Amnesty

Питер, Гектор и несколько других широко известных альф стоят перед небольшой платформой рядом с все еще болтающим начальником полиции, расхваливающим их операцию. Толпа в мэрии Конро, штата Техас, набралась приличная, но очень неоднородная. Многие протестующие, если их можно так назвать, были против рейда. Группы сторонников и противников насилия, собравшиеся со всей страны, стоят друг напротив друга. Агенты нескольких спецслужб присутствуют на трибуне и в толпе, слушая репортеров. Питер ненавидит их всех в разной степени. Мало кто понимает масштабы этого успеха — насколько слабее станет Монро после конфискации этого оружия. Но больше, чем кого-либо из них, он ненавидит начальника полиции, чьего брата он лично обезвредил. Хвастающемуся шефу полиции следовало закончить на пятнадцать минут раньше, чтобы дать возможность присутствующим оборотням высказаться, как было согласовано. Может, он и симулирует гордость, но его запах излучает ненависть. Питер снова смотрит на часы. Уже прошел час. Час с тех пор, как шеф полиции, скрытый расист, ненавистник оборотней, белый татуированный символ власти, начал говорить. Никакие нетерпеливые постукивания ногами его не останавливают. Остается всего час, и Питер может сказать, что он намеревается украсть у них все это. Он снова вздыхает и кивает разгневанному Гектору, который кивает ему в ответ. Как один, они встают и подходят к сцене. Питер резко хлопает его по спине, вынуждая мужчину закашляться. — Давайте поаплодируем шефу полиции Проулингу за его неоценимую помощь в этом аресте, — говорит Гектор, бочком влезая и садясь на место мужчины за трибуной. — И еще одни аплодисменты для сотрудников в зале, которые будут отвечать за процесс предъявления обвинений мужчинам и женщинам, которые использовали оружие, которое мы захватили на прошлой неделе. — Теперь мы хотели бы открыть вечер частью мероприятия, посвященной вопросам, — говорит Питер, изобразив свою самую обаятельную улыбку. — Это ваша возможность задать оборотням все вопросы, спросить которые вы никогда не надеялись. Но мы не будем отвечать ни на что, что можем счесть угрожающим нашей дальнейшей безопасности. — Здравствуйте, это правда что ваше имя Питер Хейл? И если да, то правда ли, что подобная организация охотников на монстров убила всю вашу семью почти полтора десятилетия назад? — Спрашивает женщина из первого ряда. С лица Питера исчезает улыбка. — К сожалению, да. Моя семья, состоящая из оборотней и людей, была убита в результате поджога охотницей, которая сексуально домогалась до моего тогда еще несовершеннолетнего племянника. И мы предпочитаем термин «оборотень», поскольку мы не монстры. Мы люди. — Просто у нас есть несколько дополнительных способностей, обусловленных нашей биологией, — продолжает Гектор. — Все не так уж и хорошо. Мы, оборотни, часто проводим всю свою жизнь, скрывая и сдерживая наши способности, как положительные, так и отрицательные, чтобы случайно не привлечь внимание и не напугать людей. — И мой случай со становлением мишенью не редкость. Почти каждый член моей стаи когда-то был членом другой стаи, которая была точно так же уничтожена именно этой группой, — говорит Питер. — К сожалению, все это произошло из-за страха. Там был настоящий монстр, который все это и начал. Кошмар зовущийся Анук-Итэ, который на короткое время превратил меня в камень, и прежде чем мы, оборотни, уничтожили его, довел их лидера Монро до убийственного психоза, запустившего все это в действие. Это он несколько лет назад пытал ныне покойного оборотня в прямом эфире по телевидению, чтобы убедить всех, что мы настоящие. — Очевидно, пути назад уже нет, но мы можем идти вперед. И этот рейд — отличный первый шаг. В результате этого нападения ни один человек не погиб. Кроме того, нам удалось спасти нескольких таких же людей, как мы, находящихся в плену в подвале здания, — продолжает Гектор. — Появление Анук-Итэ направило нас на очень опасный путь, но мы надеемся, что сможем использовать наше теперь очень публичное существование, чтобы увеличить количество средств защиты для всех живых людей. — Есть ли у вас другие вопросы, мисс?.. — Спрашивает Питер. — Надин Синклейр, — заканчивает она за него. — Не сейчас, спасибо. — Правда ли, что брат начальника полиции был взят под стражу вместе с остальными членами организации? — Спрашивает мужчина, сотрудник местных новостей. — Мы позволим судам раскрывать всю подобную информацию. Следующий