Когда наступит твоё сейчас

— Фушигуро… Ты не помнишь меня? Вопрос точно обращён к Мегуми, но он с уверенностью может сказать только одно: этого человека он не знает. Голос тревожный и очень настойчивый, а глаза наполнены болью, и Мегуми правда не может понять, чего от него хотят. Голос, кажется, вот-вот сорвётся, а его обладатель, стоящий напротив, готов заплакать. — Фушигуро. Меня зовут Итадори Юджи! Парень со светло-розовыми волосами снимает со своего пальца кольцо и потягивает Мегуми. Он не находит в себе сил спросить, кто этот странный юноша и зачем он отдаёт ему кольцо. Он просто принимает его, зажимая в ладони покрепче. Почему этот Итадори выглядит так, словно готов заплакать прямо здесь? Словно он только что потерял частичку себя. Мегуми даже порывается спросить, всё ли в порядке, но электричка внезапно останавливается на очередной станции, и парень быстро выбегает из вагона, оставляя после себя лишь кольцо и отчего-то очень знакомый запах. *** Фушигуро с нервным вздохом подрывается, оседая на кровати. Крик был готов сорваться с горла, но он так и не был услышан, и Мегуми продолжал сидеть в тишине тёмной комнаты, тяжело дыша. «Меня зовут Итадори Юджи!» — всё ещё эхом отдаётся в сознании, пока он старается прийти в себя. Юджи приезжал к нему в Токио три года назад, за день до падения кометы, но Фушигуро не узнал его, ведь в его реальности тогда они ещё не были знакомы. Отчаяние внезапно наваливается на него с новой силой, и он опускает голову ещё ниже. Если бы он только знал тогда, кто перед ним. Если бы только смог понять. Он тянется к кольцу, лежащему на полке, и сразу же надевает его на палец. Итадори нет в живых уже три года. Он узнал об этом неделю назад, и за эту неделю они с ним ни разу не поменялись телами по той причине, что Юджи больше нет на этом свете. Мегуми не верил. Юджи ведь не мог погибнуть просто так. Погибнуть, так и не наполнив свою жизнь ценностью и не переехав в Токио. Внезапно он вспоминает слова директора Яги, и надежда окутывает его. Надежда на то, что ещё не поздно всё вернуть. Надежда на то, что Итадори снова будет жив. «В старину так называли бога этих земель. Плетение ниток — Мусуби, связь между людьми — Мусуби, течение времени — тоже Мусуби. Это имя бога, в котором его же сила. Мусуби и есть время. Ходит легенда, что если в ночь, когда над небом будет пролетать комета, загадать желание и оставить в пещере возле храма что-нибудь важное, то оно сбудется. В особенности, если это связано со временем». «Какури-ё — иной мир» — звучит голос в его голове. Мог ли в ином мире Юджи остаться жив? Мегуми решил точно: ему нужно ехать в Хида. Он радуется, что поменялся с Юджи местами именно в тот день, и что Итадори оставил ему это кольцо. Может быть, он ещё сможет вернуть всё. Даже несмотря на то, что за окном раннее утро, он подрывается с кровати и быстро собирается. Накидывает на себя первые попавшиеся вещи, достаёт рюкзак и кладёт туда бутылку воды, кошелёк с деньгами, маркеры и листок бумаги. Мало ли, понадобится. Он отправляет сообщение Юте, в котором говорит, что сегодня встретиться не сможет, ведь ему срочно нужно уехать. — Ты почему не спишь в такую рань? — Внезапно на кухне раздаётся голос Сатору, и Мегуми, закрывающий рюкзак, резко поднимает глаза. Годжо выглядит уставшим, под глазами пролегли тёмные мешки. Опять не спал всю ночь, сразу понимает он. Годжо в последнее время сам на себя не был похож. Как бы он ни старался скрыть всё за улыбкой, Мегуми знал: он скучает по Гето, и ему тяжело далась ситуация с его смертью. Только вот Сатору скрывает свои эмоции настолько хорошо, что Фушигуро даже не заподозрил ничего на протяжении трёх лет. Если бы он только узнал об этом раньше, если бы только вспомнил, что об этом говорили по телевизору, он бы предотвратил всю эту ситуацию раньше, а не гнался сейчас за призрачной надеждой. Почему