было пусто. Том заметил несколько магглов, занимавшихся своими делами: пожилого мужчину, шаркающего через улицу с тросточкой в руках, и женщину с двойной детской коляской, и ни один из них не обратил особого внимания на мальчиков. Они миновали продовольственный магазин на углу и яркий почтовый ящик, прежде чем подошли к церкви. Она выглядела более облезлой, чем помнил Том, и основание шпиля опоясывали строительные леса. Над дверью висел яркий баннер с надписью “Пожалуйста, сделайте пожертвование на замену церковной крыши!”. За зданием находилось уединённое, обнесённое невысокой каменной стеной кладбище, расположенное на небольшом склоне, с огромным древним тисом посередине. Том толкнул кованую железную калитку и прошёл в неё. — Где это случилось? — спросил он. — Скорее всего я ошибся, — быстро ответил Гарри. — По-моему он воскрес на каком-то другом кладбище. Том улыбнулся, услышав такую слабую ложь. — Нет, на этом. Я помню, ты говорил, что он использовал кость отца для того зелья. На холме стоит его дом — где ещё может быть могила, если не здесь? Он неторопливо спустился по склону, и Гарри неохотно последовал за ним. Его лицо было пепельно-серым и несчастным, а глаза перебегали с надгробия на надгробие, как будто он ждал (или заново переживал) нападение. Могилы в ближней части кладбища сильно заросли и потускнели от времени. Однако по мере того, как они продвигались вглубь, даты на надгробиях становились всё более и более свежими. Когда Том наклонился, чтобы осмотреть сколотый каменный саркофаг, он почувствовал, как натянулась их связь. Он обернулся, ища взглядом Гарри. Тот стоял неподвижно, глядя на высокую мраморную плиту. Том подошёл ближе.Томас Риддл
1901-1943
— Это случилось здесь, — выдохнул Том, проведя пальцами по камню, разрываясь между восхищением и отвращением. Несмотря на то, что на надгробии было написано имя его ненавистного отца, это было приятное вещественное доказательство той самой ночи... Не первых совершённых им убийств, но, безусловно, самых значимых… Месть, очевидно, была решающим фактором — этот человек бросил его мать и оставил его расти в переполненном нищенском приюте, в то время как сам он все эти годы жил в роскоши. Но, более того, это было своего рода крещением — Том одним махом и очистил себя от скверны посредственности своего отца, и обеспечил себе бессмертие... Он возродился как Лорд Волдеморт. — Я не понимаю, — мягко произнёс Гарри, прервав его размышления. — Разве ты не мечтал о семье? В его голосе слышались нотки какой-то странной тоски. Он стоял, засунув руки в карманы, и задумчиво смотрел на дом на холме. Его растрёпанные волосы слегка шевелил ветер. Видимо, он почувствовал пристальный взгляд Тома, потому что отвернулся от дома и посмотрел ему в глаза, слегка покраснев от его пристального взгляда. У Тома всегда был талант разбираться в том, как устроены люди. Это был полезный навык — стоило понять кого-то, и можно было легко заставить этого человека сделать то, что тебе нужно, всего лишь дёргая за правильные ниточки. Сейчас, словно впервые глядя на Гарри, он увидел ранимую натуру, скрывающуюся за его яростным взглядом. В отличие от Тома, этот конкретный сирота никогда не хотел ничего больше, чем просто быть любимым. Это неимоверно бесило. Как могла его собственная душа привязаться к чему-то столь слабому? — Какую пользу мог бы мне принеси бесполезный маггл? — выплюнул он. Гарри густо покраснел, хотя он и ощетинился от того, как Том произнёс эти слова. — Они наверняка были богаты, раз жили в таком красивом доме. Они смогли бы присмотреть за тобой. — За мной не нужно присматривать. Мне не нужно никакого наследства, только моя магия, — холодно возразил Том. — Забудь, что я сказал, — пробормотал Гарри, пиная