Плюмерия

      Кристиан и Деви шли по коридору молча, не спеша, окруженные вереницей слуг. Девушка не знала и не могла знать, что в голове губернатора, но понимала, что этот приём точно запомнится лорду. — Я хотела попросить прощения, — начала она задумчиво, — за фамильярное обращение. Девушке моего статуса не следовало так разговаривать с вице-королём Индии.       Тиан улыбнулся, не сбавляя шага. — Не стоит, Дивия. В первую очередь, я твой будущий муж, а только потом генерал-губернатор, английский лорд и остальная плеяда титулов. Если тебе комфортно, значит, так и нужно.       Деви усмехнулась — клубок противоречивых чувств кружил внутри. Но уверенно можно было сказать лишь одно — Тиан не похож на прочих мужчин Индии. Он действительно был откуда-то извне. Полностью осознавая своё превосходство, мужчина не ставил женщину ниже себя, что делало большинство местных. Многие из них действительно любили своих сестёр, жён, дочерей, но при любом удобном случае не забывали напоминать, что женщина всегда стоит после мужчины. Всегда. Лишь род Басу мог смело наступить на горло всем, кто так считает. Но она не являлась одной из них, даже несмотря на то, что в роду Шарма и были женщины Басу. Но это было столь давно, что Деви не знала, досталась ли ей хоть капля могущественной крови бенгальских львиц.       Раздумья в ее голове подпитывались тем, что Кристиан вполне мог вести себя так, чтобы угодить дюжине или хотя бы отдать дань статусу наследницы из почетной семьи. Но тогда в поле он поклонился не представительнице знатного рода Шарма, а простой индийской девушке. Отчего-то ей захотелось предупредить: — Не смотри на других девушек открыто, не думай рассматривать их. Особенно Радху Басу, — проговорила Деви полушепотом, — это действительно может быть опасно для жизни.       Тиан и не собирался смотреть на других женщин. Это было бы неуважением к той, что выбрала ему в жены местная знать. Он вспомнил слова матери, которая никогда не славилась мягким характером и какой-то особенной любовью к своему мужу, но, несмотря на это, в семье де Клеров всегда царило взаимоуважение. Этого было достаточно, чтобы юный Кристиан восхищался родителями, которые также поженились в силу определенных обстоятельств, а не большой любви. Но они оба любили сына и являлись поддержкой друг для друга.       Аннабель де Клер была дочерью члена кабинета министров самой королевы и часто говорила, что в их роду мало кто выходил замуж по любви. Любовь — это великое везение, которое не каждый может испытать в этой жизни. А те, кто женился по любви — любимцы судьбы. И, скорее, исключение из правил. Поэтому она гораздо больше ценила в семье уважение и учила единственного сына тому же. — Запомни, Тиан, — говорила она, сидя у камина, смотря на пляшущее пламя, — в твоей жизни всегда есть только одна женщина. В детстве — мать, которая поставит на ноги и согреет теплом. Потом — жена, которая будет твоей опорой и поддержкой. И даже если этот брак заключен ради выгоды, помни, что эту жизнь мы строим своими руками. Семья — это зеркала. Если ты ценишь и уважаешь супругу, то она ответит тебе тем же. Любовь — дело непостоянное. Она приходит и уходит неожиданно. И иногда даже взаимопонимание может перерасти в нечто большое.       Кристиан улыбнулся своим мыслям. — Не буду.       Когда пара вошла в зал, гомон десятков голосов затих. — Его превосходительство генерал-губернатор Индии, лорд Кристиан де Клер, — объявил Радж. — И его будущая супруга, Дивия Шарма, — продолжила Видия, а обратилась к лорду, — разрешите представить почетных гостей?       