- спорим?

Серафим резко подхватывает его и валит на диван, нависая сверху. Парень от неожиданности замирает, Сима упирается руками в обивку, они смотрят друг на друга. Две секунды, чтобы стереть все грани окончательно. Глеб тянется к его лицу, и сразу запускает пальцы в волосы, притягивая к себе. Мажет языком по его губам, а после целует так, будто с цепи сорвался: жарко, развязно, сплетая свой язык с чужим. Другой рукой ведет по его ширинке, пытаясь нащупать молнию, хочет расстегнуть, но Серафим хватает его за запястье и прижимает руку к дивану. Глеб, на пробу, тянется туда и второй рукой, оказываясь и вовсе обездвиженным. — что ещё ты хочешь? — тихо произносит Серафим, касаясь уха губами, — хочешь чтобы я целовал, гладил… кусал? — он зубами цепляет мочку. — хочу. — отвечает мелкий на выдохе. Шумно вздохнув Сима отпускает его и сразу лезет пальцами под худи, чувствуя, как дрожит от напряжения чужой живот. Гладит обеими ладонями, следя за реакцией. Глеб прикрывает глаза. Серафим чуть поднимает толстовку, наслаждаясь тем, как по разгоряченной коже бегут мурашки, а потом и вовсе задирает ткань до самой шеи, собирая ее комом у чужого подбородка. Руки снова ложатся на живот, оглаживают бока, пересчитывают ребра. Глеба от этих прикосновений потряхивает, он чувствует, как парень тянет худос вверх и приподнимается, помогая ему себя раздеть. Толстовка, как и футболка, летят куда-то на пол. — говори со мной, — произносит Серафим, — хочу слышать тебя, понял? Вместо ответа мелкий издаёт звук, похожий на согласие, но Симу это вполне устраивает. Он, склонившись ниже, мажет поцелуем по чужим губам, чтобы потом, минуя шею и ключицы, цепануть зубами за мягкую кожу рядом с соском, прикусить, смакуя чужие мурашки. Глеб путается пальцами в его волосах и рвано вздыхает, когда Серафим мокро проводит языком по укусу. Тот отстраняется, чтобы оценить след от зубов, но результат его не устраивает. Удерживая руки на чужой талии, он засасывает кожу рядом с предыдущим следом. — ты заебал, блять, со своими укусами, — сдавленно шипит Глеб. Он сжимает руку в волосах, тянет сильнее, а Серафим в отместку сжимает зубы, заставляя его взвыть. — больно, ай, Сим! Серафим отстраняется и облизывает губы, смотря на друга. Он бы мог подумать, что реально переборщил, но румянец на чужих щеках и шальной взгляд его обмануть не смогут. На пробу касается следа от засоса пальцем, ведёт, словно пытаясь оттереть багряный, расплывшийся след. А потом пальцы скользят к соску, обводят его, легко сжимают. — а так — больно? Или хорошо? — спрашивает Серафим. Глеб дышит чаще, потом все же отвечает. — хорошо. Сима прячет усмешку в чужом животе, касается губами горячей кожи, на этот раз без следов, просто влажно и чувственно. Он спускается все ниже и ниже, ведя руками по его телу, оставляя дорожку легких поцелуев. Берется рукой за его джинсы и тянет вниз, широко проходясь языком по открывшейся коже. — котенок весь в мурашках, — ухмыляясь произносит Серафим, ладонью касаясь внутренней стороны его бедра. — пошёл ты, — хрипит парень. Глеб не смотрит на него и резко дёргается, когда Серафим ведёт рукой по его члену сквозь джинсы. Там, под тканью, твёрдо и горячо, и Серафим инстинктивно сжимает руку. Глеб сдавленно стонет, откинув голову. Ещё чуть-чуть и он вообще не сможет соображать. Сима садится на колени и уже обоими руками гладит его бёдра, будто раздумывая, что делать дальше. Но когда он все же поднимается ладонями к его ширинке и начинает расстегивать, Глеб его останавливает. Наплевав на своё возбуждение и желание он садится, удерживая Серафима за руки. — ты точно понимаешь, — тяжело дыша начинает Глеб, заглядывая в голубые глаза, — что мы делаем? — а что мы делаем? — нагло улыбаясь отвечает Серафим вопросом на вопрос. — да ты издеваешься, — парень обреченно падает обратно на диван, — блять, ну Серафим! Сима вновь нависает над ним и целует ребра, щекоча чувствительную кожу волосами. Его самого едва ли не трясёт от того как извивается под ним Глеб, откликаясь на каждое прикосновение. Он поднимается выше, мазнув языком по соску, дальше — по ключице и наконец прикусывает основание шеи. — так что мы делаем? — спрашивает Серафим, смотря на него. Он ведёт рукой по его телу, продолжая вглядываться в потемневшие глаза. Уверенно касается бедра, тянет на себя, заставляя сильнее согнуть ногу в колене. Глеб выдыхает шумно, прикрывая глаза, и Серафим не может сдержать улыбку, смотря на это. — что мы делаем, Глеб? Они смотрят друг на друга, пока мелкий не отводит взгляд, улыбаясь. Он смущается, отворачивается и трет глаза тыльной стороной ладони. — все, Сим, я понял, — произносит наконец мелкий, но глаза не открывает, — понял, что тебе нравится издеваться. — ахуеть как нравится. — наклонившись ближе шепчет парень, нарочно касаясь чужих губ. Серафим целует его нежно, медленно, позволяя себе насладиться этим моментом. Глеб запускает руки под его футболку, водит пальцами по телу, пуская мурашки вдоль позвоночника, а потом и вовсе задирает ткань вверх. Намёк Сима улавливает сразу же и через секунду футболка уже летит куда-то в сторону, а он возвращается к мягким губам. Кожа к коже — жарко и непривычно, но пробирает до мурашек. Глеб чувствует тяжесть чужого тела, от