Все еще люди

      Хан коротко вздрогнул от мягкого прикосновения ко лбу и сонно приоткрыл глаза. В комнате царила полутьма; единственный свет исходил от небольшой кемпинговой лампы, стоявшей у его ног. Заторможенно повернув голову, Джисон увидел перед собой лицо светловолосого юноши и в страхе отпрянул, прикрываясь руками. — Эй, тише. Тише… ш-ш… Я не собираюсь причинять тебе вред, — взволнованно произнёс незнакомец, медленно отстраняясь.       Хан замер. Смутно узнавая знакомый низкий голос, он осторожно привстал и бросил испуганный взгляд на парня в розовой толстовке, сидевшего рядом на раскладушке. Тот успокаивающе выставил перед собой руки; в одной из них было влажное полотенце. — Видишь? Я не вооружён, — он медленно поднялся, позволяя рассмотреть себя в полный рост. — Рад, что ты наконец очнулся. Меня зовут Ли Феликс. — Г-где я? Что это за место? Это и есть база?       Джисон испуганно огляделся и подтянул к груди тонкий плед. — Да, ты на базе. Прошу, не нервничай. Здесь ты в безопасности. — П-почему тогда я за решёткой? — Хан учащённо дышал, глядя на Ли широко раскрытыми от ужаса глазами. — Ох… извини за это. Я был против, но главный по базе настоял, чтобы тебя перевели сюда. Это временно, обещаю, — Феликс снова присел на край раскладушки, и та тихо скрипнула под весом двух парней. — Как давно я здесь? — Три дня. Помнишь, как попал сюда? — юноша придвинул лампу ближе, поставив её между ними. — Сначала я встретил Ли Минхо в супермаркете… потом, когда мы выбрались, натолкнулись на группу парней… — Хан обхватил лоб ладонью. — Кажется, того, кто настоял забрать меня с собой, звали Чан… Это и есть ваш лидер?       Юноша поправил волосы трясущимися пальцами, пытаясь удержаться за обрывки воспоминаний. — Нет. Бан Чан — лидер одной из разведывательных групп, но сейчас это не так важно. Как ты себя чувствуешь? Как рука? — Феликс достал из небольшой сумки тонкую тетрадь и ручку, готовясь что-то записывать. — Меня всё ещё немного мутит и дьявольски болит голова… — Джисон посмотрел на перебинтованное предплечье. — И рука… даже не знаю. Адски болит, если честно.       Ли кивнул своим мыслям и, закончив запись, убрал тетрадь обратно в сумку. — Думаю, это хорошо… Ты не против, если я тебя осмотрю?       Джисон неуверенно замер, всё ещё скованный страхом. Феликс смотрел спокойно, терпеливо, без попытки надавить, и это почему-то выбивало из равновесия сильнее любых угроз. В конце концов Хан прерывисто выдохнул и осторожно сел, заставив раскладушку снова протяжно скрипнуть. — Дай мне руку, пожалуйста, — Ли подсел ближе и аккуратно начал снимать бинты. — Почему ваш голос кажется мне таким знакомым? — Боже, я что, по-твоему, старик? — усмехнулся Феликс, наконец снимая последний лоскут с руки юноши. — Давай без этих формальностей. А если отвечать на вопрос… мы уже виделись раньше, хотя ты, наверное, этого не помнишь. — Где?..       Хан вопросительно уставился на него, но тут же тихо ойкнул, отвлекаясь на боль, когда Феликс чуть сильнее надавил пальцами на предплечье. — Извини, извини, я не хотел…       Ли внимательно осмотрел руку Джисона. В тот вечер Чимин зашил и рану, оставленную мечом Минхо, и укус мертвеца. Кожа вокруг швов покраснела, местами потемнела от запёкшейся крови. Феликс наклонился к сумке, достал бутылочку с антисептиком и упаковку бинтов. Аккуратно вскрыв её, он оторвал небольшой кусок и смочил жидкостью. — Сначала нужно продезинфицировать, хорошо? Может щипать, так что потерпи, пожалуйста.       Хан кивнул, неотрывно вглядываясь в сосредоточенное лицо парня, но тут же зашипел, закусывая нижнюю губу, когда Феликс почти невесомо коснулся швов. — Всё, всё… я почти закончил. Сейчас обработаю зелёнкой, и больше не буду тебя мучить, обещаю.       