Это были несколько наискучнейших часов в жизни девушки. Она чувствовала себя частью пира на костях. Не больше месяца назад все оплакивали потери, желая всем англичанам скорейшей смерти, а сегодня натянуто улыбались губернатору. Должно быть, Кристиану и самому было некомфортно, если он, конечно, не лишен зрения и видит, как все вокруг зубоскалят и шипят за его спиной. Она вгляделась в лицо мужчины, которое оставалось спокойным и расслабленным. Он отвечал на вопросы непринужденно, улыбался лишь уголками губ и, как и обещал, старался не смотреть на остальных женщин.       Зато его открыто разглядывали Радха и Сарасвати Басу. Если вторая делала это из праздного интереса, что выдавал азартный огонёк в её глазах, то старшая сестра глядела из-под лобья, неизменно хмурясь. Деви могла поспорить на что угодно, что Радха ждала одного лишь повода растерзать Тиана, а потому, в глубине души, ей было даже как-то жаль его.       В этом потоке мыслей и чувств она не замечала взгляда, что был направлен только ей. Рам Дубей стоял в самом дальнем углу, по обыкновению, не участвуя в светских беседах. Его голова вновь болела с самого утра, но к этому прибавилось и странное ощущение внутри — чувство недосказанности и соли на губах. Он знал, что Кали гневается и наказывает болью и его, и Деви, потому как они оба совершенные глупцы. Им суждено быть вместе, но жажда мести ослепила госпожу Шарма. Она ни секунду не задумывалась о браке с Дубеем, пока жив лорд де Клер. А он не успел вовремя предложить стать его женой. По началу, младшего наследного сына брахманской семьи пугало это, однако еще больше его испугало то, с каким взглядом Дивия смотрела на губернатора сейчас. То, с каким трепетом шептала что-то заговорческое на ухо. Было в этом что-то… что-то…       — Как называется это место? — после долгого вечера будущие супруги вышли на улицу, обоюдно решив подышать свежим воздухом. Тиан заинтересованно оглядывался, — столько цветов. — Это просто поле близь Клифаграми — поселения четы Басу. Но кое-что всё-таки делает это место поистине уникальным. Количество чампа, которые растут здесь.       Губернатор слегка прищурился, вспоминая. — Чампа — плюмерия?.. Так это называется в Индии.       Девушка кивнула. — Да, чампа — любимый цветок Кришны и известна в Индии как «Дерево жизни» — даже срезанные с дерева ветки продолжают цвести. Они словно символизируют бесконечное стремление человеческой души к Божественному… — Интересно, — согласился лорд, — в Великобритании о плюмерии известен лишь один факт — это цветок, что не горит в огне.       Он осторожно поддел алый цветок пальцами, аккуратно срывая с ветви. Ночь на цветочном поле повторялась вновь, но на этот раз губернатор не стал вручать растение Деви в руки. Вместо этого он вопрошающе взглянул на нее, будто прося разрешение прикоснуться. Поддаваясь внезапному порыву, девушка кивнула, сама не зная, зачем позволила эту вольность. Она злилась на себя, что не может ненавидеть Тиана в должной степени, ведь он неоднократно помогал ей. И чувство долга заметно сглаживало ее буйный нрав.       Кристиан аккуратно продел бутон между ухом и волосами, стараясь не касаться перчатками открытого участка кожи. Посмотрев на получившуюся картину добавил: — Я бывал на Гавайах по долгу службы. В культуре местных народов женщины носят в волосах цветок плюмерии не просто для украшения, а для указания своего семейного статуса. Замужние прикрепляют плюмерию над левым ухом, а ищущие вторую половинку — над правым.       Деви оглядела себя. Цветок покоился с левой стороны. — Тебе очень идёт, Дивия. Этот цветок будто бы твоё олицетворение, — проговорил Тиан, не отводя взгляда.       