How real are blooming lilacs?

«Обжигай мое горло, души, делай, что хочешь, подсади меня на самые ужасные вещи, но ты уже меня подсадил на тебя самого, а я тебя подсадил на всё остальное. Обмани меня ещё раз, скажи, что тебе не все равно, скажи, что ты один, а потом пьяный расскажи мне обо всем, проговорись, что ты меня наебал. Всё как всегда, Федь, всё как всегда, мне больно. У меня ведь тоже есть чувства, да? Как жаль, блять. Я ели слезы сдерживал вчера, молчал, потому что терпила, конечно, обманывай, скажи же, что якобы никогда мне не врал. Но правду ты не скажешь. Вырви ребра, привяжи к себе, сделай меня зависимым. Испорть мне жизнь, стань для меня всем. Просто убей меня.» – пишет Андрей после отвратительного дня. Он никогда не осмелился бы отправить что-то подобное Феде, нет, конечно нет. Так бы хотелось все высказать, но это кажется таким не приличным что ли. А прилично ли было со стороны Логвинова, сначала обмануть, сказать, что он дома и смотрит сериал, поэтому Андрей пусть заедет на два часа попозже, а после того, как Дю напишет "в пути", сказать о том, что едешь домой, а на вопрос "где был", ответить "сложно, занесло меня". И после этого, приехать и пьяным признаться, что был с другим человеком в ресторане, вы там пили и было намного веселее, чем было бы с Андреем. А за пару дней до этого всего говорить: «я хочу провести этот день только с тобой, Андрюш». Слова благодарности излишни. Больно. Федоровичу всегда печально, он уже будто бы привык, что оказываться на втором месте – его всё, что быть обманутым и кинутым это нормально, что так будет всегда. Вновь пешком от центра до дома, в слезах, потому что на улице нужно пробыть ещё где-то час, ведь домой он вернуться не может. Как дурак ревёт и винит себя за слезы, за слабость, хочется напиться, потратить последние деньги на водку и залиться до потери памяти. Избегает дома знакомых, не знать бы их всех. Андрей всего лишь терпила Федя всего лишь мудак и наоборот. Федоровичу всегда было интересно, что чувствуют люди, которые его намеренно цепляли? Знают ли они вообще о том, что ему может быть обидно? А если знают, то стыдно ли им? Хотели ли бы они извиниться перед ним или все таки чувство стыда у них напрочь отсутствует? Но если хотели извиниться, то почему не сделали этого? Нет, все таки последнее он может понять. Сам такой же. В один момент накатывает чувство вины за все действия, а извиниться уже никак. Ведь ещё стыднее приползти спустя несколько месяцев. Очередная истерика. Спустя несколько месяцев к Андрею пришло осознание того, как же часто его обманывали, вешали лапшу на уши, а он как придурок позволял, потому что оказаться брошенным намного страшнее, чем оказаться обманутым. «Я так часто врал о том, что тебе я в принципе не вру» Быть обманутым как минимум странно, особенно вспоминая «ты чё, не вру я тебе» и страшно. Страшно, потому что оказывается, тебя очень уж легко обвести вокруг пальца. Страшно, что ты доверял. Говорить о проблемах с доверием, но тянуться к людям все ближе. Ненавидеть, но постоянно искать внимание, пытаться обратно стать чем-то важным. Запутался даже в самом себе, что уж там говорить об взаимоотношениях с кем-либо. Блеск метала. Бритвы вряд-ли придумали для того, чтобы наносить себе увечья. В голове продолжает крутиться то, что он был обманут так много раз, а к этим мыслям присоединяется слово н е з д о р о в Ведь все это – не нормально. Не нормально резать себя, не нормально валяться в истерике и не нормально ловить панические атаки. Так странно, вроде хочешь умереть, а следом паническая атака и страх за собственную жизнь. Как же странно. Андрей сам по себе странный. Не нормально, считать, что тебя сложно обмануть, а на самом деле вестись на самые глупые вещи. Не нормально, так долго убиваться и посвящать песнопения свои лишь одному. Жизнь нужно прожить так, чтобы запомниться. Но запомниться кому? Чему? Быть может, спустя 50 лет кому то в руки попадут его текста, кто-то посчитает их чем-то высоким и он станет легендой. Нет. *** Очередное избегание серьезного разговора и Андрей тоскливо вздыхает. Стыдно за себя, за то, что не может ничего объяснить, за то, что просто сливается, когда мог бы все объяснить. Объяснить. Это невыносимо. – Объясни. – Нет, я пойду лучше. – Да блять, Дю.. И так всегда. Будто бы язык придуман вовсе не для адекватного выяснения всех ситуаций. Всячески избегать – не нормально. И Андрей прекрасно это понимает, только вот, объясняться он явно не готов, потому что даже собственный мозг не спешит отдавать отчёт о своих же действиях.