Часть 6
10 ноября 2023 г., 04:44
Ученики Мо Яо одновременно бросились вперед, но не смогли сдержать неистовый гнев Сунь Юньнян.
Десяток её когтей острых, как стальные лезвия, рвали в клочья все вокруг. Несколько раз она едва не задела лицо Сун Цы.
Хорошо еще, что Сун Цы неплохо натренировался уворачиваться, так что смог обойтись без ран, прыгая от неё по двору.
— Отойди подальше, чего ты там суетишься?! — ругнулся старший ученик, глядя на то, как Сунь Юньнян гоняется за Сун Цы по кругу. — Спрячься где-нибудь!
Сун Цы закатил глаза.
«Я бы с удовольствием, — подумал он, — но она не дает мне и шанса!»
Сунь Юньнян сжимала сломанный браслет и почти не отставала от Сун Цы, как бы он ни бежал. Ещё чуть-чуть и ужасные когти вонзились бы ему в затылок, так что он в ужасе мчался как сумасшедший.
Младший ученик понял, что Сунь Юньнян стала слишком быстрой, и он не сможет попасть по ней.
— Что нам теперь делать? — в недоумении спросил он у старшего ученика.
Старший поднял свой меч и огрызнулся:
— Разделимся. Нападем на демоницу с двух сторон.
— У вас не получится. Советую даже не начинать, — охладил их бородач. — Лучше вызовите сюда своего учителя.
— Тебя не спросили! — крикнул старший ученик и толкнул младшего в плечо. — Давай быстрее!
Младший ученик засомневался ненадолго, но все же взмахнул мечом. Его клинок загорелся белым, он встал на лезвие и перелетел на другую сторону улицы. В тот же миг свет от его меча соединился с таким же, созданным старшим учеником. Сияние приняло форму клетки, и та упала вниз.
Сун Цы почувствовал ужасную тяжесть, его колени чуть не подломились. Сунь Юньнян воспользовалась этим, чтобы догнать его. Несмотря на шок, Сун Цы смог увернуться, но половина его рукава осталась в когтях Сунь Юньнян.
Сун Цы с ужасом посмотрел на обрывки ткани, а потом на свою голую руку. Он сглотнул. Сердце билось как барабан от мысли, что ещё чуть-чуть — и он бы остался без половины руки.
Как только белая клетка упала, старший ученик прыгнул вниз, пытаясь снова воткнуть светящийся меч в спину Сунь Юньнян, но на этот раз она обернулась ему навстречу и схватила меч когтями.
Черный туман, словно смертоносные змеи, выползал из ее когтей и поднимался к рукояти меча. Там, где туман рассеивался, на поверхности лезвия появлялись трещины.
Старший ученик испугался и попытался вырвать меч, но не сумел даже шевельнуть им.
Увидев, что черный туман вот-вот коснется пальцев ученика, Сун Цы перехватил саблю поудобней и ударил сзади в правое плечо Сунь Юньнян сквозь окружавший ее туман.
Сунь Юньнян пронзительно завыла, обнажив полный рот клыков, но только крепче сжала когтями клинок старшего ученика. Меч в её хватке рассыпался в пыль, а туман, превратившись в темное лезвие, ударил старшего ученика в грудь.
Его тело врезалось в дом позади. Кусок стены рухнул, обломки черепичной крыши похоронили его под собой.
— Шисюн! — младший ученик с криком подлетел к нему и руками принялся разгребать завал.
Длинные рукава Сунь Юньнян развевались на ветру. Она бросилась к Сун Цы, пытаясь достать когтями его шею. В панике он защитился своей саблей, но от силы столкновения когтей и клинка у Сун Цы онемела рука, а запястье пронзило острой болью. Сабля отлетела в сторону, кувыркнулась в воздухе и упала на землю.
Сунь Юньнян не дала ему времени прийти в себя и снова бросилась в атаку. Её огромная пасть распахнулась, словно нижняя челюсть больше не соединялась с головой. Сун Цы в ужасе отпрыгнул, но Сунь Юньнян была слишком близко и двигалась слишком быстро.