ногой одуванчик. Но Тома внезапно охватило желание его наказать. Он подошёл ближе. — Ты хочешь знать, что тогда произошло? Гарри посмотрел на него. — Нет, но если ты собираешься… — Это был вечер, — перебил его Том. — Я отпер дверь заклинанием и вошёл. Я наложил на себя Дезиллюминационные чары, так что никто из слуг не заметил, как я прошёл мимо. — Я не хочу этого слышать, — заявил Гарри с каменным лицом. — Я нашёл их в гостиной — старика со старухой, и мужчину, который был моим отцом. Они только закончили ужинать. У них на столе было всё — жареная баранина, свежие овощи, ягодный пирог, сливки. Я закрыл за собой дверь и запер её. Со стороны должно было показаться, что она захлопнулась сама собой. Старик начал вставать, но я наложил Чары Вечного приклеивания на стулья. Затем я сделал себя видимым, — он улыбнулся, наслаждаясь воспоминанием. — Конечно, они сразу поняли кто я такой. Внешнее сходство было поразительным. — Он нагнулся ближе к Гарри, шепча эти слова так, будто делился с ним каким-то секретом. — Сначала я убил своего деда. Я использовал Убивающее проклятье. Остальные начали кричать, когда он упал лицом в свой десерт. Следом я убил свою бабушку. Глаза Гарри расширились от ужаса. Он попятился, но бежать было некуда. Том сделал шаг за ним, прижал Гарри спиной к высокому надгробию и схватил за запястья, когда тот попытался заткнуть уши. Том с силой вжал их в камень и придвинулся ещё ближе. Гриффиндорец с ненавистью смотрел на него снизу вверх. — Я сел на стул рядом с её телом, напротив своего отца, и положил еду себе на тарелку — знаешь, мы в приюте питались по талонам — незачем было пропадать хорошей еде. Он даже ничего не сказал, просто сидел и ждал смерти, как трусливый и слабый маггл, каким он и был. Он встретился с испуганным взглядом другого мальчика. Гарри дрожал и тяжело дышал, как рыба, выброшенная на берег. Том прижался к нему ещё сильнее — было так приятно чувствовать чужое крепкое, жилистое тело, рядом с его собственным. — Да что с тобой не так? — требовательно спросил Гарри, вырвавшись и вытаскивая свою палочку. Гарри сжимал волшебную палочку в дрожащей руке так крепко, что у него побелели костяшки пальцев. Он выставил её перед собой, словно планировал ей защититься. Вид его покрасневшего, разъярённого лица вызвал у Тома такой приступ смеха, что он не мог успокоиться до тех пор, пока в уголках глаз не появились слёзы. — Да, ты убил всю свою семью, очень смешно, — рыкнул Гарри. — Не надо так напрягаться, — сказал Том, когда наконец смог справиться со смехом. — Это всего лишь история. Гарри не опустил палочку. — Ты ненормальный. — Нехорошо обзываться, Гарри, — пожурил его Том, поправляя свою одежду. Он в последний раз оглядел кладбище, затем по-джентльменски протянул руку. — Может пойдём? Я увидел всё, что хотел, место не такое впечатляющее, как я думал. Другой мальчик уставился на него, разинув рот, явно сбитый с толку переменой его настроения. Когда он не сдвинулся с места, чтобы взять его за протянутую руку, Том сам шагнул вперёд и схватил его за плечо. Прежде чем Гарри успел запротестовать, он аппарировал.~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~
Тем же вечером Том расположился на коврике перед камином, поставив жестяную коробку на пол перед собой. Дующийся Гарри даже вышел из другой комнаты, чтобы посмотреть на крестраж. Он сидел на стуле позади Тома, подогнув под себя одну ногу, а другую свесив вниз. Рядом с жестянкой лежала книга под названием "Элементарные проклятья и их обнаружение", уже открытая на нужной странице. С некоторым опасением Том открыл банку, стараясь не дотрагиваться до содержимого. Крестраж невинно лежал на свернутом тёмно-синем носовом платке, на котором виднелись инициалы "Т.