он не мог вспомнить об этом случае? — Я… Он внезапно замирает. Что он хотел сказать? Почему подорвался в такую рань и собирает вещи? Он ведь не планировал никуда сегодня уезжать. — Я даже не знаю. — Он медленно опускается на стульчик. Лицо Сатору рядом с уставшего становится обеспокоенным. Мегуми кажется, что в последнее время он заставляет других людей беспокоиться за него так, как никогда не заставлял раньше. Почему в последнее время он ведёт себя так странно? И все эти провалы в памяти. Множество времени за последние несколько месяцев словно вырезали из его сознания. Было ощущение, что их прожил не он. — Мегуми. — Годжо подходит ближе и опускается на корточки напротив. — Ты же знаешь, что можешь довериться мне? Вопрос звучит так измученно, что Фушигуро просто кивает. — Наверное, мне не стоило рассказывать тебе о Сугуру. Не знал, что тебя это так сильно обеспокоит. Мегуми внезапно подрывается. Юджи. Всё это время он менялся телами с Юджи, и память его вовсе не была утеряна. Теперь же они не меняются местами потому, что Итадори уже был мёртв, и сейчас он собирался съездить в его городок, чтобы вернуть его. Только вот… А в каком городке жил Итадори? Он дрожащими пальцами открывает электронную почту, листая все сообщения, отправленные Юджи. Сообщение о комете было последним, которое он получил. Сколько бы он ни старался, найти название города, в котором жил Итадори, он просто не может. Но ведь Сатору знает! Мегуми порывается спросить, открывает рот, и голос уже готов вырваться из его горла, но… Не происходит ничего. Он просто кашляет, закрывает рот и открывает снова. Сатору рядом кажется всё более обеспокоенным. Значит, если спросить у Годжо он не может, нужно узнать самому. Вот только почему всё это внезапно пропало из его памяти? Забыть Юджи было сродни испытанию, и он бы никогда не хотел, чтобы это случилось. Он быстрым шагом идёт к комнате и достаёт бумагу и карандаши. По памяти вырисовывает линии. Одна накладывается на другую. Здесь нужно надавить карандашом сильнее, а здесь наоборот — пройтись лишь слегка, очерчивая тень. Плавно обрисовать холмы, растушевать морскую гладь, прорисовать дома напротив. Всё получается неидеально и похоже лишь слегка, но Мегуми всё же узнает уже ставший родным пейзаж городка, в котором жил Итадори. Его обмен телами с Юджи начался совершенно внезапно, и так же внезапно всплыла вся правда о его жизни и о том, что на этом свете его больше нет. Всё больше для Мегуми это начинало походить на длинный сон, очень реалистичный и захватывающий, но тем не менее он знал: Юджи когда-то был жив. И Фушигуро вернёт его назад, чего бы ему это ни стоило. Он ведь помнит так отчётливо: его смех, улыбки, его собственное тело, все разговоры с Нобарой и Тоге, всех его друзей. Он помнит Гето, о котором даже Сатору упоминал. Если Юджи не был живым, то что вообще было живо в этом мире? Он помнит о мечтах Юджи и уверенно готов заявить, что не позволит этим мечтам угаснуть, так и не сбывшись. Сатору стоит в дверном проёме и просто наблюдает. — Ты давно не рисовал. Мегуми оставляет фразу без ответа. Внезапно раздаётся звонок в дверь, и он, поглощённый процессом, слегка вздрагивает. — Ты ждёшь кого-то? — спрашивает Сатору. Фушигуро отрицательно мотает головой. По ту сторону двери оказываются Юта и Маки. На лицах их широкие тёплые улыбки, за плечами — рюкзаки. Мегуми смотрит настороженно. — Вы почему пришли? — А ты куда собрался? — спрашивает Юта. — На встречу с интернет-подружкой? — подкалывает Маки. — Вы всё ещё не ответили на мой вопрос. — Как и ты на наши. — Мне нужно уехать в одно место, — отвечает он, чувствуя, что его на этот ответ вынудили. — В какое именно? — уточняет Юта. — Всё же к подружке? — Не знаю, куда именно. Не могу вспомнить, как называется город, в котором он живёт, — отвечает он, игнорируя вопрос девушки. — Значит, к другу, — поправляет