Give Me All Your Love

      Так же сильно, как развлекаться с альфами их стаи доводить их до животного состояния и позволять им делать с собой то же самое, Хёнджин любил проводить время с омегами. И Феликс, и Минхо, и сам Хёнджин привыкли вести почти так же, как и подчиняться.       Если с Минхо можно было развлекаться часами напролет, лишая обычно прекрасно контролирующего свои эмоции омегу привычной уравновешенности и доводя его до такого состояния, что он становился податливым и начинал хныкать и всхлипывать, то Феликс, наоборот, предпочитал быстрый секс. Быстрый, но куда более развязный.       В этот день Хёнджин и Феликс были предоставлены сами себе в общежитии: остальные члены стаи ушли в кино.       Хёнджин затащил омегу в гостиную почти сразу после того, как остальные члены стаи вышли за дверь: не столько потому, что ему хотелось приватности, сколько потому, что этой ночью он не желал делить Феликса ни с кем. В частности, с Джисоном, так как молодому альфе было сложно удержать руки при себе, даже если он и клялся, что будет только смотреть.       В данный момент Хёнджин прижимал Феликса к стене гостиной. Феликс едва успел выйти из своей комнаты, как оказался практически распластанным по стене, пока старший омега целовал его, вырывая из мягких губ тоненькое хныканье. Не теряя времени, Хёнджин расположился прямо напротив Феликса и нежно обхватил ладонями лицо младшего, после чего притянул его к себе для глубокого поцелуя. Почувствовав, как мягкие губы прижались к его собственным, Хёнджин издал стон: было что-то почти эйфорическое в поцелуях с омегами. Что-то совершенно иное, чем при поцелуях с альфами; в некотором роде, почти могущественное.       Оторвав одну руку от лица Феликса, Хёнджин двинулся вниз, к нежно-розовым трусикам своего парня; он просунул руку внутрь и позволил указательному пальцу проскользнуть между складочками младшего омеги. Когда Хёнджин начал медленно раздразнивать пальцами клитор Феликса, младший омега не смог сдержать стон, который Хёнджин тотчас поймал своим ртом.              ─ Ты уже такой мокрый для меня, ─ прошептал Хёнджин в губы Феликса, а затем снова накрыл рот младшего своим, проводя языком по его мягкой нижней губе и слегка прикусывая ее, чтобы заставить своего прекрасного парня издать еще больше отчаянных звуков.              Феликс плотно закрыл глаза и откинул голову к стене, позволяя Хёнджину полностью контролировать его тело. С каждым движением пальцев второго омеги Феликс чувствовал, как он становится все ближе и ближе к оргазму; чувствовал, как он сжимается вокруг пустоты. Феликс чувствовал, как все сильнее и сильнее желает, чтобы его что-то заполнило; его киска пульсировала и текла, пока его парень продолжал доставлять ему удовольствие.              ─ Пожалуйста, ─ заскулил Феликс, когда Хёнджин отстранился от него, наконец-то позволив им обоим перевести дух, ─ пожалуйста, трахни меня, Хёни. Пожалуйста... черт, я сейчас кончу!              ─ Хочешь, чтобы я трахнул тебя, детка? ─ спросил Хёнджин, отступив на шаг, чтобы иметь возможность трогать Феликса чуть под другим углом. ─ Если ты будешь хорошей маленькой принцессой и кончишь вот так, я трахну тебя своими пальцами. Прямо здесь, у стены. Я знаю, как тебе нравятся мои пальцы внутри тебя; нравится, как они проникают глубоко в твою маленькую тугую киску. Гораздо, гораздо глубже, чем твои собственные пальцы, правда, Ликс?              ─ Да, блять! Люблю твои пальцы, Хёни. Люблю, когда ты трахаешь меня!              ─ Тогда, ─ прошептал Хёнджин, откинувшись назад и прижавшись губами прямо к уху Феликса, ─ будь хорошей девочкой и кончи для меня, принцесса.              Ускорив движения, Хёнджин застонал от увиденного зрелища: самый младший омега в их стае действительно был самим совершенством. В любой день он был просто великолепен, но на грани оргазма его красота только усиливалась. Его стоны, то высокие, то хриплые и глубокие, всегда были безумно сексуальны. Он всегда был таким нетерпеливым и податливым для своих парней, с готовностью выполняя всё, что ему скажут.       