Р.", вышитые в углу золотой нитью. Он принадлежал его отцу — Том достал его из нагрудного кармана как раз перед тем, как покинуть дом Риддлов. Это было странное украшение. Чернильно-чёрный камень был необычной геометрической формы, явно излишне большой для кольца. Он казался слишком совершенным, слишком цельным, будто не был сделан человеческими руками. В отличие от камня, толстый золотой ободок был грубо обработан, помят и изъеден временем. Символ на камне также озадачил его — линия и круг, вписанные в треугольник. Он знал, что это был знак Гриндевальда, но кольцо казалось древним, намного старше революции, которая происходила тогда на континенте. Когда его рука зависла над кольцом ладонью вниз, он почувствовал что-то странное — притяжение, зов, побуждающий его прикоснуться к кольцу, просто надеть его на палец... С некоторым усилием он убрал руку. Несомненно, это была ловушка — он легко обнаружил наложенные на кольцо Чары Принуждения. Снова взяв книгу, он перелистнул страницы, пока не добрался до диагностических заклинаний. Существовали разные классы проклятий: быстро или медленно действующие, воздействующие на разум, тело или магию. Том прошёлся по всему списку контрпроклятий, произнося их одно за другим медленно и осторожно. Проклятие на кольце было быстродействующим — моментальным — и физическим, предназначенным для того, чтобы уничтожить или искалечить тело жертвы до того, как она успеет подобрать соответствующее заклинание. Это было произведение искусства, дикое и смертоносное, как шторм, стерегущий горную вершину. Он начал с базовых заклинаний, всё ещё применяя их по книге. Ни одно из них не сработало, что было неудивительно. Даже в своём нынешнем возрасте Том уже умел накладывать проклятия, далеко выходящие за рамки стандартных учебников. Он был очень талантлив в разработке более мощных вариантов распространенных заклинаний, комбинируя их таким образом, чтобы их пагубные последствия наслаивались и приумножались. Это было деликатное и доставляющее крайнее удовольствие искусство, требующее глубоких знаний как в арифмантике, так и Тёмных искусствах. Воодушевлённый брошенным самому себе вызовом, он поднял палочку и начал процесс разбора сложнейшего заклятия на составные части. Он не был так искусен в разрушении проклятий, как в их наложении, но снимать своё собственное было всегда значительно легче. И всё равно, эта задача была настолько деликатной и кропотливой, что он едва осмеливался дышать. Наконец — наконец-то! — последние несколько нитей поддались, и проклятие было снято. Том откинулся назад, прислонившись к ножке стула и разминая ноющую спину. Он осторожно поднял кольцо, зажав его носовым платком, не решаясь коснуться его голой кожей, затем вытянул руку и прижал кольцо к свисающей со стула босой ноге Гарри. — ЭЙ! — Гарри вскрикнул и попытался отдёрнуть ногу. Том поймал его за лодыжку прежде, чем он успел это сделать, и осмотрел кожу. Казалось, никакого негативного эффекта не было. Он отпустил мальчика, который тут же вскочил со стула, словно разъярённый кот. На самом деле это было даже комично — то, как он не мог определиться — то ли злобно смотреть на Тома, то ли осматривать собственную ногу. Том достал кольцо из платка и положил на свою ладонь. — Ты только что… Ты только… — Я только — что? Проклятия на нём уже не было. — ТЫ ЭТОГО НЕ ЗНАЛ! Если бы ты не сомневался, тебе не нужно было проверять его на мне! Том едва обратил на него внимание. Притяжение крестража ощущалось сильнее, когда он держал его в руке. Он не знал точно, как поглотить из него частичку души — поцелуй, очевидно, не сработал бы, поскольку у кольца не было лёгких, которыми оно бы выдохнуло душу обратно, но если бы он смог как-то расшевелить её хотя бы немного, она, вероятно, потянулась