себя она и всё так же улыбается. — Что я слышу, — вклинивается в разговор Сатору, о котором Фушигуро уже успел позабыть. — Неужели наш милый Мегуми наконец кем-то заинтересовался? — Просто помолчи. Фушигуро возвращается в комнату, Маки и Юта следуют за ним. — Знаете, что это за город? — спрашивает он, протягивая им рисунок. В ответ они отрицательно качают головами. Мегуми, уже потеряв надежду, но всё ещё не намереваясь сдаваться, тяжело вздыхает. — Значит, буду искать дальше. — Ты хотел сказать: «будем искать»? — переспрашивает Маки, пока Юта прикрывает ладонью улыбку. — Нет. Как раз этого я говорить не хотел, — устало отвечает он. — Как жаль, ведь мы намерены искать твоего друга с тобой. — Да, — подтверждает её слова Оккоцу. — Но при этом мы понятия не имеем, куда ехать. — Мегуми, твой интернет-друг даже не сказал тебе, откуда он? — вновь вклинивается в разговор Сатору. Мегуми, тяжело вздыхая, принимается придумывать историю на ходу. С провалами в ней, несостыковками и неточностями у него получается обрисовать всю ситуацию, не рассказывая самого главного. — То есть ты не знаешь, откуда он, и не можешь с ним связаться, я всё верно понимаю? — Сатору история, слепленная из лжи, явно заинтересовала, но вместе с тем Мегуми не был уверен, что Годжо ему вообще поверил. Если Маки и Юта, казалось, не заметили множества неточностей, сопровождающих историю, то от Сатору такое утаить было сложно. Иногда Фушигуро казалось, что глаз у него куда больше, нежели только лишь два. Но даже если он что-то и понял, виду подавать не спешил. — Верно, — подтверждает Мегуми. — А мне это нравится! Может, нам стоит нанять кого-то вроде Шерлока Холмса, чтобы он вычислил местонахождение твоего друга по шерсти, которую оставили гончие по всей квартире? Убирать это, к слову, тебе. Мегуми уже жалеет, что посвятил во всё это и Годжо, ведь тот явно был неисправимым шутником. Хотя первоначально он даже не собирался принимать помощь Юты и Маки. Но вместе с тем он понимал: ещё пол часа назад он помнил название городка, в котором жил Итадори. Сейчас же в памяти была лишь дыра. — Пожалуй, справлюсь сам. — Подожди, — уточняет внезапно Маки. — То есть ты просто решил сорваться к нему из-за того, что он больше не выходит на связь, при этом зная только, как выглядят озеро и горные склоны его городка? Мегуми неуверенно кивает, только сейчас понимая, насколько же принятое наспех решение безответственное, но он всё равно не собирается отступать. — Это из-за этого парня ты начал получать так много плохих оценок в школе? Чёрт, Мегуми, почему ты не рассказал мне о нём раньше? Когда мы встретимся, я хочу обязательно пожать ему руку! Он показательно игнорирует его слова. — Городков, окружающих озеро, не так и много. К тому же я знаю, что он из глуши, откуда поезд ходит лишь раз в два часа, а автобус два раза в день. — Последним фактом ты описал большинство провинций, Мегуми. Не думаю, что это что-то даёт. Когда несколько часов спустя они выходят на станции Нагоя, Мегуми в голове держит пусть и совершенно провальный и бесполезный, но всё же имеющийся план. Первым вариантом он планировал сесть на поезд и ехать на нём до того момента, пока не узнает пейзажи из своей памяти и рисунка в руках. Вторым вариантом было расспрашивать местных. Оба, конечно, казались провальными, но Сатору похвалил его энтузиазм. Он уставился в карту местности на стене и лишь сильнее убедился, что оба плана совершенно точно их ни к чему не приведут. Фушигуро дал Юте и Маки сфотографировать рисунок и договорился с ними встретиться возле карты местности через пятнадцать минут. В это же время он собирался расспрашивать прохожих, на знают ли они нарисованного им городка. Все как один отрицательно качали головой, кто-то бросал равнодушное «не знаю», а кто-то и вовсе проходил мимо. Лишь одна женщина преклонного возраста всё