Джисон резко откинул голову к стене и зажмурился от невыносимого жжения, сдерживая рвущийся наружу стон. Когда Феликс закончил и отстранился, парень с облегчением выдохнул. — Ты так и не ответил, где мы виделись раньше. — А… М-м… Я был одним из тех, кто нашёл тебя в доме в Соннаме. — Стой… Вот почему я помню твой голос. Это ведь ты тогда дал мне воды? — Хан склонил голову набок. — Да. Тогда я заметил, что тебя укусили, но просто… не смог оставить вот так страдать, — Ли вздохнул и покачал головой. — Кхм, извини, но мне надо забинтовать твою руку обратно. — А, да… конечно.       Джисон вытянул руку и задумчиво уставился в стену напротив.       Феликс закончил перевязку и, осторожно завязав аккуратный узел, отстранился. — Ты, наверное, очень голоден? — юноша нагнулся к сумке и быстро убрал в неё медикаменты. — Надо попросить, чтобы тебе принесли еды, но сначала мне нужно доложить, что ты очнулся. Так что вот, пока возьми это.       Под вопросительным взглядом Хана он залез в карман толстовки и протянул ему небольшой батончик. Джисон с сомнением посмотрел на еду. — Это просто шоколад, не переживай. Смотри, — Феликс легко надорвал обёртку, отломил кусочек и закинул себе в рот. — Я тебя не обманываю, так что бери.       Не дождавшись реакции, Ли вложил батончик в здоровую руку Хана и поднялся с раскладушки. — Я буквально на секунду. Свет забирать не буду, — ответил он на немой вопрос испуганно раскрытых глаз.       Парень открыл решётку и уже достал ключ, чтобы запереть её с другой стороны, но, бросив на Джисона мимолётный взгляд, передумал и убрал его обратно в карман. — Пожалуйста, не делай глупостей. Я не хочу всё усложнять. Знаю, в такой ситуации тяжело доверять, но поверь: я тебе не враг. — Хорошо…       Сил у Джисона всё равно хватало только на то, чтобы сидеть, привалившись спиной к прохладной стене. Сопротивляться в таком состоянии он явно не смог бы. Феликс быстрым шагом приблизился к входной двери и легонько постучал. Хан услышал, как та со скрипом отворилась. — Передайте Намджуну, что он очнулся.       

***

      Всё, что им оставалось, — бежать. Так началось их спасение из хаоса, который принёс с собой ужасающий вирус. Несмотря на творившееся вокруг, парни должны были противостоять мертвецам, способным превратить любое место в ад. Воздух был пропитан страхом и паникой. На дорогах стояли брошенные автомобили, люди сбивали друг друга с ног, и в общей неразберихе уже было трудно понять, кто из них живой, а кто мёртвый.       Бан Чану и Чанбину с большим трудом удалось пробраться в раздевалку возле приёмного отделения, где они ранее оставили амуницию. Теперь парни с боем выбирались из заполонённой мертвецами больницы и быстро двигались по улице сквозь толпу бегущих людей, прикрывая собой найденных врачей. Пак Чимин и Ли Феликс прятались за их спинами, в ужасе оглядываясь на происходящее.       Внезапно группа обратившихся вырвалась из небольшого кафе и бросилась на них. Чан и Бин открыли прицельный огонь, но спустя несколько минут у Со закончились патроны. Юноша, матерясь, отбивался от нечисти, ударяя рукояткой пистолета по безжизненной голове. Двое зомби с яростью накинулись на него, отрезая от Криса, который продолжал защищать врачей.       Бина прижало к решётчатому забору. Всё произошло слишком быстро. Юноша в ужасе пытался оттолкнуть от себя двух обезумевших мертвецов; те цеплялись за больничную пижаму и щёлкали обломанными зубами у самого лица. — Чан! Бан Чан! — заорал парень — Твою мать! Отвалите от меня!       Бин резко дёрнулся, болезненно вжимаясь в забор, и едва успел отвернуться от обезображенной пасти. В следующее мгновение череп мертвеца пронзила стрела: наконечник пробил кость насквозь и остановился всего в паре сантиметров от лица юноши. Ещё одна стрела ударила в голову второго трупа, и тот мешком повалился на землю.       Со с отвращением стряхнул с себя обмякшее тело и в шоке посмотрел на высокого парня с серебристыми волосами, стоявшего неподалёку со спортивным луком в руках.       Встретившись взглядом с незнакомцем, он почувствовал, как между ними пробежала яркая, почти электрическая искра.