Издав громкий стон, Феликс почувствовал, как все его тело напряглось, когда оргазм захлестнул его. Его парень ни на секунду не прекращал своих движений, продлевая его удовольствие, и ощущения становились все более и более интенсивными. Без предупреждения Хёнджин одним плавным движением просунул руку между ног Феликса и погрузил три пальца в его мокрую киску, сразу начав двигать пальцами. Загибая их назад к себе, он глубоко вводил их и трахал своего парня в быстром темпе, не давая его телу времени опомниться и спуститься с пика. Из уст омеги вырывались стоны, хныканье и мычание; звуки не прекращались, пока наслаждение продолжало атаковать его тело, подталкивая его все дальше и дальше ко второму оргазму.       ─ Хёни! Хёни, пожалуйста! ─ Феликс почти кричал, сжимая пальцы своего парня, словно пытаясь удержать их глубоко внутри себя, пока он переживал свой второй интенсивный оргазм.              ─ Блять, Ликс ─ так стонать из-за другого омеги? Какой грязной шлюхой стала моя принцесса, а? ─ сказал Хёнджин, наклоняясь ближе и проводя языком по краю уха Феликса. ─ Разве это не стыдно? И это только от пальцев? Моя принцесса дошла до такого отчаяния, что практически готова раздвинуть ноги для кого угодно и чего угодно. Это правда, м? Ты такая шлюха, Ликс?              ─ Да! Нет! То есть... я, ─ лепетал Феликс, не в силах собраться с мыслями, пока Хёнджин продолжал трахать его пальцами, ─ еще, пожалуйста!              ─ Это все, что осталось в твоей маленькой хорошенькой головке? Ни одной настоящей мысли или предложения, только бездумное удовольствие, да? Жалко.       Одним движением Хёнджин вытащил пальцы из киски Феликса и отошёл от него. Лишившись опоры, Феликс споткнулся и чуть не упал, глядя на удаляющуюся спину своего парня, а в голове у него проносились мысли о том, почему тот так резко уходит. Не успел он задать вопрос, как Хёнджин вернулся с их коробкой ─ одним из самых дорогих омежьих сокровищ. Коробка была до отказа набита разными секс-игрушками, бельем, смазкой ─ что ни назови, все там было. Сглотнув скопившуюся во рту слюну, Феликс не мог оторвать глаз от своего парня, придвинувшегося ближе; ему каким-то образом удалось снять с себя одежду, по одному предмету за раз, не уронив при этом коробку. Когда Хёнджин предстал перед ним обнаженным, Феликс почувствовал, что становится все более и более мокрым: его парень был поистине великолепен. Если честно, все они были такими. Но это не мешало Феликсу каждый раз приходить в восторг.              ─ Я хочу, чтобы ты вставил в меня вот это, ─ сказал Хёнджин, доставая два дорогих вибратора-пули, которые можно было подключить к приложению на телефоне, ─ а потом я вставлю один в тебя. Я буду контролировать твой, а ты будешь контролировать оба моих.              ─ Почему у меня не может быть двух? ─ Феликс заскулил, надув губы, и придвинулся ближе к Хёнджину, выхватывая из его рук два вибратора. ─ Это несправедливо.              ─ Потому что, ─ начал Хёнджин, доставая из коробки еще что-то, ─ твоя маленькая киска не сможет выдержать всего этого, верно? Ты никогда не принимала два члена в свою маленькую киску; всегда приходилось ограничиваться одним в твоей маленькой тугой попке и одним в твоей мокрой киске.              ─ Но этого не доста… ─ произнёс было Феликс, но его вопрос прервался, когда он заметил, что было в руках его парня.       ─ Видишь? Не нужно хныкать, как маленький, принцесса, ─ усмехнулся Хёнджин, убирая коробку в сторону. В руках у него оказался довольно большой фаллоимитатор и ремешок для страпона, ─ Я заполню тебя. Наполню твою маленькую мокрую дырочку. Может, это и не узел, но я все равно хорошо тебя оттрахаю.       