Часть 9
10 ноября 2023 г., 04:45
Прохожих было немного, даже пыль ещё не успела осесть, так что Сун Цы сразу нашел Жун Бая.
Он догнал его и замедлил шаг, стараясь располагающе улыбаться, чтобы произвести приятное впечатление.
— Бессмертный Жун, спасибо Вам за помощь.
Жун Бай равнодушно ответил:
— Пожалуйста. В любом случае, я сделал это не для того, чтобы спасти тебя. Просто щенок загораживал дорогу.
Волчонок, которого тащил Сун Цы, дважды взвизгнул, услышав слова Жун Бая и уперся в землю всеми четырьмя лапами, пытаясь помешать тащить себя дальше.
Сун Цы проигнорировал его как и вторую половину ответа Жун Бая, решив не обижаться и держаться за свой шанс до самого конца.
— Куда вы направляетесь? — спросил он.
— Пик Шифэн, орден Мо Яо, — ответил Жун Бай.
— Ну что же, значит мы идем в одну сторону, — поддакнул Сун Цы. Он давно решил, что куда бы Жун Бай не направился, он скажет, что ему нужно туда же. Но, конечно, он не ожидал, что это будет орден Мо Яо.
Когда до него наконец дошло, лицо у него вытянулось и он пробормотал себе под нос:
— Почему Мо Яо? Такое паршивое место.
— В одну сторону? — Жун Бай прервал его размышления. — Ты же оборотень. Зачем тебе в Мо Яо?
— Разумеется, у меня там дела. И раз уж мы оба едем в Мо Яо, как насчет того чтобы путешествовать вместе? Это приятнее, чем поодиночке. — Сун Цы не стал говорит, что куда бы Жун Бай ни захотел пойти, даже если решит пересечь горы мечей и моря пламени, он пойдет за ним, пока тот не согласится взять его в столицу оборотней.
Жун Бай усмехнулся лисьей улыбкой.
— Ты оборотень, но хочешь держаться ко мне поближе? Не боишься, что я развоплощу тебя, восстанавливая справедливость от имени небес?
Сун Цы почти расслабился, увидев улыбку Жун Бая. Он надулся, сделав обиженный вид, будто собирался заплакать.
— Бессмертный Жун не знает этого, но я стал тем, кем стал из-за жестокого тирана Повелителя Оборотней.
Его голос звучал жалобно, а в затуманенных глазах читались обида и негодование. Выражение получилось очень искренним.
Жун Бай поднял брови и лениво спросил:
— Что Повелитель Оборотней с тобой сделал?
— Когда-то я был сыном известной семьи, несколько поколений работавшей чиновниками в Силяне. Двадцать лет я жил честной, приличной жизнью и никому не делал зла, — Сун Цы вздохнул и продолжил жаловаться. — Но Повелитель оборотней как-то заколдовал меня, и я стал вот этим. Я не человек и не оборотень, мне нет убежища, куда бы я не пошел. Повелитель оборотней и в самом деле жесток.
— Итак, ты хочешь найти врата оборотней для того чтобы... — Жун Бай не переставал так же спокойно улыбаться, слушая разглагольствования Сун Цы.
— Конечно же, чтобы убить Повелителя Оборотней, стереть с лица земли их столицу и вернуть мир в царство людей, — решительно ответил Сун Цы.
Только договорив, он понял, что его хвастовство зашло слишком далеко, поэтому откашлялся и добавил:
— Даже если все это невозможно, я должен найти способ заставить Повелителя Оборотней превратить меня обратно в человека. Или погибнуть, пытаясь. Я поклялся себе, что не буду оборотнем, — теперь он говорил убежденно.
— Не ожидал, что ты будешь так думать, — удивился Жун Бай.
Сун Цы решительно кивнул. Несмотря ни на что, ему нужно держаться Жун Бая. А даосы, как известно, много значения придают моральным принципам, праведности и стремлению к миру. Значит, Сун Цы просто надо говорить Жун Баю именно то, что он хочет услышать, и все будет в порядке.
— Ладно. Ты, скорее всего, не доберешься до Повелителя Оборотней в одиночку, — согласился Жун Бай. — Я отправлюсь в Царство Оборотней после Мо Яо. Можешь пойти со мной.