Он никогда не был глупцом и видел, что госпоже Шарма не была приятна эта помолвка, как не была приятна она и большинству членов дюжины. Он хорошо умел срывать с людей маски, оголять их внутреннюю натуру, зреть в корень и отличать хорошее от плохого. И если Видия Басу выглядела холодной и гордой, пряча при этом внутреннее негодование и ненависть — он мог понять её, — то Деви наоборот стремилась к бунту и желанию всеми силами показать, как противно ей всё происходящие, но внутри девушки творилось что-то совершенно иное. В глазах прелестной госпожи Тиан не видел всепоглощающей ненависти, но видел непреодолимую бесконечную печаль. Но он предпочел не допытывать её вопросами, думая, что она расскажет сама, если того пожелает. — Во что лучше одеться на свадьбу? — внезапно спросила Деви, — какие нынче платья в моде у английской знати? Швее нужно время, чтобы успеть сшить что-то подходящее.       Она опять спрашивала какие-то удивительно глупые вещи, думалось самой Дивии. Но молчать ей впервые за долгое время не хотелось. С Кристианом хотелось просто поговорить. Он сам всегда был спокоен, и с ним ей почему-то было спокойно. — Платье? — посмотрел Тиан удивленно, — я думал, что ты купишь традиционное сари. Ваши свадебные церемонии проходят именно в них, не так ли? — Да… — задумалась Деви, — но на свадьбе будет и британская знать, и твои родственники. Они… удивятся, если увидят невесту в индийском наряде. — Мое окружение оповещено о том, что я выбрал в жены девушку индийских кровей. Не думаю, что сари выбьет их из колеи. А даже если кому-то это не понравится, то тебе должно быть всё равно. По моему мнению, в данном вопросе должно учитываться твоё и моё мнение. Моё ты уже слышала.       Деви заликовала внутри от восторга, что ей всё-таки не придется надевать это громоздкое английское платье с тугим корсетом. В сари она могла дышать полной грудью — не хватало еще свалиться в обморок от недостатка воздуха на собственной свадьбе. — Я не в праве запрещать носить тебе то, что ты хочешь, — помолчав, продолжил Кристиан, — сари — очень красивый традиционный наряд.       Они обсуждали всякие мелочи, касающиеся подготовки к свадьбе, а после, слуга лорда известил о готовности отбыть обратно в резиденцию генерал-губернатора. Мужчина кивнул и, улыбнувшись невесте напоследок, добавил: — Я попрошу только одного. Что бы не произошло во время церемонии, не угрожай никому своим клинком. Не все могут быть к этому готовы.       Тиан ушел, а Дивия рассмеялась в голос. Впервые после смерти Кайраса.       Время до свадьбы неумолимо летело. Пока девушка занималась выбором наряда и украшений вместе с Айшварией, Басу и Дубей готовили списки приглашенных. Но Деви, в общем-то, было всё равно, кто именно будет присутствовать на торжестве. Это просто маскарад — красивое шоу как для Индии, так и для Британии. Ничего более. Она сама же вдруг поймала себя на мысли, что уже не идет под венец, как на плаху. Даже подумалось, что всё могло быть и хуже. Тиан — не самый скверный вариант. За то недолгое время их общения он производил впечатление благочестивого и порядочного человека. Прошлый губернатор этими качествами не славился и в открытую угрожал перерезать дюжину, как паршивых собак. Но он не усвоил урок, что члены дюжины заручились поддержкой не только людской, но и божественной. Они оказались быстрее и проворнее губернатора, который, какая жалость, погиб столь внезапно. — Он просто притворщик. Только такие люди могут занимать этот пост, — шипел внутренний голос. — Вовсе не обязательно, — вторил другой, — он умён и, может быть, весьма трудолюбив. К тому же, аристократ из знатной семьи. Никто не знает, кто помог ему продвинуться по службе. — Он англичанин! Он виноват не меньше в гибели Кайраса, как и те, что стреляли в резиденции. Это всё могло быть с его подачи… — первый голос укутывал и обволакивал, как змея — добычу. — Могло быть, не значит, что было. Нет плохих наций — есть плохие люди. И далеко не всё в Индии происходит с подачи лорда, — то был второй голос, который обладал более высокими, истеричными нотками, готовый отстаивать свою правоту. — Белый и пушистый, дарящий улыбку. А клыки его — клац — и сойдутся на твоей шее, когда не ожидаешь. Ты ведь хотела убить его первая. Что тебе мешает, Деви? — А что мне мешает? — спросила девушка вслух, — для начала нужно выяснить, кто конкретно стоит за этим и убедиться, что индийской знати ничего не угрожает, — решительно оправдала она саму себя. — Оправдывайся, слабохарактерная дура! Тебе никогда не стать такой же достойной наследницей, как брат. — Умолкни! Замолчи! — Деви, с кем ты разговариваешь? — за ее спиной стояла Айшвария, державшая в руках несколько украшений.       