Когти уже почти пронзили его горло, когда она вдруг замерла.
Время словно остановилось. Даже взметнувшиеся в воздух волосы Сунь Юньнян застыли неподвижно. Увернувшись от острых когтей Сунь, Сун Цы споткнулся и упал. Боль пронзила его копчик, а голова закружилась.
Сун Цы понял, что все вокруг затихло. Исчез ветер, поднимавший в небо песок и камни. Стало так тихо, что звук собственного дыхания показался оглушительным.
Он огляделся и с удивлением обнаружил, что все вокруг, как и Сунь Юньнян, полностью неподвижны. И младший ученик, пытавшийся выкопать своего старшего брата, и камни, поднятые в воздух ураганом, и завихрения черного тумана — все застыло, как нарисованное на картине.
Бородач, со скучающим видом наблюдавший за представлением с крыши, обрадовался.
— Наконец-то пришел!
Только легкий звук шагов нарушал тишину. Они не были ни медлительными, ни торопливыми, словно кто-то просто прогуливался.
У Сун Цы был хороший слух. Услышав шаги, он быстро сел и попытался дотянуться до сабли, но не успел. Рядом с рукоятью появилась пара роскошных сапог.
Сун Цы замер на миг. Подол белоснежного одеяния перед его глазами мягко качнулся, рука с тонкими белыми пальцами изящно подняла саблю.
Сун Ци поднял взгляд и увидел даоса в белоснежном одеянии с длинными чёрными как смоль волосами, заколотыми деревянной шпилькой.
Его одежда казалась простой, но почему-то от её вида перехватило дыхание.
Даос в белом поднял саблю, и его красивое лицо озарила улыбка.
Он посмотрел на Сун Цы.
Их взгляды встретились, и Сун Цы подумал, что перед ним бессмертный.
За четыре года странствий он встречал самых разных даосов. И мошенников, лжеучителей, и настоящих, идущих по пути совершенствования. Но впервые он встретил истинного бессмертного.
Ещё пока этот человек поднимал саблю, Сун Цы вскочил и попытался отряхнуться.
— Что за представление вы устроили тут посреди ночи? — теплые глаза мудреца скользнули по всем вокруг. Словно весенний ветер, его голос возвращал к жизни, а улыбка была нежной, без малейшей угрозы.
Когда он заговорил, черный туман рассеялся под легким ветерком, яркий свет луны вернулся в город, и Сун Цы смог рассмотреть его.
Он не показался Сун Цы плохим человеком. Может, он просто вернет саблю?
— Бессмертный господин, — льстиво попросил Сун Цы, — клинок в вашей руке — мой. Я уронил его. Не могли бы вы вернуть его мне?
— Нет, — неожиданно отказался улыбающийся даос.
Сун Цы так удивился, что вначале не поверил своим ушам.
— Нет?
Облаченный в белое даос кивнул, не переставая улыбаться, и взмахнул саблей. Клинок исчез, и Сун Цы понятия не имел, куда он подевался. Потом даос зевнул, и повернулся к бородачу на крыше.
— Сколько времени осталось?
— Неужели мастер Жун помнит о времени? Я-то думал, он будет спать до смены династий, — голос бородача сочился сарказмом.
— Хм? — даос слегка приподнял брови, и его прекрасные глаза заблестели ещё ярче.
Бородач рассмеялся.
— Поздно уже. Давай поторопимся.
Даос в белом посмотрел на Сунь Юньнян, застывшую посреди взмахе когтями, с раскрытой пастью, и мягко сказал:
— Убей тех, кто мешает.
Как только его голос перестал звучать, все застывшее отмерло. Сунь Юньнян прыгнула в пустоту и упала к ногам Сун Цы. Она уже собиралась отскочить назад, когда Сун Цы молниеносно прижал её ногой к земле.
Бородач кашлянул.
— А не имеющим отношения к делу лучше побыстрее исчезнуть отсюда, если им жизнь дорога.
— Сначала верните мне мою саблю, — крикнул Сун Цы бородачу.
Бородач уставился на него.