— Спасибо, — радостно воскликнул Сун Цы, не ожидавший, что добиться разрешения будет так просто. — Я сделаю все возможное, чтобы отплатить тебе за твою доброту, когда вернусь из Царства Оборотней.
Жун Бай мягко улыбнулся.
— Не нужно. Желаю тебе поскорее убить Повелителя Оборотней и стереть его столицу с лица земли.
Сун Цы не почувствовал подвоха и смущенно почесал в затылке. Он знал, что его сил не хватит убить Повелителя Оборотней, и у тем более уничтожить его столицу, но, может, он хотя бы получит шанс снова стать человеком?
Из всего, что он наговорил, единственным настоящим было обещание не быть оборотнем. Что же касается остального... Сун Цы думал, что как-то так надо общаться со старыми пердунами?
Из города Пинъян они отправились в город Хэнси, расположенный у подножия пика Шифэн. Сюда съезжались со всего мира желающие стать учениками ордена бессмертных Мо Яо.
Сейчас в Хэнси царил хаос, гостиницы переполнились ещё месяц назад и люди спали прямо на улицах, иногда устраивая драки за место и ссорясь с нищими. Власти закрывали на это глаза.
Сун Цы пришлось спросить не меньше дюжины людей, чтобы разобраться в происходящем, и он не смог сдержать вздоха. Орден Мо Яо был так знаменит, что даже большой город вроде Хэнси не мог вместить всех желающих присоединиться к нему. Если бы чиновники города не держали ситуацию под контролем, у них, наверное, не получилось бы даже ступить на эту улицу.
Все это означало, что остановиться в городе было негде. Неужели им придется спать на улице, как всем этим людям?
Не то чтобы Сун Цы не приходилось раньше ночевать под открытым небом, но мастер Жун, в его белоснежных одеждах, которых, казалось, не касалась даже пылинка, едва ли согласился бы на такую ночевку.
Сун Цы увидел, как взгляд Жун Бая скользнул по улице и остановился на двухэтажной гостинице, а потом Жун Бай направился туда.
Гостиница вроде этой наверняка была давно занята, но Сун Цы не посмел спорить с Жун Баем и покорно пошел за ним. Стоило им ступить на порог, как люди, теснившиеся у стен, засмеялись им вслед.
— Как войдете, так и выйдете, — крикнул кто-то.
Внутри гостиницы было просторно. Трактирщик просматривал учетные книги. Услышав звук их шагов он, не поднимая головы, крикнул:
— Простите, господа, гостиница полна. Поищите в другом месте.
Сун Ци остановился, но Жун Бай шел, как будто ничего не услышал. Он остановился перед хозяином гостиницы и зевнул.
— Мне нужна комната.
Хозяин гостиницы поднял голову, и хотел было что-то сказать, но посмотрев на Жун Бая, угодливо улыбнулся.
— Господин, мне очень жаль, но в гостинице и правда нет свободных номеров.
Жун Бай молчал, легонько постукивая пальцем по стойке. Тут же со второго этажа послышались торопливые шаги. Люди задрали головы.
Какой-то человек, обнимая свой узелок, сбежал вниз по лестнице, перепрыгивая через две-три ступеньки.
— Хозяин, я съезжаю, — крикнул он на бегу.
Жун Бай с улыбкой положил на прилавок слиток серебра, а Сун Цы тихо поднял большой палец вверх: вот так повезло!
Наконец получив желаемое, Жун Бай сразу плюхнулся на кровать.
Сун Цы взял у трактирщика ещё комплект одеял и постелил себе на полу рядом. Измученный волчонок, которого Сун Цы все время тащил за собой, растянулся в углу. Он так устал, что даже не поднимал шум, а только следил за суетой Сун Цы из под полуприкрытых век.
Закончив, Сун Цы сел напротив волчонка и какое-то время рассматривал его.
— Неужели ты даже не умеешь принимать человеческий облик?
Волчонок бросил на него презрительный взгляд, и, не желая отвечать, повернулся к Сун Цы хвостом.
Сун Цы бесцеремонно постучал его по голове.
— Щенок, ну и характер у тебя. Больше не боишься, что я тебя съем?
Волчонок взвизгнул, и Сун Цы, боясь что шум потревожит Жун Бая, зажал ему пасть.