вопрос, — говорит Гектор, дав профессиональный ответ, который Питер не хотел давать. — Что именно там находится? — Что такое Анук-Итэ? — Записи некоторых городов показывают, что загадочные нападения животных, похоже, происходят в районах, где, как известно, живут оборотни. Как вы намерены гарантировать отсутствие нападений со стороны оборотней? — Почему присутствие сил безопасности здесь, на этом «саммите оборотней», настолько ощутимое, если вы намерены считать это актом мира? Вопросы продолжаются и продолжаются, пока им не приходится закончить и дать пятнадцать минут местным федеральным агентам. Затем Питера и остальных лидеров, в сопровождении нескольких охранников с каждой стороны, выводят к пуленепробиваемым машинам и они разъезжаются до созыва следующего саммита стаи. *** Стайлз слушает пресс-конференцию с легким безразличием. Человек на экране уже давно наскучил ему своей болтовней. В этом отношении его бессмысленность создает хороший фоновый шум, не мешающий его работе. Но в остальном, эта болтовня так бесполезна, что ее можно выбросить на ветер. Он включил его только потому, что Сумрак и Кода говорили об этом несколько дней назад, когда вернулись из поездки. Вся их стая бродила, наполненная энергией после того, как они, казалось, впервые за многие годы покинули штат. Они прошлись по магазину, забрали все, что не получили за последние две недели, а затем оставили его пополнять запасы. В конце концов, Стайлзу стало настолько скучно, что он начал это смотреть. Пока это было довольно забавным, это было лучше, чем ничего, в том же смысле, что ничто лишь ненамного лучше отвращения. Стайлз ухаживает за своими растениями и слушает, пока, наконец, через час Питер не начинает речь. Его первоначальное напряжение ощутимо даже после того, как они с Гектором заменяют шефа полиции. После того, как возникает вопрос о пожаре, становится только хуже. Питер рассказывает официальную версию истории, очищенную от обугленной кожи, безумия и семейных убийств, которые посрамили бы Каина и Авеля. В конце концов, преднамеренные исключения оказываются терпимыми. Если бы Стайлз мог так легко забыть истинную историю своего родного города, как это наверняка сделает история, он бы уже сделал это. — Возможно, это к лучшему, — шепчет он и возвращается к работе. Вместо этого он здесь, в Армистисе, в выбранном им доме. Как всегда, он заботится об их маленьком неизвестном сообществе, надеясь, что беда забудет его еще на несколько лет. Она его не забудет, но это приятная мечта. Так продолжается целых двадцать минут. Через двадцать минут после выступления Питера и Гектора в дверь Стайлза звонят, и голос Питера, доносящийся из постоянно слабеющего динамика умирающего ноутбука Стайлза, становится удвоенным по громкости. Растерянность, удивление и предвкушение переполняют его грудь. Именно эти чувства заставляют его снова взять растение в руки и вернуться в зал магазина. — Невежливо трогать чужие вещи без спроса, — бросает он, когда в быстром темпе преодолевает помещение. — Я не делал ничего подобного, — Питер выкатывается из-за угла почти ему под ноги. Стайлз останавливается как вкопанный, всего в полуфуте от оборотня. — Так ты вернулся. Как долго длится твой пит-стоп в моем городе? Не хочу здесь проблем, которые преследуют тебя. — Я думал, что сам являюсь проблемой. Рад слышать, что спустя столько лет ты изменил свое мнение. Не волнуйся, я буду в городе всего несколько дней; в наши дни трудно путешествовать незаметно. — Держу пари. — Если бы близлежащие заправочные станции не были такими дружелюбными, я сомневаюсь, что мое путешествие было бы таким гладким. Ты слышал? В результате событий на юге стае Армистиса удалось приобрести несколько домов на окраине города. Что-то вроде награды. — Я не знал. — Предположительно, непредвиденная и щедрая удача. Некоторых из этих террористов разыскивали по довольно впечатляющим обвинениям. Дома являются хорошей инвестицией. Я слышал, что какая-то подрядная компания даже предлагала им помощь на безвозмездной основе. Это нечто, не согласен? — Действительно так, — Стайлз улыбается. — Работы над домами начнутся через несколько месяцев. — Пока мне удастся поглазеть на крепких строителей, я буду счастлив. — Тебе повезло, я видел рабочих. Они все довольно сильные и смуглые от многих тяжелых дней работы на солнце. Я уверен, что последняя работа была в южных штатах, — Стайлз закатывает глаза и притягивает Питера для поцелуя.