Дивия вздохнула, надеясь, что служанка не станет допытывать её расспросами. Пусть лучше думает, что она тронулась рассудком от горя. — Ни с кем. Репетировала брачную клятву.       Айшвария покачала головой: — Бедный губернатор…       Перед тем, как войти в просторный зал, где должна решиться её судьба, Деви внезапно застыла. Что-то неосязаемое будто преградило ей путь, мешая сделать хотя бы шаг.       Она выглядела роскошно — так, как подобает девушке из рода Шарма. Красное сари золотыми переливами оттеняло её смуглую кожу. В волосах блестела тика. Нет, все-таки не так выглядят жёны английских аристократов. — Сын, — приглушенный голос за дверью принадлежал женщине, — ты знаешь, как я к этому отношусь. В английском обществе много приличных дам. — Вверенная мне девушка тоже из приличного общества, мама. Я не желаю обсуждать это сейчас. В письме я изложил свою позицию подробным образом. — Как я переживала, когда тебя назначили наместником королевы в этой дикой стране. Стоит ли говорить, что новость о том, что ты женишься на дикарке, едва не подкосила моё здоровье. Ты совсем меня не бережёшь, Кристиан. — Прошу прощения, мама, — в голосе Тиана проскользнули раздраженные нотки. В прочем, они пропали также быстро, как и появились, — но мы завершим этот разговор сейчас. Моё решение неизменно и незыблемо.       За дверью послышался вздох. А Деви поймала себя на мысли, что слишком часто стала невольно подслушивать чужие разговоры.       Кто-то резко подхватил её за локоть сзади. Она обернулась и увидела Камала. Прямо за ним стояла Амрита. — Волнуешься? — спросил мужчина, пытаясь выглядеть спокойно. Но в отличие от Кристиана, у него это получалось с трудом. — Ничуть. Просто жду, когда всё наконец закончится. — Чтобы скорее оказаться дома у своего мужа? — Камал наседал, пытался задавить её своими вопросами, сделать так, чтобы она передумала. Но решение Дивии, как и Тиана, оставалось непоколебимым. — Готова спать с ним в одной кровати? — Это вовсе необязательно. Генерал-губернатор ни за что в жизни не сможет заставить меня лечь с ним рядом. — Вернее, он не будет заставлять. — Ты виделась с ним один раз и не можешь утверждать абсолютно ничего, — Рай наклонился ближе, — бежим, Деви. Мы спрячем тебя в своем поместье на первое время. А после увезем из Калькутты.       Амрита смотрела на эту картину с кротким беспокойством и огромной тоской на сердце. Она боялась за подругу, но еще больше боялась за брата. Что сделает с ним Видия Басу, если догадается — а она догадается — что именно он украл госпожу Шарма со свадьбы и увёз невесть куда.       Но дверь внезапно открылась и перед ними показался лорд. Лощённый, в строгом чёрном костюме, он показался Дивии ещё красивее, чем в их первую встречу. Она настойчиво гнала эти мысли, но отрицать очевидное было глупо — Тиан действительно обладал особым шармом. Его острые черты лица придавали ему строгости, однако взгляд и улыбка удивительно сглаживали его внешность. Такие божественные черты она видела, пожалуй, только у Рэйтана Вайша, и это понятно, ведь он был порождением далеко не человеческим. Рита-Шива был творением богов, но чьим творением тогда был Кристиан де Клер? — Добрый вечер, госпожи и господин, — поздоровался он, на что Камал лишь прикусил внутреннюю сторону щеки, — могу ли я ненадолго украсть у вас свою невесту? Нам нужно кое-что обсудить. — Как будет угодно, — ответил воин и отвернулся.       