бы к нему, ибо желание души стать цельной было настолько сильным, что ему невозможно было сопротивляться… — ~ Здравствуй? ~ — неуверенно зашипел он. Гарри замолчал и уставился на него. Вначале ничего не происходило. Но затем из кольца вырвалась струйка бесформенного угольно-чёрного дыма, струйка начала расти, становясь всё больше и больше, её завихрения штормовыми волнами метались вокруг него… Том вдохнул. Чувство было таким, будто душа заметила его в первый раз. Он ощутил, как что-то зашевелилось внутри тени, как пробудилось какое-то сознание, ненасытная жажда вселиться в тёплое человеческое тело с бьющимся сердцем и рукой, держащей волшебную палочку… Дым окутал его, и Том сделал ещё один глубокий вдох. Его горло горело – ощущение было тем же, что и тогда, когда он проглотил осколок души из Гарри. Он закашлялся и ощутил покалывание в груди, когда последние клубы дыма рассеялись. Когда боль утихла, он напряжённо прислушался, гадая, почувствует ли он поглощённый осколок души. Сам Том обладал сознанием, так что логично было предположить, что сознанием могли обладать хотя бы некоторые другие крестражи. Кажется, в глубине своего разума он ощутил слабое эхо... чего-то. Том сосредоточился на нём, проследив откуда оно исходило. Когда он нашёл источник этого эха, он изо всех сил подавил волю незваного гостя, задавил его своей собственной личностью, полный решимости сохранить контроль над собственным телом. Медленно, очень медленно всё сошло на нет. Кто-то тряс его за плечи. Том заморгал, и до него снова донеслись звуки потрескивающего в камине огня и его собственного учащенного дыхания. — Ты в порядке? Немного дезориентированный, Том мог только кивнуть. Он всё ещё сидел на коврике перед камином, слегка ссутулившись. Гарри склонился над ним с неохотно-озабоченным выражением лица. Руки на его плечах разжались, но Том, нуждаясь в успокаивающем тепле человеческого прикосновения, схватил его за запястье, когда Гарри попытался отойти. К его удивлению, в этот раз Гарри не отстранился. Том чувствовал биение его пульса и тонкие кости запястья под тёплой кожей. — Что случилось? Что это было? Оно было… как ты? — Оно не проснулось, в отличие от меня, — присутствие спящего сознания казалось знакомым и чуждым одновременно. — И оно было старше меня, — признался он. — Оно с тобой говорило? — Нет, я его подавил. — Я думаю, то, что было во мне, тоже не разговаривало, — тихо произнёс Гарри. Он сел на ковёр рядом с ним и поднял кольцо свободной рукой — видимо, Том в какой-то момент выронил его. Острые грани чёрного камня отливали красно-золотым в свете камина. — Как думаешь, насколько старше оно было? — мягко спросил он. — Я не знаю. На пару лет? Наверно я создал его, когда закончил Хогвартс. Думаю, я не стал бы рисковать снова… — Снова — что? Том пожал плечами. — Рисковать и снова совершить убийство в школе после того, как ты уже убил девочку в туалете, когда ты впервые открыл Тайную Комнату, — заявил Гарри тоном, скорее задумчивым, чем обвиняющим. — Ты же так создаёшь крестражи, верно? Том поднял голову и встретился с его внимательным изучающим взглядом. А он был прирождённым детективом, раз догадался обо всём по тем немногим уликам, которые у него имелись. Это говорило о спокойном, интуитивном типе интеллекта, чьи решения было трудно предугадать. — Да, — выдохнул он, решив открыть свой секрет. — Вот как я был создан. Но с той девушкой… То был несчастный случай — вместо этого я воспользовался смертью своего отца. Он отпустил запястье Гарри, чтобы снять кольцо со своего пальца. С помощью палочки из остролиста он наколдовал длинный чёрный шнурок и повесил на него кольцо. Второй мальчик молча наблюдал, как Том повесил его себе на шею и спрятал под рубашкой.