— Не кричи, — строго сказал он, но волчонок как нарочно продолжал скулить, и Сун Цы пришлось подхватить его и выбежать из гостиницы, зажимая ему пасть.
— Ну подожди, сейчас я соберу дров, освежую тебя и пожарю на вертеле для мастера Жуна.
Волчонок вырвался из рук, спрыгнул на землю и превратился в очень красивого юношу в серебристой шубе, с блестящими белыми зубами и яркими губами. Он сорвал с шеи красную веревку, с отвращением бросил ее на землю и фыркнул на Сун Цы.
— Лис с горы Тушань кланяется человеку. Что за позор!
Сун Цы осмотрелся, но люди вокруг них, казалось, ничего не замечали. Поэтому он снова повернул голову к волчонку.
— Ты смеешь говорить мне о позоре? Разве это не ты так испугался, когда он наступил на тебя, что вернулся в истинный облик?
— Я... я был ранен, вот почему он смог одолеть меня. Иначе я бы его не боялся, — он немного смутился и, наклонившись к Сун Цы, попросил: — Дай мне немного своей крови, и я сразу поправлюсь.
Он не пытался скрыть жадного взгляда.
— Мечтай дальше! — отказался Сун Цы. — Предупреждаю, будешь снова пытаться сожрать меня, и я пожалуюсь бессмертному мастеру Жуну, чтобы он развоплотил тебя.
Юноша ещё раз фыркнул, услышав, как Сун Цы твердит о «бессмертном мастере Жуне», а потом его глаза сверкнули, будто он что-то задумал.
— Вы, ребята, собираетесь в орден Мо Яо, так? Как насчет того, чтобы взять меня с собой?
— Нет, — ответил Сун Цы, — иди отдельно.
Юноша улыбнулся ему и дружелюбно хмыкнул:
— Если подумать, вы, лисы, и мы, волки, можем считаться родней. Мы должны заботиться друг о друге на чужбине.
— Кто тут твоя родня? — возмутился Сун Цы. — Я человек, а не лис.
Юноша не особо понял, о чем говорит Сун Цы, так что просто проигнорировал эту реплику. Вместо этого он вытащил из рукава золотой слиток и помахал им.
— Судя по виду, у тебя ни гроша за душой. Но если ты возьмешь меня с собой, мои деньги будут нашими общими.
Сун Цы на миг засомневался, но поразмыслив отрицательно покачал головой.
— Нет. Я не смогу помочь тебе скрыть демоническую ауру, а взять тебя прямо так в орден Мо Яо — значит отправить на верную смерть.
— Не беспокойся об этом. Я сам её спрячу, — уверенно заявил бывший волчонок.
Сун Цы задумался. Жун Бай, наверное, не будет возражать, если он возьмет с собой щенка. Он же таскал его за собой все это время, а Жун Бай и слова не сказал.
Поэтому он протянул руку, чтобы взять золотой.
— Только веди себя прилично перед мастером Жуном, ладно?
— Ладно, хватит ныть. — Волчонок махнул рукой, бросив слиток, и повернулся прочь.
— Щенок, куда ты собрался? — крикнул ему вслед Сун Цы.
Юноша раздраженно топнул ногой.
— Какой ещё щенок?! У меня есть имя. Я Вэнь Чанчу!
Сун Цы поднял упавший золотой и пошел за ним.
— Куда ты идешь? — повторил он.
— Хочу еды купить. Я чуть не умер, пока ты тащил меня сюда. Если не поем, то точно помру.
— Пойдем вместе, — Сун Цы тоже проголодался.
Они быстро нашли общий язык и ели, сколько душе угодно. Перед тем как возвращаться, Сун Цы даже купил Жун Баю жареного цыпленка. Лу Шаоцин сказал, что курица была любимым блюдом Жун Бая.
Всю дорогу обратно Сун Цы прижимал к себе жаренного цыпленка, а Вэнь Чанчу презрительно закатывал глаза.
Они оба беззаботно прошли по гостинице, и оба замерли, открыв дверь в комнату.
Мастера Жуна в комнате не было, как и его давящей ауры бессмертного. Вместо него на кровати сидел подросток.
Он пил чай, когда услышал скрип двери и повернул голову, чтобы встретиться с двумя парами озадаченных глаз.