Подойдя к дивану, Хёнджин сел на самый краешек сиденья, раздвинул ноги и жестом пригласил Феликса подойти ближе. Не теряя времени, Феликс поспешил к своему парню и встал на колени между его ног. Придвинувшись ближе к мокрой киске Хёнджина, Феликс открыл рот и провел языком между складок, нежно облизывая клитор.              ─ Блять, детка, ─ произнёс Хёнджин, его голос напрягся, когда удовольствие пронеслось по его телу, посылая мурашки по позвоночнику, ─ это не то, что ты должен сейчас делать, принцесса. Не надо себя так вести.              ─ Я просто хотел проверить, ─ сказал Феликс, глядя на Хёнджина; его глаза расширились в напускной невинности, ─ ты всегда такой вкусный.              ─ Приступай, если хочешь, чтобы я тебя трахнул.       Ворча себе под нос, Феликс прижал первый из двух вибраторов к отверстию Хёнджина и стал водить им взад-вперед, чтобы собрать как можно больше смазки другого омеги. Надавив, Феликс ввел игрушку внутрь своего парня; вибратор плавно скользнул внутрь, почти не встретив сопротивления. Хёнджин издал довольный стон, почувствовав, как в его тело вошел первый из двух предметов; наконец-то он ощущал, что у него внутри что-то есть. Не желая терять времени, Феликс тут же подставил второй, как и прежде, и вогнал его внутрь, вызвав сдавленный всхлип у Хёнджина, который едва успел привыкнуть к первому.              ─ Какой же ты… Ах, ─ простонал Хёнджин, когда второй задвинулся на место, ─ ты всё никак не уложишь у себя в голове, как надо себя.. чёрт, как правильно вести себя, принцесса?              ─ Что ты имеешь в виду, Хёни? ─ спросил Феликс, глядя на своего парня с наглой улыбкой на лице; два его пальца все еще находились внутри его парня, вместе с двумя вибраторами. ─ Ты сказал, что я должен был ввести их в тебя, верно? И я должен был использовать для этого свои пальцы, так?              ─ Ты прекрасно знаешь, что я имел в виду, Ликс, ─ стонал Хёнджин, пока Феликс продолжал двигать своими пальцами внутри него, проводя по скользким стенкам и натыкаясь на вибраторы.              Не успел Феликс опомниться, как почувствовал руку на своих волосах. Хёнджин крепко схватил блондинистые пряди и потянул, вынуждая встать. С губ сорвался болезненный вскрик, когда его потащили вверх и уложили на диван, так, что его лицо оказалось вдавлено в подушку, а задница ─ поднята высоко кверху и выставлена на всеобщее обозрение.              ─ Знаешь что? ─ голос Хёнджина стал куда более жёстким. ─ Я передумал. Ты тоже получишь два.              Просунув два пальца между ног, чтобы убедиться, что вибраторы останутся на своих местах, Хёнджин быстро надел ремни; дополнительная фиксация между ног позволяла ему двигаться увереннее, так как он хотел, чтобы они оставались внутри и не выпали, когда всё станет более интенсивным. Прикрепив фаллоимитатор к ремням, Хёнджин взял смазку и один из плагов. Это была одна из самых маленьких пробок, украшенная маленьким розовым камнем на конце ─ она идеально подходила для данной ситуации, так как Хёнджин не хотел тратить много времени на подготовку задницы Феликса перед тем, как трахнуть его киску.       Выдавив немного смазки на пальцы, Хёнджин без лишних слов и предупреждений ввел палец в тугую дырочку Феликса, чем вызвал удивленный стон младшего. Пошевелив пальцем, чтобы убедиться, что Феликс достаточно растянут и может принять пробку без повреждений, Хёнджин на всякий случай добавил еще один палец, после чего вытащил их. Когда он собирался уже вылить немного смазки на пробку, Хёнджину в голову пришла одна идея, и он не смог сдержать самодовольной улыбки, бросив смазку на пол.              ─ Этого должно хватить, ─ сказал он, не обращая внимания на хныканье Феликса, и вставил пробку в мокрую киску младшего омеги, смазывая её таким образом, а затем снова вытащил и надавил выпуклой частью на узкий розовый вход.       