***

      Хёнджин до сих пор злился на Ли Минхо. Прошло уже несколько дней, а этот придурок продолжал игнорировать его, упорно делая вид, что с ним всё в порядке.       «Блять, и нахрена я с ним возился тогда всю ночь? Надо было послушать его и уйти к чёртовой матери. Сволочь неблагодарная».       Парень бросил быстрый взгляд в окно. На улице постепенно смеркалось, но света всё ещё хватало, чтобы выйти и попрактиковаться. Хван поднялся с кровати, раздражённо схватил со стола лук с колчаном и направился на улицу.       Быстро преодолев четыре лестничных пролёта, он прошёл через холл, миновал открытую террасу и оказался на заднем дворе отеля. Воздух встретил его приятной прохладой наступающего вечера. Хёнджин прошёл по небольшой заасфальтированной дорожке до теннисного корта и пинком распахнул несчастную дверь.       Юноша рывком снял мешавшую кофту и швырнул её на грунт у забора. Корт давно оборудовали под тренировки по стрельбе: сетку предусмотрительно убрали, а в конце поля установили импровизированные мишени, нарисованные на остатках обоев, найденных в отеле. Хёнджин встал в стойку и, выхватив из колчана лёгкую длинную стрелу, приложил её к тетиве. На мгновение он задержал дыхание, быстро прицелился и выпустил.       Не останавливаясь, Хван схватил следующую стрелу и выстрелил в конец корта. Поддавшись злости, он раз за разом отправлял стрелы в мишень: попадал рядом с серединой, но не в самый центр. Последняя прошла мимо. — Чёрт!       Хван нервно бросил лук на землю и, прерывисто дыша, яростно схватил себя за волосы. — Не стоит так переживать из-за одного несчастного промаха.       Голос за спиной заставил парня подскочить на месте. Хёнджин испуганно обернулся и увидел Со, невозмутимо стоявшего у входа на корт. — Ты меня напугал! — А я думал, ты не из пугливых. Мертвецов снимаешь на раз, а меня до сих пор шугаешься.       Юноша медленно выдохнул, успокаивая часто бьющееся сердце, и, склонив голову набок, исподлобья посмотрел на Бина. — Может, потому что у тебя дурацкая привычка вечно подкрадываться ко мне со спины?       Он поднял лук и направился к мишеням, чтобы забрать стрелы. — Никто не подкрадывался. Просто ты был так погружён в мысли и с такой остервенелостью убивал невидимого врага, что не заметил меня.       Чанбин усмехнулся и натянул тетиву воображаемого лука, пародируя Хёнджина. Поймав на себе недовольный взгляд, он схватился за сердце и наигранно громко вскрикнул. — Здесь где-нибудь рядом есть скорая, чтобы достать из меня стрелу Амура?       Хёнджин закатил глаза и шутливо наставил на него лук. — Ты идиот? Прекращай этот цирк, а то Чимину сегодня точно придётся доставать из тебя настоящую стрелу. — Ничего не могу с собой поделать. Моё сердце было поражено светловолосым купидоном ещё в тот момент, когда ты прострелил череп тому мертвецу.       Хван осуждающе тряхнул головой и, откинув назад светлые волосы, снова встал в стойку. Стрела сорвалась с тетивы и ударила в мишень.       Чанбин неловко усмехнулся и замолчал. Он сел на грунт, сложил ноги по-турецки и принялся наблюдать за чёткими, почти грациозными движениями Хёнджина. Взгляд невольно скользнул по подтянутому телу юноши: крага на предплечье, длинные ноги, обтянутые чёрной кожей брюк, простая белая футболка, чуть прилипшая к спине. Бин снова поднял глаза к его серьёзному лицу и отметил напряжение, застывшее в глубине взгляда. — Что тебя беспокоит?       