Они отошли. — Прекрасно выглядишь, Деви.       Девушка отвела взгляд. — Благодарю, ты тоже. Позвал меня, чтобы сказать об этом? — Не только, — Тиан серьезно посмотрел в её глаза, — просто хотел предупредить, что после церемонии мы сразу поедем в мой дом. Я взял на себя ответственность и распорядился слугам собрать твои вещи. Надеюсь, ты не против.       Девушка открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрыла его. Хотелось высказать Кристиану, что он многое на себя берёт, но она быстро вспомнила, что он её жених, и они приехали не просто на праздник, а на собственную свадьбу. Теперь Тиан всегда будет за неё в ответе — Деви согласилась на это сама. Закатывать истерику прямо сейчас, значит, убедить его мать, что Дивия и впрямь невоспитанная дикарка. Девушка пересилила себя и сдержанно кивнула. — Деви, если что-то не устроит тебя в совместном быту — не молчи, говори. Я не из тех тиранов, что силой держат подле себя женщин. Я справедливо полагаю, что любую проблему можно решить словами. — Охотно верю, — проговорила Дивия, глядя на мужчину с азартом. — На церемонию приехали лишь самые близкие люди. Но я попрошу тебя не слушать никого впредь. Даже их мнение не может изменить моё собственное, — Тиан подал ей руку, — пойдем, пора начинать.       Они стояли молча, глядя друг другу в глаза. Деви старалась больше никуда не смотреть, чтобы не видеть хищных взглядов с разных сторон, направленных на них обоих — уж слишком странным и неожиданным казался их союз. И все же любопытство было сильнее. Она выискала глазами мать Кристиана, ловя на себе ответный взгляд. Он был полон холода, спеси и недовольства.       Тиан, наблюдающий за невестой, тут же наклонился к ней — дыхание обожгло кожу. — Не смотри на них, — шёпотом. — Ваши кольца, — проговорил мужчина рядом.       Лорд первым взял золотое кольцо, обрамленное дорогими камнями, и тут же протянул свою ладонь. — Ручку? — улыбнулся он. Деви хмыкнула, но послушно подала руку.       Он касался её невесомо, аккуратно, будто и не девушка перед ним вовсе, а драгоценное витражное стекло — дотронешься, и оно разлетится на осколки. Кольцо в его пальцах ловко скользнуло по её пальчику. Село идеально, ведь готовилось на заказ.       У Деви руки дрожали сильнее. Дотрагиваться до чужого мужчины было странно, волнительно, пусть даже теперь это её муж. Кольцо она надела с трудом. — Молодец, — тут же шепнул Тиан, — всё будет хорошо.       Она легко улыбнулась мужчине. Его слова действительно дарили некоторые силы. От Кристиана пахло уверенностью в завтрашнем дне и непоколебимостью — это то, что Дивии так нравилось в мужчинах.       Когда клятвы были произнесены, Деви услышала в толпе перешёптывания. Это были девушки, что сидели в первых рядах рядом с матерью Тиана. Одна из них полушёпотом, но при этом достаточно громко, чтобы другие услышали, произнесла с особым ехидством: — У молодого принца был отменный вкус всегда. Кроме сегодняшнего дня, — она перевела взгляд на госпожу Шарма, — какая вычурность. Жители Индии всегда славились тем, что вешают на себя слишком много золота, подобно сорокам.       Девушка рядом хихикнула. — Это явно брак по расчёту. Посмотрим, через сколько Кристиан бросит её.       Деви хотелось сорваться с места, вытащить клинок с пояса и, если не убить обеих, то хотя бы запугать. Она развернулась в сторону девушек. Хотелось показать, чего стоят темпераментные индийские женщины. Рука де Клера мягко подхватила её за предплечье. — Не стоит, — он покачал головой, — глупые девицы не следят за языком. Я разберусь с этим.       Тиан повёл Деви к выходу, так и не отпуская её руки. Сегодня она стала его женой, а остальное не имеет значения.