Издав удивленный стон, Феликс сжал пробку; от этого движения его киска тоже сжалась, напоминая ему о том, что она всё ещё была пустой. Прошло совсем немного времени, прежде чем он почувствовал, как в него впихивают вибратор-пулю, практически вдавливая его в подушки дивана силой толчка. Феликс застонал, ощутив, как Хёнджин включил вибратор внутри него, и почувствовал, что возбуждается все больше и больше: ему нравилось, когда его парни обращались с ним достаточно грубо. Любил, когда они брали на себя ответственность и принимали решения; когда они не говорили ему, что именно произойдет, а просто использовали его и его тело по своему усмотрению. Он предпочитал отказываться от контроля и просто верить, что его парни дадут ему то, что ему нужно. И именно так всегда и происходило.       Включив два своих вибратора, Хёнджин положил телефон рядом с Феликсом, сдержав слово, что младший сможет управлять ими ─ если, конечно, сможет собраться с силами, чтобы сделать это, отвлекаясь от собственного удовольствия. Издав тихий стон, когда вибраторы ожили, Хёнджин не смог удержаться от того, чтобы сжаться вокруг них: ощущение того, как они оба вибрируют внутри него, рядом друг с другом, ему очень нравилось. Ему всегда нравилось двойное проникновение, когда в его киску входили два члена, а в таких случаях, как этот, когда ни один из альф не был доступен, ему на помощь приходили игрушки.       Справедливости ради все три омеги стаи любили двойное проникновение, но Феликс был единственным из них, кто никогда не принимал два члена в одну дырку. А вот Хёнджин и Минхо довольно часто принимали два члена в попку или киску, и оба получали огромное удовольствие. Среди альф Чан был единственным, кому нравилось двойное проникновение ─ все они в какой-то момент становились нижними, но Чан был единственным, кому это действительно нравилось, как и единственным, кто принимал в себя сразу два члена.              ─ Посмотри на себя, принцесса, -─ сказал Хёнджин, дважды шлепнув Феликса по заднице, наслаждаясь хныканьем, вырвавшимся из губ его парня, ─ так красуешься перед другим омегой. Выглядишь как дешевая шлюха, так отчаянно желающая, чтобы ее трахнули, что позволила бы это сделать практически любому, не так ли?              ─ Да! ─ почти крикнул Феликс, когда последовало еще три удара. ─ Я… Блять, ах.. я люблю, когда меня трахают. Я твоя ш-шлюха, пожалуйста, Хёни, просто твоя дырка!              ─ Верно, детка. Ты просто так любишь член, да? ─ Хёнджин зарычал, помещая дилдо в киску Феликса и проталкивая внутрь ровно настолько, чтобы влагалище младшего растянулось вокруг головки, а затем снова вытаскивая дилдо обратно. ─ Спорим, тебе бы понравилось, если бы тебя трахнули несколько человек, м? Даже за пределами нашей стаи. Тебе бы понравилось, если бы тебя связали, завязали глаза и оставили в каком-нибудь туалете компании, чтобы все могли тобой воспользоваться. Ты бы принял так много членов, как и полагается маленькой грязной шлюхе вроде тебя.              ─ Звучит так хорошо, ─ прохрипел Феликс, чувствуя, как Хёнджин проводит фаллоимитатором между его складок; мягкий кончик проникал в его отверстие и давил на клитор, заставляя дрожать от удовольствия. ─ Хочу быть использованным!              ─ Конечно, хочешь, сучка, ─ произнёс Хёнджин. Его голос был ледяным, когда он схватил Феликса за бедра и вошел в младшего, погрузив весь фаллоимитатор в его киску, а затем снова вытащив его обратно. ─ Думаю, мы могли бы начать тренировать тебя, чтобы ты привык принимать два члена в одну дырку. Представь себе, принцесса, как в твою прелестную маленькую киску входят два члена альфы, и оба полностью ее разрушают, оставляя использованной и открытой. А может быть, два члена в твоей маленькой тугой попке? Я знаю, как ты любишь, когда Джисон трахает твою попку, принцесса. Может быть, мы даже попробуем вставить два члена в твою попку и киску одновременно, полностью раскрыв тебя. Как думаешь, принцесса, ты сможешь такое выдержать?              ─ Нет, ─ хныкал Феликс, чувствуя, как головка члена снова входит в него, ─ я не смогу. Эт-то… и так уже много. Я чувствую вибратор внутри. Он двигается, когда ты входишь глубоко.              ─ Еще бы, ─ усмехнулся Хёнджин. Его голос становился все нежнее, когда он смотрел вниз на своего великолепного парня; вид у него был просто потрясающий, ─ тебе ведь нравится чувствовать его глубоко внутри своей маленькой киски, правда? Представь, что будет, если я засуну его так глубоко, что ограничитель уже не получится зацепить? Ты будешь так хорошо смотреться перед нами, когда один из наших альф будет пытаться достать его из тебя.       Прежде чем Феликс успел ответить, Хёнджин снова подался вперед и глубоко вогнал дилдо в младшего омегу, на этот раз не вытаскивая, а оставляя его внутри, после чего опустился на Феликса, прижавшись грудью к его спине. Феликс вскрикнул, почувствовав, как фаллоимитатор полностью заполняет его; его головка, а также вибратор прижались к шейке матки. Это было больно, ох, как больно и в то же время умопомрачительно приятно, и он совершенно не мог насытиться.       В отличие от других омег в их стае, Феликс обожал эту приятную боль, которая проносилась по позвоночнику, когда шейка матки раскрывалась. Во время течек и Хёнджин, и Минхо тоже наслаждались этим ощущениям, так как их внутренние омеги полностью брали контроль над их разумом, и раскрытая шейка матки казалась им в процессе знаком того, что их размножение будет успешным, несмотря на контрацептивы. В противном случае ощущения от подобной стимуляции были бы слишком интенсивными, и справиться с ним они были способны только в подходящем настроении. Обычно это происходило, когда кто-то из них или оба специально выводили своих альф из себя, желая вызвать первобытную реакцию. В противном случае, во время обычного повседневного секса ─ нет.       Положив голову прямо рядом с головой Феликса, Хёнджин стал целовать и посасывать чувствительную точку чуть ниже покрасневшего уха, вырывая из его губ жалкие стоны и продолжая слегка вращать бедрами.              ─ Я сейчас выйду, ─- сказал Хёнджин, нежно прикусив мочку уха своего парня, ─ а потом сяду на диван. А затем ты оседлаешь меня. Ты залезешь ко мне на колени, как маленькая грязная шлюшка, которой ты и являешься, а потом будешь скакать на мне. Тебе придется доставлять себе удовольствие, сидя на мне, трахать себя фаллоимитатором, пока не кончишь. Каждую минуту я буду усиливать вибрацию внутри тебя, доводя тебя до безумия. Если ты не кончишь в течение пяти минут, я переключусь на другую программу, понял? Я включу самый быстрый темп вибрации, возможно, даже подключу их к одной из наших песен. В прошлый раз Минхо-хёну это очень понравилось: я включил вибрацию в ритме «Thunderous». Он так красиво кричал для меня. Ты можешь лучше, чем хён, принцесса?              ─ Л-ладно, ─ сказал Феликс, его голос дрогнул, когда он почувствовал, как Хёнджин отодвинулся и вышел из него.       Встав на ноги, практически не державшие его, Феликс переместился туда, где сидел Хёнджин, и осторожно забрался к нему на колени, после чего снова поместил фаллоимитатор в свою киску. Медленно опустившись на него, Феликс застонал, снова ощущая, как чувствительные стеночки растягиваются вокруг дилдо. На этот раз растяжка была гораздо медленнее, позволяя ему почувствовать каждый сантиметр, который входил в него. Он чувствовал, как вибратор проталкивается в него все дальше и дальше, пока не оказался плотно прижатым ко внутренней стенке. Опустившись до предела, Феликс остался сидеть на коленях Хёнджина, пытаясь перевести дыхание: ощущение, что фаллоимитатор так глубоко вдавливается в него, было слишком интенсивным.              ─ Слишком много, ─ хныкал Феликс, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы, ─ Хёни, это слишком м-м-много!              ─ Это действительно слишком для тебя, принцесса? ─ спросил Хёнджин, крепко сжимая челюсть своего парня; его глаза стали мягкими и заботливыми, полностью разрушив образ безразличного парня.              ─ Нет, ─ Феликс хмыкал, мелко двигая бёдрами. Ему было очень приятно, что его парень проверил его, не выходя при этом из образа, ─ просто это так много. Это всегда так приятно ─ ощущать тебя в себе.              ─ Тогда оседлай меня как следует, сучка, ─ прорычал Хёнджин, крепче сжав челюсть Феликса; его хватка стала болезненной, когда он заставил младшего открыть рот, а затем сплюнул, размазывая собственную слюну по губам Феликса большим пальцем. ─ Двигайся, шлюха, и покажи мне, как отчаянно ты нуждаешься в члене!              Феликс, всхлипнув, поудобнее устроил свои бедра по обе стороны от бедер Хёнджина и начал медленно подпрыгивать на коленях старшего, ощущая дополнительную стимуляцию от вибратора. Каждый раз, когда задница Феликса ударялась о бедра Хёнджина, старший омега наносил Феликсу болезненные шлепки по заднице, чередуя левую и правую стороны и заставляя младшего сжиматься вокруг фаллоимитатора.       Ухватившись за края пробки, Хёнджин стал то вытягивать ее, то проталкивать дальше внутрь, подстраиваясь под движения Феликса, отчего младший застонал ещё громче.              ─ Вверх до самого конца, ─ скомандовал Хёнджин; на его лице появилась ухмылка, когда Феликс немедленно подчинился приказу, ─ А теперь опускайся!              ─ Черт! ─ воскликнул Феликс, отпуская себя и оставляя остальное на волю гравитации, ─ Ещё раз? П-пожалуйста?       ─ Конечно, принцесса, ─ сказал Хёнджин, прижимаясь слишком нежным поцелуем к пухлым губам младшего, ─ еще пять раз.       Положив руки на бедра Феликса, Хёнджин откинулся назад и позволил себе насладиться открывшимся перед ним зрелищем. Конечно, вибратора внутри него было недостаточно, чтобы доставить ему удовольствие, но пока он имел возможность ласкать Феликса и видеть его наслаждение, он был не против.       Когда Феликс поднялся в пятый раз, Хёнджин крепко ухватился за бедра младшего и резко потянул его вниз, прежде чем Феликс успел опуститься обратно. Не давая Феликсу времени перевести дыхание, Хёнджин начал поднимать бедра навстречу Феликсу, медленно трахая младшего.       ─ Больно, ─ скулил Феликс, по его щекам текло еще больше слез, ─ так больно, Хёни!              ─ Тебе ведь нравится, когда больно, правда, принцесса? Моя маленькая грязная шлюшка так наслаждается болью, не так ли, дорогой?              ─ Пожалуйста! ─ сокрушенно воскликнул Феликс, все его тело сотрясалось от смеси удовольствия и рыданий, пронизывающих его тело. ─ Еще!              Потянувшись и схватив телефон одной рукой, Хёнджин провел пальцем от нижней части экрана к верхней, включая вибрацию на максимальный уровень. Опустившись вниз в очередной раз, Феликс издал громкий сдавленный всхлип, когда оргазм охватил все его тело. Для Феликса оргазмы, вызванные стимуляцией шейки матки, были самыми интенсивными; он любил их, но они также сильно истощали его тело. Плача во время, казалось, нескончаемого оргазма, Феликс цеплялся за Хёнджина изо всех сил, словно боясь его отпустить.       Как только он почувствовал, что тело Феликса обмякло, Хёнджин обхватил его ногами за талию и положил обе руки под зад младшего омеги, крепко сжав его, поднял на руки и встал с дивана. Двигаясь к обеденному столу, Хёнджин едва сдерживал стоны, слушая жалкое нытье и скулеж своего парня. При каждом шаге Хёнджина дилдо внутри Феликса двигалось и упиралось в его чувствительную шейку матки. Усадив Феликса на стол, Хёнджин, не встретил особого сопротивления, когда перевернул младшего и уложил его так, что тот оказался стоящим на коленях на столешнице.       