Хван выстрелил, но промахнулся и сердито посмотрел на него. — Ты сбиваешь меня. — Извини. Так что случилось?       Хёнджин вновь прицелился, оттягивая тетиву длинными изящными пальцами. — Минхо. — Мне стоит ревновать? — шутливо произнёс Бин, заставляя Хвана опять скосить на него взгляд. — Несколько дней назад я притащил его в комнату без сознания. Он был с Юнги. — Чёрт… какого хрена он творит?       Хёнджин бессильно опустил лук и медленно приблизился к Бину. Сняв с пояса колчан, он положил его на землю и сел рядом. — Не знаю. Я не понимаю, какого хрена творит Мин Юнги. Минхо, конечно, та ещё заноза в заднице, но это не повод устраивать спарринг на мечах. В такое-то время, да ещё и калечить одного из лучших людей на базе.       Юноша вытянул ноги и облокотился на руки, поставленные позади себя. — Ты не пытался поговорить с Хо? Вы ведь вроде как лучшие подружки. — Х-ах, дружба с Минхо — это слово, притянутое за уши. Я пытался, но он молчит, как партизан. Вечно либо сливается с темы, либо просто посылает меня куда подальше. — Хм… Уверен, есть что-то, чего мы не знаем. Не думаю, что Юнги просто развлекается с ним от скуки, — Чанбин задумчиво посмотрел на напряжённого Хвана. — Наверняка. Но этот упёртый идиот сам себе на уме. Только и твердит, чтобы я не рассказывал Айену очевидные вещи. — Ну, может, это для тебя они очевидные. Ты что, не видишь, как Йенни относится к Мин Юнги? Да он просто обожает его. — И это меня бесит. Минхо вечно подставляется из-за него, — Хёнджин опустил подбородок к груди и презрительно фыркнул. — Так ведь старшие обычно так и поступают, — Бин положил руку на спину парня, успокаивающе поглаживая тонкую ткань футболки. — Нам остаётся только надеяться, что до Айена всё-таки дойдёт: его любимый дядюшка не так прост, как кажется. — Да уж. Я уже замучался таскать Минхо до его комнаты.       Чанбин придвинулся ближе и, склонив голову, стал изучать лицо Хёнджина. Взгляд зацепился за родинку под глазом. Хван потянулся и устало потёр лицо. — Ты хоть спал? — Почти что нет. Прикорнул только под самое утро.       Бин аккуратно переместил руку на талию юноши и положил подбородок ему на плечо. — Эй… Купидонам тоже надо спать. — Опять ты за своё, — Хёнджин смущённо усмехнулся и слегка повернул к нему голову.       Чанбин наклонился вперёд и легко поцеловал его в шею, отчего по спине Хвана пробежали мурашки. Он напрягся от неожиданности; тело отреагировало быстрее, чем разум успел придумать оправдание. — Извини, я снова не удержался.       Бин отстранился и мягко улыбнулся, внимательно оценивая реакцию парня. В его взгляде заплясали игривые искры, и Хван ощутил лихорадочное волнение. Раскрасневшись, он сконфуженно посмотрел на старшего; взгляд сам собой опустился на его губы. Между ними повисла напряжённая пауза. Затем Со снова ободряюще улыбнулся и медленно погладил талию юноши. Сердце Хёнджина невольно ёкнуло, когда тёплая ладонь легла на его шею, после чего парень притянул его к себе и нежно поцеловал.       Сначала поцелуй был почти невесомым, но быстро стал глубже. Руки двигались увереннее, дыхание сбивалось, и чувства, слишком долго державшиеся на грани, наконец прорвались наружу. Хёнджин дрожал под напором юноши, прекрасно понимая, что Бин чувствует то же самое. От прикосновений по телу расходилось горячее напряжение, а ладони, забравшиеся под футболку, заставляли забыть обо всём, кроме чужого тепла.       