разглядывала фотографию, приговаривая, что когда-то что-то похожее видела, уверяя его, что вот-вот, и вспомнит, но и это оказалось безрезультатно. — Ничего. — Тоже. — Это совершенно бесполезно. Все трое опустились на стоящую поблизости скамейку, тяжело вздыхая. Мысли в головах метались одна за другой, но ничего путного придумать они так и не могли. — Нужно сесть в автобус, — внезапно предложил Юта. — И порасспрашивать пассажиров. А самим доехать до конечной. Может, сможем что-нибудь найти. План был одобрен. Он казался Мегуми таким же хорошим, каким был провальным. — Снова ничего. — Простите, — подошла Маки к водителю, мужчине преклонного возраста, когда в автобусе уже никого кроме них не осталось. — Вы никогда раньше не видели этот пейзаж? Она протянула ему рисунок, и он внимательно на него уставился. Секунда. Две. Три. С каждым взглядом в Мегуми начинало теплиться всё больше надежды. Но в конец концов он так же, как и остальные, лишь в отрицании помотал головой. Из автобуса все трое вышли уставшими, так и не получив ни единой зацепки. Фушигуро даже поражало то, как Маки и Юта упорно стараются помочь ему. Друзья познаются в беде, так ведь говорят? — Наверное, нужно было сразу понять, что всё это — неудачная затея, — всё же подытожил Мегуми. — Уже сдаёшься? — Шутишь ведь? Ещё чего. — Не знаю, кто этот парень, но если он одним лишь своим существованием заставил тебя объездить большинство районов Токио, то я однозначно хочу познакомиться с ним. Мегуми лишь усмехается. На улице уже стемнело, небо начало окрашиваться в закатные цвета, желудок начинал напоминать о себе. — Нужно зайти в кафе, — подытожила Маки, когда их животы заурчали в унисон. — Ваша семья вообще знает, где вы? Юта отрицательно помотал головой. — Нет, — ответила с довольством Маки. — Я сказала им, что мы с Ютой остаёмся у тебя на ночь. Годжо прикроет в любом случае. — В этом я не сомневаюсь. Кафе, которое находилось ближе всего, было небольшим и с не самым лучшим освещением, но есть хотелось слишком сильно, да и сил на то, чтобы идти дальше, уже просто не было. — Мне лапшу и онигири. — Мне то же самое. — Тогда и мне тоже. — Три порции лапши и онигири, — сказала женщина, записывая в блокнот. — Скоро будет готово. В этом Фушигуро даже не сомневался. Посетителей в кафе, кроме них, больше не было. — Как думаете, сегодня в Токио успеем вернуться? — спросил Мегуми, жуя лапшу. Вкус казался невероятным, но, наверное, так было лишь потому, что он был очень голоден. — Вряд ли, — ответил Юта, смотря на время. — До следующей электрички осталось лишь пятнадцать минут. Фушигуро тяжело вздыхает. Неужели придётся искать отель? В отчаянии он отставил порцию с лапшой и вновь достал рисунок, рассматривая. Почему же он так внезапно забыл? Почему тогда, когда ему так нужно найти Юджи, когда он начал надеяться на легенду, рассказанную директором Ягой на уроке истории, когда был готов поверить в существование Мусуби, он забыл, как именно назывался город, в котором жил Юджи? — Это ведь Хида, верно? — звучит женский голос над его головой, и он моментально оборачивается, осознавая, что вопрос обращён к нему. — Простите, что подсмотрела, но рисунок показался мне очень красивым. Ложь, Мегуми был уверен. — Мой муж родом из этого городка. Мегуми замер, не веря её словам. Юта выронил палочки, а выражение лица Маки и вовсе было невозможно прочесть. — Так вы знаете этот город? — спросил он, но вопрос, скорее, прозвучал как утверждение. — Да. Это точно Хида. Озеро очень похоже, как и горные склоны. Дорогой, подойди сюда! — позвала она кого-то, смотря в сторону прилавка. Спустя несколько секунд раздались тихие шаги, а через мгновение Фушигуро увидел человека. Мужчину он узнал, но лишь по внешности. Знаком он с ним не был, как и Юджи. «Один из тех, кто выжил после падения кометы», — сразу понял Мегуми. — Что? — спросил он