Прижав младшего к столу, Хёнджин снова ввел фаллоимитатор в дрожащее тело Феликса. Он знал, насколько неудобна эта поза: ноги Феликса были раздвинуты до упора и согнуты, так что ему пришлось сильно прогнуться в спине. Их тела были прижаты друг к другу настолько, что живот и грудь младшего почти касались поверхности стола. Все три омеги в их стае хорошо знали, как напрягаются ноги, когда они занимают такую позу ─ альфы любили так их брать, укладывая на разные предметы мебели в общежитии.       ─ О боже, ─ прохрипел Феликс, поворачивая голову и прижимаясь щекой к холодной поверхности стола, ─ я сейчас снова кончу.              ─ Да, принцесса, ─ ответил Хёнджин, прижимаясь бедрами к заднице Феликса, как это делали их альфы, когда приближались к моменту формирования узла, ─ ты кончишь еще два или три раза. Мы должны приучить твое маленькое красивое тело к множественным оргазмам, верно, принцесса? Что за шлюха может кончить всего несколько раз?              ─ Хёни!              ─ Заткнись, ─ прорычал Хёнджин, ударяя бедрами по заднице собеседника, и на этот раз не отстраняясь, ─ сейчас ты для меня не более чем дырка, понял? Я не хочу больше слышать от тебя никаких слов, шлюха. Может, ты и моя маленькая принцесса, но сейчас мне нужна только мокрая дырка, чтобы трахнуть её. Сожмись, если до тебя дошло, шлюха.       Несмотря на то, что он не мог почувствовать, как Феликс напрягает мышцы, Хёнджин видел, как его отверстие сжимается вокруг фаллоимитатора. Для него это было вполне достаточно.       Отстранившись, Хёнджин начал трахать Феликса в быстром и жестком темпе, стараясь подражать тому, как Чанбин или Сынмин трахали их, когда им хотелось свести омегу ума. Как бы им с Минхо ни нравилось такое, никто из них не мог сравниться с Феликсом. Их младший омега выглядел совершенно милым и невинным, и от этого контраст между тем, что он любил в спальне, и их обычной повседневной жизнью, становился ещё сильнее.              ─ Блять, я обожаю твой запах, принцесса, ─ простонал Хёнджин, продолжая трахать младшего омегу и вдыхая сладкий клубничный аромат полной грудью, ─ твой запах так идеально сочетается с моим, ты не находишь? О, точно. Чуть не забыл: хорошие маленькие игрушки не разговаривают.       Прошло совсем немного времени, и крики Феликса стали еще громче, давая Хёнджину понять, что его драгоценный парень снова все ближе и ближе к своему следующему оргазму. К этому моменту Хёнджин уже забыл о счете: он был слишком поглощен прекрасным зрелищем, которое предстало перед ним, и теплым нежным чувством, которое он испытывал, осознавая, какое сильное удовольствие он доставляет своему восхитительному парню. Он знал, что уже подарил Феликсу два оргазма, но будет ли это третий или четвертый, он, честно говоря, не помнил.       Схватив Феликса за запястья, Хёнджин потянул его за руки назад, практически заставляя тело младшего омеги подняться и оторваться от столешницы. Вонзившись в него еще пару раз, Хёнджин не смог удержаться от стона, увидев, как его младший парень снова доходит до своего пика. Феликс все еще плакал и стонал, когда удовольствие продолжало омывать его уставшее и перевозбужденное тело; он чувствовал, как дрожит, когда Хёнджин держал его за запястья.       Как только Хёнджин отпустил его, Феликс почувствовал, что падает вперед и снова на стол; ему едва удалось выставить руки перед собой, прежде чем он ударился лицом о поверхность. Ощущение, что фаллоимитатор выскользнул из него, вызвало еще одно хныканье, и он лег на стол, тяжело дыша и дрожа. Его тело было полностью истощено и оттрахано.       Ощущение того, что из него непрерывным потоком сочится смазка, не должно было быть таким горячим; он должен был бы смутиться, но он был так далек от этого. Сжимаясь, Феликс почувствовал, как вибратор внутри него тоже выскользнул; влажный хлюпающий звук, с которым он выскользнул из киски, заставил его покраснеть.              ─ В последний раз, ─ сказал Хёнджин, расстегивая пряжки и снимая ремни, ─ в последний раз, и ты сможешь отдохнуть, принцесса.              