— А на меня то ты что кричишь? Это не я её забрал.
— Вы, парни, заодно... — тихо пробормотал Сун Цы, украдкой глядя на даоса в белом. Он подумал, что этот парень с лисьей улыбкой явно не из тех, кого стоит провоцировать.
— Иди уже! — нетерпеливо прикрикнул бородач, махая рукой. — От смердов столько проблем. И от тебя тоже.
Он показал на Сун Цы и снисходительно продолжил:
— Ты же нес чушь о том, что хоть и демон, у тебя есть сердце? Да от тебя несет тупым ученым дерьмом.
— Почему вы вдруг начали оскорблять меня? — возмутился Сун Цы.
— Ладно, хватай эту тварь у тебя под ногой и уходи. Так и быть, на этот раз я сыграю хорошего парня и помогу тебе, но не надейся, что это повторится, — он показал на луну в небе. — Задержишь меня ещё сильнее, и не проси пощады.
Сун Цы опустил голову и увидел, что Сунь Юньнян неподвижно лежит у его ног, будто потеряла сознание. Посмотрев ее окровавленное лицо, он неуютно поежился и покачал головой. Кто, будь он проклят, захочет к ней прикоснуться?
Он повернулся и снова заорал на бородача:
— Отдайте мою саблю!
Бородач встал, уперев руки в бока, и с недоумением спросил:
— Почему ты все время на меня орешь? Тот, кто взял твою саблю, прямо перед тобой.
— Вы же заодно. Он забрал, значит и ты забрал.
Честно говоря, Сун Цы ничего не останется, если бородач откажет ему так же, как и даос в белом. Но даос в белом, услышав как Сун Цы беспокоится о сабле, снова шевельнул пальцами, и сабля появилась в его руке.
— Где ты взял этот клинок? — спросил он у Сун Цы.
Эта сабля была настоящим сокровищем. Только благодаря ей Сун Цы столько раз удавалось выжить, и конечно же, он стал относиться к ней как величайшей ценности, но на самом деле, у него не было хорошего объяснения о том, откуда она взялась. Он только помнил, что сабля была с ним, когда он проснулся после того как выпил крови оборотня.
Никто не поверил бы в эту историю, поэтому он солгал:
— Один хороший человек дал его мне.
Даос в белом провел пальцем по кромке лезвия и его губы изогнулись в нечитаемую улыбку.
— Ты помнишь этого человека?
— Это было слишком давно, — ответил Сун Цы. — Я забыл.
Даос в белом слегка нахмурился и Сун Цы стало стыдно. Он отвел глаза и с трудом выговорил:
— Достойные господа не берут чужие вещи без спроса. Пожалуйста, верните мне её. Эта сабля — все что у меня есть.
— Ну... — даос ненадолго задумался, а потом ослепительно улыбнулся, — ладно. Если сможешь подойти ко мне и выжить.
Сун Цы ещё пытался понять смысл его слов, когда земля вдруг задрожала у него под ногами. Он посмотрел вниз и увидел трещины, цунь за цунем расползающиеся по всей земле.
В мгновение ока даос в белом оказался на крыше рядом с бородачом. В его чернильно-черных глазах читалась ленивая скука. Красивые тонкие пальцы слегка сжали пустой воздух, и дома вокруг рассыпались на обломки, будто кто-то раздавил их голыми руками. Осколки черепицы и каменные стены разлетелись во все стороны.
Землетрясение стало сильнее. Сун Цы с трудом стоял на ногах и, опираясь руками о стену, смотрел вверх. Даоса в белом было едва видно сквозь потоки песка и камней. Его безразличное выражение напоминало о безжалостных, лишенный эмоций небожителях, далеких и недосягаемых.
— Ты снова это делаешь, — беспомощно сказал бородач.
Он слегка поднял руку, и кончики его пальцев вспыхнули красным. Но прежде чем он успел сделать хоть что-то, раздался крик.
— Папа! — девушка появилась из ниоткуда.