устало. — Вот, смотри, — сказала женщина, указывая на рисунок. Мегуми повернул его, чтобы мужчине было лучше видно. Когда он присмотрелся, его лицо разгладилось и на нём появилась мягкая улыбка. — Хида, верно? Я узнал бы это озеро из сотен других, — сказал он задумчиво. Усталость и былое раздражение покинули его. — Вы можете отвезти нас туда? — спросила Маки, сразу же хватаясь за появившуюся надежду. Фушигуро внезапно захотелось хлопнуть себя по лбу. Утаивание информации никогда не заканчивалось хорошо. — Смогу, конечно. Но зачем вам ехать в город-призрак? — Город-призрак? — уточнил Юта. Мужчина посмотрел заинтересованно. — Постойте, — внезапно сказала Маки, словно вспомнив что-то. — Разве это не тот город, на который упала комета три года назад? Ответом служил кивок. Мегуми почувствовал на себе три пары глаз. — Так вы всё же можете нас туда отвезти? — переспросил он. — Если вам это что-то даст, то конечно. *** Мегуми тяжело вздохнул, когда его взору предстал вид на то самое место. Тот самый городок, по почти незаселённым дорогам которого он ходил последние несколько месяцев. По которым всю свою жизнь ходил Юджи. И который теперь был уничтожен. Совершенно не похож на тот, которым он был раньше. Город ограждали баррикады, на одной из которых висела табличка с надписью большими буквами, гласящая о том, что на территорию города нельзя заходить. — Мегуми, — слышит он голос Маки. — Ты уверен, что это именно этот город? — Да, — отвечает он, не медля. — Я помню его. Фушигуро понимает, что именно сказал лишь тогда, когда тишина за его спиной становится слишком многозначительной. — Видел по телевизору три года назад, — спешит оправдаться он. — Ты ничего не хочешь нам сказать? — спрашивает Юта. — Что именно? — Может, то, что мы весь день искали твоего интернет-друга, а теперь стоим возле разрушенного города? Ты ведь помнишь о той катастрофе три года назад? Погибла треть населения этого городка. Может быть, ты всё же ошибся? Внезапно в памяти всплывает тот день. День, когда три года назад комета пролетала над землёй и когда упала на Хида. Он помнит, как смотрел на падающие звёзды и саму комету с балкона в ту ночь, а после о том, что услышал о трагедии по телевизору. Даже вспоминает лицо Сатору, искажённое ужасом. И как он мог всё это забыть? — Я не мог, — его голос срывается. — Не мог ошибиться, — повторяет он уже громче, чтобы убедить самого себя. Юджи ведь был реален. Гето был реален. Он не бредил. Если Юджи никогда не был живым и не существовал, то что вообще можно было считать живым на всей этой чёртовой планете? Почему это произошло? Почему Юджи должен был умереть? Почему его свет должен был погаснуть? — Я должен найти его, — повторяет он слова вслух, чтобы они и вовсе не утратили свою ценность. — Юджи, он… Мегуми и сам не замечает, как произносит имя Итадори, как голос его переходит на едва слышный шёпот. Его плеча касается чужая ладонь. — Нам бы найти отель, Мегуми. Мы все устали, нужно отдохнуть. Фушигуро кивает, но после вспоминает: электронная почта. Там ведь должны были остаться его сообщения. Ему нужно было прочесть хоть одно, чтобы надежда не покинула его окончательно. Разблокировав телефон, он открывает электронную почту и видит: все сообщения, все они, написанные Юджи, на месте. Он облегчённо вздыхает. Но внезапно все буквы и слова перед его глазами попросту исчезли, перед этим обратившись в непонятные символы. Он в ужасе застыл, не веря в происходящее. Страх охватил его, не давая сказать ни слова. В конце концов сообщений от Юджи не осталось совсем. Мусуби окончательно вернул временные линии на своё место. «Пришествие кометы Тиамат праздновал весь мир. Но никто не мог предугадать, что уже на подлёте к Земле ядро кометы лопнет и что внутри этой ледяной глыбы окажется кусок скалы около сорока метров в диаметре. Войдя в атмосферу Земли, этот отколовшийся кусок