How real are blooming lilacs?

«Я всё исправлю, починю и налажу» Каждый раз говорил себе Андрей. Я исправлю, все будет хорошо, как раньше. Но это ложь, такого никогда не будет, очередной обман самого себя. И каждый раз он разочаровывается в этом человеке, пока не забудет свою обиду, не начнет говорить «это я виноват, все нормально», а точно ли виноват ты, Андрюша? Может быть, пересматривая все ситуации, ты что-то позабыл? Позабыл, что-то важное, быть может самого себя? Ты позабыл так много вещей, что натыкаясь на свои записи, ты даже не можешь вспомнить, чем они вызваны, что же тогда случилось. И каждый раз, ты думаешь «а может удалить?», но единственное, что тебя останавливает – память. Ты боишься потерять этот момент, позабыть абсолютно всё без возможности вспомнить, чтобы потом вмиг утонуть в океане чужих глаз. Теперь ты ненавидишь того человека, которого любил тогда. Тебе хочется блевать от одного лишь упоминания, воспоминания. А когда ты, на удивление, замечаешь нелепый комментарий под своим очередным постом, лишь мысленно кричишь: «да пошел ты нахуй» и закрываешь телеграмм, потому что это всё – нелепица. Когда замечаешь, что тебя удаляют из приватного канала – становится обидно, хочется ударить человека об стенку, но за что? За личное пространство? Это всё кажется бессмысленно нечестным. Иногда всё-таки хочется стереть себе память и забыть всё это, без возможности вспомнить и... Снова утонуть в океане чужих глаз Да что ж такое. Сбежать от себя, уйти от воспоминаний, забыть навсегда, сказать "нет" и уйти в небытие, пропасть со всех радаров, но не умереть, лишь бы не столкнутся ... С чем? С его глазами. Страшнее всего видеть флешбеки. Пожалуй, это самое сложное. А ещё хуже, если флешбеки чересчур бытовые, не просто какая-то очередная скамейка, на которой они когда-то сидели или же остановка. Нет. Хочется чихнуть? – вспоминается совет из чужих уст «посмотри на свет», в ванной тогда стояли, Андрей на пороге был, в глаза чужие смотрел, а потом на лампу. Икаешь? – вспоминается туториал на то, как пить воду при икоте, потому что Андрей правда не знал, как это делать. Тогда по звонку разговаривали. Все кружки грязные, приходится в стакане кофе пить? – вспоминается чужая ненависть к кружкам. Хочется изрезать себя? – чужое лезвие вспоминается, шрамы чужие, длинные такие, вспоминается как ногу чужую целовал комплименты делал. «Люблю тебя пиздец как» – чужие уста, а вспоминаются родные, говорящие: «Люблю тебя пиздец». – Ты каждому это говоришь? – Только тебе. Андрей больше не верил. Все эти слова – враньё. Наверняка не только ему. Каждый второй якобы являлся солумейтом Феди. «Да не нужен я блять ему, у него есть новый человек, лучше меня, с ним ему явно получше чем со мной, там всё другое, я уже не нужен. Оно, наверное, к лучшему» Наспех пишет очередные мысли в заметках.