По раскрасневшемуся лицу стало понятно, что она долго бежала сюда. Увидев на земле труп с ободранным лицом, одетый в знакомые одежды, она упала на колени. Слезы хлынули у неё из глаз, и она отчаянно закричала: — Папа!
Сун Цы узнал вторую молодую госпожу клана Ху. Он не ожидал, что она явится в город. Трещины в земле продолжали расти во все стороны как извивающиеся змеи. Несколько оказались прямо под ногами госпожи Ху.
Только тогда она заметила, что земля под ней раскалывается на части. С испуганным вскриком она вскочила и, спотыкаясь, подошла к телу Ху Ци. Она не осмеливалась приблизиться, но не хотела бежать. Перепуганная до смерти, она могла только плакать.
Сун Цы схватил ее за запястье.
— Скорее уходи!
— Нет! — она почти забыла себя от горя. — Как это случилось с моим отцом? Разве ты не бессмертный? Почему ты не спас его?
— Мне не хватит сил спасти и хороших парней и злодеев! — обиделся Сун Цы. — А если ты сейчас не уйдешь, то я и тебя не смогу спасти!
— Мой папа не злодей! — кто же знал, что эта девица из Ху услышит только первую половину, и напрочь проигнорирует вторую. — Он— лучший человек на свете. Почему ты не спас его?
Сун Цы не стал спорить с ней, потому что дом перед ними готов был вот-вот рухнуть. Он попытался сбить её с ног и унести прочь, но не успел, вдруг остановленный резкой болью.
Опустив голову, он увидел, что из его живота торчит отвратительный черный коготь. Кровь тут же окрасила его одежду. Пронзительный крик Сунь Юньнян зазвенел у него в ушах, и сразу же её острые клыки вонзились ему в плечо.
Брызнуло ещё больше крови.
Воздух наполнился запахом крови Сун Цы, и демоны в сотне ли отсюда заинтересованно повернулись в его сторону.
Бородач принюхался.
— Мастер Жун, — удивленно спросил он, — когда это ты успел тайком заделать ребенка?
Даос в белом, которого назвали мастером Жуном, тоже удивился. Он широко распахнул глаза и неуверенно смотрел на залитого кровью Сун Цы.
Тело Сунь Юньнян снова покрылось густым черным туманом, но на этот раз его стало намного больше, чем раньше. На её изуродованном лице быстро отрастала кожа, а длинные волосы плясали на ветру. Алые губы и узкие брови делали её красавицей. Её глаза тоже покраснела, а между бровями появилась точка киновари. Она, не задумываясь, слизнула кровь с губ.
Вдруг невообразимая сила ударила ее прямо в грудь, отбросив назад.
В центре города Лею родился шторм, сметающий с земли дома, и кружащий по воздуху обломки. Все исчезло, как грязь смывает проливным дождем. И вторая юная госпожа Ху, и тело её отца и оба ученика Мо Яо — всех унесла жестокая буря.
Только двое мужчин, стоявших на крыше дома остались неподвижными. Ветер яростно трепал их одежды. Когда шквал утих, в самом центре бури остался лежать Сун Цы.
Пара белоснежных лисьих ушей торчала из его длинных волос, а на нежном лице проступали странные отметины. В черных глазах плясали милые голубые искорки.
Он дышал, с трудом открывая рот, и на каждом вздохе становились видны клыки.
Бородач коснулся своей бороды, наполовину унесенной ветром, и сорвал с лица остатки, снова превращаясь в красавца.
— Должен признать, ваша кровь пахнет вкуснее, чем чья-бы то ни было.
Луна в ночном небе расплылась, будто ее накрыли слоем шелка. За пределами города сотни оборотней учуяли запах и двинулись к городу Лею, но запах вдруг исчез, будто его никогда и не было. Оборотни недоуменно переглянулись.
Оглядевшись они поняли, что никакого города и не было, а то, что они видели, оказалось всего лишь иллюзией.
Лунный свет окутал великолепное одеяние даоса в белом. Он посмотрел на лежащего на земле человека с мохнатыми ушками и усмехнулся.
Одновременно, Сун Цы поднял голову. Их взгляды встретились.