Хван слегка приподнялся, чтобы удобнее дотянуться до губ Бина, и пересел к нему на бёдра, заставляя того шумно выдохнуть. Они крепко цеплялись друг за друга, сминая одежду, и продолжали целоваться так, словно вокруг на несколько минут перестал существовать весь разрушенный мир.       Среди усталости, страха и злости этот поцелуй был для них коротким лекарством.       Казалось, прошло слишком много времени, прежде чем Бин отстранился и, глядя на разгорячённое лицо младшего, опустил руки ниже, к поясу. Влечение, появившееся между ними с самой первой встречи, с каждой секундой становилось ощутимее. Юноша уже потянулся к пуговице его брюк, но Хван, коротко о чём-то подумав, заговорщически улыбнулся и под удивлённый взгляд Бина шатко поднялся на ноги. — Давай пойдем внутрь.       Чанбин с предвкушением ухмыльнулся и поднялся следом, сгребая в охапку вещи юноши, валявшиеся рядом.       Парни, всё ещё пытаясь перевести сбившееся дыхание, быстрым шагом вошли в здание. Поймав ладонь Хвана, Со притянул его к себе и снова поцеловал — уже горячее и требовательнее. — Кхм… Не хочу вас, конечно, отвлекать, но, Бин, ты должен пойти со мной.       Бан Чан неожиданно появился из-за угла и смотрел на них слегка смущённо. Хван неловко отпрянул. — Чан, а нельзя это ненадолго отложить? Я сейчас слегка занят!       Чанбин возмущённо уставился на лидера группы и снова взял смущённого юношу за руку. Крис окинул растрёпанных парней взглядом с головы до ног и закатил глаза. — Уверен, Хван Хёнджин никуда от тебя не денется, поэтому живо за мной. Намджун просит тебя прийти. Он уже ждёт в Блоке С. Хан очнулся. — О, ну это, конечно, интереснее, чем… — Бин, замолкни уже, пожалуйста. На вас люди смотрят. — Да мне как-то насрать, если честно.       Чан нетерпеливо вздохнул и, развернувшись, жестом поманил обоих за собой.       Парни спешно спустились в подвал вслед за Крисом и, отворив скрипящую дверь, вошли в Блок С. Намджун стоял напротив карцера в дальней части комнаты, скрестив руки на груди. Хосок рядом встретил ребят скучающим взглядом. — Как ты себя чувствуешь? — Намджун слегка приблизился к решётчатой двери. — Ну как вам сказать… не очень, конечно. Но уже намного лучше, чем было.       Хан боязливо заёрзал на месте, отчего раскладушка негромко скрипнула. — Тебя ведь укусили не в первый раз, как я понял? — Ну… да. Это уже второй. — Бан Чан рассказал, как они нашли тебя в Соннаме, — Намджун слегка улыбнулся, стараясь выглядеть приветливее. — Хан, извини нас за такое гостеприимство, но это всё сделано ради безопасности остальных выживших. — Да, я понимаю… думаю, на вашем месте я бы тоже боялся себя, — юноша невольно коснулся больного предплечья. — Мы не боимся тебя.       Феликс, всё это время находившийся рядом с Джисоном, успокаивающе положил руку ему на плечо. — Говори за себя, — недовольно буркнул Хосок. — Пойми, мы не какая-то шайка бандитов. Просто у базы есть правила, которым необходимо следовать. Поэтому я не хочу, чтобы ты нас боялся, — Намджун аккуратно приоткрыл дверь камеры и, зайдя внутрь, присел на корточки перед Ханом. — Можешь рассказать, в прошлый раз симптомы были такими же? Что ты чувствовал?       