превратился в метеорит, понёсся вниз с разрушительной скоростью тридцать километров в секунду и упал именно здесь, в Японии, в городке Хида». Голова Фушигуро разражается невероятной болью, и внезапно он слышит смех Юджи и голос Нобары. В груди что-то нещадно сдавливает, и Мегуми вновь смотрит на город, стараясь сделать шаг назад, уйти. «Юджи уже не вернуть», — упрямо твердит голос в его голове. Так хочется поддаться, согласиться. И правда ведь: не вернуть. Мегуми не может подчинить время себе. Но ведь Юджи… Он не должен был умереть. Мегуми врезается в эту мысль, хватается за неё, ею дышит, как последним своим желанием, как смыслом жизни, осознавая твёрдо: Юджи нужно спасти. Он смотрит на город и замечает то, чего не видел раньше: кратер почти километр в диаметре. Вероятно, появился после падения кометы, образуя новое озеро, но поменьше. Есть ли вероятность, что озеро, которым так нравилось любоваться Мегуми, утворилось именно после прошлого падения кометы, которое произошло тысячу лет назад? Мегуми вдруг смотрит на небо, сжимая ладони в кулаки. Тот, кого он хочет спасти. Как же… Как же его звали? Внезапно мизинец левой руки обдаёт холодом, и он поднимает ладонь перед собой, смотря на неё в упор. Кольцо. Как давно он его носит? Откуда оно у него? Мегуми совершенно не может вспомнить. «Просто возьми его. Мне и самому мало что об этом известно. Просто всегда носи это кольцо с собой». «Не снимай это кольцо, Фушигуро. Оно очень важное для меня. Это последний подарок дедушки». «Ходит легенда, что если в ночь, когда над небом будет пролетать комета, загадать желание и оставить в пещере возле храма что-нибудь важное, то оно сбудется. В особенности, если это связано со временем». Фушигуро внезапно понимает. Он подходит ближе к баррикадам, прикидывая, как можно аккуратнее спуститься по горным склонам. — Идите без меня, — бросает он наблюдающим за ним Маки и Юте. — Но сейчас уже почти ночь, Мегуми. — Я собираюсь уехать, парень. Ты хочешь, чтобы мы оставили тебя здесь одного? — Да, — подтверждает Фушигуро. — Я ещё не всё закончил. Юджи. Юджи. Юджи. Он повторяет его имя в своей голове. «Нужно помнить, не смей забывать. Не смей забыть его». Фушигуро, обходя баррикады, подходит к краю горного склона и, обернувшись, говорит: — Я вернусь, когда закончу. Позвоню вам. И пока крики друзей раздаются позади, он спускается вниз с одной единственной целью: спасти Юджи. *** Мегуми подходил к кратеру, аккуратно спускаясь по горным склонам по мокрой и грязной после дождя земле. Всё ближе с каждым шагом был храм, к которому он шёл, чтобы выполнить ту цель, которую перед собой поставил. Храм располагался поблизости нового кратера, появившегося после падения кометы три года назад, и было чудом, что он остался цел. Если Фушигуро всё ещё помнит Юджи, помнит все моменты, которые прожил в его теле, если он всё ещё сохранил кольцо, которое передал ему Юджи, и если храм не был уничтожен, значит, связь между ним и Итадори ещё не разорвалась. Там, в храме, открываются врата в совершенно иной мир. Мир, которым правит Мусуби. А значит, Мегуми должен был вторгнуться в его владения и побеспокоить его, если это значило, что Юджи будет жив. Он обходит кратер, и шаги его сменяются на бег, а храм с каждой секундой становится всё ближе. Мегуми бежал вперёд, и лишь звук шагов составлял ему компанию. В этом городке — ни единой души, лишь он один. Лишь он, его шаги, надежды и страхи, которые он тяжёлой ношей на себя возложил. Он замирает, остановившись возле храма. Ему внезапно кажется, что всё это — лишь игра, развлечение для Мусуби, желающего насладиться его отчаянием и жалкими попытками повернуть время вспять. Но вместе с тем он понимает: Мусуби здесь совершенно ни при чём, но Фушигуро надеется, что он сможет ему помочь. Он открывает скрипящие двери храма и неуверенными медленными шагами заходит внутрь. В