этого ведет, и он позволяет себе чуть шире развести ноги. Серафим, придурок, конечно этим пользуется — устраивает одно колено между, бедром касается паха, притирается. Раздаётся стон. Глеб не сразу понимает, что это он его издал. Зато Серафим все понимает, и где только научился? Ухмыляется прямо в поцелуй, а сам рукой шарит в районе пояса, копошится, расстегивая ширинку, а потом — ныряет в белье горячей рукой, и Глеб сдавленно стонет прямо в чужой рот. Но Серафим хочет его слышать, так что он отстраняется и прислоняется лбом к его виску. Вслушивается в учащенное дыхание и сам начинает дышать быстрее. Пара движений рукой и Глеб уже бесстыдно стонет ему в шею, выгибаясь навстречу. Серафим тут же убирает руку, чувствуя как потряхивает парня под ним. Он уверенно спускается вниз, собирая губами татуировки на шее. Глеб уже привычным жестом запускает пальцы в его волосы, перебирая пряди. Сима на пару секунд прикрывает глаза, наслаждаясь, подставляется под руку, а после медленно мажет языком по соску. Парень вздыхает рвано, сжимая руку в волосах, пытается отстранить его, но только распаляет этим Серафима ещё больше. Тот мокро обводит чувствительную кожу языком, чуть цепляет зубами, а после вбирает в рот, посасывая. Глеб, жмурясь, шумно втягивает воздух сквозь зубы. Ему не терпится, он был готов продолжить и просто с рукой в штанах, но нет, кажется, кто-то тут выдумщик. Обе руки теперь путаются в кудряшках, Глеб то ли прижимает чужую голову ближе к груди, то ли наоборот, оттягивает назад, сжимая пряди. А может и вовсе просто наслаждается почесываниями по макушке и за ушами, заодно отвлекая Серафима от себя. Одна рука ползёт ниже, на загривок, на немного влажную шею, и ложится так правильно, так хорошо… Это не Глеб давит, это Серафим сам спускается ниже поцелуями, снова пускает в ход зубы где-то около пупка, заставляя вскинуть голову. Глеб видит обе чужие руки — как пальцы тянут за шлевки джинсов, как гладят над резинкой белья. А потом одна рука стягивает с него трусы, а чужие губы оказываются на головке члена. — бля бля бля Сим… — голосит Глеб, плотнее сжимает колени, жмурится. Серафим хватается за его бедра, не даёт себе помешать и широко проходится языком по всей длине, заставляя парня выгнуться дугой. Глеб чувствует, как сильно сжимаются чужие пальцы, удерживая его на месте. Сима целует чувствительную кожу, поглядывая на парня, оставляет багряный след на внутренней стороне бедра. Смачивает ладонь слюной и проходится по его члену, проводя большим пальцем по уздечке. Глеб подносит свою руку к губам и кусает, пытаясь сдержать стоны, когда Серафим, сделав пару движений, размазывает капельку смазки по головке. Держать его уже нет смысла, парень сам разводит ноги шире, так что Сима вновь обхватывает головку ртом, помогая себе рукой. Глубже не берет, лишь повторяет горячим языком те движения, что делал рукой, но этого хватает, чтобы заставить парня скулить в голос. Глеб уже близок и понятия не имеет, что делать — предупредить или… — да сука, — шипит он, когда Серафим останавливается. Мелкий машинально вскидывает бедра, но Сима садится на колени между его ног, даже не прикасаясь к нему, просто смотрит. Глеб протяжно стонет, проводя рукой по лицу и волосам, собирая капельки пота. Он даже не понял в какой момент тот полностью раздел его. — думал я дам тебе кончить? — Серафим наконец отрывает от него взгляд, расстегивая ширинку. — ты изверг. — рвано выдыхает парень. Возбуждение никуда не уходит, Глеб поднимается, опираясь на локти и наблюдает за тем, как Сима снимает свои джинсы вместе с бельём и снова садится на колени между его ног. У него возбуждение уже переходит все границы и это заметно. Серафим проводит рукой по своему члену, другой хватаясь за бедро Глеба и прикрывает глаза, а тот смотрит на все это, не отрываясь. Парень надрачивает себе медленно, видно, как с каждым движением напрягается его пресс, Глеб впервые слышит, как хрипло и возбуждающе может стонать Серафим. Он впервые видит его на грани и от этой мысли жар идёт по всему телу. Совсем забывшись Сима еле успевает сжать член у основания, дышит рвано. Глеб не может оторвать взгляд от переплетения вен на его руке — слишком красиво, но всем телом чувствует, как на него смотрят в ответ. Через пару вдохов Серафим подсаживается вплотную, широко разведя колени в стороны. Горячей ладонью он обхватывает оба члена и от такой близости у Глеба кружится голова. Он уверен, что ему хватит всего пары уверенных движений, но Серафим его опережает. Парень дёргается всем телом, матерясь сквозь зубы, но рукой двигать не перестает и Глеб кончает следом, толкаясь в его ладонь. Какое-то время они просто дышат, поглядывая друг на друга. Потом Серафим смеётся тихо, проводя чистой рукой по лицу. — ты чего? — потихоньку приходя в себя спрашивает Глеб. Сима осторожно нависает над ним, намеренно касаясь его руками, пачкая, а потом ложится сверху всем телом, уткнувшись носом ему в плечо. — я устал, — почти ноет парень, повернувшись к нему. — ты мне ещё желание должен, — посмеивается Глеб и гладит его по волосам, — дай машину покататься? — хочешь машину? — довольно произносит Серафим, укладывая голову поудобнее, — тогда твоя очередь сосать. Глеб на это лишь закатывает глаза.