Феликс смог ответить только жалко промычать что-то в ответ, его разум и тело были слишком заняты, чтобы понять, что именно говорит Хёнджин.       Взяв со стола все еще жужжащий вибратор, Хёнджин приложил его прямо к клитору Феликса, заставив младшего вскрикнуть еще сильнее. Хёнджин положил свободную руку на бедро младшего и крепко держал его, пока его парень корчился и метался на столе; его тело неосознанно пыталось уйти от слишком сильного наслаждения. Когда крики становились все громче и громче, Хёнджин сильнее прижал вибратор к клитору младшего и стал двигать им круговыми движениями.              ─ Блять! Блять! ─ закричал Феликс, чувствуя, как его тело снова напрягается, ─ Я сейчас... хах!       Прежде чем он успел предупредить Хёнджина, Феликс почувствовал, что достигает оргазма.       Когда оргазм вновь охватил его тело, Феликс почувствовал, что на этот раз дело не ограничилось одной лишь новой порцией смазки: сквирт был чем-то, что случалось с ним крайне редко. Унизительное ощущение того, что он залил весь обеденный стол и, несомненно, Хёнджина, заставило Феликса всхлипнуть; это была последняя капля, необходимая ему перед тем, как полностью расслабиться.              Убрав вибратор от чувствительного клитора Феликса, Хёнджин окинул своего парня внимательным взглядом, желая убедиться, что не перешел никаких границ. Не то чтобы он не доверял Феликсу, но все же ему было приятнее самому незаметно все проверить.              ─ Пожалуйста, ─ хныкал Феликс, пытаясь повернуться на бок, ─ Можно мне? Пожалуйста              ─ Что тебе нужно, детка? ─ спросил Хёнджин, поспешив помочь своему младшему парню перевернуться на бок, а затем и принять сидячее положение, ─ Ты получишь всё, что захочешь, принцесса. Ты был таким послушным для меня сегодня, как и всегда.       ─ Можно мне, пожалуйста... блять, пожалуйста, съесть тебя? ─ спросил Феликс, не отрывая взгляда от киски Хёнджин. ─ Хочу, чтобы тебе было хорошо.              ─ О, детка, ты не обязан этого делать, ─ начал Хёнджин, поглаживая лицо Феликса. ─ Мне было достаточно того, что я смог сделать тебе так хорошо, принцесса. Просто отдохни как следует.              ─ Но я хочу, ─ надулся Феликс, отталкиваясь от стола и опускаясь на пол.       ─ Ха?              Хёнджин попытался ответить, но в итоге сдался, наблюдая за тем, как его очаровательный, но упрямый парень заползает ему между ног, а его руки осторожно раздвигают на такое расстояние, чтобы он мог поместиться между ними.       Не говоря больше ни слова, Феликс прижался губами к влажной киске своего старшего парня, а затем провёл языком по текущему входу. Хёнджин сразу задрожал, проваливаясь в удовольствие, доставляемое Феликсом и лишь усиливаемое двумя вибраторами внутри него.       Сосредоточив внимание на клиторе, Феликс стал лизать и посасывать чувствительный бутончик: он не хотел дразнить Хёнджина, оставляя его на пороге оргазма раз за разом. Он просто хотел, чтобы его парень тоже кончил, чтобы они могли вместе принять душ и обняться. Феликсу нравилось, что после того, как его парень доставил ему столько удовольствия, он мог хотя бы немного порадовать его в ответ.       Прошло совсем немного времени, и Хёнджин издал несколько хныкающих звуков, тоже дойдя до предела. Феликс продолжал посасывать его клитор во время оргазма, наслаждаясь тем, как дрожат бедра Хёнджина, когда его парень кончает. Почувствовав руку на своих волосах, Феликс отстранился и посмотрел на Хёнджина; взгляд старшего был полон любви и восхищения. Взяв старшего парня за руку, Феликс позволил Хёнджину помочь ему подняться с пола, а затем притянуть к себе и обнять. Хёнджин нежно поцеловал Феликса в губы, а затем закрыл глаза и уткнулся носом в шею младшего, вдыхая его запах.              ─ Я люблю тебя, ─ прошептал Феликс, тоже зарываясь лицом в шею другого омеги и вдыхая его запах.              ─ Я тоже люблю тебя, принцесса.