этом храме никого не было уже три года, стены обросли паутиной, пол скрипел от каждого шага, повсюду была пыль. И лишь он один был здесь живым. Тем, кто посмел нарушить установившийся покой. И Мегуми понимает: если он не сделает это сейчас, то больше не вернёт Итадори никогда. Поэтому он, поборов страх и приняв всю абсурдность этой ситуации, всё же говорит: — Мусуби. — Его шёпот готов сорваться на крик, разрезать тишину, отбиться о невидимые стены, которые окружили этот город. В его шёпоте опадают и разбиваются звёзды, рассыпая вокруг вечную пыль времени, а в глазах мерцает почти поблекший свет обречённости. — Мусуби, дай мне ещё один шанс. Позволь мне вернуть его. Он подходит к алтарю для подношений и, кажется, чувствует на себе множество взглядов тех, кто когда-то навещал этот храм. Тех, кто когда-то так же, утопая в обречённости и хватаясь за последнюю надежду, просил у Мусуби о помощи. — Это, — говорит Мегуми, снимая с пальца кольцо, — дорогая для Юджи вещь. Я оставляю её здесь. Только дай мне ещё один шанс. Позволь спасти его. Он отходит от алтаря, останавливаясь посередине храма. Ждёт и дышит, словно это единственное, что сейчас ему под силу. Секунда. Две. Три. Тишина — единственное, что окружает его. И вновь ему кажется, что всё это — невозможно. Что Мусуби — лишь легенда, рассказанная человеком, которого так же когда-то в неё посвятили. Но как же хочется верить, лишь бы хоть во что-то, лишь бы не терять надежду и не погружаться в темноту мира, в котором его нет. Он достаёт телефон и включает фонарик. Осматривает весь небольшой храм, светит на алтарь и на кольцо — единственную вещь, лежавшую там. Храм тёмный и словно изолированный от внешнего мира, поглощённый в окружающую его материю тишины. Он поднимает фонарик, осматривая потолок. Фушигуро замирает, когда видит там рисунок кометы, так похожей на ту, что он видел три года назад. Всё было предрешено заранее. — Если бы только время и правда могло двигаться вспять, — шепчет он. — Я так бы хотел снова оказаться в его теле. Перед его глазами внезапно всплывает река Сандзу. Это последнее, что он говорит и видит перед тем, как потерять сознание. *** Он словно видел очень долгий сон, что окрасился яркими красками и надолго останется в его памяти. Словно видел день падения кометы глазами Итадори. Видел последние секунды его жизни. Ядро кометы раскалывается на две части, падая на Хида, создавая своим падением самый первый кратер. Тысячу лет спустя история повторяется. Всё это происходит на его глазах за секунды. А после картинка меняется. Итадори перед его глазами смеётся. Сначала он совсем маленький, под руку с родителями. После уже старше, утирающий слёзы. Рядом лишь дедушка и Нобара с Тоге. Перед глазами Фушигуро проплывают моменты жизни Юджи. Его знакомство с друзьями, краткая история жизни. День смерти дедушки. Слова Гето о том, что тот собирается его усыновить. А после он видит день, когда Юджи срывается к нему в Токио. Как ищет и как находит. Как по крупицам собирает смелость и решается подойти, словно хочет сказать что-то важное, и как надежда гаснет в его глазах после того, как Мегуми его не узнаёт. Видит, как Итадори снимает со своего пальца кольцо и протягивает ему, а после возвращается назад в Хида, осознавая первым, что их временные линии не совпадают, и именно поэтому Фушигуро не смог его узнать. Все воспоминания Итадори крутятся у него перед глазами, сменяясь одно за другим. И жизнь его сейчас была лишь в руках Мегуми. Как и жизнь трети населения этого городка. Он видит, как Юджи идёт на фестиваль в тот злосчастный день. Ему так хочется закричать, остановить его. Но Итадори не услышит. И вновь перед глазами комета. Она уже ближе к Земле, чем Луна. Итадори видит, и Мегуми знает — он уже смирился со своей смертью. Он принял её и осознал, что больше некуда бежать. Но Мегуми этого принять не мог.