Хан с сомнением посмотрел на мужчину, но, поймав одобрительный взгляд Феликса, нервно вздохнул и отвёл глаза. — Это тяжело описать, но если кратко… сначала появилась очень сильная жгучая боль в месте укуса. Потом — тошнота и головокружение. Голова болела так, что невозможно было думать, а ещё этот ужасный звон в ушах. И судороги по всему телу.       Джисон с силой сжал пальцы, пытаясь унять дрожь, но тело отказывалось его слушаться. — Хм… интересно. Ты знаешь, почему до сих пор не превратился? — Намджун всё ещё сидел на корточках, с интересом разглядывая осунувшееся лицо юноши. — Понятия не имею. Для меня самого это что-то вроде чуда. Хотя… возможно, пенициллин помог. — Что?.. Какой пенициллин? — мужчина замер и бросил удивлённый взгляд на Феликса, заставив того тихо прыснуть со смеху. — Извините… неудачно пошутил.       Намджун задумчиво отвернулся и посмотрел на Бан Чана, стоявшего в дверях камеры. Парень сосредоточенно ловил каждое слово Хана, и в его взгляде мелькало сожаление. — Что ж, Крис, пока что всё, что ты рассказал, похоже на правду. Бин, ты ведь тоже был там? — Намджун поднялся и приблизился к затихшим ребятам. — Да, мы вместе его нашли, — подтвердил Чанбин, медленно кивнув. — И ты подтверждаешь слова Чана? — Естественно. Зачем мне врать?       Намджун снова повернулся к Хану и, встретившись с умоляющим взглядом юноши, тепло улыбнулся. — Давай договоримся так. Ты пробудешь здесь под наблюдением ещё несколько дней. Я не могу перевести тебя в медблок по соображениям безопасности, поэтому, пожалуйста, не пытайся сбежать. — Он кивнул Хосоку, и тот отлип от стены. — Обещаю, здесь тебя никто не обидит. Как только мы убедимся, что ты не представляешь опасности для остальных, тебе выделят комнату. Ты ведь не против остаться на базе?       Мужчина сделал лёгкую паузу.       Хан неуклюже подтянул колени к подбородку и взволнованно вздохнул. — А разве у меня есть выбор? — Конечно. Выбор есть всегда. Но знай: вместе с группой выжить намного проще, чем одному. — Я подумаю… — Конечно. Отдыхай. Я попрошу принести тебе ужин.       Намджун вышел из камеры и, бросив на Хосока многообещающий взгляд, направился к двери Блока С. Чон в ответ предупреждающе посмотрел на парней и поспешил догнать удаляющегося мужчину.       Бан Чан словно отмер и, схватив Бина с Хёнджином под локти, подтянул обоих ближе к входу в карцер. — Рад тебя снова видеть, — сказал Крис и, поймав раздражённый взгляд Бина, спустя секунду всё же выпустил ребят из цепкой хватки. — П-привет… — Хан замялся, не зная, куда спрятаться от любопытных глаз. — Эй, тебе правда не стоит бояться нас. На этой базе много выживших. Мы не занимаемся разбоем или грабежом. Это действительно хорошее место, чтобы остаться, — Феликс улыбнулся ему, пряча замёрзшие руки в карманы толстовки. — Хочется в это верить… — едва слышно прошептал Джисон. — Сам увидишь, как только выйдешь отсюда, — устало потянувшись, Хёнджин повторил улыбку Ли. — Не знаю… э… Чан? Спасибо. За то, что не бросили меня на той дороге. — Это было бы не по-человечески, — Бан Чан протянул руку Феликсу, помогая тому подняться с раскладушки.       Хан ненадолго замолчал, будто что-то обдумывая. Потом неуверенно посмотрел на парней и задал вопрос, который всё это время не переставал крутиться у него в голове. — А… где Ли Минхо?